Жанр: Любовные романы
Прекрасная саксонка
...с пленными,
которые сидят в амбаре. После разговора с
ними отец Рейболд сказал, что мы должны седлать коней и он отведет нас к
мятежникам. Он так и сделал! Бандиты не
ожидали нашего появления и спокойно обедали, так что не успели убежать, и мы их
схватили. Один из них набросился с
ножом, и его убили. Семерых мы взяли в плен.
Семеро! И это все, что осталось от отряда ее братьев? Кто же был убит? Может
быть, Годрик или Бьернвольд?
- Где они? - спросил Жобер.
- В подземелье, милорд.
- Что ты намерен с ними сделать, Жобер? - спросил Хеймо. - Повесить?
Жобер не ответил. Но его зеленые глаза пылали яростью.
- Приведите ко мне людей, которые в ту ночь сторожили крепость.
Пейн и Озберт кивнули и побежали к дому. Жобер крикнул им вслед:
- Еще приведите служанку по имени Голда! В прошлый раз она была виновата в
том, что стражники напились.
Эдива застыла в напряженном ожидании. Что будет теперь с ее братьями? Она
боялась говорить об этом с Жобером. Она
боялась, что он прикажет повесить не только захваченных в лесу, но также Элнота
и Уитана.
- Милорд, - тихо сказала она, подойдя к Жоберу, - Элнот и Уитан помогли твоим
людям, не забудь об этом, прошу
тебя. Вспомни, как ты однажды сказал, что если они присягнут тебе...
- Думаешь, я буду верить людям, которые выступают против своих? Ты
неправильно понимаешь меня, Эдива. Я не
нуждаюсь в том, чтобы мне присягали на верность предатели.
Жобер повернулся и ушел. Эдива смотрела ему вслед. Каким он стал вдруг чужим!
Тепло их страсти, казалось,
превратилось в лед. Мужчина, который поддразнивал и соблазнял ее в Лондоне,
который умолял короля разрешить ему
жениться на ней...
С тяжелым сердцем она направилась к дому, стараясь не думать о том, какие еще
потери ей, возможно, придется
пережить.
Холодный влажный ветер дул в лицо. Эдива дрожала от холода, хотя на ней был
шерстяной плащ. Она не могла сдержать
слез, сочувствуя двум рыцарям, обнаженным до пояса. Их привязали к столбу и
хлестали кнутом.
Наказания не избежала и Голда. Жобер приказал высечь и ее. От ударов кнута
шерстяное платье служанки скоро
превратилось в лохмотья. Эдива надеялась, что с Голдой обойдутся не слишком
сурово. Голда, конечно, подлая и лживая. Но
и ее жаль. Публичная порка - унизительное наказание. И возможно, рубцы
обезобразят ее красивое тело. Это уж слишком
жестоко!
Эдива повернулась и направилась в сторону амбара, вытирая слезы краем плаща.
От переживаний у нее щемило сердце.
Она понимала Жобера и не винила его. Оксбери чуть не превратился в руины. В
зале сильно закоптились стены. В
спальне наверху были испачканы все портьеры и постельное белье, лишь одежда и
другие ценные вещи, лежавшие в
сундуках, не пострадали. Могли погибнуть люди... И виноваты в этом были ее
братья.
Они заслужили наказание - в этом Эдива была уверена. Но все же...
Что будет с Элнотом и Уитаном? Было бы несправедливо заставлять их
расплачиваться за чужую вину. Тем более что они
помогли норманнам, показав, где прячутся мятежники.
Кто из них сообщил о местонахождении лесного лагеря мятежников? Эдиве
хотелось думать, что это сделал Уитан и что
Элнот не причастен к предательству. Но сердце подсказывало, что это именно так.
Элнот был испуган. Должно быть, именно
он сообщил священнику о мятежниках.
Эдива вдруг остановилась, пораженная одной мыслью. Отец Рейболд не говорил
по-саксонски. Как же он общался с
пленными? Или с ним был кто-то еще?
Солдат, охранявший пленников, нахмурился, когда она сказала, что хочет
увидеться с ними.
- Миледи, вы сами знаете, что я должен получить разрешение от милорда.
- Конечно, знаю, - сказала она. - Но он сейчас разбирается с провинившимися.
Если ты побеспокоишь его, то и сам
попадешь под горячую руку.
