Жанр: Любовные романы
Расколотая радуга
...не подвел ни семью, ни товарищей.
Кэтрин сказала чистую правду.
- Если я стану вашей наследницей, - продолжала она, - ручаюсь, Колин не
причинит вреда ни Скоалу, ни его
жителям.
Она и тут не покривила душой.
- Дэвин сказал, что твой муж предложил некоторые нововведения для большей
эффективности сельского хозяйства.
- Он широко образованный человек.
В отличие от Колина Майкл вырос в большом поместье и наверняка интересовался
ведением хозяйства.
- Дэвин показал нам остров Бон и рассказал его историю. Это и в самом деле
несчастливое место? - спросила Кэтрин,
чтобы перевести разговор на другую тему.
- Разумеется. Достаточно вспомнить его прошлое. Не говоря уже о набегах
викингов и чумы, там постоянно обретались
пираты и контрабандисты. Попросите Дэвина найти хорошего лодочника, чтобы
свозить вас туда. Там самая большая
морская пещера на всем западном берегу.
Он улыбнулся, видимо, что-то вспомнив.
- Пещера поистине удивительная. В ней даже есть горячий источник. Правда, там
нужно соблюдать осторожность.
Попасть в пещеру можно только во время отлива, и если замешкаетесь, не сможете
выбраться до следующего отлива.
- Звучит заманчиво. Уверена, мужу тоже захочется ее посмотреть. Надеюсь, мы
выберем время и побываем там до
отъезда.
- Как долго вы собираетесь здесь пробыть? - Дед пальцами забарабанил по ручке
кресла.
- Пожалуй, недели две, - произнесла она с робкой улыбкой. - Если, конечно, вы
нас не выгоните.
- Две недели - слишком короткий срок. А тебе надо лучше познакомиться с
островом.
Создалось впечатление, что дед остановил свой выбор на ней как на будущей
наследнице, и Кэтрин с плохо скрываемой
радостью ответила:
- Я сделаю все, что в моих силах, но мы не можем жить здесь до бесконечности,
Колину пора возвращаться на службу.
- Тогда оставайся одна. - Старик нахмурился. Кэтрин хорошо понимала состояние
деда - он был одинок, и все же
сказала:
- Сейчас мое место - рядом с дочерью и мужем.
Лэрд помрачнел еще больше.
- А что, если ты станешь наследницей, а твой муж не захочет жить в этом
глухом месте? Ты бросишь Скоал и
останешься с ним?
Кэтрин пристально посмотрела на деда.
- Если я стану вашей наследницей, ничего важнее острова у меня в жизни не
будет. Прежде всего я буду выполнять
свой долг перед жителями острова, а потом уже перед мужем. Колин не станет мне
мешать, не беспокойтесь.
- Смотри не забудь то, что ты сейчас сказала. - Старик устало откинулся в
кресле. - Итак, продолжим наш разговор.
Кэтрин поднялась и, поддавшись внезапному порыву, поцеловала деда в щеку.
- Напрасно подлизываешься ко мне, детка, - буркнул он. - Больше полувека я -
гроза острова и не собираюсь ничего
менять.
Кэтрин рассмеялась:
- Женщину, познавшую гнев герцога Веллингтонского, трудно испугать. Чем
терроризировать меня, не проще ли нам
стать друзьями?
Он погладил собаку, чья голова все еще покоилась у него на коленях.
- Обед в шесть. Смотри не опаздывай.
Кэтрин покинула покои деда и отправилась к себе, гордая тем, что всего дважды
ошиблась дверью. Она не забыла, что
Майкл собирался принять ванну, и, прежде чем войти, постучала.
- Войдите, - донесся из комнаты его красивый низкий голос.
Майкл еще не успел привести себя в порядок, не вправил в брюки белоснежную
рубашку, подчеркивавшую ширину его
плеч. И хотя нигде не проглядывал ни единый дюйм тела, вид у него был сугубо
интимный.
- Как прошла встреча с дедушкой? - поинтересовался Майкл.
Рыжеватые завитки влажных волос поблескивали у него на шее, более темные
выглядывали из выреза рубашки. Кэтрин
опустила глаза и принялась сосредоточенно рассматривать свои перчатки.
- Очень даже неплохо. За показной грубостью старика скрывается добрый
характер.
