Жанр: Любовные романы
Свидание с прошлым
...рада, что ты так решил. - Она одарила его блаженной улыбкой и поднялась,
чтобы взять бутылку бренди, которую
поставила на стойку бара. - Допивай, Дерек, этого добра хватает.
Дерек отпил еще немного.
- Я люблю пить не торопясь, - сказал он со значением. - Тогда вечер кажется
длиннее.
- О, мне нравятся такие мужчины, - томно протянула Пэм и чуть не
промахнулась, водружая на табурет свой
великолепный зад. - Хоп-ля!
Дерек подхватил ее под локоть и помог взобраться на табурет.
- Осторожнее, Пэм, нельзя, чтобы ты упала и вышла из строя.
- Обо мне не беспокойся, шериф, сегодня вечером я в отличной форме.
- Ты все время говоришь так, будто сегодняшний вечер какой-то особенный.
Неужели я что-то забыл? Сегодня твой
день рождения или еще какой-то праздник?
- Не-а. Просто чувствую, что мне везет. Думаю, не пойти ли потом в казино и
не попытать ли счастья.
Дерек засмеялся.
- Мне придется арестовать вас, мисс Рокка, если вы попробуете сесть за руль,
будучи под воздействием спиртного.
- И ты посадишь меня к себе в тюрьму? - жеманно спросила она.
- Ммм... гм. - Дерек проглотил немного бренди, потом облокотился на стойку и
заглянул Пэм в лицо. - Ну, Пэм, и кто
же этот парень, которому так повезло?
- Что? Какой парень?
- Шеф-повар Дэриен сказал, что ты ушла на свидание. Мне ревновать или как?
- Ревновать? - Пэм возилась с сигаретой, которую хотела зажечь. Дерек мягко
отнял у нее зажигалку и поднес к
кончику сигареты. - С какой стати тебе ревновать, Дерек? - спросила Пэм,
выпуская дым. - Ты же никогда мной не
интересовался в этом смысле.
Дерек сделал удивленное лицо.
- Не могу поверить, что ты это серьезно. Я уже много лет посылаю тебе
сигналы, но ты их, похоже, не принимаешь.
- А как же эта сучка Миллман?
Он застал ее врасплох. Ее злоба доказывала, что Стейси была права.
- Я думал, что не интересую тебя, - сказал Дерек.
-Ты хочешь сказать... хочешь сказать, что если бы я проявила интерес, то ты
бы...
Выражение панического ужаса исказило черты ее лица. Дерек приготовился
нанести решающий удар. Он привлек Пэм к
себе, держа голову поверх ее головы, чтобы Пэм не видела его лица, не могла
догадаться, что он питает к ней отвращение.
- О, Пэм, мы потеряли столько времени из-за глупости! Не будем говорить о
Стейси Миллман - у нее не было ни
единого шанса на выигрыш.
Он чувствовал, как тело Пэм сотрясает дрожь. Пэм что-то сказала, но слов он
не разобрал, так как ее лицо было прижато к
его рубашке. Он немного отстранил Пэм от себя и постарался придать взгляду
нежность.
- Что ты говоришь, дорогая?
-Я с-сказала... все было зря.
Она была пьяна - это было ясно по стеклянному блеску ее глаз и неразборчивой
речи.
- Что было зря, дорогая?
- М-Миллман. Не надо было... зря я...
Подождав несколько секунд, Дерек тихо спросил:
- Это ты заперла ее, Пэм?
Пэм попыталась совладать со зрением, посмотреть прямо на него.
- С н-ней все в п-порядке... нормально.
Дерек взял ее за подбородок, чтобы она могла смотреть ему в лицо.
- А ее машина, ее вещи?
- Т-тоже в п-порядке... Точно...
Ему хотелось бросить ее прямо там, оставить валяться на полу. Он не помнил,
чтобы когда-нибудь раньше испытывал
подобную тихую ярость. И не ожидал, что потребуется столько усилий, чтобы
подобрать ее и отнести на стоявшую у стены
банкетку. Устроив Пэм, как мог, он стоял и смотрел на нее. Ну вот, разгадана еще
одна тайна: это Пэм напала на Стейси на
чердаке, она же спрятала машину и остальные вещи.
