Жанр: Любовные романы
Любовь как в романе
...н оставил без комментариев. Поведение Джейн
настораживало его все больше. Однако он не мог скрыть свою радость. Он и не
надеялся на такую удачу. Две недели на Лазурном побережье в обществе
сексуальной и талантливой женщины — о чем еще можно мечтать?
Брайан подал документы на регистрацию.
— Возьмите и мои, пожалуйста. Мы вместе. — Джейн протянула свой
паспорт девушке за стойкой.
Места оказались рядом. До посадки осталось всего полчаса, и Брайан предложил
Джейн выпить по чашечке кофе.
— С удовольствием, — согласилась она. — Заодно расскажешь,
что нас ждет в Каннах.
Канны — знаменитая кинематографическая столица Европы, наряду с Ниццей одно
из самых элитных мест Лазурного берега. Тысячи туристов приезжают сюда даже
в несезон, чтобы насладиться уникально мягким климатом и потрясающей
красотой природы — нежными грядами холмов и прозрачными водами залива,
изящными постройками позапрошлого века — и, конечно, принять хоть какое-то
участие в кинофестивале.
На этих землях обосновались римляне, ими восхищался Наполеон, когда
высаживался на остров Эльба. Лорд Бройхам, околдованный красотой здешних
мест, приемом жителей и знаменитым супом буйабес
, выстроил тут свою
резиденцию. А ведь тогда Канны представляли собой всего лишь рыбацкую
деревушку! На похороны лорда прибыли британские и российские аристократы,
члены королевских семей, а также американцы, проводившие зиму во Франции.
Неудивительно, что живописное селение и отменный климат сразу же пленили их.
Миллиардеры, актеры, писатели и поэты обжили Канны. Провансальский колорит
не оставил равнодушными ни Чарли Чаплина, ни Марлен Дитрих, ни Софи Лорен,
ни Катрин Денев, ни принцессу Диану...
Журнальная статья уже порядком утомила Джейн. А ведь она была крайне
любознательна! Ее оправдывало лишь одно: жгучее желание самой увидеть и
оценить красоту французского курорта.
— Ты уже бывал в Каннах? — спросила Джейн у сидевшего рядом
Брайана.
Его глаза были закрыты, но Джейн была уверена, что Брайан не спит.
— Что? — сонно пробормотал он, неохотно разлепив глаза.
Похоже, она ошиблась и Брайан все-таки умудрился уснуть за те десять минут,
которые прошли с момента ее последнего вопроса.
— Ты уже бывал в Каннах? — повторила она свой вопрос.
— Нет. Должен был в прошлом году, но подхватил ангину за день до
вылета. Вместо меня отправился другой журналист.
— Обидно, наверное?
Брайан пожал плечами и, так и не удостоив Джейн ответом, отвернулся от нее.
Оскорбленная до глубины души его равнодушием, Джейн снова открыла купленный
в аэропорту
Нэшнл джиогрэфик
.
Рядом с Каннами находятся два острова Сент-Онора и Сент-Маргерит, названные
в честь основателей монастырей. Согласно легенде в крепости на Сент-Маргарет
содержался под стражей знаменитый герой романа Дюма — Железная Маска
.
Джейн снова захлопнула журнал и обратилась к соседу:
— Расскажи мне о предстоящем кинофестивале.
Брайан лениво повернул голову, открыл глаза и после минутной паузы спросил:
— Разве ты не навела справки?
Джейн почувствовала, что ее поймали с поличным. Перед выездом в аэропорт она
и в самом деле порылась в Интернете и нашла массу интересных фактов о
нынешнем Каннском кинофестивале.
— Я знаю только, что в конкурсе будут участвовать девятнадцать картин,
представляющие одиннадцать стран мира, — солгала она.
— Только не говори, что намерена посмотреть их все, — с усмешкой
ответил Брайан.
— А ты разве нет?
— Джейн, не забывай, что я еду работать, а ты... Кстати, зачем ты
отправилась в Канны?
— Ну-у-у, — протянула она, судорожно пытаясь придумать вескую
причину. — Я захотела немного развеяться перед тем, как приступлю к
следующей книге.
— Пишешь как конвейер, — заметил Брайан.
— Это упрек? — вмиг ощетинилась Джейн.
