Жанр: Любовные романы
Хозяин моего дома
...— невозмутимо доложила Лавиния.
— И как это понимать? — осведомилась у потолка Энди, обессиленно
опускаясь на стул.
Глупо похлопав минут пять ресницами, она решила действовать. Действия носили
несколько хаотический характер, но весьма способствовали успокоению нервов.
Первым делом мисс Деверил плеснула себе щедрой рукой бренди. Потом уточнила
в календаре дату полнолуния — чем черт не шутит: в Морвеллан-Холле имеется
лабиринт, а у нее нет стопроцентной уверенности в том, что Эвард не сможет
воспользоваться этим шедевром ландшафтного дизайна. Позволить графу
исчезнуть вот так, без объяснений — скорее ад замерзнет! Полнолуние
ожидалось через три дня. Утешительно. Теперь прогноз погоды. Руки так
дрожали, что компьютер удалось включить только с третьей попытки. Да,
погодка подкачала: с завтрашнего дня объявлено штормовое предупреждение,
возможны грозы. Три дня. Что ж, на этот срок можно рассчитывать. В воздухе
лорд Морвеллан не растворится. Осталось только сделать так, чтобы он не
растворился среди шести миллиардов населения Земли двадцать первого века. Ну
это просто — не будь она Миранда Деверил. Один звонок в службу охраны
поместья — и никуда граф из Морвеллан-Холла не денется, разве что сквозь
землю провалится...
Позвонив, Энди решила, что утро вечера мудренее, и отправилась спать.
Облачившись в свою любимую старую пижаму и удобно расположившись в графской
постели, Миранда закрыла глаза: сон сбежал, под сомкнутыми веками кружились
какие-то смутные образы, смешиваясь в сюрреалистический калейдоскоп. Чего-то
не хватало. Энди открыла глаза и осмотрелась: она лежала на правой половине
бесконечной кровати, левая пустовала. Не хватало Эварда, никто не боролся с
ней за одеяло: всего за месяц Миранда отвыкла спать одна.
И что теперь делать? Поворочавшись еще немного, Энди решила, что смотреть в
потолок — глупое занятие: темно и ничего не видно. Наверное, стоит
спуститься в библиотеку, за книгой. Почитать, раз уж не спится.
Всего пару раз споткнувшись в коридоре, Миранда выбралась на балкон. Внизу,
в холле, горел ночник, освещая мягким светом деревянные панели, резные
столбики лестницы. Сколько раз она каталась по этим полированным перилам...
Сколько раз в детстве она пыталась представить того принца, что жил здесь
раньше. Принц оказался просто мальчиком, который тоже катался по перилам и
даже вырезал на одном из столбиков свои инициалы — ЭМ...
Энди решительно поддернула пижамные брюки:
— Вперед, Макдуф! — Присела на перила и, балансируя раскинутыми в
стороны руками, ловко съехала вниз. И даже не слишком громко спрыгнула в
конце.
Решив в библиотеке свет не включать, Миранда направилась в сторону полок,
где обычно брала книги, пригодные для чтения на ночь: легкие — чтобы не били
больно по носу, когда заснешь, и много раз перечитанные — чтобы не
увлекаться. Вытащив томик наугад, Энди побрела обратно в спальню.
Полированный паркет приятно холодил босые ступни, было необычно тихо для
Лондона... Странная ночь.
Еще раз взбив многочисленные подушки и подушечки, встряхнув одеяло, Миранда
улеглась поудобнее, укрылась, раскрыла книгу и взглянула на название...
Кентервильское привидение
!
— Так не бывает! — прошептала Энди одними губами, чувствуя, как
слезы потекли по щекам. — Так не бывает!
Кап-кап-кап... Соленые капли падали на страницы коллекционного издания. Ну
почему именно эта книга?!
Привидение
стало последней каплей: Энди
проплакала всю ночь.
Когда за окном забрезжил рассвет, она решила, что глупо валяться в постели и
поливать подушки слезами, встала и побрела в ванную. Из зеркала на нее
взглянуло глазами-щелочками лиловое опухшее чудовище. Ужас.
— Красотка, слов нет! От такой мужчины не то что на край света — в
другое время сбегут! — загрустила Энди и встала под душ.