Но почему? Из ревности? Думала, что ей удастся заполучить его, если она
уберет Стейси с дороги?
Недостаточно веско. Что-то не сходится. Если уж он был так нужен Пэм, то
почему она не предпринимала никаких
решительных шагов раньше, до появления Стейси? Он знает свои сильные стороны,
знает и слабости, и как-то не видит себя
в роли сердцееда, способного довести такую шикарную женщину, как Пэм Рокка, до
покушения на убийство. Здесь должно
быть что-то гораздо большее.
Он уже пошел к двери, но вдруг остановился и оглянулся на Пэм. Неужели она
перерезала веревки подвесного моста?
Ладно, это он узнает, когда она придет в себя в тюремной камере и поймет, что ее
песенка спета.
Он вышел в холл, подошел к столу администратора и позвонил к себе в офис.
- Кто-нибудь из ребят есть на месте, Майк? - спросил он у дежурного.
- Кларенс только что вошел, шериф. Он подойдет?
- Да. Скажи ему, что я жду его в гостинице. Немедленно. А ты, Майк, начинай
оформлять заключение под стражу Пэм
Рокку - по обвинению в покушении на убийство и, возможно, в похищении человека.
Это я проверю по справочникам. В
любом случае мы забираем ее в пьяном виде, и пусть она проспится в камере номер
четыре. Видимо, надо договориться,
чтобы завтра с утра нам прислали надзирательницу.
Прибывший в гостиницу Кларенс начал ворчать по поводу того, что и так уже
опаздывает домой после конца смены и что
Рут будет ждать его с ужином.
- Это не долго, Клар, ты будешь мне нужен всего на какой-то час. - Дерек
повел его в бар. Не останавливаясь, бросил
через плечо: - Можешь свалить все на меня, если Рут захочет сорвать гнев на комнибудь.
Реакция Кларенса при виде Пэм, лежащей в бессознательном состоянии, была в
точности такой, как и ожидал Дерек:
- Ух ты! Ее кто-то ударил?
С удовольствием бы сдашл это, подумал Дерек.
Вслух он сказал:
- Она пьяна, отключилась. Кроме того, она арестована за покушение на
убийство. Ты мне нужен, чтобы переправить ее в
тюрьму, пока я осматриваю место происшествия и ищу улики, которые можно будет
использовать в суде.
Он отступил назад, давая Кларенсу возможность взять на руки спящую Пэм.
- Когда запрешь ее, возвращайся сразу сюда. Нам нужно будет кое-куда
съездить.
Кларенс вернулся через полчаса. За это время Дерек нашел достаточно улик,
чтобы убедить окружного прокурора
возбудить дело.
- Куда мы едем? - спросил Кларенс, когда они сели в патрульную машину и
пристегнули ремни.
- За город, на ферму Рокки. Я почти уверен, что там мы и найдем машину Стейси
Миллман.
- Как она?
Дерек пожал плечами.
- Последний раз, когда я видел ее, была в порядке. - На щеке у него
шевельнулся желвак, когда он подумал о Пэм, о
том, как она ударила Стейси, потом связала ее и оставила на чердаке. Дерек
заставил себя думать о чем-нибудь другом. -
Ты почему так задержался на работе, Кларенс? Обычно ты в одну минуту
двенадцатого уже в полной готовности отбыть.
- Ну, понимаешь, я засек типа, который ехал с превышением скорости по 61-му
шоссе, и, когда я его останавливал, у
него возьми да и лопни шина. Говорю как перед Богом, Дерек, этот парень даже не
знал, как поменять свою собственную
шину. И это взрослый мужик! - Кларенс покачал седеющей головой и посмотрел в
окно. - Эй, Дерек, вон поворот,
притормози.
Они осмотрели гараж и не обнаружили там ничего, кроме масляного пятна на
месте, где обычно стоял старый красный
пикап.
- Она что, продала этот старый пикап? - спросил Кларенс. - Черт, я все
собирался спросить у нее, не продаст ли она
его мне.
- Вряд ли, - сказал Дерек, опять сжимая зубы. - Пошли, надо посмотреть в
сарае.
