Жанр: Любовные романы
Колыбельная для мужчин
...и Полидори приглашал ее отужинать.
— Послушай. — Нельсон одним движением набросил пиджак на спинку
кресла. — Поверь мне, она — козырная карта. Неизвестно, что она
предпримет дальше. Сказала, что обратится в прессу, будет добиваться своего.
В ее решимости не приходится сомневаться. На испуг она меня не брала.
Зак стоял возле камина, прислонившись бедром к итальянскому мрамору,
чувствуя себя в этой жилой комнате совсем некомфортно — когда-то он не
решился бы и пройти через нее. Выдержанная в светлых тонах с элементами
черного и золотого, комната выглядела холодной, неуютной. Было бы лучше
оказаться где угодно, только не здесь, да еще наедине с братьями и сестрой.
Он сощурился, глядя на Нельсона. Самый младший из Денверсов был склонен
преувеличивать, поэтому его путь в политику был вполне закономерен. Никого
не поразило бы, если бы открылось, что он брал взятки и убедительно лгал.
Нельсон мерил шагами комнату и нервно поглядывал на Зака, поскольку его
средний брат был явно не на месте на этой семейной летучке. Зак понимал, что
его присутствие обременительно для других, что внутренне он давно
отстранился от их затей, однако находился здесь для того, чтобы пощекотать
им нервы и чтобы узнать о новых акциях против Адриа.
— Как вы полагаете, что нам следует предпринять? — спросил Зак,
обращаясь скорее лишь к младшему брату. Нельсон таил в себе загадку. Во
всяком случае, казался непонятным для него. Доброта и жестокость прекрасно
уживались в нем. Зак никогда не мог раскусить его, даже в детстве.
— Черт побери! Я не знаю, что делать. Потому и здесь.
— Из тебя выйдет никчемный мэр, Нельсон, — сказал Зак, поднося к губам стакан с коктейлем.
— Не мэр, а губернатор, — поправил тот. Трейси щелкнула
зажигалкой.
— А что ты предлагаешь, Зак?
— Оставить ее в покое. Пусть разыгрывает свою карту. Сквозь дымку
сигаретного дыма Трейси хихикнула.
— Если тебя лично все это мало волнует, то остальным отнюдь не
наплевать.
— Ты можешь предложить что-то получше?
— Нанять альфонса для романа с ней. — Трейси скрестила ноги и
утонула в мягких подушках диванчика.
— И не говори такое! — запротестовал Нельсон.
— Боже мой, неужели ты до сих пор не различаешь шутки? — Сестра
закатила глаза.
Нельсон остановился и взглянул ей в глаза.
— Никто не может определить, когда ты шутишь, а когда нет. Даже ты
сама.
— Умница, Нельсон. Умница. — Она сделала глубокую затяжку.
Нельсон казался более взволнованным, чем обычно. Обеими руками он взъерошил
волосы.
— Нам лучше бы всем вести себя поосмотрительней. Она уже получила два
письма с угрозами.
— Чудненько, — пропела Трейси, а Зак почувствовал напряжение во
всем теле.
— Объясни, что это значит?
Когда Нельсон в подробностях пересказывал разговор с Адриа, у Зака
похолодело внутри, как на дне шурфа.
Кто-то угрожал Адриа? Но кто? Только люди, находящиеся в этой комнате, могли
быть к этому причастны, а также его мать и семейство Полидори. Кроме того,
оставались слуги, которые могли подслушать телефонные разговоры, частный
детектив и кто-то еще, нанятый со стороны.
Трейси с уставшим видом смяла сигарету в хрустальной пепельнице.
— А кому-нибудь из вас приходила мысль о том, что Адриа может оказаться
той, за кого себя выдает? Может быть, она и есть Лонда, и, если это так, то,
что мы здесь собрались, не имеет значения.
— Лонда мертва, — отрезал Джейсон, не намереваясь слушать
дальнейшие разглагольствования на эту тему.
— Откуда ты знаешь? Откуда мы все это можем знать? — спросила
Трейси.
— Мы это знаем. Очевидно, она умерла много лет назад или — есть один
шанс из миллиона — живет где-нибудь в безвестности, не подразумевая, что она
Денвере.
— Или как раз и узнала, кто она такая, — протянул Зак,
прищурившись.