Она не любила, когда кто-то презрительно отзывался о ее работе. Ведь она
вкладывала в свои произведения частицу души. Безусловно, она считалась
модным писателем, и ее гонорары поражали воображение начинающих авторов.
Однако Джейн Мэдокс никогда бы не села за книгу только ради денег. Для нее
это была своеобразная исповедь, возможность снять с души житейскую накипь. И
ей становилось обидно, если ее труд воспринимался всего лишь как ремесло или
развлечение.
— Вовсе нет. — Брайан выглядел виноватым, но просить прощения не
торопился. — Просто поражаюсь твоей работоспособности. Откуда ты только
черпаешь идеи?
— Из жизни, как бы банально это ни звучало, — ответила Джейн.
— И о чем же будет твоя следующая книга?
— В тебе проснулся журналист? — ответила она вопросом на вопрос.
— Ну ты же не дала ему уснуть, — парировал Брайан.
— Мой новый роман будет о любви, интригах и закулисных играх.
Брайан усмехнулся.
— Сказала много, а все равно что ничего.
— Больше тебе знать не следует. Во всяком случае пока, — ответила
с улыбкой Джейн.
— Тебе не стыдно перед Рут? Ты ведь лишила ее возможности увидеть
Канны. — Брайан произнес это беспечным тоном, словно речь шла о том,
какое мороженое предпочитает Джейн.
Она дернула плечом.
— Если бы я мучилась угрызениями совести за каждый поступок, то уже
давно стала бы пациенткой психиатрической клиники.
— Неужели у тебя совсем нет совести?
— Совесть? — Джейн приподняла правую бровь и лукаво
улыбнулась. — А что это такое?
— О, Джейн, сдается мне, ты не так плоха, как кажешься.
— У тебя будет шанс это проверить.
Они смотрели в глаза друг другу и были похожи на двух хищников, сражающихся
за право первенства на спорной территории.
— Или Рут понравилась тебе больше, чем я?
— Не говори глупости, Джейн. Ты знаешь, какое действие оказываешь на
мужчин.
— Обычно они лишаются ума... а затем и своих денег.
— Так ты еще и меркантильна?
— А ты как думал?!
— Тогда зачем тебе сдался я? У меня нет миллионных счетов в банках. Я
даже живу в съемной квартире.
— А я разве сказала, что собираюсь связывать с тобой свою жизнь? —
спросила Джейн, отметив про себя, что Брайан феноменально честен.
Обычно мужчины приукрашивали свое материальное положение, желая произвести
впечатление на капризную красавицу. Хотя нельзя исключать и того, что Брайан
просто избрал другую тактику. Действовал от противного: старался всеми
силами убедить Джейн, что он ей не пара. А поскольку все женщины, и она в
том числе, обожали поступать наперекор... в общем, Джейн уже почти влюбилась
в остроумного и находчивого журналиста.
— Я не любитель кратковременных отношений, — ответил Брайан и
снова посмотрел в глаза Джейн.
Она не выдержала его пристального взгляда и опустила ресницы.
— Хочешь сказать, что не намерен заводить со мной курортный роман?
— Я уже сказал, что еду не отдыхать, а работать.
— Тогда как насчет служебного романа? — настаивала на своем Джейн.
— Мы не коллеги.
— В каком-то смысле это так. Мы оба — творческие люди.
— Но я пишу о том, что было на самом деле, а ты сочиняешь сказки для
взрослых.
— Однако то, о чем я пишу, вполне возможно.
— Слава богу, женщин, подобных твоим героиням, не так уж много. Иначе
мир погряз бы в разврате. Или вымер бы, поскольку в твоих
дамочках
напрочь
отсутствует материнский инстинкт. Секс ради секса — вот их девиз по жизни.
— А что плохого в сексе? — понизив голос, спросила Джейн.
Ее рука скользнула по бедру Брайана и замерла на ширинке. Он громко
выдохнул, пытаясь справиться с охватившим его волнением.
— Я предпочитаю заниматься любовью, а не сексом, — охрипшим
голосом ответил он.
— То есть для тебя неприемлема физическая близость без чувств?
Брайан кивнул. Он старался думать о чем угодно, только не о том, что сейчас
делает рука Джейн.
— Вы с Рут очень похожи, — продолжила шепотом Джейн. — Она
готова жить без секса годами, если нет подходящего самца.
