Жанр: Любовные романы
Опрометчивый поцелуй
...ед.
— Я и себя не люблю, — ответила она.
— Почему? — удивился он.
— Потому что слишком часто ошибалась в жизни.
— Я тебе не верю, — сказал Грэг.
— Вначале — когда вышла замуж за великого человека, которого не любила,
потом — когда полюбила тебя.
— Ким! — воскликнул он.
— Молчи! Молчи! — остановила она его. — Мне давно надо было
уйти в монастырь, а вместо этого я беседую с человеком, который палец о
палец не ударил, чтобы Айрис осталась со мной.
Грэг покачал головой:
— Ты собираешься корить себя всю жизнь?
— Моя жизнь ничего не значит! Эти ее слова почти испугали его.
Грэг отступил.
— Ким... — начал он.
Она воспользовалась его замешательством и проскользнула к двери, но вдруг
остановилась и сказала:
— Знай же, что я всегда любила тебя и никогда не играла твоими
чувствами.
Его сердце бухало, как молот по наковальне. Он слышал только отдельные
слова.
Никогда — бух! — не — бух! — играла — бух!
Он почти
ненавидел ее. Он в ярости замычал и закрыл глаза. Как много он потерял, ведь
они так и не стали любовниками. Дед зря раздул огонь ревности. Их любовь
была платонической, хотя они и пожирали друг друга глазами. Вот этого они
скрыть и не могли.
— Я думала о тебе, — сказала Ким.
— И я тоже, — признался он, боясь того, что она убежит.
Ким подошла к нему и притронулась к его волосам. Но прежде чем он наклонился
к ней, чтобы поцеловать, она с резвостью лани скрылась за дверью.
Джилли потянула Рори за рукав — она не собиралась брать его под руку, чтобы
это не послужило поводом к сближению.
— Позволь мне познакомить тебя с некоторыми из моих соседей, —
сказала она.
Однако Рори не дал ей сыграть роль капризной недотроги. Он посмотрел на нее,
помедлил, изобразил налице удивление и спросил, указывая за ее спину:
— Кто это?
Джилли оглянулась, догадалась, о ком он спрашивает, и ответила:
— Маккензи — менеджер магазина
Казанова
. — Рори поморщился.
— Тебе следовало напомнить мне об этом в другом месте. Я спрашиваю о
высокой белокурой женщине. Кажется, она заставляет моего брата бегать за
собой.
Вид у Грэга, который появился вслед за Ким из подсобных помещений, был
отрешенный, словно его долго муштровали. Джилли надеялась, что Рори не
обратит внимание на связь между появлением Ким и внешним видом Грэга.
Правда, она сама хотела бы узнать, что произошло между Ким и Грэгом.
— Она твоя подруга? — спросил Рори.
— Мой деловой партнер. Ты должен быть польщен, потому что она вебмастер
моей странички в Интернете.
— Как ее зовут? Кажется, я ее где-то видел. — Джилли мгновенно
вспотела.
— Ким Салливан... — ответила она и поняла, что Рори это имя ничего
не говорит.
— Где же я ее видел? — еще раз повторил Рори.
Еще бы, —
злорадно подумала Джилли, — ведь Айрис — ее копия
.
К счастью, Ким в этот момент отошла за большой плакат в примитивистском
стиле, на котором были изображены дымящиеся трубы и женское белье.
Он посмотрел на Джилли и спросил:
— Она замужем?
— Тебе интересно?
Что я сделаю, если он скажет да"?
— подумала Джилли.
— Ты ревнуешь? — удивился он.
Но она уже взяла себя в руки и притворно округлила глаза:
— Я просто хотела отметить, что твой имидж политика ужасно пострадает,
если ты быстро поменяешь предмет своего воздыхания.
У Рори хватило юмора непринужденно рассмеяться. Впрочем, на него уже
охотились. Какая-то долговязая рыжая женщина, кокетливо улыбаясь, как курица
в обмороке, закатывала глаза и громко смеялась. Джилли скрестила руки на
груди, и Рори вдруг простонал, наклонившись к ней:
— Когда ты так делаешь, меня охватывает желание. — Джилли быстро
поняла, в чем дело. Все жемчужные пуговицы, кроме трех, на ее пушистом
розовом свитере были застегнуты, и когда она скрещивала руки на груди,
открывалась целомудренная, соблазнительная ложбинка. Надо отметить, что ни у
кого из женщин в зале не было такой потрясающе соблазнительной груди. Джилли
тут же опустила руки.
