Жанр: Любовные романы
Недоверчивые сердца
...ила на себе чей-то
взгляд. Это, конечно, те сироты, о которых говорила Мерта - любопытные, как все
дети. Она повернула голову - из-за угла
хижины на нее уставились серьезные темные глаза. Хихиканье, топот - остальные
убежали, но карие глаза продолжали
смотреть без признаков страха, даже с вызовом.
Скрипнула дверь; на пороге стояла невысокая женщина приятной наружности.
Она на миг замерла, потом широким
жестом пригласила в дом.
- Для меня это большая честь, миледи. - Мод говорила ровным голосом и
вежливо улыбалась; конечно же, она уже
знала о ее появлении в замке - слухи распространяются быстро.
- А мне приятно познакомиться с вами, потому что найти вас было нелегко. -
Несса стояла посреди маленькой
комнаты - в ней было чисто и уютно.
Мод внимательно посмотрела на молодую графиню и проговорила:
- Рада, что вы пришли, у меня редко бывают гости. - Она указала на скамью
возле очага. - Садитесь, миледи. Но
что привело вас ко мне?
- У меня к вам множество вопросов. - Несса перешла сразу к делу, она была
уверена, что с этой женщиной лучше
говорить прямо.
- Ко мне? - Мод искренне удивилась. Она села на лавку по другую сторону
круглого очага и вопросительно
посмотрела на гостью.
Несса кивнула и вновь заговорила:
- Вы были последней женщиной, следившей за хозяйством в замке, а теперь
это - моя обязанность. - Она
молитвенно сложила руки, чем невольно подчеркнула следующие слова: - Меня
готовили к религиозному служению, и я не
уверена, что смогу справиться со своей задачей, хотя необходимость перемен
очевидна.
- Я много лет не была в замке, но, судя по всему, так оно и есть, -
сказала Мод. - А зачем вам нужна я?
Стараясь не обидеть женщину, Несса с улыбкой сказала:
- Я не знаю, по какой причине вы ушли, но очень надеюсь, что смогу убедить
вас вернуться.
Мод выпрямилась - и как будто отдалилась.
- Я буду рада оказать вам посильную помощь. Расскажу то, что вы захотите
узнать, но вернуться в замок я не могу.
- Опущенные уголки губ выражали не злость, а сожаление.
Несса оглядела маленькую комнату; она поняла, что эта женщина не хочет
покидать свой уютный домик и менять его
на мрачный замок.
Словно прочитав мысли Нессы, Мод проговорила:
- Я, конечно, очень люблю свой дом, но не могу уйти ьовсе не из-за этого.
Не сомневаюсь, что добрая девочка Мерта
рассказала вам о моих прежних обязанностях и о том, какая теперь на мне лежит
ответственность.
Мод повернулась к открытой входной двери, в которую заглядывали дети, и
позвала их. Трое малышей окружили ее,
младшая забралась на колени и, стесняясь гостей, уткнулась лицом в живот пожилой
женщины.
- Это Карл. Ему восемь лет. - Мод показала на мальчика. - Это Мег, ей
скоро шесть. А это наша маленькая Беата.
- Она потискала девчушку, и та залилась очаровательным детским смехом.
Несса улыбнулась малышам; между ними было явное фамильное сходство - карие
глаза и темные волосы. Но где же
тот мальчик, который не убежал, когда она его заметила за углом дома?
- Есть еще один. - Мод закричала: - Уилл, ты тоже иди сюда!
В дверях показался мальчик. Он изо всех сил храбрился, но смотрел на леди
настороженно и был готов в любой
момент броситься за дверь.
- А вот и четвертая причина, по которой я не могу вернуться. Старый граф
ни за что не позволит им жить в замке. Он
терпеть не может детей, даже собственных.
Несса часто слышала, что старый граф Уильям - холодный, недобрый человек,
но только приехав сюда, она начала
понимать, что такое отношение распространялось и на сына - может быть, в первую
очередь на сына. Думая о несчастливом
детстве Гаррика, Несса незаметно для себя стала называть его по имени.