Им пришлось ломать замок с помощью ломика, имевшегося в багажнике патрульной
машины. Непосредственно
занимался этим Дерек, а Кларенс бубнил что-то о незаконном проникновении.
- На обратном пути ты поведешь патрульную, а я - машину Стейси, -
распорядился Дерек, как только они распахнули
двери сарая.
- Она спит, - прошептала Иди, когда Дерек вошел в дом, неся багаж Стейси.
Сама Иди прикорнула на диване,
свернувшись калачиком и укутав ноги пледом.
- Мам, ты иди-ка поспи на моей кровати. Думаю, в этот поздний час ничего
больше не случится.
- Где ты нашел вещи Стейси?
Дерек поморщился, вспомнив весь этот фарс с Пэм.
- За городом, на ферме Рокки.
С минуту Иди казалась озадаченной, потом ее лицо прояснилось.
- Ты хочешь сказать, что это была Пэм... Ну конечно же!
- Что значит "конечно же"?
- Ну, во-первых, она всю жизнь тайно страдала по тебе, и ей не могло
понравиться то, что ты увлекся Стейси.
- Если она страдала тайно, как же узнала об этом ты?
- Будет тебе, Дерек! Мы живем в маленьком городе, где такие вещи становятся
известны всем.
Дерек раздраженно фыркнул.
- Однако же никто не знал - или не подозревал, - что я родной сын Боба
Хантера. И все хранят какую-то тайну,
связанную с Миллманами.
Иди даже бровью не повела.
- Тайна Пэм не охранялась Хантерами.
-Да. Похоже, что этим все и объясняется.
Иди пожала плечами и зевнула.
- Наверное, я действительно пойду, полежу немного. Если буду нужна, позови
меня, сынок.
Дерек на цыпочках вошел в гостевую комнату и стал рассматривать лицо спящей
Стейси при слабом свете, проникавшем
в комнату через открытую в коридор дверь.
Стейси казалась спокойной и безмятежной; ни один из ужасов, пережитых ею за
последние несколько дней, не оставил
заметного следа на ее лице. Судя по всему, сейчас ее не мучили и эти странные
сны.
Дерек сбросил мокасины и осторожно прилег на кровать. Стейси пошевелилась, но
не проснулась. Он полежал так
несколько минут, вдыхая запах ее свежевымытых волос и размышляя над загадкой
своего родного города и его обитателей.
Вдруг он подумал, что не спросил у Стейси, как она оказалась на чердаке
гостиницы, где ее застала Пэм. Дерек зевнул, веки
его опустились под собственной тяжестью, и он заснул с мыслью о том, что первым
делом утром спросит об этом у Стейси.
Стейси пыталась рукой отмахнуться от света, падавшего ей прямо в глаза.
Собственное движение разбудило ее, и она
поняла, что это солнечный свет наводнял комнату и омывал ее, словно теплая вода.
Стейси осторожно повернула голову, ожидая, что ее пронзит боль, но вид головы
Дерека на соседней подушке
моментально положил конец ее копанию в своих ощущениях.
Во сне Дерек был прекрасен. За сутки он оброс щетиной, но от этого его рот
стал казаться более чувственным, а его
мальчишеский облик уступил место очень идущему ему выражению мужественности и
силы. У него были темно-золотистые
ресницы, отчего она ощутила укол зависти, а нос был чуточку искривлен, словно
Дерек его когда-то сломал.
Он тихонько похрапывал, и Стейси улыбнулась. В первый раз услышать, как
храпит мужчина, значит испытать
совершенно особенное чувство интимности отношений. А они с Дереком между тем
даже ни разу не занимались любовью.
Хотя явно спали вместе.
Чему тут удивляться, подумала она. В отношениях между ними все было вкривь и
вкось. Они ссорились, словно давно
женатая супружеская пара, изнывали от вожделения друг к другу, словно подростки,
и отшатывались друг от друга, когда
огонь между ними разгорался слишком сильно.
Ее изучающий взгляд как будто развеял его сон. Дерек проснулся и улыбнулся
ей.
- Доброе утро.
- Привет, - сказала она, внезапно смутившись. Он протянул руку и потер
отворот махрового халата большим и
указательным пальцами.
- А что у тебя надето под этим?
Она шлепнула его по руке и плотнее запахнула отвороты.
