Жанр: Любовные романы
Нить судьбы
... добавила
старуха и, передав Уайту фартук побольше, удалилась к своему дремавшему
супругу.
Камбуз освещался тремя яркими лампочками, вмонтированными в потолок. Кроме
того, имелся еще небольшой иллюминатор. Выглянув в него, Мелани увидела
внизу десятка два человек, собравшихся вокруг яхты, многих из которых она
узнала, потому что видела их в своей парикмахерской: Некоторые, вооружившись
фотоаппаратами, делали снимки.
Скорее всего, у меня ничего не получится, решила вдруг Мелани. Задернув
шторы, она повернулась к Даррелу.
— Наша популярность растет не по дням, а по часам.
Уайт отодвинул край шторы и выглянул наружу.
— Не удивлюсь, если какой-нибудь нетерпеливый парень запрыгнет на
палубу и начнет снимать через иллюминаторы. Особенно интересное зрелище
будет в душевой кабинке!
— Даррел, что это ты говоришь!
— А что? — усмехнулся он. — Я бы на их месте не упустил такой
возможности. Знаешь, каким я был в молодости?..
Он шагнул ближе, и Мелани испугалась, подумав, что он хочет поцеловать ее.
Но, вопреки здравому смыслу, взгляд ее скользнул по его лицу и в ее глазах
мелькнуло восхищение. Уайт был великолепен: резкие черты лица, широкие
плечи, под рукавами хлопковой рубашки угадывались мощные бицепсы. Его
кобальтовые глаза глядели на нее с доброй усмешкой и, казалось, постоянно
подсмеивались. Но сейчас во взгляде Даррела не было ни смешинки. Лишь
обжигающий огонь, который, обжигая, медленно растекался по ее венам.
Нестерпимое желание прильнуть к нему вдруг охватило ее с такой силой, что
она вздрогнула. А что, если...
Что, если он поцелует ее? Но неужели это так плохо?
Прошедший день принес ей массу смешанных ощущений. Эх, в отчаянии думала
она, если бы выйти наружу хотя бы на несколько минут! Развеяться, выбросить
из головы образ стоящего рядом мужчины. Если, конечно, это возможно.
Даррел с любопытством взглянул на нее, потом шагнул к раковине.
— Так, значит, ты считаешь, что я какой-то особенный?
— Нет, я хотела сказать, что ты... не совсем обычный, — ответила
Мелани, придав голосу прежний насмешливо-саркастический тон, всегда
скрывавший ее истинные чувства. Она подождала, пока он закончит мытье
посуды, потом ополоснула руки, не замечая насмешки в его глазах.
— Жаль, — сказал он. — Я ждал большего для себя комплимента.
А вот тебя я всегда считал неординарной личностью, однозначно выделяющейся
на общем фоне.
— Послушай, Даррел, нас ждет работа, — нетерпеливо прервала его
Мелани.
Нет, ей надо думать не о нем, а о том, чтобы выиграть
Эллиану
. И лучше
побыстрее забыть о поцелуе...
— Ах да, ужин! — прищурился Даррел. — Думаешь, нам удастся
состряпать что-то, что произведет впечатление на остальных?
— Будь мы поумней, то подсыпали бы в еду мышьяка, — усмехнувшись,
ответила Мелани.
— Выше голову! — Даррел достал из холодильника цыплят в целлофане
и выложил их в раковину. — Сомневаюсь, чтобы эти люди продержались еще
хотя бы неделю.
Мелани так громко хлопнула ладонью по стойке, что привлекла несколько
раздраженных взглядов со стороны сидящих в кают-компании.
— У меня совсем мало времени! — сквозь зубы проговорила
она. — Да нет! — ее глаза вспыхнули. — У меня вообще его
нет...
— Тогда почему же ты до сих пор здесь? — удивился Уайт. —
Почему прямиком не отправишься к своей цели — туда, куда ты стремишься всей
душой?
— Я дала обещание. И эта яхта поможет мне его сдержать. Это слишком
важно. — Она достала луковицу и принялась резать.
— Мелани, если ты расстроена из-за того, что пропускаешь отпуск...
Она круто повернулась, держа в руках разделочный нож. Даррел недоверчиво
покосился на внушительный инструмент.
