Жанр: Любовные романы
Водоворот жизни
...ейчел пожала плечами.
Полагаю, она потеряла единственную вещь, о которой всегда заботилась
.
Рейчел успокоила себя тем, что и у Юлии тоже есть потеря.
— Доминик, куда ты идешь? — спросила Юлия поздно вечером.
— Куда-нибудь отсюда подальше. Отцу бы не понравилось, если бы я сидел
и распускал нюни.
Юлия осталась в доме одна. Она чинила джинсы Доминика, при этом без конца
смахивала наворачивающуюся слезинку.
Доминик слизывал кокаин с сосков Тины Джеймсон.
— Мы сможем пользоваться моей комнатой, как только уляжется вся эта
суматоха.
— А твоя старушенция возражать не будет? — спросила его Тина.
— Не посмеет, — Доминик улыбнулся. — Теперь это мое место.
Глава 50
Увидев Рейчел, Ли обрадовалась.
— Только для тебя, милочка. Только ради тебя. — Она обняла
Рейчел. — Лондон ничуть не изменился, все такой же ужасный.
Отель... — она брезгливо передернула плечами.
Клэр, которая задержалась, чтобы выпить с Муней, сказала:
— Если бы я знала о вашем приезде заранее, вы бы смогли воспользоваться
моими апартаментами в
Савое
. Завтра мы возвращаемся снова в деревню.
Переезжайте, если вам станет совсем уж плохо в вашем отеле или тут будет
слишком много народу.
Рейчел засмеялась.
— Ли, как бы я ни хотела, чтобы ты осталась у меня, ты будешь только
ворчать. В любом случае, если захочешь остаться в апартаментах, я все равно
буду постоянно рядом с тобой. Там у меня второй дом.
— В
Савое
? — Ли удивленно свесила голову чуть набок. —
Возможно, я и смогла полюбить Лондон.
— Я — бедный еврейский мальчик — и в
Савое
? О! — воскликнул
Муня.
— Питер? — сонным голосом сказала Рейчел.
— Ты видела газеты? — спросил он.
— Нет. Нас никого не было в квартире с утра.
— Я звонил тебе целую неделю, но тебя все время не было дома.
— Знаю, Питер, извини. Я носилась везде как угорелая.
— Когда мы сможем увидеться? — в голосе Питера слышалась
тревога. — Мне бы хотелось с тобой поговорить.
— Ну, сегодня я занята. Это срочно?
— Несомненно.
— Ладно. Приходи вечером, часиков в десять. К тому времени постараюсь
быть дома. А что там в газетах? — Рейчел разобрало любопытство.
— Ах да, они наперебой кричат о том, какая славная у него мамаша, а ты
— только что из психушки.
Рейчел пришлось рассмеяться.
— Юлия была очень умна и предусмотрительна. Она никак не хотела, чтобы
кто-нибудь усомнился в совершенстве ее сына. Она все отмела в сторону...
Проклятье.
— В чем дело?
Рейчел вдруг вспомнила про Антею.
— Давай встретимся завтра вечером.
— Ладно.
— Я действительно должна пойти и повидаться с Антеей, Питер. Мне ее так
жаль, — она чмокнула трубку и осторожно положила ее.
Антея была пьяна и не особо обрадовалась приходу Рейчел.
— Ты выиграла в конце, — Антея держала бутылку виски. —
Пришла посмотреть, глотаю ли я таблетки? Так смотри — нет.
Рейчел прошла в маленькую, застеленную белым ковром, гостиную. На столе
увидела горы газет.
— Честно, Антея, если ты читаешь весь этот бред, так там только про
Юлию. А обо мне написано, что я — женщина, не оправившаяся от воздействия
препаратов клиники для душевнобольных. Ты же знаешь, как англичане относятся
к умалишенным. Где бы я сегодня ни появилась, люди шептались у меня за
спиной и показывали пальцем. Я все слышала, — Рейчел
поморщилась. — К вечеру меня начала преследовать одна и та же
навязчивая мысль.
В самом деле Рейчел попыталась было пойти по магазинам, но тут же отказалась
от этой попытки, отправившись выпить чашку чая в
Савое
, чтобы
успокоиться...
— Ужасно, — сказал, увидев ее, Франсуа, официант на этаже. —
Надеюсь, мадам помнит о том, что королевская семья тоже страдает. —
Рейчел развеселилась и успокоилась...
