Жанр: Любовные романы
Мои дорогие мужчины
...лны и птиц. Сет уже жевал сандвич и снисходительно объяснял Анне тайны такелажа.
Анна, в одной из старых бейсбольных кепок Кэма, внимательно слушала и прилежно
пыталась запомнить назначение каждой веревки. Кэм... Кэм не мог оторвать от нее глаз. Но
приходилось управлять яхтой.
На небольшой скорости, огибая бакены, он провел лодку через каналы и речушку,
которую местные жители называли Литл-Нек-Ривер, в залив Танжер. В заливе была мелкая
рябь, и Кэм оглянулся посмотреть, как Анна переносит ее. Она стояла на коленях на корме,
перегнувшись через поручни, и Кэм не сразу понял, что дело не в "морской болезни". Анна
широко улыбалась, восторгаясь рощами и болотами острова Смита.
Кэм крикнул Сету, что пора поднимать парус, и мальчик бросился выполнять
приказание.
Анна поняла, что этого момента она никогда не забудет. Городская жизнь не
подготовила ее к зрелищу возносящихся вверх и щелкающих на ветру парусов. Яхта словно
взлетела. Ветер хлестнул Анну по щекам, наполнил паруса, и ей показалось, что они сейчас
лопнут. Она почувствовала вкус соли. Вода забурлила в кильватере.
Анне хотелось следить за всем сразу: за сине-зелеными волнами, за огромным белым
парусом, за полосками и бугорками суши. Но глаза ее не отрывались от мужчины и
мальчика, которые работали так слаженно и ловко, почти не обмениваясь словами. Они
проплыли мимо шаткого причала, мимо покосившейся дощатой лачуги, имевшей, по словам
Сета, какое-то отношение к крабам. Весь залив был усеян оранжевыми поплавками,
отмечавшими крабовые ловушки. На волнах покачивалось рыболовное суденышко, и
какой-то мужчина - колоритнейшая фигура в вылинявших штанах, потрепанной кепке и
белых сапогах - вытаскивал проволочную клетку. Рыбак на мгновение прервал работу,
дотронулся до козырька, приветствуя Кэма с его командой, а затем швырнул двух сердитых
крабов в бак на палубе.
"Жизнь на воде..." - думала Анна, следя за лодкой, направившейся к следующему
поплавку.
- Это Малыш Донни, - сообщил ей Сет. - Этан говорит, что, хоть он и вырос, его все
равно так зовут, потому что его отец - Большой Донни. Фантастика!
Анна рассмеялась. Действительно фантастика. Малыш Донни весил не меньше двухсот
фунтов.
- Думаю, так всегда бывает, когда живешь в маленькой общине. Должно быть,
замечательно жить и работать на воде! Сет пожал плечами.
- Нормально. Но я бы лучше просто ходил под парусом.
Анна подставила лицо ветру и мысленно согласилась с мальчиком. Просто мчаться под
парусом... быстро и свободно! Над головой кружатся чайки, яхта взлетает на волны и
стрелой падает вниз. А рядом - Кэм. Как естественно он выглядит за штурвалом! Длинные
ноги, расставленные, чтобы приноровиться к качке, крепкие руки, летящие черные волосы...
Разве удивительно, что ее сердце екнуло, когда он повернул голову? А когда он протянул
руку, она сразу встала и осторожно направилась к нему, хотя палуба качалась и идти было
очень непривычно.
- Хочешь порулить?
"Отчаянно!" - хотела уже воскликнуть Анна, но, пытаясь быть практичной, сказала:
- Лучше не надо. Я же не умею.
- Зато я умею. - Кэм поставил Анну перед собой, положил ее руки на штурвал и
накрыл своими ладонями. - Это Покомок, - объяснил он, кивая на узкий канал. - Если
хочешь, можем зайти туда, пограбить крабовые ловушки.
Ветер игриво шлепнул Анну по лицу, она посмотрела на чайку, скользнувшую к
поверхности воды и взмывшую вверх с резким криком, похожим на смех. К черту
практичность!
- Нет, я не хочу снижать скорость. Кэм засмеялся.
- Вот это по мне!
- Куда мы плывем? Что мы вообще делаем?
