Жанр: Любовные романы
Открой свое сердце
...телей!
— ...но все называют меня просто матушка Ко, — закончила та, и
Анабель решила, что только так и будет звать Корнелию. — А вы вечерком,
когда сорванцов уложите, приходите ко мне на кухню, чайку попьем,
посплетничаем. — Она подмигнула Анабель, еще раз поохала над детьми и
царственной походкой удалилась в свои владения.
— Правда, Корнелия замечательная? — спросила Мэри-Энн. — Она
за нами следит, пока нет гувернантки.
— Готовить у нее получается гораздо лучше, — заметил вновь
неизвестно откуда появившийся Тед.
Закончив ужин, Анабель поняла, что с ним невозможно не согласиться. К ее
удивлению, дети за столом вели себя более чем прилично. На данный момент
Анабель не могла понять, что же в этих воспитанных и милых детях такого, что
от них постоянно сбегают гувернантки?
— Во сколько дети ложатся спать? — после ужина спросила Анабель у
Теда.
Они поднялись в гостиную, и дети устроились на диване, чтобы посмотреть мультики. Тед пожал плечами.
— Этим всегда занимались гувернантки.
— Но разве вы не заходите пожелать им спокойной ночи?
— Часто я возвращаюсь слишком поздно и не хочу их будить.
— Но когда вы дома? — продолжала допытываться Анабель.
Тед бросил на нее тяжелый взгляд, да и дети начали прислушиваться к их
разговору, и Анабель поняла, что продолжит эту беседу вечером в кабинете
мистера Уилсоу.
— Значит, расписание детей тоже моя ответственность? — на всякий
случай уточнила она.
— Вы взяли на себя всю ответственность за них, — напомнил ей Тед.
— Ясно, — тяжело вздохнула Анабель, и ясно ей было вовсе не то,
насколько широки ее полномочия.
— Я, пойду, пожалуй, — сказал Тед. — У меня еще много дел.
Мисс Лоуэлл, не будете ли вы так добры зайти ко мне, когда дети уснут?
Я сегодня просто нарасхват, подумала Анабель.
— Да, мистер Уилсоу, — сказала она. — Дети будут ложиться
через полчаса, в девять. Значит, к десяти я буду у вас.
Тед кивнул ей, пожелал спокойной ночи детям и вышел. Анабель невольно
поёжилась, когда заметила, какая грусть плещется в детских глазах.
Почему Тед так холоден с ними? — спросила себя Анабель. Неужели
считает, что проявление чувств недостойно мужчины? Он ошибается! Мать этих
детей неизвестно где, они если и получат нежность и внимание, то только от
него. И даже самая хорошая гувернантка не способна возместить детям любовь
родителей. Это просто неправильно!
Фрэнк и Мэри-Энн после ухода отца сразу же потеряли всякий интерес к
мультфильмам и начали откровенно зевать.
— Рот надо прикрывать ладошкой, — сказала Анабель. — Я думаю,
у вас был насыщенный день и пора отправляться в постель.
— А почитать? — сонным голосом спросила Мэри-Энн.
— Если честно, я как-то не подумала о том, что вы спите в разных
комнатах. Давайте договоримся так: завтра мы устроим чтение вместо просмотра
мультфильмов. Идет?
Дети победно переглянулись.
— Мы спим в одной комнате! — сказал Фрэнк.
— Но ваш отец показывал мне... — Анабель запнулась. Действительно,
откуда Тед мог знать, где спят его дети, если он ни разу не зашел их
проведать. — У вас же у каждого своя спальня.
— Но там страшно одному. — Мэри-Энн искренне недоумевала, как
можно не понимать таких простых вещей.
— Ладно, с этим мы разберемся позже, — решила Анабель. — Вы ведь не все книги сожгли?
Фрэнк и Мэри-Энн робко улыбнулись ее шутке и отрицательно покачали головами.
— У вас есть любимая? Какую книгу вам обычно читают на ночь?
— Нам читала только Корнелия.
— И что она читала?
— Сказку про Пиноккио.
— Она вам нравится?
— Не очень, — скривился Фрэнк.
— Тогда выберете сами то, что вы хотите послушать.
Анабель даже не удивилась, когда ей принесли книгу про Мэри Поппинс.
— Я начал ее читать, но мне трудно читать много, — смущаясь,
признался Фрэнк. — А мне хотелось, чтобы Мэри-Энн тоже послушала.
