Жанр: Любовные романы
Очаровательный притворщик
...запри магазин и покорми Геркулеса. Если до твоего ухода появится Майкл,
скажи, что я вернусь к вечеру поработать над бухгалтерскими книгами. В
противном случае пускай высылает за мной спасателей с собаками.
— Как скажете, босс, — пожала плечами Лайла. — Хотя сидеть в
такой вечер над цифрами, по-моему, просто преступление. Я бы на вашем
месте...
— Довольно! — неожиданно вспылила Блисс.
— Не обращайте внимания, — успокаивающе кивнул ей Шейн. — Это
все от голода и недостатка сахара в крови. Пойдемте же, Блисс, дорогая, вам
нужно срочно что-нибудь съесть, дабы не случился обморок.
— У меня их не бывает, — презрительно бросила она.
— Похвально, но ведь все когда-нибудь начинается. До свидания, мисс...
Э, простите, я, кажется, не расслышал, как вас зовут.
Конечно же, он прекрасно знал ее имя. Проклятие! Что это с ним? Едва не
совершил глупейшую, непростительную оплошность, назвав ее по имени.
— Лайла, — томно представилась кокетка. — Лайла Миддлтон.
— Приятно было познакомиться с вами, Лайла, — поклонился Шейн с
изысканной вежливостью, старательно воспитанной в нем матерью-
южанкой. — А меня зовут Шейн Бруссар.
— Мне тоже очень приятно. — На щеках Лайлы заиграли
обольстительные ямочки, а длинные ресницы вновь томно взметнулись. — И
помните, если Блисс вас отвергнет, мои координаты в телефонной книге.
Шейн так давно не бывал в родных местах, что почти забыл, как скоры и
прямолинейны в выражении чувств уроженки южных штатов. Местные женщины
издавна прекрасно владели искусством маскировать свой горячий темперамент
изысканной учтивостью. Даже несмотря на некоторую приторность, их манеры
нравились Шейну гораздо больше, чем агрессивная напористость северянок.
— Непременно, — пообещал он. Помощница Блисс и впрямь была девушка
первый сорт. К тому же давала понять, что особых усилий от него не
потребуется.
— Желаю вам хорошо провести время, детки! — помахала она розовыми
пальчиками.
— Знаете ли, вы просто невыносимы, — проговорила Блисс, шествуя
рядом с ним к месту парковки машины.
— Да, вы не первая, кто это заметил, — небрежно отозвался Шейн.
— И, как видно, не последняя.
— Вполне вероятно.
— Совершенно не обязательно признавать это с такой легкостью! — Ей
хотелось бы возненавидеть его, но с каждой минутой это оказывалось все
труднее. — Тем более я знаю, какой вы бессовестный обманщик.
— В самом деле? — Он остановился и поглядел на нее сверху вниз.
Лицо его при этом сохраняло невозмутимую бесстрастность, напоминая
безупречно отполированное стекло.
Почуяв в его тоне что-то необычное, Блисс подняла на него удивленный взгляд.
И ей показалось, что она уловила мимолетную вспышку холодного блеска в его
глазах, точно в них блеснули синие льдинки.
— Богатым людям слишком легко жить, — задумчиво проговорила
она. — Ведь они привыкли получать все, что захотят.
— Вы и впрямь так думаете? Что я получаю все, что захочу?
— Разве нет?
Он рассмеялся, но смех прозвучал невесело.
— Явное преувеличение.
Этот Шейн Бруссар раздражал Блисс. Злил, даже обижал чем-то, но при этом,
Бог знает почему, возбуждал в ней неотступный интерес.
— И чего же вы не можете добиться?
Он снова зашагал вперед.
— Вот вас, например, — проговорил он, помолчав.
Уже второй раз за эти несколько минут он позволил упасть той маске, что
носил последние десять лет, и на мгновение перед Блисс обнажилось его
истинное лицо, скрытое от всех за приятной, благополучной, обходительной
наружностью. Лишь несколько секунд назад, подумала она, в нем приоткрылось
нечто темное, ледяное, пугающее. А вот теперь как будто угадывалась
неподдельная грусть.
Но Блисс поспешила стряхнуть это странное ощущение, твердо сказав себе, что
от бессонной ночи и напряженного дня у нее просто разыгралось воображение.