— Размечтался, — сказала она, краснея.
— Я сгораю по тебе, — признался Рори.
— А как же моя партнерша? — спросила Джилли.
— Кажется, твоя подруга морочит голову моему брату. — Грэг
действительно все это время растерянно стоял у какой-то концептуальной
машины, где крутилось велосипедное колесо, а по бокам струились фонтаны.
Джилли вздохнула с облегчением.
— Просто существуют женщины, кроме меня, на которых чары Кинкейдов не
распространяются. И еще я знаю, если тебе так интересно, что у Ким в
настоящее время никого нет. То есть вообще никого, понял?
— Никого? — удивился он. — И она твоя подруга? Так не бывает!
— Знаешь что?! — вскипела она. — Свои грязные намеки можешь
оставить при себе.
— Я не хотел тебя обидеть...
Она посмотрела ему в глаза и поняла, что он шутит.
— Ты меня напугал, — призналась она. — Я решила, что ты
зануда.
— Я не зануда, — сказал Рори.
— Тогда прекращай меня дразнить. — Он рассмеялся:
— Видела бы ты свое лицо. — Джилли вспылила:
— Видел бы ты свое лицо! Что завтра напечатают в газетах, если мы с Ким
действительно окажемся лесбиянками?
— Да, я перегнул палку, — признался Рори. Он перестал
смеяться. — Демократическая партия считает, что кандидат в сенаторы
должен быть морально безупречен, но ее не интересует мораль по большому
счету. — Он наклонился ниже к ее прекрасной шее, вдыхая запах ее
волос. — Что плохого в том, что я провожу вечер со своей прекрасной
невестой? А? Учти, я не добавил слово
сексуальной
.
Джилли задохнулась от возмущения.
— Еще раз скажешь
сексуальная
, и я уйду. — Впрочем, на самом
деле ей почему-то нравились его слова.
Рори решил подразнить ее.
— Ты действительно хочешь, чтобы я сказал?
— Господи! Ну конечно, нет! — воскликнула она. — Я тебе уже
объясняла, что мой астролог не рекомендует мне в полнолуние встречаться с
мужчинами. Аты меня к этому все время подталкиваешь.
Лучше показать ему свое оружие сразу, чтобы держать его на расстоянии.
Стоило ей побывать с ним на пикнике, как он вообразил бог весть что. Джилли
повернулась к нему спиной, отчаянно ища выход из положения, и вдруг увидела
своих друзей: Ору и доктора Джона, которые рассматривали книгу в ярко-синей
обложке.
Вот как я его отвлеку
, — решила она и взглянула на Рори.
— Давай походим по залу.
Он ответил ей дразнящей улыбкой:
— Я не против, если ты меня поцелуешь.
— Прекрати, — сказала она. — Не знаю, что на тебя нашло.
Его глаза были красноречивее слов.
— Хочу тебе напомнить, что твоя обнаженная спина, мои руки, касающиеся
ее, были показаны по телевидению миллионам зрителей. Насколько я помню, мы
целовались довольно убедительно. Теперь никто не вправе сказать, что мы
притворяемся.
Джилли Скай равнодушно пожала плечами и парировала:
— Вот как? У нас появилось прошлое?
— Детка, — сказал он, — меня не обманешь. Мы официально
обручены, и это кое к чему обязывает.
— Ах вот оно что! — Она уперла руки в талию. — А может, я не
хочу с тобой спать?
От этих слов Рори пришел в восторг.
— Дай мне шанс, и я докажу свою любовь.
У Джилли закружилась голова. На мгновение ей стало жарко. Рори заметил ее
состояние и ринулся в атаку.
— А знаешь, — прошептал он ей на ухо, — у тебя божественная
кожа.
И услышал:
— Ты стоишь слишком близко. Мне жарко. — Ее голос был абсолютно
трезвым.
Он недоуменно кивнул, а она притворилась, что он ее больше не раздражает, и
с облегчением заметила, что ее друзья находятся совсем близко.