Майкл выразительно фыркнул.
- Сам того не ожидая, он изменил о вас мнение к лучшему.
- Я тоже этого не ожидал.
Майкл подошел к зеркалу и стал завязывать галстук.
- Я справился о здоровье вашего деда у слуги, который принес горячую воду, и
он сказал, что у лэрда слабое сердце и
ему надо больше лежать, чтобы не было приступов.
Кэтрин нахмурилась:
- Сердечные приступы мучительны, но не так уж опасны.
- Если он не умрет в ближайшее время, возникнут дополнительные трудности, -
мрачно заметил Майкл.
- Знаю. Но мне так не хочется его терять, ведь мы только что познакомились. И
он мне, пожалуй, нравится. - Она
опустилась в кресло и продолжала: - Теперь, когда он уверен, что у меня есть
муж, я могу приезжать сюда каждый год с
Эми, ссылаясь на то, что Колин занят и отпустил нас одних.
- Разумеется, главное, чтобы все обошлось, - сказал Майкл и добавил: - Надо
надеяться на удачу.
Кэтрин сложила руки на коленях. Ей только и оставалось, что надеяться на
удачу.
ГЛАВА 25
- Налить вам еще эля?
- Да, пожалуйста.
Майкл лежал на расстеленном на песке покрывале, но не мог полностью
расслабиться, потому что из-под
полуопущенных век с восхищением наблюдал за Кэтрин, которая, грациозно
изогнувшись, достала закопанный в песок у
самой воды кувшин с элем и налила ему полную кружку. Майкл всегда рядом с ней
испытывал напряжение.
- Как приятно провести день вдали от забот, - поднявшись и глотнув эля,
произнес он.
- Вот уж не думала, - усмехнувшись, сказала Кэтрин, - что на Скоале придется
изучать историю, законы и сельское
хозяйство острова. Впрочем, все это интересно. Скоал такой самобытный. Все
производится здесь, - она указала на остатки
еды, - и сыр, и селедка, и свежий хлеб, и эль из яблок. Даже корзину, в которой
мы принесли припасы, сплели здесь, на
острове. Если бы они еще могли выращивать чай и кофе!
- Да, чая и кофе очень не хватает. Так что придется ввозить их из других
стран.
Она обхватила руками колени, и из-под тонкого голубого платья показались
босые ноги.
- Как жаль, что Эми здесь нет. Она просто обожает море. Думаю, это у нее в
крови.
Майкл залюбовался ее точеным профилем. С тех пор как Кэтрин спасла ему жизнь,
он стал замечать, что слово "кровь"
часто употребляется как метафора для обозначения связи и родства. Быть может,
потому, что в нем течет ее кровь, он так
безнадежно привязан к Кэтрин, так остро ощущает ее близость, воспринимает каждое
слово и жест.
Под порывом ветра платье облепило ее тело, ее соблазнительную полную грудь, и
Майкл, снова ощутив напряжение,
принялся смотреть на песчаную зыбь и нависшие над берегом скалы. Это залитое
солнцем, отгороженное от всего мира
место казалось чертовски романтичным.
- Дэвин прав. Здесь и в самом деле неплохо устроить пикник. Он всегда прав.
Тоже святой. Недаром вы родственники.
- Из-за этого он кажется скучным, - с улыбкой заметила Кэтрин, - но на самом
деле это не так. Они с Глинис -
отличная парочка.
Майкл поставил кружку на колено. Начался прилив, и небольшие волны бились уже
в нескольких футах от них.
- Вы пробыли на Скоале неделю и имеете о нем представление. Если дед сделает
вас наследницей, будете ли вы здесь
счастливы? Ведь вы не привыкли к здешнему образу жизни!
- Зато здесь спокойно и очень комфортно. Кто может от этого отказаться? Не
знаю, как насчет счастья, - Кэтрин
пожала плечами, - на Скоале мне обеспечено достойное существование. А больше мне
ничего и не нужно.
Тут Майкл не выдержал и задал Кэтрин вопрос, не дававший ему покоя с того
самого дня, как она обратилась к нему за
помощью:
- А что Колин?
Кэтрин стиснула зубы и после паузы ответила:
- Без него справлюсь. Дэвин поможет.
