Жанр: Любовные романы
Свидание с прошлым
...Сент-Полу. Время пролетело незаметно.
Завидев машину Дерека, ехавшую по Мейн-стрит, она сошла с тротуара и помахала
ему.
- Смотрю, вы времени зря не теряли, - сказал он, кивая через плечо на
свертки, которые она забросила на заднее
сиденье.
- Я нашла магазин, где продают все принадлежности для занятий искусством. Эти
вещи для меня такое же искушение,
как новая одежда для большинства людей.
- Женщина, которой не нужна одежда, - это неплохо, - заметил Дерек,
соблазняюще изогнув бровь. Стейси
засмеялась.
- Если вы флиртуете со мной, шериф, то я должна вам напомнить, что вы еще на
службе.
Дерек застонал.
- Проклятье, опять я все испортил.
Они улыбнулись друг другу, чувствуя, что становятся друзьями.
Так-то лучше, подумала Стейси, намного лучше, чем иметь его врагом.
- Мне очень нравится Хейстингс, - произнесла она, застегивая ремень
безопасности.
- Вам понравится и Ред-Уинг, но больше всего вам понравится Уинона.
- Да, припоминаю, видела эти названия на карте. Так это красивые города?
- Великолепные. Вся территория к югу от Городов и вдоль реки - предмет
гордости почти для всех жителей
Миннесоты.
- А в ваши планы случайно не входит быть моим гидом? - спросила Стейси в
надежде, что не приписывает его
предложениям больше того, что он хотел в них вложить.
- Обязательно, - ответил он, бросив на нее короткий взгляд.
Какое-то время они ехали молча, и каждый размышлял над тем, какие возможности
могут заключаться в этих последних
фразах их разговора, а потом Стейси окунулась в красоту проносившихся мимо миля
за милей мест.
Уже почти стемнело, когда они доехали до Хантерз-Бэй. Прощаясь, оба
почувствовали, что между ними возникла какаято
неловкость.
- Вам помочь донести покупки?
- Нет, не надо. Спасибо. И еще спасибо за необыкновенно чудесный день.
- Не стоит благодарности.
- Ну вот... до свидания, Дерек.
- Пока, Стейси. Желаю вам приятного вечера.
- И я вам тоже.
Наверное, возвращение в Хантерз-Бэй нарушило то ощущение товарищества,
которое они оба испытывали весь день,
думала Стейси, идя через холл гостиницы к себе в комнату. Похоже, над городом
висело какое-то облако, сродни тому
туману, что заполнял улицы города сегодня утром, хотя природа его была скорее
психической, чем физической.
Когда Стейси позвонила, чтобы узнать, во сколько обед, и заказать место в
зале, то вместо Пэм ей ответил какой-то
мужчина, который заверил ее, что в этот период предварительно резервировать
место нет необходимости и что они смогут ее
накормить в любое время до девяти, когда закрывается кухня.
Спать Стейси не собиралась. Она поставила телефон обратно на стол и,
откинувшись навзничь на кровати, решила
подумать о прошедшем дне. Веки ее отяжелели, а мысли стали отрывочными. Она
почувствовала, что скользит куда-то вниз.
"Надо убрать ее с дороги". Голос, казалось, шел издалека, по какому-то
длинному туннелю. Она резко обернулась, ища
его источник. Туман надвигался большими ватными губами, скользя по ее лицу
подобно паутине, которую она безуспешно
пыталась смахнуть. "Избавьтесь от нее, и всем нашим неприятностям придет конец".
Теперь голос, казалось, слышался у
нее за спиной. Она повернулась в том направлении. Открыла рот, чтобы крикнуть,
но слова заглушил туман, который
наполнил ей рот и забил горло. Она понимала, что задыхается, но не могла позвать
на помощь. "Она должна умереть", -
заявил голос, став пронзительным, а потом заглох в тумане.
Вздрогнув, Стейси проснулась под отголоски собственных стонов, все еще
отдававшихся в тишине комнаты. Лицо ее
было покрыто испариной.
