Жанр: Любовные романы
Роман с иностранцем
...ованы Рей, а предназначались
региональному директору Харрисону Бауэрзу, который беспомощно барахтался.
— Неперспективный район, — прошептала Рей.
Бауэрз повернулся к ней и получил краткую информацию об изменениях в
городском планировании, которую тотчас передал вице-президенту.
Перед тем как продолжить, Уотерз бросил на Рей подозрительный взгляд. В
дальнейшем поток вопросов увеличился, и Бауэрз вынужден был обращаться к ней
снова и снова. Она снабжала его точной, емкой информацией, при этом невольно
чувствуя удовлетворение.
Выставилась! — проворчала Рей, сдерживая смешок. Пора бы ей простить
шефу то замечание, которое он бросил, когда она была представлена ему в
качестве заместителя: — Должность серьезная, миссис Паскел, это вам не
витрину украшать.
Слова все еще жгли. Она незаметно поправила галстук на шелковой блузке,
желая затянуть его вокруг шеи Бауэрза. При чем тут витрина? Если она
старается хорошо выглядеть, то...
И снова взрыв Уотерза привлек ее внимание: — Поистине безрассудное
предложение, мистер Бауэрз! Два отделения в трех кварталах друг от друга? А
эксплуатационные расходы, а двойной штат, не говоря уж...
На сей раз, когда Бауэрз повернулся к ней, Уотерз жестом остановил его.
— Послушайте! Хватит подсказок. Есть у вас объяснения на этот счет? А
у вас, миссис... миссис?.. — спросил он, указывая на нее пальцем.
— Паскел, — ответила Рей. — Так вот, миссис Паскел, судя
по всему, вы в курсе обсуждаемых вопросов. Извольте подсесть к столу и
рассказать нам, как и почему эти рекомендации имеют смысл и выгоду для
"Коустл".
Рей в замешательстве сглотнула. Она хотела проявить себя перед шефом, но у
нее не было намерения выставить его некомпетентным. — Мистер Бауэрз и
я обсудили это подробно, — солгала она, надеясь исправить положение.
— И мы решили, что будет лучше оставить оба отделения открытыми, по
крайней мере на какое-то время. Солидный доход в обоих отделениях в большой
мере зависит от постоянных клиентов, которые не сразу приспособятся к
изменениям.
Рей назвала еще несколько причин, которые, казалось, удовлетворили его.
Уотерз продолжал адресовать вопросы к ней, но Рей старалась включать Бауэрза
в беседу, либо консультируясь с ним, либо ссылаясь на него.
Как только они прервались на обед, Рей ушла. Ее секретарь, Кора Стал, и
секретарь Бауэрза, Рут Кук, разбирались с какими-то цифрами. — Как там
дела? — подняла глаза поверх очков в роговой оправе Кора. —
Утомительно, — ответила Рей. — И не думаю, что станет легче.
— О Боже, — сказала Рут. — Харрисон уже был на взводе.
Пожалуй, я... О, вы меня ищете? А я как раз собиралась... — Нет-нет,
— перебил ее вошедший Бауэрз. — Рей! Может, ты пообедаешь с
нами? — Нет, спасибо, — ответила она, зная, что обед
устраивается для шишек из Лос-Анджелеса. — Я только что перекусила, к
тому же мне нужно кое-что доделать. — Хорошо, как хочешь, —
недовольно произнес он и, выходя, добавил: — Спасибо, Рей. Я твой
должник. За мной ужин.
Рут кинула на Рей злобный взгляд. — Опять за старое, да? Уже взялась
за нового шефа? — Я только делаю свою работу. — Не сомневаюсь. А
то я понять не могла, с чего это на тебе сегодня такая кричащая блузка,
— сердито проворчала Рут, выходя из комнаты. — Черт побери!
Просто я люблю яркие цвета, — сказала Рей, дотрагиваясь до бирюзового
шелка. — А ее платье, хоть и черное, выглядит куда более
соблазнительно! — Точно. Она ходит на работу, чтобы соблазнять,
— согласилась Кора, смеясь. — Вот отчеты по отделениям, которые
ты просила.