Испугавшись незнакомого прилива нежности,
могучего порыва утешить столь жесткого и холодного человека, Несса поспешила
обратиться мыслями к той, что сидела
перед ней.
Ее тронуло великодушие Мод, ее забота о тех, кто нуждается в заботе. Несса
покончила с религиозной жизнью, но
сейчас перед ней был пример практического служения Богу. Говорила же аббатиса
Бертильда, что Он приветствует
практические дела. Уверенность в праведности своих слов придала ей смелости, и
она сказала:
- Теперь старому графу безразлично, кто живет в замке Таррант. - Несса
сказала это с уверенностью, которой не
чувствовала, а вздох Мод еще больше ее поколебал. Да и по, лицу Мерты было
видно, что она считает, что старый граф
оспорит претензии молодой графини.
И все же Несса тешила себя надеждой, что старый граф, почти не покидающий
свою башню, даже не узнает, что в
замке живут дети. Она вспомнила свое детство, вспомнила, как по Солсбери-Тауэру
разносился веселый смех Алерии, едва
ли сейчас будет так же, но с ней Бог, и это решает дело.
Мод залилась слезами; с дрожью в голосе она сказала:
- Вы явились ответом на мои молитвы, вот что вы такое! Да, вы стали
ответом на мои отчаянные молитвы! Мы с
радостью отправимся в замок. Завтра же! - Она спустила с коленей малышку и
выгнала детей играть во двор.
Теперь решение Нессы стало тверже железа - уже ничто не заставило бы ее
свернуть с пути; она обязана удобно
разместить их всех в крепости.
Последним вышел Уилл; он посмотрел на Мод, и в глазах его появилось какоето
странное выражение. Мод же вдруг
вздохнула и проговорила:
- Я должна рассказать еще кое-что... Возможно, после этого вы перемените
свое решение.
- Ничто не может его переменить, - ответила Несса.
Мод улыбнулась ее самоуверенности.
- Прошу выслушать внимательно. Знайте, что никто не осудит вас за отказ от
решения, принятого по незнанию. -
Мод покачала головой, не давая графине возразить. - Трое младших - из одной
семьи, у них нет родственников, которые
могли бы взять их к себе. Старший, Уилл, - другое дело. Из-за него вы можете
передумать.
Несса знала: ничто не заставит ее изменить решение, но она понимала, что
Мод не пойдет в замок, если не скажет
всего. Пожилая женщина между тем продолжала:
- Когда миледи умерла при родах, старый граф напился до беспамятства и
изнасиловал одну из служанок. Наутро он
ничего не помнил, а когда она объявила, что родила от него дочь, не поверил и
выгнал из замка. Девочка выросла и стала
красавицей с чудесным характером. Она не желала ничего другого, кроме как мирно
жить со своим мужем-дровосеком.
Однажды, когда она относила ему обед в ближайший лес, в доме начался пожар.
Сынишка в это время спал на чердаке. -
Мод указала пальцем в потолок. - Возвращаясь, она увидела огонь... Побежала,
влезла по приставной лестнице на чердак, в
дыму от горящей соломы нашла сына и сумела выбросить его через дыру в стене. Он
удачно упал на землю, а она сгорела.
Несса перекрестилась и опустила на колени молитвенно сложенные руки.
- После смерти жены отец мальчика потерял интерес к жизни. От горя он
вскоре умер. Мальчик стал жить у бабушки,
но она была очень старая и в прошлом году тоже умерла. И только я приняла к себе
отвергнутого внука старого графа.
- Это Уилл?
Мод кивнула.
- Что ж, происхождение ничего не меняет, - сказала Несса. - Я даже
чувствую, что это будет справедливо -
привести его туда, где он должен жить по праву.
Мод снова просияла. Она восхищалась мужеством этой женщины: не всякая леди
будет благосклонна к бастарду и
далеко не всякая станет возиться с сиротами низкого происхождения.
- Должна вам честно сказать, у меня давно уже кончились все деньги. Теперь
мы живем только своим огородом.
Немного помогают соседи, но у них - свои семьи. И еще... Что же я должна делать
в замке?
- Все, о чем я вас прошу, - это привести Таррант в порядок, чтобы там
стало приятно жить.