— Прекрасная машина, — похвалила она, когда они приблизились к
роскошному, отливающему на солнце
ягуару
с откидным верхом. Но при этом
губы ее невольно скривились в презрительной улыбке.
В ответ он с церемонным изяществом распахнул перед дамой дверцу, еще раз
подтвердив тем самым репутацию истинного уроженца аристократического
американского Юга.
— Если прикажете, могу отвести ее обратно в пункт проката и попросить
какой-нибудь старенький
кадиллак
.
Блисс сдержанно улыбнулась и скользнула внутрь, блаженно погрузившись в
мягкое, легкое и обволакивающее, словно облако, сиденье, приятно пахнущее
нагретой на солнце кожей.
— Только попробуйте. — Они выехали со стоянки, и Блисс
вздохнула. — Во всяком случае, меня нельзя упрекнуть в повышенной
импульсивности.
Притормаживая у светофора, Шейн бросил на нее быстрый непонимающий взгляд.
— Простите, не совсем уловил.
— Все очень просто. Боюсь, если учинить мне допрос с пристрастием, я не
скрою, что за последние пару лет в своей машине натерла себе мозоли на
плечах.
При этих словах Шейн громко, от души расхохотался, разрядив сгустившуюся
было атмосферу, и Блисс словно охватило волной тепла.
— Я всегда чувствовал, что вы не случайно мне понравились. И что дело
не только в ваших обворожительных, до неприличия длинных и сексапильных
ногах и не в умопомрачительно красивом лице.
Не зная, как достойно отреагировать на подобное откровение, Блисс сочла за
лучшее промолчать.
Они проехали пару кварталов, и Шейн снова поглядел на нее:
— Теперь ваш черед.
— То есть?
— Ваш черед сказать что-нибудь приятное обо мне.
— О! — Она сделала вид, что напряженно думает. — Но я ведь
уже сказала: у вас отличная машина.
— Комплимент бы подошел, будь я ее конструктором. Попробуйте еще раз.
Блисс опять изобразила на лице задумчивость:
— Пожалуй, у вас интересная внешность. По правде сказать, я все больше
нахожу, что вы чем-то похожи на Майкла.
— На Майкла? Неужели?
Она устремила на него пристальный, изучающий взгляд.
— Да. У него черты лица грубее, более суровые, что ли, но тем не менее
сходство несомненное. Вы похожи и на его брата, на Рорка.
— А вы знаете Рорка?
— Да, мы знакомы. Он покупал у меня кое-какую мебель.
Рорк, покупающий антиквариат! Что-то новенькое, подумал Шейн. Он дал себе
слово разобраться с этим делом, и как можно скорее. Хотя бы ради того, чтобы
увидеть уникальную женщину, сумевшую сотворить с его братом истинное чудо.
— Стало быть, — с наигранной небрежностью бросил он, — у вас
с Майклом серьезные отношения?
Блисс собралась было ответить, что ее отношения с Майклом О'Мэлли его
совершенно не касаются, но тут же почему-то почувствовала, что это не совсем
так. Хочешь не хочешь, а приходилось признаться, что между ней и Шейном
происходит нечто не совсем обычное.
— Мы с Майклом добрые друзья.
При этих словах Шейн испытал странное облегчение, его будто подхватило
легкой прохладной волной, но такая реакция ему вовсе не понравилась. У меня
к этой женщине чисто профессиональный интерес, еще раз строго сказал он
себе. И ничего более. Забывать об этом было бы непростительной ошибкой.
— Но куда мы едем? — спросила наконец Блисс, разнеженная на мягком
сиденье. Подставив лицо теплому ветерку, она любовалась городским пейзажем,
таким привычным и бесконечно и нежно любимым.
— Постараюсь вас не разочаровать.
Когда-то, подумала Блисс, доверие было для нее самой естественной вещью на
свете. Но то было до Алана...
— А вы надолго к нам в Новый Орлеан?
— Это зависит...
— От чего же?
— От того, как пойдут мои дела.
— Понятно. — Кажется, ей не удалось скрыть прозвучавшего в голосе
разочарования, что не она истинная причина его приезда.