— Ты думаешь, я этим озабочена? — Краем глаза она увидела, что
привлекла всеобщее внимание. — Ты ошибаешься.
— Тогда расскажи мне правду.
То есть довериться ему? Ненадолго задумавшись, Мелани вновь вернулась к
луковице.
— Это слишком личное. Не могу.
— Что ж, замечательно. — По тону его голоса она поняла, что он
заинтригован.
Она положила нож на разделочную доску и вздохнула.
— Прости, мне не хочется говорить на эту тему. Не здесь...
Даррел начал разворачивать целлофановую упаковку.
— Ты не хочешь, чтобы нас подслушали, не так ли?
— Да. Я с ума сойду, если проведу в этом гадючнике еще один день.
— Понимаю, куда ты клонишь. — Даррел налил масла на дно
сковородки. Разрезав тушки цыплят, он начал аккуратно укладывать
кусочки. — Как жаль, что мы не можем ускорить процесс отсева
конкурентов...
— Не говори! — с тоской отозвалась Мелани, посыпав луком кусочки
курицы. Глаза у нее сделались красными от слез. — Может быть, мне не
место здесь. Надо уйти и забыть о состязании.
— Знаешь... — начал было Даррел, но осекся на полуслове. Он
подмигнул ей и ополоснул руки в мойке.
— Что? — спросила Мелани, посыпав курицу специями.
— У меня в голове вертится один неплохой план, — вкрадчиво и едва
слышно проговорил он.
— План? — скептически переспросила Мелани. Нагнувшись, Даррел
прошептал ей на ухо:
— Я имею в виду план наших совместных действий, чтобы заставить
остальных покинуть кают-компанию и все каюты нашей замечательной
яхты. — Он понизил голос и под звон ложек и ножей добавил: — Предлагаю
тебе на некоторое время стать одной командой...
— Чтобы вынудить остальных сдаться?!
— А потом, когда нас останется двое, мы, думаю, решим, кому достанется
главный приз.
Мелани прикусила губу. Вступить с ним в союз? — думала она. Довериться
Даррелу Уайту?
Тем не менее он ее единственный союзник. Во всяком случае он помог ей стать
участницей состязания, хотя она опоздала к месту сбора. Мелани бросила
взгляд в сторону кают-компании, где сидели соперники. У каждого имеются свои
причины обзавестись яхтой...
Мелани оглянулась на Даррела, который выкладывал на сковородку с курицей
консервированные шампиньоны из жестяной банки. Им, похоже, удастся
приготовить вкусное и довольно изысканное блюдо. Факт сам по себе
малопримечательный, но он дает лучик надежды, что совместные действия
приведут их к успеху.
А что ей, собственно, терять? Если предстоит застрять здесь еще на неделю
без каких-либо шансов на победу, то она использует свои сбережения и улетит
во Флориду на самолете. Те несколько дней, которые ей удастся провести возле
отца, скорее всего, пройдут в пропитанном антисептиками помещении, где он
будет проходить курс химиотерапии. Но это все же лучше, чем ничего. Потом
придется возвращаться домой и без особой надежды ждать, что произойдет чудо
и что отец поправится. Жить во Флориде ей не на что. Устроиться там на
работу? На это нет ни малейшего шанса.
А если удастся выиграть яхту, то, взяв с собой подругу Линн и наняв шкипера,
она сможет уплыть отсюда прямо до Флориды. Забрав отца, она подарит ему
обещанное путешествие у берегов Мексиканского залива. Вот тогда ее усилия
окажутся не напрасными. У нее будет отец — он будет рядом — и будет время,
чтобы получше узнать его, прежде чем, возможно, смерть заберет его.
Мысль довериться Даррелу не показалась Мелани неудачной. Он заверял ее, что
изменился с годами, и все, что произошло за последние несколько дней,
подтверждает его слова. Он стал другом... нет, даже больше чем другом.
Насколько больше, Мелани не задумывалась. Она решила, что еще не пришло
время. А теперь они должны заключить между собой сделку...
Мелани вытерла руки о полотенце и протянула правую Даррелу.
— Ладно, договорились.
Когда они пожали друг другу руки, Мелани почувствовала, как в груди ее что-
то шевельнулось. Словно между ними вдруг возникла связь, которой не было
раньше. Она судорожно сглотнула и отступила на шаг.
