Жанр: Любовные романы
Последний шанс
...овершенно другой мир. Ты — другой мир.
— Вовсе нет, Мэтью, — прошептала Тейт, поднимая к нему
лицо. — Может, только чуть-чуть.
Его пальцы сжались, затем медленно расслабились. Она слишком мало знает о
жизни, о его жизни, чтобы понять разницу. Если бы он был хорошим добрым
человеком, то не стал бы касаться ее сейчас, не стал бы искушать ни ее, ни
себя. Каждый шаг к сближению — ошибка.
— Тейт... — Пока он мучительно решал, оттолкнуть ее или обнять
покрепче, Бак сунул голову под брезент.
— Эй, Мэтью, ты... — Тейт и Мэт отшатнулись друг от друга, а у Бака
отвисла челюсть. — А-а... п-простите меня. Ах, да, Мэтью...
— Привет, Бак. — Тейт улыбнулась старику и невозмутимо продолжила
записи. — Я слышала, вам повезло в покере.
— Да. Да, я... э... — Так и не найдя подходящих слов, Бак сунул руки в
карманы и переступил с ноги на ногу. — Дождь кончается, — наконец
объявил он. — Мы с Мэтью... ну, мы перевезем все это на
Морского
дьявола
.
— Я как раз заканчиваю. — Тейт тщательно завернула колпачок
ручки. — Я вам помогу.
— Нет-нет, мы сами. — Бак вытащил руку из кармана, поправил
очки. — Нам еще надо покопаться в моторе. Мариан говорила, что вы
дежурите сегодня на кухне.
— Правильно, — вздохнула Тейт. — И думаю, пора
начинать. — Она сунула блокнот под мышку и поднялась. — Увидимся
за ужином.
Пока они запаковывали и грузили добычу, Бак держался. В ответ на предложение
Мэта снять под склад сарай или гараж на берегу он лишь что-то пробормотал,
пожав плечами, и взорвался, только когда они подходили к
Морскому дьяволу
:
— Ты что, парень, совсем свихнулся? Мэтью чуть дернул руль.
— Отцепись, Бак.
— Не отцеплюсь, пока не доберусь до твоих мозгов. Как ты смеешь
волочиться за этой малышкой?
Мэт выключил мотор, закрепил трос и только тогда процедил сквозь зубы:
— Я за ней не волочился. Это совсем не то, о чем ты подумал.
— Слава богу! — Бак легко подхватил брезентовый тюк и поставил
ногу на трап. — Не смей играть в эти игры с Тейт, парень. Она
порядочная девушка.
Мэтью взвалил на плечо второй мешок.
— Я знаю.
— Тогда не забывай. — Бак отнес свой мешок в рубку и осторожно
развернул брезент на столе. — Бомонты — хорошие, достойные люди, Мэтью.
— А я нет.
Услышав горечь в голосе племянника, Бак удивленно оглянулся.
— Я этого не говорил, мальчик. Просто мы не такие, как они. И никогда
не были. Может, ты не видишь ничего плохого в том, чтобы пофлиртовать, пока
мы не двинемся дальше, но такие девушки ожидают серьезных отношений. —
Бак вытащил сигарету, закурил и пристально взглянул на Мэта сквозь облако
дыма. — Хочешь сказать, что думал о ней серьезно?
Мэтью открыл бутылку пива, глотнул, пытаясь смыть хоть часть гнева.
— Нет, не хочу. Но я никогда не обижу ее.
Не хочешь обидеть
, —
подумал Бак.
— Смени курс, мальчик. Если зудит, вокруг много женщин. — Старик
не дрогнул, увидев, как гневно вспыхнули глаза Мэта. — Кроме меня,
никто тебе этого не скажет. Когда мужчина связывается с неподходящей
женщиной, плохо обоим.
Пытаясь взять себя в руки, Мэтью снова глотну пива.
— Как моим родителям?
— Правильно. — Голос Бака смягчился. — Конечно, они влюбились
друг в друга без памяти. И поженились, не успев все обдумать. А в результате
сплошные мучения.
— Не думаю, что она страдала, — огрызнулся Мэтью. — Ведь она
бросила отца, не так ли? И меня. Даже не оглянулась, насколько я знаю.
— Она не смогла привыкнуть к нашей жизни. Если спросишь мое мнение, так
большинство женщин могут. Бесполезно винить их в этом.