Рей взяла бумаги и ухмыльнулась. Ее не волновало, что о ней говорили. Она
знала, что завоевала симпатию своего прежнего шефа, Роско Коуэна,
выполнением программы кредитования, главного источника доходов банка, и
именно благодаря этому получила должность его заместителя. И продвинула его
в Управление. Что привело к назначению на его место Бауэрза, печально
подумала она. Пусть так она не призналась бы в этом никому: сплетни о том,
что она взобралась наверх благодаря внешности, даже язвительное бауэрзское
"оформление витрин" ласкали ее слух. Были бальзамом на раны, нанесенные ее
прежним мужем. Неужели ты наденешь это старье? Ты же выглядишь хуже
домохозяйки! Нет у тебя чего-нибудь помоднее? О Боже, как она старалась! Но
хвори Джо, необходимость экономить... В любом случае все свободные деньги
уходили на дорогой "деловой гардероб" Тома и его членство в загородном клубе
"ради деловых контактов".
Опять за старое! Обвинять во всем давно умершего. Когда нужно
сосредоточиться на настоящем. — Я просмотрю отчеты, Кора. Спустишься в
кафе?
Кора кивнула, но ее мысли были, очевидно, заняты предыдущим разговором.
— Ты не только вырвала должность из ее алчных ручонок, но и привлекла
внимание нового босса, а она этот лакомый кусочек выбрала для себя! —
О Кора! — немного раздраженно воскликнула Рей. — Внимание
Бауэрза привлекла моя компетентность в вопросах, на которых держится этот
бизнес. И пусть этот лакомый кусочек достанется Рут. Запомни раз и навсегда:
Бауэрз интересует меня только как директор, а не как мужчина! — Ну и
зря, дорогая! Думаю, у этой барракуды — Рут — губа не дура. Игра
стоит свеч. Молод, красив и... не женат! А если верить Рут, у него куча
денег. Потому она в него так вцепилась. Но я на твоей стороне, Рей. Ты
гораздо привлекательней, и у тебя есть класс. У этой крашеной блондинки не
было бы ни единого шанса, если. бы ты держалась немного поразвязней,
пообольстительней, по... Рей хихикнула. — Он меня не интересует. Кора.
Кроме того, это не в моих правилах. — Даже если кое-кто думает иначе.
— Послушай, мне нужно поработать. Ты не возьмешь мне сэндвич в кафе?
— Вот все вы так, дамы-начальницы! Стоит вам получить небольшую
власть, как вы тут же становитесь тираншами! — точно скопировала Рут
Кора. — Я помощник заместителя, я здесь не для того, чтобы быть на
побегушках у тебя, словно... — С ветчиной и сыром, — перебила ее
Рей, смеясь и скрываясь в своем кабинете. — Эй! — крикнула вслед
Кора. — На столе для тебя сообщение. Междугородный звонок от Ника
Маккензи. Это случайно не тот знаменитый игрок в гольф? — Именно. Он
отец Кевина. В дверях показалась голова ошеломленной Коры. — И ты ни
разу не обмолвилась! Когда? Что? Как? — Кора, мне нужно поработать с
этими ответами. Я расскажу обо всем позже. Принеси мне сэндвич, чтобы у меня
хватило сил пережить следующее заседание. — Скажи "пожалуйста"!
— Пожалуйста, мисс помощник заместителя! И с томатным соусом —
пожалуйста.
В сообщении говорилось, что он перезвонит. Маккензи позвонил в пять
тридцать, как раз когда она собиралась уходить. Коры не было, и она сама
сняла трубку. — Миссис Паскел? — Она тотчас узнала хрипловатый
мелодичный голос. — Да, мистер Маккензи. Извините, что не застали
меня. Я была... — Знаю. Занята. А я звоню, чтобы отнять еще немного
вашего времени. — О? — Вы не могли бы поужинать со мной вечером?
— Я... — Она в нерешительности замолчала. Рей избегала любого
рода свиданий с мужчинами и никогда не выходила по вечерам на неделе, если
это не касалось непосредственно бизнеса. Нужно было делать уроки с Джо, а
теперь начались проблемы с Грегом... — Извините, боюсь, что не смогу.
Мальчики... — Пожалуйста. Мне нужно с вами поговорить. О Кевине.
— О! — Это совсем другое. — Понимаю.
Тогда почему бы вам не прийти к нам? Вы бы... — Нет. Мне нужно
поговорить с вами наедине. Я послезавтра уезжаю в Южную Каролину.
Пожалуйста. Это важно.
Он говорил так... так обеспокоенно. — Ну, хорошо. Думаю, смогу
выбраться. — Договорились. Я заеду за вами? Только скажите куда и во
сколько.
