Жанр: Любовные романы
ЛЮБОВЬ ПОД ГОРЯЧУЮ РУКУ
...торопилась я. - Я завтра приду. Просто я тут
коллегу с ранением привезла.... Я пойду...
- Ну, куда же вы, милочка? - Добродушно улыбнулся врач. - Пойдемте, раз уж пришли,
время еще есть...завтра зато работы поубавится. Да и Вам, я вижу, невтерпеж...Так чего же
тянуть? Располагайтесь. - Кивнул он мне на стул, когда мы, наконец, достигли кабинета.
Лев Антонович достал мою карточку и задумчиво ее полистал. - Все, как я и предполагал.
Беременность подтвердилась. Срок четыре-пять недель. - Мое сердце забилось частыми
глухими ударами. - Что Вы еще узнать хотите? - Вопросительно глянул мне в лицо доктор.
- Решили уже, как поступите с ребенком?
- Я не знаю, на что решиться, Лев Антонович... А как он вообще... Развивается
нормально?.. - слова давались мне с большим трудом.
- Все просто замечательно. Плод довольно сильный, жизнеспособный. Вам самой,
конечно, Тамара Владимировна, нужно получше следить за здоровьем... Давление шалит,
гемоглобин ниже нормы... Насчет курения я не прошу, а просто настаиваю. Вы и себя,
милочка, губите, а уж о ребенке я и не говорю... Да Вы и сами должны это понимать...
У меня перед глазами все поплыло, мне даже показалось, что оконная рама сначала
слегка сплющилась, потом раздвоилась...
- Что с Вами, Тамара Владимировна? - забеспокоился врач. - Вам не хорошо?
- Ничего страшного. - Я даже смогла выдавить из себя жалкое подобие улыбки. -
Последнее время я часто испытываю внезапные приступы тошноты и головокружения...
Сейчас я немного посижу и все само собой придет в норму... - Я несколько раз глубоко
вздохнула, слава богу, мне удалось собраться, я выпрямилась на стуле, - В моем возрасте
носить ребенка, наверное, всем приходится не легко, особенно первого... - Я старалась изо
всех сил скрыть насколько мне плохо, но опытный взгляд доктора, мне все же обмануть
не удалось. Лев Антонович довольно резво для своих лет выскочил из-за стола и подбежал
ко мне с какой то жидкостью.
- Вот, выпейте, это Вам поможет, и не надо так напрягаться, стараясь показать
насколько Вы сильная и самодостаточная женщина... Поверьте, это и так знают все
окружающие Вас люди. Они Вас ценят и уважают... Но сейчас Вам прежде всего нужно
заботиться не о том, кто и что подумает, а посвятить хотя бы ближайшие месяцы
исключительно себе и своему еще не родившемуся ребенку.
- Тогда пойдет прахом все то, чего я с таким трудом добивалась все эти годы...
- Да почему!? Это глупое и нелепое представление. Ну, поищут с полгодика
преступников без Вас! Думаете, не справятся? Или боитесь, что Вам ничего не останется?
Всех посадят?
- Это вряд ли! - Улыбнулась я.
- Вы посмотрите вокруг! Даже артистки, певицы, балерины, уж, как они боятся
потерять форму, выпасть из обоймы... и то решаются. И ни одна не исчезла с экранов по
этой причине, поверьте. Ну, сняли одну, максимум две картины без нее...Посмотрите,
почитайте, как жалко заканчивают те, кто не потрудился этого понять, променял
потомство на карьеру. И это даже не смотря на известность и всенародную любовь...
Тамара Владимировна, поверьте, годы прожитые Вами ничто. Все самое важное, сложное
еще впереди... И одиночество, и тоска. Вы же сами себя на это обрекаете. Вы всю жизнь
боялись жить, извините за банальность... боялись будущего. Послушайте моего совета, я
старый человек, многое повидал и знаю, о чем говорю. Рожайте! Рожайте этого ребенка и
станьте, наконец, счастливы. Вам дан последний, фантастический шанс... Подумайте... Ну
ладно. Вы уж не девочка, чтобы лекции мои выслушивать. Брюзжания стариковские... Вот
вам рецепты, витаминчиков попейте... а ко мне через недельку загляните. Слышите?
