Жанр: Любовные романы
Ночной гость
...тся, что эта кукла
немного... страшная?
Тея улыбнулась:
— Насколько я понимаю, это последний писк моды, так что кому страшная,
а кому красавица!
Диллон повертел игрушку, чтобы лучше ее рассмотреть.
— Знаешь, если бы моим сестрам такую подарили, они разревелись бы от
испуга, — произнес он с улыбкой. — А где подарок Тессы?
— Она ничего не прислала, — солгала Тея, чувствуя, что заливается
краской. Оставалось только надеяться, что свет лампы настолько тусклый, что
Диллон ничего не заметил.
— Вижу, вижу, что не хочешь признаваться. Не стесняйся, вынимай. Мы с
Кэти ужасно любопытные!
— Кэтлин еще слишком мала, — возразила Тея.
— Зато я — нет, — парировал Диллон, лукаво глядя, как она пытается
придумать новую отговорку. — Почему ты не хочешь мне показать? —
настаивал Диллон, будто был ее лучшей подругой.
— Не могу, — ответила Тея. — Да и показывать-то особо нечего.
Одни тесемки, — испытывая страшную неловкость, попыталась оправдаться
она.
Диллон расхохотался. Вместе с ним рассмеялась и Кэтлин. Тея сидела и ждала,
когда же стихнет приступ коллективного веселья.
— Ну ладно, хватит, — резко произнесла она наконец, поднимаясь из-
за стола.
— А что там еще есть? — Диллон по-прежнему проявлял любопытство.
— Ничего особенного — несколько писем, книги, кассеты... — Тея
умолкла и тотчас мысленно отругала себя, что смущается, словно девочка-
подросток.
— Мне ужасно интересно посмотреть! — не унимался Диллон.
Тея снова открыла крышку, мысленно укоряя себя за уступчивость. Можно
подумать, ему и впрямь интересно!
Диллон внимательно рассмотрел книги — два детектива и автобиографию актрисы,
вошедшей в историю как секс-символ, а потом прочел все надписи на кассетах.
— Жаль, что нет света, — с искренним сожалением заметил он. —
Я люблю американскую музыку.
— Ни за что не поверю, что ты это серьезно! — воскликнула Тея.
— Мне много чего нравится американского, — обиделся Диллон и
положил кассеты обратно. Пальцы их на мгновение соприкоснулись. —
Американские машины,
Макдоналдс
. И ты.
Тея нахмурилась, но ничего не сказала.
— Тея, ты выйдешь за меня?
— Диллон! Если бы я сказала
да
, ты первый рухнул бы в обморок от
удивления.
— Это точно, — согласился он. — Но после того как пришел бы в
себя, мы с тобой тотчас отправились бы к алтарю.
— Нет уж, большое спасибо. Тебе нужна другая женщина — веселая,
любительница шумных компаний и пива.
— Господи, а это ты откуда взяла?
— Таких показывают по телевидению — американскому телевидению. Они
специально прыгают в грязь, съезжают на велосипедах в воду и поливают друг
дружку из шлангов. Тебе нужна именно такая.
— Что ж, отчасти ты права. Правда, должен сказать, что я ни разу не
съезжал в воду на велосипеде. — Диллон посадил Кэтлин на плечи. —
А вообще позволю себе заметить, что это звучит довольно странно.
— Странно, что это говорит большой любитель сам откалывать номера —
отплясывая, горланить песни, и притом голым, — не удержалась и
подпустила шпильку Тея.
Диллон был ошарашен.
— Это кто тебе рассказал?
— Разумеется, Гриффин. Помимо всего прочего.
— Чего прочего?
Тея с трудом сдерживала улыбку. Невероятно, но Диллон не в восторге оттого,
что ей известно о его подвигах. Тея выразительно подняла брови — мол, знаю-
знаю все твои грешки, но вслух произнесла:
— О таких вещах не говорят в присутствии детей!
— Нет уж, скажи, что ты еще знаешь? — настаивал он.
— Например, о скрипачке из шотландского национального оркестра. И о
француженке, что приехала сюда наблюдать за птицами. Пожалуй, забыла, на
каком острове это было. Знаю только, что ужасно веселая история!