— Я — не мой отец, Тейт — не моя мать. Вот в чем суть.
— Я объясню тебе суть. — Бак смял сигарету. — Эта девушка
приехала поразвлечься на пару месяцев. Но когда каникулы закончатся, она
вернется в университет, найдет себе подходящую работу и подходящего мужа, а
ты останешься ни с чем. Если ты об этом забудешь и воспользуешься ее
влюбленностью, тебе же будет хуже.
— По-твоему, я недостаточно хорош для нее?
— Ты хорош для кого угодно, — покачал голов Бак. — Но вы
очень разные.
— Кажется, я слышу голос разумного и опытно наставника, — с
сарказмом заметил Мэт.
— Может, я не очень-то разбираюсь в женщинах, я знаю тебя. Нам выпал
редкий шанс, Мэтью. Такие как мы, ищут всю жизнь, и мало кто находит. Мы
находили, и нам осталось только взять. Ты сможешь много сделать на свою
долю. А когда сделаешь, еще останется куча времени на женщин.
— Конечно. Не волнуйся.
Бак с облегчением хлопнул племянника по плечу.
— Вот и хорошо. Давай взглянем на мотор.
— Иди. Я сейчас.
Оставшись один, Мэт уставился на бутылку в своей руке, с трудом подавляя
желание разбить ее вдребезги о стену рубки. Бак не сказал ничего нового. Он
сам говорил себе все это десятки раз. И гораздо грубее.
Кто он такой? Охотник за сокровищами в третьем поколении, всю жизнь
сражающийся с преследующим, как злой пес, невезением. У него нет никакой
родни, кроме Бака. Всю свою собственность он может взвалить себе на спину.
Бродяга. Ни больше, ни меньше. Сокровища, лежащие на морском дне под его
ногами, позволят бродяжничать с комфортом, но суть от этого не изменится.
Бак прав. Мэтью Лэситер, парень без постоянного места жительства и с
четырьмя сотнями баксов в жестяной коробке из-под сигар, не имеет права
грезить о Тейт Бомонт.
У Тейт на этот счет было совершенно иное мнение, а потому следующие
несколько дней принесли ей сплошное разочарование: она оказывалась наедине с
Мэтью только под водой!
Это необходимо изменить, пообещала она себе, просматривая то, что
выплевывала труба пневмонасоса. И изменить сегодня же. В конце концов,
сегодня ей исполняется двадцать лет.
Тейт тщательно перебирала гвозди, черепки, раковины, выискивая интересное.
Секстант, маленькая медная шкатулка, серебряная монета, вросшая в коралл.
Деревянный крест, октант, прелестная фарфоровая чашка, словно разрезанная
пополам... Все это она собирала в кучку, не обращая внимания на осколки,
Колотящие по спине и впивающиеся в руки.
Вдруг она заметила блеск золота и метнулась вперед сквозь клубы песка.
Золотые дублоны! Старинные драгоценности!.. Но, когда ее пальцы сомкнулись
на золотой вещице, глаза налились слезами.
Бесценная находка — цепочка и золотой медальон с жемчужинкой.
Тейт обернулась и увидела что Мэтью отвел трубу в сторону и наблюдает за
ней. Тейт подплыла к нему, взяла за руку и прижала его ладонь к своей щеке.
Мэт застыл на мгновение, затем сделал красноречивый жест: мол, хватит
бездельничать, и снова заработал насос, втягивая песок. Тейт тщательно
обмотала цепочку вокруг запястья и вернулась к работе, только теперь ее душа
пела от счастья.
Мэтью терпеливо обрабатывал сжатым воздухом морское дно вокруг кучи
балласта, все расширяя обследуемую территорию. Тейт возилась в мусоре.
Вокруг мелькали любопытные рыбы. Знакомая барракуда, как обычно, наблюдала
за ними, ухмыляясь во всю зубастую пасть.
То ли талисман, то ли буек
, — подумал Мэт. Он не считал себя
суеверным, но все-таки передвинулся на несколько футов к северу. Тейт с
удивлением взглянула на него, затем увлеклась калейдоскопом рыб, охотящихся
на морских червей, обнаженных насосом.
Что-то звякнуло о ее акваланг, напоминая о забытых обязанностях, и ее мозг
не сразу отреагировал на блестящие кружки во взбаламученном песке.
