Жанр: Любовные романы
Соловьиная ночь
...ди. Он был женат совсем недавно и чувствовал себя в роли
мужа очень неуверенно.
Рейли пошел на конюшню, оседлал лошадь и поскакал в деревню. С тех пор как
беременной Кэссиди стало трудно
выходить из замка, Рейли взял на себя заботы о местном фарфоровом промысле.
Посуда из Равенуорта пользовалась
большим спросом, и деревня стала процветать.
Он пришпорил лошадь и направил ее по пожухлой траве прямо через луг. Сознание
того, что Кэссиди становится в его
жизни самым главным, продолжало крепнуть в Рейли день ото дня. Благодаря жене он
стал смотреть на мир совершенно
иными глазами. И, что самое важное, благодаря ей он получил то, чего ему всегда
недоставало - тепло семейного очага.
Но его угнетало, что какая-то умалишенная желает ее смерти и, чтобы добиться
своего, не остановится ни перед чем.
С некоторых пор Лавиния успела примелькаться в Равенуорте, и на нее смотрели
как на свою. Она носила в замок сыр,
который делал фермер, а оттуда сыр отвозили в Лондон.
Ее тошнило от бесконечных разговоров о щедрости и доброте молодой герцогини,
благодаря которой деревня стала
процветать. Она скрипела зубами от злости, когда слышала, как крестьянки судачат
о предстоящих родах. Но больше всего
Лавикию бесили любые упоминания о Рейли.
Она долго и тщательно вынашивала планы, как побольнее навредить ему. Наконец,
у нее созрел окончательный замысел.
Она хотела поразить его в самое сердце. Уничтожив его жену и еще не родившегося
ребенка, она уничтожит и его.
Но нужно было спешить. Лавиния должна осуществить задуманное до того, как
Кэссиди родит. Рейли очень беспокоился
за жену, и Лавиния это хорошо понимала. Как легко ей удалось обвести вокруг
пальца людей, которых он поставил охранять
замок, и зарезать его любимую племенную лошадь и еще не родившегося жеребенка!
Совершив это злодейство, Лавинии
удалось безнаказанно улизнуть из замка. Никто даже ничего не заподозрил.
Вдруг Лавиния увидела в конце улицы знакомую фигуру пасынка. Она отвернулась
и сделала вид, что рассматривает
витрину магазинчика. Рейли Винтер проскакал мимо, даже не взглянув в ее сторону.
Адская усмешка тронула ее губы. Она терпеливо дожидалась, когда наступит
желанный час. Наконец, ей удалось убедить
Томаса Крига, чтобы тот взял ее с собой, когда в очередной раз повезет сливки и
масло в Равенуортский замок.
Телега, запряженная мулами, въехала в ворота замка. Сторож приветливо помахал
рукой Томасу Кригу, не обратив
никакого внимания на приехавшую вместе с ним сгорбленную старуху в крестьянском
платье, которая привезла сыр.
Скрипучая телега застучала колесами по мощеному двору и подкатила к дверям
кухни.
Телега остановилась, и Лавиния удовлетворенно усмехнулась. Главный повар
открыл дверь и жестом пригласил ее зайти.
- Нечего тут рассиживаться, уважаемая, - сказал он. - Несите свой сыр. Он мне
как раз понадобился!
Опустив голову, Лавиния поднялась по ступенькам и вошла в кухню. Ее глаза
победно засверкали. Наконец-то ей удалось
проникнуть в замок!
Кэссиди сидела за столом, рассеянно помешивая ложкой в тарелке.
- Неужели тебе в тягость обедать со мной, Кэссиди? - расстроенно спросил
Рейли.
- Вовсе нет, Рейли. Просто я не голодна, - ответила она, поднимая глаза. - Не
о чем беспокоиться. Я немного устала и
чувствую себя разбитой.
Ему показалось, что она бледна, однако доктор уверял, что Кэссиди вполне
здорова. Он уже давно не видел, чтобы она
улыбалась. Большую часть времени Кэссиди проводила у себя в комнате или в
детской с Арриан.
- Кэссиди, ты так добра к нашим слугам и деревенским жителям. Почему ты не
можешь уделить немного внимания и
мне? - вздохнул Рейли.
Она не знала, что ему ответить. Он, конечно, чувствовал, что жена все еще
сердится на него.