— Ты и впрямь очень цинична.
— А ты романтичен.
— Это не так уж и плохо.
— Только не для меня.
— Разве ты не была такой же в восемнадцать, когда выскочила замуж за
Дугласа?
— Не напоминай мне об этом негодяе! — Джейн резко убрала руку.
Брайан выпустил из легких воздух: то ли от огорчения, то ли от радости, что
сладострастная пытка закончилась.
— Ты любила его?
— Как последняя дура!
— Ты самокритична, — отметил Брайан.
— Вообще-то я не люблю самоедства, но в данном случае я готова ругать
себя снова и снова. Сколько лет прошло, а я до сих пор борюсь с
последствиями несостоявшегося брака.
— Я о чем-то не знаю?
— После ухода Дугласа я так горевала, что перестала есть. У меня
развилась анорексия. Врачам чудом удалось меня вытащить с того света. Я
весила всего тридцать пять килограммов и при этом считала себя писаной
красавицей. Как понимаешь, подобные проблемы не проходят бесследно.
— Я не знал, — тихо произнес Брайан, взяв Джейн за руку. Он слегка
сжал ее пальцы. — Ты замерзла?
— Немножко.
— Я могу попросить у бортпроводника плед.
— Нет-нет, не надо, — остановила его Джейн. — Это... это от
нервов. Я не люблю вспоминать о Дугласе.
— Я больше не стану о нем напоминать. Обещаю.
Объявили о скорой посадке и попросили застегнуть ремни безопасности. Люди
зашевелились в своих креслах. Разговор Брайана и Джейн так и остался
неоконченным. Но у них впереди было еще две недели на то, чтобы открыть друг
другу свой внутренний мир.
Правда, Брайан не мог справиться с наваждением. Душа Джейн волновала его
куда меньше, чем ее тело. Он уже почти созрел для того, чтобы пойти на кое-
какие уступки своим принципам. Ну что плохого случится, если он несколько
раз переспит с Джейн? Она ведь сама дала понять, что не будет требовать от
него никаких обещаний и обязательств. Они оба хотят секса, так зачем
противиться своим желаниям?
7
Рут дождалась своей очереди и вошла в кабинет доктора Гринберга. Он устало
улыбнулся ей, встал со своего кресла, подошел и быстро поцеловал в щеку.
— Привет.
— Привет, Мэтью. Как дела?
— С твоим приходом стали гораздо лучше.
— Ты всем своим пациенткам так говоришь?
— Разумеется, нет, Рут. Ведь не со всеми своими пациентками я сплю.
— Во сколько ты вчера пришел?
— Около двенадцати.
— Прости, я уснула, так тебя и не дождавшись.
— Это я виноват. Мне следовало предупредить, что задержусь. Я
закрутился и совсем забыл.
— ...обо мне, — печально добавила Рут.
— Ну, милая, не расстраивайся. Как твои ушки?
Рут приподняла искусственные кудри, прикрывавшие уши. Ее любимый Мэтью вновь
стал серьезным и почти недосягаемым доктором Гринбергом.
— Все отлично. Еще несколько дней — и сможешь ходить без парика.
— Ты гений! — Рут посмотрела на Мэтью влюбленными глазами, полными
обожания и благоговения.
— Брось, я всего лишь врач.
— У тебя сегодня много работы?
— Как всегда, — со вздохом ответил он.
— Но ты не скучаешь, — с плохо скрываемым упреком произнесла Рут.
Как она ни старалась побороть свою ревность, ей это не удавалось. За те
десять дней, которые они с Мэтью встречались, она ни на минуту не забывала о
его пациентках. Доктор Гринберг имел репутацию ловеласа и знатока женщин, а
Рут трудно было с этим смириться.
Рут до сих пор удивлялась, почему Мэтью обратил на нее внимание. Через его
кабинет ежедневно проходили десятки женщин, красивее и общительнее, чем Рут.
Однако доктор запал на скромную интеллектуалку. Мэтью пригласил Рут в
ресторан, а уже через пару дней остался у нее на ночь. О звонке Джейн он ни
разу не обмолвился. Он лишь поражался, почему она отговаривала подругу от
операции, которая той действительно была нужна.
После знакомства с Мэтью Гринбергом Рут ни разу не вспомнила о Брайане.