Ошеломленная, Тейт протянула руку и подобрала золотой дублон. Давно умерший
испанский король уставился на нее в упор.
Монета выскользнула из ее онемевших пальцев. Затем, опомнившись, Тейт стала
лихорадочно собирать дублоны, запихивая их в свой костюм, в поясную сумку.
Пять монет, десять. Двадцать. И еще. И еще. Рвущийся наружу смех мешал
дышать. Когда она наконец подняла глаза, то увидела улыбающееся лицо Мэтью.
Мэт поманил ее. Как во сне Тейт подплыла к нему, вцепилась в него дрожащей
рукой. Песчаные потоки струились в свежий шурф, засыпая прекрасно
сохранившийся хрустальный кубок, монеты, медальоны и другие покрытые
известковой коркой драгоценности. И вокруг почерневший песок — признак
серебра, как знает каждый охотник за сокровищами.
Они нашли главный груз галеона
Санта-Маргарита
! Они нашли сокровища!
Тейт медленно подняла толстую золотую цепь с тяжелым крестом, усыпанным
изумрудами, усеянным остатками морских существ, и благоговейно надела ее на
шею Мэта. Великодушие и простота ее жеста потрясли его. Как бы он хотел
обнять ее, высказать все, что чувствует! Но он лишь поднял большой палец,
выключил насос и последовал за ней к поверхности.
Тейт не могла вымолвите ни слова. Было невероятно тяжело просто вдыхать и
выдыхать воздух. Когда сильные руки подняли ее на палубу, она дрожала как
осиновый лист.
— Милая, что с тобой? — Над ней замаячило озабоченное лицо
Бака. — Рэй, Рэй, иди сюда. С Тейт что-то случилось.
— Со мной все в порядке, — с трудом выдавила она, шумно глотая
воздух.
— Не шевелись, деточка. — Хлопоча как наседка, Бак снял с нее
маску и с облегчением услышал, как хлопнулись о палубу ласты Мэтью. —
Что там стряслось внизу? — не оборачиваясь, спросил он.
— Ничего особенного.
— Ничего особенного, черт побери? Девочка белее простыни. Рэй, принеси
немного бренди.
Голоса жужжали в ушах Тейт. Руки родителей ощупывали ее тело в поисках
повреждений. Она затаила дыхание, чтобы не расхохотаться.
— Я в полном порядке. — Она прижала обе руки ко рту, пытаясь
сдержать взрыв истерического смеха. — Мы оба чувствуем себя прекрасно.
Правда, Мэтью?
— Великолепно, — согласился он. — Мы просто немного
повеселились.
— Успокойся, детка. Давай освободим тебя от этого костюма. —
Мариан нетерпеливо оглянулась на Мэта. — Что за веселье? Тейт вся
дрожит.
— Сейчас я объясню. Вот только встану. Дайте мне встать. — Тейт
поднялась и, дрожа от смеха и заливаясь слезами, вывернула свою сумку,
расстегнула
молнию
костюма.
На палубу хлынул золотой дождь.
— Будь я проклят! — прохрипел Бак. Тейт закинула голову и крикнула
солнцу:
— Мы нашли главный груз!
Обняв отца, она закружила его, отпустила и метнулась к матери, по дороге
чмокнув оцепеневшего Бака в лысину, а покружив маму, бросилась в объятия
Мэта. Не успел он опомниться, как ее губы уже впились в его рот. Он знал,
что должен оттолкнуть ее, однако беспомощность захлестнула его, и его руки
сомкнулись на ее талии.
В конце концов Тейт высвободилась сама. Ее глаза сияли, лицо, прежде мертвенно-
бледное, раскраснелось.
— Я чуть не потеряла сознание, когда увидела монеты. Я чувствовала себя
точно так же, только когда ты в первый раз поцеловал меня.
Мэтью провел рукой по ее волосам.
— Мы неплохая команда.
— Мы замечательная команда. — Тейт потащила его к Баку и Рэю, уже
надевавшим гидрокостюмы. — Папа, как жаль, что ты это не видел. Мэтью
махал насосом, как волшебной палочкой.
Пересказывая взахлеб все детали открытия, Тейт помогала Баку и отцу надевать
акваланги, и только Мэтью заметил странное молчание Мариан и озабоченность в
ее глазах.
— Я спущусь с вами сделать фотографии, — объявила Тейт, закрепляя
полные баллоны. — Необходимо все задокументировать. Обещаю, что еще до
конца операции мы украсим обложку
Национального географического журнала
.