— Вот это да! — растерянно пробормотал Диллон, и Тея оторвала
глаза от бутылочки с молочной смесью, которую наливала для Кэтлин. —
Значит, не зря меня называют Великим Силки, — произнес он наконец.
— Это точно, — согласилась она без особого энтузиазма. —
Ничуть не сомневаюсь.
Тея поставила бутылочку в миску с горячей водой, чтобы подогреть.
— Можно я покормлю Кэти? — спросил Диллон.
— Ты хоть умеешь?
— Я тебе уже сказал, Тея, что моя мать работала няней, а я сам —
старший из шести детей! И пожалуйста, не смотри на меня так.
— Как
так
?
— Как будто я совершил что-то противозаконное и ты ждешь, когда наконец
нагрянут из Скотленд-Ярда.
— Скорее это будет чей-нибудь разгневанный папаша, — съязвила Тея.
— Я жил, как подобает мужчине. Но уверяю тебя, ни одна девушка не
пострадала из-за знакомства со мной. Не говоря уже об их отцах. За
исключением...
— Кого? — Тея вручила-таки ему бутылочку.
— Тебя, — ответил Диллон и посмотрел на дочь.
Надо сказать, он довольно ловко кормит ее
, — признала про себя Тея.
Наверное, действительно старший в семье.
— Надеюсь, ты не презираешь меня, Тея?
— Почему ты спрашиваешь?
Диллон вздохнул.
— Никак не могу понять, почему ты предпочла оставить меня в неведении?
Тея молчала, рассматривая в окне свое отражение.
— Ты винишь меня в гибели Гриффина? — тихо спросил Диллон.
— Нет! — горячо воскликнула Тея. Она отлично понимала, чего ему стоило задать этот вопрос.
— Тогда в чем дело? Или, по-твоему, я негодяй, который недостоин
называться отцом Кэти?
— Я этого не говорила.
— Так почему же?
— Диллон, я просто думала, что тебе будет все равно, — резко
ответила она. — И не знала, как поступить.
Он молчал, так как его внимание было сосредоточено на дочери.
— Я должен поблагодарить тебя, — произнес он наконец, не поднимая
глаз.
— За то, что я отклонила твое галантное предложение руки и сердца?
— Нет, — многозначительно ответил Диллон. — За то, что ты так
заботишься о моей дочери.
— Она в первую очередь моя дочь. Было бы странно, если бы я о ней не
заботилась!
— Некоторые женщины не слишком утруждают себя. Ждут посторонней помощи.
— Это был желанный ребенок, Диллон.
— Я верю. Мне хочется, чтобы ты знала, что я... в долгу перед тобой.
Кэти такая красивая и веселая — как ты. И имя ты ей тоже дала красивое:
Кэтлин. Красивое шотландское имя. Не то что все эти искусственные новомодные
типа Мисти Джой или что-либо в этом роде!
— Ты имеешь в виду американские? — перебила его Тея, и Диллон
улыбнулся.
— Тея!
— Что, Диллон?
— Вчера вечером я, кажется, выпил лишнего. Скажи, я вел себя
отвратительно?
— Не хуже, чем обычно, — сухо ответила Тея и посмотрела на дочь.
Кэйтлин уже задремала на руках у Диллона.
— Ну, это уже кое-что. Но если ты меня не презираешь, и к тому же я вел
себя не так уж и плохо, можно надеяться, что ты не выставишь меня отсюда —
тем более надвигается шторм. У меня до вахты осталось двенадцать дней, и я
хотел бы провести их у вас. Обещаю соблюдать все правила. Главное, чтобы ты
разрешила мне общаться с моим ребенком. Кэтлин должна знать, кто я такой. Ну
так как — ты позволишь мне остаться у тебя?
— Или что? — тихо спросила Тея.
— О чем ты, не понимаю! — удивился Диллон.
— О том, что будет, если я все-таки скажу
нет
. Если попрошу тебя уйти
и больше никогда не возвращаться. Что тогда?
На этот раз Диллон все понял.
— Тогда дело дойдет до суда, — негромко произнес он. — Денег
у меня хватит.
— Прекрасно! — усмехнулась Тея, но в голосе ее прозвучала угроза.
— У меня и в мыслях нет тебя шантажировать, — добавил Диллон.
— Ах вот как? У меня почему-то возникло совершенно иное впечатление!