- Плывем на юго-запад. И сейчас собираемся привести парус к ветру. Это называется
"бейдс-винд".
- К ветру? Мне кажется, что мы в самом его центре! Не знаю, можно ли плыть быстрее.
Чудесно!
К ее ужасу, Кэм внезапно отступил и позвал Сета помочь ему поправить паруса. Анна
так сильно вцепилась в штурвал, что суставы пальцев побелели. Кэм и Сет засмеялись,
мачты заскрипели, парус задрожал и повернулся. Хотя ей казалось это невозможным, яхта
помчалась быстрее. Анна попыталась расслабиться. В конце концов, на воде перед ними
никого не было. Правда, справа из какой-то маленькой речушки вылетела моторная лодка, но
Анна рассудила, что это слишком далеко для возможного столкновения.
И не успела она убедить себя, что справится с заданием без инцидентов, яхта
накренилась. Анна с трудом подавила вопль и чуть не развернула штурвал в
противоположную крену сторону, но ладони Кэма снова сжали ее руки и удержали штурвал.
- Мы перевернемся!
- Не волнуйся. Яхта устойчивая.
Анне показалось, что сердце прыгнуло к горлу.
- Зачем ты оставил меня за штурвалом?!
- Надо было повернуть паруса: Сету одному пока трудно. Но вообще-то парень умеет с
ними управляться. Этан многому его научил, а он схватывает на лету. Чертовски хороший
матрос!
- Но ты оставил меня одну за штурвалом! - повторила Анна.
- Ты прекрасно справилась, - Кэм рассеянно поцеловал ее в макушку. - Этот остров
впереди - Танжер. Обойдем его и повернем на север. На Литл-Чоптэнк есть укромные
местечки. Будем там как раз к ленчу.
"Кажется, яхта действительно не собирается опрокидываться, - подумала Анна,
успокаиваясь. - И на мель не села". Она с облегчением откинулась и прислонилась спиной к
груди Кэма.
Расставив ноги - так же, как и Кэм, - Анна стала свободно покачиваться в такт
движениям лодки... и мечтать. Когда у нее будет тот домик у воды, она непременно купит
маленький шлюп, ялик.. как бы это ни называлось. И заказать его можно будет у братьев
Куинов.
- Если бы у меня была яхта, я бы плавала так каждую свободную минуту!
- Придется научить тебя основам. Оглянуться не успеешь, как мы сделаем из тебя
воздушную акробатку.
- Акробатку? Я буду висеть на мачте в расшитом блестками трико?
"Очень соблазнительная картина", - подумал Кэм.
- Не совсем так. Берешься за рангоут - и повисаешь над водой.
- Зачем?
- Ну мне, например, это просто нравится, - сказал он со смехом. - А вообще-то для
баланса, чтобы увеличить скорость.
- Висеть над водой... - прошептала Анна. - Возможно, мне тоже понравилось бы.
Кэм позволил Анне - под бдительным присмотром Сета - немного поработать с
парусом. Ей понравилось ощущать трос в руках, чувствовать, что парус - более или менее -
слушается ее. Они обогнули крохотный песчаный остров Танжер, и Анна приняла участие в
маневре: чтобы при перемене курса сохранить скорость, необходима была работа всей
команды.
Кэм давно снял рубашку и остался в подрезанных выше колен обтрепанных джинсах.
Его кожа, влажная от воды и пота, блестела на солнце. И, несмотря на ноющие от
непривычной работы руки, Анна затрепетала от волнения и гордости, когда Кэм сказал, что
она вполне приличный матрос.
Они перекусили на Хадсон-Крик, притоке Литл-Чоптэнк-Ривер, около развалившейся
пристани, и компанию им составили лишь птицы. Плескалась вода, солнце ярко светило с
ослепительно синего неба, и температура поднялась почти до тридцати градусов по
Цельсию, хотя до лета оставалось еще много недель.
Под аккомпанемент музыки, льющейся из радиоприемника, они искупались в
прохладной реке. Глупыш радостно шлепал по воде, Сет нырял и плавал, как
разбуянившийся дельфин. Анна подумала, что можно было и не закалывать волосы на
макушке: Сет и щенок плескались так, что они все равно намокли.