У Майкла дух захватило. Неужели она решила расстаться с Колином и не
собирается привозить его сюда? При одной
лишь мысли об этом у Майкла учащенно забилось сердце. Достойна ли осуждения
женщина, которая больше не живет с
мужем, хотя формально все еще связана с ним? И тут Майкла осенило: развод! Вот
что навсегда избавит Кэтрин от Колина.
Но получить развод не так-то просто. Нужны деньги и влиятельные друзья. И то, и
другое у Майкла есть. Он готов отдать
все, до последнего пенни, чтобы Кэтрин стала свободной, если, разумеется, она
этого захочет.
Потрясающе! Однако ликование быстро сменилось сомнениями. Не слишком ли он
торопится? Может быть, Кэтрин и не
помышляет о разводе?
- Насколько я понял из ваших слов, свои планы на будущее вы не связываете с
Колином? Вы намерены с ним
расстаться?
Она прикрыла глаза.
- Не говорите мне о Колине. Прошу вас.
Стена, которую он с таким трудом воздвиг между собой и Кэтрин, рухнула.
- Кэтрин.
Он положил руку ей на плечо и сквозь тонкую ткань ощутил тепло ее тела,
нагретого солнцем.
- Кэтрин.
Губы ее задрожали, дыхание стало неровным. Она выглядела такой несчастной,
что Майкл обнял ее и принялся гладить
по волосам, целовать мокрые нежные веки, ощущая солоноватый вкус слез на
ресницах.
Кэтрин громко всхлипнула, но не отодвинулась, как обычно, а прижалась к нему,
касаясь грудью его живота и обхватив
руками талию. Майкл убрал с ее лба густые пряди волос, которые трепал ветер,
пощекотал языком ее изящное ушко. Кэтрин
тихонько застонала и разомкнула губы. Она была необычайно соблазнительна, эта
легко ранимая сирена. Майкл наклонился
и запечатлел на ее губах долгий, страстный поцелуй, ощутив вкус эля и аромат
яблок. Глаза Кэтрин были по-прежнему
закрыты, словно она стыдилась этих порочных объятий, а губы требовали, чтобы он
целовал их еще и еще.
С сильно бьющимся сердцем, потеряв над собой контроль, Майкл повернул ее на
спину и услышал, как заскрипел под
покрывалом песок. Ее податливое тело оказалось под ним, на шее, под нежной
кожей, пульсировала жилка. Как долго Майкл
ждал этого момента! И вот наконец он наступил.
Дрожащими руками Майкл коснулся ее груди и непослушными пальцами принялся
расстегивать пуговицы на плечах.
Затем снял с нее нижнюю юбку и лифчик.
- До чего же вы красивы, до чего красивы, - шептал он.
Ее нежный, словно бархатный сосок сразу стал твердым и необычайно сладким,
как грех, когда он обхватил его губами.
Майкл хотел вобрать в себя все ее естество, насладиться ее теплом и
женственностью, о которой всю жизнь мечтал.
Кэтрин застонала и выгнулась ему навстречу, а он ласкал ее груди, а потом
уткнулся лицом в теплую шелковую
ложбинку между ними, в то время как Кэтрин гладила и ерошила его волосы.
Проклятые проблемы брака, мужей и жен больше не волновали Майкла. Он не в
силах был совладать с охватившей его
дикой, безумной страстью. Отныне Кэтрин принадлежит ему. И он будет о ней
заботиться, защищать ее.
Судьба никогда не была к нему справедлива. Он сам завоевал Кэтрин и больше не
отпустит ее.
Его ладонь скользнула по ее телу и у заветного места остановилась. Под тонкой
тканью Майкл ощутил тепло и
специфический запах мускуса; Кэтрин хочет его. Но когда он стал ее ласкать, она
вдруг замерла, потом открыла глаза и с
криком "О Боже, что я делаю?" вырвалась от него, придерживая у груди лифчик.
Майкл был в шоке. Возбуждение еще не прошло, и он попытался приласкать ее:
- Кэтрин?..
Но она отпрянула от него, как от змеи. Ужас в ее аквамариновых глазах вернул
его к действительности. Майкла словно
окатили ледяной водой. Черт побери! Что же это он делает?
Ведь он поклялся себе никогда не влюбляться в чужих жен! Это была самая
торжественная клятва в его жизни. И он
нарушил ее!
