Жанр: Любовные романы
Я тебя никогда не забуду
...h; Она повернулась к Стивену и Бетси: — Я думаю,
дети, вы справитесь без нас?
— Да, конечно, — ответил Стивен. — Вы с папой можете ехать на
работу, а я завезу Лиз и Джессику в школу и... — Он запнулся, глядя на
Бетси.
— А затем вы с Бетси вернетесь к нам домой, — закончил Нед
Уэйкфилд. — Бетси, ты ведь останешься у нас... ну... еще на несколько
дней? — Он посмотрел на жену, и та одобрительно кивнула.
Элизабет заметила, как в недоумении замерла Джессика.
Бетси в последний раз огляделась по сторонам в тщетной надежде увидеть отца
и наконец согласилась.
— Если что-нибудь случится, звони, — сказала Элис Уэйкфилд
Стивену. — Отец будет в суде, у него слушание дела, а я весь день у
себя в офисе.
Нед Уэйкфилд был одним из самых известных адвокатов в Ласковой Долине, а его
жена работала дизайнером.
Миссис Уэйкфилд обняла Бетси:
— Мы понимаем, как тебе тяжело, и всегда готовы помочь.
Бетси молча кивнула. Она не произнесла ни одного слова, пока не уехали
родители. Усевшись на переднее сиденье маленького желтого
Фольксвагена
и
подождав, пока Стивен заведет машину, она вдруг взяла его за руку.
— Отвези меня в бар Келли, — холодно попросила она.
Элизабет; сидевшая на заднем сиденье, открыла рот от изумления. Бар Келли
пользовался самой плохой репутацией в Ласковой Долине. И появиться там даже
в субботу вечером было уже скверно, а тем более утром в будний день. В это
время там собирались только самые закоренелые, совсем спившиеся алкоголики.
Джессика пододвинулась к Элизабет и толкнула ее локтем в бок.
— Понятно, — шепнула она на ухо сестре. — Что я тебе
говорила? Бетси опять принялась за свое. Не прошло и пяти минут, как Трисию
опустили в могилу.
Стивен посмотрел на Бетси и твердо произнес:
— Мне кажется, я тебя не расслышал.
— А мне кажется, ты прекрасно меня расслышал, — категорическим
тоном ответила Бетси. — Или, может, мистер Паинька Стивен Уэйкфилд не
знает, как доехать до бара Келли? — В голосе Бетси слышалось
раздражение. — Что же, я могу вам показать дорогу туда даже с
завязанными глазами. Второй поворот направо и дальше прямо в сторону
пляжа...
— Я знаю, где бар Келли, — невозмутимо ответил Стивен, — но
мы туда не поедем. Сначала мы отвезем Лиз и Джес в школу, а сами — прямо
домой.
— Домой? — возмущенно переспросила Бетси. — Что это значит? И
кто ты такой, чтобы указывать, куда мне ехать, а куда не ехать, —
повысила она голос.
— Бетси, успокойся, — холодно сказала Джессика. — Я уверена,
что если Стивен не захочет отвезти тебя к Келли, то любой другой парень
сделает это с превеликим удовольствием.
Стивен со злостью посмотрел на сестру и опять повернулся к Бетси.
— Мне помнится, что вчера вечером ты дала себе одно обещание. Что
случилось?
— Черт побери это обещание! — закричала Бетси. — Почему я
должна вести себя прилично? Что мне с этого? Какой мне прок пытаться быть
похожей на Трисию? Она была самой лучшей в мире, и что с ней стало???
Элизабет увидела в зеркало заднего вида, что Стивена передернуло при этих
словах.
— Бетси, — с горечью в голосе сказал он, — я понимаю, как
тебе сейчас тяжело, но Келли не поможет. Он не воскресит нам Трисию.
Бетси примолкла. Очевидно, она испытывала такие же душевные муки, что и
Стивен. Когда она снова заговорила, голос ее был спокойнее.
— Стив, я не хотела причинять тебе лишние страдания. Просто мне некуда
больше поехать. — Бетси в отчаянии вздохнула. — Да, я слышала
приглашение твоих родителей. Но сколько это может продолжаться? Пока мой
отец не придет за мной? А если он никогда не придет? Ты ведь понимаешь, что
именно это и имел в виду твой отец. — Она спрятала лицо в ладонях.