— Нельзя никому ничего сообщать. Мы должны держать все в
секрете. — Бак огляделся по сторонам, словно ожидая увидеть армаду
несущихся к ним катеров. — Эта находка — одна на миллион, и многим
захочется урвать кусок.
Тейт только ухмыльнулась и прыгнула в воду.
— Поставь в холодильник бутылку шампанского! — крикнул Рэй
жене. — Вечером у нас будет двойной праздник. Тейт заслужила
незабываемую вечеринку. Готов, напарник?
— Готов и полон энтузиазма, приятель.
Мэтью запустил компрессор и с благодарностью взял протянутый Мариан стакан
ледяного лимонада.
— Потрясающий день, — заметила она.
— Да. Нечасто выпадают такие.
— Ровно двадцать лет назад я считала, что никогда не буду
счастливее. — Мариан села в шезлонг, поправила широкополую
шляпу. — Однако потом у меня было много счастливых дней. Тейт всегда
была нашим с Рэем счастьем. Она умна, энергична, щедра.
— И вы хотите, чтобы я держался от нее подальше, — заключил Мэтью.
— Я не знаю. — Мариан вздохнула. — Я не слепая, Мэтью, и
видела, как зарождаются ваши отношения. Это естественно, когда два
привлекательных молодых человека живут и работают в непосредственной
близости.
Мэтью снял с шеи золотую цепь, погладил сверкающие изумруды,
Как глаза
Тейт
, — подумал он.
— Ничего не случилось.
— Я высоко ценю твое признание, но, видишь ли, если бы я не научила
Тейт принимать собственные решения, то, как мать, потерпела бы поражение. Я
не верю, что проиграла, но это не мешает мне тревожиться. Ее ждет прекрасное
будущее, и я хочу, чтобы у нее было все и в нужный момент. Я только прошу
тебя быть бережным с ней. Если она любит тебя...
— Мы об этом не говорили, — поспешно сказал Мэтью. В других
обстоятельствах растерянность, прозвучавшая в его голосе, развеселила бы
Мариан.
— Если она любит тебя, то ее ничто не остановит. Тейт считает себя
практичной и здравомыслящей, и она действительно такая... пока не затронуты
ее чувства. Так что будь с ней побережнее. — Мариан улыбнулась и
встала. — А сейчас я приготовлю тебе ленч. — Положив ладонь на
плечо Мэта, она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. —
Наслаждайся своим триумфом, милый.
ГЛАВА 6
В считанные дни морское дно покрылось многочисленными лунками.
Санта-
Маргарита
щедро делилась своими богатствами. С помощью пневмонасоса,
угольного совка и голыми руками дружная команда добывала все новые находки.
Деревянная изъеденная червями чаша, массивная золотая цепь, обломки
курительных трубок и ложки, великолепный золотой крест, усыпанный
жемчугом, — все это ведрами поднималось из песчаного хранилища, где
пролежало сотни лет.
Иногда мимо проплывал прогулочный катер, и если Тейт оказывалась на палубе,
она болтала с экскурсантами. Невозможно было скрыть мутное пятно на
поверхности — результат работы пневмонасоса. Слухи о подводных раскопках
распространялись быстро. Удавалось лишь скрывать результаты. Пока. Каждый
день увеличивал вероятность появления конкурентов, и Лэситеры с Бомонтами
работали все быстрее и усерднее.
— Официальная заявка ни черта не значит для пиратов, — в который
раз говорил Бак, застегивая на толстом животе
молнию
гидрокостюма. —
Надо быть бдительными и хитрыми, девочка. — Он подмигнул, отдавая Тейт
свои очки. — Только тогда мы поднимем все ценности.
— Обязательно поднимем. — Тейт протянула ему маску. — Мы уже
нашли больше, чем я могла бы себе представить.
— Не стесняйся мечтать, девочка. — Бак ухмыльнулся, поплевал в
маску, протер ее. — Хорошо, когда рядом такая молодежь, как ты и Мэтью.
Пожалуй, вы могли бы работать по двадцать часов в сутки. Ты хороший
ныряльщик и хороший охотник.
— Спасибо, Бак.
— Я знаю немного женщин, которые могли бы сравниться с тобой.
— Правда?