Что же ей все-таки делать? Мчаться в Морвеллан-Холл? Она ведь так и не
разобралась в причинах внезапного ухода Эварда. Что она ему скажет? Что
скажет он? О, если бы в любви все было так просто, как в бизнесе! Никаких
загадок: цифры, решения, выводы — все просто и ясно. Эх, жалко, что она не
ясновидящая: сразу бы узнала, что делать.
Энди вяло ковырялась в тарелке — аппетит где-то загулял. Миссис Кеттл
озабоченно вздыхала, глядя на молодую хозяйку, впавшую в полную прострацию.
Что произошло? Ясно, как день, что что-то между мисс Энди и мистером
Морвелланом. Но не мог же такой исключительный джентльмен обидеть леди?! Не
мог. Лавиния еще раз вздохнула и отправилась на кухню за любимыми пирожными
Миранды: может, хоть это немного развеселит ее дорогую девочку?
Дорогая девочка
машинально съела целое блюдо калорийной выпечки, но
веселее не стала: только скорбно вздыхала, воздевала глаза к потолку и
сокрушенно качала головой. Ни одной дельной мысли... И посоветоваться не с
кем.
Кому можно изложить всю эту невероятную, абсурдную историю с путешествиями
во времени, кельтской магией — и не прослыть кандидаткой в пациенты
психбольницы?
Энди, душка, не ной. Лучше проанализируй факты — вдруг, что
прояснится? — Мисс Деверил проявляла, как впрочем и всегда,
поразительное хладнокровие. Миранда решительно тряхнула головой — в целях прочистки мозгов — и погрузилась во внутренний диалог.
Первый вопрос: знает ли Эвард, что путь назад закрыт? Знает. Вспомни Санкт-Мориц. Второй вопрос: почему он не сказал об этом тебе? Не знаю. Может, не хотел, чтобы я вцепилась в него мертвой
хваткой, поняв, что никуда ему не деться. Глупости. Но пусть пока будет так. Третий вопрос: почему Эвард вдруг замкнулся, отдалился?
Расстроился, что навсегда останется здесь? Нет. Он об этом узнал давно, судя по всему, еще в Европе. А что-то
стало не так уже в Англии. Тогда не знаю. Нет идей. Все ясно: из трех проблем решили полторы. И то хлеб. Вот уж утешила, так утешила... Впав в тоску, Энди отхлебнула давно остывший кофе.
Забирая пустое блюдо из-под пирожных, миссис Кеттл едва не уронила дорогущий
фарфор на паркет: молодая хозяйка сидела, уставившись в одну точку, и что-то
бормотала, видимо, разговаривая сама с собой. Господь Всемогущий, что тут
происходит? Придя к выводу, что от Энди информации не добьешься, Лавиния
решила привести в действие тяжелую артиллерию — позвонила Пемброку в Морвеллан-
Холл. После весьма содержательной получасовой беседы миссис Кеттл стала
обладательницей бесценных сведений: мистер Морвеллан, которого достойный
дворецкий почему-то упорно именовал графом, прибыл вчера в поместье далеко
за полночь, вид имел чрезвычайно мрачный и сегодня еще не выходил из
спальни.
— Так и есть! — запричитала Лавиния. — Мистер Эвард и мисс
Миранда поссорились! Что же делать, что же делать?
Экономка подняла очи горе и обратилась к Господу с горячей молитвой:
— Пусть они поладят! Пусть моя дорогая девочка выйдет замуж за мистера
Морвеллана. Он достойный человек, достойный! Истинный джентльмен!
Вознеся молитву Всевышнему, Лавиния сочла, что сделала все возможное и
принялась суетиться с обедом: мисс Энди так исхудала со всеми этими биржами
и акциями...
Мысли Миранды были равно далеки как от обеда, так и от биржи. За тридцать
минут она успела пять раз сменить решение: то собиралась немедленно мчаться
в Морвеллан-Холл, то приходила к выводу, что не стоит вешаться на шею
мужчине, если тот решил уйти.
Вот уже несколько часов Энди бесцельно блуждала по дому — беспокойная
энергия требовала выхода.
Гостиная на втором этаже. Диван — тут Эвард смотрел телевизор... Кресло, где
граф курил трубку... Рядом столик с курительными принадлежностями...
Каминная полка и подставка для трубок... Подставка для трубок!
— Он даже свою любимую подста-а-вку не взял! — зашмыгала носом
Энди.