Стивен вел машину, а в ушах у него звучали последние слова Трисии. Ему
казалось, что она сидит рядом и просит:
Позаботься о ней, Стив. У нее не осталось никого, кто мог бы ей помочь...
— Бетси, — наконец произнес Стивен голосом, не терпящим
возражений. — Келли для тебя закончился. Мы с тобой едем домой.
Он остановил машину рядом с колоннами перед входом в школу.
— С этого момента, — объявил он к полному изумлению и Джессики и
Элизабет, — дом Уэйкфилдов — твой дом. Так будет лучше.
5
— Ну, давай, Джес, рассказывай. — Кара Уокер легонько подтолкнула
свою лучшую подругу в плечо.
— Что рассказывать? — невинно спросила Джессика.
— Перестань, Джес. Ты уже полчаса сидишь здесь, уставившись в
пространство, и даже не притронулась к завтраку.
— Может быть, он мне не нравится, — возразила Джессика.
Кара переглянулась через столик с Лилой Фаулер, и они обе обиженно закатили
глаза.
— Слушай, Джес, я знаю, что недельной давности ветчина с загнувшимся
сыром не самое твое любимое блюдо. Но, мне кажется, дело здесь совсем не в
этом, — сказала Кара. — С другой стороны, похороны Трисии тоже не
должны были тебя так взволновать. Я уверена, что тебе прекрасно удалось
сыграть роль убитой горем, но мы-то знаем, что Трисия почти ничего для тебя
не значила.
— Да, Джессика, — поддакнула Лила. — Что же тогда тебя так
огорчило?
Джессика всплеснула руками:
— Слушайте, оставьте меня в покое. Я хочу побыть наедине с собой.
— В покое? — возмутилась Кара. — Не ты ли говорила, что между
такими подругами, как мы, не должно быть никаких секретов? Конечно, ты бы
хотела, чтобы только с тобой делились тайнами.
— И потом, — добавила Лила, — мы все равно рано или поздно
обо всем узнаем. Так что лучше расскажи нам сама.
Джессика в нерешительности крутила бутерброд по тарелке.
— Ну ладно... Мне все равно надо с кем-то об этом поговорить, —
все еще неуверенно согласилась она.
Кара и Лила наклонились ближе, чтобы не пропустить ни единого слова
Джессики.
— Но вы должны пообещать мне никому об этом не рассказывать, —
предупредила Джессика. — Я не хочу, чтобы мое имя трепали так же, как и
имя этой девицы.
— Какой девицы? — Темные глаза Кары блеснули в предчувствии свежей
сплетни.
— О, это все так ужасно, — простонала Джессика, театрально заломив
руки. — Это Бетси Мартин.
— Эта шлюха? — с отвращением произнесла Кара. — И чем же она на этот раз отличилась?
— Она переехала к нам домой!
— Не может быть! — воскликнула Лила. — Как можно жить под
одной крышей с этой дрянью? Наш конюх и то лучше, чем Бетси Мартин.
Семья Лилы была одной из самых богатых в Ласковой Долине, и Лила никогда не
упускала возможности напомнить, что она принадлежит к высшему обществу.
— Да, это ужасно, — согласилась Кара. — Но что произошло,
Джес? Я была уверена, что она уедет от вас после похорон.
— Я тоже так считала. Когда ее отцу позвонили из больницы и сообщили,
что Трисия умирает, он как сквозь землю провалился. Наверное, запил с горя
или что-то в этом роде, — сказала Джессика. — Но я полагала, что
он должен был появиться на похоронах и забрать Бетси с собой. Даже не знаю,
как я могла рассчитывать на такого человека, как мистер Мартин. —
Джессика огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не
подслушивает, и увидела Уинстона Эгбсрта, проходившего мимо с подносом, на
котором возвышалась гора сандвичей с ветчиной и сыром. —
Господи, — пробормотала она, — что он со всем этим собирается
делать?
— Ты что, не слышала? — удивилась Кара. — Уинстон хочет
побить мировой рекорд по поеданию пиццы. Семь больших пицц за один раз! И
теперь тренируется на этих сандвичах. Таким образом он собирается увеличить
объем желудка.