— Ора! — позвала она подругу.
Ора и доктор Джон остановились. Заметив Джилли, которая махала им, они
подошли к ним, к большому неудовольствию Рори. Несколько странная пара:
огромный лысый черный мужчина с множеством всевозможных украшений и
татуировок на лице и теле, а рядом Ора, похожая на Марию Стюарт, в своем
старомодном платье и туфлях без каблуков. Она несла свою книгу в одной руке,
а другой отбрасывала с лица седые волосы.
— Я подозреваю, что заочно знаком с вами, — сказал вежливо Рори.
Джилли улыбнулась:
— Это мой астролог Ора, это мистер Джон — мастер пирсинга и художник-
татуировщик, а это Рори Кинкейд.
Рори посмотрел на Ору и Джона с восхищением:
— Я очень рад познакомиться с друзьями моей невесты.
— Я тоже рада! — воскликнула Ора и немного дольше, чем следовало,
задержала руку Рори в своей ладони.
На лице Рори появилось кислое выражение.
— Не будь букой... — Джилли незаметно ткнула его кулаком в бок.
Теперь она была уверена, что общение с ее друзьями отвлечет Рори от
настойчивых ухаживаний за ней. Рори осклабился. Ора передала книгу доктору
Джону и посмотрела на ладонь Рори.
— Я сейчас скажу все, что вы думаете, — сообщила она ему.
В глазах у Рори промелькнул испуг.
Джилли прошептала:
— Не смотри на них как на потенциальных избирателей. Расслабься, ты же
хороший мальчик.
По его лицу катил пот.
— Успех, долгая жизнь, хорошее здоровье. Вы очень удачливый молодой
человек, — сказала Ора.
Рори бросил насмешливый взгляд на Джилли.
— Не совсем удачливый, — сказал он.
Ора взглянула на Джилли и загадочно улыбнулась. Она снова пробежала пальцами
по ладони Рори.
— Еще не вечер, — сказала она.
— Вы меня немного напугали, — признался Рори. — Я никогда не
встречался со жрицами.
— Молодец... — прошептала Джилли Скай и громко произнесла: —
Рори... Ора — астролог, а не жрица. Я не знала, что ты читаешь по руке, Ора.
Улыбнувшись, Ора ответила:
— Ты поймала меня. Я не читаю по руке. Но ведь не каждый же день я имею
возможность подержать за руку такого мужчину.
Рори и доктор Джон засмеялись. Джилли покачала головой.
— Ора, у мистера Кинкейда самомнение и так велико. Я думала, ты мне
поможешь немного поубавить его.
Ора отпустила руку Рори и забрала у доктора Джона книгу.
— Извини, дорогая, но я была влюблена в деда этого молодого человека,
когда была еще маленькой девочкой, а потом — в его отца, несколькими годами
позже.
Она снова повернулась к Рори, который сделал круглые глаза.
— Не волнуйтесь, только на экране. И мне было жаль, когда я услышала о
смерти твоего деда. Это был конец эры. А что с твоим отцом?
Лицо Рори стало замкнутым.
— Он живет во Франции.
— Судьба! — воскликнула Ора и переключилась на него. — Все
Водолеи слишком долго решают своисемейные проблемы.
Взгляд Рори сделался отрешенным.
— Да, действительно, это так, — согласился он. Ора важно кивнула.
— Джилли говорила мне, что вы родились в один день. — Вряд ли
Джилли об этом помнила. Однако Рори оживился.
— Она так и сказала?
Джилли стиснула зубы и подумала:
Нужен ты мне...
Доктор Джон засмеялся:
— Динк-Динк... — Он все давно понял.
Джилли так посмотрела на него, что он сразу умолк.
— Что это значит? — спросил Рори у доктора Джона. Доктор Джон
снова засмеялся так, что от его густого баса под потолком зазвенели
хрустальные люстры.
— Динк — изящная и застенчивая. Это наша Джилли. — Рори удивился:
— Застенчивая? Вы думаете, она застенчивая? Возможно, мы говорим о ком-
то другом?!
Ора коснулась его руки.
— С вами, Водолеями, всегда так. Ваш знак — так меняется от окружения,
что вы никогда не смотрите на сам предмет.