— Пожалуйста, Антея. Я покончила с этим, оказавшись в больнице, а ты,
если не будешь проявлять умеренность в выпивке, превратишься в законченного
алкоголика. Неужели же мужчины стоят такой боли? — Антея бросилась в
кресло. — Все равно, — Рейчел пристроилась возле нее на
корточках, — я не собираюсь жить в этом доме или прикасаться в его
деньгам. Кроме того, — она заколебалась, — мне не хотелось бы,
чтобы ты восприняла это как жест милосердия, но там огромная сумма денег,
поэтому я пришла поинтересоваться, примешь ли ты небольшое наследство.
Думаю, тебе следует устроить себе хороший отдых.
Антея начала было возражать. Рейчел настаивала.
— Послушай, Антея, то, что скрасило мою нищету, были именно деньги. Нью-
Йорк заставил меня осознать, сколько в жизни существует всего, что проходит
мимо нас совершенно незаметно. Пожалуйста, возьми деньги и потрать
их. — Она проницательно посмотрела на Антею. — Кроме того, могу
поспорить, ты потратила за последние три года все деньги, которые имела, на
Чарльза. Антея кивнула.
— Да. Потратила.
Рейчел укоризненно покачала головой.
— У него весьма дорогие привычки. Тогда смелее. Все равно они твои.
Антея встала.
— Жаль, что я не могу питать к вам ненависть или свалить все
случившееся на вас.
Рейчел засмеялась.
— Знаю. Однажды я пыталась вас ненавидеть, однако скоро отказалась от
этой затеи. У меня ничего не получилось. — Она выписала чек и вручила
его Антее.
— Десять тысяч фунтов стерлингов? — Антея посмотрела на
Рейчел. — Теперь я смогу выбраться из этой квартирки и год пожить в
Греции. Мне всегда этого так хотелось.
— Так в чем же дело, поступай так, как тебе хочется. Позвони, когда
вернешься.
— Обязательно. Обещаю.
Рейчел крепко обняла Антею на прощанье и ушла. Антея вернулась в квартиру и
посмотрела на едва заметное пятнышко на ковре в гостиной. Она вспомнила ту
ночь и заплакала по Чарльзу.
Питер говорил без обиняков, напрямую.
— Пока ты была занята, я встречался с Сиси.
— О, понятно, — самолюбие Рейчел было задето. — Ты хочешь
сказать, встречался, то есть, виделся или спал с ней?
— Спал с ней.
Рейчел повернулась к нему спиной.
Надо бы выбросить розы
, — подумала
она. Питер взял ее за плечи.
— Мне нужно было это сказать тебе, потому что я не хочу лгать. —
Он серьезно посмотрел на нее. — Ты же знаешь, что я обычно лгу. Однако
какое это имеет для нас значение? — Он горько рассмеялся. — В
конце концов ты же сама заставила меня все рассказать старушке Анджеле,
когда мы с тобой встретились в первый раз, а она собралась и ушла. Рейчел
покачала головой.
— В самом деле, Питер, я не собираюсь делить тебя с Сиси. Я слишком
стара. Или недостаточно раскрепощена, если такая формулировка тебе больше по
вкусу. Думаю, тебе лучше остаться с Сиси. — Она заметила облегчение в
глазах Питера и тихонько подтолкнула его к входной двери. — Мы с тобой
провели замечательное время. Я всегда буду благодарна тебе за то, что ты
вновь научил меня смеяться. — Она поцеловала его. — Сиси очень
веселая, однако не обижай Джеймса.
— Не буду, — пообещал он. Питер наклонился и поцеловал Рейчел. — Как-нибудь позвоню.
— Ладно. — Рейчел закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Она
глубоко вздохнула и пошла на кухню. Взяла бутылку бренди и направилась в
ванну. Она начала пить. После того, как было опорожнено примерно полбутылки,
боль поразила Рейчел. — Дрянь, — сказала она и прикончила всю
бутылку. — Когда наберешься достаточно, боль успокоится. — Рейчел
свернулась на кровати клубочком.
— Привет подружка, — сказала она вслух, отпивая из другой бутылки,
делая глоток за глотком. Наконец она так набралась, что можно было рискнуть
и выпустить боль наружу.