- О Господи, Кэтрин, простите меня! Простите!
Майкл закрыл руками лицо. Он весь дрожал, но не только от неудовлетворенного
желания.
- Я не хотел. Клянусь, не хотел!
- Я тоже, - проговорила Кэтрин дрогнувшим голосом. - Извините меня, Майкл.
Это я во всем виновата.
Она и в самом деле не сопротивлялась. Совсем даже наоборот. А он, сам того не
желая, воспользовался тем, что она
несчастна в замужестве, и совершил отвратительный поступок. Боже правый, сколько
он натворил ошибок! Но прошлый
опыт, видимо, ничему его не научил.
Самое лучшее - немедленно покинуть остров. Но это может навредить Кэтрин. Как
она объяснит его отъезд? Придется
как-то разрешить возникшие между ними проблемы.
Майкл наконец осмелился посмотреть на нее. Она уже застегнула платье и,
видимо, собиралась уйти, когда его ноги
окатила набежавшая волна. Майкл поднялся и, закатав до колен штанины, протянул
ей руку.
- Пойдемте прогуляемся, это вернет нам душевное равновесие.
Его почти деловой тон произвел нужный эффект. Кэтрин встала и нерешительно
подала ему руку, второй рукой
придерживая юбку, из-под которой виднелись изящные щиколотки. Стараясь на них не
смотреть, Майкл повел Кэтрин вдоль
берега. Низкие волны достигали их ног и откатывались назад.
- Это не могло не случиться, - непринужденным тоном произнес Майкл. - Недаром
даже жениха и невесту не
принято до свадьбы оставлять друг с другом наедине. Но мы с вами живем бок о
бок, и этого достаточно, чтобы похоронить
самые лучшие, чистые намерения. - Он искоса взглянул на нее. - Тем более что вы
для меня самая привлекательная
женщина на свете.
- О Боже! - Потрясенная, Кэтрин остановилась. - Знай я это, ни за что не
обратилась бы к вам с такой просьбой. Ведь
я поставила вас в ужасное положение.
- Откуда вы могли об этом знать? В Бельгии я старался ничем не выдать своих
чувств. - Он взял ее за руку, и они
пошли дальше. - Но наш маленький спектакль сыграл со мной злую шутку. Я рад, что
вы обратились ко мне за помощью. И
если перестанете мне доверять, я восприму это, как должное, потому что
заслуживаю хорошей порки.
- Пожалуйста, не вините себя, - взмолилась Кэтрин. - Это я во всем виновата.
Она не могла спокойно думать о том, что обманывает его, в то время как он
ведет себя благородно, и ей до боли
захотелось рассказать ему правду - о смерти Колина, о своей тайной любви. Но она
не сделает этого, особенно после того,
что случилось.
- Надо отсюда уехать. И чем скорее, тем лучше. Скажу деду, что больше не могу
жить без Эми.
- Старик потребует, чтобы вы послали за ней. Он ни за что не отпустит вас, и
я не могу его в этом винить. Как бы то ни
было, две недели мы должны здесь пожить. Я буду ночевать в башне. Чтобы избежать
искушения.
- Это невозможно! - воскликнула Кэтрин.
- Еще как возможно, - мягко возразил Майкл. - Мне не раз приходилось ночевать
под звездами. Это даже приятно.
Она прикусила губу.
- У вас из-за меня одни неприятности. Это я заслуживаю порки, а не вы.
- Красивые женщины созданы для поцелуев, а не для розог. Поэтому я и решил
спать на крыше. Все будет в порядке,
мы справимся. - Его губы скривились в горькой улыбке.
Разумеется, они справятся. И все же Кэтрин не могла забыть наслаждения,
которое испытала на берегу, жаркие ласки
Майкла. В глубине души она знала, что не добродетель, а страх заставил ее
опомниться и вернул с небес на землю.
Энн Моубри в маленькой гостиной учила Молли и Эми вышивать, когда в дверь
позвонили. Поскольку у горничной был
выходной, Энн сама пошла открывать. Каково же было ее удивление, когда она
увидела Хэлдорана.
- Рад снова видеть вас, миссис Моубри. Надеюсь, я вовремя? - Лорд галантно
снял шляпу.
