Жанр: Любовные романы
Дом у голубого залива
...его.
- Я бы лучше сидела на качелях у себя на крыльце.
- У тебя ведь нет качелей.
- Я давно хочу их купить.
- Мы останемся всего на пару часов. Моим родителям на этот раз каким-то образом
удалось меня уговорить.
- Дорогая, не воспринимай ты все так серьезно, это всего лишь вечеринка.
- Вечеринка - это когда ты идешь поразвлечься, а моя мать сегодня собирается всем
показывать тебя, и я ей это позволяю.
- Ну что ж, пусть показывает, ты должна признать, что я выгляжу сегодня просто
сногсшибательно.
- Что есть, то есть. И ты еще пытаешься меня подбодрить. Спасибо. Я обещаю делать то
же самое по пути домой, когда ты ничего уже не будешь соображать, после того как тебя весь
вечер будут подвергать допросам.
- Для тебя важно, что они все подумают обо мне?
- Конечно. Мне хотелось бы, чтобы все эти люди, выражавшие мне свои слащавые
симпатии после разрыва с Джоном, при одном взгляде на тебя подумали: да, Дрю повезло.
Гости общались и передвигались по залу под тихие звуки оркестра из двенадцати
музыкантов. Зал, оформленный в патриотических красно-бело-синих тонах, дополняли цветы,
скатерти, шары и бантики того же цвета. Здесь был даже огромный американский флаг,
сделанный изо льда.
На дамах было много бриллиантов и жемчуга. Одеты все были консервативно,
традиционно и очень, очень богато.
- Друсилла, - с гордо поднятой головой подошла к ним Катрин, выглядевшая
великолепно в чем-то темно-синем. - Очень красивое платье, но ты вроде бы говорила, что
собираешься быть в белом, от Валентино. - Она поцеловала Дрю в щеку и осторожно
дотронулась до ее волос. - У тебя такие красивые волосы, а ты ходишь, как какой-нибудь
мальчишка. Сет, - она протянула ему руку, - очень приятно познакомиться с вами. Я так
надеялась, что вы с Дрю останетесь у нас, чтобы не ехать обратно на ночь глядя.
- Очень благодарен вам за приглашение, но мне не удалось освободиться. Я надеюсь, что
вы простите меня и сохраните для меня танец. Тогда я смогу сказать, что танцевал с двумя
самыми красивыми женщинами в этом зале.
- Вы очень любезны. - Ее щеки раскраснелись, что очень ей шло. - Конечно, я
оставлю за вами танец. А теперь пойдемте, мне надо вас представить.
Она еще не успела сделать и шага, как тотчас же подошел отец Друсиллы. Это был очень
импозантный мужчина, с черными волосами с седыми прядями и темно-карими глазами.
- А вот и моя принцесса! - Он сжал Дрю в объятиях. - Вы приехали так поздно, что я
уже начал беспокоиться.
- Нет, мы приехали вовремя.
- Ради бога, дай девочке передохнуть, - решительным голосом потребовала Катрин. -
Проктор, это Сет Куинн, он приехал с Друсиллой.
- Хорошо, что мы встретились. Наконец-то. - Проктор крепко сжал руку Сета.
- Очень рад с вами познакомиться.
- Жаль, что вам не удалось остаться на выходные.
- Папа, Сет тут ни при чем. Я же уже говорила тебе, что не смогла...
- Магазин Друсиллы просто потрясающий, не правда ли? - прервал их Сет. - Я уверен,
в том, что касается бизнеса, - это очень сложно, но я сейчас говорю с чисто эстетической
точки зрения. То, как она распорядилась пространством и освещением, как в результате этого
заиграли краски. Один художник восхищается другим, - сказал он очень непосредственно. -
Вы, должно быть, ею очень гордитесь.
- Конечно, конечно. - Улыбка у Проктора была как у удава. - Друсилла - наше
главное богатство.
- Вон там стоит мой дедушка. Сет, - Дрю взяла Сета за руку, - с дедушкой я должна
познакомить тебя сама.
- Конечно. - Он улыбнулся ее родителям. - Извините.
- Тебе это все дается так естественно, - сказала ему Дрю.
- Могла бы предупредить, что мы приглашены на выходные.