Обязательно загляните. И бросайте курить к чертовой матери!
Разговор с доктором выбил меня из колеи. Я ощущала себя не просто разбитой, а будто
разобранной на запчасти... Нет, в таком состоянии на работе появляться нельзя. Если чтото
случится неординарное, Максим позвонит на сотовый, да и неприятный разговор с
начальством по поводу Зайцевой неплохо бы отложить... Я развернула машину и поехала
по направлению к торговому центру. Почему то со страшной силой захотелось посетить
магазин игрушек. Я уж лет десять не заглядывала в Детский мир... То что я увидела, меня,
сказать по чести, ошарашило. Господи! Как все изменилось за эти годы. Я будто попала в
загадочную волшебную страну, ей богу! Со всех сторон на меня взирали лукавые,
добродушные, глупые плюшевые мордочки всевозможных цветов и размеров, посреди
торгового зала возвышался огромный робот, собранный каким то кропотливым умельцем
из десятков тысяч маленьких цветных квадратиков... Кажется это называется "Лего" . Что
то подобное я видела в рекламе. Качели, коляски, велосипеды... было от чего голове
кругом пойти... Я с удовольствием переходила от прилавка к прилавку, рассматривала
диковинные машинки... Я и не видела раньше ничего подобного. Господи, как же я от
жизни отстала. Окружающие меня юные покупатели со всех сторон канючили у
родителей "трансформер", "тамагочу", "фингерборд", а я даже не понимала, о чем идет
речь... Я не могла уйти и не унести с собой кусочек этого великолепия, прекрасной
сказки, в которую неожиданно для себя внезапно попала. Я купила огромного
коричневого мишку. Мягкий и такой домашний, он просто излучал доброту и уют, я
вполне представляла его добродушную мордаху у себя в гостиной на диване, потом купила
Ксюхиным детям десяток книг, робота и куклу с красивым именем "Барби". Я вышла из
магазина практически счастливой. Удобно усадив нового друга на заднее сидение авто, я
положила его плюшевые лапы на пакет с остальными игрушками и поехала к отделению.
У ворот я заметила Грязнова. Максим курил и разговаривал с парнем из дежурки. Я ему
посигналила.
- Привет! Ну, как дела?
- Да, в принципе, ничего нового, наблюдение за Исаевым пока ничего не дало, этот
гад, как ни в чем не бывало, после работы направился домой и, похоже, завалился спать.
Может, позже, к вечеру что то прояснится... - Ворчал он, усаживаясь на переднее сиденье.
Он с удивлением покосился на плюшевое великолепие позади себя, но промолчал.
- Ты совсем не допускаешь, что Исаев невиновен? Может, мы ищем не в том
направлении?
- Да он это, я уверен. Не бывает таких совпадений, пойми. Привязался к ребенку
извращенец-педофил, потом мать малышки его кинула и исчезла, он вычислил ее дом,
был там.... И ночью ребенок исчезает.. Да этот гад в деле погряз по самые свои поганые
яйца!
- А как же быть с алиби? И где в конце концов ребенок?
- Я послал Димку поотираться во дворе нашей свидетельницы, с соседями
потолковать... А вот, где девочка, вопрос трудный. Я очень беспокоюсь за нее. Этот Исаев
такой спокойный... а ведь уже более полусуток он под нашим вниманием, а девочку он не
навещал... ее ведь кормить надо, ну, там пеленки менять.... Должен же он что то делать!
Иначе зачем воровать? Такой риск, и все коту под хвост. Он должен пойти к ней!
- Главное, чтобы не было поздно. - Печально ответила я. - А вдруг, уже...
- Все может быть. Фиг поймешь этих извращенцев. Помнишь, случай был года два
назад? Мамаша выбросила младенца в окно, за то, что он отказывался есть соленые
грибы... а у нее после пьянки только они и остались...
- Помню. И от этого на душе еще поганее.
- Мы делаем все, что можем. Не стоит пока думать о самом плохом, будем надеяться.
