Жанр: Любовные романы
Полюбить никогда не поздно
...орин встревожилась не на
шутку.
— Дорогая Корин, теперь мне известно все о твоем замужестве, — как
ни в чем не бывало продолжал Тед.
— Неужели? — Корин натянуто улыбнулась.
— Генри нам все рассказал. Лицо Корин превратилось в маску — что он
знает?
— Ну и что же такого потрясающего сообщил он вам? Ты, конечно, каждому
слову поверил, так?
— Почему бы и нет? А что ты так волнуешься?
Корин молча отвернулась, выглянула наружу — гроза разыгралась не на шутку,
дождь лил как из ведра.
— Придется переждать грозу здесь. — Тед сдвинул шляпу на затылок,
взглянул на стожок сена... Только этого нам не хватало! Господи! Да где же
мои сигареты? Не иначе, Сэнди вытащила! Вот черт! Сестрица перешла к
решительным действиям — поняла, что уговоры не помогут. —
Дьявольщина! — рявкнул он в сердцах.
Корин вскинула на него огромные испуганные глаза.
— Немедленно прекрати меня бояться! И не делай вид, что я на тебя
кричу! Чего ты на меня таращишься? Я что, колочу тебя? Да или нет? Отвечай!
Да я в жизни не поднял руку ни на одну женщину! Ну, бывает — вспылю немного.
А что тут особенного? Заруби на носу — настоящий мужчина должен временами
пошуметь немного! А то какой же он мужик? Но это вовсе не значит, что я
собираюсь тебя обидеть, поверь, милая моя!
Корин онемела от изумления — неслыханно! Тед назвал ее своей милой!
А Тед в упор разглядывал ее — чему она так обрадовалась? Он не придал
сказанному особого значения — так, с языка сорвалось. Господи, как же она
похудела, изменилась!
— Слушай, Корри, по-моему, тебе необходимо подремонтироваться, эти
ужасные два года подорвали твое здоровье, подумай хорошенько, займись собой!
— Нет, сейчас мне не до этого... — Она глубоко вздохнула, задумалась,
глядя на дождь, потом сказала: — Я все прекрасно понимаю, Тед, ты хочешь,
чтобы я уехала. Но почему ты против того, чтобы я поехала с Сандрой в
Викторию? Вот этого я никак не пойму!
Тед нахмурился:
— С чего ты взяла, что я против?
— Твоя сестра сказала, что ты под разными предлогами не даешь мне
переехать в ее квартиру.
— Это не предлоги. Разумные, веские причины.
У Корин задрожали губы.
— Да пойми ты, дурочка, зачем тебе сидеть целыми днями в пустой
квартире? Сэнди на работе, а здесь то я, то миссис Бэрд заглянем к тебе —
вот ты и не чувствуешь себя одинокой.
— У тебя и без меня забот хватает, Тед. Ты не обязан нянчиться со мной.
— Нет, мое дело заботиться о тебе. Ведь мне доверена опека над твоими
деньгами.
— Ох, да не нужны мне его деньги. Никогда не были нужны.
— Но они принадлежат тебе по праву, придет время — и я их тебе вручу.
Подняв голову, Корин посмотрела на Теда. И снова он поразился чему-то новому
в ней, она точно изменилась: глаза блестят, на щеках — румянец. Может, мне
все-таки удастся вернуть ей радость жизни? — с надеждой подумал Реган.
— Что ж, Тед, сдаюсь, тебя не переспоришь. Но дай только срок: наберусь
сил, найду работу — и поминай как звали!
Господи, именно этого он боялся больше всего на свете!
Тем временем дождь начал стихать, еще падали редкие капли, но уже проглянуло
солнышко. Корин выскочила из-под навеса и со всех ног пустилась к дому.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Вот это выраженьица! И ведь прекрасно знает, что мы его
слышим! — Сэнди была разгневана не на шутку.
Корин выглянула из окна — возле гаража Тед возился со старым грузовиком,
пытаясь привести его в порядок с помощью двух работников. Внезапно один из
них швырнул на землю гаечный ключ и, ругнувшись сквозь зубы, зашагал прочь.
— Хокинс, или ты немедленно вернешься, или можешь искать себе другое
место! — крикнул разъяренный Тед.
— Да уж не волнуйтесь, найду! И получше, чем в этой вашей дыре!
— Скатертью дорожка! — крикнул вдогонку второй.