— Надеюсь, ты будешь не против, если я начну сначала?
Фрэнк, судя по виду совершенно счастливый, помотал головой.
Дети еще полчаса готовились ко сну. Анабель решила лично присутствовать при
процедуре чистки зубов, понаблюдала за умением расстилать постель и
похвалила последние рисунки.
Уснули дети только к половине одиннадцатого. Но Анабель совершенно не
беспокоилась о том, что опаздывает к Теду. Главным в этом доме для нее были
дети. Все остальное — второстепенно.
— Вы опоздали, мисс Лоуэлл, — попенял ей Тед, едва она вошла в
кабинет, потратив еще минут десять, чтобы сориентироваться в другом крыле.
— Мне кажется, уложить детей гораздо важнее, чем прийти к вам вовремя.
Тед хмыкнул.
— Вы первая, кто так считает.
— Это мне льстит. Я хотела серьезно поговорить с вами, мистер
Уилсоу. — Анабель собралась, ожидая какую угодно реакцию: от полного
неприятия до совершенного безразличия. Почему-то кающегося Теда Анабель
просто не представляла. — Дети в ужасном состоянии.
— Я вас предупреждал.
— Прошу, не перебивайте меня. Дети в ужасном состоянии вовсе не потому,
что они плохие. Если вы заметили, мы сразу же нашли общий язык. Ваши дети
заброшены. Как вы думаете, если ребенок занят делом — рисует, играет в
теннис, читает или гоняет с друзьями в футбол, у него остается время на
проказы?
Тед не ответил, понимая, что вопрос был риторическим.
— О, конечно, любой ребенок может разбить окно, отказаться идти спать
или разрисовать зубной пастой сестренку, пока та спит. Но если рядом есть
взрослый, он всегда направит энергию в безобидное, а еще лучше в полезное
русло. Рядом с вашими детьми таких взрослых нет.
— Нам не везло с гувернантками, — заметил Тед и поймал себя на
мысли, что начинает оправдываться.
— Дело не в гувернантках! — отрезала Анабель. — Вы — тот
взрослый, что постоянно находится рядом с детьми. Даже несмотря на то, что
вы постоянно пропадаете на работе. Присутствие взрослого может быть и
незримым, и это называется авторитетом. Да, ваши дети любят вас, боятся, но
это вовсе не показатель уважения. Разве хоть раз их остановила мысль, что вы
будете сердиться, будете недовольны ими? Нет! И, мало того, понимая, что так
они обратят на себя ваше внимание, они готовы сделать все, что угодно. Им
нужен отец, а не хорошая гувернантка. В конце концов, вы же не хотите, чтобы
я заменила им родителей?
Анабель иссякла и пристально посмотрела в глаза Теду. Впервые. На этот раз
отвернулся он. Если бы неистовая мисс Лоуэлл знала всю правду, она бы сейчас
говорила совсем не так. Или так же? Тед не знал ответа на этот вопрос. Но и
говорить с Анабель о прошлом не хотелось.
— Знаете, мисс Лоуэлл, я бы не отказался, чтобы вы заменили им
родителей, — признался Тед. — Что Луиза, что я — отвратительные
родители, с этим невозможно спорить. Я редко бываю с детьми, не знаю, чем
они живут. Черт, я даже с днем рождения их поздравляю только потому, что мне
напоминает об этом секретарь. Может быть, если бы я уделял им больше
внимания, все было бы по-другому...
— Им не столько нужно ваше внимание, сколько нужна ваша любовь.
Анабель повернулась, понимая, что разговор окончен. Или Тед сам поймет
это... или не поймет. Больше она ничего сделать не могла. Разве что помочь
этим несчастным детям ощутить хоть толику любви и тепла.
— Мисс Лоуэлл, — окликнул ее Тед. — мисс Лоуэлл, вы
произнесли такую обличительную тираду, что я теперь чувствую себя крайне
виноватым. И хотел бы хоть чуть-чуть загладить свою вину. Что вы делаете
завтра после десяти?
— Буду у себя в комнате читать книгу.
— Тогда я предлагаю вам более интересный вариант времяпрепровождения.
Пойдемте в ресторан?
Анабель изумленно уставилась на него, не веря своим ушам. Тед Уилсоу зовет
ее в ресторан после суток знакомства? После того разноса, который она только
что учинила ему? Зовет после десяти, поскольку понимает, что Анабель, пока
не убедится, что дети спят, и шагу из дома не сделает?