— Чистая правда. Многие девушки любят нырять, но, когда доходит до
тяжелой работы, они не выдерживают. Ты держишься молодцом.
Тейт улыбнулась:
— Я буду считать это комплиментом.
— Хорошо. — Бак хлопнул по плечу Рэя. — Лучшая команда после
моего отца и брата. Конечно, когда мы все поднимем, придется убить этого
парня. Пожалуй, забью Рэя до смерти его собственными ластами.
— Опоздал, Бак. Я уже решил придушить тебя диванной подушкой. Сокровища
— мои. — Рэй угрожающе рассмеялся. — Мои. Слышишь? Все мои. —
Закатив глаза, Рэй закусил загубник и нырнул.
— Я за тобой, приятель. — Бак повернулся к Тейт и Мэту. —
Может, прибью его угольным совком. — И с этим обещанием он плюхнулся в
воду.
— Они сошли с ума, — решила Тейт. — Никогда не видела, чтобы
папа так веселился.
— Обычно Бак так расслабляется после кварты виски.
— И дело не только в сокровище.
— Да, наверное, не только. — Не сводя глаз с воды, Мэт взял Тейт
за руку. — Но оно помогает.
Тейт положила голову на его плечо и тихо рассмеялась.
— Не мешает. Они понравились друг другу и без сокровища. Как и
мы. — Она подняла голову, пощипала губами его подбородок. — Мы
нашли друг друга, Мэтью. Это судьба.
Мэт обнял ее и поцеловал. Ее губы были теплыми и нежными. Неотразимыми. Ему
казалось, что он медленно-медленно тонет, погружается в обольщение по имени
Тейт. Она словно окружила его вкусами и ароматами, такими неповторимыми, что
он узнал бы ее, даже если бы был глух и слеп. Ни одной другой женщине
никогда не удавалось так абсолютно обезоружить его. Он хотел ее так
отчаянно, что испытывал почти панический страх.
Когда Тейт отстранилась, ее глаза были затуманены, губы изгибались в
мечтательной улыбке. Господи! Она и понятия не имеет ни о его отчаянном
желании, ни о его страхах.
— Что случилось?
— Ничего. — Он сделал над собой усилие и улыбнулся. — Просто
обдумываю ситуацию.
— Что именно?
— Как только Бак разделается с Рэем, мне придется избавиться от тебя.
— Да! И каким же образом?
— Думаю, просто удушу тебя, а потом швырну за борт. Правда, Мариан
придется оставить. Прикуем ее к плите. Мужчины должны питаться.
— Ты очень практичен, но это сработает только в том случае, если раньше
я не прикончу тебя.
Грозно нахмурившись, Тейт ткнула его кулаком в ребра. Мэтью рассмеялся и,
еле удержавшись на ногах, попытался схватить ее, но не успел: она исчезла за
рубкой.
Мэт бросился к левому борту и остановился как вкопанный, увидев Тейт с
полным ведром. Уворачиваться было поздно, и через мгновение с него уже текли
потоки холодной морской воды.
Пока Мэт отплевывался, Тейт стояла подбоченившись, но, увидев выражение его
лица, взвизгнула и бросилась бежать. В панике она совершила ошибку: уронила
ведро.
Привлеченная шумом, Мариан выбежала из рубки и столкнулась с дочерью.
— Господи! Началась война?
— Мама! — Нервно хихикая, Тейт нырнула за спину матери как раз в
тот момент, когда появился Мэтью, успевший снова наполнить ведро.
— Мариан, лучше отойдите.
Тейт обхватила мать за талию, используя ее как щит.
— Она никуда не уйдет.
— Дети, пожалуйста, ведите себя прилично.
— Это она начала, — заявил Мэтью, не в силах стереть с лица глупую
ухмылку. Уже много лет он не чувствовал себя таким беззаботным. — Не
прячься, трусиха. Выходи.
— Ни за что! — Тейт самодовольно ухмыльнулась. — Ты проиграл,
Лэситер. Ты же не обольешь мою маму.
Мэтью прищурился, покосился на ведро, затем перевел взгляд на Тейт.
— Простите, Мариан, — сказал он, окатил их обеих и бросился к
борту за новыми боеприпасами.
Сражение шло без правил, с засадами и контрударами, и вскоре Мэту пришлось
отступить перед превосходящими силами противника и нырнуть в воду.