От проливания потоков слез над незатейливой конструкцией красного дерева ее
отвлек телефонный звонок. Энди подняла трубку, надеясь услышать голос Эварда
и одновременно страшась этого. Оказалось, что это мистер Ричард Клеймор.
Странно.
— Мисс Деверил?
— Да, слушаю.
— Покорнейше прошу простить меня... Может, вам моя просьба покажется
странной... — Мистер Клеймор несколько минут рассыпался в извинениях.
Энди терпеливо выслушивала галантные фразы, пытаясь понять, чего он хочет.
Наконец мистер Клеймор изволил перейти к сути:
— Не могли бы вы со мной поужинать сегодня? Дело касается лорда
Морвеллана.
Миранда попыталась что-то сказать, но не смогла выдавить ни звука. Откуда он
знает про то, что Эвард — лорд?
— Да, конечно, — обрела дар речи Энди. — Где?
—
У причала
, часов в девять. Дела, знаете ли, не позволяют раньше.
— До встречи.
Когда Энди, опоздав минут на пятнадцать, зашла в ресторан, Ричард был уже
там — сидел за угловым столиком в компании с чашечкой кофе.
— Добрый вечер, мисс Деверил.
— Энди. Добрый вечер, — улыбнулась девушка.
— Да, конечно. Весьма польщен. — Почему-то высокий штиль звучал
вполне органично из уст этого джентльмена.
В ожидании заказанных блюд мистер Клеймор виртуозно разглагольствовал на
различные темы, пока Миранда, не выдержав, не спросила в лоб, совершенно
невежливо:
— Мистер Клеймор, вы понимаете, что у меня несколько не то настроение,
чтобы вести светские беседы?
— О, прошу прощения. Я немного нервничаю и чувствую себя не в своей
тарелке... Но Эвард мой друг и... — замялся он.
Энди почувствовала, что не вынесет еще одной порции извинений и
околичностей.
— Друг? — подтолкнула она беседу в нужное русло. — Как это
могло случиться?
— О, это вышло как бы само собой. Судьба, видимо... — начал мистер
Клеймор.
...Когда он закончил изложение истории своего знакомства с графом Мередит,
Энди стало многое понятно.
— Он мне ничего не рассказывал про вас, хотя... в последние недели мне
было так некогда. — Миранда смущенно улыбнулась.
— Может быть, это излишне смело, но не ответите ли вы мне на один
вопрос?
— Постараюсь.
— Ведь у вас с Эвардом вышла размолвка? — Голос Ричарда звучал
сочувственно, почти успокаивающе.
— Не знаю, можно ли это так назвать... — Энди решила, что вреда
никакого не будет, если она поделится своими сомнениями с этим
джентльменом. — Он уехал в Морвеллан-Холл прямо с приема. И ничего мне
не объяснил.
— Понимаю. Энди, можно мне дать вам один совет? — Она
утвердительно кивнула, и он продолжил: — Как мне кажется, я сумел понять
лорда Морвеллана. Мы много разговаривали, знаете ли. Из наших бесед я понял,
что он был не совсем с вами откровенен. Скажите мне, вы знаете, что Эвард не
сможет вернуться назад?
— Догадалась вчера... хотя до конца в этом не уверена. — Энди
почувствовала, что этого человека ей послал сам Господь.
— Вот это мне и показалось странным. Почему он сам вам не сказал, когда
обрел полную в этом уверенность? — Глаза Клеймора странно мерцали.
— Не знаю, я думала об этом всю ночь. Просто не знаю. Я, наверное,
полная идиотка. — На Энди напал приступ самоуничижения.
— А я, кажется, догадался. Благородный граф Мередит влюблен. И страшно
расстроен перспективой, что придется жить в этом мире без предмета своей
страсти. Без вас! — победно улыбнулся Ричард.
— П-почему? — чуть не подавилась Энди кусочком нежного
палтуса. — Почему он решил, что без меня?
— Мужчины — странные существа. В основном, мы воспринимаем только то,
что нам говорят открытым текстом — и никак иначе. Скажите, он вам хоть
немного дорог?
— Очень! — с чувством ответила Энди. — Очень-очень.
— Прекрасно! Убедите его в этом — и все будет в порядке.
— Я не знаю как! — Мысли Миранды разбегались, поэтому ей совсем не
показалось странным спрашивать подобного совета у мужчины.
— Уверен, что вы что-нибудь придумаете...