Кстати, ты опять не ела с самого утра? Пойдем-ка покушаем чего-нибудь горяченького. -
Предложил Макс. - Тем более, что тебя по всему отделению разыскивает свирепый
Панченко.
- Тогда принимаю твое приглашение. - Улыбнулась я. - С удовольствием. Не стоит
попадаться начальству под горячую руку.
- Согласен!
Глава 9
В кафе нам достался довольно уютный столик в нише у окна. Когда нам подали борщ,
Грязнов неожиданно спросил:
- Тамар, что с тобой происходит в последнее время? Может, поделишься... Вроде, не
чужие друг другу.
- Нормально все. - Не слишком искренне поспешила с ответом я. - Устала немного. Ты
прав, нужно отпуск взять, а то и заболеть можно...
- Что я слепой что ли? Если считаешь, что это не мое дело, так и скажи, а дурака из
меня делать не стоит.
Я торопливо полезла в сумку, стараясь скрыть такие нелепые и несвоевременные
слезы, подступившие как-то вдруг к глазам... Горячая рука Максима накрыла мою ладонь.
- Успокойся. Ну, чего ты, в самом деле? В личной жизни проблемы? Нашла кого-то?
Или, может, уже успела потерять?
- Я же сказала, все нормально. - Я мягко высвободила руку и взялась за ложку. - Все
хорошо.
- Хочешь, я морду ему набью? - Хмуро предложил Макс.
- За что? - я чуть не подавилась от неожиданности.
- Я не слепой. И не дурак. Эти твои головокружения, бледность, Шаров сказал, ты в
гинекологию ходила...
- Ну, и что с того?
- Ты беременна? - Прямо спросил Максим.
- Какая тебе разница? Это только мое дело. Понимаешь? К работе это пока не имеет
отношения...
- Вот именно, - неожиданно резко сказал он. - Только твое. А где этот парень, хотел бы
я знать? Где он? Почему его не видно? Как он позволяет тебе ходить с утра до вечера
голодной и усталой, ездить в общественном транспорте? Ему что, совсем на вас с
ребенком наплевать? - Максим говорил достаточно тихо, но чувствовалось, что ему
хочется заорать и ботнуть кулаком по столу так, чтобы тарелки разлетелись в разные
стороны. Теперь уже я накрыла ладонью его руку, стараясь немного успокоить друга. - А
ты еще спрашиваешь за что? Да у тебя глаза потухли! Вот за что.
- Не надо искать виноватых, Максим. Это была случайная связь... слабость минутная...
Понимаешь? Он уехал далеко и никогда не вернется. А самое главное, мне это и не нужно
вовсе.
- Это я понимаю. - Проворчал Макс. - Как не понять! Ты у нас девушка гордая и не
зависимая. - Горько сказал он и принялся есть остывший борщ.
- Не надо так. Я же, вроде, ничем тебя не обидела...
- Еще как обидела. Тогда еще, десять лет назад. Ты вот сейчас сказала: "Случайная
связь, минутная слабость..." Как по лицу ударила...
- Так я же не о тебе.
- А я был не минутной слабостью? - Разозлился Грязнов. - Двухминутной? Пардон, со
мной ты почти месяц протянула...
- Мы же говорили с тобой об этом, Максим. Нельзя смешивать работу и личные
проблемы. Они неизбежно начинают мешать и тянуть назад.
- Это все слова. Если бы ты тогда хоть чуточку меня любила, как я тебя, то поняла бы,
насколько нелепы все эти доводы...
- Прошло десять лет Максим! Десять. Тогда тебе было всего двадцать пять . Перед
тобой открывался весь мир, куча юных прелестниц жаждали твоего молодого
ненасытного тела... И ты еще упрекаешь меня в том, что я тебя оставила? Я в свои
тридцать лет, с ужасным характером, тяжелым прошлым, освободила тебя, а ты еще и
винишь меня в этом через столько лет! Окстись, дорогой! Другой бы спасибо сказал, и
был бы счастлив...
- Спасибо! Спасибо, дорогая! Я так счастлив, что не знаю, куда деваться от счастья.
Вот не женюсь никак. Уж тридцать пять, а я все тащусь от радости...