Слава Богу, Сара осталась ночевать у
Джейн
, — подумала она. Будучи в квартире одна, она могла позволить
себе рычать и вопить, выпуская боль. Рейчел корчилась на кровати до тех пор,
пока здоровенная тварь не убралась восвояси. Она поднялась на ноги, и ее тут
же вырвало. Тотчас же Рейчел почувствовала себя лучше.
— Теперь, — пробормотала она, — продолжительная горячая
ванна, а затем несколько дней постельного режима.
Могу даже других учить
, — подумала она. Покончить с Питером равняется
бутылке бренди, двум часам воплей и одной горячей ванне. Она убрала за собой
возле кровати. Два дня в постели, пока все вокруг суетятся и волнуются, и со
мной будет полный порядок. Она поискала масло для ванн. Проклятье. Оно,
наверное, кончилось. Рейчел нетвердой походкой потащилась в гостиную.
Осторожно перенесла увядшие розы в ванную комнату и наполнила лепестками
ванну. Потом добавила детское масло для ванн. Рейчел лежала в горячей
ароматной ванне до тех пор, пока у нее не побелели и не сморщились кончики
пальцев на ногах. В итоге она вытерлась и пошла в спальню.
К концу подходил второй день ее вынужденного отдыха, когда позвонил Адам.
— Я не звонил, увидев в газетах всю эту шумиху, потому что подумал,
наверняка вокруг тебя толпа народу. А сейчас позволишь мне навестить тебя?
После похорон люди обычно очень нуждаются в поддержке надежного друга.
— Мне тоже нужен друг, — Рейчел залилась слезами.
— Прекрасно. Только позволь, и через полчаса я буду возле тебя.
Рейчел положила телефонную трубку.
— Сара, — сказала она. — Сюда сейчас приедет Адам, он хочет
навестить меня. Ты впустишь его? — Рейчел вернулась к кровати.
— Для женщины твоего возраста ты пользуешься у них просто невероятной
популярностью.
Однако Рейчел совсем не слышала ее. Мысли были заняты тем, чтобы решить,
стоит ли ей переодеваться или остаться в старенькой ночной рубашке.
— Нет уж, — решила она, — если он собирается стать моим
другом, то должен привыкать меня видеть и в самом плохом виде.
Адам принес ей еще одну дюжину роз и коробку конфет. Рейчел рассмеялась.
— Знаете, Адам, вы поддерживаете мою дурную репутацию. Розы и коробки
конфет — это столь романтично, а романтизм вышел из моды.
Адам улыбнулся.
— Не могу ничего с собой поделать. Мне нравится быть романтиком, и я
люблю все вещи, которые относятся к этому понятию: костры, ситцевые
занавески.
Рейчел кивнула.
— На самом деле у меня тоже такие же пристрастия.
— Знаете, Рейчел, я с вами действительно раньше встречался.
Брови Рейчел удивленно подпрыгнули вверх.
— Где же?
— Вы были без сознания в тот момент. Когда полиция нашла ваше тело
возле реки, они привезли вас в карете скорой помощи в женский госпиталь в
Челси. А я как раз был там главным врачом. — Адам заметил резкую
перемену в ее лице. Он нежно похлопал ее по руке. — Не волнуйтесь.
Сейчас с вами все в порядке.
— Знаю, — сказала она и улыбнулась широкой счастливой улыбкой.
Я мог бы вечно купаться в этих глазах
, — подумал Адам.
Вскоре прибыли Ли и Муня.
— Муня, Ли, познакомьтесь, это — Адам.
— Ты зря время не теряешь, — пробормотала Ли на ухо Рейчел, когда
склонилась, чтобы поцеловать ее.
Рейчел откинулась на подушки и, словно кошка, потянулась.
— Не в этот раз, Ли... Мы с Адамом собираемся писать мемуары. Впервые
между мужчиной и женщиной будет описана дружба, незапятнанная ни сексом, ни
ревностью... — она посмотрела на Адама.
— Соперничеством, — добавил он.
— Да, чем еще? — Рейчел больше ничего не могла придумать.
— А как же я? — у Муни был обиженный вид. — Я же тоже твой
друг.
— Знаю. Однако, Муня, мы же не хотим зарекаться от секса, верно?