— Чарли! Да ты никак хочешь вылететь вслед за ним? — Тед злобно
ухмыльнулся.
Чарли, пряча глаза, поднял с земли гаечный ключ, подал его Хозяину, и оба
склонились над мотором.
Корин поежилась. Как же она ненавидит выяснения отношений, скандалы! Ну и
характерец у Теда! Бочка с порохом! Н-да, человека по-настоящему узнаешь
только в родных стенах, а так попробуй, узнай — в обществе любой
застегнут
на все пуговицы
.
Она бросила взгляд на подругу. Обе были до того ошарашены, что забыли о том,
что пора накрывать стол к ужину.
— Ушам своим не верю! Но знаешь, дорогая, — тон Сэнди внезапно
стал вкрадчивым, как у кошечки, — мой братец не то что Барри. Он —
другого поля ягода. Вообще-то его нелегко вывести из себя, и уж поверь — он
никогда и ни за что не поднимет руку на женщину!
— Чего ж он сейчас так разбушевался? — проворчала Корин.
— Да ты не подумай плохого! — продолжала ворковать Сэнди. —
Вообще-то он очень мягкий человек, просто отлично умеет скрывать, что у него
на душе. Ты не представляешь, до чего он раним.
— Мягкий? Ранимый? — Корин расхохоталась. Да его ничем не
прошибешь! Сэнди громыхнула тарелками.
— И тем не менее он тебе нравится, — промурлыкала она.
Корин вспыхнула. Набрав воздуху, собралась было ринуться в атаку, но вовремя
прикусила язык — Сэнди, ухмыляясь, смотрела на нее во все глаза.
Что? Разве
не так?
— говорил ее взгляд.
— Ну, допустим, что так, — тихо проговорила Корин, — но на
месте Теда оказался Барри. Ну, скажу я тебе, и ревновал же он меня к Теду! С
ума сходил от ревности. А я в конце концов поняла, что никогда не смогу
полюбить его по-настоящему — он просто зверел, стоило ему услышать имя Теда!
Она обернулась на звук шагов. В дверях стоял Тед. Будто из-под земли вырос.
Заметив на его лице странное замешательство, Корин неловко повернулась, чуть
не свалив пакет с мукой. Подхватила, да так и застыла, прижав пакет к груди.
Тед быстро справился с собой. Как всегда.
— Страдалица ты наша, великомученица! Ox! — пропел Тед.
На! Получай! И Корин запустила пакетом с мукой в Теда. Секунда — и Тед стал
похож на Деда Мороза. Волосы, брови, одежда — все белое.
— Получил по заслугам! — изрекла довольная Сэнди. — Ну и вид
у тебя! Умора! А ты, Корри, молодец! Напрасно Генри говорил, что ты
неуклюжая.
Тед сверкнул глазами на сестру, перевел взгляд на Корин. Сама себе не рада.
В глазах — страх. Боится, что сейчас взовьюсь, как Барри, и влеплю ей
затрещину, мелькнула у Теда мысль.
— Да ладно, не бойся, не трону, — медленно проговорил он, —
так ты говоришь, что терпеть не можешь насилия? Ну и где же твоя хваленая
выдержка? А? Молчишь? Эх ты! — Усмехнувшись, он повернулся и ушел,
оставляя за собой белые следы.
Со двора послышался удивленный возглас и гомерический хохот, заглушаемый
проклятиями Теда: он попался на глаза Чарли.
Господи! И что я, глупая, наделала! — смешалась Корин, и слезы градом
хлынули из глаз.
— Не плачь, успокойся, дорогая! Подумаешь — проучила немного, так ему и
надо! — Сэнди весело смеялась — вся эта история казалась ей просто
забавной.
Тед, чистенький и сверкающий, как новая монетка, спустился к ужину. Молча
посмотрел на обеих женщин, сел, принялся за еду. Слава Богу! У Корин отлегло
от сердца. Как хорошо — уютно, по-домашнему. С Барри было иначе — они редко
делили трапезу, разве только в медовый месяц. А потом все пошло наперекосяк,
и ей ничего не оставалось, как, быстро перекусив, поскорей уединяться —
романтика медового месяца кончилась, мечты о счастье оказались бреднями
глупой девчонки.
Покончив с едой, Тед взял чашку кофе и, по-прежнему ни слова не говоря, ушел
к себе.
— Разбит наголову, — подытожила Сэнди, — заметь — к торту не
притронулся. Почему бы тебе не отнести ему? Заодно помиритесь, а?