- Узнай, попробуй!
Он вскочил на колени, придавил ее к постели своим весом и уткнулся лицом ей в
шею.
- Ладно, - прорычал он, - именно это я и собираюсь сделать.
Стейси взвизгнула, но тут же зажала рот ладонью. Потом отняла ладонь и
шепотом спросила:
- А где твоя мать?
- Она спит, - сказал Дерек, подняв бровь. Стейси с неожиданной силой
оттолкнула его и скатилась с кровати.
- И будить ее мы не будем, - предупредила она.
Дерек оперся на один локоть и умоляюще посмотрел на нее.
- Я не издам ни звука.
- Вот это правильно, шериф. - Она отступила еще дальше от кровати, опасаясь,
как бы он не погнался за ней. Она не
собирается заниматься с ним любовью в этой постели, почти в присутствии его
матери, которая спит в соседней комнате.
Даже если они запрут дверь на ключ, Иди может постучать в любой момент, думая,
что Стейси здесь одна.
- Ну, тогда я пошел в душ, - сказал Дерек, скатываясь со своей стороны
кровати.
- Неплохая идея. А я еще немного посплю, пока ты моешься. - Стейси села на
край кровати и стала смотреть, как он
бредет в ванную. На полпути он стянул с себя рубашку, и при виде его обнаженного
торса сердце подпрыгнуло у Стейси в
груди. У Дерека было тело пловца, длинное и худощавое, но с широкими плечами и
хорошо развитыми руками.
Она снова легла, но сон не приходил. Она ворочалась с боку на бок, меняла
положение, взбивала подушки. Ничего не
помогало. Тело Дерека было у нее перед глазами, и от этого адреналин бурлил у
нее в крови.
Стейси слышала ровный шум воды, и воображение ее разыгралось.
Она накрыла голову подушкой, но картинки не желали исчезать.
Если Иди постучит в дверь ванной и не получит ответа, то подумает, что Стейси
не слышит ее из-за шума льющейся в
душе воды.
Стейси вылезла из постели, прокралась через комнату и приложила ухо к двери
ванной - плескалась вода. Дерек явно не
из тех, кто поет под душем. А может быть, он просто старается не разбудить ее.
Она стала бесшумно поворачивать дверную ручку, думая, что будет чувствовать
себя по-дурацки, если он запер дверь. Но
он ее не запер.
Ванную уже наполняли клубы пара, и это напомнило ей туман в то утро, утро ее
первого дня в городе. Это также придало
ей храбрости: Дерек не сможет ясно рассмотреть ее лицо.
Должно быть, он увидел ее силуэт сквозь стеклянную дверь душевой кабинки. Он
открыл дверь и остановился на пороге,
глядя на Стейси глазами, полными страстного желания и томления. Он не пытался
скрыть от нее свою наготу, а стоял
выпрямившись, словно статуя, как будто позировал на занятиях в классе живописи.
Он не был первым обнаженным
мужчиной, которого она видела, но у нее возникло ощущение, что он предлагает ей
себя так, как никто другой никогда не
предлагал.
Они стояли и смотрели друг на друга сквозь наполнявший комнату пар, потом,
все так же молча, Стейси развязала
махровый пояс и позволила халату соскользнуть с плеч на пол.
Он протянул ей руку, помог войти в наполненную паром кабинку и, задвинув за
ней дверь, отгородил их от остального
мира.
Они лежали в постели лицом друг к другу, держались за руки и негромко
разговаривали.
- Я привез твои вещи, - сказал Дерек.
- Где они были? - без особого интереса спросила Стейси, занятая тем, что
изучала форму подбородка Дерека, его
сильную шею.
- Пэм спрятала твою машину со всеми вещами в сарае на заброшенной ферме,
принадлежащей ее семье.
- Ммм. - Она перешла к изучению его руки, сжимавшей ее руку; пальцами своей
свободной руки она водила туда и
обратно по костяшкам его пальцев.
- Похоже, это тебя не очень удивляет.
Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.
- Что бы я ни узнала о Пэм, ничто меня не удивит.
- Но ведь ты не знала, что это она ударила тебя и связала?
- Не знала.
- Дорогая, а что ты вообще делала на чердаке?