- Извини. Я думала, что спасаю нас двоих, а вместо этого поставила тебя в неловкое
положение. Здравствуй, дедушка. - Она поцеловала красивого, крепко сложенного мужчину.
У него были грубоватые черты лица и умный, несколько уклончивый взгляд. Как у
боксера, который выигрывает на ринге не только за счет силы, но и за счет ума. Глаза у него
были такого же бриллиантово-зеленого цвета, как и у Дрю.
- А вот и моя любимая внучка. Ну, где твой знаменитый художник, о котором твоя
мамаша прожужжала все уши? Это он? - Все еще держа одну руку на плече Друсиллы, он
внимательно посмотрел на Сета. - Ну что я могу сказать, он явно не дурак.
- Я стараюсь.
- Дедушка!
- Успокойся, детка. У него достаточно мозгов, чтобы проводить время с моей внучкой,
поэтому я так и сказал. Сет усмехнулся:
- Да, сэр, в этом вы правы.
- Сенатор Уайткоум - Сет Куинн. Дед, не ставь меня в неловкое положение, прошу
тебя!
- Нам, старикам, только и остается, что вводить в краску наших внуков. Мне нравятся
твои работы.
- Спасибо, сенатор. Мне тоже нравятся ваши законодательные инициативы.
- Да у тебя еще и характер! Мои источники донесли, что ты вполне прилично
зарабатываешь своими картинами.
- Помолчи, - сказал Сет Дрю, когда она попыталась что-то возразить. - Мне просто
повезло, что я зарабатываю себе на жизнь, делая то, что люблю. Я знаю, вы серьезный меценат,
так что вы прекрасно понимаете, что такое искусство.
- Ты и лодки строишь, правда?
- Да, сэр. В свободное время. Мои братья - лучшие строители лодок на Восточном
побережье.
- Твой дед был учителем, это так?
- Да, - ответил Сет ровным голосом.
- Самая почетная профессия. Я встретился с ним как-то в колледже на митинге. Он был
очень интересным человеком. Взял троих приемных сыновей, ведь так?
- Да, сэр.
- Но ты-то ему родной, сын его дочери.
- В какой-то степени - да. Мне не так повезло, как вашей внучке, так что с дедом я
прожил недолго, но он оказал на меня большое влияние.
Дрю положила руку на плечо Сета и почувствовала, как он напряжен.
- Если ты хоть на какое-то время перестанешь у него все выведывать, то мне хотелось бы
потанцевать. Сет?
- Конечно. Извините, сенатор.
- Мне очень жаль, что так получилось. Прости меня.
- Да не выдумывай ты! Он мне очень понравился.
И это, подумал Сет, было частью проблемы. Он увидел перед собой умного, хитрого
мужчину, который очень любил свою внучку и хотел для нее самого лучшего. А он вряд ли
подойдет на эту роль.
Когда музыка закончилась, Дрю отстранилась от Сета и увидела за его плечом Джона.
- Ну вот, этого еще не хватало, - сказала она тихо. - Здравствуйте, Джон и Анджела -
так, кажется, вас зовут?
- Дрю. - Джон склонился, чтобы поцеловать ее в щеку, но тут же словно к месту
прирос, увидев предупреждающие грозные искры в ее глазах, и вместо этого вежливо пожал ей
руку. - Ты выглядишь превосходно, как всегда. Джон Стубен, - представился он Сету.
- Куинн. Сет Куинн.
- О, вы художник, я много слышал о вас. Моя невеста Анджела Дауни.
- Поздравляю.
- А как твой бизнес? Процветает? - спросил ее Джон. - И вообще, как ты там живешь
в этой глуши?
- Я всем очень довольна.
- Правда? - Улыбка Джо стала ехидной. - А я вот слышал от твоих родителей, что ты
возвращаешься в Вашингтон.
- Ты что-то не так понял. Сет, я хочу выйти на свежий воздух.
- Хорошо, дорогая. Да, Джон, я хотел тебя поблагодарить за то, что ты оказался таким
ослом. - Сет улыбнулся Анджеле. - Я надеюсь, что вы будете счастливы вместе.
Сет чувствовал себя изможденным, когда они добрались до Дрю. От того, что вел машину
в темноте, от напряжения и мыслей, которые, как хищники, так и кружили у него в голове.