— И не подумаю.
— Ладно, хватит дуться, — Сэнди улыбнулась, — иди, иди, все
будет хорошо?
Ни слова не говоря, Корин взяла блюдо и отправилась наверх. Тихо постучав,
открыла дверь. Тед сидел за дубовым письменным столом, уставившись взглядом
в стенку.
— Тед, — окликнула его Корин, — отведаешь торта?
Тед быстро взглянул на нее:
— Фокусы моей сестрицы? Она тебя прислала? — Он рассмеялся. —
Что, угадал? Сама бы ты ни за что не пришла, верно?
Корин с невозмутимым видом поставила блюдо на стол — думай что хочешь!
— Послушай, Корри, ну не сердись! У меня и в мыслях не было обидеть
тебя. И вообще, ты лучшая девушка нашего городка, всего штата, да нет, чего
там — всех штатов! Ну прости, бывает — сначала сказал, потом подумал.
— Да и я пересолила, извини меня, Тед. Я знаю — ты не хотел обидеть
меня. А я, признаться, перепугалась. Думала — ка-ак развернется, ка-ак
врежет! — Корин лукаво посмотрела на Теда.
— Ну, знаешь, я не из тех, кто чувствует себя настоящим мужчиной,
унижая женщину. Поцелуешь меня в знак примирения? — (Корин смущенно
потупила глаза.) — Ну-ну, не тушуйся, что тут такого? Просто хотел
поцеловать тебя на ночь. Неужели ты по-прежнему боишься меня?
— Я приняла решение держаться подальше от мужчин.
— Понятное дело, сейчас у тебя и не может быть других мыслей, но ведь
это не будет длиться вечно! А знаешь, Корри, из тебя получилась бы хорошая
мать... Помнишь Мэри Гиббс? Она как-то заглянула в ваш магазинчик со своим
малышом. А ты подошла, взяла ее малыша на руки... Лицо у тебя стало такое
ласковое, просветленное...
— Как? Разве ты видел меня? Тед посмотрел ей в глаза.
— Признаюсь, я никогда не терял тебя из виду. Ты что, до сих пор не
поняла, глупенькая? Ты подчас даже не замечала, что я рядом, незаметно
любуюсь тобой. — Корин слушала, затаив дыхание.
— Просто я старше тебя, меня мучает мысль о разнице в возрасте.
— Не думай об этом, Тед! Какое это имеет значение?
— Ты и вообразить не можешь, каким кошмаром станет в конце концов эта
самая разница.
— Что толку рассуждать об этом, Тед? Признаюсь: ненависти я к тебе не
испытываю, но и любви тоже. Ты уже убедился в этом. А потом, если честно —
разве я что-то значу для тебя? Поэтому не волнуйся, Тед, ты свободен,
слышишь — абсолютно свободен. Вряд ли я смогу испытывать к тебе прежние
чувства, более того — мне кажется, я уже никогда никого не смогу полюбить.
Корин повернулась и направилась к двери. Но не успела она и глазом моргнуть,
как Тед вскочил, рванулся к двери, захлопнул ее. Схватив Корин за плечи,
повернул лицом к себе.
— А я-то, дурак, поверил — жизнь начинается снова! — зло блестя
глазами, вскричал он. — Ну, знаешь, я не святой! — И,
наклонившись, он поцеловал Корин прямо в губы! — Поверь, Корин, —
начнется новая жизнь, она будет светла и прекрасна. Я не стану удерживать
тебя силой, к чему мне это? Но только не отталкивай меня, пожалуйста.
Он — ее судьба. А от судьбы разве уйдешь? И вновь она почувствовала
прикосновение его губ, сладостное, как напиток богов. Как беззаветно любила
она его когда-то! Внезапно ожили, властно заявили о себе воспоминания.
Поцелуй их длился короткие секунды, а Корин казалось — целую вечность.
— Каким счастливым мог быть наш союз! — с горечью воскликнул
Тед. — Но поверь, милая Корин, — продолжал он, — все только
начинается, у нас впереди столько радости!
— Не мучай меня, Тед, — прошептала Корин.
— Разве я тебя мучаю, милая ты моя?
— Да вспомни, что ты говорил Барри. Он извел меня разговорами о тебе.
Ты, дескать, только поиграл со мной. Глупая девчонка, развесила уши,
посмотри на себя! Детская ручка — журавлиная ножка!