— Кэтлин — моя дочь!
— И ты загнал меня в угол, верно я тебя поняла? Как я могу позволить,
чтобы она привязалась к тебе, если в один прекрасный день ты снова можешь
исчезнуть?
— Тея, ты соображаешь, что говоришь? Куда мне исчезать?
— Ну не сейчас, так потом!
— Почему ты так думаешь?
Тея не ответила.
— Кэти для меня не игрушка, которая нужна лишь до тех пор, пока я не
нашел себе новое развлечение.
— Неужели?
— А ты как думала?
— И все-таки я не понимаю тебя, Диллон. Другое дело, если бы это был
сын!
— Она — мой ребенок, Тея. Или, по-твоему, это не имеет ровно никакого
значения? — Диллон вздохнул и, помолчав немного, добавил: — Если уж на
то пошло, я тоже не понимаю тебя, Тея. Эх, жаль, что я не силки, а не то уже
давно бы соблазнил тебя морскими сокровищами и отвел под венец.
— Кажется, у силки возникло немало проблем, — заметила Тея.
— Ровным счетом никаких. Силки всегда соблазняли женщин, а если женщина
была действительно хороша, то и брали ее в жены. А когда любовь угасала, у
них не было проблем с расторжением брака. Силки снова превращался в морского
котика и — только его и видели. И возвращался, лишь когда появлялся
ребенок... Я... я не знаю, что делать, Тея. Хороший силки предложил бы тебе
по меньшей мере полный кошелек золота.
— Уже предлагал!
— Неужели? — удивился Диллон. — Когда?
— Вчера вечером, когда тебя не держали ноги.
— Тогда неудивительно, что ты так на меня смотришь. Ты, наверное,
решила, что я напился до чертиков!
— Отчего же? Я просто решила, что у тебя есть специальный фонд, из
которого ты платишь несчастным матерям твоих внебрачных детей.
Диллон посмотрел ей в глаза.
— У меня нет других детей, Тея. Только Кэти. И я прошу, чтобы ты
позволила мне остаться.
Кэтлин уже крепко спала, и Тея с нежностью посмотрела на личико дочери.
Как же быть?! Ей казалось, что Диллону уже давно должно наскучить изображать
заботливого отца. Оно было бы и к лучшему, пока Кэтлин мала и ничего не
понимает. Но в первую очередь Тея беспокоилась о себе — ей никак не
удавалось вести себя разумно в присутствии Диллона. Было страшно согласиться
на его просьбу — неизвестно, чем это кончится. Но беда в том, что, когда его
не было рядом, она сходила с ума от тоски. Когда же Диллон появлялся, ей
хотелось поскорее выставить его за дверь. А что будет, если она к нему
привяжется? Нужно ли это будет Диллону? И не случится ли так, что, потеряв
Гриффина, она лишится другого близкого человека — Диллона?
Придется сделать выбор. Ради Кэтлин — это единственный способ уберечь
малышку. Чем скорее Диллону наскучит семейная жизнь, тем раньше он вернется
к своим скрипачкам, любительницам птиц и блондинкам с модными стрижками.
— Говоришь, у тебя еще двенадцать дней? — строго спросила она
Диллона.
— Да.
— И ты обещаешь соблюдать те же правила, что и прочие постояльцы?
— Обещаю.
— Хорошо, можешь остаться. До следующей вахты.
Ее решение явно застало Диллона врасплох. Было видно, что он никак не ожидал такого широкого жеста.
— Вот увидишь, тебе не придется жалеть об этом. А можно мне уложить
Кэти? — вежливо поинтересовался он. Тея кивнула.
Диллон умело подоткнул одеяло. Тея предложила ему лампу, чтобы он мог
подняться наверх.
— Не надо, лучше возьми себе. Я ведь как-никак водолаз и привык
передвигаться на ощупь.
Он на мгновение замешкался в коридоре.
— Надеюсь, ты не боишься шторма?
— Нет, — поспешила заверить его Тея. Не шторма она опасалась, а
этих пронзительных голубых глаз.
— Тогда спокойной ночи, — произнес он.