- Я тебе очень благодарна.
Он уставился на нее ничего не выражающим взглядом.
- Что ты сказала?
- Я в долгу у тебя за то, что ты все это вытерпел.
- Ну что ж. - Он раскрыл перед ней дверь. - Ты же меня предупредила.
- Я ведь не такая, какой они хотят меня видеть. Я не хочу того, на чем они настаивают.
Они никогда не будут мной довольны. Моя жизнь теперь здесь. Ты останешься?
- Сегодня? - Сет пошел с ней к двери.
- Надо же когда-то начать.
Он вошел в ее дом. Он не знал, что ему делать с этим отчаянием, со страхом потерять все
то, что так хотел удержать.
- Да, твоя девушка очень умна, - сказала Стелла. - Они шли сквозь влажный, тяжелый
ночной воздух вдоль реки.
- У нее очень сильный, сложный характер.
- Сильная - значит, сексуальная. А ты не думаешь, что и в тебе она ищет того же? Ум,
характер, сердце. А все остальное - это просто работа органов внутренней секреции.
- Я так внезапно в нее влюбился! Вот я твердо стою на земле, и в следующее мгновение
чувствую - пропал.
- Что ты собираешься делать?
- Не знаю. - Он поднял камешек и бросил его в черную реку. - Берешь жену, а с ней в
придачу и весь багаж. А мой багаж слишком уж тяжел. Бабушка, мне кажется, что он
становится все тяжелее и тяжелее.
- Ты сам привязал себя к этому багажу, Сет. А у тебя ведь есть от него ключ. Не
думаешь ли ты, что настало время воспользоваться этим ключом и сбросить все, что тебе
мешает?
- Глория никогда никуда не денется.
- То, что ты делаешь, только утяжеляет твою ношу. Ты слишком упрям, чтобы
поделиться с кем-то своими проблемами. Ты такой же, как твой дед.
- Правда? - Эти ее слова согрели ему сердце. - Тебе кажется, что я в чем-то похож на
него?
- У тебя такие же глаза. - Она протянула руку и дотронулась до его волос. - И ты
такой же упрямый. Он ведь всегда думал, что сможет справиться со всем в одиночку. И ты
теперь повторяешь его ошибки с Глорией. Ты позволяешь ей использовать твою любовь к
близким и к Дрю.
Он заиграл желваками.
- Я не собираюсь втягивать в это Дрю.
- Какой же ты глупый! Этой девушке не нужен великомученик. Упрямый до глупости.
Такой же, как твой дед, - пробормотала она. И исчезла.
Глава одиннадцатая
Бар был настоящей дырой, где к выпивке, в основном в одиночку, относились серьезно,
как к работе. Из-за густых клубов табачного дыма зал походил на сцену плохо снятого
черно-белого фильма. Сет сел и заказал кружку "Будвайзера".
В подобных забегаловках Глория себя чувствовала как рыба в воде. Она родилась и
выросла в богатой семье, но все возможности и преимущества воспитания, которое она
получила, не пошли ей на пользу. Она постоянно искала - и находила - все самое гадкое в
жизни.
Когда она вошла в бар, посетители окинули ее оценивающим взглядом. На ней были
джинсовые шорты, обтягивающие ее тощие бедра, маленький ядовито-розовый топик, который
оставлял часть живота открытым. Пупок был проколот, и в нем болталось какое-то дешевое
колечко. Ногти на руках и ногах были выкрашены темным перламутровым лаком.
Она уселась. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что по крайней мере
часть его денег ушла на наркотики.
- Джин с тоником, - сказала она бармену. - Тоника поменьше.
Она закурила и медленно в потолок выпустила струйку дыма.
- У тебя пять минут, не больше.
- Куда ты спешишь? - Она выбила барабанную дробь на стойке бара. - Выпей пива и
расслабься.
- Я не пью с людьми, которые мне не нравятся. Чего ты хочешь?
- Я хочу джина с тоником.
Глория взяла стакан и стала пить, не отрываясь, большими глотками. Она посмотрела на
игроков и облизнула губы. Сет поморщился от отвращения.