- Ты только посмотри, как он веселится, - тихо сказала Анна.
Куда девался угрюмый, дерзкий, сердитый мальчик, с которым она так недавно провела
свою первую беседу?! Интересно, понимает ли разницу сам Сет?
- Кажется, я не очень злюсь, что ты заставила меня взять его сюда.
Анна улыбнулась.
- Ты совсем не злишься. И без него ты так ловко не справился бы с парусами.
- Может, ты и права, но в опасностях есть своя прелесть.
Кэм подошел к ней, разводя воду руками, и обнял. Анна автоматически вцепилась в его
плечи, защищаясь.
- Только чур не топить!
- Не люблю делать то, что от меня ожидают. - В его глазах засверкали веселые
искры. - Особенно если есть кое-что получше... Кэм наклонил голову и поцеловал ее. Их
губы были мокрыми и скользкими, но Анне виделась в этом особая прелесть. Она задрожала,
почувствовала себя невесомой, растворяясь в поцелуе... и вдруг оказалась под водой. Когда
Анна вынырнула, отплевываясь, стряхивая мокрые волосы с глаз, первое, что она услышала,
был смех Сета.
- Невозможно было устоять, - заявил Кэм и сам захлебнулся, потому что Анна
плеснула водой ему в лицо.
- Ты - следующий! - предупредила она Сета, совершенно ошеломленного мыслью о
том, что взрослые играют с ним, и потому ставшего легкой добычей.
Сет отбивался, сплевывал воду и хохотал во все горло.
- Эй, я тут ни при чем!
- Ты смеялся. А поскольку вы работаете в команде, вполне вероятно, что это была твоя
идея.
- Ничего подобного!
Сет наконец вывернулся. Затем ему пришла в голову блестящая мысль: нырнуть,
схватить Анну за лодыжки и утянуть под воду.
Началось генеральное сражение, и противники согласились на ничью, только когда
выбились из сил. Отдышавшись, они заметили, что Кэм уже успел вылезти из воды и сидит
на борту лодки, поедая сандвич.
- Что ты там делаешь? - крикнула Анна, отжимая мокрые волосы.
- Смотрю представление. - Он запил ветчину с хлебом пепси-колой. - Пара неуклюжих
хулиганов.
- Неуклюжих? - Анна искоса взглянула на Сета, и без слов бывшие враги превратились
в союзников. - Я здесь вижу только одного неуклюжего хулигана. А ты. Сет?
- Только одного, - согласился он, и они медленно поплыли к лодке.
Любой идиот догадался бы, что они задумали. Кэм уже собрался было поднять ноги, но
затем решил: "Какого черта?" - и позволил им стянуть себя в воду с впечатляющим плеском.
Прошло несколько часов, прежде чем Сет осознал, что Кэм и Анна все время
прикасаются к нему. Но почему-то совсем не испугался...
После того как яхта была привязана к причалу у дома, паруса спущены, палуба
отдраена, Анна - образно говоря - закатала рукава и принялась за приготовление обеда.
Перед ней стояла задача накормить мужчин Куинов так, чтобы они не скоро смогли забыть
эту трапезу. Может, на яхте она и была новичком, но во всем, что касается приготовления
пищи, она эксперт!
- Пахнет восхитительно, - заметил вошедший в кухню Филип.
- На вкус еще лучше, - Анна артистично раскатывала пласты лазаньи. - Старый
семейный рецепт.
- Прекрасно. У нас, кстати, тоже есть фамильный секрет - отцовский рецепт теста для
вафель. Придется как-нибудь утром угостить вас вафлями.
- Буду ждать, - улыбнувшись, Анна подняла голову и заметила в его глазах тревогу. -
У вас все в порядке?
- Конечно. Так, небольшие проблемы на работе. Помощь не нужна? - Если честно, то
его беспокойство не имело никакого отношения к работе, а было вызвано последним отчетом
частного сыщика. Мать Сета обнаружили в Норфолке... слишком близко от Сект-Криса!
- Все под контролем, - Анна посыпала верхний лист тонким слоем острого сыра -
моцареллы - и сунула блюдо в духовку. - Можете пока попробовать вино.
Филип рассеянно взял бутылку, выдыхавшуюся на рабочем столе. И мгновенно
заинтересовался.