- Ты просто не в настроении, Максим, вот и несешь незнамо что . Я и не ожидала, что
ты умеешь быть таким...
- Каким?
- Жестким, колючим .... Злым...
- Привыкай. - Грязнов наклонился над тарелкой и еще активнее заработал ложкой.
Второе мы поглощали в полнейшем безмолвии... Мне было неуютно рядом с Максимом.
Пожалуй, впервые за эти годы я взглянула на него другими глазами. Тогда, десять лет
назад все началось так внезапно и несерьезно, что я просто не успела найти в себе силы
избежать сближения, а потом и близости, с симпатичным напористым парнем. Нам,
действительно, было хорошо вместе... но не на столько же, чтобы трепетно хранить
воспоминания на протяжении стольких лет... я всегда ценила и уважала Макса, как
мужчину, специалиста и просто хорошего человека, но смогла вовремя остановиться,
избежать многих расстройств и разочарований. Конечно, я не Железная леди, как считают
мои сослуживцы, не ледяная снежная баба, как утверждали многие мои любовники... Нет.
Разрыв с Максимом и мне дался нелегко. Он до сих пор не знает, что все случилось после
того, как я увидела его в парке на лавочке, страстно лобызающим юную белокурую
прелестницу... Объясняться, качать права, показалось мне унизительным, я просто с
мягкой нежной улыбкой расставила все точки над и. Один раз и на всегда. Объяснила, что
любовь прошла, помидоры завяли... Макс долго не хотел понимать, что это окончательно
и бесповоротно, но смирился в конце концов... Все эти годы мы работали бок о бок, но
никогда Грязнов не позволял себе подобных выпадов. Ни разу не ставил меня в такое
неприятное и двусмысленное положение.
Уже в машине Максим хмуро сказал.
- Ты извини, меня... Я сорвался просто... Не спал, считай, трое суток...
- Не оправдывайся, Макс. Со всеми случается... Ты прав, мы же не чужие, всегда
сможем понять друг друга...
- Если бы. - Проворчал он и отвернулся к окну. - Лично мне понимать тебя становится
все труднее.
Я предпочла промолчать и уверенно направила "Волгу" к отделению.
- Люди вон уж по домам расходятся, к уютным диванам и телевизорам, а мы с тобой
еще только на работу едем. - Чуть позже заметила я. - Наверное, мы оба ненормальные....
Эти ...как их... трудоголики...
- Какие к чертям трудоголики! Я бы сейчас с удовольствием растянулся на кровати
перед голубым экраном. Только пока всякая мразь, типа этого Исаева, бродит поблизости,
как-то не лежится.
Только я успела усесться на свое рабочее место, как в мой кабинет тяжелой поступью
пожаловало начальство. На моей памяти это чуть ли не первый случай, когда Панченко
самолично соизволил посетить своего подчиненного.
- Тамара Владимировна! Вы целью себе поставили меня в могилу свести? -
Высокопарно воскликнул он, тяжело опускаясь на стул, где обычно сидят свидетели и
подозреваемые. - Что за водевиль получился на даче полковника Зайцева?
- Мы оперативно разобрались с нарушениями, виновная арестована, Шаров в больнице.
- Спокойно ответила я.
- Вас просили всего-навсего разобраться с огородными воришками, а Вы таких дров
наломали... Я просто в шоке, Тамара Владимировна.
- Не было никаких воришек, Иван Тарасович. Гражданка Зайцева с целью личной
выгоды напала на сотрудника милиции, покушалась на его жизнь. В результате Шаров в
больнице....
- Да ладно Вам, ерунду то говорить! Вы что, совсем что ли соображения не имеете?
Неужели, нельзя было все тихонько разрулить, чтобы мне краснеть перед полковником не
пришлось?
- А Вам то за что краснеть? - Искренне удивилась я. - Или Вы тоже прельстились
прелестями мадам Зайцевой?
- Прекратите немедленно, Кочетова! - Свирепо воскликнул Панченко. - С
элементарным заданием справиться не смогли, а теперь иронизируете не к месту.
- Простите! - Покорно повиновалась я.