Этот сон был ей напоминанием о том, зачем она сюда приехала. Прежде всего она
должна разгадать тайну меняющейся
картины, а еще - узнать, кто в действительности были ее родители, если это
поможет найти ответ.
Дерек ехал по темнеющим улицам и думал о том, как у него изменилось
настроение. На некоторое время он упустил из
виду тот факт, что присутствие Стейси Миллман в городе вызывает панику среди его
жителей, куда ни глянь. Люди лгут ему,
впрочем, это не значит, что она чиста как ангел, а все другие - грешники. Здесь
какая-то тайна, которую нужно разгадать.
Что-то связанное с ее родителями?.. Но даже если они действительно когда-то жили
здесь, то ведь прошло уже двадцать пять
лет, как они уехали. Значит, тайна касается чего-то такого, что произошло тогда.
Он подрулил к тротуару перед зданием
службы шерифа и остался в машине, глядя на улицу перед собой невидящими глазами.
Он знал человека, который мог бы помочь ему во всем разобраться. Боб Хантер,
издатель и редактор еженедельной
газеты. У Боба в архиве хранились материалы начиная с того времени, когда вышел
ее первый номер.
Но при мысли о том, чтобы обратиться к Бобу Хантеру, у Дерека появилось
неприятное ощущение в желудке. Как всегда.
Что-то в этом человеке было Дереку не по душе. Он замечал, что Боб держался
уверенно и был общителен в своем кругу, но
становился неловким, даже робким в присутствии матери, Селмы Хантер. Дерек,
которому было всегда легко с его
собственной матерью, потому что у них установились отношения взаимной поддержки,
неизменно чувствовал себя скованно
в обществе Боба Хантера, особенно если миссис Хантер оказывалась где-то
поблизости. Он слышал, что когда-то Боб много
времени проводил на природе, был заядлым охотником и рыболовом, но, сколько
Дерек помнил, вел довольно замкнутый
образ жизни и почти никогда не выходил из дому, не сопровождаемый своей женой
Изабелл.
Дерек рос с мыслью, что все в клане Хантеров были немного со странностями, но
теперь, когда он смотрел на вещи под
другим углом зрения, получалось, что Хантеры вели себя странно именно по
отношению к нему.
Это само по себе удивляло, ведь мальчишкой он участвовал в движении
бойскаутов, брался за любую работу, какую
находил, и везде трудился с усердием, в школе получал хорошие отметки и был
лидером сразу двух команд - футбольной и
баскетбольной. В общем, неплохой парнишка, которого все в городе вроде бы
любили. За исключением Хантеров.
Однако же именно миссис Хантер платила за его учебу.
Он встряхнул головой и потер глаза. С разгадками пока что придется
повременить. У него еще есть на сегодня работа:
надо зайти в офис, просмотреть происшествия за день, отпустить дневную смену,
отметить заступление ночной смены,
заняться бумагами, накопившимися за те несколько часов, что он отсутствовал. Он
вышел из машины, чтобы взяться за дела.
Вечер был изумительно хорош. Небо наконец полностью очистилось, замерцало
мириадами звезд и украсилось узким
серпиком луны. Из окна обеденного зала Стейси был виден буксир, деловито
пыхтящий вниз по реке. Она решила немного
пройтись после обеда. Ньюйоркцы такой роскоши не могут себе позволить, по
крайней мере те, кто не лишен чувства
осторожности.
Но в таком маленьком городке, как Хантерз-Бэй, прогулка в одиночестве не
должна представлять опасности.
Впрочем, именно в этом маленьком, безобидном городке, напомнила себе Стейси,
кто-то пытался сбить ее машиной. С
умыслом - в отличие от подобных происшествий, столь обычных для хаотического
уличного движения в Нью-Йорке.
Но тот случай произошел из-за тумана. А сейчас светлый звездный вечер и
вокруг будут другие люди. Я не смогу вечно
сидеть взаперти. И не буду.
Она оставила деньги рядом со счетом на подносе и отправилась к себе за
курткой.
Коридор слабо освещался настенными светильниками, которые имитировали свечи в
подсвечниках. Стейси не сразу
заметила небольшой конверт, засунутый сбоку в щель между стеной и дверной рамой.