- О, "Небиоло"! Это лучшее из итальянских красных вин.
- Я тоже так думаю и обещаю, что моя лазанья ему не уступит.
Филип ухмыльнулся, наливая вино в два бокала. Его золотисто-карие глаза почему-то
всякий раз вызывали у Анны мысль об архангелах.
- Анна, любовь моя, почему бы вам не бросить Кэма и не сбежать со мной?
- Потому что я поймаю вас обоих, а тебя убью, - заявил Кэм, входя в кухню. - Руки
прочь от моей женщины, братец, не то придется тебя покалечить! - Хотя это было сказано
беспечно, Кэм не был до конца уверен, что шутит. И ему совсем не понравилась собственная
жаркая вспышка ревности. С каких это пор он стал ревнивцем?!
- Кэм не может отличить "Бароло" от "Кьянти", - не унимался Филип, наливая себе
второй бокал": - Со мной вам будет лучше.
- Силы небесные! - Анна сносно скопировала южную манерную медлительность
речи. - Обожаю, когда сильные мужчины дерутся из-за меня. А вот и еще один, - добавила
она, когда с улицы появился Этан. - Этан, может, вы тоже хотите драться за меня на дуэли?
Этан моргнул и почесал голову. Женщины часто смущали его, но в данный момент он
не сомневался, что с ним шутят.
- Это ваше творение в духовке?
- Мое собственное! - заверила его Анна.
- Тогда я иду за своим пистолетом. Анна рассмеялась, и Этан улыбнулся ей, а затем
улизнул из кухни, чтобы принять душ после трудового дня.
- Боже милостивый! Этан, можно сказать, флиртовал с женщиной, - Филип изумленно
покачал головой и поднял бокал. - Поздравляю, Анна. Боюсь, мы вас не отпустим.
- Если кто-нибудь накроет на стол, я нарежу салат и, возможно, задержусь, чтобы
испечь вам пирожные.
Кэм и Филип переглянулись.
- Чья очередь? - спросил Кэм.
- Не моя. Должно быть, твоя.
- Еще чего! Я накрывал вчера.
Они еще пару секунд внимательно разглядывали друг друга, затем одновременно
повернулись к двери и заорали во всю мочь:
- Сет!
Анна только покачала головой. Такова, видно, участь всех младших братьев.
Она поняла, что обед удался, когда Сет попросил третью добавку.
"Мальчик уже не так костляв и бледен, как раньше", - заметила Анна. Иногда еще в
его взгляде мелькает настороженность, словно он ждет ударов, к которым привык с раннего
детства, но чаще его глаза светятся юмором. Смышленый ребенок. И, кажется, начинает
понимать, что общение со взрослыми может приносить радость.
Речь Сета еще была пересыпана ругательствами, но в этой области Анна не ожидала
особых улучшений, поскольку Сет жил в доме, полном мужчин. Правда, она заметила, что
Кэм легонько толкает мальчика ногой под столом, когда тот ругается уж слишком часто.
У них получается! Вначале она сильно сомневалась, что трое взрослых мужчин -
каждый со своими привычками - смогут приспособиться друг к другу. Тем более - открыть
души мальчику, в общем-то навязанному им.
Но у них действительно получается. В отчете по делу Куинов, который она должна
составить на следующей неделе, она обязательно отметит, что Сет Делотер живет там, где
должен жить. В своем доме.
Конечно, временное опекунство не сразу переоформят в постоянное, но она использует
свой авторитет. Ее сердце согревалось, когда она замечала, как Сет смотрит на Кэма после
тех толчков под столом. И улыбается точно так, как должен улыбаться десятилетний
мальчик, уличенный в озорстве.
"Кэм был бы потрясающим отцом, - неожиданно подумала она. - Резковатый, но лишь
настолько, чтобы в доме всегда было весело. Он из тех, кто катает детей на плечах, борется с
ними во дворе..." Анна мысленно видела это: Кэм, а рядом с ним маленький, красивый,
темноволосый мальчик и прелестная розовощекая девочка.
- Вы не тем занимаетесь, - сказал вдруг Филип, отталкиваясь от стола и подумывая, не
распустить ли ремень.