- Разве я когда-нибудь сделала тебе что-то плохое, Рейли? - пробормотала она.
- Нет, - покачал головой он. - Но я не это имел в виду.
- Чего же ты хочешь от меня? - поинтересовалась Кэссиди.
Рейли резко отодвинул свою тарелку и пристально взглянул на жену.
- Я хочу, - наконец сказал он, - чтобы ты родила здорового ребенка. И ничего
больше!
- Я приложу для этого все усилия, ваша светлость, - произнесла она, зло
прищурившись.
- Не представляю, как с тобой быть, Кэссиди, - признался Рейли. - Может быть,
когда ты родишь, мы сможем...
Она порывисто встала и, не дав ему закончить, сказала:
- Когда родится ребенок, я вправе считать, что выполнила свою часть нашего
договора и могу быть свободна!
Представив себе, что при этом она должна будет покинуть ребенка, Кэссиди
почувствовала, как у нее сжалось сердце.
Ей хотелось расплакаться, но, конечно, она не доставит Рейли такого
удовольствия.
- Кэссиди!.. - начал Рейли.
Но она поспешно вышла из комнаты.
Кэссиди прогуливалась по саду. На клумбах уже начали распускаться алые
тюльпаны, но она была слишком подавлена
своими мыслями, чтобы замечать их красоту. С какой стати ей переживать о том,
что Рейли ее не любит, рассуждала она. Ее
больше волновало, сможет ли она оставить ребенка и уехать в Лондон. Кэссиди была
готова разрыдаться, когда думала, что
ей придется уехать из Равенуортского замка и она лишится возможности быть рядом
с Рейли.
Тяжко вздыхая, она пошла обратно в дом и, держась за перила, стала медленно
подниматься в свою спальню. С утра у нее
побаливала спина, а теперь болел и живот. Она решила прилечь, надеясь, что боль
скоро утихнет.
Поднявшись на второй этаж, Кэссиди почувствовала себя лучше и остановилась,
чтобы перевести дыхание.
- Ваша светлость, - сказала появившаяся откуда ни возьмись служанка, - герцог
просил, чтобы вы прошли в башню.
Он хочет вам что-то показать.
Кэссиди обернулась и взглянула на женщину.
- Я вас раньше не видела, - сказала она. - Вы, наверное, новенькая?
- Меня зовут Бетти Дэниэлз, ваша светлость. Я помогаю на кухне. Повар велел
мне отнести в башню завтрак для
рабочих. Его светлость был там и велел, чтобы я позвала вас...
- Я не знала, что сегодня в башне ведутся работы, - задумчиво проговорила
Кэссиди. От одной мысли, что придется
карабкаться по крутой лестнице, ей стало не по себе. - Благодарю вас, Бетти, -
кивнула она. - Я сама дойду туда.
- Если вы не возражаете, ваша светлость, я провожу вас, как приказал герцог.
Он говорит, что вас нельзя оставлять одну.
- Будь по-вашему, - со вздохом согласилась Кэссиди. - Я неважно себя чувствую
и, если вы не возражаете, возьму вас
под руку.
Лавиния едва сдерживала свою радость. Как легко эта глупая девчонка попалась
в ее ловушку!
- Да, ваша светлость, - сказала она, улыбаясь. - Обопритесь на меня, - ее
голос дрожал от нетерпения. - Сейчас я
вам помогу!
Кэссиди еще ни разу не была в башне. Рейли никому не разрешал туда
подниматься, пока не будут закончены ремонтные
работы. Это было слишком опасно.
Поднявшись на третий этаж, Кэссиди снова остановилась и перевела дыхание.
- Наверное, мне не следовало бы сегодня идти туда... - пробормотала она.
- Еще немножко, ваша светлость, - подбодрила ее Лавиния.
Они подошли к винтовой лестнице, которая была такой узкой, что по ней мог
подниматься только один человек.
- Идите вперед, ваша светлость, - сказала Лавиния. - Я пойду сзади.
Преодолев десяток ступеней, Кэссиди подумала о том, что сделала большую
ошибку, решив подняться в башню. Новый
приступ боли был так силен, что ей показалось, будто ее распиливают пополам.
Чтобы перевести дыхание, Кэссиди
остановилась и прислонилась спиной к стене. Боль все усиливалась, и она в
отчаянии ухватилась за перила. Потом ей стало
немного полегче, и она отерла со лба холодную испарину.