— Давай теперь сварим картофель с фасолью. Это хороший гарнир для
жареной курицы. А после ужина...
— А после ужина мы приступим к осуществлению нашего плана, к чему бы
это ни привело, — закончил Даррел.
— Ладно, тогда расскажи мне быстрей, что ты задумал, — попросила
Мелани, втайне надеясь, что идея Даррела будет воплощена в жизнь. И еще
рассчитывая на то, что доверилась надежному человеку...
Несложный план Даррела Уайта заключался в том, чтобы досаждать одним и
располагать к себе других участников состязания. Задача Мелани состояла в
том, чтобы говорить без умолку и своей болтовней доводить до ручки своих
собеседников. А Даррел, заслуживший репутацию очень вежливого и
обходительного мужчины, начнет путем лести и уговоров методично заставлять
соперников покидать борт яхты.
Пока жарилась курица и варился картофель с фасолью, Даррел и Мелани в
деталях обсудили свой план. После ужина оба вызвались помыть посуду, чем
выкроили себе еще несколько драгоценных минут, чтобы договориться. Шум
льющейся воды и бесконечное гудение телевизора не позволили никому
подслушать их разговор. К тому времени, когда была вымыта последняя тарелка,
план окончательно созрел. В арсенале Даррела Уайта и Мелани Пирсон было
немного оружия, но они постарались, чтобы оно было использовано с
максимальной эффективностью.
Мелани допила сок и швырнула пакет в мусорное ведро. Ей следовало бы
сосредоточиться на том, как взбудоражить присутствующих, но мысли постоянно
уводили ее к Даррелу Уайту. В его глазах она прочитала не только влечение,
свойственное мужчине, когда тот видит перед собой привлекательную женщину.
Нет, его глаза были полны всепоглощающей и стремящейся вырваться наружу
страсти.
Мелани был знаком такой голодный взгляд. В нем сквозил тот самый интерес,
который в свое время убедил ее бросить учебу в колледже. Тогда она искренне
понадеялась, что парень любит ее, и верила, что их любовь продлится вечно.
Даррел, конечно, не из тех мужчин, которые с легкостью женятся и которые
готовы остепениться и осесть где-нибудь навсегда. Он не мог бы остаться на
одном и том же месте до следующего утра! Возможно, он повзрослел, но она
будет полной дурой, если хотя бы на секунду поверит в то, что он решил стать
семейным человеком!
Ей не стоит так много думать о нем. И ни в коем случае не поддаваться блеску
его магнетических глаз. И прикосновениям его нежных сильных рук. А ведь
когда его ладонь легла ей на шею, Мелани едва не вскрикнула... Нет! Она не
станет думать об этом. И не попадется в этот умело расставленный капкан,
который в любую минуту может захлопнуться. Нет, на этот путь она не ступит.
На камбуз зашла Сьюзи и торопливо открыла холодильник. Она взяла банку
диетической кока-колы и направилась обратно к своему месту на кожаном
диванчике.
Пора было приводить разработанный план в действие.
— Эй, Сьюзи! — позвала старуху Мелани. — Как вы себя
чувствуете?
— Отлично, милочка, — отозвалась Сьюзи, остановившись у
перегородки, разделяющей камбуз и кают-компанию. — Присоединяйтесь к
нам. Мы смотрим церемонию вручения телевизионных призов. Я надеюсь, что
наградят кого-нибудь из героев
Голубой лагуны
...
Во время работы в парикмахерской Мелани почти постоянно оказывалась немой
свидетельницей животрепещущего обсуждения героев той или иной мыльной оперы.
Все без исключения ее клиенты были ярыми приверженцами бесконечных
телесериалов. Их разговорам Мелани почти не уделяла никакого внимания, в
памяти откладывались лишь обрывки фраз.
— А сколько времени вы смотрите
Голубую лагуну
? — спросила она.
— С самого начала, с прошлого ноября, — ответила Сьюзи. — Уже
прошло больше ста серий. Знаете, мне уже пора...
— Вы, должно быть, очень любите главную героиню, — не унималась
Мелани, вызвав злые огоньки в глазах Сьюзи.
— Конечно, — ответила та. — Ведь мы столько вместе с ней
переживаем!