— Мам, ты отличный стрелок, — выдавила Тейт, обессиленно повиснув
на поручнях.
— Ну, я выполнила свой долг. — Мариан поправила взлохмаченные
волосы. Где-то во время сражения она потеряла шляпу, а ее накрахмаленная
блузка и шорты промокли, однако выглядела она элегантно, как всегда, а в
голосе звучало неизменное добродушие. — Сдаешься, янки?
— Да, мадам! — крикнул Мэт из воды. — Я разбит наголову.
— Тогда поднимайся на борт, дорогой.
Мэт подплыл к трапу и опасливо покосился на Тейт.
— Мир?
— Мир, — согласилась она и, когда Мэтью схватился за ее протянутую
руку, прищурилась. — Даже не думай об этом, Лэситер.
Но он подумал, и мысль стянуть ее в воду показалась очень привлекательной,
хотя... мщение может подождать. Мэтью подтянулся и выбрался на палубу.
— Я и представить себе не могла, что ты окатишь маму.
Мэт ухмыльнулся:
— Иногда приходится страдать невиновным. А она бесподобна. Тебе
повезло.
— Да.
Тейт устроилась рядом с ним на скамье у поручней, вытянула ноги.
— Ты никогда не рассказывал о своей матери.
— Я плохо ее помню. Она сбежала, когда я был совсем маленьким.
— Сбежала?
— Мы жили тогда во Флориде. Отец и Бак строили яхты, подрабатывали
ремонтом, но денег не хватало. Родители часто ссорились. Как-то она отослала
меня к соседям. Сказала, что у нее много дел, а я болтаюсь под ногами. Когда
я вернулся, ее уже не было.
— Какой ужас! Мне очень жаль.
— Мы это пережили. — За долгие годы обида притупилась, но изредка
еще напоминала о себе. — После смерти отца я нашел бумаги, касающиеся
развода, и письмо адвоката, пришедшее года через два после ее побега. Она
отказывалась от опеки и права посещения. Ей нужна была свобода, и она ее
получила.
— И ты ее больше не видел? — Тейт не могла понять, как мать, любая
мать, могла так хладнокровно отвернуться от своего ребенка. — Никогда-
никогда?
— Ни разу. Она жила своей жизнью, мы — своей. Мы часто переезжали с
места на место. Восточное побережье, Калифорния, острова. И иногда нам
везло. А во время спасательных работ в заливе Мэн отец познакомился с Ван
Дайком.
— Кто это?
— Сайлас Ван Дайк. Убийца моего отца.
— Но... — Тейт побледнела. — Если ты знаешь, кто...
— Я знаю, — тихо сказал Мэтью — Они были партнерами около года.
Ну, может, не партнерами, поскольку отец работал на него. Ван Дайк — один из
тех воротил, кто может купить все, что пожелает. Ван Дайк искал амулет, путь
которого проследил до корабля, затонувшего у Большого Барьерного рифа.
— И нанял твоего отца?
— Отец был лучшим, а Ван Дайк хотел только лучшего. Отец научил его
всему и сам попался на крючок: легенда захватила его.
Проклятие Анжелики
.
— Что это значит? Бак о нем тоже говорил.
— Это колье. — Мэтью подошел к ящику-холодильнику, выудил две
банки пепси. — По преданию, оно принадлежало колдунье, которую сожгли в
тысяча пятьсот каком-то году где-то во Франции. Золото, рубины, бриллианты.
Бесценное колье. Но Ван Дайка интересовала его власть. Он даже заявлял, что
между ним и той колдуньей существует какое-то родство. — Мэтью снова
сел, протянул Тейт холодную банку. — Чушь, конечно, но часто убивают и
за меньшее.
— Какого рода власть?
— Колдовство, — фыркнул Мэтью. — Если хозяин может
контролировать колье, то оно приносит несметные богатства и власть. Если же
колье подчиняет себе хозяина, тот теряет самое дорогое. Полная чушь, но Ван
Дайк в нее верит. Он помешан на власти.
— Потрясающе. Никогда раньше не слышала эту историю.
— Документов почти не сохранилось. Только обрывки информации. Колье
часто меняло хозяев, сея панику и несчастья.
— Как
Алмаз надежды
?
— Да.Если увлекаешься подобными сказочками. — Мэт окинул Тейт
долгим взглядом. — Как ты.
— Но ведь это очень интересно. И В
...Закладка в соц.сетях