— Верно. Ладно, я дам вам недельку.
— Муня, не будь таким циником.
— Хорошо, три дня.
На самом же деле, прошло два месяца, прежде чем Рейчел затеяла разговор о
сексе.
Недели потекли одна за одной.
Он похож на пару удобных калош
, —
подумала Рейчел, вернувшись после выходных, проведенных на его даче в
Девоне.
Муня оставался по-прежнему скептиком. В аэропорту Хитроу он, поцеловав на
прощанье Рейчел, сказал:
— А ты уверена, что он не... — Муня потер свое запястье, —
один из нас?
— Целиком и полностью уверена, — твердо сказала Рейчел.
Ли крепко обняла ее.
— Слушай, милочка, он очень даже ничего. И угадай, что еще?
— Что? — Рейчел недоуменно посмотрела на нее.
— По-моему, Лондон — просто сказка.
— Погоди, Ли. Ты еще не была в
Савое
.
— А кому здесь нужно в
Савой
? — она оглушительно
рассмеялась. — Я никогда в жизни столько не ела. А люди...
невероятно... Поблагодари Клэр от меня.
— Обязательно. — Рейчел дождалась, пока самолет поднялся в воздух.
Сэм тотчас же принял Адама. Анна наблюдала за тем, как они вместе играли.
— Рейчел, он гораздо лучше Питера, — неохотно признала Анна.
Рейчел рассмеялась.
— Действительно, я никогда не встречала никого, кто бы был хотя бы
чуточку на него похож.
— Ты влюбилась в него. — Анна весело посмотрела на Рейчел.
— Нет.
— Да, я же вижу.
— Тогда, если это по-твоему
влюбиться
, откуда такая напряженность?
— Потому что ты можешь его потерять, — Анна пожала плечами. —
Другая женщина, поезд, автобус...
— О нет, Анна. Я бы этого больше не вынесла.
— В том все и дело. Это и есть любовь. Запомни мои слова:
Я смотрю,
как Рейчел превращается в госпожу Трехерн
.
— Должно быть, ты шутишь. Нет, я совсем не готова к какому-то
постоянному чувству привязанности. Сомневаюсь, получится ли это у меня когда-
нибудь вообще. И с кем?
— Реальность неотвратима. От нее никуда не денешься, Рейчел. Ты выйдешь
за него замуж. Точно тебе говорю. Учти, ты можешь причинить себе, как я
полагаю, гораздо большую боль.
— Премного благодарна, Анна. Но это отнюдь не так. Вот увидишь.
Анна засмеялась.
— Нет, Рейчел. Посмотрим.
Рейчел не могла поверить, что Адам не делал ни малейшей попытки вступить в
какие бы то ни было интимные отношения. Сначала она нашла, что весьма
спокойно и приятно проводить время с мужчиной, который получает удовольствие
только от общения с женщиной. Однако после трех недель Рейчел начала
беспокоиться.
Возможно, он не влюблен в меня
, — подумала она.
Она пригласила Адама в Аксминстер навестить Клэр. Адам прекрасно общался с
Майклом. Они говорили о бизнесе и политике. Майкл по-настоящему улыбался.
— Для тридцатилетнего мужчины он прекрасно начитан, — сказала
Клэр.
Рейчел кивнула.
— Его мама умерла, когда он был еще очень молод, поэтому он вырос в
библиотеке своего отца. Он всегда хотел быть доктором, как и его отец.
Сейчас он подыскивает себе работу в северном Девоне. Знаешь, Клэр, я очень
буду скучать без него. С ним настолько легко. Я раньше никогда и ни с кем не
чувствовала себя так спокойно.
В действительности, она должна признаться себе, что ей не нравилось видеть,
как он уходит от нее по вечерам. Она ложилась в постель, опьяненная лишь
легкой дымкой прощального поцелуя.
— Глупая корова, — говорила она себе, глядя в зеркало.
— У меня есть для тебя подарок, — сказал Адам несколько дней
спустя. Он стоял перед дверью квартиры Рейчел, просунув внутрь только
голову.
— Как восхитительно, — воскликнула Рейчел. — Чего же ты
ждешь? Входи и давай мне свой подарок.
— Подожди. Это гораздо сложнее. Мне нужно втащить его по всей лестнице
наверх. — Через несколько минут он вернулся, поднял что-то тяжелое и
переступил порог квартиры Рейчел с полными руками.