Мелани читала об этом сериале и вспомнила, что у главного героя родился
ребенок. Приблизительно в середине съемок фильма.
— А вы читали про чудную малышку, которая родилась у Джейсона? — снова спросила она Сьюзи.
— О да! Замечательная малютка, — ответила та, но, покосившись на
Мелани, добавила: — Ладно, милочка, мне пора, а то я боюсь, что пропущу
начало серии. — С этими словами она, недовольно ворча что-то себе под
нос, отправилась к своему месту.
А Мелани присоединилась к Джерри и Харриотт, которые увлеченно разгадывали
кроссворд, и начала рассказывать про один из магазинчиков по продаже одежды,
о том, какой там убогий ассортимент и как ужасно обслуживают там
покупателей. Джерри и Харриотт подняли на нее недоуменные взгляды, но
Мелани, словно не замечая их, болтала без умолку. Быстро разгадав в
кроссворде пару слов, она переключилась на другую тему. На этот раз объектом
ее критики стала деятельность городского муниципалитета, который уделяет
непростительно мало внимания обустройству детских площадок и озеленению.
В глазах сидящих с ней рядом пожилых людей читалось открытое раздражение.
Даже Сьюзи, прикованная к телевизору, сердито зашипела на нее, поскольку
безудержная болтовня Мелани заглушала ее любимый сериал. Но Мелани,
казалось, ни на что не обращала внимания.
Наконец у Джерри и Харриотт лопнуло терпение, они свернули газету и, молча
перекинувшись взглядами, ушли в носовую каюту, видимо желая обрести хоть
немного покоя. Но там, разложив учебники на кровати и задумчиво глядя в
потолок, сидел Даррел Уайт. Мелани ушла возиться на кухню и стала искоса
наблюдать за ними.
— Знаешь, Харриотт, я больше не в силах это выносить, —
пожаловался Джерри, тяжело вздохнув.
Харриотт проворчала что-то, кивнув головой.
— Трудно находиться столько времени в такой тесноте, не правда
ли? — сочувственно спросил у него Даррел. — Я порой даже думаю,
стоит ли этот хваленый приз таких жертв.
— Вот и я о том же, — поддакнул Джерри и несколько
оживился. — Харриотт, дорогая моя, может быть, нам стоит подумать о
том, чтобы со временем приобрести себе яхту — конечно, поменьше и
необязательно новую... Наших сбережений вполне хватит...
— Но, Джерри...
— К чему споры, дорогая, если тебе так нужна яхта, давай купим ее в
самое ближайшее время.
Харриотт уже готова была запротестовать, но на помощь подоспел Даррел.
— Вот и правильно! — сказал он. — Весной и летом вы сможете
путешествовать вдоль здешнего побережья. В ста милях отсюда, в Национальном
парке Акадия, столько живописных бухт, что вы придете в восторг! А с
наступлением холодов вы смогли бы отважиться на плавание в южные штаты, даже
во Флориду! И весело помахать зиме на прощание. Тем более что к тому времени
у вас уже будет приличный опыт в управлении судном. Кстати, по прогнозам
зима в этом году ожидается довольно суровой. До десяти — пятнадцати градусов
ниже нуля. И много-много снега. Сильный пронизывающий ветер, сбивающий с
ног... В общем, если есть возможность избежать этого, почему бы не
избежать? — Даррел даже съежился, словно от холода, и потер руки.
Глядя на него, Харриотт даже вздрогнула и захлопала глазами.
— Может быть, это неплохая идея, — сказала она Джерри. — Но
нам непременно нужно купить в яхту маленький телевизор. Во время плавания я
не хочу пропускать свои любимые передачи.
— Все, что захочешь, дорогая, — обрадовался Джерри и положил руку
ей на плечо. Они были женаты уже более тридцати лет, и, судя по его взгляду
и обращению с супругой, все эти годы он просто боготворил ее.
Да, кому-то в этой жизни с любовью явно повезло, грустно подумала Мелани.
Когда Джерри и Харриотт зашли на камбуз, Мелани посыпала сыром сваренные
макароны.
— Ну что же, девушка, похоже, мы уже не так терпеливы, как
раньше, — хрипло проговорил Джерри. — Мы приняли решение купить
себе небольшую яхту. А
Эллиана
... — Он добродушно посмотрел на
Мелани. — Дерзайте, и, может быть, она достанется именно вам!