Анна моргнула, очнулась от своих грез и слегка покраснела.
- Неужели?
- Вам надо открыть свой ресторан. Как только решитесь, я первый вложу капитал.
Филип поднялся, собираясь сварить капуччино в своей ультрасовременной кофеварке,
но тут затрезвонил телефон.
Услышав хрипловатый женский голос с чувственным итальянским акцентом, Филип
поднял брови.
- Он здесь. - Филип щелкнул языком и протянул трубку Кэму: - Тебя, приятель.
Кэм взял трубку, и после первых вкрадчивых слов ему почти удалось определить, кому
принадлежит голос.
- Привет, солнышко, - сказал он, пытаясь припомнить имя. - Как поживаешь?
Филип попытался отвлечь Анну, поскольку по-настоящему любил брата.
- Я купил этот агрегат всего полгода назад, - сказал он, придерживая стул, чтобы
помочь ей встать... и чтобы увести ее подальше от телефона. - Красавец, правда?
- О, да...
Анну совершенно не интересовала какая-то причудливая кофеварка, тем более после
ласкового приветствия Кэма. В том, что звонила женщина, Анна не сомневалась. И ему даже
не пришло в голову понизить голос или подвергнуть цензуре свои слова! Кэм наконец
вспомнил имя - София, соблазнительная красотка с призывным взглядом, - и начал
непринужденно болтать об общих знакомых. Эта девочка любила гонки - любые гонки, и в
постели тоже.
- Нет, мне придется пропустить конец сезона... Не знаю, когда вернусь в Рим... Ты
будешь первая, детка, - ответил Кэм на вопрос Софии, позвонит ли он, когда вернется. -
Конечно, я помню: маленькая траттория около фонтана Треви.
Кэм прислонился к высокому рабочему столу. Ее голос вызвал воспоминания. Не о ней
- он так и не мог четко представить себе ее лицо. Но о Риме, о его деловитых узких улочках,
ароматах, звуках, суете...
О гонках!
- Что? - Вопрос о "Порше" резко вернул
Кэма к действительности. - Да, я пока оставил его в гараже в Ницце.
Кэм попытался сосредоточиться, когда она спросила, не собирается ли он продать
машину.
- У меня есть друг, - щебетала София, - Карло. Ты ведь помнишь Карло, не так ли?
Карло спрашивает, не хочешь ли ты продать машину, раз уж все равно так долго живешь в
Штатах.
- Я не думал об этом.
Продать машину?! Кэма охватила паника. Это было бы признанием того, что он не
вернется. Ни в Европу, ни к своей жизни.
София говорила быстро, убедительно, смешивая итальянский с английским и
совершенно сбивая его с толку:
- У тебя ведь есть номер моего телефона? Можешь звонить в любое время. Я передам
Карло, что ты подумаешь. Нам всем очень тебя недостает. Рим так скучен без тебя! Я
слышала, что ты отказался от большой гонки в Австралии, и испугалась, что тебя
удерживает женщина. Неужели ты наконец влюбился?
- Да нет... - У него кружилась голова. - Просто возникли некоторые сложности,
милочка. Но я буду держать связь. - Кэм не мог не засмеяться, когда София зашептала, как
они проведут его первую ночь в Риме. - Я не забуду. Дорогая, как я могу забыть? Да. Чао.
Филип деловито взбивал сливки и отчаянно пытался занять Анну беседой о разных
сортах кофейных зерен. Этан, обладая прекрасно развитым инстинктом самосохранения, уже
ретировался из кухни. А Сет беззаботно скармливал чесночную гренку Глупышу,
прятавшемуся под столом.
Не замечая наэлектризованной атмосферы, Кэм удивленно взглянул на миксер в руках
Филипа.
- Я предпочитаю черный кофе, - начал он и улыбнулся подошедшей к нему Анне. - Я
помню твои пирожные с... - И задохнулся, когда она внезапно двинула его кулаком в живот.
Не успел Кэм вдохнуть, как Анна прошествовала мимо него на улицу, хлопнув дверью.
- В чем дело? - растирая живот, Кэм недоуменно уставился на Филипа. - Господи, что
ты ей сказал?
- Ты просто ублюдок, - пробормотал Филип и ловко налил первую чашку капуччино.