- Осталось всего несколько ступенек, ваша светлость, - сказала Лавиния, и
Кэссиди медленно двинулась дальше.
Наконец они оказались наверху.
Ступив на широкие строительные леса, Кэссиди увидела, что вся верхняя часть
башни разобрана и старые камни
заменяются новыми. Крыши не было, и над ними виднелось открытое небо.
Страх заставил Кэссиди прижаться к стене.
- Я и не думала, что это так высоко, - прошептала она. - У меня кружится
голова...
Оглянувшись вокруг, Кэссиди не обнаружила ни Рейли, ни рабочих. Она и
служанка Бетти были здесь совершенно одни.
- Где же мой муж? - удивилась она.
- Он скоро придет, - ответила Лавиния и подошла к самому краю лесов. -
Посмотрите, ваша светлость, отсюда
открывается великолепный вид! - сказала она. - Вы увидите все поместье!
Кэссиди отрицательно покачала головой.
- Нет уж, спасибо, - проговорила она. - Лучше я подожду мужа... Поищите его,
пожалуйста, и передайте, чтобы он
немедленно пришел сюда. Я плохо себя чувствую...
Лавиния взглянула на побледневшее лицо Кэссиди.
- Из-за ребенка? - спросила она.
- Кажется, да. Прошу вас, поторопитесь! Лавиния взяла Кэссиди за руку и
потащила вперед.
- Я только хочу, чтобы вы сели. Все будет хорошо! Положитесь на меня.
- Нет! - воскликнула Кэссиди, пытаясь вырвать руку, но женщина держала ее
очень крепко. - Куда вы меня тащите? Я
останусь здесь и подожду мужа.
Глаза Лавинии безумно заблестели.
- Боюсь, это напрасно, дорогая! Видите ли, Рейли не придет! Никто не придет
вам на помощь!
Увидев, что служанка тащит ее к самому краю лесов, Кэссиди задрожала.
- Что вы делаете? - испуганно вскрикнула она. Лавиния расхохоталась, и этот
безумный смех гулко прокатился по
всему помещению башни.
- Разве вы меня не узнали, ваша светлость? Поройтесь в памяти! Неужели вы не
понимаете, зачем я вас сюда привела?
Кэссиди задохнулась от ужаса. Должно быть, перед ней была мачеха Рейли - та
самая женщина, которая заточила ее в
Ньюгейт!
- Наверное, вы - Лавиния Винтер... Но зачем вам все это?
- Я ждала этого случая очень долго. Я тщательно готовилась к нему. Бедняжка
Рейли даже не увидит, как вы умрете.
- Нет, прошу вас! Вспомните о моем ребенке! - закричала Кэссиди, невольно
прикрыв рукой живот.
Боль снова пронзила ее, и она поняла, что начались схватки.
- Миссис Винтер, прошу вас, подумайте о моем ребенке! - взмолилась она. -
Неужели вы хотите убить невинное
дитя?
- Вот именно это я и собираюсь сделать, - сказала Лавиния. - Рейли не получит
наследника, который займет место, по
праву принадлежащее моему сыну!
Тут Лавиния схватила Кэссиди за руки и с нечеловеческой силой потащила прямо
к краю бездны.
Кэссиди упиралась, дергалась, пытаясь вырваться, но все было напрасно.
Лавиния подтащила ее к самому краю лесов.
Спасения не было.
- Вы уже раскаялись, что забрались к Рейли в постель? - приговаривала
Лавиния. - Рейли всегда такой
самоуверенный и такой высокомерный! Женщины его обожают, а он грубо их бросает!
Я бы согласилась отдать ему свою
любовь, но он даже не смотрел на меня!
От ее безумного смеха у Кэссиди по спине побежали мурашки. Лавиния с силой
дернула ее вперед, и она оказалась у
парапета. Кэссиди закрыла глаза, боясь взглянуть вниз.
- Моей самой заветной мечтой было посмотреть на мучения Рейли, когда он
увидит, что все, что он так любил,
разбилось вдребезги о булыжную мостовую!
Кэссиди потеряла равновесие, но потом крепко ухватилась за тонкую веревку.
- Я хочу, чтобы ты знала: против тебя я ничего не имею, - продолжала Лавиния,
с улыбкой наблюдая за страданиями
Кэссиди. - К несчастью, ты оказалась на моем пути и, увы, должна умереть.