Тея прошла в свою комнату, погасила лампу и разделась. Лежа, она
прислушивалась к завыванию ветра, ощущая присутствие в доме Диллона, словно
он был с ней в одной постели, а не на другом этаже. Она попыталась
устроиться поудобнее, чтобы поскорее уснуть, но сон никак не шел.
Вскоре захныкала Кэтлин, и Тея поднялась было с кровати, но плач быстро
утих, и послышался негромкий баритон. Значит, малышку убаюкивает Диллон.
Тея на цыпочках подошла к двери детской. Диллон сидел в кресле-качалке у
окна. Тея сумела разглядеть головку Кэтлин у него на плече. Диллон качал
ребенка, что-то тихонько напевая. Мелодия показалась Тее незнакомой. Это
была типичная — минорная и заунывная — гэльская песня, поэтому слов тоже
было не разобрать.
— Сейчас моя очередь, — пояснил Диллон, заметив в дверях Тею.
— Ты не обязан это делать.
— Знаю. Но я все равно не сплю. У нас на буровой совсем другой режим
дня. А у тебя наверняка давно не было возможности хорошенько выспаться.
— Это да, — призналась Тея.
— Тогда иди ложись. Иди, иди, — повторил он, видя, что она
колеблется. — Я уж как-нибудь справлюсь.
— Ты уверен?
— Уверен. К тому же мне приятно спеть Кэти колыбельную. Певец из меня
посредственный, но она вряд ли это поймет.
— У нее нет температуры? — Тею все еще мучила неуверенность.
— Можешь проверить.
Тея подошла ближе, и Диллон приложил ее ладонь ко лбу Кэтлин.
— Ну как, убедилась? — спросил он, убирая ее руку, но не
отпуская. — Лобик прохладный, просто ее беспокоят зубки. Иди. Позову,
если понадобишься. Обещаю. Или ты не помнишь, что я всегда держу свои
обещания?
Тея отдернула руку, все еще ощущая тепло его пальцев.
— Песня, которую ты только что пел, — спросила она, — это
колыбельная?
— Не колыбельная. Она о женщине, которая говорит
нет
мужчине, который
знает, что на самом деле она хочет сказать
да
. Поэтому он уверен, что где-
то между полуночью и рассветом растопит ее неприступность. Она, несмотря на
свою гордость, последует за ним куда угодно и отдастся ему, несмотря на то
что пока упорно отвечает отказом.
Тея поспешила вернуться к себе в комнату, но песня преследовала ее,
будоражила и завораживала. У Диллона был приятный голос, который способен
передать настроение кельтской баллады, которую он выбрал для... Нет, не для
Кэтлин. Для нее! Тея лежала с открытыми глазами; сердце бешено колотилось в
груди. Диллон добился своего — она чувствовала непреодолимое влечение к
нему. Тея постаралась отогнать непрошеные мысли. Разве ей до сих пор было
плохо одной?
Песня смолкла, и Тея услышала, как Диллон вышел из детской. В следующее
мгновение он прошел мимо ее спальни, и Тея затаила дыхание. Ей показалось,
что он на секунду остановился.
Только не это
, — мысленно произнесла
она, чувствуя, что вся дрожит от волнения.
Шаги Диллона послышались в коридоре, а еще спустя мгновение она различила
еще один звук, и у нее сжалось сердце. Входная дверь открылась, и Диллон
шагнул за порог навстречу ураганному ветру.
Тея моментально выскочила из постели и бросилась в детскую. При мысли о том,
что она может там обнаружить, ее охватил ужас.
Нет, он не посмел бы забрать Кэтлин!
Да, но он же взял ее с собой сегодня утром!
Кэтлин мирно посапывала в своей кроватке. Тея прислонилась к притолоке,
стараясь побороть испуг.
Что с ней делается?!
Она нежно посмотрела на малышку.
Ни одна женщине не пострадала от знакомства со мной
. Кажется, так сказал
Диллон. Наверняка эта модница блондинка все еще здесь, в какой-нибудь
гостинице, и если впервые увидела шторм, то до смерти боится. Тея
представила, как она ждет Диллона. Скорее всего он отправился к ней и будет
развлекать ее до тех пор, пока ей больше не будет страшно, а затем они
займутся любовью...
Прекрати!
— одернула себя Тея. Какое ей дело до того, куда он ушел? Ведь
единственное, что их связывает, — это Кэтлин. Нельзя об этом забывать.