— Я закажу столик в милом и тихом местечке, вы расскажите мне о своих
взглядах на воспитание, объясните, почему я плохой отец, и мы чудно проведем
вечер.
— Мистер Уилсоу, а почему мы не можем обсудить вопросы воспитания
здесь? — поинтересовалась Анабель и тут же осадила себя. Приглашение на
свидание — а как это еще назвать? — было именно тем, что ей нужно. Ведь
сюда она приехала, чтобы отомстить за Сьюзи. Да, попутно она постарается
помочь Фрэнку и Мэри-Энн, но только попутно. Не стоит прикипать сердцем к
этим детям, совсем не стоит. — Хорошо, мистер Уилсоу, я пойду с
вами, — решилась она.
— Вот и отлично! Кстати, я тут подумал и закрепил за вами Марка.
— Зачем? — удивилась Анабель.
— Мои дети не должны ездить на общественном транспорте.
— А им бы не помешало знакомство с реальной жизнью!
Тед проигнорировал ее выступление:
— Моя гувернантка тоже не должна ездить на автобусе.
От подобной наглости Анабель просто задохнулась.
— Поправка! — сказала она, восстановив дыхание. — Гувернантка
ваших детей.
Анабель развернулась и вышла из кабинета Теда, выразительно хлопнув дверью.
Он, кажется, так ничего и не понял! Ну что ж, у нее есть еще месяц, чтобы
объяснить этому зазнавшемуся павиану, что детей нужно любить, а уж потом
воспитывать.
Секунду Анабель постояла в коридоре, раздумывая, куда ей направиться, и
пошла в кухню. Ей нужно было с кем-то поговорить, пусть даже с матушкой Ко.
Помещение поразило Анабель своей стерильностью. Все кастрюли и сковородки
были вычищены так, что выглядели как новые, и аккуратно расставлены на
полках. Поверхности сияли первозданной чистотой, будто это не кухня, а
выставочный образец!
— О, моя милая! А я уж вас заждалась! — На пороге неприметной
дверки в торце помещения появилась матушка Ко.
— Извините, что я так поздно... — начала Анабель.
— Бросьте! Я же понимаю, как тяжело уложить этих детей. Но, несмотря на
все их капризы, они просто прелесть. И, кстати, я уже слышала, как вы
вправили им мозги насчет огня в доме. А какие они были красивые к ужину! Я
уже склонна думать, что вы просто чудо, мисс Лоуэлл.
— Зовите меня Анабель, — попросила Анабель.
— Тогда перейдем на
ты
. Я уверена, мы станем подругами. Честно
сказать, тут довольно скучновато вечерами: горничные вертихвостки, а иногда
так хочется поговорить с серьезным человеком. Так что можешь не извиняться.
Анабель улыбнулась.
— Пойдем ко мне. Ты когда-нибудь пила чай с виски?
— Не пробовала.
— Нет ничего лучше, чтобы уснуть сном младенца, — авторитетно
заявила матушка Ко.
— Но я...
— Не смей отказываться!
Матушка Ко уже затащила Анабель в комнату за кухней и усадила в кресло с
кружевными салфетками на подлокотниках. Анабель огляделась и поняла, что все
помещение просто устлано салфетками разных форм и размеров.
— Я же говорила, что по вечерам скучно, — пояснила матушка Ко.
Она уже хлопотала возле электрического чайника и заварочного чайника, откуда-
то извлекла бисквиты и быстро накрыла стол к чаю. Заговорщически подмигнув
Анабель, плеснула в чашки с крепкой заваркой виски — Анабель чуть-чуть, а
себе гораздо щедрее. Заметив, какой крепости чай, Анабель поняла, что к нему
действительно нужен виски, чтобы потом уснуть.
— Мне неловко спрашивать, но ты живешь одна? — Анабель начала
разговор.
— Мой муж — моряк. По полгода в плавании. Дети уже выросли. У нас есть
домик недалеко отсюда. Когда муж приходит в отпуск на две недели, я
переселяюсь туда. Дети стараются приехать в это же время. А пока никого нет,
мне здесь удобнее.
— Сложно так жить? — сочувственно спросила Анабель.
Матушка Ко улыбнулась и пожала плечами.
— Я знала, на что шла, и сама выбрала свою судьбу. Есть и плюсы: мне
так и не успели друг другу надоесть. — Она подмигнула Анабель и сделала
глоток.