— Все равно лишняя головная боль, — проговорила Трейси, вставая с
дивана. — Вы знаете, как мне все это трудно терпеть. Является тут с
претензией называться Лондой, маленькой принцессой Уитта Денверса. Так он,
кажется, ее называл —
маленькая принцесса
. — Она обернулась к
Заку. — Помнишь, да? Только о ней и заботился. На остальных начхать.
Только Лонда. Везде одна Лонда! — Она явно злилась, и ее голос немного
дрожал. Да, в ней сейчас говорила дочь своего отца, который ни разу не
удостоил ее добрым словом. Когда она взбрыкнула, старик наконец заметил ее.
Вся семейка, как мусорное ведро.
— Она должна была умереть, — сказал Джейсон.
— Так, может, один из нас убил ее? — не удержался от предположения
Зак.
— Ради бога, Зак. Не нужно об этом и думать. — Нельсон закатал
рукава рубашки до локтей и взглянул поочередно на двух братьев. —
Послушайте, внутренние споры подобного рода совсем нам не на пользу. Мы
должны найти способ ее дискредитировать. Она заверила меня, что, если мы
докажем беспочвенность ее притязаний, она тут же исчезнет.
— И ты в это поверил? — спросила с издевкой Трейси. —
Господи, Нельс, неужто ты такой тюфяк, а? Чем больше я об этом размышляю,
тем больше убеждаюсь в том, что ты идеальный общественный деятель.
— Хватит пререкаться, — скомандовал Джейсон. — Свини сейчас
изучает ее биографию, а его человек следит за ней здесь. Если у нее есть
сообщники, мы узнаем.
— Свини? — с презрением спросил Зак. Он-то думал, что Джейсон
шпионит сам, а оказывается, подрядил этого мерзкого Освальда, готового мать
родную продать, была бы лишь выгода.
— Он хорошо делает свою работу.
— Проныра чертов, — врезала Трейси. Впервые Зак согласился со
своей сестрой, но спорить с Джейсоном по поводу кандидатуры частного
детектива не имело смысла. Как терьер старой выучки, Свини готов был копать
и копать, ну а если кто-то станет у него на пути, то он вцепится тому в
горло мертвой хваткой.
Зак обратил внимание на младшего брата. Тот невероятно нервничал, будто
проигрывал гонку.
— В этих записках конкретные угрозы? — спросил он, желая услышать
вразумительное объяснение. С одной стороны, он, кажется, не одобрял всего,
что говорилось об Адриа. Но с другой — все же был не так глуп, чтобы хоть на
грамм доверять ей. Она лишь карта в чужих руках. Хотя и козырная карта.
Воскресший дух.
Нельсон серьезно посмотрел на брата.
— На что ты намекаешь?
— Не могла она сама их состряпать?
— Зачем? — спросил он.
Зак налил пива в стакан и сдул пену.
— Пробудить к себе участие публики.
— Вы что, извращенцы, а? — спросила Трейси.
— Минуточку. А почему нет? — Джейсон охотно вцепился в эту
тему. — Она достаточно умна, чтобы написать угрозы самой себе. Черт, ну
да. Так она и сделала! — Он был восхищен своим прозрением.
— Или же ей грозит реальная опасность, — громко сказал Зак,
испытывая легкий озноб. — Почему вы не хотите сообщить мне, где она
проживает?
— Снимает комнату в
Орионе
, — признался Нельсон. — Номера я
не знаю.
Зак почувствовал стеснение в груди, время будто остановилось.
Орион
. Он не
был в этом отеле с той ночи, когда произошло похищение. Проезжая мимо этого
строения из стекла и бетона, он всегда мысленно возвращался к событиям той
ужасной ночи, когда его избили до полусмерти, а потом еще заклеймили
подозрением в киднеппинге.
— Кому еще известно, что она там?
Нельсон прикусил нижнюю губу.
— Теперь, наверное, об этом знает полгорода. Эй, Зак, ты слышишь меня?
Она собирается обратиться в прессу! Знаешь, что тогда будет? Начнется
цирковое представление...
— А что это ты так озабочен? — обратилась к Заку Трейси, вынимая
из пачки еще одну сигарету. — Ты всегда чихал на семью с высокого
дерева.
— И сейчас продолжаю.