- А здорово она разозлилась! - заметил Сет и понюхал воздух. - Можно попробовать
эту дрянь, которую вы делаете?
- Конечно.
Филип добавил в следующую чашку побольше сливок.
Кэм нашел Анну на причале. Она стояла, сложив руки на груди, совершенно
взбешенная.
- За что, черт побери?!
- О, даже не знаю, Кэм. Просто так! - Анна резко повернулась к нему, ее глаза
сверкнули в темноте. - Женщины, видишь ли, такие странные существа! Злятся, когда их
любовники флиртуют по телефону - прямо при них - с итальянскими шлюхами.
До него наконец дошло, но, к его чести, он и бровью не повел.
- Да брось ты, солнышко...
Кэм замолчал, потому что она снова подняла кулак. Ему было смешно, но он
сдерживался, не желая лишний раз раздражать ее.
- Не называй меня солнышком. Ты что, считаешь меня идиоткой? "Солнышко",
"детка", "милочка" - так говорят, когда даже не помнят имени женщины, на которой лежат!
- Да подожди ты одну минуту!
- Нет, это ты подожди минуту. Ты хоть понимаешь, как оскорбительно стоять и
слушать, как ты назначаешь свидание в Риме своей итальянской девке, когда моя лазанья
еще не улеглась в твоем животе?
"Все хуже, гораздо хуже, - подумала Анна. - Кэм сделал это как раз в тот момент,
когда я строила воздушные замки - для него и детей. Наших детей... О, какое унижение!
Какое оскорбление!"
Анна разъярилась еще больше.
- Я не назначал свидание, - начал Кэм и снова умолк, завороженный потоком
выразительнейших итальянских проклятий. - Этому ты научилась явно не от дедушки с
бабушкой. - Когда Анна оскалилась и зашипела, Кэм уже не мог сдерживать улыбку: -
Неужели ты ревнуешь?
- Дело не в ревности, а в приличиях! - Анна потрясла головой, пытаясь успокоиться.
Она прекрасно понимала, что этим взрывом ставит себя в еще более глупое положение. Ну и
черт с ним! Она еще не закончила. - Ты свободный человек, Кэмерон. Как и я. Никаких
претензий, никаких обещаний. Прекрасно. Но я не потерплю телефонного секса, пока
нахожусь в одной комнате с тобой!
- Это не был телефонный секс, это был обычный разговор...
- Вот как? "Маленькая траттория у фонтана Треви"... "Как я могу забыть"... "Ты
будешь первой"... Кэм, если ты хочешь какую-то итальянскую девку, это твое дело. Но не
смей больше так вести себя у меня под носом! - Анна перевела дух и высокомерно
закончила: - Впрочем, я тоже была не права. Мне жаль, что я ударила тебя. Тем более при
ребенке.
Кэм попытался оценить ее настроение. Пожалуй, еще раздражена, но уже
успокаивается.
- Нет, тебе не жаль.
- Ладно, не жаль. Ты все разрушил!
- Анна, это ничего не значило.
"Нет, - устало подумала она, - значило". Для нее это значило очень много. Но это ее
вина, ее маленькое поражение.
- Это было пошло и грубо.
- Ты же знаешь, я никогда не отличался хорошими манерами. А этой девушкой я не
интересуюсь. Я даже не могу вспомнить её лицо!
Анна чуть наклонила голову.
- Неужели ты искренне веришь, что подобное заявление делает тебе честь?
"Черт побери, что она хочет этим сказать?" - удивился Кэм, но решил, что лучше не
уточнять.
- Анна, вот твое лицо я не могу забыть. Она вздохнула.
- Теперь ты пытаешься меня задобрить.
- Получается?
- Не слишком. - "Мои чувства - моя проблема", - напомнила она себе. - Ладно, давай
просто согласимся, что даже несерьезные отношения имеют границы, которые нельзя
нарушать.
Кэм не был уверен, что "несерьезные" - именно то слово, которое характеризует их
отношения. Но в данный момент он был согласен на все, лишь бы она была счастлива.
- Хорошо. С этой минуты ты - единственная итальянская девка, с которой я
флиртую! - Но так как Анна не улыбнулась, просто в упор смотрела на него, Кэм совсем
растерялся. - Потрясающая лазанья. Ни одна из моих девок никогда не умела готовить.