Словно его никогда не было в ее жизни. Мэтью затмил Брайана
обходительностью, нежностью и страстностью. Их отношения так быстро
перетекли в стадию серьезных, что Рут даже не могла вспомнить, как это
получилось. Мэтью не дарил ей цветов и милых безделушек, не водил по
кафешкам и кинотеатрам... У него просто не было на это времени.
Однако Рут впустила его в свою жизнь... а затем и в свою спальню. Она
изменила собственным привычкам и даже не заметила этого. Прежним поклонникам
требовались недели, чтобы сломить сопротивление Рут, проверяющей на крепость
свои чувства.
С Мэтью Гринбергом все было просто и одновременно сложно.
— Рут, я тебе уже говорил, что не вижу в своих пациентках женщин.
— А во мне разглядел?
— В тебе — да. Потому что ты особенная. Ты женщина до кончиков
ногтей. — Он притянул ее к себе и прижал к груди.
Рут попыталась отстраниться.
— Я сейчас испачкаю твой халат помадой, — с виноватой улыбкой
заметила она.
— Ничего страшного. У меня их целый шкаф.
Мэтью осторожно приподнял подбородок Рут и поцеловал ее в губы. Его нежное
касание заставило Рут забыть обо всех проблемах и сомнениях. Разве этот
мужчина мог ее обманывать?
— Я тебя жду сегодня вечером, — сообщила она таким тоном, словно
назначала деловую встречу.
— Я буду поздно.
— Если что, буди.
— Нет, я не смогу. Когда ты спишь, то похожа на ангела.
— Мэтью, ну пожалуйста! Не уходи, как вчера! Мы ведь так редко видимся.
Ты постоянно занят. Джейн Мэдокс устроила себе каникулы, и у меня масса
свободного времени. Я не привыкла бездельничать, а потому схожу с ума от
скуки и ничегонеделания.
— Рут, я все понимаю, но пойми и ты меня. Я ведь сразу предупредил, что
у меня мало времени на романтические отношения. На ухаживания и прочую
дребедень его и вовсе нет.
— Я ведь прошу тебя не так уж о многом.
— Я целыми днями в клинике. А все ночи — у тебя. Разве этого мало?
— О, Мэтью, наверно, я слишком эгоистична. — Рут положила голову
на его грудь и вздохнула. — Или чересчур влюблена. Мне хочется быть с
тобой все время. Стоит нам расстаться, и я через пять минут уже изнываю от
тоски.
— Рут, потерпи. Возможно, к осени у меня будет больше времени на личную
жизнь.
— Ладно. Будем надеяться, что, когда Джейн вернется и завалит меня
работой, у меня не останется времени скучать и лить слезы.
— Правильный настрой — половина успеха. — Мэтью снова поцеловал
Рут.
Она без лишних объяснений поняла, что это прощальный поцелуй. Ее время
истекло. За дверью ждала уже следующая пациентка.
Из аэропорта они отправились в отель на такси. Всю дорогу Джейн смотрела в
окно, разинув рот. Канны и в самом деле были фантастически красивы... и
многолюдны. Даже привыкшая к нью-йоркской толчее, Джейн чувствовала себя
так, будто попала в огромный людской муравейник. Видимо, в Канны слетелись
туристы со всех концов земного шара.
Автомобиль медленно катился по улице, представляющей собой одну большую
витрину. Со всех сторон виднелись вывески бутиков самых именитых дизайнеров
мира: Диор, Лакруа, Виттон, Сен-Лоран, Шанель... Вперемежку с ними мелькали
рынки овощей, фруктов и цветов.
— Мы сейчас проезжаем мимо Дворца фестивалей, — поставленным
голосом профессионального гида произнес водитель такси.
Брайан и Джейн как по команде высунулись в окна, чтобы получше рассмотреть
знаменитое здание и окружавшую его Аллею звезд, на которой оставили
отпечатки самые знаменитые киноактеры. Потом они проехали мимо порта Пьер-
Канто, где был разбит обширный парк, полностью засаженный розами.
Вскоре такси остановилось у шикарного отеля
Мартинез
в самом центре
города, на бульваре Круазет.
Первым из автомобиля вышел Брайан. Он обошел машину и открыл дверцу со
стороны Джейн. Она слегка склонила голову в знак благодарности и с
лучезарной улыбкой выпорхнула из такси.