- Что это такое? - пробормотала Стейси, взяв конверт и вертя его в руках. Ее
фамилия напечатана с лицевой стороны.
Стейси вскрыла конверт с улыбкой. Дерек, вот дурачок, не проще ли было
позвонить?
"Убирайся из города, пока не поздно".
Стейси пришлось перечитывать записку снова и снова, пока смысл написанного не
проник наконец в ее сознание. Тут
руки у нее затряслись, а желудок стал грозить, что освободит ее от недавно
съеденного обеда. Она сжала записку в кулаке и
прислонилась к дверной раме, глубоко и прерывисто дыша.
Первой ее рациональной мыслью была та, что теперь есть доказательство - ктото
ее преследует. Дерек будет вынужден
поверить ей и помочь узнать, для кого она представляет опасность.
Заставив ноги двигаться и держась одной рукой за стену, она прошла по
коридору и вышла из гостиницы.
Совершенно забыв о вечерней прогулке, Стейси направилась прямо к своей
машине, припаркованной на улице перед
гостиницей. Ей пришлось повозиться, прежде чем вставить ключ в зажигание - так
сильно дрожала у нее рука, - но в
конце концов она с этим справилась, а когда двигатель завелся, развернулась на
широкой улице и помчалась к шерифу.
Он сидел один у себя в офисе и, как только увидел ее в дверях, сразу встал,
обошел вокруг стола и принял ее в свои
объятия.
Если бы он не возглавлял полицию города, бросилась бы она к нему первому?
Ощущая, как его сильные руки обнимают
ее и голова его прижата к ее голове, Стейси не сомневалась, что бросилась бы.
Чье это сердце так сильно бьется - его или
ее? Сейчас это не имеет значения. В эту минуту они были одно целое, и она
чувствовала себя такой защищенной, как еще
никогда в жизни.
Когда он осторожно отстранил ее от себя, она чуть не запротестовала.
- Рассказывайте, Стейси, что случилось. Увидев, как вы ворвались сюда, я
подумал, что кто-то гонится за вами по пятам.
- Т-так оно и есть.
Она вынула из кармана куртки скомканную записку и протянула.
Желваки двигались у него на щеках, пока он читал и перечитывал послание.
Стейси не сомневалась, что гнев заставит его
действовать немедленно.
Но Дерек, не выпуская записки из рук, вернулся за свой стол и сел, удобно
откинувшись на спинку кресла.
- Надо полагать, вы не имеете понятия, кто это прислал.
- Нет. Может, Хантеры? Кому так нужно выжить меня отсюда? И почему?
Дерек покачал головой. Он бросил записку на стол и покрутился вместе с
креслом.
- Это ничего нам не дает.
- Что? - Стейси подскочила к столу и, опершись обеими руками на крышку,
закричала ему в лицо: - Какой же вы
после этого блюститель закона? Разве вы не собираетесь проверить, нет ли тут
отпечатков пальцев, не собираетесь выяснить,
на чем это напечатано?
- Боюсь, что в данном случае это пустой номер. Даже непрофессионал знает
достаточно, чтобы не оставить отпечатков,
а надпись на конверте и текст можно набрать на любом компьютере. Прямо здесь, в
городе, их десятки. - Он наклонил
голову влево, кивая на свой компьютер, стоявший у него на столе. - У меня самого
он есть.
Разочарование еще больше распаляло Стейси, и она почувствовала, что
захлебывается в собственной ярости.
- Так, понятно. Значит, вы в той же степени подозреваемый, как и все другие в
этом городе. Благодарю вас, хотя и не за
что, шериф.
Она выскочила за дверь прежде, чем Дерек успел приподняться в кресле. Он
начал вставать, но тут же понял, что нет
смысла гнаться за ней, пока она в такой ярости.
Он снова сел и взял записку в руки. Хотя он ей ничего не сказал, но был очень
встревожен тем, что кто-то так сильно
ненавидит Стейси Миллман.