Девушки уставились на высокого худощавого парня, который уселся за свободный
столик и принялся один за другим уплетать бутерброды. Несколько приятелей
его подбадривали.
Лила покачала головой:
— Он на все готов пойти только бы привлечь к себе внимание.
— Как они только в него влезают, — скептически заметила Кара,
когда с сандвичами было покончено.
— Это его личное дело, — сказала Джессика. — У меня сейчас
проблемы поважнее. Эта Бетси, что же мне делать?
— Да, ситуация, — согласилась Лила. — Но должно же быть какое-
то решение. — Она намотала прядь волос на палец. — Неужели ты не
можешь заставить своих родителей сказать ей, чтобы она уехала?
Джессика отрицательно покачала головой:
— Ее все так жалеют.
О бедной Бетси некому позаботиться
,
ей так
тяжело это переносить
. А мне? — Джессика театрально надула
губы. — Вы только представьте себе, что станут думать, когда узнают,
кто стал фактически моей второй сестрой?
Лила щелкнула пальцами:
— Я знаю, что нужно делать.
— Что? — в один голос воскликнули Джессика и Кара.
— Все очень просто, — хитро усмехнулась Лила. — Слушайте,
ведь вы понимаете, что Бетси не может исправиться, правда?
— Конечно, — согласилась Джессика. — Сегодня утром она только
что не на коленях умоляла Стивена отвезти ее в бар Келли.
— Тогда все, что тебе нужно сделать, — объяснила Лила, — это
улучить момент и покопаться в ее вещах. Наверняка найдешь какой-нибудь
компромат: наркотики, выпивку. Все равно что.
— Ну, Кара! Это просто замечательно! — воскликнула Лила.
Зеленовато-голубые глаза Джессики блеснули.
— Здорово! — сказала она. — И тогда я смогу как бы случайно
сказать маме, что искала чистую бумагу в кабинете, а нашла что-то страшное.
И это будет повод от нее избавиться.
— Точно, — поддакнула Лила.
— Я совсем не хочу ябедничать на Бетси, но все само откроется. И в этом
будет виновата только она. Мама, конечно, не потерпит подобных вещей у нас в
доме, — торжествующе заключила Джессика.
Не успела она до конца выразить свое удовлетворение, как в столовую
ворвалась Оливия Дэвидсон, редактор отдела искусств
Оракула
. Ее лицо
выражало беспокойство.
— Вы не видели Роджера? — взволнованно спросила она.
Подруги отрицательно покачали головами. Едва Оливия выбежала. Лила тут же
передразнила ее:
—
Вы не видели Роджера?
С какой стати я должна следить за Роджером Барретом? Он мне не ровня.
— Ты просто имеешь на него зуб, Лила, — хмыкнула Джессика.
Лила однажды попыталась приударить за Роджером, но он предпочел ей Оливию, и
Лила не могла ему этого простить.
— Может, Роджер и небогат, — возмутилась Кара, — но его уж
никак нельзя считать неровней нам. Готова поспорить, что однажды он
установит олимпийский рекорд в легкой атлетике, если не будет слишком занята
поиском лекарства от рака или каким-нибудь другим исследованием.
— Думай, что хочешь, — стала защищаться Лила. — Мне нет
никакого дела до Роджера Баррета, как, впрочем, и до Оливии.
По столовой разнеслись громкие вопли.
— Ну, что я говорила, — иронически заметила Лила. — Гляди,
Оливия нашла того, кого искала.
В дальнем конце столовой Оливия пыталась успокоить своего друга, который
энергично тряс головой. Вокруг них начала собираться толпа.
— Пойдем, узнаем, что происходит, — предложила Кара и, не
дожидаясь ответа, вскочила и быстрым шагом направилась к Оливии и Роджеру.
Джессика, приотстав немного, поспешила за ней. Лила не тронулась со своего
места.
В толпе Джессика увидела Элизабет и Тодда.
— Лиз! — она дернула сестру за свитер. — Что случилось?
Элизабет обернулась. На ее лице было написано сострадание.
— У матери Роджера, — объяснила она, — сердечный приступ, и
врачи опасаются за ее жизнь.
Джессика осторожно приоткрыла дверь кабинета и заглянула внутрь. Пусто. Пока
все удачно. Элизабет должна допоздна задержаться в редакции
Оракула
, а
больше никого дома не было. Джессика раскрыла дверь шире и решительно вошла
в кабинет.