Кэссиди подняла глаза и посмотрела на женщину, которая причинила ей столько
несчастий.
- Вы сумасшедшая, - прошептала она.
- Вполне возможно. Но для тебя это уже не имеет значения, - сказала Лавиния,
вплотную придвинувшись к Кэссиди. -
Все произойдет очень быстро. Ты даже не почувствуешь боли!
Глава 35
Томас Криг разгрузил свою телегу и, раздраженный, принялся разыскивать Бетти
Дэниэлз.
- Вы не видели женщину, которая приехала со мной? - спросил он кухарку. - Не
много мне было от нее помощи!
Кухарка равнодушно пожала плечами и проворчала:
- Чего вы от меня хотите? Чтобы я делала за вас вашу работу? Найдите ее и
сразу уезжайте. Герцог не хочет, чтобы в эти
дни в замке находились посторонние.
- Я видел, у ворот поставили сторожа, - сказал Криг. - Что-то случилось?
- Я и сама точно не знаю. Только самые доверенные слуги знают, в чем дело, но
нам не докладывают. Говорят, какая-то
женщина угрожала герцогине. Нас предупредили, чтобы здесь не околачивались
незнакомые... - вдруг кухарка побледнела.
- Так вы говорите, у вас пропала служанка? - пробормотала она.
- Моя помощница совсем не та, кого вы ищете, - заверил Криг. - Она работает у
меня уже две недели.
- Это вовсе не говорит о том, что вы ее хорошо знаете, - заявила кухарка,
вытирая руки о передник. - Найдите ее
поскорее!
- Говорю вам, эта женщина никому не сделает вреда. Она даже присматривает за
моими ребятишками...
Кухарка подтолкнула Томаса Крига к двери.
- Вы поищете ее во дворе, а я скажу, чтобы поискали в доме.
Не успела кухарка позвать на помощь слуг, как в дом вбежал Томас Криг и
взволнованно воскликнул:
- Срочно позовите герцога! Пусть поторопится в башню!
Лавиния вытащила Кэссиди из башни на строительные леса, и та почувствовала,
как леса вибрируют у нее под ногами.
Боясь взглянуть вниз во двор, она смотрела прямо перед собой. От смеха Лавинии
кровь стыла в жилах.
- Кажется, меня уже обнаружили, - сказала Лавиния. - Скоро сюда явится твой
муженек и попытается тебя спасти. -
она потрогала рукой веревки, на которых держались строительные леса. - Я
дождусь, когда он придет, а потом, на его
глазах, перережу эти веревки.
- Прошу вас, не делайте этого! - взмолилась Кэссиди. - У вас у самой сын, и
вы должны понять, как я люблю своего
будущего ребенка!
Лавиния извлекла из складок платья нож и перерезала две из семи веревок, на
которых держались леса. Доски опасно
накренились, и, чтобы не упасть, Кэссиди крепче вцепилась в канат.
- Как мало вас связывает с этим миром, не правда ли, ваша светлость? -
усмехнулась Лавиния. - Когда я перережу
остальные веревки, вы разобьетесь насмерть!
Чтобы не расплакаться, Кэссиди закусила губу. Она не доставит этой женщине
удовольствия насладиться мучениями
своей жертвы.
- Давайте, - сказала Кэссиди, - делайте то, что задумали!
В глазах Лавинии промелькнуло что-то похожее на уважение.
- Тебе надо было выйти замуж не за Рейли, а за моего сына. Ты его достойна.
Со стороны лестницы донеслись торопливые шаги, и обе поняли, что это Рейли.
- Мои желания исполняются! - воскликнула Лавиния с громким смехом. - Ты
погибнешь у Рейли на глазах!
Вбежав в верхнее помещение башни, Рейли крикнул Кэссиди, чтобы та держалась.
Когда же он бросился к ней, Лавиния
схватила оставшиеся веревки и угрожающе подняла нож. В ее глазах сверкал триумф.
- Не подходи слишком близко, Рейли! - предупредила она. - Если ты сделаешь
еще шаг, я перережу эти веревки, и
твоя жена разобьется.
Рейли смотрел на Кэссиди, которая пыталась удержаться на ногах. Он понимал,
что, если бросится на Лавинию, та успеет
выполнить свою угрозу и перережет веревки.