— Но у тебя еще и подслушивающее устройство в пуговице, не так
ли? — Она чиркнула зажигалкой и выпустила облако сигаретного
дыма. — Видишь ли, Зак, если бы я тебя плохо знала, то подумала бы, что
ты положил глаз на Адриа. Выражаясь в романтическом стиле. — Он не
посчитал нужным ответить. — Ну прямо-таки как с Кэт. Не мог от нее рук
отодрать. — Трейси наблюдала, как красные точечки на конце сигареты
переплывают одна в другую. — Не хотелось бы думать, что эта штучка, а-
ля Кэт, уже запустила в тебя коготки.
Здесь был ответ на все вопросы вселенной. Зак выдавил холодную улыбку.
— Черт, Трейси, я думал, коготки только у тебя.
Она с ненавистью посмотрела на него сквозь пелену сигаретного дыма, медленно
восходящего к потолку. Джейсон вернул всех к действительности.
— Я по-прежнему считаю, что ее лучше было бы упрятать куда-нибудь подальше, например на ранчо.
— Вот об этом забудь сразу, — отрезал Зак.
— А что, ты не хотел бы побыть с ней наедине? — не унималась
Трейси. — Как с Кэт.
Зак стиснул стакан, а Джейсон, предчувствуя ссору, примиряюще поднял руки.
— Не время для взаимных упреков. Держи себя в руках, Зак. Ты, надеюсь,
понимаешь, что враг рядом.
Да. Зак это знал. Но все это начинало ему осточертевать. Джейсон опять
привязался к нему со своей глупой идеей.
Он не стал слушать аргументы в пользу того, чтобы увезти девушку подальше из
города, подальше от семьи. Ему не терпелось покинуть эту душную комнату.
Начиная верить в то, что угрозы в адрес Адриа вполне серьезны, он выскочил
из дома под проливной дождь. Будь что будет, но сейчас путь его лежал к
отелю
Орион
.
15
Снаружи отель
Орион
выглядел точно так же, как и тогда, много лет тому
назад, когда Зак, решившись наконец потерять невинность, впервые переступил
его порог. Внутри, однако, были заметны перемены. Старомодная дубовая
стойка, за которой сидел продававший журналы, сигареты и сладости седой
старик, не переделывалась уже много лет, но главный вестибюль был полностью
переоборудован. Стеклянные столики и низкие цветочные горшки перенесли
подальше от стойки, пальмы с перистыми листьями росли, казалось, прямо из
выложенного керамической плиткой пола.
Стараясь не обращать внимания на странное волнение, внезапно охватившее его,
от которого у него даже мурашки пробежали по коже, Зак подошел прямо к
стойке, за которой двое молодых людей — мужчина и женщина — отбывали ночную
смену.
— Будьте любезны, позвоните в комнату мисс Нэш, — попросил
Закари. — Скажите, что в вестибюле ее ждет посетитель. — Служащие
обменялись взглядами, и женщина, рыжеволосая, с губами, накрашенными бледно-
красной помадой, посмотрела на часы:
— Она вас ждет?
— Нет.
— Уже поздно...
— Она не будет возражать.
Ее наманикюренные ногти запорхали по клавиатуре компьютера.
— Дайте я сначала посмотрю, не просила ли она, чтобы ее не
беспокоили... — Она взглянула на дисплей, слегка пожала плечами и поднесла к
уху телефонную трубку. — Как ваше имя?
— Закари Денвере.
— Она вас знает?
— Да.
— Подождите минуточку.
— Я буду в баре.
Когда телефон зазвонил в третий раз, Адриа вслепую потянулась к аппарату и
посмотрела на часы. Половина первого. Она проспала не более часа, и
расстаться с окутывающей ее пеленой сна было нелегко. Нащупав трубку,
девушка другой рукой откинула упавшие на глаза волосы.
— Алло?
— Мисс Нэш, говорит Лори со стойки портье. Извините, что беспокою, но
вас хочет видеть посетитель, некий мистер Денвере.
— Кто?
— Закари Денвере.
— Зак? — Пока извиняющаяся служащая отеля передавала ей сообщение,
застилающий мозг туман сна улетучился. Сердце у нее чуть-чуть екнуло — она
поняла, что он был тоже
призван в строй
, настало время сплотить ряды
Денверсов против их общего врага — Адриа, угрожавшей обратиться к прессе.