Мод кивнула и проговорила:
- Тогда я надеюсь, что вы позволите мне заведовать кухней, я это люблю и
умею. Я уверена, что хорошая еда
способствует хорошему настроению у мужчин.
- Я думаю, все по достоинству оценят ваши таланты, Мод. - Несса не
торопилась решать все сразу и побоялась
предложить эту работу Мерте, которую на кухне пока привлекали только к
приготовлению самых простых блюд.
И еще одна проблема: чтобы обеды были достойны замка, требовалось иметь
большое разнообразие продуктов; так
что к прежним заботам Нессы добавились новые.
- Я много лет готовила своим детям простые и сытные блюда, - сказала Мод.
- Но, наверное, для вашего стола мне
понадобятся рецепты каких-нибудь изысканных блюд.
- Это я вам обеспечу, - кивнула Несса. - Я напишу королеве и попрошу ее
послать писаря к кухарке - к самой
лучшей кухарке! - чтобы он записал для нас несколько рецептов.
Несса пообещала завтра устроить переезд - прислать повозку за детьми и
вещами - и в приподнятом настроении
отправилась вместе с Мертой обратно в замок.
Глава 14
- Спасибо, - сказала Несса.
Молодой слуга вздрогнул; Дейви по опыту знал, что дворяне не благодарят за
работу тех, кто по рождению обязан ее
делать. Он обернулся - и пал добровольным рабом улыбки. Ледяной Воин немало
изумил всех выбором этой леди в
качестве жены; сейчас она появилась внезапно... и как-то чудно одета. Дейви
поклонился и присоединился к слугам, уже
собравшимся в Большом зале; все ждали, что скажет молодая графиня.
Несса нервничала, не зная, как начать речь. Возможно, она нервничала еще и
потому, что оделась совсем не так, как
надлежало одеваться знатной леди, жене графа. Она не рискнула надевать платья
королевы и Алерии для той черновой
работы, в которой собиралась принять участие, поэтому переоделась в просторное
платье Мод и у нее же взяла чепец, под
который убрала свои пышные локоны. Проверив застежку пояса, стягивающего
избыточные складки платья, Несса вошла в
Большой зал.
Не желая прослыть лентяйкой и лежебокой, она встала рано утром и собрала
слуг, чтобы все закончить до того, как
воины придут на утреннюю трапезу. Вчера, по возвращении из деревни, она
распорядилась очистить полы от старого и
грязного тростника, ни намеком не высказав упрека за его состояние. А сейчас она
намеревалась приступить к побелке стен.
Несса уже хотела заговорить, но тут чья-то маленькая ручка дернула ее за юбку, и
детский голосок пропищал:
- Я хочу помогать.
Несса посмотрела вниз - малышка Беата заглядывала ей в глаза и теребила за
подол.
- Ты и будешь помогать, ягненочек. - Несса вытащила из стоявшей рядом
кадки самую маленькую метелку и
протянула ее девочке. Потом с улыбкой посмотрела на троих детей, жавшихся к Мод.
- Вы все можете помогать, тут работы
хватит на целую армию.
- Такая работа - только для подневольных людей, - неожиданно заявил Уилл.
В зале воцарилась гробовая тишина; все ждали, что ответит молодая госпожа
дерзкому мальчишке.
Девушка внимательно посмотрела на Уилла; он пытался, как граф, изобразить
холодное безразличие. Несса невольно
вздохнула - мальчика обуревала гордость за свое непризнанное родство и мучил
стыд за позорное происхождение.
Исполненная сочувствия, она даже забыла, что на нее смотрит толпа любопытных
зрителей.
- Уилл, это не... - Мод решилась нарушить гробовую тишину, но ее
остановила поднятая рука молодой леди.
- Уилл, я не рабыня, - с ласковой улыбкой сказала Несса. - Но даже у меня,
как у графини замка Таррант, есть
свои обязанности. Я не нахожу ничего постыдного в честном труде. Моя обязанность
- содержать этот замок в таком
порядке, которого требует его благородное назначение.