- Как всегда, милорд, - многозначительно ответила Энн, подумав при этом, что
гости обычно застают ее в самом
плохом утреннем платьишке. - Проходите, пожалуйста. Так любезно с вашей стороны
навестить нас.
Лорд вошел в комнату и сразу попал в окружение двух маленьких девочек и
собак. Увидев его растерянность, Энн с
трудом сдержала улыбку. Сразу видно, что не семейный. Тем не менее его светлость
вежливо поздоровался с девочками и,
как ни хотелось, не пнул чересчур буйного Клэнси.
Утихомирив собак, Энн повела лорда в гостиную, и по дороге он ей сказал:
- Не говоря уже о том, что я был счастлив повидать вас, у меня к вам
поручение от миссис Мельбурн.
- Но Кэтрин сейчас в отъезде.
- Знаю, она на Скоале. Я прямо оттуда. Там у меня дом. Я сам родом со Скоала,
и, как оказалось, мы с Кэтрин
двоюродные брат и сестра. - Он улыбнулся. - Еще в Бельгии, увидев ее глаза, я
заподозрил это, но промолчал, поскольку
не был уверен.
- Значит, вы и мне двоюродный брат, - прозвенел тонкий голосок Эми.
Энн была уверена, что девочки заняты вышиванием, но они вместо этого затаив
дыхание слушали разговор.
- Да, лорд Хэлдоран доводится тебе кузеном. А сейчас выйдите обе. Нечего
слушать взрослые разговоры.
- Я, собственно, приехал за Эми. Кэтрин попросила на обратном пути из
Лондона, куда я ездил, захватить девочку и
привезти на Скоал. Хочет познакомить ее с лэрдом,
- Странно! Два дня назад я получила от нее письмо, но она ничего об этом не
пишет.
- Ее решение было неожиданным, - с мягкой улыбкой пояснил лорд. - Видимо, она
истосковалась по дочери.
Что же, вполне возможно. Кэтрин очень не хотелось ехать без Эми.
- Она что-нибудь передала для меня? Может быть, записку? - спросила Энн. Он
покачал головой:
- Я же сказал, все произошло неожиданно, Кэтрин появилась в гавани, когда мы
уже отчаливали, спешили, чтобы успеть
до отлива. Я обрадовался ее просьбе. В конце концов мы с Эми - давние друзья,
еще с того путешествия из Брюсселя в
Антверпен.
Энн вспомнила, что эта нелегкая поездка благодаря Хэлдорану прошла вполне
благополучно. В самых сложных
ситуациях он проявлял выдержку и находчивость. Почему же не отпустить с ним Эми?
И все же...
- Не знаю, могу ли я отправить с вами девочку, если ее мать не просила меня
об этом!
Хэлдоран поднял брови, что придало ему надменный вид, и сказал:
- Вы очень бдительны, миссис Моубри, но подумайте сами. В конце концов Кэтрин
- моя кузина.
- Пожалуйста, тетя Энн, - взмолилась Эми. - Мама говорила, что, возможно,
пошлет за мной, если все будет хорошо.
- Я найму служанку, чтобы юная леди в дороге не испытывала никаких неудобств,
- добавил Хэлдоран. - Завтра с
самого утра отправимся в путь.
Под всеобщим нажимом Энн наконец сдалась.
- Хорошо, Эми, поезжай. Только возьми с собой свои уроки.
- Возьму! - радостно воскликнула девочка и вприпрыжку выскочила из комнаты,
видимо, чтобы собраться в дорогу.
Молли медленно последовала за ней, огорченная тем, что не может поехать вместе с
подругой.
У Энн полегчало на сердце. Им снова улыбнулась удача. Чарльз благодаря Майклу
работает у лорда Кэндоверского и
получает огромное жалованье. Кэтрин, похоже, скоро станет хозяйкой Скоала. Вот
как высоко они вознеслись! И Энн с
улыбкой повернулась к лорду Хэлдорану, чтобы обсудить предстоящее путешествие.
Г ЛАВА 26
После того случая на берегу, как и подозревал Майкл, между ним и Кэтрин
возникло напряжение, которое уже через день
стало спадать. Правда, она все еще избегала его взгляда, а он не мог забыть ее
упругих грудей. Зато каким-то непостижимым
образом Майклу удавалось не касаться Кэтрин, и это было уже кое-что.