Интересно, каким образом он собирается убедить ее отказаться от своего
намерения?
Адриа надела джинсы и просторный свитер. Не имея времени как-то привести в
порядок непокорные черные локоны, она заколола их на затылке пряжкой и
схватила сумочку.
Ну что ж, начинается третий раунд, подумала она, имея в виду предыдущие
встречи с Полидори и Нельсоном Денверсом. Она неожиданно становилась
популярной. Даже слишком популярной. Не много ли людей знают, где она живет?
Пора ей переселиться в более дешевые апартаменты и подальше от любопытных
глаз.
Несмотря на приглушенное освещение и темные тона отделки интерьера, Адриа
заметила Зака, как только вошла в бар. Он занял столик в самом углу и был
единственным мужчиной без галстука, да и традиционного костюма также.
Зак сидел, откинувшись на спинку стула, вытянув перед собой обтянутые
джинсами ноги. Рукава синей рубашки были закатаны, а ястребиные глаза
пристально следили за тем, как она приближалась к столику.
Она уже успела забыть, каким угрожающим может быть выражение его лица —
жесткая линия рта, нахмуренные черные брови, пронизывающий насквозь взгляд.
При появлении Адриа поигрывающий бутылкой пива Зак не произнес ни слова
приветствия, на его лице, словно состоящем из резких граней, не было ни тени
улыбки, ни никаких-либо следов того, что он рад ее видеть. Собственно
говоря, он выглядел настолько сумрачно, словно уже один ее вид раздражал
его.
— Ты знаешь, который теперь час? — спросила она, бросив на стол
звякнувшую ключами сумочку.
Он пожал плечами.
— Кажется, первый.
— Если ты здесь для того, чтобы предложить мне взятку, то забудь об
этом.
— Сядь. — Он подтолкнул стул в ее направлении. Ей очень хотелось
остаться стоять, бросая ему своеобразный вызов, но потом она все же послушно
опустилась на мягкое сиденье.
— Я устала, Зак.
— Я слышал, ты получила неприятные письма?
— Худые вести не лежат на месте.
Подошел официант, она собралась отослать его, но потом все-таки решила, что
не мешает чего-нибудь выпить. Присутствие Зака всегда действовало ей на
нервы. Вероятно, это было вызвано его натурой — сплошной мужской эгоизм,
первобытная сексуальность и убежденность в том, что он нравится женщинам.
Это был тот тип циничного мужчины, в поведении которого большинство женщин
видят вызов, пробуждающий в них инстинкт укротительниц, в общем, мужчины, с
которым ей лучше не связываться, — одинокий ковбой, от которого не жди
добра.
— Будьте любезны, принесите мне бокал шардонэ.
— Расскажи мне об этих посланиях.
Она вынула из сумочки обе записки. И он, не пытаясь прикоснуться к ним,
прочитал текст и нахмурился еще сильнее. Брови его сошлись на переносице,
лоб под копной угольно-черных волос прорезали глубокие морщины.
— Да, у тебя талант приобретать себе новых друзей, — произнес он с
расстановкой.
Адриа сгребла записки и засунула их обратно в сумочку.
— Вряд ли я могу назвать друзьями тех, кто их написал.
Он отхлебнул пива и поднял на нее глаза.
— Тебе стоит обратиться в полицию. У того, кто их послал, явно с
головой не в порядке. Он может быть опасен.
— Тот, кто их послал, — трус и, возможно, носит фамилию Денвере.
— Возможно, — ответил он, уклоняясь от спора.
— Но он меня не остановит. Я не собираюсь впадать в панику и решила
предать всю эту историю гласности, — сказала она, внимательно наблюдая
за его реакцией.
Он безразлично пожал плечами.
— Можешь делать все, что тебе взбредет в голову. — Он сделал
большой глоток из бутылки и поставил ее на стол.
— Тебя это не волнует?
Зак пристально посмотрел ей в глаза, и от этого взгляда у нее перехватило
дыхание.
— Не очень. Даже совсем не волнует.
— Но тем не менее ты здесь, — возразила она. — Зачем?
— Быть может, вы и не поверите мне, мисс Нэш, но я здесь потому, что
вам нужен телохранитель.