Она открыла книгу, пробежала взглядом по странице и сказала Рори:
— Но у вас будет шанс изменить все к лучшему в следующем месяце, когда
Венера и ваша планета-покровительница — Уран — соединятся. Воспользуйтесь
этим.
— Черт! — выругался Рори. — Я не верю в эту чепуху. —
Ора захлопнула книгу.
— Все Водолеи упрямые! Вы настырны и ограничены во взглядах, но зато вы
влюбчивы. Это ваш плюс. Джилли точно такая же.
— Я уже заметил, — пошутил Рори. — Что же вы мне посоветуете?
Мне кажется, она вас немного слушает.
Ора удивилась.
— Джилли Скай всегда была самостоятельной. — Однако Рори знал,
чего хочет. Он указал на книгу:
— Может быть, там есть что-нибудь такое, что сможет уговорить Джилли...
смягчиться хоть немного... Правда, я не уверен, что она вас послушает. И все-
таки... а вдруг!
Он подкупающе посмотрел на Ору, потом на книгу.
Джилли снова бросило в жар. Во-первых, из-за его самодовольства, а во-
вторых, она терпеть не могла, когда о ней рассуждают за глаза. Сама она
никогда не просила погадать на себя. Демонстрировала эгоизм молодости.
Пропускала советы мимо ушей и вообще в глубине души посмеивалась над Орой и
над ее пристрастием к астрологии. Но советы Оры запали ей в душу, и порой
она даже пользовалась ими.
Доктор Джон так захохотал, что кольцо, продетое у него в носу, едва не
слетело ему в рот. Ора в недоумении посмотрела вначале на Джилли, потом на
Рори. Джилли попыталась спасти ситуацию.
— Рори имеет в виду то обстоятельство, что он не завоевал мою любовь. И
поэтому он спрашивает у тебя, которую я считаю своей матерью, разрешения.
Только непонятно — на что?
Она обняла Ору и прошептала ей на ухо:
— Скажи, что я руководствуюсь твоими предсказаниями.
Однако Ора была не из тех, кто быстро оценивает ситуации. Она в недоуменном
возбуждении посмотрела на Джилли и произнесла:
— Дорогая, если бы это действительно было так, то я бы не волновалась
за тебя. Насколько я знаю, ты склонна решать кроссворды, а не читать
гороскопы!
От стыда Джилли готова была провалиться сквозь землю. Рори же скептически
поджал губы — он все понял.
— Ора, ваша подруга, дабы не встречаться со мной, ссылалась на ваши
гороскопы, и я проникся глубоким уважением к вашему искусству.
— Правда? — обрадовалась Ора. Гомерический хохот доктора Джона
перешел в кашель.
— Вы меня уморите! — воскликнул он, отдышавшись. Ора схватила его
за руку и повела в буфет, где можно было выпить воды. Джилли с отчаянием
посмотрела им вслед. Она подозревала, что Ора это сделала специально, в
отместку за ее предательство.
— Я тоже хочу пить, — заявила она и попыталась расстаться с Рори.
Однако он крепко взял ее под руку и произнес тоном, не сулящим ничего
хорошего:
— Не так быстро, Динк-Динк!
Не обращая внимания ни на кого в зале, он прижал Джилли к себе. Ее сердце
бешено билось в груди. Она давно поняла, что он не относится к разряду тех
мужчин, которых можно было бесконечно долго водить за нос. Еще мгновение — и
он разорвет на ней одежду. Однако он вдруг отпустил ее и спросил:
— Слушай, где я ее видел?
Джилли обернулась и увидела Ким, которая смотрела на них.
Только не сейчас,
только не сейчас, когда он раскусил меня
, — лихорадочно подумала
Джилли. Еще она подумала, что рано или поздно должна познакомить Рори с Ким
и что они должны друг другу понравиться, чтобы судьба Айрис наконец
решилась. Однако она не могла придумать ничего лучшего, чтобы одновременно и
задобрить Рори и отвлечь его от Ким, как поцеловать его. С этой мыслью она
приподнялась на цыпочки, обняла Рори за шею, и их губы слились в долгом
поцелуе.