Да, подумала Тея, она и дальше будет поступать, как сочтет нужным. Например,
поговорит с Диллоном как взрослый человек со взрослым человеком, попробует
убедить его, что не стоит вмешиваться в ее жизнь, а ключ от дома у него
заберет.
Приняв решение, Тея улыбнулась. Но она никак не могла — даже при всем
желании — перестать думать о Диллоне.
Глава 5
Тея обладала обостренным чутьем человека, привыкшего жить в одиночестве. Как
же это произошло? Пусть даже ночью по крыше громко барабанил дождь, а за
окном надрывно завывал ветер, но она не слышала, как вернулся Диллон. И вот
теперь он спит в комнате для гостей, а время уже перевалило за полдень.
— Пойду возьму ключ, — сказала она сама себе.
Тея стояла в дверях рассматривая своего
постояльца
, пока тот мирно спал
после ночных приключений. Он лежал на животе, раскинувшись. Одеяло накрывало
его чисто символически. Совершенно очевидно, что Диллон предпочитал спать...
в чем мать родила.
Боже, Тея, ты вновь разглядываешь его...
Она еще хуже, чем Флора!
Тея поспешила уйти, мысленно укоряя себя за дурацкий поступок. Господи, что
с ней творится? Надо заниматься делами и не стоять здесь, глядя на спящего
мужчину! Мало того, что ей приходится терпеть его присутствие у себя в доме
и вмешательство в воспитание Кэтлин, так нет, он решил заодно выступить в
роли выставочного экспоната!
Тея посмотрела на спящую дочь, затем направилась в маленькую комнату рядом с
кухней, где хранилось белье.
— Тея! — раздался у нее за спиной голос Диллона.
И хотя Тея не имела привычки кричать, от неожиданности у нее вырвался
пронзительный вопль, а из рук на пол посыпался ворох кофточек и ползунков.
— Черт возьми, Тея! — рявкнул Диллон. — Ты совсем спятила? Перепугала меня до смерти!
— Я? Тебя? — набросилась она на него. — Интересно, кто кого!
Правда, несмотря на испуг, она заметила, что на Диллоне были лишь джинсы,
наполовину застегнутые, а еще он был босой.
— Диллон, оставь эту привычку подкрадываться!
— Я не подкрадываюсь! Просто пришел узнать, что ты хотела.
— Я ничего не хотела! — снова сорвалась на крик Тея, принимаясь
подбирать с пола вещи. Затем прошествовала мимо Диллона в кухню. Он же, как
верный пес, поплелся следом.
— Тебе наверняка что-то было нужно. Иначе зачем ты заходила ко мне?
— Откуда мне было знать, что ты там! Даже не потрудился сказать, что
вернулся.
Они еще какое-то время метали друг в друга гневные взгляды, потом Диллон
устало опустился на стул.
— Моего плеча касались акулы, но и они не так пугали меня, как
ты, — укоризненно произнес он. — Зачем было так кричать?
— А зачем ты шел за мной?
— Я подумал, может, ты хотела сообщить, что ко мне кто-то пришел.
— А кто должен прийти? Одна из твоих подружек?
— Да нет же, я имел в виду мою мать!
Тея с подозрением взглянула на него, стараясь не смотреть на его голую
грудь. Для полного счастья ей не хватало только матери Диллона!
— Ты не веришь, что у меня есть мать? — спросил он.
— Тебе ничего не стоит солгать, — сказала Тея.
— Это почему же?
— Люди, у которых есть мать, так себя не ведут, — заявила
Тея. — Они не бродят тайком по чужим домам. И вообще, зачем твоей
матери приезжать сюда?
— Потому что я здесь, и это не чужой дом.
— Ах вот как! Ты еще скажи, что он твой! И ты здесь хозяин!
— Нет. Просто я пошел спросить, что ты, черт возьми, хотела? Кстати,
зачем ты сюда пришла?
— Чтобы проверить, не разбудил ли ты Кэтлин.
— Вообще-то кричал не я.
— Зато сейчас орешь именно ты!
— Из-за тебя! Это ты меня спровоцировала!