- Вам не у меня надо прощения просить, а у полковника и его жены...
- Да пошли Вы, знаете куда! - Неожиданно даже для самой себя заорала я. - Чтобы я
просила прощения у этой похотливой крашеной сучки! Да меня потом в отделе засмеют!
А Андрею в глаза как после этого смотреть? Если Вам, Иван Тарасович, нравится лизать
старую сморщенную задницу полковника, то запретить не могу, хоть смотреть и
противно, но уж меня от подобного увольте! Я лучше уволюсь. Меня давно в налоговую
полицию зовут, и Вам это известно. Если Вам на своих сотрудников наплевать, Вы ноги
готовы вытирать о нас, то мне голова Андрюшки Шарова дорога, как собственная. И я
буду биться до конца, чтобы виновные были наказаны. Ясно? - Во весь голос рявкнула я
на присмиревшего и обалдевшего начальника.
Видимо, это вышло излишне звучно, так как дверь немедленно распахнулась, и на
пороге возникла фигура встревоженного Максима. За его спиной маячила любопытная
физиономия Панкова.
- Вы на совещание? Проходите . А то поздно уже, всем домой хочется. - Я с вызовом
посмотрела на сидящего начальника, после сказанного ранее, опасаться было уже нечего.
Он встал и, молча, с достоинством понес свой представительный живот к выходу. В
дверях он столкнулся с жизнерадостным Мишей. На его приветствие Панченко ответить
не соизволил, так и выплыл в коридор, провожаемый моим злющим взором,
насмешливыми улыбками Грязнова и Панкова и недоуменным взглядом эксперта.
- Чего это он? - Весело поинтересовался Миша. - Надулся, как будто его индюк
обкакал?
- Почему не голубь? - Поинтересовался Дима.
- От голубя так не попрет. - Авторитетно пояснил тот. - Больше надо, и запах опять же.
Ты нюхал, как индюки гадят?
- Прекратите балаган. - Недовольно приструнила я сотрудников. - Не в цирке.
Рассаживайтесь и давайте начинать совещание.
- Все же со сморщенным задом ты переборщила, Том. - Счел своим долгом заметить
Максим.
- А подслушивать было не обязательно .
- Тогда орать на все отделение не стоило. - Парировал тот.
- Хватит базар разводить. У нас есть о чем поговорить, кроме задниц и индюков.
Панков! Что ты узнал у соседей Уголовой? Или опять полдня впустую убил?
- Ну, не совсем... - С легкой обидой откликнулся Дима. - Есть кое-что интересное.
- Ну, так давай, не тяни, выкладывай.
- Уголову соседки хорошо знают. Отзываются вполне доброжелательно. Женщина она
хорошая, спокойная, аккуратная...
- Давай к делу ближе, что конкретно по похищению?
- В интересующий нас вечер, соседка справа не могла уснуть, у Ольги Павловны язва, и
в тот день обострение было... Короче, около двенадцати она слышала, как Дарья
Валентиновна кричала на лестнице. Прислушавшись, соседка поняла, она зовет кого-то,
кто только что вышел из квартиры. Судя по некоторым словам, Ольга Павловна поняла,
что произошла какая то ссора. Уголова просила прощения и призывала беглеца
вернуться....
- Ну и как, призвала?
- Тут свидетельница не уверена, может, позднее он и вернулся, она не настолько
любопытна, чтобы у двери ночевать. Подождала минут пять, видя, что больше ничего не
происходит, пошла смотреть телевизор.
- Я же говорил, что это Исаев. - Удовлетворенно хмыкнул Максим. - Да у него на роже
написано, что он виноват.
- Не торопись, Макс. Сначала нужно с Дарьей Валентиновной еще разок поговорить.
Ты, работая столько лет, должен бы уже привыкнуть, что бывают всякие, даже самые
невероятные совпадения...
- Но не в этот раз. Именно потому, что я работаю столько лет, то своей интуиции
привык доверять. Я его глазки сальные, как увидел, сразу понял - это наш клиент.
- И все же до повторного допроса Уголовой вылезать с обвинениями мы не можем.