Мальчик кивнул; он пришел в замешательство от того, что не получил взбучку
за свою дерзкую выходку.
Чтобы не смущать Уилла, Несса сразу же предложила всем приступить к работе
и добавила:
- Я буду признательна вам за помощь. - Она выбрала подходящую кисть и
протянула Уиллу. - К тому же эта
работа может быть забавой. Когда мы с сестрой были маленькие, мы воображали, что
каждым ударом кисти, как мечом,
поражаем врага.
Дети захихикали, и даже Уилл улыбнулся. Он взял "оружие" и сделал шуточный
выпад против воображаемого
противника.
По залу пронесся шорох голосов и тихий смех. Даже самых молчаливых и
брюзгливых покорило сочувствие их
госпожи к мальчику и ее желание работать вместе с ними. Все быстро разобрали
кисти и с редкостной энергией принялись за
дело. И никто не замечал высокого мрачного человека, стоявшего в тени входного
тоннеля.
Гаррик только что вернулся из поездки. Он ездил проверять состояние
удаленных земель, и впечатление было
удручающее. Граф винил во всем себя: он слишком долго отсутствовал, и теперь
понадобится много времени и труда, чтобы
исправить ущерб, нанесенный бесхозяйственностью. Сопровождавшие его воины
разошлись по своим делам, а он вошел в
Большой зал как раз вовремя, чтобы услышать, как его жена говорила с незнакомой
маленькой девочкой, а потом мирно, без
упрека ответила на дерзость смутно зна-комого мальчишки.
Сердечность Нессы произвела на графа самое благоприятное впечатление. Он
вспомнил, как нагрубил Нессе, сказав,
что она нужна ему только для производства наследника. Теперь он раскаивался и в
той злости, и в тех словах: эта
необыкновенная женщина должна была подумать, что он желает ее только ради
рождения наследника! Сын - это важно, но
он ни за что не станет добиваться ее уступчивости только для продления рода.
После знакомства с Нессой граф перестал себя
узнавать, теперь он был убежден, что не получит ни удовольствия, ни подлинного
удовлетворения от объятий по
обязанности. Это может быть только по доброй воле и обоюдному желанию! Он
сдерживал свою страсть и будет сдерживать
дальше, пока не покорит эту женщину, излучающую такую сердечность, которой ему
доселе не приходилось встречать.
Внезапно Несса словно ощутила чье-то прикосновение. Резко обернувшись, она
увидела темную фигуру, стоявшую в
тени тоннеля. И тотчас же сердце ее забилось так, что казалось, вот-вот
выпрыгнет из груди. Когда же граф перевел взгляд на
детей, она отчетливо вспомнила, что не давало ей заснуть в эту ночь. Если Мод и
даже Мерта боялись старого лорда
Уильяма, который мог выгнать новых обитателей замка, то Нессу больше всего
беспокоило, как муж отнесется к ее
самоуправству. Собравшись с духом, она приблизилась к нему и пробормотала:
- Доброе утро, милорд. Я не ожидала...
Граф приложил палец к ее мягким губам, и она от этого прикосновения
затаила дыхание.
- О Гаррик... - Тут он наконец-то убрал руку, и лишь после этого она
смогла продолжать: - Гаррик, я пригласила
вашу бывшую няню вернуться сюда, чтобы помогать мне навести порядок в замке. -
Ответа не последовало, и Несса, чтобы
оправдать свой поступок, добавила: - Она прекрасная кухарка и будет нам очень
полезна.
Молчание продолжалось, и Нессе пришлось поднять глаза. Оказалось, что муж
не отрываясь смотрел на ее губы. Они
вдруг сразу пересохли, и Несса невольно облизала их кончиком розового языка,
отчего в его глазах зажглись серебряные
искры. Она тут же потупилась и, отступив на шаг, проговорила:
- Мод взяла этих детей к себе. У них никого нет, если бы не она, им
пришлось бы побираться или воровать. - Начав
говорить, Несса приободрилась и теперь уже без запинки продолжала: - Замок
большой, много комнат пустует, и я
чувствовала, что было бы справедливо предоставить им место. Они отработают свое В ответ на грубую шутку одного из воинов - ему, мол, пора идти к жене, а
то она заждалась - Гаррик засмеялся, как
будто так и должно быть. Но когда он вступил в открытую пасть широкой каменной
лестницы, он был спокоен. Он был
убежден, что эта ночь станет окончанием их брачного танца. Если жена и сегодня
не сможет приветливо принять его, то уже
никогда не сможет, но в этом случае терпеть ему все равно больше не придется.