Возможно, записка и не послужит уликой - он так и так отправил бы ее на
проверку в лабораторию, - но все равно он
решил во что бы то ни стало докопаться до сути. Работа шерифа - его работа-в том
и состоит, чтобы обеспечивать
безопасность любого, кто хотя бы временно проживает на вверенной ему территории.
И, когда он действует в своем
официальном качестве, речь уже не идет о его личных чувствах.
Он нажал кнопку на интеркоме и попросил зайти своего помощника Джексона.
Сжато изложив все, что надо знать помощнику, он сказал:
- Отправьте это в лабораторию и попросите, чтобы сделали срочно. Теперь вот
что: надо, чтобы патрульная машина
удвоила - нет, утроила - число визуальных проверок гостиницы в течение ночи.
Джексон кивнул.
- Понял, сэр. Лично я могу быть чем-нибудь полезен?
- Да. Оставайтесь в лаборатории и проследите, чтобы были проведены все тесты
без исключения, и как можно скорее.
Когда помощник ушел, Дерек взглянул на висящие на стене часы. Прошло уже
достаточно времени, чтобы Стейси успела
вернуться в гостиницу.
Он набрал номер гостиницы, но ему пришлось ждать пять минут, прежде чем
трубку сняли.
- Пэм, это Дерек. Соедини меня, пожалуйста, с комнатой Стейси Миллман.
Последовала продолжительная пауза, потом Пэм сказала: "Да, сейчас", и почти
сразу он услышал звонок переключенного
вызова.
- Послушайте, Стейси, я знаю, что вы рассердились, - сразу заговорил он,
чтобы не дать ей повесить трубку, - но мне
нужно вас видеть. Вы побудете у себя в комнате до моего прихода?
- А разве у меня есть выбор? Ведь вы здесь представляете закон, не так ли? -
Это было сказано саркастическим тоном,
но она все же согласилась с ним встретиться.
Схватив свой стетсон с вешалки для шляп, Дерек побежал к машине.
Стейси открыла дверь сразу же, как только он постучал, но затем повернулась к
нему спиной, подошла к кровати и села,
не предложив ему зайти.
Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь.
- Я знаю, что вы злитесь, Стейси, но прошу вас выслушать меня. Пожалуйста.
Он двинулся к ней, рассчитывая сесть на единственный стул, стоявший возле
кровати. Вдруг уголком глаза он заметил у
нее на столе небольшую машинку.
- Что это такое? - спросил он, указывая на машинку.
Стейси посмотрела в направлении его жеста и поморгала в недоумении.
- Это портативный "электронный редактор", - ответила она, на секунду позабыв
о том, что сердится. - Я пользуюсь
им, чтобы описать свою работу словесно. Это часть процесса...
- А он печатает?
- Что? Да. Это комбинация пишущей машинки и принтера. А почему вы
спрашиваете?
Дерек провел рукой по губам и покачал головой. Абсурд. Не могла же она, на
самом деле...
- Мне неприятно спрашивать вас об этом, Стейси, но вы случайно не написали
эту записку сами, чтобы заставить меня
поверить вашему рассказу?
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Он ожидал очередной вспышки гнева. Но она и на этот раз удивила его
многогранностью своей личности. Она вскочила,
потом снова опустилась на край кровати, словно ноги не держали ее. Глаза у нее
расширились и потемнели, он читал в них
страх... и что-то еще... Поражение? Не была ли такая реакция признанием вины?
Дерек мягко, почти шепотом спросил:
- Записка была отпечатана на вашей машинке, Стейси?
Казалось, ей трудно было говорить. Она облизнула губы.
- Я... Это могло быть.
- Так была или нет?
- Я не знаю! Но тот, кто оставил записку, мог ведь войти сюда и
воспользоваться моим "редактором", чтобы написать
ее, верно?
Дерек удивился тому, насколько велико было чувство облегчения, с каким он
услышал ее ответ. Ответ звучал логично и
позволял ей выкрутиться. Он понимал, что она, может быть, беспардонно лжет, но
доказать этого он не мог и даже
радовался, что есть еще место сомнению.
Он подошел к "редактору" и стал его рассматривать.