Рей взглянула на часы. Пять тридцать, именно в это время она велела Нику
Маккензи заехать за ней, а заседание, похоже, продлится еще какое-то время,
так как вице-президент хотел посмотреть рельефную карту. Она сделала ее в
масштабе, в трехмерном увеличении, что должно было помочь принять более
верное решение, хотя и стоило недешево. Поэтому вся компания перешла из конференц-
зала в ее кабинет. Рей шла впереди, за ней следовал Бауэрз, вице-президент и
остальные — всего семеро.
Маккензи, не сразу сориентировавшийся в ситуации, поднялся при ее
приближении. — Вы уже...
Рей остановила его на полуфразе, кивнув на свое сопровождение. —
Мистер Маккензи, пожалуйста, извините. Я немного задержусь. Вы не подождете?
Не думаю, что это надолго, — покраснев, быстро произнесла она.
Вице-президент и мистер Бауэрз, оба, очевидно, заядлые игроки в гольф, сразу
узнали Ника Маккензи. Мистер Уотерз остановил всю процессию. — Вы Ник
Маккензи! — трепетно произнес он. — Собственной персоной,
— ответил Ник. — Но я не при исполнении. У меня назначена
встреча с этой дамой, — добавил он, улыбаясь и протягивая руку.
— А вы? — Леон Уотерз, — ответил тот, пожимая знаменитую
руку. — Я работаю на "Коустл". А это Харрисон Бауэрз, региональный
директор, Северная Калифорния. Думаю, вы уже знакомы с миссис Паскел, и
позвольте добавить, что мы ненадолго.
Последовало еще несколько рукопожатий с остальными представителями
администрации, а затем они прошли в офис Рей.
Ник сел, и Кора принялась развлекать его, добиваясь автографа. В шесть
десять группа вышла, за исключением Уотерза и Бауэрза. В шесть пятнадцать
появились Рей и оба шефа. Мужчины, полюбезничав с Маккензи, попрощались и
ушли.
Рей, собирая свои вещи, удивленно взглянула на Кору, которая все еще сидела
за столом. — Ты еще не ушла, Кора? Не нужно было ждать меня. — Я
жду не тебя, а Фрэнка, — ответила Кора, имея в виду своего друга. Моя
машина в ремонте, и он заедет за мной после работы. В любом случае я
прекрасно провела время в компании этого потрясающего мужчины! — Она
кокетливо усмехнулась Маккензи. — Спасибо, — улыбнулся Ник.
— Взаимно. — Я так рада! — вкрадчиво произнесла Кора.
— И благодарю вас. Мне будет чем похвастаться перед завистливыми
сотрудницами: почти час провела с самим мистером Гольф! — Она
подмигнула Рей. — Эй, может, мне отвезти твою машину домой? Фрэнк
поедет следом, и я заберу Джо, если хочешь. — О, Кора, правда? —
Нет проблем.
После торопливого звонка домой Грегу, с напоминанием об уроках, об
обязанностях по присмотру за младшим братом и о спагетти в холодильнике. Рей
наконец оказалась вдвоем с Маккензи. — Я потрясен, — сказал он.
Она взглянула на него, удивившись. — Потрясен? Ник кивнул. —
Очень. Конечно, я уже начал кое о чем догадываться, когда меня провели через
трех секретарей, чтобы добраться сюда, но, когда вы появились в окружении
толпы боссов... — Какие глупости! Вы смеетесь надо мной. — Ни в
коем случае. — Они вышли из лифта и двинулись по коридору. —
Просто констатирую факты. Должен признать, я немного разочарован. — О?
— Рей быстро посмотрела на него. — У вас проблемы с женщинами,
сделавшими удачную карьеру? — Нет-нет. Но мне бы больше понравилось,
если бы вы были не совсем такой... самостоятельной. Не занимали бы такой
пост. — О? — Она остановилась, пристально глядя на него, пока он
открывал дверцу машины. — Почему? Что вы имеете в виду?
Ник посмотрел на нее, и Рей попыталась понять по его глазам смысл слов.
Говорит серьезно, издевается или заигрывает?
Он нахмурился. — Как бы это объяснить? Я хочу сказать, что вы кажетесь
абсолютно независимой. Вам сопутствует удача, у вас есть авторитет —
вам не нужна чья-либо помощь. А я, — добавил он, — надеялся
оказаться полезным.
Глава 4
О, черт, думал Ник, выезжая со стоянки. Все сказал не так и напугал ее. Или
обидел. Вот уж чего не хотел.