Потоптавшись в нерешительности, солдат отодвинул засов на двери.
- Я пропущу вас к ним, но ненадолго.
- Спасибо. - Эдива ласково улыбнулась солдату. Он придержал дверь, и она
вошла внутрь.
В темном амбаре она с трудом разглядела своего брата и Уитана, сидевших на
соломе. У них были связаны только руки.
- Элнот! - Эдива подавила желание обнять брата. - Как ты?
Он поднялся на ноги.
- Неплохо. Благодаря тебе с нами обращаются сносно.
- Скажи, почему вы предали остальных? Надеялись спасти себя?
Элнот с удивлением взглянул на нее:
- Предали остальных? О чем ты говоришь?
- Разве к вам не приходил священник и не расспрашивал, где находится лагерь
мятежников?
- Священник действительно приходил, но женщина, которая была с ним, сказала,
что он хотел укрепить наш дух. После
этого мы были уверены, что нас казнят. Но пока вот, слава Богу, живы.
- Женщина?
- Да. Я не знаю, как ее зовут, но это одна из служанок.
- Это Голда, - сказал Уитан.
Картина прояснялась. Голда, эта лживая мерзавка, предала не только своего
саксонского любовника, но и нормандских
тоже. Все-таки она заслуживает публичной порки!
- Вы с кем-нибудь говорили о мятежниках? Элнот и Уитан покачали головами.
- Ни с кем, - ответил брат.
У Эдивы снова появилась надежда. Быть может, ей все-таки удастся убедить
Жобера сохранить им жизнь? Элнот
подошел к ней:
- Что случилось, Эдива? Несколько дней назад мы слышали крики и чувствовали
запах дыма. Неужели Бьерн-вольд и
Годрик совершили нападение? Их схватили?
Эдива кивнула.
- Норманн их повесит?
Эдива снова кивнула. У нее было тяжело на сердце.
- А со мной что будет? - спросил Элнот. - Я обещал присягнуть ему на
верность.
- Не знаю, - призналась Эдива. - Он очень рассержен.
- Но ты могла бы уговорить его, я уверен, - сказал он охрипшим от волнения
голосом.
- Я попытаюсь. Сделаю все, что смогу.
Элнот расправил плечи, как будто осознав вдруг, каким презренным слабаком он
выглядит, говоря такое.
- Но если тебе не удастся уговорить его, я обещаю встретить смерть достойно,
как подобает мужчине. Тебе не будет за
меня стыдно.
- Не сомневаюсь в этом, брат, - сказала Эдива и обняла его, едва сдерживая
слезы.
Она услышала, как солдат у двери деликатно кашлянул, и быстро попрощалась с
пленными.
На обратном пути она обдумывала ситуацию, стараясь разобраться в своих
чувствах. Она понимала, что Жобер обязан
казнить ее братьев.
Публичная порка закончилась. Мужчин уже отвязали от столба. Теперь, наверное,
Жобер прикажет отвести их в зал и
смазать им раны.
Голда все еще была привязана к столбу, и кнут опускался на ее стройную спину.
Эдива слышала грубые выкрики
сгрудившихся вокруг мужчин: "Сдери с нее платье. Пусть покажет нам свои сиськи!"
Эдива поморщилась, удивляясь тому, что порка может так возбуждать людей.
Эдива не могла без содрогания смотреть на
кровавые полосы на белой спине Голды.
- Довольно! - раздался голос Жобера. - Отвяжите ее от столба.
Эдива слышала, как в толпе заворчали и кто-то крикнул: "Хлыст только кожу
погладил! Дайте-ка мне эту стерву. Уж я ее
накажу!" В толпе раздался хохот.
Эдива подошла к Жоберу. Он холодно взглянул на нее.
- Милорд, нельзя ли поговорить с вами?
- Не сейчас. У меня есть дела, - ответил он резко и ушел.
Эдива побрела к дому. Жобер сообщит королю о том, что расправился с
мятежниками. Вильгельм, возможно, разрешит
ему жениться на ней. Но хочет ли она выходить замуж за человека, по приказанию
которого будут казнены ее братья?
В зале Эдива увидела Вульфгет и подошла к ней.
- Как себя чувствуют Роб и Найлз? - спросила она.