Анабель последовала ее примеру.
— А ты, бедняжка, одна? Анабель улыбнулась краешками губ.
— Одна. Я типичная учительница, синий чулок.
— Не верю! — заявила матушка Ко. — Ты такая красавица!
— Всего три дня. Я только в субботу пошла к парикмахеру, и он сотворил
со мной это чудо.
— Если бы дело было только в парикмахере! — усмехнулась матушка
Ко. — Я ведь сама не красавица. Мама думала, что я вообще замуж не
выйду. Кому нужна жена, которая запросто мужа одной затрещиной на тот свет
отправит? Слава богу, она мне ничего такого не говорила. А я ведь была
уверена, что красива. И мальчишки за мной бегали, к маминому удивлению. И
муж у меня красавец каких мало. Хочешь, карточку покажу?
Анабель кивнула. Матушка Ко сняла с комода фотографию. На ней она была в
свадебном наряде рядом с женихом. Если бы лица молодых не светились таким
счастьем, фотография могла бы показаться смешной. Ну где это видано, чтобы
невеста на целую голову была выше жениха? Анабель внимательно присмотрелась
к мужчине и согласилась с матушкой Ко.
— Но ты красивее! — сказала она, отдавая фотографию.
Матушка Ко только усмехнулась.
Анабель несколько минут бесцельно болтала ложкой в остывающем чае и наконец
решилась:
— Мистер Уилсоу пригласил меня завтра в ресторан.
Матушка Ко приподняла густую бровь и лукаво посмотрела на Анабель.
— Хозяину не повезло с женой, да и с женщинами ему не везет. Вот в
последний раз почти женился... Даже рассказывать не хочу! — Она махнула
рукой.
Анабель хотела поспорить, но это означало бы раскрыть себя, поэтому ей
пришлось смолчать.
— Ты с ним сходи. Я ведь вижу, ты девочка умная, понимаешь что к чему и
в обиду себя не дашь, раз с нашими сорванцами справилась. Хозяин мужчина
хороший, добрый, это только разглядеть нужно. Эх, была бы я моложе лет так
на сорок!
Матушка Ко усмехнулась и подмигнула Анабель. Теперь их объединяла общая
женская тайна. Пусть даже завтра после десяти это станет секретом
Полишинеля. Наверное, не стоило никому рассказывать о предложении Теда.
Особенно потому, что теперь придется держать матушку Ко в курсе их
отношений. Но, с другой стороны, Анабель сразу же прониклась симпатией к
этой женщине. Разве она не имеет права завести себе подругу, советчицу? Да,
матушка Ко в роли советчицы была просто незаменима, с ее-то жизненным
опытом. И видела она в
хозяине
то, чего Анабель не замечала.
Она допила чай, поблагодарила новую приятельницу и пообещала заглянуть
послезавтра.
Анабель поднялась наверх и зашла в комнату детей. На столике слабо горел
ночник, и в его неровном свете Фрэнк и Мэри-Энн действительно казались
ангелами. Анабель улыбнулась своим мыслям, поправила одеяло, несколько
секунд в нерешительности постояла над кроватками, а потом поцеловала Фрэнка
и Мэри-Энн. Дети улыбнулись во сне.
Она тихо прикрыла дверь и пошла в комнату, которую теперь будет называть
своей.
А ведь три дня назад я и не предполагала, что моя жизнь так круто изменится,
думала Анабель, лежа под теплым легким одеялом. За окном шелестел листьями
старый парк, дробно стучал по крыше и подоконнику дождь, и во всем мире
разливалось спокойствие. Даже в душе Анабель.
Она еще раз улыбнулась и закрыла глаза.
3
Умытое небо было того удивительно глубокого синего цвета, что бывает лишь в
июне после ночного ливня. Краешек солнца уже коснулся деревьев в парке, утро
вступало в свои права. Птицы, обеспокоенные поисками еды для прожорливого
потомства, еще не потеряли лирического настроения, но уже завершали утренние
партии.
Анабель потянулась, села в кровати и вдруг ясно, как это бывает только
солнечным летним утром, поняла, что жизнь прекрасна и восхитительна. Ей
захотелось петь и танцевать.
Что это со мной? — удивилась она, изо всех сил пытаясь справиться с
глупой улыбкой.