- Что? - Стейси перестала водить пальцами по плечу Дерека и перевернулась на
спину, уставившись в потолок. - Я
слышала, как она говорила другой гостье, что дом раньше принадлежал Хантерам и
что они оставили здесь много своих
вещей, которые сложены на чердаке. Ну, я и поднялась туда поискать каких-нибудь
зацепок.
- И это после того, как я предостерег тебя от каких бы то ни было
самостоятельных расследований? - спросил Дерек,
садясь в кровати и сердито глядя на нее сверху вниз.
Она ответила ему таким же взглядом.
- Я тебе не какая-нибудь занудливая девица из готического романа. Я сделала
то, что должна была сделать, а иначе мы с
тобой и до сих пор еще пикировались бы, прячась от своих настоящих чувств.
- А ты мастерица все разумно обосновывать.
- Что да, то да, - признала Стейси, вызывающе выставив вперед подбородок.
- Нашла что-нибудь?
- Да. Нашла коробку, помеченную 1959-1962 годами. В ней - книга хозяйственных
записей, из которых видно, что
обоим моим родителям выплачивалось ежемесячное жалованье, и фотография, где они
сняты на каком-то празднике вместе с
Бобом и Изабелл. - Стейси не смогла удержаться от самодовольной улыбки. - Теперь
по крайней мере я знаю чуточку
больше о прошлом моих родителей.
- И это чуть не стоило тебе будущего, - строго напомнил ей Дерек.
- Но это привело меня в твою постель, - с лукавой усмешкой возразила она.
- Через мой душ, - с ответной улыбкой сказал он.
Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но вдруг остановился, и его губы замерли
в нескольких дюймах от ее губ.
- В чем дело? - спросила Стейси.
- Шшш. - Он приложил палец к губам. Она прислушалась и услышала то, что
услышал он, - на кухне гремели
кастрюли.
- Мама встала, - сказал Дерек. Он со вздохом выбрался из постели и потуже
затянул на себе полотенце, которое
заменяло ему одежду. - Пойду оденусь и принесу твои чемоданы.
Когда он ушел, Стейси перестелила постель и отправилась в ванную, чтобы
навести там порядок. Она почувствовала, что
краснеет, а живот вдруг пронзила сладкая судорога, как только она увидела
разбросанные везде влажные полотенца -
напоминание о самом чудесном, что ей довелось испытать за всю жизнь.
- Что за мужчина! - тихо сказала она, протирая запотевшее зеркало над
раковиной. Лицо ее горело, но не только от
естественного румянца. Она потрогала щеки, ощутила небольшую болезненность.
Наклонилась ближе к зеркалу, чтобы
рассмотреть получше. Натерла о небритые щеки.
- Вот твои вещи, любовь моя, - сказал Дерек, ставя ее чемоданы возле двери в
ванную. - Мама сказала, завтрак будет
готов через десять минут.
Стейси обернулась, прижимая ладони к щекам.
- Она спрашивала, где ты спал прошлую ночь?
- Нет. - Его лицо хранило серьезное выражение. - Сейчас пойду скажу ей. - Он
направился к двери, но Стейси
побежала за ним и схватила за руку.
- Только попробуй, несчастный.
Он молниеносно повернулся к ней, схватил в объятия и оторвал от пола.
- Мне все равно, кто об этом узнает, Стейси. Я люблю тебя.
Стейси мягко высвободилась из его объятий и взглянула ему в лицо полными
восхищения глазами.
- Я знаю. Когда я поняла, какие у меня к тебе чувства, то я решила, что ты
никак не мог не испытывать того же.
- Идите завтракать, - послышался голос Иди. Дерек неохотно отпустил Стейси.
Подняв самый большой из ее
чемоданов, он положил его на кровать.
- Одевайся скорее.
Стейси открыла чемодан и увидела, что одежду побросали туда как попало.
Поверх всего лежал ее альбом для зарисовок.
Стейси отложила его в сторону и стала рыться в вещах в поисках чего-нибудь не
слишком измятого.
- Я быстро, - пробормотала она, взяв джинсы, трикотажную рубашку, чистое
белье, и скрылась со всем этим в ванной.