— Ах, Адам, это так чудесно, — сказала Рейчел, глядя на тяжелый
деревянный глобус.
— Я у отца к нему так привык. Настоящая реликвия, знаешь. Он очень
старый. Тогда почти весь мир принадлежал Британии.
Вместе они отнесли глобус и поставили его в угол гостиной. Полированное
дерево было покрыто розовыми пятнами, показывающими простиравшуюся без конца
и края английскую империю.
Рейчел приготовила кофе. Вдвоем они сидели на полу и восхищались прекрасной
подробной картиной.
— Обычно я часами напролет просиживал возле него, — сказал
Адам, — только слегка поворачивал его и представлял места, по которым
путешествовал.
— Наверняка, это было восхитительно, — сказала Рейчел.
— Ну, думаю, нормально. Немножко одиноко, но мне нравилось.
— Нет, я не это имела в виду. Я хотела сказать, что, наверняка,
прекрасно снова вернуться в прошлое. Все те же места, куда ты мог поехать в
те дни. Я могла путешествовать в Индию на пароходе, затем сесть в поезд и
отправиться к Сиамскому заливу. Я всегда жила идеей путешествий.
Адам засмеялся.
— Боюсь, я стал ужасно приземленным с тех времен моих детских фантазий.
Это настолько в английском духе. Наверное, покажусь утомительно скучным
тому, кто хотя бы раз побывал в Нью-Йорке.
Рейчел улыбнулась.
— Адам, ты никогда никому не можешь наскучить. По-моему, я ни с кем
никогда в жизни столько не болтала, даже с Анной. Знаешь, у нас не так много
времени, когда дома Сара. Сейчас мы одни впервые за сто лет.
— Понимаю, — Адам вздохнул. — С тех пор как мы встретились,
жизнь, кажется, неудержимо мчится вперед. Собирайся. Если мы выйдем прямо
сейчас, то успеем прогуляться до наступления темноты.
Они прогулялись по набережной под сенью высоких осенних деревьев.
— Взгляни на эти деревья, — сказала Рейчел. — Листья только-
только начинают менять свою окраску. Я люблю этот момент, когда листва еще
насыщена зеленью, однако появляются золотистые островки.
Адам наморщил нос.
— Чувствую дыхание осени, ее аромат. Как было бы здорово, если бы
оказались сейчас в Девоне. Это время года пахнет прелой землей и дымком
костра.
Рейчел рассмеялась.
— Знаешь, а во Франции сейчас подошел к концу сбор урожая винного
винограда.
Адам посмотрел на нее.
— У тебя мощные ступни, так? Рейчел утвердительно кивнула.
— Наверное, так, куда ж от них деться. Я уже сто раз говорила Клэр, что
мне бы так хотелось поехать в Грецию или в Италию. Я всегда хотела увидеть
Рим. Возможно, в этом сказывается влияние монастыря. Нас учили, что если
увидишь Папу Римского, одно это тебя освятит.
— Ну, — Адам остановился, — мы бы могли поехать, если тебе
так этого хочется. Хотя пока смогли бы поехать, пожалуй, только до Рима. У
меня осталось всего две недели каникул. Если у тебя есть желание уехать от
всего, то я с удовольствием смог бы составить тебе компанию. Если, конечно,
ты не против моего присутствия.
Рейчел посмотрела ему в лицо.
— Ах, Адам. Я бы с превеликим удовольствием поехала. Мне бы очень
хотелось путешествовать с тобой. Только представь, в Риме мы могли бы
остановиться в отеле
Бернини-Бристоль
. Он пятизвездный. Клэр мне всегда
твердит, какие там роскошные комнаты. Просто сказка.
— Рейчел, — лицо Адама было непроницаемым и серьезным, — мы
не сможем остановиться в отеле
Бристоль
, каким бы распрекрасным он там ни
был. Я не могу этого позволить. Я же не частник. Национальная Служба
Здравоохранения не думает, что ее служащие остановятся в пятизвездном отеле.
— О, — Рейчел поколебалась. — Но могу же заплатить я, Адам.
Честно. У меня много денег.
Адам отрицательно покачал головой.