— Корин, прошу тебя. — Тед зажмурился. — Он лгал!
— Нет, увы! Это правда. Ты и сам говорил мне такое, что страшно
вспомнить! А вечер танцев? Неужто забыл?
— Ну, кто старое помянет... — сникнув, произнес Тед.
Корин печально усмехнулась:
— Да-а, нелегко разобраться, концов не найдешь... Да ладно, Тед. Ты
только подумай — сколько воды утекло с тех пор! Что скрывать — у тебя теперь
новые интересы... Ты же не станешь отрицать — мне это известно не хуже, чем
тебе самому.
Не успел Тед сообразить, о чем это она, как Корин и след простыл.
Лилиан! — хлопнул себя Тед по лбу. Черт! Приспичило же тащить ее сюда!
Болван я, болван! — ругал себя Тед. Своими руками все испортил! Как
сделать, чтобы Корин поверила, что все уже изменилось? При чем тут Лилиан?
Да ему до нее дела нет! В отчаянии Тед все шагал и шагал по кабинету.
Если Корин и выходила теперь из дому, то только ради Звездочки. Инструктор
начал занятия, объезжая лошадку на специальном треке. Корин нравилось
наблюдать за грациозным животным. Как хорошо! Никто не допекает, не пристает
с расспросами. Шли дни, она оживала, приходила в себя — на щеках играл
румянец, взгляд уже не был безнадежно-грустным, она поправилась, загорела.
Как-то раз солнечным днем она сидела возле трека, наблюдая за тренировкой.
Кто-то подошел и встал рядом. Корин сердцем почувствовала — Тед!
— Припекает, не стоит задерживаться здесь. — Обняв за талию, он
ловко поставил ее на землю. — Оп-ля!
— Тед, хватит дурачиться, перестань! Мне так хорошо здесь... О! Что это
с тобой? — Свежая повязка на руке, сквозь бинт проступает кровь.
— Да ничего особенного, померился силами с быком, только и
всего, — усмехнулся Тед.
Корин легонько коснулась кончиками пальцев его руки.
— Больно? Пойдем, я наложу повязку как следует.
Она потащила его в дом.
На кухне Корин осторожно размотала бинт, попыталась осмотреть рану — кровь
обильно сочилась. Действуя с удивительным хладнокровием, она обмыла рану.
— Похоже, дело серьезное, надо ехать к врачу, придется накладывать швы.
— Брось, Корин, не впервой, вот еще!
— Нет, и не думай возражать, я немедленно везу тебя к врачу! Не спорь!
Будешь сопротивляться — вызову
скорую
, — пригрозила она.
— Еще чего! Поехали уж лучше к врачу, если ты настаиваешь!
В душе Тед радовался, что она хлопочет, заботится о нем. Он исподтишка
любовался ею: деловая, энергичная, расторопная. Слава Богу, он снова видит
прежнюю Корин!
— Вот, держи ключи от грузовика. Справишься?
— Справлюсь, — буркнула Корин, подводя его к большому, сверкающему
на солнце белой и красной красками грузовику, — не волнуйся! В конюшню
не врежусь, в кювет не свалюсь.
Тед усмехнулся:
— О'кей.
Хватает сил улыбаться, надо же! Корин помогла ему поудобнее устроиться, села
за руль.
— Указывай направление, и кстати — как зовут врача?
Всю дорогу она молча гнала машину, поглядывая временами на набухшее от крови
полотенце. Тед был спокоен. Вот и хорошо! Хватит того, что я волнуюсь за
двоих! — решила Корин.
Наконец-то! Показалась больница. Они вошли, Корин подбежала к регистратуре.
— Тед Реган, травма руки! — выпалила она и только потом заметила,
что медсестра улыбается Теду как старому знакомому. Срочно вызвали врача.
— Вы — доктор Лу Блейкли? — спросила Корин.
— Да, меня зовут Луиза Блейкли, — улыбнулась стройная
блондинка. — Что произошло, Тед? — обратилась она к Теду.
— Разъяренный бык. Если бы не Корин, не приехал бы ни за что.
— Она молодец, рана серьезная, придется накладывать швы. Давно тебе
вводили противостолбнячную сыворотку?
— Да вроде год назад.
— Придется повторить. Бетти! — Подошла медсестра.
— Наложите жгут и принесите, пожалуйста, йод, кетгут,
противостолбнячную сыворотку, пенициллин и витамин B12. А я пойду взгляну,
как там мистер Бейли из третьей палаты. Я сейчас вернусь. — И врач
вышла в коридор.