- Ладно. - Но Дерек почти не слышал ее. Он листал альбом Стейси и дошел до
рисунка, который был явно не на месте
среди остальных набросков. Прихватив альбом, он пошел на кухню. - Мама,
посмотри, тебе знакомо это место?
Иди взглянула через его плечо на раскрытый альбом и тихо ахнула.
- Но это же... - Она наклонилась ближе. - Откуда это у тебя?
- От Стейси. Ее рабочий альбом. Тут зарисовки, которые она сделала у трех
озер, и среди них затесался вот этот эскиз,
который совершенно не... - Он уставился на мать. - Ведь это усадьба Хантеров,
верно? Этот домик в лесу. Я помню,
однажды я ходил туда с садовником - собирать хворост.
Дерек пристально разглядывал рисунок. Перед коттеджем - ведь это его
голландская дверь - огромный дуб с низко
торчащей ветвью, похожей на длинную руку, протянутую по направлению к лесу. На
памяти Дерека к этой ветке была
подвешена на веревке старая автомобильная покрышка. На рисунке Стейси с нее
свисали две веревки с петлями на концах,
словно в ожидании двойного линчевания.
Вошла Стейси, на ходу взбивая все еще влажные кудри.
- Здесь чем-то восхитительно пахнет, - сказала она, весело улыбаясь. Но
улыбка сбежала с ее лица, как только она
встретила косые взгляды матери и сына. - Что случилось? - спросила она.
- Стейси, когда ты была в усадьбе Хантеров? - тихо ответил вопросом на вопрос
Дерек,
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Стейси уставилась на них, сбитая с толку вопросом Дерека.
- В усадьбе Хантеров? - переспросила она. - Никогда. А почему ты спрашиваешь?
Дерек протянул ей альбом для эскизов. Она подошла посмотреть, что там у него,
и в недоумении похлопала глазами.
Хотела взять рисунок в руки, чтобы рассмотреть получше, но его удерживала
проволочная спираль.
- Впервые его вижу, - сказала Стейси, поднимая на Дерека умоляющие глаза.
-Твой альбом, так?
- Да, но... Клянусь тебе, Дерек, я не помню, когда это нарисовала.
Она попятилась назад, чувствуя, как накатывает знакомая дурнота.
-Я... я эт-то и имела в в-виду, когда говорила, что случилось с моими
картинами у меня в мастерской, в Нью-Йорке.
- Ты хочешь сказать, этот рисунок возник у тебя в альбоме, но ты не помнишь,
как его рисовала?
Она кивнула, молча умоляя его поверить ей на слово.
- Не понимаю, как ты могла нарисовать это место с такими подробностями, если
ни разу его не видела, - сказал Дерек
растерянно и даже чуточку испуганно.
- Я не знаю, - заплакала Стейси. - Это просто случается, вот и все.
- Постарайся, Стейси, постарайся вспомнить. Должно быть, ты была там в
прошлом, и если заставишь себя, то
наверняка сможешь вспомнить.
Ее выручила Иди:
- Не дави на нее, Дерек, это не поможет ей вспомнить. - Иди подошла к Стейси,
обняла за талию и отвела к накрытому
для завтрака столу. - Давай, сын, - сказала она через плечо. - Ешь свою яичницу,
пока не остыла.
Они ели в молчании; Дерек не поднимал глаз от тарелки, а Стейси терялась в
догадках, не в силах найти какое-либо
рациональное объяснение тому, почему ее искусство, похоже, превратилось в оружие
против нее самой.
Она вздохнула и попыталась проглотить кусок яичницы, который положила в рот.
Это оказалось нелегко, так как в горле
у нее стоял комок.
Стейси украдкой взглянула на Дерека. Он тоже ел без особого аппетита, но
глаза его были прикованы к тарелке.
- Я знаю, тебе будет трудно это принять, - сказала Стейси, стараясь, чтобы ее
слова звучали рассудительно и здраво. -
Но у меня такое чувство, будто кто-то из моих родителей или они оба используют
мое искусство для передачи мне
сообщений.
Она откинулась назад, сама ошеломленная тем, что только что сказала. Она
никогда не формулировала эту мысль, не
собиралась произносить этих слов. Неужели и ее речь теперь тоже направляется?