Какая чепуха! — тут же рассердилась на себя Блисс. Мне вовсе не
хотелось, чтобы он сюда приезжал!
Но уже следующей ее мыслью было: когда я успела научиться так беззастенчиво
лгать самой себе?
Глава шестая
— Я, знаете ли, недавно приобрел себе дом здесь, в Новом
Орлеане, — небрежно объявил Шейн еще через минуту.
Так вот оно что! Вчера ее парижский знакомый свалился как снег на голову.
Его появление ошеломило Блисс. Но, оказывается, в этом нет ничего
особенного.
— И хотел бы, чтобы кто-то помог мне его обставить. Например,
вы, — как ни в чем не бывало добавил он.
— Ну, знаете ли...
— А что такое?
— Неужели вы рассчитываете подобным образом купить себе пропуск в мою
постель?
— Купить пропуск? — Он затормозил у перекрестка, пропуская
туристский автобус, и высокомерно воззрился на нее. — По-вашему,
человек вроде меня — красивый, богатый и с головой на плечах — для того,
чтобы затащить женщину в постель, нуждается в таких дешевых уловках?
Нет, она так не думала. Блисс не сомневалась, что целая армия шикарных
женщин, по меньшей мере с двух континентов, соперничают за право обладать
им.
— В таком случае должна сообщить вам, что милостыни я не принимаю. Ни
от кого.
— Да я, черт возьми, и не предлагаю вам милостыню! — выпалил он.
Ситуация явно выходила из-под контроля. Его-то воображение уже нарисовало
наполненные горячим солнцем и ленивой истомой послеполуденные часы — с
помощью обычных нехитрых приемов он непринужденно берет леди в оборот.
Изысканная еда, немного вина, быть может, несколько поцелуев сделают свое
дело, сметут возведенные добродетелью укрепления. А вот теперь вместо этого
он лепечет какую-то чушь насчет своих планов, ведет себя как прыщавый юнец,
умоляющий школьную красавицу пройтись с ним по главной улице.
— Речь идет всего-навсего о деловом соглашении, — с плохо скрытым
раздражением продолжал Шейн. — Я хочу обставить недавно купленный дом.
Поскольку архитектура относится к эпохе до Гражданской войны, то и
внутреннее убранство хотелось бы иметь в том же стиле — подлинный
антиквариат либо очень хорошую имитацию. Сам я в этом ничего не понимаю, мне
требуется хороший эксперт. Вот навел справки и...
— Вы наводили обо мне справки?
— Разумеется. И каждый, с кем я разговаривал, пел вам дифирамбы. Так
что вполне естественно, что я захотел поручить эту работу вам. —
Наконец зажегся зеленый свет, пропуская их из Французского квартала в
американскую часть города. — И уж поверьте, дорогая, если мне захочется
переспать с вами, я так и скажу. Люблю играть в открытую.
А вот это уж была самая отъявленная ложь. Но было очень важно заставить ее
поверить. Важно в первую очередь для него. Если же она замешана в дела
преступной шайки, то и для нее тоже. Пусть она и воровка, но живая окажется
куда полезнее, чем мертвая.
Блисс отметила, что голос Шейна, обычно теплый и пронизанный характерной
иронией, что придавало ему особую привлекательность, вдруг сделался жестким
и неприветливым — под стать внезапно изменившемуся выражению лица. Нет,
решила она, пожалуй, этот человек — не тот легкомысленный плейбой, каким
представлялся сначала.
— И когда же вы собираетесь показать мне ваш новый дом? — все еще
недоверчиво спросила она.
— Да прямо сейчас. Думаю, мы вполне могли бы там пообедать.
— Одни?
— Вы боитесь остаться со мной наедине в пустом доме, Блисс?
— Нет, — соврала она.
— Я уверен, вы получите лучшее представление о доме, если мы проведем
там пару часов. Легче будет оценить фронт будущих работ.
— Да, в этом есть здравый смысл, — согласилась она. — Но
скажите, почему вы купили дом именно здесь?
— Поскольку моя фирма связана с нефтегазовым промыслом, я вознамерился
разместить в Луизиане головной офис. Тут как раз я познакомился с вами, а
еще через несколько дней агент по недвижимости прислал мне рекламный
проспект этого дома, который только-только был выставлен на продажу. В
подобном стечении обстоятельств и впрямь видится некое предопределение.