- А вообще-то я в последнее время подумываю о том, что неплохо было бы обзавестись
небольшим домиком где-нибудь на побережье. Может быть, в Дейтона-Бич.
Она заказала еще один коктейль.
- Вот ты совсем не хочешь иметь свой дом, так до сих пор и ютишься в старом, со всеми
этими детьми и собаками.
- Оставь в покое мою семью.
- А если нет - что тогда? - Она зловеще улыбнулась. - Может, пожалуешься на меня
своим братьям? Единственно правильную вещь они сделали - это когда взяли тебя к себе,
чтобы присвоить деньги деда. - Она залпом допила джин и заказала еще. - Эти деньги по
праву принадлежат мне. А ты, смотрю, тоже парень не промах. Подцепил богачку. Друсилла
Уайткоум Бэнкс. Да, это круто. Это по-настоящему богатая семья.
Сет положил руку ей на запястье и сжал его так, что она подскочила на месте.
- Запомни раз и навсегда: попробуй только пристать к моим близким или к Дрю, и ты
увидишь, на что я способен.
Она приблизила свое лицо вплотную к его:
- Ты угрожаешь мне? Ты, мой сын? Ты хочешь, чтобы я никогда не приближалась к
твоим дорогим и любимым?
- Да, это мое условие.
- А вот и мое. - Она выдернула свою руку из тисков его пальцев. - Мы с тобой уже
слишком долго играем на какую-то мелочевку. Я хочу свою долю. Договариваемся сейчас, ты
вручаешь мне всю сумму, и ты меня никогда больше не увидишь. Ведь ты этого хочешь?
- Сколько?
Она сделала еще несколько больших глотков.
- Миллион.
Он даже не моргнул.
- Так, значит, ты хочешь миллион долларов.
- Я все разузнала, дорогой мой! Ты сам неплохо зарабатываешь картинами, которые
покупают у тебя какие-то идиоты. А теперь у тебя появилась богатенькая девица. Она просто
купается в деньгах. А такие семьи не любят скандалов. Я тебе могу очень подпортить жизнь,
если в прессе напишут о том, что породистая внучка сенатора связалась с дворняжкой. Я много
чего могу, - добавила она. - Ни тебе, ни твоим обожаемым Куиннам не выйти из этой
ситуации чистенькими.
Глория расхохоталась, и смех ее звучал так ехидно и подло, что игроки на какой-то
момент оставили шары и обернулись посмотреть на нее.
Она опять принялась за джин с тоником.
- Даю тебе неделю на то, чтобы собрать деньги. Но мне нужен задаток. Десять тысяч.
Принесешь их завтра вечером сюда. В десять часов. Если ты не объявишься, я начну
действовать.
Он молча встал, повернулся к ней спиной и пошел к выходу.
Сет налил себе еще виски. Он давно уже перестал задаваться вопросом, как можно быть
таким чудовищем, как Глория Делаутер. Всем его братьям пришлось в детстве испытать ужасы,
каждый из них был родом из неблагополучной семьи, и тем не менее они были самыми
лучшими людьми из всех, кого ему довелось встретить в жизни.
Он сидел и пил при свете лампочки в мастерской, заполненной его картинами и орудиями
его труда, который он так любил. Он уже принял решение и будет жить с ним дальше. Но в этот
вечер при помощи ирландского виски он хотел затуманить свое сознание, чтобы не думать о
будущем.
Когда в очередной раз зазвонил его сотовый телефон, он звонок проигнорировал.
Дрю повесила трубку и снова начала мерить шагами комнату. Она пыталась ему
дозвониться раз шесть, казалось, за эти два часа она уже вытоптала на ковре дорожку. С тех пор
как Обри позвонила, чтобы о чем-то с ним поговорить.
Сет не был с Обри, как он сказал Дрю. Не было его и у Дрю, как сказал он своим родным.
Так куда же он подевался?
С прошлого вечера что-то изменилось. Что-то было не так. Она бы не стала влезать в его
душу. Не в ее это характере. Но если что-то случилось, она должна ему помочь. Разве это не
частичка любви? Уже за полночь. А если он заболел?
Было только одно место, где он мог бы укрыться.