-Ты фактически говоришь, что считаешь себя одержимой, рехнувшейся, - сказал
Дерек и посмотрел на нее - впервые
с тех пор, как они сели за стол.
- У тебя это звучит совершенно по-другому, - запротестовала Стейси, ощутив
прилив воинственности.
Дерек криво усмехнулся.
- Конечно, по-другому. - Он покачал головой. - Просто я не могу поверить в
эту оккультную чепуху.
Он встал, отнес свою тарелку к раковине, счистил остатки пищи в
мусоропереработчик. Звук мотора отсек все
возражения, какие могла бы привести Стейси. Так даже лучше, решила она. Что она
может сказать такого, в чем был бы
смысл - для нее самой или для него?
В воцарившемся молчании вдруг заговорила Иди, удивив и Дерека, и Стейси.
- У нас в библиотеке много книг, документирующих такие явления, как то, что
описывает Стейси, - сказала она. - Вы
ведь слышали об Эдгаре Кейсе: у него получился не рисунок - целый медицинский
курс, и Кейси лечил таким способом
больных людей. Причем успешно.
Дерек с досадой посмотрел на мать.
- Вернись к действительности, мама. И потом, я никогда не записал бы тебя в
последователи оккультизма.
- Никакой это не оккультизм, - возразила Иди. - Помнишь:
И в небе и в земле сокрыто больше, Чем снится вашей мудрости, Горацио...
- Туше, - саркастически поклонился Дерек. - А теперь объясни мне, зачем
родителям Стейси нужно направлять ей с
того света послания, ставящие ее в такое положение, которое вполне может стоить
ей жизни?
- Этого я не могу объяснить, - призналась Иди. Она улыбнулась ему улыбкой,
очень похожей на его собственную. -
Это твоя работа, Дерек. Могу только сказать тебе, что Хантеры заставили нас всех
поклясться, что будем молчать о
Миллманах после их отъезда. Хантеры использовали все бывшие в их власти
средства, чтобы купить наше молчание. Но
никто из нас так и не узнал, куда уехали Миллманы и почему им придается такое
значение. Найди ответы на эти вопросы, и
тогда, возможно, родители Стейси успокоятся на том свете.
Стейси видела, что Дерек поражен словами матери. Стейси сама почувствовала
сомнение, услышав свою теорию из уст
другого человека.
- Ну, я пошел, - сказал Дерек, отходя от раковины, на которую опирался. - Ты
знаешь, что от тебя требуется, мама.
Никто сюда не входит, и никто отсюда не выходит. - С последними словами он
наградил Стейси прямым,
многозначительным взглядом.
Он был уже у двери, когда Стейси окликнула его:
-Дерек, та коробка, о которой я тебе говорила, - на чердаке в гостинице.
- Да, помню.
- Ты можешь привезти ее мне? Я бы в ней покопалась, это все же лучше, чем
сидеть без дела, раз уж мне нельзя сегодня
выходить. И потом, возможно, всплывут еще какие-нибудь полезные факты.
Дерек постоял в нерешительности, но потом согласился и, выходя из дома,
кивнул.
Стейси и Иди закончили завтрак в уютном молчании, занятые каждая своими
мыслями. И одновременно встали, чтобы
убрать со стола. Иди предложила Стейси осмотреть дом Дерека, если ей интересно.
- Еще как интересно, - призналась Стейси. - Я уже и так заинтригована
талантом Дерека, проявившимся в
обустройстве дома. Дерек прекрасно использует эклектику.
- У него это от отца, от Пита. Питу всегда гораздо лучше удавалось создавать
в доме уют, чем делать карьеру. Зато
Дереку одинаково хорошо дается и то, и другое.
- Любопытно, - проговорила Стейси.
Иди, казалось, совсем не смутило это замечание.
- Знаете, я подозреваю, что человек берет от окружения и примера не меньше,
чем от генов, - сказала она. И добавила:
- Дерек обожал отца. - Стейси поняла, что Иди имела в виду Пита Чанселора, а не
Боба Хантера.
Кухня была уютной и в то же время современной, с рациональным использованием
пространства. Гостиная выглядела
чуточку старомодной, с уместным сочетанием старого и нового в обстановке и
элементах декора. У в
...Закладка в соц.сетях