На спинке стула висела одна из блузок Бетси, а на маленьком стеклянном
столике лежали расческа и кисточка для макияжа. На стенах висело несколько
ее рисунков. В дальнем углу стоял раскрытый синий чемодан, внутри которого
виднелись аккуратно сложенные майки и трусики. Теннисные тапочки Бетси,
коричневые ботинки и несколько пар туфель стояли рядом.
Устроилась совсем как дома, — подумала Джессика, — ну ничего,
если мне сейчас удастся что-нибудь найти, она ни минуты здесь не останется
.
Она подошла к чемодану и принялась осторожно рыться в нем, так, чтобы Бетси
ничего не заметила. Под одеждой Джессика нашла маленькую красную косметичку
на молнии.
— Это то, что надо! Наверняка она все здесь и хранит.
Джессика расстегнула молнию и вытряхнула содержимое: губная помада, тюбик с
тушью для ресниц, тонкий эмалевый браслет. Наконец все содержимое косметички
лежало на полу. Черт возьми! Там нет ничего, что она ожидала найти. Джессика
с досадой тряхнула головой, сложила все вещи обратно и стала исследовать
чемодан, заглядывая в каждый уголок и кармашек. И тут ее пальцы нащупали какой-
то предмет — небольшую прямоугольную коробочку.
Аптечка!
Джессика поспешно
достала ее из чемодана. Это была золотая шкатулка с крышкой,
инкрустированной перламутром. Едва Джессика открыла ее, как почувствовала
еле уловимый запах лекарств. То, что нужно! Шкатулка была доверху наполнена
маленькими белыми таблетками. Джессика достала одну и повертела в руке. На
ней было что-то написано. Она присмотрелась.
Тьфу ты! Всего-навсего аспирин
. Джессика разочарованно скрипнула зубами,
положила аптечку на место и стала открывать ящики стола и шкафы. Она
тщательно осмотрела все в кабинете, но так ничего и не нашла. Наконец она в
изнеможении уселась на диван и тяжело вздохнула. Неужели Бетси и вправду
решила начать новую жизнь? Или осталось еще какое-то потайное место,
которого Джессика не заметила. Она еще раз внимательно оглядела кабинет.
Нет, проверила все, что можно. Ее усталый взгляд остановился на одном из
рисунков Бетси, висевшем на противоположной стене. Она присмотрелась к нему
повнимательнее. Двое детей во дворе какого-то дома играют в салки.
Неплохо, — подумала Джессика и стала разглядывать другие
рисунки. — Тоже хорошо. Поразительно, Бетси действительно неплохо
рисует. Если не сказать замечательно
.
Альбом с рисунками Бетси лежал на письменном столе из красного дерева.
Любопытство взяло верх, и Джессика взяла его в руки и стала перелистывать.
Портрет женщины, лицо которой кажется очень знакомым. Несколько пейзажей,
среди которых Джессике понравилось изображение ручья перед школой. Несколько
портретов Трисии. Разглядывая их, Джессика почувствовала что-то вроде укора
совести. Ведь рисунки очень личные, и Бетси, должно быть, никому их не
показывает. Но Джессика тут же отбросила всякие сомнения и открыла следующую
страницу. Увидев то, что было на ней изображено, она замерла от удивления.
— О боже, — прошептала она. Альбом выскользнул из ее рук и упал на
стол.
После обеда Элизабет переодевалась у себя в комнате. Она надела бледно-
голубое шерстяное платье и быстро застегнула пуговицы. Когда она выбирала
туфли, дверь в ванную, которая соединяла ее комнату с комнатой Джессики,
резко открылась.
— Лиз, мне нужно поговорить с тобой по поводу Бетси, — сказала
Джессика и плюхнулась на кровать Элизабет. — Это очень важно.
— Ты опять за свое, Джес? Мы с Тоддом, Николасом и Региной идем в кафе
Бокс Три
. И я совсем не хочу опаздывать. — Элизабет заколола свои
золотистые, слегка вьющиеся волосы гребнем и посмотрелась в зеркало.
— Фи, Николас, — поморщилась Джессика, — как ты можешь
общаться с этим занудой.