Глава 9
Поцелуй привел обоих в легкое помешательство. Джилли издала слабый стон, а
Рори заурчал, как довольный кот. Он сжал ее в объятиях еще сильнее, и она
почувствовала, что пропала.
— Пойдем! — вдруг сказал он.
Он схватил ее за руки и почти потащил в конец галереи, где, как он понимал,
был служебный вход. Однако Джилли почему-то вдруг заупрямилась.
Он обернулся:
— Не паясничай! Ты идешь со мной!
Джилли все еще находилась в том странном состоянии, которого она всегда
пыталась избегать.
Я должна сопротивляться
, — смутно подумала она. Но
тотчас же другой голос напомнил ей, что Рори — ее единственный, любимый,
дорогой.
Он снова тащил ее, не позволяя сбить себя с пути. На несколько мгновений она
почувствовала себя распутной женщиной. Она могла себе позволить поцелуй, ну
два — не больше. Рори снова остановился и страстно поцеловал ее. У нее
перехватило дыхание. Наконец он добился своего — они оказались на лестничной
площадке. Он прижал ее к стене и снова стал целовать.
— Джилли... — шептал он ей на ухо — Джилли...
В полумраке коридора он предстал перед ней большой тенью. А ее тело
показалось ей необычным настолько, что она перестала понимать его. Ей было
немного неудобно: стена была холодной, а Рори — таким настойчивым... В какой-
то момент тело и разум слились в одно целое, и она уже не различала, где
явь, а где чувственность.
— Ответь мне, — просил он. — Ответь...
Плотина вдруг рухнула, и Джилли страстно поцеловала его. Она задрожала. А
Рори вдруг стал беззастенчив и напорист, но ей это почему-то нравилось, и,
пожалуй, она уже не могла остановиться. Желание проснулось в ней. Ей вдруг
захотелось обнять его, вжаться с такой силой, чтобы слиться и быть одним
целым. Никогда еще она не испытывала подобного чувства. В следующее
мгновение она ударилась затылком о стену, и он спросил:
— Тебе больно?
— Нет, нет... — ответила Джилли, пытаясь разглядеть его глаза.
Он снова принялся ее целовать — то в губы, то в шею, вызывая в ней
сладостный трепет. Его руки стали настойчивыми, и она уже не могла им
сопротивляться, чувствуя, что еще мгновение — и случится непоправимое.
— У меня кружится голова, — вдруг сказала она.
— У меня тоже, — признался он, покрывая ее лицо поцелуями.
Он расстегнул пуговицу на ее свитере. Потом еще одну, каждый раз делая
паузу, словно спрашивая уДжил-ли разрешения. Ей казалось, что время тянется
бесконечно долго. Когда он дошел до третьей или четвертой, она вдруг
вспомнила образ сестры Бернадетты, обычно прохаживавшейся вдоль школьной
доски, на которой были начертаны какие-то формулы. Ее ортопедические ботинки
громко скрипели. Ее строгое лицо с морщинами от углов рта иногда снилось ей
ночью. Этого было достаточно. Джилли все бы простила Рори — даже то, как он
действовал своим коленом. Но грудь — это было священно. Она отпрянула от
него. Рори вдруг произнес:
— Ты снова стала монашкой?
— Да, мне здесь не нравится, — ответила она ему, застегивая
пуговицы на свитере. — Извини.
Он глупо спросил:
— Что же ты — сейчас возьмешь и уйдешь?
— Да, — ответила она, выскользнула из его слабеющих объятий и
выбежала в галерею.
На следующий день она как ни в чем не бывало появилась в Кэйдвотере. Дело
было так: Рори проследил за ней до самой кладовой, где хранилась одежда, и с
улыбкой стал наблюдать, как Джилли Скай сортирует вещи. Правда, когда она
нагнулась, он явственно ощутил, что еще мгновение — и он набросится на нее.
Он закрыл глаза, постоял секунду, а потом громко произнес:
— Вот ты где!
И разумеется, напугал Джилли. Она подскочила и села на софу, на которой
выглядела еще прекраснее, и Рори даже отступил на шаг, чтобы сдержать себя.
Он все еще думал, что был недостаточно напорист накануне и что мог добиться
своего, но, как и большинство мужчин, совершенно не понимал, что крайняя
самонадеянность в таких деликатных делах не всегда приводит к.