— Нет. Спасибо. Не хочу чувствовать себя как жиголо, поэтому, если ты
заплатишь по счетам, я буду чувствовать себя отвратительно. Знаю, это
довольно старомодно, но ничего не могу с собой поделать. Я исключительно
счастлив поехать с тобой. Фактически, я ни о чем не могу думать, что бы мне
пришлось еще более этого по душе, однако мы должны отправиться тем способом,
который окажется самым дешевым.
— Ну, в этом случае, думаю, нам резонно бы было взять
Вольво
и
останавливаться в самых дешевых гостиницах.
— Действительно, — улыбнувшись, сказал Адам, — а как насчет
кемпинга?
— Кемпинга? — Рейчел нахмурилась. — Я никогда раньше не жила
в палатках. Однако, возможно, это совсем неплохо. Что ты скажешь?
Рейчел очертя голову бросилась в римское приключение. Клэр недоуменно пожала
плечами, когда Рейчел рассказала ей обо всем по телефону.
— О Боже. Если уж гордость ему не позволяет взять твои деньги, то ты,
по крайней мере, могла бы останавливаться в отеле одна, позволив ему
разбивать палатку среди коровьего навоза.
— Ладно, Клэр. Я же не настолько избалованна, что не смогу себе
позволить провести несколько ночей в палатке.
— А я избалованна, — фыркнула Клэр. — Учти, не забудь
продезинфицироваться, прежде чем придешь ко мне с визитом после своей
вылазки. Возьми с собой побольше еды и шляпную булавку. Итальянская
канализация ужасна, а мужчины так и липнут.
Накануне их отъезда, вечером, позвонила Анна.
— Ты все собрала?
Рейчел взглянула на два распухших чемодана.
— Да. Должна признаться, я собрала все наобум. Поэтому взяла всего
понемногу. А Адам позаботился о палатках и всем, что нужно для лагеря.
— Одна или две палатки? — лукаво спросила Анна.
— Две, я думаю. Я вообще-то не спрашивала.
— В одной уютнее, — поддразнила Анна.
— Ах, Анна. Я же говорила тебе. Это платоническое чувство. Все равно я
должна идти. Еще столько всего нужно переделать.
— Ладно. Веселитесь.
Рейчел схватила чемоданы и попыталась закрыть их.
— Черт побери, — выругалась она. — Придется позвать Сару,
чтобы она села на них... Одна палатка или две? — Ей вдруг очень
захотелось, чтобы была только одна палатка, а не две.
Одной мне, пожалуй,
будет очень страшно
, — подумала она.
Почти всю дорогу до пролива Рейчел молчала.
— О чем ты думаешь? — спросил Адам.
— Не знаю. Надеюсь, Саре не очень плохо будет с Юлией. В последнее
время я не очень беспокоилась за нее: она уже достаточно взрослая, чтобы
справиться с Юлией, и Доминик перестал вести себя так нагло и дерзко, и...
— Рейчел, а что тебя мучает на самом деле?
— Ну, полагаю, может, не стоит импровизировать: вдруг ты оставишь меня
одну где-нибудь в безлюдном месте, откуда я не смогу добраться до дома.
— Ах, Рейчел, ты действительно совсем не доверяешь мужчинам, так?
Рейчел опустила голову.
— У меня с Чарльзом были такие тяжелые времена, что мне понадобится
целая вечность, чтобы поверить мужчине вновь.
— Я не могу ждать, — сказал Адам. — Обещаю, что не сделаю
ничего, что может тебе причинить боль. Никогда. — Он положил свою
мощную ладонь на колено Рейчел. — Ты научишься доверять мне. Обещаю.
— Почему ты так уверен? — Рейчел улыбнулась.
— Потому что... Мне можно доверять на все сто процентов. Как британской
шерсти.
— Ты не умчишься от меня вслед за какой-нибудь роковой женщиной, как
только мы переправимся на территорию Франции?
— Рейчел, — с усмешкой произнес Адам. — В этом огромном
прекрасном мире существуем только мы с тобой. Все остальные люди — просто
иллюзия. Взгляни! — Адам взмахнул рукой. — Вокруг — море.
Через час они были уже на борту морского парома. Медленно паром отчалил в
море. Рейчел стояла у перил, не отрываясь, глядя на серо-голубые волны. Адам
стоял во
...Закладка в соц.сетях