Ее взгляд смягчился, и в тот же момент из раскрытых окон дома донеслась музыка - не
магнитофонная, живая.
- Кто это играет на скрипке?
- Этан. - Кэм узнал быструю джигу - Рэй и Стелла ее очень любили; вступило
пианино, и Кэм улыбнулся: - А это Филип.
- А ты на чем играешь?
- На маленькой гитаре. - Мне хотелось бы послушать...
В знак примирения Анна протянула руку. Кэм поднес ее пальцы к губам.
- Анна, ты - единственная, кого я хочу! Ты - единственная, о ком я думаю!
"Пока", - подумала она, когда он обнял ее. Но сейчас только настоящее имело для нее
значение.
18
Глядя на Кэма, сосредоточенно настраивающего старую гитару, Анна пыталась
разобраться в своих чувствах. Как мало, оказывается, она знает о нем!
Эти трое мужчин играли и пели так гармонично, что Анна растрогалась. Только сейчас
она по-настоящему поняла, что их связывают неразрывные семейные узы.
Несомненно, в их жизни было немало таких вечеров. Анна легко могла представить,
как братья много лет назад играли и пели в этой же комнате перед мужчиной и женщиной,
которые подарили им и музыку, и цель в жизни, и семью.
И этот образ, и эту музыку она унесла с собой наверх, когда наконец отправилась спать.
В постель Кэма.
Напомнив себе, что в доме ребенок, Анна заперла дверь... на тот случай, если Кэм
вдруг решит покинуть диван внизу и прокрадется сюда. Она сказала себе, что не отопрет,
даже если он станет стучаться. И неважно, что он выглядел таким сексуальным, когда играл
на гитаре! В основном Куины пели старые ирландские баллады, которых Анна не знала.
Баллады показались ей печальными, даже душераздирающими, хотя мелодии были
веселыми. Еще братья играли рок-н-роллы, и все трое насмешливо улыбнулись, когда Сет
предложил сыграть что-нибудь современное.
В общем, все это было удивительно мило и трогательно, хотя сами братья, наверное,
никогда бы так не подумали. Как прекрасно они понимают друг друга! И они не просто
приютили ребенка, но взяли его в семью.
Когда Сет заявил, что скрипки - для девчонок и слабаков, Этан только улыбнулся и
заиграл такую зажигательную и быструю мелодию, что явно поразил Сета. А когда Этан
сухо заметил:
"Пусть слабак так сыграет". Сет пожал плечами и ухмыльнулся.
Кончилось тем, что Сет заснул, растянувшись на ковре в гостиной, и щенок задремал,
положив морду на его попку. Их так и оставили там, и в этом Анна видела подтверждение
того, что мальчик здесь свой.
Она натянула ночную рубашку и взяла щетку для волос. В этом доме так легко
чувствовать себя своей! Светлые просторные комнаты, ничего лишнего, но все необходимое
под рукой. Она заметила несколько чисто, женских штрихов, которых раньше не было:
мебель блестит, в вазах - весенние цветы. Наверняка следует благодарить их помощницу,
хотя сами мужчины, вероятно, и не замечают изменений.
"Если бы это был мой дом, я, пожалуй, мало что изменила бы, - решила Анна,
расчесывая волосы и мечтая. - Может, только добавила бы несколько цветных пятен тут и
там". Но она точно захотела бы расширить сады! Она уже немного прочитала о многолетних
растениях - каким лучше жить на солнце, какие разрастаются в тени - и приметила отличное
местечко для лилий и барвинка.
Разве не чудесно копаться субботним утром в земле, сажать цветы на клумбах,
подбирая растения по цвету и высоте? И наблюдать, как они растут и цветут год за годом...
Внезапно Анна заметила отразившееся в зеркале движение за окном. Ее сердце ушло в
пятки, когда за темным стеклом появилась тень. Окно со скрипом поползло вверх, и она
медленно повернулась, выставив щетку вперед, как оружие.
Кэм перелез через подоконник.
- Привет! - Ему очень нравилось наблюдать, как Анна причесывается, и был
...Закладка в соц.сетях