- Это, по сути дела, компьютер, не так ли?
- Да. Просто он умеет только писать. Никаких других функций у него нет.
- Так что любой, кто разбирается в компьютерах, мог догадаться, как им
пользоваться.
Стейси утвердительно кивнула.
- И любой, кто хотел запугать меня, получил бы двойное удовольствие,
использовав для этого мою собственную
машинку.
Дерек прошелся рукой по своим светлым волосам и с досадой покачал головой.
- Вся эта атмосфера тайны в городе начинает мне чертовски надоедать. Скоро
дойдет до того, что я буду подозревать
всех и каждого.
Стейси тяжело вздохнула. Ей было искренне жаль его. Она знала, что он горячо
любит свой родной город, чувствует себя
в ответе за его благополучие. И вот теперь он вынужден признать, что по крайней
мере один из его друзей или соседей,
вероятно, вовлечен в какую-то криминальную историю.
- Что вы собираетесь делать, Дерек?
Он пожал плечами.
- С этого момента начну задавать гораздо больше вопросов, причем буду это
делать как шериф, а не просто как Дерек
Чанселор.
- Звучит неплохо. Вы не против, если я тоже немного займусь расследованием со
своей стороны?
- О чем вы говорите?
- Думаю, что у меня неплохо получилось бы добывать сведения у людей - обычно
со мной охотно разговаривают. Я
умею слушать.
- Да вы что, спятили? - Дерек повысил голос почти до крика. - Если вам
угрожают, зачем вы полезете на рожон,
зачем будете рисковать головой? - Он подошел к ней и схватил за руку повыше
локтя. - Ни в коем случае, Стейси. Вы
слышите? Занимайтесь своим искусством, а полицейскую работу оставьте мне.
Он не осознавал, с какой силой схватил ее за руку, пока она не попыталась
освободиться от его хватки и не простонала:
- Мне больно, Дерек.
- Простите. - Он отпустил ее руку, и она стала растирать ее.
- Да, теперь "простите". - Она обиженно надула губы. - Не лучше ли приберечь
ваши силовые приемы для настоящих
бандитов?
- Когда найду их, они свое получат. - Он резко повернулся и зашагал к двери.
Уже в коридоре он снова повернулся к
ней и сказал: - Если будете умницей и не станете высовываться, то я, может быть,
приглашу вас поужинать в пятницу
вечером.
У Стейси болела рука, а то она бы обязательно запустила в Дерека чем-нибудь
тяжелым за его покровительственный тон.
Вместо этого она прибегла к своему излюбленному оружию - сарказму:
- А если вы будете умником и поможете узнать, кто мне угрожает, то я, может
быть, приму приглашение.
Карли Сеймос отпустила горничную и, наклонившись вперед, взяла серебряный
кофейник, чтобы налить кофе гостье.
- Мы просто хотим защитить вас, - сказала она, наполнив и свою чашку. - Вот
почему мы так старались, чтобы Дерек
не узнал правды. Знаете, - хитро добавила она, - он может и не простить вам
того, что вы лгали ему все эти годы.
Иди Чанселор осторожно поставила чашку на блюдце.
- Вы ведь оберегали не только меня, Карли. Есть и другие, кто мог пострадать,
если бы правда выплыла наружу.
Карли кивнула.
- Значит, назовем это совместными усилиями, Иди. Дело в том, что больше всех
рискуете потерять вы. Место в
библиотеке вам устроили, если вы помните, а Дерек - ваш единственный сын и
единственный теперь ваш родственник,
после смерти Пита.
- Я на своем месте не просто сидела, но последние тридцать два года работала,
- сказала Иди с чуть заметной ноткой
горечи. - Вы не могли бы нанять лучшего старшего библиотекаря, и вы это знаете.
- Фактически, Иди, вы стали хорошим работником потому, что делали вашу работу
достаточно долго. Вам позволили
заниматься ею все это время - таким образом мы хотели выразить свою
благодарность. Однако мы могли бы нанять более
молодого, окончившего колледж со степенью по библиотечному делу работника, и он
прекрасно бы со всем справился.