— А дом большой, вероятно? — Машина проезжала фешенебельный район
Гарден-Дистрикт, и Блисс поняла, что владение ее нового знакомого мало
напоминает их с Зельдой скромную передвижную обитель.
— Чудовищно. Из тех, что принадлежали некогда богачам южанам,
сколотившим огромные состояния на хлопке. Полностью воссоздать интерьер —
дело нешуточное, это будет долгий и, прямо скажем, адский труд. — Одна
половина его существа испытывала смутное чувство вины за это безбожное
вранье, другая — возражала, напоминая об украденных у него из-под носа
бриллиантах.
От столь заманчивых перспектив сердце Блисс вспыхнуло радостным волнением.
Ведь такое поручение — своего рода вызов. Проверка ее знаний и способностей.
Не говоря уже о выгодах, которые оно сулило. Тогда она определенно смогла бы
расплатиться по всем счетам и целый год без помех вести торговое дело.
— Почему вы решили обратиться именно ко мне?
— Я уже сказал, что получил самые лестные рекомендации. Кроме того, еще
при нашей первой встрече в Париже я понял, что вы — женщина, обладающая
редким и изысканным вкусом.
— А я-то думала, вы первым делом заметили мои до неприличия длинные,
сексапильные ноги.
— Это верно. В списке ваших достоинств деловые качества шли вслед за
восхитительным огненно-рыжим шелком ваших роскошных волос. Тем не менее я
оценил все.
В последнее время так редко выдавался повод порадоваться. На секунду Блисс
позволила себе понежиться в лучах этого комплимента, однако вскоре вернулась
к действительности.
— Но обстановка такого дома должна вылиться в кругленькую сумму.
— Я планирую проводить в этой резиденции деловые приемы и потому
рассматриваю будущие затраты как капиталовложения.
В отличие от типичных домов Французского квартала, которые скромными
фасадами выходили прямо на тротуар, но зато гордились спрятанными в глубине
уютными двориками, величественные здания района Гарден-Дистрикт были
выстроены в ином, истинно американском стиле. Пышная зелень и роскошные
клумбы были отделены от уличной суеты каменными оградами, изящными решетками
и живой изгородью.
Шейн остановил машину возле чугунного кружева ворот на одной из улиц, густо
обсаженной деревьями.
— Вот мы и дома, — объявил он и, высунув руку, набрал цифровой код
на панели, встроенной в кирпичный столбик ограды. В тот же миг ворота
открылись.
— Это ваш дом? — ахнула женщина, благоговейно взирая на поражающее
пышностью здание — смесь пышных архитектурных стилей, некогда весьма
популярная на процветающем американском Юге.
— А что?
Он остановился перед новой парой столбиков по сторонам мощенной булыжником
подъездной дорожки — уже на участке. В ответ раздвинулись ворота гаража —
такого огромного, что там могли бы разместиться три машины и еще осталось бы
место.
— Все здесь такое... — Блисс ошарашенно подыскивала слово, —
громадное.
— Я же говорил. — Двери гаража задвинулись за
ягуаром
. —
Хотите сказать, что задача вам не под силу?
Нежный подбородок сам собой упрямо вскинулся, решительно выпрямилась спина.
— Ничуть! Просто я никак не ожидала подобной грандиозности... Каково же
должно быть там, внутри?
— А мы сейчас и увидим. Не пугайтесь, дом не в аварийном состоянии.
Прежние хозяева провели восстановительные работы. А сейчас дому требуется
хороший дизайнер, который знает, как вернуть ему былую славу.
Шейн вышел из машины, помог выбраться Блисс, потом забрал с заднего сиденья
плетеную корзину и вновь с помощью кода отворил двери, ведущие из гаража в
дом.
— Вижу, по части безопасности у вас тут полный порядок.
— Меры предосторожности здесь никогда не помешают. Никто не
гарантирован от ограбления каким-нибудь бродягой. А то и более утонченным
вором, например специалистом по ювелирным изделиям. — При этом Шейн
внимательно посмотрел на свою гостью, и Блисс озадачило непонятное, не
поддающееся расшифровке выражение, мелькнувшее в его прозрачных, как
хрусталь, синих глазах. Точно он злится на нее за что-то.