- Найлз несколько дней назад поднялся с постели. Даже Роб иногда выходит во
двор подышать свежим воздухом.
- Я рада, что они выздоравливают, - сказала Эдива. - Спасибо тебе за то, что
хорошо за ними ухаживала.
Вульфгет улыбнулась:
- Я с радостью это делала. Знаете, миледи, я даже научилась говорить понормандски.
А Роб выучил несколько наших
слов.
Эдива пристально взглянула на девушку:
- А как же сэр Алан? Вульфгет наморщила лоб:
- Он по-прежнему заходит ко мне по вечерам - поговорить. Но он всегда такой
сердитый. Я его боюсь.
- А Роб ласковый и спокойный? Вульфгет кивнула.
Эдива подумала, что тоже, конечно, предпочла бы грубому Алану юного красавца
Роба.
- Куда ты идешь?
Не ответив, Жобер продолжал идти к воротам. Ему не хотелось разговаривать с
Аланом. Он наверняка будет спрашивать,
когда состоится казнь.
Форней догнал его и пошел рядом.
- Ты уже приказал плотнику построить виселицу?
- Мне надо побыть одному. Я иду за ворота крепости.
- Позволь мне пойти с тобой. Хотя мы схватили мятежников, но кто знает, как
настроены жители деревни. Одинокий
человек - легкая добыча.
От слов Алана у Жобера мороз пробежал по коже. Крестьян он не боялся, но ему
мог угрожать совсем другой враг.
- Нет, я пойду один.
- Тогда надень доспехи.
Жобер с большой неохотой согласился, и они направились к конюшне. Он решил
ехать верхом. Алан шел рядом.
- Как у тебя дела с Вульфгет? - спросил Жобер. Алан выругался.
- Ты посоветовал мне переспать с ней, но, черт побери, как это сделать в
переполненном людьми зале? И Роб, эта
самодовольная жаба, пялится на меня?!
- Ты бы пригласил ее прогуляться.
- Ее это не интересует. Она меня стесняется - и все из-за этого болвана! Они,
видите ли, учат друг друга языкам.
Знаешь, о чем они разговаривают? О природе! - Алан презрительно фыркнул.
В конюшне Жобер снял с крюка тяжелую кольчугу. Алан помог ее надеть.
- Значит, ты решил отказаться от нее?
- Еще чего не хватало! Она единственная женщина в Оксбери, к которой меня
тянет. Знаю, что это звучит глупо, но
когда она улыбается... - Он покачал головой. - Чувствуешь? Я, кажется,
заговорил, как этот болван Роб.
Жобер чуть заметно усмехнулся, забавляясь терзаниями сурового, вечно всем
недовольного Алана.
- Роб скоро поправится и уже не будет целыми днями находиться в компании
Вульфгет. Ты сможешь возобновить
ухаживания. Теперь, когда она немного знает наш язык, с ней будет легче
объясниться.
- Но что я должен делать, когда мы останемся наедине? - растерянно спросил
Алан. - О чем я буду с ней говорить?
- А чего тебе хочется?
- Мне хочется целовать ее, держать в своих объятиях... Но какую женщину
заинтересуешь этим?
"Женщину, которой ты не безразличен, - подумал Жобер. - Женщину, которая
любит тебя не за красивые слова или
поступки, а за то, что ты такой, какой есть".
Больше о женщинах они не говорили. Жобер сел на коня и вскоре, выехав за
ворота, уже спускался с холма в долину.
Глава 22
Серые тучи нависли, угрожая дождем. Жобер вздрогнул от холода, пожалев, что
не оделся потеплее. Он подъехал к реке,
остановил коня и долго смотрел на воду, такую же серую и холодную, как небо.
Неужели нет никакой возможности
сохранить все, что было ему дорого? Неужели для того, чтобы выжить, ему нужно
стать таким же, как Валуа, -
беспощадным и жестоким, захватывающим землю и власть любой ценой? Нет, ему это
не по нутру.
Жобер снова подумал о. пленных саксах. Должен ли он казнить их? И братьев
Эдивы - тоже?! Он не будет этого делать.
Но что он тогда доложит королю?
И тут, словно сверкнула молния, ему в голову пришла блестящая мысль. Не нужно
принимать решение! Пусть король сам
решит их судьбу! Возможно, Вильгельм обойдется с ними жестоко. Но это будет
решение короля, а не его, Жобера. Он
вздохнул с облегчением.