Николас Морроу, симпатичный восемнадцатилетний брат Регины, был одним из
самых интересных ребят, которых знала Элизабет. Но совсем недавно он
осмелился проигнорировать интерес Джессики к себе. За это Джессика внесла
его в свой черный список.
— Я даже ничего не буду отвечать тебе на это, — сказала
Элизабет, — но, по-моему, совсем недавно он просто не выходил у тебя из
головы.
Джессика пожала плечами:
— Зато сейчас из моей головы не выходят куда более важные вещи.
Элизабет вздохнула. С Джессикой, как всегда, спорить было бесполезно.
— Ну, хорошо, Джес, что там у тебя?
— Бетси Мартин должна отсюда убраться. Ты знаешь, я даже своих друзей
не приглашаю поплавать у нас в бассейне после школы, а тут эта девица
устраивается загорать, как у себя дома.
— Неужели? А не припоминаешь ли ты, как позавчера ты, я и Инид здорово
повеселились в бассейне? — Элизабет надела голубые туфли на низких
каблуках. — И мне непонятно, чем это твои друзья отличаются от
остальных.
— Ох уж мне эта Инид, — фыркнула Джессика. — Такая же, как
Бетси, только из кожи вон лезет, чтобы казаться лучше, чем она есть на самом
деле.
Джессика намекнула на то, что когда-то давно Инид общалась с компанией
ребят, по которым тосковала тюрьма. Но это все было в прошлом, и Инид вовсе
не собиралась возвращаться к такой жизни.
— Чтоб ты знала, Джессика, Инид Роллинз прекрасный и благородный
человек, — заступилась Элизабет за свою лучшую подругу. — А потом,
ты, кажется, пришла сюда вовсе не затем, чтобы обсуждать Инид, а поговорить
о Бетси.
— Да, о Бетси. О Бетси и о нашем брате.
— А причем здесь Стивен? — удивилась Элизабет.
Джессика вскочила с кровати и принялась расхаживать по комнате.
— Лиз, это все так ужасно! — воскликнула она. — Ты просто не
поверишь, что я нашла у нее в комнате.
Элизабет взяла Джессику за плечи:
— Интересно, а что ты делала у нее в комнате?
Джессика вырвалась из рук сестры, опустила глаза и стала внимательно
разглядывать свои ногти. Она никак не ожидала, что ей придется объяснять
Элизабет, как она оказалась в комнате, где поселилась Бетси.
— Слушай, Лиз, — переменила тему разговора Джессика. — Тебе
нравится мой новый лак для ногтей? Или он слишком оранжевый?
— Если ты думаешь так легко уйти от ответа на мой вопрос, —
холодно сказала Элизабет, — моя младшая сестренка, то глубоко
ошибаешься.
Элизабет была старше своей сестры всего на четыре минуты, но ей иногда
казалось, что она старше по меньшей мере на четыре года.
Элизабет пристальным взглядом посмотрела на Джессику.
— Лиз, ты знаешь, я ненавижу, когда ты на меня так смотришь, —
раздраженно заметила Джессика. — Если тебе так хочется знать, —
Джессика заложила руки за спину, — было просто интересно взглянуть на
ее рисунки, которые вы со Стивеном так расхваливаете. Кто бы мог подумать,
что
Мисс Шлюха года
могла оказаться прямо Леонардо да Винчи.
Элизабет нахмурилась, представив, что кто-то роется в ее рукописях. Во
избежание этого она держала их в закрытых на ключ ящиках стола.
— А кто дал тебе право совать нос в ее вещи? И потом, я не понимаю,
какое это может иметь отношение к Стивену.
— Лиз, ты ведь видела ее рисунки, правда? — спросила Джессика.
Элизабет кивнула.
— И ты не станешь спорить, что она рисует только те вещи, которые очень
любит. Помнишь, портреты Трисии, кошку с котятами. А портрет женщины? На что
угодно могу поспорить, что это ее мать. Как две капли воды похожа на Трисию
и Бетси.
Элизабет опять задумчиво кивнула:
— Да, Бетси мне сама рассказывала, что рисует только то, что для нее
очень дорого. Но я не понимаю, Джес, к чему ты клонишь? — В голосе
Элизабет послышалось раздражение. — Тебе что, доставляет удовольствие
говорить загадками? Ты пришла и сказала, что у тебя что-то срочное. Так
говори прямо. Мне совсем не хочется, чтобы Тодд меня ждал.