Но утреннее настроение взяло верх, и серьезная мисс Лоуэлл уступила место
Бель-колокольчику, как в детстве называла ее мать. Напевая, Анабель
отправилась в ванную. Упругие струи прохладной воды ласкали тело. Настроение
было превосходным. Приняв душ, Анабель расчесала влажные волосы и оставила
их свободно струиться по плечам. Она долго стояла перед шкафом, пытаясь как-
то привести в соответствие свое прекрасное настроение и необходимость на
работе выглядеть серьезной. Солнце светило так ярко, отражаясь всеми цветами
радуги в бриллиантах росинок, что надеть строгий костюм было просто
невозможно! Анабель решилась и надела одно из романтических и легкомысленных
новых платьев.
Она осталась довольна результатом: из зеркала на нее смотрела совсем юная
девушка. Чуть влажные волосы завивались на висках колечками, на щеках играл
румянец, глаза сияли. Многослойное платье из легкого, полупрозрачного шифона
цвета морской волны подчеркивало изумрудную зелень глаз. Струящийся водопад
ткани перехватывал широкий шелковый пояс на по-девичьи тонкой талии. Легкие
тряпичные балетки — и Анабель стала похожа не на строгую гувернантку,
учительницу с пятнадцатилетним стажем, а на студентку, озабоченную лишь
поиском новых развлечений.
Она улыбнулась своему отражению, тряхнула головой и с трудом сдержала
рвущийся из груди смех. Как же здорово жить на свете! И почему она так давно
не вспоминала об этом?
Анабель вышла из своей комнаты и прислушалась. Дом еще не проснулся. И
немудрено: часы показывали без четверти шесть. Дети могут поспать еще два
часа. А она пока прогуляется по парку. Анабель хотелось насладиться каждой
секундой этого удивительного утра. Кто знает, проснется ли она еще хоть раз
с ощущением неминуемого чуда?
На всякий случай она заглянула к детям, выключила ночник и поправила одеяло
на Мэри-Энн. Девочка спала явно беспокойно, морщилась и сминала простыню
ногами. Анабель осторожно прикоснулась ладонью ко лбу Мэри-Энн и
удовлетворенно вздохнула: малышке просто снился какой-то сон, температуры не
было. Анабель вышла из детской спальни и плотно притворила за собой дверь.
Стараясь ступать как можно тише, Анабель вышла из дома. Свежий, прохладный
воздух остудил лицо и взбодрил тело. Как никогда прежде, Анабель вдруг
захотелось рассмеяться, раскинуть руки и бежать, бежать, бежать, впитывая
каждой клеточкой этот чудесный новый день.
Но Анабель просто улыбнулась поднимающемуся над деревьями солнцу, чистому
небу и сочной зелени на давно не стриженных газонах. Она углубилась в парк,
то и дело вздрагивая от упавшей на плечо или затылок капельки росы. В
тенистом тупике, сплошь усаженном кленами, Анабель присела на деревянную
скамейку и, словно девчонка, принялась болтать ногами в воздухе.
— Вижу, вы уже освоились в моих владениях!
Ноги Анабель замерли в воздухе, от неожиданности она чуть не упала, удержав
равновесие чудом.
— Мистер Уилсоу?!
Он появился из-за деревьев. В майке, открывающей руки с рельефно
выступающими мускулами, и шортах Тед был так же неотразим, как и в деловом
костюме. Анабель почувствовала, как ее бросает в жар, и понадеялась, что в
тени деревьев это будет незаметно. О, как хорошо она сейчас понимала Сьюзи!
Тед, судя по всему, совершал пробежку: капельки пота искрились у него на
лбу. Он поднял руки, несколько раз глубоко вдохнул и с силой выдохнул,
разминая мышцы, и присел на скамейку рядом с Анабель.
— Как прошла первая ночь на новом месте?
— Спасибо, я спала хорошо, — вежливо поблагодарила Анабель и
постаралась незаметно отодвинуться от Теда как можно дальше. Этот мужчина
слишком сильно волновал ее, особенно сейчас, когда из одежды на нем были
только майка и шорты.
— Ну и кто вам снился? — поинтересовался он, как бы невзначай
придвигаясь ближе к Анабель. — Знаете, есть примета, что, когда впервые
спишь на новом месте, можно увидеть лицо суженого.
Анабель отлично помнила, что ей снилось что-то хорошее, вот только сейчас у
нее возникло подозрение, что в этом сне участвовал Тед Уилсоу. Интересно,
это игра ее воображения?