Мелани пожала руку Джерри, потом обнялась с Харриотт и пожелала им удачи.
Бросив мимолетный взгляд на Сьюзи, она увидела огонек торжества в ее глазах.
Старуха толкнула вечно спящего Кевина, чтобы тот встал и тоже попрощался.
Эрни пробормотал что-то напоследок и уткнулся в газету. Канди едва взглянула
на уходящих.
Вскоре после их ухода в салон зашли Синди Райт и хорошо знакомая всем
бригада телевизионщиков. Зажглись осветительные приборы, и Томми Блантон
встал наизготове со своим неразлучным микрофоном.
Однако лицо Синди светилось яростью, и она, едва сдерживаясь, тихо
проговорила:
— Кое-кому из вас придется немедленно собрать свои вещи и покинуть
яхту.
Даррел Уайт замер. Похолодев, он с ужасом ожидал, когда Блантон ткнет ему в
лицо микрофон и в его адрес посыплются заслуженные упреки и обвинения. Мысль
о том, что с его плеч скоро упадет надоевшее ему бремя, была почти
радостной. Ведь в сущности он самый обыкновенный человек. И не заслуживает
тех похвал, которыми жители городка щедро удостаивают его за былые
спортивные достижения. В свои двадцать девять он достиг не так уж многого,
во всяком случае этого явно недостаточно, чтобы быть идолом.
Томми Блантон направился было к нему, но, не замедлив шага, прошел мимо.
Мимо Сьюзи и Кевина, мимо Эрни, лицо которого выражало скуку. Мимо Роберта с
Дианой, державшихся за руки, но беспокойно поглядывающих на остальных
участников. Репортер остановился перед Канди.
— Вы ничего не хотите нам сообщить? — язвительно спросила у нее
Синди, держа в руках папку с бумагами.
Канди растерялась, и лицо у нее покраснело.
— Нет. Но...
— А вы знаете, что полицейским департаментом Рокленда выписан ордер на
ваш арест? — перебивая ее, спросил Томми Блантон, заглянув в свой
неизменный блокнот. — Во-первых, за вождение автомобиля без
водительского удостоверения, во-вторых, за то, что автомобиль не был
застрахован, и в-третьих, за то, что вы скрылись с места аварии. Не говоря
уже о неоплаченных счетах за парковку и превышение скорости. — Он
поднес микрофон к лицу Канди.
— Мы, естественно, не собираемся допускать к розыгрышу такого приза
тех, кто систематически нарушает закон, — громогласно заявила Синди
Райт.
Осознав, что она становится отрицательной героиней предстоящих теленовостей,
Канди отмахнулась от микрофона и бросилась в одну из кормовых кают. Схватив
сумку с вещами, она выскочила на палубу. Но далеко ей уйти не удалось. У
трапа ее поджидали два офицера полиции, один из которых тут же освободил
Канди от ее ноши, а другой крепко подхватил под локоть.
Томми Блантон засмеялся, словно выиграл кучу денег в лотерею. Потом
повернулся к оператору с камерой.
— Позвони и скажи, чтобы нас выпустили в эфир в семь вечера. Когда
почти весь город будет дома. Публика просто прилипнет к экранам телевизоров!
От Даррела Уайта не укрылось коварство в глазах и поведении репортера.
Такие, как он, ни перед чем не остановятся ради своей, пусть даже ничтожной,
выгоды.
Томми Блантон снова поднял микрофон, дал сигнал оператору и,
сосредоточившись, заговорил в камеру:
— Ну вот мы и снова здесь, в кают-компании яхты
Эллиана
, которой не
терпится отправиться в свое первое плавание. Истек очередной, седьмой по
счету, день пребывания на борту участников состязания. Теперь, после бегства
Канди Сальгадо, их осталось всего семеро. Семь человек, запертых внутри и
сражающихся за обладание яхтой стоимостью двести пятьдесят тысяч! Давайте
спросим у каждого, не изменилась ли у него стратегия, — с этими словами
Блантон поднес микрофон к губам Сьюзи.
— У меня... нет никакой особенной стратегии, — растерялась
та. — Мне нравится находиться здесь и общаться со всеми этими людьми.