— Что ж, хорошо, старшая сестренка, — ответила Джессика. —
Там был еще один рисунок, который Бетси, наверняка, тебе не показывала. И
нарисован он был с такой же тщательностью и любовью, как остальные. —
Джессика выдержала театральную паузу. — И это был портрет нашего брата!
Джессика громко захлопнула свой шкафчик.
— Первый прокол, — доложила она Каре Уокер.
Кара сочувственно покачала головой. Ее темные волосы колыхнулись из стороны
в сторону.
— Значит, план Лилы не удался?
— Спрашиваешь, — с раздражением ответила Джессика. — Не
удивлюсь, если узнаю, что, предлагая свой дурацкий план, Лила заранее знала,
что он не сработает. Она только будет злорадствовать, если мне и дальше
придется жить с Бетси в одном доме.
Просто не могу представить, как можно
жить в богадельне с такими отбросами общества
, — Джессика так удачно
передразнила голос и жесты Лилы, что Кара захихикала:
— Прямо настоящая Лила.
Девушки пошли по холлу к шкафчику Кары.
— Так ты ничего не нашла? — еще раз спросила Кара, открывая замок
с секретом.
— Ничего. А вчера, представляешь, Лиз заявляет мне, что с тех пор как
умерла Трисия, Бетси совсем изменилась. Но я-то знаю, что такая девица, как
она, долго не продержится, — зло сказала Джессика. — А когда опять
примется за старое, то уж тогда против нее будет вся наша семья.
Кара спрятала учебники в шкафчик, и они с Джессикой направились в столовую.
— Кара, а помнишь, как Бетси угодила в полицию за кражу в магазине, и
Трисии пришлось на время бросить занятия, чтобы заработать денег и заплатить
за нее штраф?
— Помню ли я? Рассказать тебе эту историю? Ведь я жила тогда в
общежитии в одной комнате с Трисией. В тот день пришел наш куратор и принес
уведомление об ее аресте и...
— Да знаю я все, — перебила ее Джессика. — А вдруг с Бетси
снова случится что-то подобное, ей кроме нас не к кому обратиться. Можешь
себе представить, как в один прекрасный день посреди урока я получаю такое
же уведомление?
Кара остановилась у фонтанчика с водой и медленно, с наслаждением напилась,
затем вытерла губы тыльной стороной ладони и сказала:
— Мне кажется, Джес, ты не о том беспокоишься. Беспокоиться нужно за
Стивена.
Джессика насторожилась. Откуда могла Кара узнать о том, что Бетси влюблена в
Стивена? Ведь очень важно, чтобы об этом никто не догадался.
Достаточно того, что раньше Стивен повсюду ходил с одной Мартин. А о том,
что теперь он станет общаться с Бетси, было просто страшно подумать. И уж
тем более это обсуждать. Джессика тоже попила воды и повернулась к подруге:
— Слушай, я тебя не о Стивене спрашиваю, но если уж ты заговорила, то с
какой стати мне за него беспокоиться?
— Ну что ты, Джес. Заводишься с пол-оборота. Да все говорят, что Бетси
и твой брат все свободное время проводят вместе. Только сегодня Кэролайн
Пирс в спортзале рассказывала, что видела их вдвоем вчера вечером в
кинотеатре
Уэллей
.
Джессика провела ладонью по ряду шкафчиков, мимо которых они проходили. Черт
побери эту Кэролайн Пирс. С виду важная и строгая, а язык, как у змеи.
— Слушай, Кара, ты же знаешь, что Кэролайн может наплести с три короба.
Абсолютно невинные истории в ее устах звучат более захватывающе и
правдоподобно, чем в фильмах Бо Дерека.
Кара сделала удивленное лицо:
— Абсолютно невинные? Да Кэролайн говорила, что Бетси чуть ли не висела
на нем.
— Ради бога, Кара. Я же только что сказала о способностях Кэролайн
распускать слухи. Наверняка Стивен просто открыл перед Бетси дверь или что-
то в этом духе. И потом, тебе лучше других должно быть известн
...Закладка в соц.сетях