Сумерки сгущались. Пора было возвращаться в крепость.
Устав от всего, Эдива задремала в кресле. Она уже решила, что не будет ни
умолять, ни торговаться, если Жобер решит
повесить Бьернвольда и Годрика. Ей придется смириться с этим. Но смерть Элнота
пережить будет трудно. Она надеялась,
что Жобер простит его.
Скрипнула дверь спальни, и Эдива проснулась. Она слышала, как Жобер разделся.
Потом он улегся рядом с ней. И,
придвинув ее к себе, поцеловал в шею. Удивленная таким проявлением нежности,
Эдива прижалась к нему. Он нежно
поцеловал ее в губы. Разве могла она остаться спокойной?
- Как я люблю тебя, Эдива... - шепнул он. - Знаешь, я понял, что мне делать.
Она затаила дыхание, боясь услышать что-то страшное.
- Отвезу пленных к Вильгельму. Он сам решит их судьбу. Я буду просить о
снисхождении. Скажу Вильгельму, что, если
твои братья присягнут мне, я их возьму к себе.
Она испытала такое облегчение! С приказанием короля она может согласиться. По
крайней мере ей не придется
ненавидеть Жобера.
- Не знаю, как поступит Вильгельм. Но, говорят, раньше он иногда принимал от
саксов присягу на верность.
- Если бы так было и на этот раз!
- Но ты со мной не поедешь.
У нее заныло сердце при мысли о разлуке с Жобером.
- Я могла бы подождать в гостинице, - сказала она.
- Мне нужно, чтобы ты осталась здесь.
- Зачем?
- Для поддержания порядка в поместье. - Он нежно погладил ее по волосам. - Ты
у меня отважная и сильная. Нужно
защищать то, что достанется нашим детям.
Его рука скользнула по ее груди и задержалась на животе. Она поняла: он
думает о том, что, возможно, его семя уже
прорастает новой жизнью внутри ее тела.
Слезы навернулись ей на глаза. Он хочет, чтобы она родила ему ребенка. Больше
всего на свете ей хотелось того же.
- Я не чувствую себя ни отважной, ни сильной, - сказала она. - Когда я думаю,
что с тобой может что-то случиться...
- Тш-ш, - прервал он ее, прижав пальцы к ее губам. - Если бы я был беспечен,
то не выжил бы ни в битве при
Гастингсе, ни в дюжине других битв. Я буду осторожен, обещаю тебе.
Эдива вздохнула.
- Я буду молиться за тебя, - тихо сказала она. Он прижал ее к себе.
- Ты думаешь, я рискну потерять то, что существует между нами? - Он
прикоснулся к ее груди и прошептал: - Я
уезжаю рано утром. Хочу, чтобы от этой ночи у меня остались самые приятные
воспоминания.
- Я считаю, что это глупость! - раздраженно сказал Алан. - Почему бы тебе
просто не повесить их?
Жобер отодвинул от себя тарелку с остатками сыра и хлеба, отхлебнул из кубка
сидра.
- Если они присягнут в верности мне и Вильгельму, то я получу дополнительных
воинов для защиты Оксбери.
- Неужели ты доверишься этим саксонским мерзавцам?
- У меня есть сомнения относительно старших братьев Эдивы, это правда. Но
младший и другие пленные... Какая им
польза продолжать борьбу со мной? Они понимают: если нарушат клятву - умрут.
- Но ведь ты - норманн. Они ненавидят тебя.
- Мои сыновья будут норманнами наполовину, и им будет проще.
- Сыновья?! - с изумлением воскликнул Алан. - Ты на это надеешься?
- Что за вопрос? Конечно, надеюсь! Алан печально уставился в свою тарелку.
- Хотел бы я сказать то же самое. Я несколько раз оставался с Вульфгет
наедине, но из этого ничего не вышло.
- На твоем месте я поговорил бы о Вульфгет с Эдивой.
- С Эдивой?!
- Вот именно. Она женщина и знает, что у Вульфгет на уме. Уверен, что, если
ты попросишь, она тебе поможет.
- Да я скорее попрошу помощи у пройдохи Хеймо!
- Я только предложил. У тебя есть время все обдумать, пока меня здесь не
будет.