Если она упрется на своих прежних показаниях, то перешагнуть ее будет сложновато...
- И как она не боится пускать в дом такого человека? - Недоуменно произнес Панков. -
У нее две дочери малолетние... О чем только думают эти глупые женщины?
- Тебе по молодости не понять. - Проворчал Грязнов.
- Опять базар решили устроить? - Возмутилась я. - Может, по делу есть какие то
замечания? Миша, у Вас что?
- Ничего сногсшибательного. Глина на полу в доме Игошиной идентична той, где
машина застряла... Автомобиль... Ну, он вполне исправен. Просто завяз в песке. Судя по
всему, его пытались вытащить, под задними колесами навалены ветки... но все это как то
бестолково и второпях... Это подтверждает, что преступник был один. - Видя не совсем
понимающий взгляд Панкова, эксперт пояснил. - Если бы их было двое, машину удалось
бы вытолкать. Она засела не слишком низко... да и следов упора толкавшего не
просматривается...
- Значит, у нас получается примерно такая картинка. - Взял инициативу в свои руки
Грязнов. - Около трех часов ночи или позже, но точно до пяти, преступник проникает в
дом Игошиной. Там происходят какие то, пока непонятные нам события, после чего он
покидает дом, один, с ребенком, и на машине потерпевшей. При этом, видимо, особенно
не торопится. Тщательно прикрывает ворота. Далее похититель для чего-то подъезжает к
самому берегу озера, что ему там понадобилось, пока не ясно. Со вчерашнего дня вдоль
берега и в прилежащих кустах работает поисковая группа. Тщательный осмотр ничего
пока не дал... Так, дальше... машина застревает, он ее бросает и опять возвращается в дом
Игошиной. Судя по звукам, услышанным соседями, именно в это время он производит
разрушения в гостиной. Где при этом ребенок, не ясно.
- А может, он сначала просто машину угнал, а уж потом, когда она завязла, разозлился
и вернулся за ребенком? - Предположил Панков.
- Маловероятно. Ты видел, в детской белый ковер на полу, и на нем нет и намека на
глину. Значит, после возвращения с озера он туда не заходил.
- Чертовщина какая то. - Задумчиво произнесла я. - Как он вообще рискнул вернуться?
Почему он был так уверен, что Вика не позвонила в милицию? И действительно, почему
не позвонила?
- На это может ответить только она сама... - Откликнулся эксперт.
- И еще Исаев. - Упрямо стоял на своем Максим. - Будь моя воля, он бы еще вчера дал
правдивые показания...
- А потом на суде от всего бы отказался, демонстрируя присяжным свои синяки и
ссадины.... - Продолжил его мысль Михаил.
- Да пусть бы он показал, где спрятал ребенка и все, потом пусть хоть
обдемонстрируется.
- Знаете, все это дело какое то нелепое. - Призналась я. - Ни один факт с другим не
стыкуется, я вообще не могу понять причин, целей этого похищения, психология
преступника совершенно за гранью.... Его поступки не поддаются никакой логике.
- У шизиков логики не бывает. Хотя и у него все в принципе понятно. Гулял с
Игошиными, привязался к ребенку... влюбился, если его ублюдочными терминами
выражаться... потом его лишили объекта поклонения. Он выследил место проживания
Вики и ее дочери... Он сам признался, что уже тогда у него возникло желание украсть...
- Он говорит, что хотел стащить из машины какой-нибудь пустяк... игрушку, соску...
- Так это днем было, а потом он разругался с любовницей, обозлился, убежал от нее,
так и не получив свою порцию ласки и секса... Вот у него крышу и сорвало... - Максим не
сомневался в виновности Исаева.
- Он до сих пор спокойно спит у себя дома?
- Спит. - Неохотно буркнул Грязнов. - И это наводит на самые поганые мысли.
- Вот именно. Или это не он, или...
Мои слова прервал резкий звонок внутреннего телефона. Трубку поднял Максим.
Послушав некоторое время невидимого собеседника, он буркнул "Выезжаем!" и поднялся.
- Вот и дождались.