— Корри, дорогая, выйди на минутку! Э! Да ты что? Никак плачешь? Брось,
вот увидишь, все будет хорошо! Просто у тебя нервишки разгулялись! —
Тед прижал ее голову к своей груди.
Вошли врач с медсестрой и предложили Корин подождать в коридоре.
— Не волнуйтесь! Тед — парень стойкий! — Врач ободряюще улыбнулась
Корин.
Все уже было позади, и медсестра вышла в коридор.
— Как давно вы женаты? — Медсестра бросила взгляд на обручальное
кольцо Корин.
— Ммм...
— Не очень давно. — Тед, улыбаясь, подошел к Корин и обнял ее за
плечи. Пойдем, крошка, тебе пора домой! Спасибо за все, Бетти!
— На доброе здоровье, мистер Реган. На улице Корин недовольно буркнула,
не глядя на Теда:
— Ну ты юморист! Чего ради ты сказал ей, что мы — муж и жена?
— Объяснять — только время тратить, разве тебя волнует, что подумает
Бетти? Может статься, ты ее никогда больше не увидишь. — Помедлив, Тед
холодно спросил: — А кстати, почему ты до сих пор носишь обручальное кольцо?
Память о Барри?
Корин покрутила кольцо на пальце.
— Думала, сниму — и ты опять начнешь упрекать меня, ругать, укорять.
Тед яростно схватил ее за руку и так быстро сорвал кольцо, что Корин
вскрикнула от боли. Размахнулся и отшвырнул его далеко-далеко.
— Ты что, с ума сошел? — Корин испуганно смотрела на Теда.
Он нагнулся и жадно поцеловал ее в губы.
— Отвези меня скорей домой!
Они забрались в машину. К прошлому возврата нет, да она и не жалеет об этом.
Пусть уж символ ее замужества останется здесь. Будущее будет добрым и
надежным, она вступает в него с открытыми глазами.
Задумчивая, погруженная в свои мысли, она вела машину обратно, домой.
Узнав о происшествии, Сэнди накинулась на брата:
— Тоже мне! Все должны спасать его от смерти! Я — от рака легких. Да!
Чего ты уставился? Прячу сигареты, пепельницу... Слава Богу, что Корин была
здесь! Ты что, захотел истечь кровью? Потрясающее легкомыслие!
Тед поднял на Корин холодные глаза.
— Да, слава Богу, что ты здесь. — Сэнди отложила вилку, сидела,
отхлебывая чай маленькими глоточками.
— Тед, ты присмотрел квартиру? — Опустив глаза в тарелку, Тед принялся ковырять бифштекс.
— Я чертовски занят, Сэнди. Вот управлюсь с делами... — (Сэнди
незаметно подмигнула Корин.) — Да и Корри здесь хорошо, — продолжал
Тед, — по крайней мере ни в чем не нуждается.
— Но мне намного лучше, боли прошли, головокружения тоже.
— А я считаю, что тебе нужен покой — ты пережила тяжелый шок, нервишки
у тебя, моя дорогая, еще не в порядке.
— Что ж, брат прав, — вмешалась Сэнди, — ну чем тебе здесь
плохо, а?
— Сдаюсь! Сознаюсь — не могу оставить Звездочку. Я буду так скучать по
ней.
Все облегченно вздохнули.
— Решено! Ты остаешься! — довольно заявил Тед.
— Да, пока остаюсь. Спасибо тебе за все, Тед, спасибо тебе, Сэнди, но,
честно говоря, я уверена, что уже скоро смогу заняться поисками
работы, — медленно добавила Корин.
Тед отодвинул тарелку.
— Скажи на милость, почему ты не можешь жить и работать здесь?
— Да как я могу жить у вас? На каком основании? Я же не член семьи. Для
вас я — нахлебник, да, да! Пока мне не исполнится двадцать пять. Вы вовсе не
обязаны...
— Я прекрасно знаю, что я обязан делать, а что не обязан. Нечего учить
меня! А ты представляешь, что это такое — вкалывать по восемь часов в день?
Поверь, сейчас ты ни за что не сможешь напряженно работать. И потом, у нас
ты живешь — уж извини за откровенность — как у Христа за пазухой. А ты
знаешь, сколько надо платить за квартиру, ну хотя бы здесь, в
Джекобсвилле? — (Корин сидела, обхватив голову руками.) — То-то же! В
моем доме всем места хватит. Оставайся! И Сэнди — твоя лучшая подруга —
тоже, здесь.