Граф постоял у двери, набираясь вдохновения для слов и ласк, которыми
соблазнит свою целомудренную жену. Но
ничего не приходило в голову. Подарки? Чтобы заслужить то последнее объятие, он
подарил ей книгу, единственное
сокровище, которое, как он знал, она оценит. Она не выражала желания получить
красивую одежду или драгоценности.
Гаррик поморщился. Раньше женщины за ним бегали, даже если он не хотел дарить
им... хоть булавку. Как получилось, что
единственная женщина, которая ему нужна, ничего от него не хочет? Тогда пусть
возьмет его самого. Прямо сейчас - или
никогда.
Граф тихо открыл дверь, вошел и закрыл ее за собой. Кровать была пуста. Он
повернулся к церковной скамеечке - в
ее присутствии бывшей послушнице любовные объятия должны были казаться
кощунством, - но Нессы и там не оказалось.
Ее вообще не было в комнате! Но где же она? Может, она пошла в часовню и
собирается всю ночь простоять на коленях на
холодном полу? Закусив губу, граф решительно вышел из комнаты, принесшей ему
столь горькое разочарование.
"Какой же я глупец, - думал Гаррик. - Как же я позволил женщине захватить
власть надо мной?" В комнате, где ему
предстояло спать, холодно, как и у него на душе; он снова стал человеком изо
льда. Он толкнул дверь, и в лицо пахнуло
неожиданным теплом: в черном от сажи камине плясал огонь. Возле него, в профиль
к Гаррику, сидела на низкой скамеечке
та, которую он считал недосягаемой. Волосы ее были распущены, а на плечах -
одеяло, из-под которого выглядывали
изящные руки. Из-за треска дров в камине она не услышала, как он вошел. Он стоял
и упивался ее красотой, еще более
ценной оттого, что она, такая прекрасная, принадлежит только ему одному.
Рыцарское искусство ходить бесшумно позволило ему подойти к ней вплотную.
Тогда она почувствовала его
присутствие, но не удивилась. Подняла глаза и встретила взгляд, отливающий
серебром. Не испугалась, почувствовав его
сладкую угрозу; прикосновение взгляда казалось таким же осязаемым, как рука,
коснувшаяся ее щеки. И тотчас же ледяная
броня снова растаяла - Несса сразу это поняла.
Легкое дрожание нежных губ как огнем смело все сомнения Гаррика. Он
подхватил жену, поставил ее на ноги и
прижал к себе - одеяло бесформенной кучей упало к их ногам. Несса трепетала в
объятиях мужа - трепетала от радостного
предчувствия. Она пришла сюда, чтобы отдаться ему, но сама изумлялась той
смелости, с которой приняла его пленительную
власть, когда он заиграл на ее чувствах, словно искусный менестрель - на лютне.
Она боялась только одного -
разочаровать мужа.
Наслаждаясь заманчивыми округлостями ее тела, сгорая от нетерпения, Гаррик
собрал всю свою выдержку, чтобы
обращаться с ней с той нежностью, которой она заслуживала. Он должен был бережно
пронести Нессу сквозь все ее
самоограничения в мир необузданной и сладостной свободы. Запустив пальцы в ее
густые кудри, он приподнял их, обнажив
шею.
- Какая ты горячая, - шепнул он и поцеловал жену в плечо.
Несса сказала не раздумывая:
- Лед обжигает.
Гаррик засмеялся и легонько поцеловал жену в висок. Если он лед, то она -
солнце, она растапливает его, как
весеннее солнце растапливает лед на замерзшем за зиму пруду.