— Ох! — смутилась Энди. — Мне кажется... он столько для меня
сделал — одной моей любви мало, чтобы уравновесить это.
— Какой практичный подход. В мое время всем вполне хватало взаимной
любви, — лукаво улыбнулся Ричард.
— О, сэр, не надо прикидываться старой развалиной — а как же Джинни?
Пришла очередь мистера Клеймора смущаться.
— Энди, если вы считаете, что я еще достаточно молод... Но не будем об этом. Вернемся к графу.
— Вернемся, — смилостивилась Миранда. — У вас есть идеи?
— Имеются, как это ни странно. Есть еще кое-что, что Эвард высоко
ценит. То, без чего он себя не представляет...
Миранду осенило:
— Морвеллан-Холл! И еще... О да! Я ваша вечная должница, Ричард.
— Всегда к вашим услугам.
Последних слов Энди уже не слышала: она стремительно вылетела из ресторана.
14
В воздухе пахло грозой. Душно, почти безветренно, но западный край неба уже
потемнел. Энди с головой погрузилась во всякие бумажные формальности. Вот
уже второй день она носилась по Парламенту в компании парочки представителей
юротдела DR — преодолевала бюрократические препоны с помощью юридического
крючкотворства и портретов Королевы, на банкнотах, естественно. И почему она
не уладила все это, когда только купила Морвеллан-Холл? В сотый раз тяжело
вздохнув, Энди бросилась догонять своих юристов, которые уже успели
целеустремленно удалиться в очередной кабинет.
За эти два дня настроение Миранды значительно улучшилось и мыслительные
способности почти восстановились. Эвард вполне мирно сидел в Морвеллан-
Холле, у нее была цель — будущее рисовалось уже не в мрачных красках. Все
будет хорошо.
Только около шести Энди наконец получила вожделенный толстый конверт с
огромным количеством восковых печатей на веревочках — вот уж раритет, так
раритет.
В Мередит-Хаус Миранда уже просто летела, нарушив пару раз правила дорожного
движения, когда объезжала традиционную пробку на набережной Виктории.
— Ч-черт! — Энди уже начинала нервничать.
Сегодня ночь полнолуния, приближается гроза, а полной уверенности в том, что
Эвард не сможет воспользоваться лабиринтом, у нее нет. Ей обязательно нужно
добраться до Морвеллан-Холла до полуночи. Время уже поджимает. Время стало
не просто словом, а почти осязаемой субстанцией.
Всего месяц назад она ехала по этой же дороге: закат, голос Фредди... Теперь
же на горизонте клубились грозовые тучи, солнце скрылось за ними уже давно,
и серая мгла разбивалась о лобовое стекло
ягуара
. Темная магия гитар
Pink
Floyd
лилась из колонок.
Стена
. Возможно ли разрушить ту стену, что
встала между ней и Эвардом? Успеет ли она — или увидит лишь пустые комнаты
старинного дома?
Энди все сильнее прижимала педаль газа — быстрей, быстрей. Ветер усилился,
ягуар
почти приседал под лобовыми ударами шквальных порывов.
Вдруг сквозь тучи на мгновение сверкнул луч заходящего солнца, высветив
яркую радугу над скалами. Весь мир замер. Длинное нереальное мгновение,
когда наступающая всесильная гроза уступила свету. Но лишь на миг — первые
капли дождя упали на стекло.
Стало темно.
Ливень заставил Энди сбавить скорость — пару раз машину сильно занесло, с
большим трудом удалось избежать полета в кювет.
Наконец она добралась до дома.
Ключ не поворачивался. Странно. Энди тупо повторила попытку несколько раз,
пока до нее не дошло, что дверь не заперта. Ночь, гроза — и дом стоит
открытый? Миранда толкнула тяжелые створки и вошла в холл. Темно, даже
ночник не горит.
За окнами бушевала буря, поэтому на слух понять, есть ли кто в доме, было
невозможно. Энди даже своих шагов не слышала, так все грохотало и завывало.
Споткнувшись всего пару раз, она добралась до лестницы. Где все? Где Эвард?
Слуги уже спят, это ясно. Но почему тогда открыта дверь? Энди замерла на
верхней ступеньке. Эвард вышел из дому! Больше некому бродить ночью, в
дождь... Отогнав эту мысль, Энди побежала в графскую спальню. Пусто.