К тому времени, когда она подъехала к магазину и увидела его машину, она уже не на
шутку переволновалась. А что, если он даже не может подойти к телефону? Что, если он не
может говорить, потому что лежит без сознания и ему совсем плохо?
Она быстро въехала на стоянку, выскочила из машины и бегом бросилась по лестнице.
Дрю так явственно представляла Сета беспомощно лежащим на полу, что обрадовалась,
когда ворвалась в комнату и увидела его на кровати с бутылкой в руке.
- Слава богу, с тобой все в порядке.
Первой ее реакцией было облегчение, у нее после пережитого стресса даже подкосились
ноги.
- Сет! Я так волновалась!
- Из-за чего?
И тут до нее дошло.
- Ты пьян.
- Нет пока, но обязательно напьюсь. Что ты здесь делаешь?
- Обри разыскивала тебя, она позвонила уже несколько часов назад. Ты совсем
запутался, кому и что сказал. И так как ты не отвечал на звонки, я была настолько глупа, что
начала волноваться за тебя.
- Может, ты неслась сюда, чтобы застать меня в постели с другой женщиной? Что ж,
извини, если разочаровал тебя.
- Мне никогда и в голову не приходило, что ты можешь мне изменить. - Она была
обескуражена и зла на него. - Правда, я также не могла предположить, что тебе зачем-то
понадобится мне лгать.
- Я тебе говорил, что ты многого обо мне не знаешь. Это больше в моем стиле, чем пара
глотков шампанского на каком-нибудь скучном приеме. Постарайся в следующий раз сама
справляться со своими проблемами, а меня в это не втягивай.
Ей стало очень обидно.
- Я была обязана там присутствовать. А ты - нет. Это был твой выбор. Хочешь
напиться до бессознательного состояния? Что ж, тоже тебе решать. Но я не позволю, чтобы мне
лгали. И я не хочу, чтобы из меня делали дурочку.
- Ты просто не в состоянии допустить, чтобы все шло так, как идет. - Он покачал
головой и налил себе еще виски. - Тебе всегда надо знать, что нас ждет впереди. Ты
планируешь наше будущее, а я на это не способен. С тобой очень хорошо, когда ты
расслабишься, но лучше уж нам прекратить встречаться, пока мы не устанем друг от друга.
- Ты... ты бросаешь меня?
- Ну зачем же все так драматизировать, дорогая? Нам надо просто немного
притормозить.
Страшная печаль охватила ее и лишила слов.
- Что же, все это было между нами просто ради секса и твоих картин? Я в это не верю.
Не верю, да и все тут.
Он опять потянулся за бутылкой. Просто чтобы не смотреть на нее, не видеть этих глаз,
мокрых от слез.
- Я люблю тебя. - Она сказала это спокойным, ровным голосом. - Но это моя
проблема, а тебя я оставляю наедине с твоими.
- Дрю, не уходи, - взмолился он, когда она направилась к двери. - Пожалуйста, не
покидай меня. Я этого не вынесу. Мне казалось, что лучше расстаться с тобой, пока ты тоже не
втянешься в эту гнусную историю. Но я не смог этого сделать. Я не в силах тебя отпустить.
Она посмотрела ему в глаза и увидела в них такую муку и отчаяние! Ее сердце готово
было разорваться.
- Сет, расскажи, что случилось. Расскажи, что тебя мучает.
- Я не должен был говорить всех этих вещей. Это глупо.
- Расскажи, зачем ты мне все это сказал. Почему ты сидишь тут один и пьешь?
- Я не знаю даже, с чего начинать. Наверное, с самого начала. - Он надавил на веки
пальцами. - Все, что я сказал тебе, с первой же минуты, когда ты вошла, - неправда.
Она глубоко вздохнула:
- Я сделаю тебе кофе, а ты расскажешь мне всю правду.
- Все началось очень давно, - заговорил он. - Еще до того, когда мой дед Рей Куинн
женился на Стелле. Рей встретил женщину, у них завязался роман. Они оба были молоды и не
связаны узами брака. Обычная история. Однако он не был тем мужчиной, за которого она
вышла бы замуж. Ну, знаешь, преподаватель и все такое. А она была из такой семьи, как ваша.
Нет, я имею в виду...
- Я знаю, что ты имеешь в виду. У нее были определенные социальные амбиции.