От смеха затряслась грудь, в которую она упиралась лбом, и это послужило
магическим призывом - ее тоже
пронзило искушение. Несса подняла голову и уткнулась губами в крепкую, бронзовую
от загара шею. С ненасытным
любопытством она повторила неумелый поцелуй, привыкая к удовольствию.
Гаррик замер под соблазнительными поцелуями нежных губ - сначала в шею,
потом ниже, в просвет туники,
стянутой под горлом шнурком. Он изо всех сил повторял себе, что надо
продвигаться медленно, не напугать жену силой
своего. желания, но вдруг невольно застонал, и Несса тут же отпрянула.
- Не бойся, голубка. - Голос был низкий и хриплый. - Твои ласки - такое
наслаждение, что я готов умереть. -
Тут он чуть отстранился и стащил через голову ненавистную тряпку, разделявшую их
тела; туника полетела куда-то в угол.
Несса едва не задохнулась от восторга, увидев мужскую грудь с темной
порослью волос, начинавшихся пониже
широких плеч и исчезавших в штанах, стягивавших узкие бедра. Да, он и вправду
само искушение! В этот момент ей больше
всего на свете хотелось ощутить его тепло. Чтобы не сделать что-нибудь
постыдное, она прижала руки к груди.
Взгляд ее глаз обладал такой силой, что, казалось, каким-то мистическим
образом дотронулся до него, и пламя этого
взгляда опалило Гаррика; ему мучительно хотелось ласки. Он положил ее руки себе
на грудь и сказал:
- Я смотрел, как ты гладила книжку, и томился, хотел, чтоб ты так же
гладила меня.
Ощутив под пальцами твердые мышцы и гладкую кожу, Несса испытала такое
возбуждение, что закусила губу. Вот
она, возможность исполнить грешное желание - и все же невидимые цепи запрета не
давали это сделать, и она не
шевелилась, пока он не провел ее рукой по своей горячей груди. И тотчас же
исчезло все, осталось только разраставшееся
чувство свободы делать все, что хочешь. Вздымавшаяся под ее лаской грудь
излучала нарастающее голодное желание, и оно
захватило ее.
Гаррик снова застонал, и на сей раз Несса не испугалась, не отпрянула. Она
заглянула в серебряные глаза, подернутые
дымкой, и крепко прижалась к мужу. Закрыв глаза, она тоже застонала. В следующее
мгновение сильные руки подхватили ее
и отнесли на давно ожидавшую кровать. Покрывала были сбиты после почти бессонной
вчерашней ночи и, казалось,
предлагали улечься в их беспокойные складки. Гаррик откинул одеяло и, положив
жену на постель, какое-то время
любовался совершенством линий ее тела, коралловыми губками и лицом алебастровой
белизны в окружении роскошных
кудрей, позолоченных пламенем камина.
Несса же, почувствовав холод простыни, на мгновение испугалась, что муж
сейчас покинет ее. Она впилась взглядом в
его глаза - они горели огнем. Наконец он сел рядом с ней на кровать и осторожно
провел пальцами по ее груди. Она
запрокинула голову и снова закрыла глаза; из горла вырвался сдавленный вздох.
"Она очаровательно беспомощна", - думал Гаррик, медленно проводя ладонью
по трепещущему телу жены.
Несса по-прежнему лежала с закрытыми глазами. Наслаждаясь ласками мужа,
она тихонько стонала. Наконец она все
же открыла глаза и увидела, что Гаррик смотрит на ее маленькую грудь. Несса чуть
слышно всхлипнула: она подумала, что
муж сейчас расстроится из-за того, что у нее нет привлекательной женской
пышности. Но он вдруг улыбнулся ей, и все ее
страхи тотчас же улетучились.
Исполненная незнакомой жажды, бессознательно желая подарить мужу такое же
наслаждение, Несса провела
ладонями по его плечам, но ей оказалось мало прикоснуться к нему - она обвила
руками его шею и крепко прижалась к
дивным тугим завиткам на мускулистой мужской груди.
Сквозь туман желания Гаррик сумел напомнить себе: во всем, что касается
этой женщины, нужно себя сдерживать.