Мы подружились...
Даррел едва не расхохотался. Блантон перешел дальше, к ее супругу, который
не преминул воспользоваться случаем и передал в камеру привет своим внукам.
Спустя несколько секунд репортер уже был рядом с Даррелом.
— Поприветствуем Даррела Уайта. Расскажите нам о своей стратегии
победы.
— Держаться и терпеть, несмотря ни на что, — выпалил тот в
ответ. — Это единственный путь к победе.
Блантон прикусил губу, видимо что-то лихорадочно обдумывая.
— Скажите, а в присутствии таких симпатичных женщин у вас нет
искушения...
— Но это же состязание, а не вечеринка!
Томми Блантон нахмурился, но через секунду снова оживился.
— Я слышал, что вы с Мелани Пирсон близкие друзья. Общее детство,
юность и так далее...
— Мы знаем друг друга, — коротко ответил Уайт.
— Уверен, что ей известно, как вы геройски спасли человека,
провалившегося под лед, — продолжал назойливый репортер. —
Наверное, стоит ее расспросить.
— Послушайте, оставьте ее в покое!
— Почему же? От нее мы наверняка услышим несколько увлекательных
историй о вас, — усмехнулся Блантон. — Знаете, я внимательно
прочитал газетные заметки, посвященные тому случаю, и кое-что... — он
понизил голос и покачал головой, — заставляет задуматься.
— Во всяком случае то, что случилось много лет назад, не имеет ничего
общего с нынешним мероприятием.
— Думаю, вы ошибаетесь, — многозначительно заметил Блантон. —
Народ может и не простить героя, если поймет, что тот, как оказывается,
отлит не из чистого золота.
Даррел мысленно принялся считать, чтобы не отвесить оплеуху этому любителю
пощекотать нервы. И досчитал до двенадцати, когда репортер стоял уже рядом с
Мелани.
— Мисс Пирсон, вы ведь знаете Даррела Уайта почти всю жизнь, —
подставив ей микрофон, сказал Блантон. — Создает ли это для вас
трудности в борьбе за приз?
— Нет, — ответила Мелани. — Скорее наоборот — помогает. А
соперник, зная об этом, больше нервничает. — Она сухо улыбнулась и
махнула в сторону Роберта с Дианой. — Знаете, наши новобрачные отнюдь
не выглядят счастливыми. Вы лучше спросите, как проходит их медовый месяц.
Бросив сердитый взгляд на Даррела, Блантон подошел к Роберту и Диане,
которые о чем-то ожесточенно спорили.
— Спасибо, — наклонившись к Мелани, тихо проговорил Даррел. —
Я твой должник.
— Отнюдь, — покачала головой Мелани и удостоила его холодной
улыбкой. — Все это — часть нашего совместного плана, — добавила
она и отошла.
Но перед Даррелом неожиданно возникла Синди Райт. На ее лице играла
приветливая улыбка.
— Ну и как проходит состязание? — слащавым голосом спросила она.
— Хорошо, пока хорошо, — рассеянно ответил Даррел, заметив, что
Мелани заговорила о чем-то с Эрни. В его сторону она так и не взглянула.
— Наверное, мой вопрос покажется преждевременным, — произнесла
Синди, взяв его за руку, — но не согласились бы вы поужинать со мной,
когда эта яхта обретет обладателя?
Взгляд Даррела снова выхватил из толпы Мелани. То же самое он предлагал ей
не раз и каждый раз был отвергнут. Неужели он не вызывает у нее ни малейшего
интереса? А мысль о том, что она согласилась сотрудничать только тогда,
когда он предложил подходящий план выкуривания остальных участников,
раздражала Уайта еще больше.
Он взглянул на Синди. Та смотрела на него с тем же нескрываемым обожанием, с
каким взирали все женщины, которых он знал раньше. Все, кроме одной-
единственной.
Понимая, что ступает на прежний путь и начинает действовать по хорошо
знакомому шаблону, Даррел подарил Синди одну из своих самых очаровательных
улыбок.
— Конечно, почему бы нет? Ужин — это отличная идея.
Итак, гончий пес вернулся на свою псарню.
Но в этот момент Уайт пребывал во власти не одних только инстинктов.
...Мелани мысленно
...Закладка в соц.сетях