Внезапно до Теи дошел весь комизм ситуации, и она улыбнулась. Господи, на
кого он похож — волосы взъерошены, лицо растерянное. Неужели она
действительно так напугала его? И ему теперь неловко за свое поведение — уж
оно-то явно не подобает Великому Силки.
— Тебе еще смешно! — укорил ее Диллон.
— Да нет, не очень, — солгала она и сжала губы, чтобы не
расхохотаться.
— Я предлагаю тебе руку и сердце, и ты надо мной насмехаешься. Знаешь,
Тея, у меня не слишком богатый опыт брачных предложений, но я и предполагать
не мог, что стану посмешищем!
— А чего ты ожидал?
— Что ты согласишься.
— Знаешь, я не собираюсь выходить за тебя только потому, что сюда вот-
вот должна нагрянуть твоя мать!
— Интересная мысль. Мне бы такое и в голову не пришло. Признайся, каким
ветром тебя занесло в Шотландию? У меня такое впечатление, что ты
насмотрелась американских сериалов, от которых происходит разжижение мозгов!
— Разжижение, говоришь? — удивленно подняла брови Тея. —
Можно подумать, ваш Бенни Хилл лучше!
— А эти
Игры для новобрачных
? — парировал Диллон, чтобы не
остаться в долгу.
—
А Доктор Икс
?
— Что
Доктор Икс
?
Тея явно оскорбила его в лучших чувствах.
— Как ты можешь, Тея Керни, поливать грязью одну из лучших британских
телепрограмм?
— Ладно, — примирительно сказала она, когда Диллон шагнул
ближе. — Нам незачем ссориться только потому, что ты совершенно не
умеешь делать даме предложение.
— А что не так с моим предложением?
— У тебя ужасно получается, вот что!
— Я же сказал, что готов на тебе жениться.
— Тоже мне счастье! Сомневаюсь, Диллон, что найдется женщина, которая
будет согласна.
— Но ведь ты... хорошая женщина, Тея.
— Знаю, знаю. Тебе не терпится охмурить меня.
— Я же предлагаю руку и сердце!
— Забудь об этом, Диллон. Мне и одной неплохо.
— Это как понимать? — нахмурился Диллон.
— Ты не первый, кто сулит супружеское счастье вдове Керни!
— И кто же остальные претенденты? — съязвил Диллон. — Уж не
стариканы ли Данфи?
— Очень остроумно! Нашел кого вспомнить — Данфи. Давай не будем, а не
то, глядишь, начнешь отпускать шуточки в мой адрес — мол, я не так завариваю
чай. И тогда мне уж точно ничего не останется, как выставить тебя отсюда!
— Неужели, Тея?
— Представь себе.
Диллон задумчиво посмотрел на нее.
— Слабо тебе меня выставить? — негромко произнес он.
— Камерон, — отозвалась Тея с тихим вздохом, — ты еще
пожалеешь, что сказал это.
— Ты уверена? — спросил он. По всей видимости, разговор начал
забавлять его.
— Еще как! Ты ведешь себя вызывающе! С чего ты решил, что тебе
достаточно пальцем меня поманить? Мне кое-что о тебе известно!
— И что именно? — улыбнулся Диллон, глядя, как Тея сделала шаг в
его сторону.
— То, что надо, — ответила она и сделала еще один шаг. —
Гриффин мне все рассказал. И вот увидишь, ты будешь жалеть обо всем! —
С этими словами она начала закатывать рукава рубашки.
— Это все разговоры, Тея Керни!
Черт возьми! — кипятилась Тея. — Этот нахал заслуживает, чтобы
его проучили! Кто дал ему право позорить меня при всем честном народе в
лавке Родди? Наверняка ни одна женщина не давала ему сдачи. Кажется, сейчас
самый подходящий момент. Пусть знает!
Тея выполнила несколько боевых движений, но Диллон только усмехнулся.
Наконец, собравшись с духом, она набросилась на него, собираясь положить на
лопатки прямо посреди кухни. Диллон с легкостью отразил ее атаку — своими
сильными руками он крепко схватил ее за запястья.
— Так что тебе известно? — спросил он, понимая, что в данный
момент он полный хозяин положения.
— То, что надо, — негромко повторила она, придав лицу смиренное
выражение. — Например, в каком месте Великий Силки боится
щекотки! &md
...Закладка в соц.сетях