Запаниковав, она помчалась по коридору, открывая все двери подряд.
Пусто. Пусто. Пусто. Малая гостиная. Здесь горел свет. В кресле лежал
скомканный плед, на столике рядом тлела трубка и стояла початая бутылка
бренди. Боже, он здесь! Слава богу! Но где же он?
— Эвард? Ты здесь? — Ее голос заглушил раскат грома. — Эвард!
Эвард! — Энди металась по дому, открывая все двери.
Его нигде нет. Она опоздала. Опоздала.
Из поместья Эвард не уезжал, это точно. Тогда где же он?
Лабиринт. Слово возникло где-то в самой глубине и теперь медленно всплывало
на поверхность. Лабиринт. Энди потрясла головой, отгоняя эту мысль. Нет. Не
хочу. Не верю.
Решительно открыв дверь, она шагнула в бурю. Молнии змеились у горизонта,
гром грохотал все чаще и чаще, в разрывах клубящихся туч проглядывала полная
луна, наливавшаяся багровым. Энди подняла лицо к небу:
— Боже, если ты меня слышишь, не дай мне опоздать.
От дома к лабиринту вела можжевеловая аллея, пересекающая ручей, что вытекал
из пруда. Дверь Морвеллан-Холла хлопала на ветру — Энди забыла ее закрыть.
Дом казался темной громадой. Когда вспыхивали молнии, окна превращались в
бездонные черные провалы.
— Ориентируйся, Энди, ориентируйся. — Дождь был холодный, и у нее
уже зуб на зуб не попадал.
Во время очередной вспышки молнии Миранда разглядела начало аллеи.
— Так, нам туда! — подбодрила она сама себя.
Ручей превратился в бурную речку, потоки мутной воды перехлестывали через
настил мостика. Энди вцепилась в перила — не хватало, чтобы еще в море
унесло. Осталось немного.
Вот и белокаменные обелиски, отмечающие вход в лабиринт. Зеленая арка,
темные стены, кажущиеся монолитными. Энди казалось, что она уже лет сто
блуждает по извилистым дорожкам.
— Эвард! — позвала Миранда, не надеясь на ответ.
— Эвард-Эвард-Эвард, — прошептали стены.
Энди замерла. Показалось?
— Иди сюда. Сюда! — Ей показалось, что впереди зажегся огонек
свечи. — Сюда, иди сюда!
Шаг, еще шаг. Энди шла за призрачным огоньком, не замечая, что капюшон плаща
упал и струйки воды потекли за воротник. Вслед за ней стены лабиринта
начинали светиться, почти нереально, почти на грани восприятия.
Направо, налево, еще раз налево... Огонек не исчезал, и отвести взгляд она
тоже не могла. Внутри все сжалось от дурного предчувствия. Пламя свечи
исчезло. Энди несколько раз моргнула, поежилась от холодных ручейков,
стекающих по спине. Где это она?
Молния, еще молния. Разряды шли уже без перерыва. Это центр лабиринта, она
нашла дорогу... Нашла и Эварда.
Лорд Морвеллан сидел на скамейке, нежно обнимал бутылку портвейна и смотрел
в небо.
— Эвард?
Граф перевел взгляд на нее и выронил бутылку: окружавшая поляну живая
изгородь наливалась нереальным светом, который становился все ярче и ярче.
— Эвард! Я тебя нашла! — Энди сделала несколько шагов к графу и,
поскользнувшись, упала в его объятия. — Ты не исчез!
Слезы катились по щекам, смешиваясь с дождем. Она успела, теперь все будет
хорошо.
— Я так боялась, что больше не увижу тебя!
Эвард ничего не ответил, лишь крепче прижал ее к себе.
— Почему ты не сказал мне, что не сможешь вернуться домой? — Энди
трясло от холода и возбуждения. — То есть ты же не сможешь больше
использовать лабиринт. Это так?
Ответ графа заглушил особенно громкий раскат грома. Миранде показалось, что
вспышки молний ослепили ее: все вокруг казалось странно светящимся и
истончившимся, как будто подернутым призрачной дымкой.
— Энди, нам надо немедленно уйти отсюда! Немедленно!
Увидев, что Миранда не слышит его, Эвард разомкнул объятия и подтолкнул
девушку к выходу из сердца лабиринта.
Выхода не было. Сплошная каменная стена.