Три дня спустя они провели приятный вечер с викарием и его женой, обедали у
них, и Майкл вернулся в замок в
благодушном настроении. Через неделю они благополучно доберутся до Лондона, и
разом исчезнут все соблазны. Но это
через неделю, а пока...
Входная дверь не была заперта, как и во всех домах на Скоале. Майкл уже
собирался подняться наверх, когда Кэтрин
взглянула на столик в холле.
- Для вас тут почта, дорогой. - И она вручила ему обернутый в пергамент
пакет, на котором было написано: "Капитану
Колину Мельбурну".
Майкл почувствовал укол совести. Он не имел ни малейшего желания выдавать
себя за Колина. Однако пакет явно
предназначался ему самому: в углу была пометка "из Стрэтмора", и адрес написан
рукой Люсьена.
- Интересно, что там стряслось, зачем понадобилось писать сюда.
- Какие-то неотложные дела, наверно. - Кэтрин зевнула, прикрыв рот рукой. -
Пожалуй, пойду пожелаю дедушке
спокойной ночи, если он еще не спит, и сразу вернусь.
Это была одна из многих уловок, к которым они прибегали, чтобы дать друг
другу возможность умыться и переодеться.
Майкл пошел в спальню, зажег лампу и вскрыл пакет. В нем было несколько писем и
записка от Люсьена.
"Майкл!
Твой брат прислал письмо, которое я счел необходимым тебе переслать. Посылаю
также другие письма, полученные на
твое имя. Надеюсь, охота на драконов идет успешно.
Люс."
Под запиской было письмо с пометкой "Эшбертон". Держа листок обеими руками,
Майкл долго вглядывался в него, и
хотя этот Эшбертон был его сводным братом, а не старым герцогом, которого он
считал своим отцом, размашистая подпись
по ассоциации вызывала раздражение. Старый герцог писал лишь в тех случаях,
когда хотел отчитать или отругать Майкла.
Вряд ли в этом письме будет что-то другое. Майкл попробовал представить себе,
что приятного мог написать ему
новоиспеченный герцог, но так и не смог ничего придумать. Возможно, в письме
излагались какие-то юридические
проблемы, которые его совершенно не интересовали.
Как и тогда, в Лондоне, Майкл взял письмо за уголок и поднес к свече. Но в
тот раз он был просто в бешенстве, а сейчас
хладнокровно решил прекратить всякие отношения со своими родственниками, чтобы у
нового герцога пропала всякая охота
писать ему письма.
Он бросил остатки письма в камин и принялся просматривать остальную почту.
Как и предполагала Кэтрин, в
большинстве своем письма оказались деловыми, только два были от Кеннета
Уилдинга, из Франции. В первом Кеннет
сообщал полковые новости и описывал забавные случаи из жизни оккупационной
армии, сопроводив их великолепными
шаржами, которые привели Майкла в восторг.
Отложив первое письмо в сторону, Майкл взял второе и, увидев на конверте
дату, удивился, почему Кеннет послал ему
почти одновременно два письма. Во втором был всего один листок и никаких
рисунков.
"Майкл!
Извини, что, пользуясь правом друга, вмешиваюсь в твою личную жизнь, но в
Брюсселе мне показалось, что твое чувство
к Кэтрин Мельбурн гораздо сильнее простой симпатии. Поэтому хочу тебе сообщить,
что несколько недель назад Колин
Мельбурн был убит на улице, очевидно, кем-то из бонапартистов. Гнусное дело,
убийцу до сих пор так и не нашли. По
политическим соображениям дело замяли. Я узнал об этом случайно, от пьяного
однополчанина Колина. Он сказал, что
после похорон Кэтрин с Эми уехали в Англию. Думаю, Энн и Чарльз Моубри знают,
где они находятся.
Я понимаю, не очень-то благородно преследовать вдову, когда тело мужа еще не
остыло в могиле, но ради Кэтрин можно
поступиться некоторыми принципами. Возможно, ты захочешь разыскать Кэтрин не как
влюбленный мужчина, а просто как
друг, если она нуждается в помощи. Как и следовало ожидать, после смерти Колина
осталось много долгов.
Если найдешь Кэтрин и узнаешь, что я чем-то могу быть ей полезен, пожалуйста,
дай мне немедленно знать.