Нельзя поддаваться необузданной страсти, чтобы не причинить ей еще большую боль,
чем та, что неизбежно достается
девственницам. Он положил ладони ей на плечи и нежно поцеловал ее. Затем лег на
кровать с ней рядом.
Несмотря на все благие намерения Гаррика, этот его поцелуй вызвал вспышку
пламени - Нессе показалось, что она
превратилась в расплавленный поток, бегущий к Гаррику, как ручей с горы. Ее
возбуждение передалось мужу, и он
порывисто обнял Нессу, прижал к себе и впился в ее губы страстным поцелуем.
Почти тотчас же руки его легли ей на
ягодицы, и он прижал ее к своей восставшей плоти. Она инстинктивно изогнулась,
приглашая его войти в нее, и только
непреодолимая преграда - его полотняные штаны - помешала ему сделать это.
Гаррик скрипнул зубами и, отстранившись, перекатился на спину, он совсем
забыл о том, что еще не полностью
разделся.
Несса же едва не лишилась чувств - она подумала, что муж хочет ее
покинуть; теперь она бы не перенесла этого.
Неужели он снова закроется своей ледяной броней? Неужели уйдет, оставив ее в аду
неосуществленного желания?..
- Гаррик, нет! - вырвался крик; она умоляла его остаться.
Граф приподнялся на локте и внимательно посмотрел на жену. Из глаз ее
струились слезы, терявшиеся в золотых
кудрях, рассыпавшихся по смятым простыням. "Похоже, она все еще боится", -
подумал Гаррик, и его тотчас же охватило
чувство вины. По-прежнему глядя ей в глаза, он прошептал:
- Милая, неужели тебе так страшно? Может, ты хочешь, чтобы я ушел?
Несса зажмурилась и отчаянно замотала головой.
- Тогда почему же ты плачешь?
Как больно признаваться в своей страсти, когда ему настолько легко ее
покинуть, что он предлагает это даже сейчас...
- Я подумала, что ты уходишь...
- Нет-нет, моя милая. - Он наклонился, нежно поцеловал ее, и этот поцелуй
еще ярче разжег в ней огонь желания.
- Ты не поняла, я только должен снять последнюю помеху к нашему соединению. -
Про себя он добавил: "И вернуть себе
рассудок, чтобы тебе было приятно". Как хорошо, что она не хочет, чтобы он ушел
- едва ли у него хватило бы сил это
сделать.
Несса наконец-то открыла глаза и посмотрела на мужа. Может, это и грешно,
но она не сводила с него глаз, когда он
поднялся, чтобы раздеться до конца. Бронзовые мускулы играли в лучах пылающего
камина. Когда Гаррик стал перед ней
обнаженный, совершенство его фигуры ошеломило ее. Невозможно было поверить, что
этот мужчина принадлежит ей.
Полная предвкушения, изнывающая от желания, она ждала. Когда же он лег рядом,
уже ничто не могло бы ее удержать - на
этот раз он и не пытался.
Гаррик был рад, что жена находит его таким же прекрасным, как он - ее, и,
не подавляя своей силой, позволил ей
прильнуть к нему шелковистым телом. Обвив его руками за шею, Несса ворошила
черные волосы, ласкала твердую равнину
спины, а он, менестрель, играл прекрасную песню соблазнения на напряженных
нервах зовущего тела.
Наконец Гаррик почувствовал, что больше не может сдерживать стучащий в нем
ритм, древний, как сама жизнь. Он
подложил руку под россыпь кудрей, опрокинул жену на спину и навис над ней.
Улыбнувшись, проговорил:
- Милая, я мечтал о том мгновении, когда твое тело обовьет меня так же,
как этот локон обвивает мои пальцы.
В следующий миг он раздвинул ее ноги и лег на нее. Несса застонала,
наслаждаясь его тяжестью, такой же горячей,
как железо, вынутое из горна кузнеца. А когда он приподнял ее бедра, она
инстинктивно обхватила его ногами. Боль почти
тотчас же ушла - Несса едва успела вскрикнуть. Она была уверена, что не может
быть наслаждения более острого, чем то,
которое Гаррик ей дарил. Пе
...Закладка в соц.сетях