Обычно он не был таким бестактным с женщинами. Ему нравились женщины, и
большинство из тех, с кем он встречался, отвечали ему взаимностью, а с тех
пор, как он сделался знаменитостью, даже боготворили его. Ник был веселый и
добродушный, склонный к легкому флирту, оставлявшему возможность для
безболезненного отступления. Он избегал любой серьезной связи со времени
развода, но если женщина привлекала его и желание было взаимным...
Да, он считал Рей Паскел очень привлекательной. Но желание?.. Маккензи
взглянул на женщину рядом. Она сидела прямо, губы плотно и неодобрительно
сжаты.
Что он сказал? "Я наделялся оказаться полезным". Самое смешное, что именно
это он и имел в виду. Но, вероятно, она не так поняла его слова. По крайней
мере не совсем так. В любом случае ему следовало бы добавить "потому что я
хочу быть частью жизни моего сына".
Всю дорогу Ник размышлял о том, как сформулировать свою мысль. — Я
заказал столик в "Рондо". Ребята из гольф-клуба сказали, что это по дороге
между офисом в Сакраменто и Данзби и там в будни довольно спокойно. Ничего
не имеете против? — Чудесно, — ответила Рей без энтузиазма. Еще
один быстрый взгляд. Она была не только обижена, но и измучена — видно
по лицу. Но, несмотря на усталость, ее поза оставалась напряженной, она
сидела прямо, высоко вскинув голову, готовая к бою. Рей была начеку, и не
только из-за его неудачного замечания; он был в этом уверен. О чем они
говорят на этих заседаниях на высоком уровне? И разве эта женщина не умеет
расслабляться? На минуту его собственные проблемы отошли на задний план. До
сих пор он видел Рей только серьезной. Неужели она никуда не ходит, чтобы
просто развлечься?
Не будь дураком. Такая женщина, вероятно, не страдает от отсутствия
поклонников. Или у нее есть постоянный друг? Что, черт побери, он о ней
знает? Они познакомились лишь два дня назад. — Следующий поворот,
— подсказала Рей. В ресторане было тихо, безлюдно. Их сразу же
посадили, официант принес вино и принял заказ. Ник посмотрел на Рей, все еще
не зная, как заговорить с ней. Откровенно, решил он. — Я не кривил
душой, когда говорил, что разочарован тем, что вы такая самостоятельная.
— О? — снова удивилась она. — Я чувствую себя виноватым:
собираюсь взвалить на вас свою проблему, а сам, похоже, ничего не могу
сделать для вас. — У вас проблема? Он кивнул. — Кевин.
Рей поставила бокал, удивленная и немного встревоженная. Затем дотронулась
до его руки. — Мистер Маккензи, я уверяю вас... — Ник. —
Ник. Я уверяю, что все, связанное с Кевином, касается и меня. Пока он со
мной, я чувствую ответственность за него.
Да, это так, подумал он, наблюдая за ней. Отдает всю себя, чем бы ни
занималась. — Поэтому расскажите мне все без утайки. — Она
озадаченно сморщила лоб. Кевин производит впечатление совершенно здорового,
нормального, счастливого мальчика. — Да, с ним все в порядке, —
вздохнул Ник. — Проблема на самом деле моя. Я не могу решить ее вот
уже двенадцать лет. — О? — Мой сын ненавидит меня. — Ему
нелегко было признать это вслух, хотя Ник знал, что это правда.
Но он никак не был готов к тому шоку, который ясно отразился на ее лице.
— Не говорите так! Это не правда. — Он упоминал обо мне когда-
нибудь раньше, до того, как я приехал в больницу? — Нет, но... —
Вот видите!
Медленно Рей покачала головой. — И, думаю, вы уже заметили, что он
избегает меня и старается со мной не говорить. — Ну... — Она
прикусила нижнюю губу ровными белыми зубами, как будто не хотела признать
правильность того, что он сказал. — Понимаете?
Когда официант принес заказ, оба облегченно замолчали.
Она принялась за салат, затем взглянула на него. — Не слишком ли
сильно называть это ненавистью? — Может быть. Скажем проще: он меня не
выносит. — А по какой причине? — спросила она и дут же
Поправилась: — То есть он ведь наверняка считает, у него есть для
этого основания?
Ник улыбнулся, оценив ее тактичность. — Развод. Ему было всего четыре,
но он, кажется, полагает, что я бросил его.