— Не хочу быть пятым колесом в телеге...
— Все! Решено! Ты остаешься! — И Тед, чуть заметно улыбаясь, снова
принялся за еду.
Тренировал Звездочку опытнейший тренер — он всю жизнь проработал с
породистыми лошадьми. У него был сын, Барни. Барни приезжал к отцу по
выходным. Покладистый, добрый паренек. Ученостью не отличался, да оно и
лучше — никто не смог бы упрекнуть его в занудстве. Очень скоро он положил
глаз на Корин. Да и Корин нравился дружелюбный молодой человек; они быстро
подружились и часто, когда Барни приезжал к отцу, подолгу беседовали. Тед
мгновенно заметил новую опасность — ну вот, теперь появился Барни! Черт бы
этого Барни побрал, злился он и решил: надо немедленно пресечь эту дружбу!
Вскоре Барни пропал, как в воду канул, к отцу больше не являлся. Что
случилось? — поинтересовалась Корин у его отца и услышала в ответ:
мистер Реган помог Барни найти хорошую работу, сын вне себя от радости.
Корин прикусила губу: ясно, чем вызвана благотворительность Теда — или
приревновал ее, или опять решил досадить, испортить настроение. Разузнать
осторожненько? Она отправилась искать Теда. Остановилась, услышав его голос,
доносившийся из кабинета. Тихонько приоткрыла дверь — Тед разговаривал по
телефону. Нет, не просто разговаривал — распекал очередную жертву. Корин
повернулась, чтобы уйти, но он жестом поманил ее. Ругнувшись, бросил трубку,
не дослушав ответ.
— Ну? — буркнул он, и Корин замерла, увидев гнев и ярость в его
взгляде.
— Что тебе надо?
Тед сдерживался из последних сил, но внутри все кипело от гнева: простак, он
счел, что снискал наконец расположение Корин — и вдруг такой удар. Сначала
он вынужден терпеть обручальное кольцо — напоминание о Барри, — потом
появляется этот щенок Барни! Гордость ущемлена, надежды разбиты...
— Отец Барни сказал, что ты устроил его сына на работу в
Виктории, — промямлила Корин.
Дудки! Он и виду не подаст, что уязвлен. Тед в непринужденной позе откинулся
на спинку вращающегося кресла.
— Ну и что из того? — спросил он с непроницаемым видом, незаметно
поглядевшись в дверцу шкафа: все нормально, вид отличный, серебристая седина
отливает металлическим блеском под светом неоновой лампы. Барни! Дался ей
этот Барни! Хотя... в принципе у него и поводов-то для подозрений нет.
— Ну давай, давай, выкладывай!
— Что выкладывать? — изумленно Воскликнула Корин.
— Ну как же! Почему ты не спрашиваешь:
Тед, ведь ты как пить дать просто сплавил бедолагу в Викторию? Тебя это
интересует? Отвечай!
— А это и в самом деле так?
Спокойствие, Тед! — приказал он себе. Окинул Корин быстрым,
внимательным взглядом — похорошела, определенно похорошела! Кофточка из
розового ириса обрисовывает соблазнительную грудь, джинсы ловко обтягивают
круглую попку. Правильно я сделал, что отправил паразита подальше! С глаз
долой — из сердца вон! Постараюсь, чтобы она забыла о нем и думать!
— Извини, что ты сказала? — Черт с ним, с этим Барни, мысли его
потекли совсем я другом направлении.
— Говорю, правда ли, что ты избавился от него, потому что мы с Барни
иногда проводили время вместе?
Ну что за упрямство!
— Если честно, то да! — Он метнул взгляд на Корин.
— Ну-у, — протянула Корин, — теперь мне все ясно!
— Что тебе ясно? Я нанимал на работу отца, а вовсе не сына, заметь!
— Нечего оправдываться. До чего же мне не везет! Ну почему, объясни?
Все, что мне нравится, — плохо. Барри как-то раз пристрелил собаку
только потому, что я ее погладила. А вот еще раз...
Но Тед не дал ей договорить. Опрокинув кресло, вскочил и, мертвой хваткой
вцепившись в ее плечо, встряхнул так, что Корин вскрикнула.
— Да, но парень, во-первых, не собака, а во-вторых, я и
...Закладка в соц.сетях