- Значит, ты не берешь меня с собой в Лондон?
- Нет. Я попросил Эдиву защищать мои интересы в Оксбери. Она мало что
понимает в военном деле, и нужно, чтобы
рядом с ней был опытный военачальник.
- Вот еще! - возмущенно воскликнул Алан. - Чтобы я командовал воинами вместе
с женщиной? Тем более с
саксонкой?
- Уймись, Алан! Не ты ей нужен, а она тебе. Если возникнет угроза
вооруженного нападения, только она сможет
призвать крестьян и слуг на борьбу. Я повезу с собой пленных, а это связано с
опасностью. Так что в Оксбери я смогу
оставить только часть гарнизона. Боюсь, что без людей Эдивы тебе не удастся
отразить нападение.
- Но зачем они будут сражаться против своих?.. - Алан совсем растерялся. -
Значит, ты опасаешься не мятежников?
Жобер кивнул:
- Боюсь, что кто-то в крепости действует против меня. Как мог король узнать о
набеге на поместье раньше меня?
Алан окинул зал подозрительным взглядом и, наклонившись к уху Жобера,
спросил:
- Ты думаешь, что Валуа подкупил одного из наших людей?
- Не исключено. Или, возможно, он подкупил кого-нибудь из саксов.
- Именно поэтому мятежников следует повесить!
- Я хочу узнать правду до того, как они взойдут на эшафот. Когда они
предстанут перед Вильгельмом, один из них,
возможно, расскажет что-то о Валуа. Мне удастся доказать королю, что Валуа злой
и подлый человек и ему нельзя верить.
- А если предателем окажется один из твоих людей?
- Значит, он рано или поздно начнет действовать и выдаст себя. А мы с тобой
должны быть начеку.
- А если это женщина? - сердито спросил Алан. Жобер, теряя терпение, поднялся
на ноги:
- Я верю Эдиве безоговорочно. И тебе советую делать то же самое.
Эдива отвернулась. Ей было тяжело видеть, как увозят братьев. Она попыталась
поговорить с каждым из них. Бьернвольд
плюнул в ее сторону и заорал, что она опозорила их род. Годрик молча печально
посмотрел на нее. Неожиданно ее окликнул
священник и попросил пойти с ним в часовню.
- Сожалею, - сказал отец Рейболд. - Вам, конечно, известно, что ваши братья
будут повешены... - Он тяжело
вздохнул. - А может быть, и того хуже.
- Что может быть хуже смерти?
- Ах, миледи, что бы там ни говорил вам Бревриен, но король Вильгельм не
отличается милосердием. Если он ваших
братьев не повесит, то прикажет изувечить. Не кажется ли вам, что для них лучше
умереть, чем жить с вырванным языком
или отрубленными руками?
Эдива похолодела от ужаса.
- Зачем вы мне это говорите, если я ничем не могу им помочь?
Он похлопал ее по руке.
- Помочь им может только Всевышний, дитя мое. Однако есть способ восстановить
справедливость.
Эдива настороженно молчала.
- Не думаю, что Бревриен получил Оксбери по Божьей воле. Он всего лишь
младший сын небогатого землевладельца.
Простой рыцарь. Король Вильгельм возвышает своих людей, наделяя их властью, но
забывает о том, что они не рождены
быть правителями. Я уверен, что король в конце концов поймет свою ошибку и
отдаст Оксбери более достойному человеку.
- Зачем вы говорите мне все это? - повторила Эдива.
- Возможно, придет время, когда ваша помощь потребуется новому лорду. Хочу,
чтобы вы знали: я не одобряю того, что
вы спите с таким человеком, как Бревриен. Понимаю, у вас не было выбора. Но если
вы будете действовать разумно, то
сможете улучшить свое положение.
Эдива пристально смотрела на священника. Она всегда чувствовала, что он не
любит ни ее, ни других саксов. Следовало
бы выведать побольше о его намерениях.
На лице священника появилась гнусная ухмылка.
- Бревриен уехал в Лондон. К его возвращению все будет кончено. Оксбери уже
не будет принадлежать ему.
Эдива постаралась остаться спокойной.
- Вы знаете человека, который захватит власть? Священник замялся:
- Больше ничего не могу вам сказать. Я и без того многим рискую, предупредив
вас.