- Ну да. - Он вздохнул. - Она бросила его. Оказалось, что она беременна и не в
восторге от этого. Тут она встретилась с другим парнем, который во всем ей подходил. Она
решила все-таки родить и вышла за него замуж.
- А твоему дедушке она так об этом и не сказала?
- Нет. Вскоре у нее родилась еще одна дочь - Сибилл.
- Сибилл, но она... - Дрю наконец расставила в уме все по полочкам. - Значит, дочь
Рея Куинна, сводная сестра Сибилл, - твоя мать?
- Да. Ее зовут Глория. Но она совсем не такая, как Сибилл. Глория ее всю жизнь
ненавидела. Я думаю, что она родилась с ненавистью ко всем вокруг.
Он был бледен и выглядел таким измученным. Дрю с трудом подавила желание обнять,
утешить его и сказать, чтобы он больше ничего ей не рассказывал.
- Она сбежала с каким-то парнем и забеременела. Мною. Он на ней женился, но это не
важно. Я никогда даже не видел его. Когда у Глории закончились деньги, она вернулась домой
со мной в придачу. Ее не очень-то ждали, так что распростертых объятий не было. Глория пила
и подсела на наркотики. Я думаю, что она уезжала и ненадолго возвращалась домой еще
сколько-то лет. Я знаю, что, когда у Сибилл появилась своя квартира в Нью-Йорке, она
подбросила меня к ней. Я очень плохо все это помню. Даже не узнал Сибилл, когда ее встретил.
Мне было два года. Сибилл подарила мне плюшевую собаку. Я назвал ее Твоя. Знаешь, когда я
спросил ее, чья она, она ответила...
- Твоя, - закончила за него Дрю.
- Я помню только, что чувствовал себя в безопасности, когда был с ней. Она поселила
нас у себя, покупала продукты, ухаживала за мной, когда Глория исчезала на несколько дней. А
Глория отплатила ей тем, что тащила все, что под руку попадется, а потом сбежала вместе со
мной.
- У тебя не было выбора.
- Я не знаю, почему она не оставила меня у Сибилл и не отправилась куда-нибудь одна.
Только могу догадываться, что она сделала это, потому что мы с Сибилл были очень близки,
потому что мы...
- Потому что вы друг к другу привязались. - Дрю взяла его за руку. - И ее раздражали
вы оба, она этого не хотела.
Он на мгновение закрыл глаза.
- Мне становится легче тебе это рассказывать, потому что ты так хорошо все понимаешь.
- А ты не думал, что я пойму?
- Я и сам не знаю, что я думал.
- Расскажи мне все остальное.
- У нее было много мужчин. Она напивалась или кололась, а я оставался один. А когда у
нее не было денег и не на что было купить выпивку и наркотики, она вымещала это на мне.
- Она била тебя.
- Какой бы ты ни была чуткой и восприимчивой, ты даже представить себе не можешь
тот мир, в котором я жил. Она била меня, когда только ей заблагорассудится. Если ей было лень
готовить, я ходил голодным. А если она расплачивалась за наркотики сексом, я все слышал
через тонкую стенку. К шести годам я видел практически все.
Ей хотелось разрыдаться, но Сету сейчас нужна была ее поддержка.
- А почему социальные службы ничего не сделали, чтобы тебе помочь?
Он смотрел на нее, как будто не понимая, о чем она говорит.
- Мне даже в голову не приходило кому-то рассказать об этом. - Он пожал плечами. -
И я так боялся ее! А потом... Я думаю, это случилось в первый раз, когда мне было семь лет.
Мужчина, которого она привела с собой...
Он потряс головой и вскочил с места. Даже после стольких лет от этих воспоминаний он
весь покрывался потом.
- Хватит. Не надо.
- Мне всегда удавалось ускользнуть. Я был очень шустрым. Я знал, где прятаться. Но я
знал, чего эти мужики от меня хотели. Прошло еще много лет, пока я наконец мог вынести
чье-то прикосновение, даже рукопожатие.
Она молча обняла его.
- Я не хотел, чтобы ты знала об этом.
- Ты что, думал, что я буду меньше тебя любить?
- Я просто не хотел, чтобы ты об этом знала.