Иди не вступала в спор, когда Карли начинала говорить таким безапелляционным
тоном. Она понимала, что за
устройство на работу должна быть благодарна Хантерам. И она не могла рисковать и
потерять их расположение сейчас. Если
они уволят ее до достижения ею пенсионного возраста, то она окажется в
бедственном финансовом положении. Не говоря
уже о том, что она истово любила эту работу. Библиотека была единственным в ее
жизни местом, где она пользовалась
реальным авторитетом. Здесь Иди была главной, и ей нравилось то, как с ней
обращались люди, когда находились в "ее"
библиотеке. А теперь Карли Хантер Сеймос напоминала ей, что это вовсе и не "ее"
библиотека.
Иди вдруг осознала, что двадцать пять лет забвения и спокойствия оказались
перечеркнутыми, как только Стейси
Миллман появилась в городе. Иди чувствовала, что с радостью задушила бы эту
девицу, попадись ей та на узенькой дорожке!
Одно упоминание ее имени повергло всех в панику, не говоря уже о том, что
незваная гостья, вероятно, заручилась
поддержкой Дерека. Если сын по ее просьбе будет копаться в прошлом, то легко
может натолкнуться на секрет, который Иди
и Хантеры хранили все эти годы.
- Я ничего не смогу сделать, если Дерек решит провести расследование. Он ведь
не только взрослый человек, но еще и
шериф округа, - сказала Иди и, помолчав, добавила: - Или и здесь тоже дергаете
за веревочки вы, Хантеры?
- Нет, - признала Карли, - Дерек был избран населением в надлежащем порядке,
хотя мы, разумеется, внесли свой
вклад, сделав так, чтобы о нашем согласии стало известно всем, да и деньги
Хантеров тоже помогли поддержать его
кампанию.
Поражение вызвало ощущение усталости во всем теле Иди. Она бессильно
откинулась на спинку стула.
- Что требуется от меня?
- Держите язык за зубами, - сказала Карли, отбросив свои наигранные манеры
хозяйки знатного дома. - И больше не
приходите сюда, пока я сама за вами не пошлю. Все эти годы мы держались на
вежливом расстоянии друг от друга, а теперь
это важнее, чем когда-либо прежде, - не менять линии.
Иди была в отвратительном настроении, когда вернулась к себе в библиотеку. И
настроение ее ничуть не улучшилось
оттого, что Стейси Миллман вошла в зал, как раз когда Иди вешала свое пальто,
хотя поначалу Иди не знала, кто ее
посетительница.
- Будьте добры, я хотела бы посмотреть ежегодники средней школы Хантерз-Бэй
за шестидесятые годы.
- Простите, вы записаны в библиотеку?
- Нет. Но я не собираюсь ничего брать с собой, просто хочу просмотреть эти
материалы прямо в библиотеке. - Стейси
приветливо улыбнулась и показала на несколько столов, стоявших слева от стойки
библиотекаря. - Я буду сидеть вот здесь,
где вы сможете меня видеть и проследить, чтобы я с ними не сбежала.
Иди пробормотала что-то неодобрительное относительно чувства юмора
посетительницы и пошла за книгами.
Вид этой девушки, сидящей за столом у окна с повернутым в профиль лицом,
вдруг затронул что-то в памяти Иди,
заставил ее присмотреться к посетительнице повнимательнее.
- Вот эти ежегодники, - сказала Иди, кладя стопку перед Стейси. - Гм, не хочу
показаться невежливой, но я вроде бы
вас раньше здесь не видела, да и в городе тоже.
- Не видели. - Девушка просматривала переплеты, читая обозначенные на них
даты.
- Ну, тогда... меня зовут миссис Чанселор, я - старший библиотекарь.
Она ожидала, что в ответ девушка назовет себя. Но та подняла глаза от
ежегодников и спросила:
- Вы кем-нибудь приходитесь шерифу Чанселору?
- Ну да, это мой сын. - Теперь Иди стало абсолютно ясно, кто эта девушка. - А
вы?..
- Стейси Миллман.