- Удивлена, что вы это сделали, - не удержавшись, сказала Эдива.
Коварный священник пытался склонить ее к предательству Жобера.
- Я обдумаю ваши слова. - Эдива повернулась, чтобы уйти.
- Не забудьте о своих братьях! - напомнил ей священник.
Выйдя из часовни, Эдива сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Совершенно
очевидно, что Оксбери угрожает
опасность. Жобер это подозревал, потому-то и оставил ее здесь. Так или иначе, ей
следует приготовиться к худшему. Но она
так мало знает об обороне крепости!
Придется поговорить с Аланом.
Рассказать ли Алану о разговоре со священником? Пожалуй, не стоит. Он не
поверит ей. Или заподозрит, что она снова с
кем-то в заговоре. Но не станет же он возражать против починки стены!
Форнея она увидела во дворе.
- Сэр Алан, можно поговорить с вами? Он холодно взглянул на нее:
- Что вы хотите мне сказать?
- Перед отъездом лорд Бревриен предупредил о возможном нападении на Оксбери.
Он доверяет не всем, кто живет в
крепости.
Форней мрачно кивнул.
- Я не знаю, что предпринять, поэтому полагаюсь на ваш опыт. Мне кажется, что
начать надо с починки крепостной
стены.
- Нам потребуются лучники, чтобы защитить крепостную стену, - сказал Алан. -
Есть такие среди ваших людей?
- Да. Многие крестьяне охотятся на дичь с помощью луков.
- Эти люди захотят подчиниться норманну? - спросил Форней, скривив губы.
Эдива распрямила плечи.
- Если я сама попрошу их помочь защитить крепость, они это сделают.
Форней снова пристально посмотрел на нее.
- В случае нападения мы можем не успеть послать гонца в деревню. Как нам
известить ваших людей о нападении на
крепость?
Эдива нахмурила брови, размышляя. Вдруг она вспомнила о часовне.
- В часовне есть колокол!
- Мы ударим в колокол, и крестьяне сами придут, так? - уже спокойным тоном
произнес Алан.
- Да, - подтвердила Эдива. - Если с ними заранее договориться об этом.
- Вот бедолаги, - сказал Жиль, указывая на пленных саксов, сгрудившихся в
телеге.
- Уверен, им там гораздо теплее среди одеял и сена, чем нам здесь на ветру, -
проворчал в ответ Хеймо и пошел к
костру. Жиль принялся снимать с коня свои вещи.
Жобер бросил взгляд на пленных. Не упрекнет ли Вильгельм его в слабости, если
он попросит о снисхождении к самому
младшему из братьев Эдивы? Многое будет зависеть от того, сильно ли донимали его
английские мятежники за последнее
время и видит ли он в них серьезную угрозу.
И от того, поверит ли он лжи Валуа. Жобер настороженно оглянулся. Они
остановились на ночлег в лесу. Высокие сосны
и ели, казавшиеся днем надежным укрытием, с наступлением сумерек приобрели
зловещую таинственность.
К Жоберу подошел оруженосец и спросил, где ставить палатку.
- Не надо палатки, - ответил Жобер.
Он подкрепился куском горячей оленины и несколькими глотками вина, потом
устроился на земле недалеко от телеги и
немедленно заснул.
Проснулся Жобер от крика. Он хотел подняться, но почувствовал у горла холод
металла.
Предчувствие не обмануло его. Пленные каким-то образом перерезали веревки, и
теперь один из них приставил нож к его
горлу.
- Бревриен! Скорее к Бревриену! - закричал кто-то из рыцарей.
Мятежник оглянулся. Воспользовавшись этим, Жобер мгновенно откатился в
сторону и вскочил на ноги. Сакс выругался
и, метнув в него нож, бросился бежать. Жобер быстро выхватил кинжал и запустил
его в пленного. Кинжал попал ему в
спину. Сакс вскрикнул и упал лицом вниз на мокрые листья.
Он был еще жив и прерывисто дышал. Жобер перевернул его на спину. Он
мучительно подыскивал саксонское
слово, чтобы спросить, кто помог мятежникам, но не мог припомнить ни одного.
- Он мертв? - спросил подошедший сзади оруженосец Уилл.
- Еще жив.
К Жоберу подбежал Хеймо.
- Слава Богу! Мы уж подумали, что саксы тебя схватили.