— Что?
— Ты же слышала, что я сказал.
Она чуть было не рассмеялась.
Какое нахальство со стороны этого человека вести себя с ней так, будто она
хрупкая, фарфоровая куколка, обреченная при первом же неосторожном движении
быть разбитой вдребезги. Хотя, конечно, он не имел никакого представления о
ее прежней жизни и не мог знать, что Виктор Нэш, вопреки всем возражениям
жены, решил, что его единственная дочь должна получить суровое воспитание и
уметь постоять за себя.
— На этот раз ты ошибаешься, Закари. Поверь мне, я могу сама о себе
позаботиться, я выросла на ранчо в Монтане и...
— И получаешь письма с угрозами.
— От какого-то дерьма.
— Кем бы он ни был, он может оказаться опасным.
— Просто старается запугать меня, но у него это не пройдет. —
Адриа сделала глоток вина и почувствовала, как холодная жидкость скользнула
по ее гортани. — Скажи мне одну вещь, — продолжила она, взглянув
прямо в его серые глаза, полускрытые ресницами. — Ты что, действительно
хочешь быть моим телохранителем?
Он ничего не ответил, но его пронзительный взгляд заставил ее внутренне
сжаться.
— Неужели ты думаешь, что я настолько глупа, такая полная идиотка, что
соглашусь, чтобы меня охранял кто-либо из Денверсов?
— Но ты не можешь одна бороться со всем миром.
— Не с миром, Зак. Только с семьей Денвере.
— Но они сильны.
— Даешь этим понять, что и ты силен, не так ли? Хочешь ты этого или
нет, но ты тоже часть этой семьи.
Он склонился над столом.
— Не скрываю, что не хочу этого. — И его рот тронула усмешка, как
будто он находил отношения, сложившиеся между ним и семьей, хотя и
досадными, но не лишенными забавности. Подобная непочтительность была сродни
каким-то чувствам внутри нее. Разве она сама не была в некотором роде
бунтарем?
— Но ты все же связан с ними, разве нет? — спросила она. —
Благодаря деньгам отца.
Его рука мгновенно, как гремучая змея в броске, метнулась над столом, и
огрубевшие от работы пальцы обхватили ее запястье.
Голос стал низким и угрожающим:
— Послушайте меня, леди. Я пытаюсь оказать вам услугу, и противиться
этому все равно что плевать против ветра.
— Я не нуждаюсь ни в каких услугах.
Она гордо задрала подбородок, но не могла не чувствовать прикосновения
теплых пальцев к нежной коже руки. В горле у нее пересохло, а его взгляд,
переместившись ниже, на несколько показавшихся ей бесконечными мгновений
задержался на бьющейся на ее шее жилке.
— Я стараюсь помочь тебе.
Как бы ей хотелось ему поверить! Но она знала, что Зак обманывает ее. Он
явился как член этой семьи — неважно, что он только что говорил по этому
поводу. И эта мысль, мысль о том, что кто-то из Денверсов собирается
манипулировать ею, вызвала у нее возмущение. Сколько она себя помнила, все
время кто-то пытался навязать ей свою волю, сломать ее, но на этот раз она
не поддастся. Стиснув зубы, Адриа выдернула руку и вскочила на ноги.
— Мне не нужна никакая помощь.
— Вот тут ты ошибаешься.
— Чушь.. — И вне себя от ярости, с глазами, полными вновь
обретенной решимости, добавила: — Спокойной ночи, Зак. И знаешь, что я хочу
тебе сказать. Иди ты к черту! — И резко повернулась к нему спиной.
Глядя, как она стремительно шагает к двери, Зак отметил округлость ее бедер
и прямую осанку. Ноги были тонкими, но не тощими, и он представил себе, как
они обвивают его поясницу.
— Черт побери, — пробормотал он, чувствуя отвращение к самому себе
за подобное направление мыслей. Стоило оказаться рядом с ней, как ему на ум
немедленно приходил один только секс, как у застоявшегося жеребца,
очутившегося среди табуна течных кобыл. Он опять повел себя неправильно.
Хотя, имея дело с этой женщиной, трудно было предугадать ход событий.