Кэссиди не устояла на ногах, упала на доски и начала сползать вниз. У Рейли
перехватило дыхание, но в последний
момент она все-таки успела зацепиться за одну из досок.
Кэссиди лежала на доске, а ее ноги свешивались вниз. Она держалась из
последних сил.
- Кэссиди! - в отчаянии закричал Рейли. Он ничем не мог ей помочь. - Держись,
любовь моя! Держись изо всех сил!
Новый приступ боли заставил Кэссиди скорчиться, и ее пальцы заскользили по
веревке.
- Прости, Рейли, - проговорила она. - Я не могу удержаться... Не могу!..
Ребенок... вот-вот родится!
Он сделал шаг вперед, но Лавиния тут же перехватила ножом несколько веревок.
Рейли пришлось остановиться и, затаив
дыхание, смотреть, как угрожающе закачались леса.
- Не делай этого, Лавиния, - сказал он. - Моя жена не сделала тебе ничего
плохого. Тебе нужен я. Отпусти eel
- Что, Рейли, ты так страдаешь, как будто тебя режут на куски? - мрачно
усмехнулась Лавиния, пристально глядя на его
искаженное мукой лицо.
- Да, черт тебя побери! - воскликнул он. - Я очень страдаю, если ты именно
этого хотела добиться!
- Это выше твоих сил - наблюдать, как женщина, которую ты любишь, борется за
жизнь на краю пропасти да еще вотвот
родит? - продолжала она, не сводя глаз с его лица. - Любопытно, что
произойдет раньше? Долго ли она продержится
перед тем, как разбиться о булыжную мостовую?
- Позволь мне поменяться с ней местами, Лавиния. Потом ты сделаешь со мной,
что захочешь, - взмолился Рейли.
Ради Кэссиди он был готов на все.
- Неужели ты думаешь, что я так глупа? - нахмурилась Лавиния. - Нет, Рейли, я
вовсе не хочу, чтобы ты умирал. По
крайней мере, сейчас. Я хочу, чтобы ты жил и рыдал от ужаса, вспоминая, что твоя
любимая вдребезги разбилась о камни!
Кэссиди посмотрела на Рейли и едва сдержала слезы - столько страдания было в
его глазах. Он был очень гордым
мужчиной, и то, что ему приходилось умолять Лавшшдо, было для него настоящей
пыткой. Кэссиди нужно было сказать
Рейли так много, но у нее не было сил. Она едва держалась на покосившихся лесах.
Рейли не заметил, как из-за его спины показался Хью.
- Позволь, я попытаюсь что-нибудь сделать, Рейли, - сказал сводный брат. -
Дай мне пройти!
Рейли не знал, с какими намерениями пришел Хью. Хотел ли тот помочь матери
или действительно собирался спасти
Кэссиди.
- Я сам разберусь с твоей матерью, Хью, - сказал Рейли, загораживая брату
дорогу.
- Не глупи, Рейли! Она не в своем уме. Только я смогу с ней договориться, -
откликнулся Хью и, взглянув на
искаженное страданиями лицо Рейли, добавил: - Мне все равно, что ты обо мне
думаешь, брат, но я никогда не смог бы
причинить вред тебе или тем, кого ты любишь...
- У меня нет другого выхода, как поверить тебе, - в отчаянии проговорил
Рейли, отступая в сторону. - Кэссиди может
сорваться в любую секунду. Поторопись!
Братья обменялись взглядами, и в эту секунду обоим стало ясно, что нужно
предпринять. Во взгляде Рейли блеснула
надежда, а глаза Хью наполнились печалью.
- Я не допущу, чтобы она погубила твою жену, - шепнул Хью.
Увидев сына, Лавиния улыбнулась.
- Ты как раз вовремя, сынок, - сказала она. - Сейчас мы будем праздновать
победу. Иди сюда, встань рядом со мной.
Краем глаза Хью заметил, что Кэссиди держится из последних сил.
- Я должен был прийти, мама, - мягко сказал он. - Я искал тебя повсюду, но не
мог найти... - он говорил с ней
ласково, как с ребенком, и подходил все ближе. - Даже когда в замок проехала
телега, я не сразу узнал тебя.
- Я делаю это для тебя, Хью. Для тебя я убила Джона, - сказала Лавиния и
перевела взгляд на Рейли. - Признайся, это
было ловко придумано, прислать к тебе в замок эту актрису, - усмехнулась она. -
Держу пари, это доставило тебе немало
хлопот!