- Я теперь все про тебя знаю, и я преклоняюсь перед тобой. Ты думаешь, что мне не дано
понять что-то из-за моего происхождения? Но ты не прав. - Она говорила об этом с огромным
убеждением. - Ты не прав, Сет. Ей не удалось сломить тебя.
- Может быть, она бы в этом и преуспела, если бы не появился Куинн. Дай мне
рассказать все до конца.
Они сидели на краешке кровати.
- Во время одного из скандалов с матерью Глория узнала о Рее. Появился еще один
человек, которого можно было ненавидеть и обвинять во всех несчастьях. Он преподавал в
университете в Сент-Кристофере. Это было после смерти Стеллы, когда мои братья были уже
взрослыми. Камерон в то время был в Европе, Филлип в Балтиморе, а Этан жил в своем доме.
Она начала шантажировать Рея.
- Чем же она могла его шантажировать? Он ведь даже не знал о ее существовании.
- Это ей было не важно. Она требовала денег, он их давал. Она стала требовать все
больше, пошла к декану и наплела какую-то историю о сексуальных домогательствах. Пыталась
выдать меня за сына Рея. Это у нее не прошло, но слухи какие-то все равно поползли. Он
совершил с ней сделку. Он хотел забрать меня от нее, хотел обо мне заботиться, так что она
продала меня Рею.
- Что ж, она совершила ошибку, - сказала нежно Дрю. - Но, во всяком случае, она
впервые сделала для тебя что-то хорошее.
- Да. - Он глубоко вздохнул. - Ты права. Я не знал, что он мой дедушка. Я знал
только, что этот высокий старик хорошо ко мне относится, и мне очень хотелось остаться в его
старом доме на берегу залива. Когда он обещал что-то, он всегда выполнял свои обещания, и он
никогда не сделал мне ничего плохого. А больше всего я был доволен тем, что живу не с ней. Я
ни за что не вернулся бы к Глории. Он сказал, что никто меня не заставит, и я ему поверил. Но
она вернулась сама.
- Поняла свою ошибку.
- Поняла, что продала меня слишком дешево. Она требовала денег и грозилась забрать
меня обратно к себе. Он заплатил ей, а потом еще и еще. Однажды он попал в аварию, когда
возвращался после встречи с ней. Камерону сообщили об этом в Европу. Я помню тот день,
когда впервые увидел их троих вместе, когда они стояли у кровати Рея в больнице. Рей взял с
них обещание заботиться обо мне, попросил, чтобы мы все жили вместе. Он не рассказал им о
Глории, о том, что его с ней связывает. Он умирал и знал об этом, и ему надо было чувствовать
себя уверенным в том, что обо мне позаботятся.
- Он знал своих сыновей, - сказала Дрю.
- Когда он умер, я думал, что они меня куда-нибудь отошлют. Они меня совсем не знали,
кто я для них был такой? Но они выполнили обещание, данное Рею. Они поменяли свою жизнь
ради Рея и меня и организовали ее так, чтобы быть всем вместе. Главным в доме был Камерон,
и вначале все шло очень сумбурно.
Впервые после того, как он начал свой рассказ, его лицо несколько оживилось.
- Я вел себя просто ужасно - особенно от меня досталось Камерону. Я все ждал, когда
же меня выгонят из дома. А они все терпели. Они встали за меня грудью, когда Глория
попыталась их шантажировать. Они боролись за меня. Даже до того, как мы все узнали, что я -
внук Рея, они приняли меня в свою семью, я стал для них братом.
- Они любят тебя. Они любят тебя за то, какой ты есть, а не просто выполняют волю
приемного отца.
- Я знаю. Нет ничего на свете, что я для них бы не сделал. Я давал деньги Глории,
откупался от нее, с тех пор как мне исполнилось четырнадцать.
- Она так никуда и не делась.
- Нет. Вот и сейчас она вернулась. Я как раз встречался с ней сегодня вечером. Она
заходила и к тебе в магазин.
- Та самая женщина. - Глория вся как-то сжалась и потерла руки, вдруг ставшие
ледяными.
- Ее фамилия Делаутер. Хэрроу, очевидно, фамилия ее родителей. Она прек
...Закладка в соц.сетях