— Я бы не могла спать по ночам, если бы постоянно думала, что кто-то
вломится в мой дом. Хватит и того, что приходится беспокоиться, как бы воры
не забрались в магазин.
— Да уж, мысли не из приятных, — сухо подтвердил он, подумав, что
она ошиблась в выборе рода занятий. Если когда-нибудь эта женщина решит
оставить ремесло воровки, она сможет пойти на сцену.
Перед ними открылся просторный зал, поражающий высокими потолками с
изысканной лепниной; стены же украшали фрески, изображающие сцены из жизни
старого Юга.
— О! — Блисс застыла в восхищении. — Просто сказка.
— Но здесь очень пусто. — Он, разумеется, умолчал, что Каннингем
был отнюдь не в восторге, когда пришлось в спешном порядке освободить от
мебели дом, находящийся в распоряжении их ведомства и предназначенный
специально для подобных оказий. — Теперь дело за вами. Если, конечно,
вы не откажетесь.
— Надо быть сумасшедшей, чтобы отказаться.
По сияющему паркету красного дерева ценительница старины прошла через арку
дверного проема, декорированную гипсовой лепниной, и ступила на мраморный
пол вестибюля. Главной достопримечательностью, архитектурной доминантой его
была величественная парадная лестница в два параллельных марша с резными
перилами.
Да, обустройство интерьера шикарного дома Бруссара в этой фешенебельной
части города поможет разрешить все ее денежные затруднения. С другой
стороны, эта работа заставит ее постоянно и тесно общаться с работодателем,
и сейчас уже представлявшим немалую опасность для ее душевного
спокойствия...
Но Блисс сказала себе, что досконально обдумает все это позже. Она решила
отбросить до поры сомнения и позволить себе просто пожить немного настоящим
моментом, насладиться обедом в приятной компании.
— А можно посмотреть остальные апартаменты?
— Только после обеда. Наверх ведет не менее тридцати ступенек. Я не
могу допустить, чтобы, взбираясь по лестнице, вы упали в голодный обморок и
сломали свою прелестную шею. — И он провел пальцем по нежному изгибу
под ее затылком. Блисс не могла удержать пробежавшей легкой дрожи.
Неожиданно ее спутник очутился слишком близко для того, чтобы она могла
ощущать себя комфортно и в безопасности.
— Я же говорила, что никогда не падаю в обморок, — воспротивилась
она, отступая на шаг.
— Вот и прекрасно. Не будем нарушать эту традицию. — В левой руке
он держал корзинку с провизией, а пальцы правой сплелись с ее пальцами, и,
не отпуская руки, он повел Блисс через другую арку. — Я подумал: будет
больше похоже на пикник, если мы пообедаем на свежем воздухе.
Обнесенный стеной сад поражал буйством растительности, яркостью красок. В
этом маленьком раю цвели всевозможные виды роз и лилий, а живокость и
наперстянка служили достойным аккомпанементом. Легкий ветерок ласково гладил
кожу, донося смесь бесподобных ароматов. Толстые пчелы деловито жужжали над
медоносами, перепархивали с цветка на цветок разноцветные бабочки.
— Здесь действительно божественно. Я рада, что вы уговорили меня
приехать.
Очарованная Блисс тут же принялась фантазировать, как перенести эту красоту
внутрь апартаментов. Дом был такой большой, солидный и официальный. Пожалуй,
тканевая обивка с цветочными мотивами, живые растения сделают его теплее,
уютнее. Больше похожим на радостное, именно человеческое жилье.
И Шейн, начавший было распаковывать корзинку, невольно остановился,
залюбовавшись ее отливающими на солнце, чуть разметавшимися на ветру
вьющимися волосами и полным детской радости взглядом широко распахнутых
зеленых глаз, слишком мягким и непосредственным, чтобы вписываться в какие
бы то ни было представления о пороке. А пухлые розовые губы, тронутые
непременной улыбкой, вызывали неудержимое желание поцеловать их.