положительному результату.
Джилли пришла в себя и спросила:
— Что тебе надо?
Не очень-то любезный прием...
— подумал он и ответил:
— Я хочу извиниться...
— Ах, Боже мой!.. — Она развела руками. — Мы извиняемся? За что?
— Ты знаешь, что я о тебе все время думаю... — сказал Рори без
всякой надежды на примирение.
Она отодвинулась на край софы. Он осторожно сделал шаг вперед. Ее грудь под
белой блузкой гипнотизировала его воображение.
— Нам надо объясниться... — произнес он.
— Это семейная сцена? — спросила она. — Любопытно...
Черт! — подумал он. — Она сводит меня с ума. Пожалуй, я и правда
так женюсь...
Айрис, Грэг и миссис Мэк в другом крыле дома ловили сбежавшую шиншиллу. Рори
топтался перед Джилли, как гусак.
— Ладно, — махнула она рукой, — я сама виновата. Так что
извини!
— Извинить? — удивился он.
— Ну конечно!
На ней были старые расклешенные джинсы, украшенные вышивкой на тему природы.
Лет тридцать назад это было модно. На левой штанине — яблоневое дерево с
зелеными листьями — его ветви располагались на бедре, а красное яблоко
прикрывало
кисочку
.
— Я не могла себе ничего позволить, — вдруг призналась Джилли.
Его взгляд перескочил с яблока на ее лицо, которое было возбуждено. Он
удивился.
— Позволить что?
— Поцеловать меня... — В ее голосе вдруг прозвучала
нерешительность. — Ну там, у стены...
— А... — протянул он. — Согласен. Он не смог удержаться от
шутки:
— На черных атласных простынях это было бы легче сделать.
Последней фразой Рори выдал себя с головой. Его воображением владела одна и
та же картина: широкая кровать, застеленная черным шелком, и обнаженная
Джилли на ней.
Она вспыхнула от гнева:
— Рори, пошел ты к черту!
— Сдаюсь, сдаюсь... — произнес Рори. — Если я не подхожу
тебе...
— Конечно, не подходишь, с чего ты взял? Сестра Бернадетта говорила,
что мужчина — самое похотливое животное. И я убедилась в этом.
У Рори хватило выдержки промолчать.
— Разве я не права? — спросила Джилли.
Ее порочный ротик говорил об обратном. Рори был загипнотизирован им. Однако он нашелся что ответить:
— Ну мы же не собираемся снова говорить о твоем монастырском
воспитании. Зачем? Святой дух — хорошо, но иначе Адам и Ева не вошли бы в
свой сад.
— Получается, ты меня уговариваешь согрешить? — Рори вспотел.
— Сестра Бернадетта предупреждала нас о тактике мужчин. Вы коварны...
— К черту сестру Бернадетту! — произнес Рори, уже начавший терять
терпение.
В этот момент в коридоре раздались шаги Айрис, и она постучала в комнату.
— Поцелуй! Поцелуй!
Не в силах терпеть чьего-либо присутствия, Рори плотнее закрыл дверь.
— Почему ты так говоришь? — удивилась Джилли.
— Потому что вам внушали ханжество! — ответил Рори.
— Ханжество? — повторила Джилли. — Нет. Ты ошибаешься. Ты
действуешь согласно своим правилам. А моя грудь — это моя грудь.
Это неоспоримое заявление привело Рори к новым фантазиям. Он бы с
удовольствием прикоснулся к вишням, которые были вышиты на блузке как раз на
уровне сосков Джилли. Это желание было столь сильным, что он готов был тут
же осуществить его, однако голос и поведение Джилли останавливали его.
— А как насчет яблока? — спросил Рори. — Его тоже нельзя
трогать?
Это уже была наглость. Однако Джилли, не привыкшая к таким разговорам,
растерялась. Она покраснела. Теперь Рори разглядел, что к яблоку тянулась
змея, но не могла дотянуться...
— У меня нет слов! — воскликнула Джилли.
— Что по этому поводу сказала бы сестра Бернадетта? — Джилли
ответила так, что Рори пожалел о своей игривости:
— Что мне следует быть более внимательной, когда я надеваю чужие вещи.
Аминь!&n
...Закладка в соц.сетях