Новоприбывших гостей встретил распорядитель фестиваля. Он вручил Брайану
специальный бедж с написанным крупными буквами словом
Пресса
и спросил имя
его спутницы.
— Это мисс Мэдокс. Она моя... мм... подруга.
— Очень приятно, мисс. Ваш номер на третьем этаже. Швейцар вас
проводит.
—
Наш номер? — переспросила Джейн.
Брайан обхватил рукой ее талию и сказал ласково:
— Да, дорогая. Ты ведь не возражаешь, правда?
Джейн нервно кашлянула, но быстро взяла себя в руки.
— Нет-нет. Разумеется, милый. Надеюсь, там одна большая кровать, а не
две маленьких?
Распорядитель широко улыбнулся, показав крупные белые зубы, и ответил:
— Да, мисс. Одна французская кровать. Почти что номер для молодоженов.
Сейчас все отели Канн битком забиты, если мистер Филдинг не зарезервировал
бы заранее номер, вы вряд ли сейчас где-нибудь поселились бы. Даже
аккредитованные журналисты не смогут разместиться на ночлег, если прибудут в
Канны накануне открытия.
— Благодарю, — деловито ответил Брайан. — Мы сейчас немного
отдохнем, а затем я спущусь, чтобы узнать у вас расписание мероприятий.
— Ах да! — спохватился распорядитель и расцвел в фирменной
улыбке. — Возьмите программку.
Брайан взял из его рук яркий буклет с золотой пальмовой ветвью на обложке.
— Еще раз спасибо.
В лифте, убедившись, что молодой темнокожий швейцар плохо говорит по-
английски, Джейн набросилась на Брайана с упреками:
— Почему ты не предупредил о том, что у нас будет один номер?
— Не предупредил кого? Рут? — язвительно поинтересовался он.
— Ты ни словом не обмолвился об этом ни ей, ни мне.
— Можно подумать, ты или она против.
— Брайан, мы не сможем спать в одной постели!
— А кто тебе сказал, что мы будем
спать?
Джейн вспыхнула. Ее щеки залил румянец смущения. Только сейчас она осознала,
как далеко зашла в своем флирте. Да, в самолете, в окружении многих людей
она могла напропалую кокетничать и заигрывать с Брайаном, но что будет,
когда они окажутся один на один в номере отеля? Сможет ли она и дальше
играть роль бесстрашной и сексуальной? Брайан наверняка считает, что именно
она станет инициатором их постельных забав. Однако у Джейн запасы смелости и
бравады уже иссякли. Перспектива оказаться в одной постели с малознакомым
мужчиной страшила ее больше крушения самолета.
Брайан, заметивший смущение Джейн, усмехнулся. Похоже, его догадки
подтверждаются. Джейн не так развратна и беспринципна, как хочет казаться.
Напротив, она, как и всякий человек, получивший строгое воспитание и
наживший порцию комплексов, не так легко идет на физический контакт. Однако
это еще больше заводило его. Брайан почти потерял голову от страстного
желания овладеть этой женщиной. Если она думала, что сможет поиграть с ним и
дать от ворот поворот, то ее ждет жестокое разочарование. Брайан Филдинг не
из тех, кто отступает на полпути.
Номер оказался выше всех похвал, с великолепным видом на Средиземное море.
Едва швейцар поставил чемоданы, получил чаевые и покинул комнату, Джейн
бросилась на шею Брайану.
— Это потрясающе! Какая красота! Я никогда не видела ничего подобного.
— Тише, тише, — усмирял ее бурный порыв Брайан.
Однако Джейн умолкла так же внезапно, как и разразилась восторженными
сентенциями. Их взгляды встретились. Губы открылись навстречу поцелую и...
весь мир закружился вокруг Джейн и разлетелся миллионами сверкающих
осколков.
Внезапно его поцелуй стал более требовательным и страстным, и Джейн всем
существом невольно откликнулась на зов неожиданно вспыхнувшего чувств. Джейн
всем телом подалась вперед и прижалась грудью к груди Брайана. Она была
охвачена жарким огнем, прекрасным и одновременно пугающе мощным, а Брайан
тут же воспользовался ее слабостью, и его язык молнией обжег нежную тайну ее
рта.