Рей прямо взглянула на него. Обвиняя? — А это не так? — Нет. Я
бросил жену. — Разве это не одно и то же? — Не совсем. Как
говаривал мой дед, неудачный брак подобен неизлечимой болезни. Когда я
понял, что ничего нельзя исправить, я ушел.
И это не имело никакого отношения к измене Джан с Фрейзером. —
Понимаю. — Но я не бросал своего сына, — сказал он, уязвленный
ее недоверием. — Моя бывшая жена, Джан... ну, строптивая, что ли. Она
пытается изо всех сил отдалить от меня сына. И не потому, что очень
заботится о Кевине, а, скорее, чтобы отомстить мне. Развод был... не из
мирных. — Ожесточенной битвой? — Чрезвычайно.
Враждебность не прошла даже после того, как она в конце концов женила
Фрейзера на себе. Она сумела внушить эту враждебность и сыну. Яд, которым
она отравила мальчика, вероятно, был более убийственным, чем мое вынужденное
отсутствие, думал Ник.
Рей сделала глоток вина. — Все же, будучи отцом Кевина, вы имеете
некоторые права. Проводить с ним какое-то время, например. — О,
разумеется. Летние месяцы и некоторые праздники. Но в этом-то вся проблема.
По крайней мере была. — О? — Именно в это время у меня
начинается сезон. Обычно в Штатах. Поэтому Кевин проводит лето с моими
родителями. У них небольшая молочная ферма в Шотландии. — Понимаю.
Но... — она сделала паузу, — сейчас, когда Кевин подрос, он мог
бы сопровождать вас. — Кевин ненавидит гольф. — Или меня.
— А ферму любит. Из-за животных, думаю. Он часто сопровождает местного
ветеринара, ну и, конечно, очень сблизился с дедом. У нас с отцом всегда
были слишком разные интересы. — Насколько я поняла, вы не любите
ферму? Ник печально улыбнулся. — Лучше сказать, я предпочитаю гольф;
Ник откинулся на спинку стула, пока официант убирал тарелку с нетронутым
салатом, освобождая место для следующих блюд. Мыслями он возвратился на
ферму, вспомнил дойку, заготовку сена, частые ссоры с отцом. Ник старался
изо всех сил не навязываться Кевину. И, кажется, перестарался. Если бы он
заставил сына сопровождать его в турах, может, тот... ну, если не полюбил,
то хотя бы оценил его игру? Но разве справедливо лишать собственного отца
сына, любимого и к тому же очень похожего на него? — Странно, —
пробормотала она. — Что странно? — Что парень, выросший на
молочной ферме, стал профессиональным игроком в гольф. Ник засмеялся.
— Ничего странного. Гольф возник в Шотландии, да будет вам известно.
— Надо же! — удивилась Рей. — Я не знала. — Мы живем
неподалеку от знаменитого поля Святого Эндруза. Мой дед был заядлым игроком
в гольф, и я таскался за ним с пятилетнего возраста. Разумеется, я должен
был стать фермером. Но мне посчастливилось играть за команду в
сельскохозяйственном колледже. В первый же год я познакомился с Джоном
Спанглером и распрощался с учебой и фермой. — Кто такой Джон Спанглер?
— Его уже нет в живых, к сожалению. Он основал "Спанглер спортинг
эквипмент", с главным офисом в Лондоне. Джон спонсировал меня на первых
порах, а сейчас его компания занимается моими клубами, кроме всего прочего.
Это было хорошим предприятием. — Ник глубоко вздохнул и отрезал кусок
бифштекса. — Союз с его дочерью оказался не столь удачным. —
Вашей женой? Он кивнул.
Рей молча отломила кусочек булки и намазала его маслом. Затем взглянула на
Ника. — Вы попросили меня о помощи, мистер Маккен... Ник. Но я никак
не соображу, чем могу помочь. — Неужели вы не понимаете, что означает
пребывание моего сына в Штатах в течение целого года? Не в Англии с его
матерью. Не на ферме. А здесь, рядом со мной, где я могу поддерживать с ним
тесную связь. Она кивнула. — К тому же он поселился у вдовы, у которой
два собственных сына. Которой может понадобиться любая помощь —
починить водопровод, подстричь газон... — Он запнулся. — Можно
играть с мальчишками, водить их в "Макдоналдс"... давать им уроки гольфа,
— добавил он, усмехнувшись. — Все что угодно. Стать им чем-то
вроде отца, понимаете?