— Я не суеверна, — ответила Анабель.
— А зря! — Тед подмигнул ей и наклонился, чтобы завязать шнурок.
К удивлению Анабель, выпрямившись, он оказался к ней гораздо ближе. Анабель
передвинулась еще чуть-чуть и почувствовала, что висит уже на самом краешке.
Как глупо! — сердито подумала она. Если все будет и дальше развиваться
так же, я скоро просто окажусь на земле.
Анабель посмотрела на Теда и поняла, что он с трудом сдерживает смех.
Догадаться, что его рассмешило, было совсем нетрудно. Анабель поняла, что
уже устала краснеть. Она с вызовом вскинула подбородок и, для собственного
спокойствия решив сменить тему, поинтересовалась:
— Вы всегда встаете так рано?
— Да, люблю пробежаться по парку, пока на улице свежо. Да и в офисе мне
нужно быть к восьми... Так что выбора у меня нет. Вы еще не завтракали, мисс
Лоуэлл?
— Нет, я буду завтракать с детьми.
— А я очень надеюсь, что вы окажете мне честь и согласитесь
позавтракать со мной, — многозначительно сказал Тед.
— Я согласилась с вами поужинать, — заметила Анабель, — хотя
для того, чтобы спокойно провести с вами вечер, мне пришлось просить об
одолжении мам... Корнелию.
— О, матушка Ко обожает детей, — спокойно сказал Тед. — Ей это будет совсем несложно.
— Вы так просто к этому относитесь...
Тед легко прочитал во взгляде Анабель осуждение.
— Прошу вас, дорогая мисс Лоуэлл, не портите такое прекрасное утро,
превращаясь в строгую гувернантку! — Тед усмехнулся и, даже не пытаясь
как-то замаскировать это, придвинулся к Анабель вплотную.
Инстинктивно она дернулась и все же упала бы, если бы сильная рука Теда не
схватила ее за талию.
— Ну знаете ли, мистер Уилсоу! — Анабель просто кипела от
негодования, но сделать ничего не могла.
Тед вновь лишь усмехнулся и прижал ее к себе. Анабель почувствовала
головокружение. Как давно она не была в объятиях мужчины! Как давно на нее
не смотрели такими глазами! Неужели Лора была права, когда говорила, что
Анабель по собственной глупости отказывается от самого естественного
удовольствия?
— Что же вы шарахаетесь от меня, мисс Лоуэлл?
— Мистер Уилсоу, немедленно отпустите меня! — потребовала Анабель,
взяв себя в руки. — Вы... вы ведете себя неподобающе!
Гневная тирада не возымела действия. Тед все так же продолжал ухмыляться.
Анабель даже показалось, что она сделала хуже: в глазах Теда заплясали
чертенята. Анабель понимала, что сейчас он стал опасен, как никогда. И так
же притягателен.
— Я отпущу вас, только если вы разделите со мной завтрак, дорогая мисс
Лоуэлл.
— Не называйте меня так! — потребовала Анабель. — Что вы о
себе возомнили?! Думаете, если я до сих пор не замужем, значит, брошусь на
любого, кто будет достаточно смел? Скажу вам откровенно, в мужчине я ценю
ум, честность и порядочность, а вовсе не фактурность мышц. И потом, мне
всегда казалось, что, прежде чем обниматься с женщиной, мужчина должен
принять душ. — Анабель понимала, что играет с огнем, но была слишком
сердита, чтобы обдумывать свои слова.
— Браво, мисс Лоуэлл! Я еще никогда не видел столь неприступной
крепости. Но я азартный человек и готов рискнуть. Так вы позавтракаете со
мной?
— Если вы будете себя и дальше так вести, я откажусь и ужинать! —
заявила Анабель.
Тед сразу же отодвинулся и в шутливом жесте поднял вверх руки.
— Серьезная угроза. — Он сверкнул сияющей улыбкой.
В нем было столько обаяния, что устоять было совершенно невозможно! Но
Анабель все же хотела попытаться.
Она уже успела забыть о том, почему вообще появилась в доме Теда. Ее сейчас
гораздо сильнее волновал повышенный интерес со стороны хозяина дома, чем
желание Сьюзи отомстить. Анабель чувствовала себя загнанной в угол: Тед
проявлял свой интерес совершенно однозн
...Закладка в соц.сетях