Джейн была ошеломлена неожиданным поцелуем Брайана. Слишком ошеломлена,
чтобы воспротивиться. Она ощущала вкус его жадных губ и сильные уверенные
руки, которые искусно ласкали ее тело. В смятении она подчинилась томному,
обволакивающему желанию, от которого закружилась голова.
Когда они отстранились друг от друга, то оба выглядели смущенными, как
школьники, застуканные родителями в момент первого невинного поцелуя.
— Я в душ! — выпалила Джейн.
— Хорошо. Я пока разберу свои вещи, — охрипшим от волнения голосом
ответил Брайан.
Джейн пулей полетела в ванную комнату и с громким хлопком закрыла за собой
дверь. Оставшись наедине с собой, она присела на край ванны и сделала
несколько глубоких вдохов-выдохов.
— Нужно успокоиться. Надо взять себя в руки, — бормотала она себе
под нос. — Нельзя терять голову из-за мужчины, который и мизинца моего
не стоит.
Аутотренинг действовал плохо. Джейн никак не могла успокоиться после
недавнего порыва, а образ Брайана ни в какую не желал становиться меньше ее
мизинца.
Напротив, ее влияние на Джейн возрастало с каждой минутой. И, к своему
ужасу, она это ощущала почти физически. Ее тянуло к Брайану с какой-то
мистической силой, и она уже жалела, что отправилась в это рискованное для
себя путешествие.
Чего Джейн боялась? Потерять душевное равновесие, спокойствие, репутацию, в
конце концов! И тогда ее новую книгу ждет неминуемый провал. Вернее, никакой
новой книги не будет. Потому что отдых в Каннах вместе с Брайаном — ключевое
звено будущего романа. Правда, ему об этом лучше не знать.
Когда Джейн вышла из ванной, то обнаружила Брайана спящим на диване. Видимо,
перелет очень утомил его: он уснул, даже не раздевшись.
Несколько секунд Джейн любовалась им, но потом напомнила себе о недавних
обещаниях. Никаких чувств к Брайану Филдингу!
Она быстро оделась и причесалась. Затем вырвала из блокнота листок и
написала Брайану записку:
Ушла гулять. Джейн
.
Для начала она отправилась осматривать отель и его пляж. Последний приятно
удивил Джейн наличием открытого ресторана на молу. На седьмом этаже Джейн
обнаружила фитнес-клуб и центр
Живанши СПА
. Отдых обещал стать
незабываемым.
Затем Джейн отправилась по магазинам, коих на бульваре Круазет было великое
множество. На любой вкус, цвет и кошелек. Джейн накупила кучу сувениров и
купальников и уже собиралась вернуться в отель, как увидела вывеску
Ланком
. Несмотря на усталость и десяток пакетов в руках, Джейн ринулась к
открытой двери в бутик. Приятные ароматы тут же вскружили ей голову... Если
бы не одно обстоятельство, Джейн наверняка оставила бы в магазине неприлично
много денег.
Обстоятельством оказался мужчина лет тридцати пяти, загорелый, в
солнцезащитных очках, тенниске и шортах чуть ниже колена.
— Мадемуазель? — Незнакомец учтиво поклонился. Он хорошо говорил
по-английски, но акцент выдавал в нем коренного жителя Франции.
Джейн подняла голову с заготовленной улыбкой на лице.
— Что-то не так?
— Разрешите помочь вам. Не могу смотреть на женщин, обремененных
покупками.
— Мне совсем не тяжело, — заметила Джейн в легком смущении.
Она слышала об обходительности французов, но поступок незнакомого мужчины
все равно удивил и покорил ее.
— И все же позвольте вам помочь. — Он взял из ее рук пакеты и лишь
потом представился: — Роджер Вилье.
— Вы француз?
Роджер был явно удивлен.
— Вообще-то, — медленно начал он, — моя мать была
американкой, а отец — французом. Именно поэтому у меня американское имя и
французская фамилия.
Ответ был исчерпывающим, и Джейн не нашлась, что еще спросить у нового
знакомого. Увидев ее замешательство, Роджер продолжил:
— Я приехал в Канны на недельку, отдохнуть. А вы, должно быть, приехали
на кинофестиваль.
— Да, я работаю в
Нью-Йорк таймс
. — Джейн сама не могла
объяснить, зачем солгала. Но ее неумолимо, слов
...Закладка в соц.сетях