Сказав это. Ник подумал, что, может, кто-нибудь уже выполняет эту роль.
— Осторожно! — засмеялась Рей. — Я уже составляю список
— раковина в спальне мальчиков протекает, сломался опрыскиватель...
— Все что угодно! Если вы позволите стать членом вашей семьи.
Он действительно выгладит обнадеженным, подумала она. И взволнованным.
— Звучит заманчиво. Но серьезно: как это поможет вашим отношениям с
Кевином? — Даст мне шанс. Повод находиться рядом с ним. Возможно, нам
нужно лишь немного времени. Я прекрасно лажу с ребятами. — В этом я
уже убедилась, — подтвердила Рей, вспоминая день рождения Джо. И
улыбнулась ему ободряющей улыбкой. — Хорошо. Можно попытаться. А как
часто вы планируете бывать в Данзби? — Я устраиваю здесь свой офис.
Уже веду переговоры с загородным клубом "Дель-Рио". — О Боже!
Она была удивлена. Даже ошеломлена. Не так-то легко заиметь резиденцию в
относительно новом и элитном клубе. Но, вероятно, знаменитому игроку в гольф
пойдут навстречу. — Лужайки там великолепны. Можно тренироваться. И я,
конечно, запишу мальчишек. Плавание, теннис — все доступно. —
Судя по всему, эта сделка более выгодна мне. — Вы не представляете,
как много для меня это значит. Правду сказать, в начале нашей встречи я
чувствовал вину за то, что собрался докучать вам своими прожектами. Вы
выглядели очень усталой. — Я и была усталой, — призналась она.
— И все еще чувствую головную боль, которая мучила меня весь день. Но
мне уже полегчало. Не знаю, чему приписать или этому изысканному ужину,
который я не готовила, — улыбнувшись, она показала на свою тарелку,
— или вину, или вашим прожектам, — но я чувствую себя менее
напряженной. Спасибо. — К вам, вероятно, предъявляют слишком много
требований, — сочувственно произнес он. — Все эти высшие
финансовые круги. — Вы о банке? — Она чуть не рассмеялась.
Трудности на службе — цветочки по сравнению с детьми, от которых
сплошные волнения, особенно от Грега. Как этот парень собирается поступать в
колледж? — О, сейчас идет слияние банков, естественно, возникли
некоторые проблемы, — объяснила она, пожимая плечами, — но это
не важно. — Надеюсь, у вас достаточно протекающих кранов и сломанных
опрыскивателей, — сказал Ник, смеясь. — И было бы лучше, если
вместо двух спокойных, воспитанных мальчиков, к которым я собираюсь
пристроиться, у вас была бы парочка балбесов, нуждающихся в мужском влиянии.
— Насчет этого не беспокойтесь, — рассмеялась Рей. — Как у
вас дела с биологией? — Ну, это зависит от...
Ник хотел отпустить вольную шутку, но тотчас остановился. С Рей так нельзя
— он уже понял это. Он выпрямился с учтивой улыбкой. — Кевин
показывает в биологии блистательные успехи. Отец говорит, что он даже
ассистировал ветеринару на операции и при отеле.
Она хмыкнула. — Не нужно говорить мне, какой умный мальчик Кевин! Я
уже объясняла, почему согласилась принять его. Но вы были правы! Невозможно
смешать воду с маслом.
Ник усмехнулся. — Не занимаются вместе? — Грег вообще перестал
заниматься. Сегодня утром звонили из школы насчет биологии, а завтра, надо
полагать, позвонят из-за плохих отметок по другому предмету. — Рей
нахмурилась. — Позор, да и только. Меня так и подмывает показать его
учителям дневник Джо. Там сплошные пятерки и четверки, пусть увидят, что я
не такая уж плохая мать. Не моя вина, если...
Рей замолчала, увидев, что Ник покатывается со смеху, но, сообразив, как
комично звучат ее слова, тоже рассмеялась. Все же... — Это не смешно,
— выдавила она. — Знаю, знаю. — Он дотронулся до ее руки.
— Но это в самом деле не ваша вина. Начинаю подозревать, что вы
слишком строги к себе, и к Грегу тоже. Может, он и ленив немного, но
производит впечатление чудесного парня. — Да, он славный, —
согласилась она. — В других отношениях он не причиняет никакого
беспокойства. Если бы только он уделял учебе хотя бы половину того времени,
что футболу. Тр
...Закладка в соц.сетях