- Что случилось? - По потемневшему и как то сразу закаменевшему лицу товарища я
поняла, произошло что то ужасное...
- Поисковая группа с озера отзвонилась. - Макс посмотрел на меня и тихо закончил. -
Из воды выловили сумку. В ней труп годовалого ребенка. Нужно бабушку на опознание
вызывать... Как бы ее тоже удар не шарахнул...
Когда мы подъехали к озеру уже начало смеркаться. На берегу было полно людей.
Миша с Грязновым сразу же выскочили и понеслись в самую гущу событий. Я же никак не
могла заставить себя выйти из машины. За время своей службы в милиции я видела
огромное количество трупов разного пола и возраста. Как это ни цинично, но человек
привыкает ко всему, даже к смерти... Но увидеть своими глазами мертвое личико
годовалого ребенка... да еще после утренней беседы с доктором, ... нет это выше моих
сил...
Я сидела в "Волге" и злилась на весь окружающий мир. Даже нерасторопный Панков
уже бродил вдоль берега, глубокомысленно поглядывая на воду. Свидетелей, которых он
обычно допрашивает на месте преступления, нигде поблизости не наблюдалось, и парень
откровенно скучал. Эксперт напротив развил бурную деятельность, что-то то и дело
доставал из своего саквояжа, суетился... Только я так и не могла оторвать задницу от
автомобильного сиденья... Ребенок, еще не родившись, уже начал превращать меня в
истеричку и размазню... За последние дни я сама себя не узнаю, то плачу, то впадаю в
романтическую эйфорию, разнюнилась, как школьница... Все ребята уже заметили, что со
мной что то не так... Вон Димка уж раз пять недоуменно косился в мою сторону... Да и
Максим, не заметь он мою слабость, вряд ли бы решился высказывать свои претензии в
кафе... Нет, нужно немедленно встряхнуться и приступать к своим прямым
обязанностям... Зачем только я вообще приперлась сюда, на это озеро? .. Ребята вполне
могли обойтись и без моего присутствия... Но сидеть дальше в машине глупо и нелепо...
Я со вздохом открыла дверку и поставила ноги на траву. Усилием воли заставила себя
встать и направилась к группе чего-то активно обсуждающих мужчин. На берегу, в
отдалении от всех стояла сумка. Яркая, с веселой детской расцветкой. На желтом поле
прыгали и резвились жизнерадостные синие медведи, в их лапах были цветы... а в самой
сумке лежало тельце маленькой несчастной девочки, в пижамке и очень красивом
кружевном чепчике... Я, как завороженная, смотрела на синих медведей с красными
цветками в лапах, но взгляд то и дело натыкался на безучастное личико... Что случилось
потом, я не поняла до конца. Как будто кто-то сначала выключил свет, а потом выдернул
ковер из под моих ног... хотя какой ковер на берегу озера... Пришла в себя я уже в машине.
За рулем сидел взволнованный Максим.
- Останови, пожалуйста, мне плохо... - Попросила я. Он резко затормозил и уставился
на меня во все глаза.
- Слава богу! Я уж не надеялся довезти тебя до больницы живой... Как увидал, что ты
падаешь чуть ли не в воду... Ты как вообще?
- Черт его знает. Не особенно прекрасно, но вполне терпимо. - Я вышла на воздух, меня
слегка мутило, и ноги были какие то слабые, будто ватные. Оглянувшись, я увидела, что
Макс стоит сзади меня. - Не бойся, больше я пока падать не собираюсь...
- Да кто тебя знает. - Проворчал он. - Пока тебя врачам с рук на руки не сдам, не
успокоюсь...
- В больницу я не поеду, отвези меня лучше домой.
- И не мечтай! В больницу она не поедет! Видали бестолочь? Ты только что рухнула на
землю, как извиняюсь, куль с мукой...
- В моем положении обморок не является чем-то из ряда вон выходящим. - С улыбкой
напомнила я . - Врач меня утром осматривал, выписал кучу витаминов... А в целом сказал,
что все нормально.
- Ну и ты, конечно, ничего не купила, небось, и не думала в аптеку заглянуть?
- Собиралась вообще т
...Закладка в соц.сетях