Боже!
— Это все работает не для меня! — яростно прокричал Эвард,
перекрикивая грозу. — Ты хочешь забрать ее!
— Ее... ее... ее... — шелест-шепот стен.
— Что происходит?! — Энди почти кричала, но даже сама не слышала
своих слов.
В ушах отчаянно звенело, все вокруг как-то померкло, выцвело. Гулом ветра
прозвучал голос Эварда, произносивший непонятные слова.
— Что? — Энди попыталась сосредоточиться, отогнать наваждение.
Сознание ускользало, она постепенно проваливалась в странный сон без
сновидений, в черную пропасть. К реальности Энди вернуло прикосновение рук
Эварда к плечам: его пальцы сжались так, что ей даже стало немного больно.
Граф развернул Миранду лицом к выходу. Выходу, которого не было.
Зеленые стены превратились в каменную кладку, поросшую седым мхом. Дождь
прекратился, только где-то на краю неба полыхали молнии. Прямо над головой,
в зените, висела багровая круглая луна. Стены лабиринта пульсировали
мертвенным светом, барабанный бой превратился в низкий гул почти на грани
восприятия. Что за чертовщина?
— Эвард, лабиринт все-таки заработал! — отчаянно закричала
она. — Заработал!
— Да... — Энди обернулась на тихий шепот.
В центре площадки вместо скамейки возник черный камень, на котором восседал
незнакомец в белом одеянии.
— Да. — Человек поднял голову, и Энди уже не смогла отвести взгляд
от его темных глаз.
Настолько темных, что они казались окнами в иной мир.
— Кто бы ты ни был, ты не сможешь отнять Эварда у меня. Останови
лабиринт. — Полуобморочное состояние сделало ручкой, Энди стиснула зубы
и приготовилась к отчаянным мерам.
Не время лишаться чувств, когда какой-то мистический друид пытается навсегда разлучить ее с Эвардом.
— Оставь его мне! — крикнула Энди, делая шаг к камню. —
Прекрати это безобразие!
— Оставь его мне... — прошептало видение голосом Миранды. —
Почему? — Продолжил странный друид уже глубоким резонирующим басом.
— Потому... — Энди сморгнула непрошенные слезы. — Потому что
я люблю его!
Галлюцинация не отводила от девушки взгляда и, казалось, ожидала
продолжения. Энди набрала в легкие побольше воздуха и продолжила:
— И потому, что если ты отнимешь его, я прикажу вырыть на месте
лабиринта олимпийский бассейн — метров шесть глубиной!
Друид сделал скользящий шаг к ней. Энди не отступила ни на миллиметр.
— И накрою это сооружение светонепроницаемым куполом. Луны и молний ты
больше не увидишь.
Еще шаг. Энди с трудом вздохнула: казалось, будто какая-то рука выдавила
весь воздух из легких.
— И можешь тогда являться в озонированной водичке ныряльщикам на
шестиметровой глубине. Вряд ли они будут плавать в бассейне по загадочной
траектории — так что больше ты не получишь ни единого человека.
Еще шаг. Бред какой-то: угрожать собственной галлюцинации...
— Помрешь ведь от скуки! — привела она последний убийственный
довод.
— Убедила! — иронически прошипел призрак-друид, страшные зрачки
его приблизились... и заслонили весь мир.
Эвард стоял в центре каменного кольца, перед черным камнем.
— Вот мы и опять встретились. — Хранитель Времени удобно
расположился на камне, дождь и ветер, видимо, его не беспокоили. — Это
начинает походить на традицию.
— Останови все это! Не смей отнимать у меня Энди! — Эвард
решительно направился к Хранителю. Зачем — он еще не решил.
— Почему? — Хозяин лабиринта воспарил на метр над камнем. На
всякий случай.
— Потому что я не могу без нее жить, потому что она моя! — Эвард
яростно стукнул кулаком по черному камню. Весь мир вокруг содрогнулся и
мигнул.
— Не делай больше этого, — мягко сказал Хранитель и низошел на
землю рядом с графом. — Присядем.
Эвард опустился на траву рядом с загадочным обитателем Лабиринта Времени.
— Она во власти Времени, во власти Судьбы. Ты хочешь с ними
поспорить? — Черные зрачки Хранителя гипнотизировали, почти лишали
воли.
— У тебя тысячи имен
Закладка в соц.сетях