Хью подошел еще ближе.
- Отдай мне нож, мама.
- Да, ты сам можешь перерезать веревку... - проговорила Лавиния, но вдруг
нахмурилась. - Но я не уверена, что тебе
можно доверять. Ты никогда не хотел занять место Рейли. Ты всегда восхищался
братом, и я никак не могла с этим сладить...
- Ну же, мама, - сказал Хью, - отдай мне нож, и мы вместе уйдем отсюда!
- Нет! - крикнула Лавиния и полоснула ножом по оставшимся веревкам.
Леса покосились еще больше, и Кэссиди съехала к самому краю доски.
В этот момент Хью бросился вперед и, сбив мать с ног, вместе с ней ухнул с
высоты вниз. Леденящий душу вопль
пронесся над замком, когда они летели на камни.
Услышав, как их тела ударились о булыжную мостовую, Кэссиди в ужасе
вскрикнула, но Рейли уже был рядом и успел
подхватить ее на руки. Он крепко прижимал жену к груди и покрывал поцелуями ее
глаза, губы и щеки.
- Любимая, - шептал он, - все позади! Слава Богу, теперь ты в безопасности!
Кэссиди склонила голову к нему на плечо, а ее тело судорожно подергивалось.
- Ребенок, Рейли! - пробормотала она.
На руках он снес ее по винтовой лестнице, а внизу их ждали взволнованные
слуги.
Элизабет и Оливер побежали вперед, чтобы открыть перед Рейли двери. Войдя в
спальню, он осторожно опустил Кэссиди
на кровать, и сам присел рядом.
- Элизабет, помогите ей! - воскликнул он, с надеждой глядя на камеристку. - У
нее начались схватки!
Элизабет кивнула и стремглав бросилась за горячей водой и полотенцами.
- Делай что хочешь, но привези доктора! - обратился Рейли к Оливеру. - А пока
пошли кого-нибудь в деревню за
повитухой!
Кэссиди корчилась от боли и, чтобы не кричать, кусала губы.
- Слишком поздно посылать за доктором, Рейли... - простонала она. - Скажи,
Рейли, наверное, я умру от родов, как
моя сестра?
- Не говори чепухи, Кэссиди, - проворчал Рейли. - Держи меня за руку и
попытайся быть сильной. Я помогу тебе
справиться с этим!
Она крепко сжала его руку.
- Я хочу, чтобы ты мне что-то пообещал, Рейли, - печально улыбнулась Кэссиди,
вспоминая о последних минутах
Абигейл.
- Все что угодно, любимая!
- Если я... меня не станет, то, прошу тебя, Рейли, разреши нашему ребенку и
Арриан жить у тетушки Мэри. Я хочу,
чтобы они знали свою тетушку и любили так, как любила ее я...
- С тобой все будет в порядке, Кэссиди. Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь
случилось.
Несмотря на уверенный тон, в глазах Рейли сквозило беспокойство.
- Не печалься, Рейли... - начала Кэссиди, но умолкла, потому что новый
приступ боли заставил ее содрогнуться.
Единственное, что мог сделать Рейли, это держать ее за руку. Он бы с радостью
взял на себя все ее страдания.
- Ребенок уже очень близко, Рейли... - прошептала Кэссиди.
Ее глаза закрылись, и она потеряла сознание. Рейли упал на колени около
кровати.
- Какое мне дело до ребенка! - воскликнул он. - Главное для меня - это ты!
Но Кэссиди уже не слышала признаний в любви и не чувствовала боли. Она
находилась на призрачной грани между
жизнью и смертью.
Вернувшись, Элизабет ахнула когда увидела на глазах герцога слезы.
- Я не перенесу, если потеряю ге, Элизабет! - воскликнул Рейли.
- Послушайте, ваша светлость, я кое-что смыслю в этих делах, - проговорила
ирландка, желая ободрить Рейли, однако
в ее глазах тоже стоял страх. - Она просто очень напугана и потеряла много
сил...
- Помогите ей, - сказал Рейли, поднося руку Кэссиди к своим губам и поправляя
на ее лбу золотые волосы. Кэссиди
казалась ему такой бледной и беззащитной, что он готов был разрыдаться. - Я не
уберег ее!