Иди показалось или же девушка действительно впилась в нее глазами, чтобы
видеть ее реакцию на это имя? Иди
сглотнула и посмотрела в сторону. Ее взгляд упал на стопку книг.
- Гм... странная просьба... ежегодники.
Стейси Миллман все еще изучала ее лицо. У Иди было такое чувство, будто все
ее секреты оказались написанными у нее
на лбу, открытыми проницательному взгляду девушки.
- Да, вероятно. Просто я пытаюсь разыскать людей, которые, возможно, жили
здесь когда-то. Если они ходили здесь в
школу, то, должно быть, как раз в эти годы.
Иди облегченно вздохнула.
- Что ж, пожалуйста, - сказала она и поспешно отошла к стойке, где ее ждала
работа. Сначала Иди приглядывала за
Стейси, время от времени поднимая глаза от своего компьютера, но поскольку ей
было известно, что ни один из Миллманов
не посещал здешней школы, то и напрасные усилия этой девицы ей ничем не грозили.
Правда, один раз, взглянув на нее, Иди заметила, что та сидит, уставившись в
открытую книгу, словно увидела
привидение, но потом вдруг тряхнула головой и перевернула страницу.
Поняв, что задерживает дыхание. Иди осторожно выдохнула. Глупость какая-то.
Визит к Карли Сеймос наградил ее
паранойей.
Иди была погружена в свою работу, вводя в компьютер информацию о новых
книжных поступлениях, когда девушка
подошла к стойке с ежегодниками.
- Ну как, удачно? - спросила Иди, заранее зная ответ и чувствуя себя уже
гораздо увереннее.
- Нет. - Голос Стейси Миллман звучал огорченно и расстроенно. - Вообще-то я
знала, что это может оказаться
пустым номером. Но попытаться все же стоило.
- Жаль, - сказала Иди, надеясь, что в голосе у нее прозвучало больше
сочувствия, чем было в душе. - Если бы вы еще
на какое-то время остались, то я предложила бы вам гостевую карточку в качестве
компенсации за разочарование.
Стейси была у двери. Даже уже открыла ее, когда вдруг оглянулась назад с
озадаченным выражением на лице и спросила:
- А почему вы подумали, что я не останусь?
Иди покачала головой и пожала плечами. Стейси постояла еще секунду, а потом
вышла, ничего больше не сказав.
Иди с облегчением вздохнула и отнесла ежегодники туда, откуда взяла их. Она
уже собиралась было поставить их на
полку, как вдруг остановилась. Неужели Стейси нашла что-то неожиданное, что-то,
чего они не могли предусмотреть?
Она отнесла ежегодники обратно на стойку и стала методически перелистывать.
Стейси шагала по улице, ломая голову над тем, что обнаружила, хотя эта
находка никак не была связана с ее родителями.
Она медленно переворачивала страницы, следя за тем, не появятся ли фамилии
Сендал или Миллман, как вдруг на одной из
страниц наткнулась на фотографию Дерека. В первое мгновение ей даже не пришло в
голову, что тогда, в 1960-м, Дерек еще
и не родился. Но когда она наклонилась, чтобы прочитать фамилию под фотографией
молодого человека, то оказалось, что
это Уильям Тафт Хантер. Этот чисто выбритый молодой человек ничем не походил на
седого, бородатого, грузного
мужчину, которого она видела в больнице, - мэра Уильяма Хантера. Если уж на то
пошло, сама фотография мало
напоминала Дерека. Это лишь на первый взгляд Стейси показалось, что она видит
сходство. У молодого Уильяма Хантера
волосы были каштановые, а у Дерека - темно-золотистые. У юноши на снимке лицо
было круглое, а у Дерека лицо более
худое, более угловатое. Кроме того, на фотографии был изображен молодой человек
в возрасте восемнадцати лет, тогда как
Дерек сейчас почти вдвое старше. А мэру сейчас за пятьдесят.
Но... глаза не лгут. Ей вспомнились слова одного из первых ее преподавателей
искусства, сказанные на занятии по
портретной живописи: Если у вас получились глаза,
...Закладка в соц.сетях