Его так и подмывало дотронуться до нее — пробежаться пальцами по шелковистым
и блестящим огненным локонам, провести по щеке тыльной стороной ладони,
сжать пальцами решительный подбородок и недвусмысленно заявить свои права,
запечатлев на нежных губах горячий поцелуй. Хотелось сорвать облегавшую
тонкий стан блузку изумрудно-зеленого шелка и коротенькую плиссированную
юбочку, увлечь ее на затканные цветами подушки белой садовой скамьи...
Брови Блисс изогнулись в легком изумлении при виде того, как он с немалой
сноровкой откупоривает мутно-зеленую бутылку шампанского.
— А что мы такое празднуем?
Хозяин разлил вино по высоким бокалам, предусмотрительно уложенным в
корзинку шеф-поваром, и протянул ей один из них.
— Выберите сами. Скажем, успешное начало сотрудничества...
— Я еще не дала согласия на вас работать, — возразила Блисс,
правда, больше для порядка. Она чувствовала, что соблазн слишком велик.
Соблазн обустроить, привести в должный порядок роскошный, грандиозный дом.
Не говоря уже о соблазне крупного вознаграждения, которое сулит эта
работа...
— Тогда выпьем за приятное знакомство. — Он легонько коснулся ее
бокала своим. — Знаете, я думал о вас, Блисс. Больше, чем следовало бы.
Больше, чем сам от себя ожидал.
Застигнутая врасплох подобным признанием, она непроизвольно отступила на
шаг.
— Как-то невесело это у вас звучит.
— Не привык к тому, чтобы женщина так сильно овладевала моими мыслями и
так путала планы.
Звук его голоса чуть окрашивали мягкие, певучие интонации Юга, против воли
напоминая Блисс, что она, в сущности, ничего не знает об этом человеке.
— Скажите, откуда вы родом? Где живете?
Но тут словно какая-то завеса опустилась между ними. Блисс осязаемо
почувствовала, как он отгородился от нее.
— Везде и нигде. То здесь, то там. Как вольный ветер. Когда я был
ребенком, наша семья часто переезжала с места на место. У меня никогда не
было подлинного ощущения родины. Верите ли, я нигде по-настоящему не ощущал
себя дома. — Пора было менять тему. — Если вам не угодно пить ни
за сотрудничество, ни за знакомство, тогда, быть может, просто выпьем за
нас?
— Я ведь уже сказала...
— Да-да, я помню — никаких
нас
. Но по крайней мере мы можем
договориться быть хорошими друзьями. В конце концов, ведь за меня поручился
сам Майкл О'Мэлли.
Что и говорить, Майкл О'Мэлли был не просто квартиросъемщиком. Майкл был ей
хорошим, верным другом. Пожалуй, лучшим другом в ее жизни. И потому-то Блисс
так тревожило его одиночество, отсутствие близкой женщины. И уже в который
раз подумалось, что у такого хорошего человека, как Майкл О'Мэлли, смелого,
честного, доброго, всепонимающего, должна быть любящая жена и полный дом
ребятишек. И в который раз Блисс пожалела, что этот замечательный человек не
возбуждает в ней ни малейшего любовного желания. Да, видимо, и сам к ней
влечения не испытывает. Хотя после неудачного замужества она и зареклась от
новых экспериментов, все же сама мысль о том, чтобы быть любимой порядочным
и привлекательным мужчиной, вроде Майкла, льстила ее воображению.
Кстати, о мужской притягательности... Вот парадокс: стоило только взгляду
Шейна, человека едва знакомого, задержаться на ее губах, как Блисс мгновенно
чувствовала, что у нее пересыхает горло, а легким не хватает воздуха.
Он же тем временем легонько провел пальцами вверх по ее руке, с
удовольствием убеждаясь: нежностью и гладкостью эта кожа может поспорить с
лепестками розы.
— Вы хоть понимаете, что сводите меня с ума?
— В самом деле? — Ей бы хотелось, чтобы голос прозвучал холоднее,
тверже, не столь прерывисто.
— В том-то и фокус. — Собственный голос тоже показался ему излишне
напряженным и хриплым. Шейн медленно, со значением опустил бокал на
стол. — Объявляю честно: если вы через минуту не прогоните меня прочь,
я вас
...Закладка в соц.сетях