- Где остальные? - спросил Жобер. - Почему не пришли мне на помощь?
- Должно быть, их чем-то усыпили. Они только сейчас начинают приходить в
себя.
Кто-то снабдил пленных оружием и испортил вино. Кто?! От кого ждать
опасности?
Жобер заметил в телеге Элнота и Уитана.
- Что за черт! - прошептал он.
К нему подошел Жиль и другие рыцари с факелами.
- Что произошло? Где саксы?
- Сбежали, - ответил Жобер. - Один пытался меня убить. Но теперь он сам
мертв.
Все уставились на двух саксов, оставшихся в телеге. Эл-нот был испуган. Уитан
смотрел на них усталыми глазами. Жобер
приблизился к телеге.
- Почему... не... бежать? - с трудом подбирая слова, спросил он по-саксонски
и жестом показал в сторону леса.
Элнот что-то быстро проговорил, озадачив их всех. Уитан же медленно произнес:
"Присягнуть тебе... Бревриен". Элнот
кивнул, подтверждая его слова.
Значит, брат Эдивы и этот старик сдержали клятву служить ему и не убежали
вместе с другими. А Элнот закричал и
предупредил его об опасности.
- Спасибо, - сказал Жобер. - Я... принимаю... вашу клятву.
"Но примет ли клятву саксов в верности Вильгельм? - с тревогой подумал Жобер.
- Что, если я буду просить о
снисхождении для этих пленных, а король все-таки прикажет их повесить?"
И все же надо попытаться. Брат Эдивы спас ему жизнь. Он обязан отплатить ему
тем же.
- Принеси вина, - приказал он Хеймо.
Рыцарь вернулся с флягой в руке. Жобер сделал вид, что пьет вино, потом
изобразил, как будто засыпает.
- Кто? - спросил он по-саксонски. Не получив ответа, он жестом показал, как
подливает что-то во флягу.
Оба пленных покачали головой, не сразу поняв, что он от них хочет. Он уже
повернулся, чтобы отойти, но тут заговорил
Уитан:
- Голда... Годрик... любовники.
Жобер взглянул на него, и старик, подтверждая свои слова, кивнул головой.
Жобер стиснул зубы. Значит, служанка помогла мятежникам. Одна или с
сообщником?
Жобер бросил флягу на землю.
- Собирайтесь, мы едем, - сказал он своим людям.
- Сейчас? До рассвета еще несколько часов, - заворчал Хеймо.
- Вы предпочитаете остаться здесь и подождать, пока вернутся саксы и перебьют
вас во сне?
Они продолжили путь по темному лесу. Жобер едва не задремал в седле. В голове
у него шумело. А ведь он сделал всего
пару глотков из фляги. Этой ночью он был на волосок от смерти. Внутренний голос
подсказывал ему: "Будь предельно
осторожен! В Оксбери - предатель". Но он мог и сейчас быть среди них.
- Миледи! - К Эдиве подбежал встревоженный Озберт. - В долине появились
рыцари.
Кто они? Не это ли предвидел Жобер? Не потому ли он предупредил их, чтобы они
готовились к обороне крепости?
Взбежав на сторожевую башню, она окинула взглядом долину. Вдоль реки двигался
целый отряд нормандских рыцарей.
Что же делать?
- Боже, - прошептала Эдива и повернулась к Озберту: - Ты знаешь, под чьими
они флагами? Может, это союзники
Бревриена?
- Нет, я никогда не видел их.
- Может, Алан знает? Озберт пожал плечами.
- Позови его, - приказала Эдива. - Прежде чем принимать этих людей, я должна
выяснить, как они связаны с лордом
Бревриеном.
Озберт бросился вниз по лестнице, а Эдива продолжала рассматривать
приближающихся всадников. Быть может, рыцари
не имели намерения нападать на крепость? Они не обнажили оружие и ехали
спокойно.
- Пейн! - крикнула Эдива. - Нужно немедленно ударить в колокол.
Рыцарь побежал исполнять приказание.
Эдива снова посмотрела в долину. Сердце у нее колотилось. Если Алан не
узнает, чей это отряд, их не следует впускать в
крепость.
Зазвонил колокол. Вскоре двор заполнился людьми. Эдива понимала, что ей надо
поговор
...Закладка в соц.сетях