Твой легкомысленный Кеннет".
Майклу показалось, будто его ударили ниже пояса. Он не мог оторвать глаз от
письма и перечитал его. Вряд ли Кеннет
ошибался. Но почему Кэтрин солгала? А он-то думал, что они друзья и не должны
обманывать друг друга.
Что же, не впервые женщина его одурачила.
Он все еще смотрел на злополучное письмо, когда вернулась Кэтрин.
- Лэрд устал, но у него хватило сил объяснить, как жители острова платят
ежегодный налог каплунами с каждой печной
трубы, - весело сообщила она, закрыв за собой дверь, и добавила: - Потрясающий
обычай! - Она хотела еще что-то
сказать, но вдруг нахмурилась: - Что-то не так?
- Пришло письмо от Кеннета Уилдинга. - В голосе Майкла звучало напряжение. -
Это правда, что Колин мертв?
Кровь отхлынула от лица Кэтрин, и оно стало белее мрамора. Чтобы не упасть,
женщина схватилась за спинку стула.
- Правда.
- Боже правый!
Он с горечью скомкал письмо. Кэтрин предала его! Святая Катерина, которую он
боготворил, красивая и благородная,
оказалась лгуньей.
- Какого черта вы это скрыли от меня?
Она провела дрожащей рукой по волосам.
- Боялась, что вы сочтете своим долгом предложить мне руку и сердце в
благодарность за то, что я выходила вас после
Ватерлоо, и решила, что лучше вам оставаться в неведении.
Этот второй удар причинил не меньшую боль, чем первый.
- Значит, вы предпочли спрятаться за мертвого мужа, только бы не стать моей
женой? Неужели я такое чудовище?! -
воскликнул Майкл. - Ведь вы могли просто отказать мне!
Кэтрин опустилась в кресло и, сжавшись в комок, закрыла лицо руками.
- Вы не чудовище! Наоборот. Вы слишком привлекательны. И я могла не устоять.
- Простите, но я, видимо, так глуп, что ничего не понимаю, - ледяным тоном
проговорил Майкл. - Итак, вы не против
выйти за меня замуж, но боялись, что я сделаю вам предложение, и потому лгали?
- Я никогда больше не выйду замуж. Никогда! И если бы по глупости приняла
ваше предложение, сделала бы нас обоих
несчастными. Я не могу быть вашей женой, Майкл! Я вообще не могу быть женой! -
Она была на грани истерики.
Его гнев испарился, уступив место отчаянию.
- Значит, вы так сильно любили Колина, несмотря на его измены и невнимание к
вам?
Она скривила губы:
- Невозможно, прожив с человеком двенадцать лет, оставаться равнодушной к
нему. Но я не любила его.
- Ваш муж постоянно оскорблял вас, и поэтому вы поклялись больше не выходить
замуж, - резко произнес Майкл. -
Будь он жив, я прикончил бы его собственными руками!
- Нет, нет! Колин не обижал меня.
Она судорожно сжала руки:
- Я больше перед ним виновата.
Майкл внимательно посмотрел на Кэтрин. Эта мысль, видимо, не давала ей покоя.
- Я знаю, все жалели меня, потому что Колин волочился за женщинами, но это я
превратила наш брак в фарс, - едва
слышно произнесла Кэтрин. - А он все терпел.
- О чем это вы? Объясните! Никак в толк не возьму!
- Я... я не могу.
Она отвела глаза.
Раздраженный, Майкл подошел к Кэтрин и взял ее за подбородок.
- Кэтрин, ради Бога, не прячьте глаз! Неужели я не заслуживаю доверия?
- Да, да - прошептала она, - но... даже с вами я не в силах говорить об этом!
Вытянуть хоть что-нибудь из Кэтрин было так же трудно, как выкорчевать
дубовый пень. И Майкл решил действовать
по-другому. Он обвил рукой ее шею и наклонился, чтобы поцеловать, надеясь, что
там, где бессильны слова, подействует
ласка.
Кэтрин было потянулась к нему, но тут же отпрянула, и из глаз у нее хлынули
слезы.
- Поймите же наконец! Я не могу дать вам то, чего вы от меня ждете!
Так вот оно что!
Где-то в самой глубине сознания у Майкла мелькнула догадка, и
...Закладка в соц.сетях