- Вам лучше уйти, ваша светлость, - сказала Элизабет, тронув его за плечо. -
Я займусь ею.
Рейли неохотно выпустил руку Кэссиди и поднялся.
- Господи, - проговорил он, - сохрани ей жизнь!
- Я сделаю все, ваша светлость... Но она без сознания, и это затрудняет
положение...
Равенуортский замок погрузился в тягостное ожидание. Тела Лавинии и Хью
убрали со двора. Тело Хью перенесли в
церковь, где должно было состояться отпевание, а тело Лавинии переправили в
деревню и похоронили без всяких церемоний.
Атмосфера была крайне тревожной. Все обитатели замка ловили любые новости о
здоровье молодой герцогини. Даже
приступив к своим обычным делам, слуги не переставали перешептываться о Кэссиди.
Когда же весть о происшедшем долетела до деревни, то во дворе замка собралась
толпа местных жителей. День и ночь
они ждали известий о здоровье герцогини и молились за эту молодую женщину,
которую так успели полюбить.
Вот уже прошел час, как приехал доктор Уортингтон, но ребенок все еще не
родился. Рейли стоял у кровати Кэссиди и не
отрываясь смотрел на бледное лицо жены.
- Роды слишком затянулись, - проговорил он. - Она больше не вынесет этой
пытки.
- Ей пришлось пережить настоящий кошмар, но она сильная и все обойдется, -
уверял его доктор.
- А что с ребенком?
- Он родится через несколько часов.
Около Кэссиди мучилась ожиданием и леди Мэри.
- Ее сестра погибла от затянувшихся родов, - сказала она.
Доктор Уортингтон приподнял Кэссиди веко и взглянул на зрачок. Потом положил
ладонь ей на живот.
- Это довольно редкий случай, но это все же бывает... - проговорил доктор. -
Я сделаю все возможное.
Рейли стоял у окна у себя в спальне и смотрел на ночное небо. Он то и дело
заходил через смежную дверь в спальню
Кэссиди, чтобы посмотреть, как ее дела.
Оливер принес ужин, но Рейли даже не притронулся к еде. Как он мое есть,
когда жизнь Кэссиди была на волосок от
смерти!
Он раскрыл окно в сад и глотнул свежего воздуха. На ветке дуба сидел соловей.
Соловей не пел и только встряхивал
крылышками. Рейли взмахнул рукой, и птичка исчезла в ночном небе.
- Она умирает, Оливер, - сказал Рейли. - Я это знаю...
Бывший ординарец никогда не видел герцога в таком состоянии. Даже когда вез
его раненного из-под Ватерлоо в
госпиталь.
- Господь не станет забирать ее у вас, ваша светлость... У всех нас...
Рейли взглянул на Оливера.
- Ты ведь ее тоже полюбил, правда?
- Ее все полюбили, ваша светлость! Как же иначе! - откликнулся слуга. - Если
помните, я всегда говорил, что она
необыкновенная женщина.
Рейли повернулся к окну, вспоминая о том времени, когда Кэссиди впервые
появилась в Равенуортском замке.
- Я это понял не сразу, - признался он. - Теперь наконец я это понял, но,
боюсь, слишком поздно, - с горечью
прибавил он.
- Я верю, что все будет хорошо, ваша светлость, - сказал Оливер, протягивая
Рейли стакан воды. - Скоро вы станете
отцом!
В следующую секунду оба услышали крик младенца, а следом за ним звонкую
трель. Это соловей вернулся на ветку дуба
- и запел.
Рейли вдохнул полной грудью свежий воздух. То, что у него родился сын, ему
можно было и не говорить. Как и Кэссиди,
он всегда был уверен, что у них родится мальчик.
В первую минуту Рейли даже не обрадовался. Напротив, решив, что Кэссиди
умерла, он был раздавлен горем. Как он
будет жить без нее?!
Не зная того, что происходит в душе герцога, сияющий Оливер воскликнул:
- Поздравляю, ваша светлость!
Рейли подошел к двери и толкнул ее. Он увидел около Кэссиди доктора. Все
вокруг было в крови - постель, руки
доктора и сама Кэссиди.
Леди Мэри с ребенком на руках подошла к Рейли.
- У вас родился сын, Рейли. Здоровенький и сильный мальчик. И очень похож на
вас!
Рейли посмотрел на маленькое красное личи
...Закладка в соц.сетях