Что ж, она может сердиться, жаловаться на него администрации, если хочет, но
он собирается провести ночь у ее порога. И, бросив на стол несколько купюр,
Зак двинулся вслед за ней и оказался в вестибюле как раз в тот момент, когда
дверь лифта закрылась. Это его вполне устраивало, и он прислонился к
колонне, следя за тем, как один за одним загораются огоньки укрепленного над
лифтом указателя этажей, пока один из них не замер на цифре пять. С кривой
усмешкой Зак подождал, пока кабина спустится на первый этаж, и, как только
открылась дверь, вошел внутрь. Если придется, он устроится и в вестибюле, но
ему чертовски хотелось выяснить, действительно ли кто-нибудь выслеживает ее.
Когда он поднялся на пятый этаж, колокольчик лифта тихо звякнул. Зак вышел в
пустой коридор и тут же заметил в углу холла кресло, стоявшее рядом с
искусственной пальмой, откуда хорошо просматривались оба гостиничных
коридора. Усевшись в кресло с низкой спинкой, он стал думать о том, кого же,
собственно говоря, он подстерегает и есть ли кого подстерегать вообще.
Результаты ночного бдения могли оказаться очень интересными. Если мисс Нэш
завтра утром обнаружит еще одну записку, он сможет почти наверняка доказать,
что она писала их сама. С удовлетворенной улыбкой Зак откинулся на спинку
кресла, вытянул ноги и, скрестив их, приготовился ждать.
Адриа захлопнула за собой дверь номера. Всю дорогу в лифте ее преследовали
язвительные замечания Закари, бесила его самоуверенность. Вспомнив, как он
пытался указывать ей, Адриа захотелось пнуть что-нибудь ногой. Глупец! Он
имел наглость сказать, что она нуждается в его защите, черт бы его побрал! И
он, и вся семья ведут себя так, будто она совсем безмозглая и не может сама
о себе позаботиться, этакая недалекая фермерская дочка, только и мечтающая о
том, как бы сорвать с них куш побольше. Адриа распустила волосы и в
раздражении бросила заколку на кровать.
— Ублюдок, — пробормотала она и одернула себя на этом слове. Если
быть честной перед самой собой, действительно честной, то надо признать, что
какая-то часть ее хотела, чтобы Зак оказался отпрыском любого другого
человека, только не Уитта Денверса, которого считала своим отцом.
Потому что, будь он неладен, она находила Закари привлекательным и волнующим
ее душу, не похожим ни на какого другого мужчину из тех, которых знала до
сих пор.
Сердце ее забилось. Действительно ли Зак — сын Уитта? Хотя кого это волнует?
Какое это имеет значение? На самом деле ей нужно узнать, является ли она
сама дочерью Уитта. Нечего ей задумываться о происхождении Зака. Да и о
самом Закари Денверсе тоже.
Она взяла лежавшую на маленьком столике газету и развернула ее, чуть не
порвав. Перелистнув непослушными пальцами несколько страниц, она
остановилась на разделе
Сдается внаем
. Завтра она первым делом найдет себе
новое место для жилья, а потом заявится в редакцию
Орегонца
и расскажет
такую историю, что у журналистов от изумления глаза на лоб полезут. После
этого можно будет обратиться на радио и в телестудии.
Если семья Денвере хочет вести жесткую игру, пусть будет так. Она готова
подать им такой резаный мяч, какого они еще в жизни своей не видели.
Трейси оставила машину на своем обычном месте, между гаражом и домиком,
расположенным в лесу, на территории земельного участка Полидори. Домик
садовника считался пустующим, и Марио более двадцати лет использовал увитый
виноградом коттедж для их тайных встреч. Сердце ее билось в учащенном темпе.
Нырнув под свисающие плети и постучав в дверь, прежде чем открыть замок, она
упрекнула себя за подобное волнение. Он уже ждал ее. Когда его освещенная
сзади светом из кухни фигура пересекла темную гостиную, у нее замерло
дыхание. Хотя за прошедшие годы она успела зачерстветь душой и стать
циничной, при виде Марио по всем ее жилам разливалась горячая волна
ожидания.
Он был раздет до пояса, брюки висели свободно, подтяжки болтались по бокам.
— Ты опоздала, — сказал Марио своим прокуренным голосом, от
которого она всегда теряла голову.
— Домашние неприятности.
— Забудь о них.
Он протянул р
...Закладка в соц.сетях
