Жанр: Любовные романы
Наследство уэстмера
...ен встала, уселась рядом с Беллой, обняла
ее и стала качать, как в детстве. - Это
ложь.
- Ты уверена?
- Абсолютно. Я была здесь, когда ты родилась и во время всей беременности
твоей матери.
- Тогда почему все говорят обо мне такие жуткие вещи?
- Полуправда обычно выплывает наружу в искаженном виде, - пробормотала
Эллен.
- Полуправда? Значит, что-то в этом есть...
- Ты не "дитя любви" графа. - Эллен помолчала, словно собираясь с духом. -
Им был твой отец. И это
неудивительно - уж очень они с Генри были похожи. Все знает только граф.
- Папа! Расскажи мне, что знаешь. Все.
- Граф однажды уехал в большой спешке и отсутствовал целую неделю.
Вернулся он с маленьким двухлетним
мальчиком и сказал, что это ребенок его дальнего родственника, который, умирая,
препоручил его заботам графа. Он настоял,
чтобы мальчик воспитывался как его собственный сын. Графиня так к нему и не
привязалась, и для его воспитания наняли
меня. Он стал "моим" ребенком. Я очень сильно его любила, несмотря на то что он
рос трудным, упрямым мальчиком и часто
по пустякам приходил в ярость. А когда умер Генри... Я ведь тебе про это
рассказывала?
- Да.
- Как только достиг определенного возраста, он женился на дочке врача,
лишь бы уйти из дома. Это обернулось
несчастьем. Бедная девушка безумно его любила, а он держался отстраненно, бывал
жесток и вспыльчив. Я сбилась со счета
от ее выкидышей. В конце концов это ее и убило.
- А папа опять женился.
- Да. И на этот раз по любви. Маргарита де Орсен, твоя мама, была
француженкой, как ты знаешь. Она отличалась
красотой и прекрасно одевалась. Твой папа ничего для нее не жалел. Потом
родилась ты. О, я полюбила тебя с первого
взгляда и была вне себя от радости, когда мне сказали, что я буду твоей няней.
Твоя мама тоже тебя любила, но твой папа
ужасно ревновал ее ко всем, даже к собственной дочери. Поэтому, чтобы не злить
его, тебя держали подальше от них. Мне
казалось, что матери надлежало проявить твердость и воспротивиться этому, но я
никогда ничего такого не говорила, боясь
чтобы меня не выгнали. Я этого не пережила бы. Когда она умерла, родив мертвого
сына, твой папа чуть не сошел с ума от
горя.
- Теперь многое становится понятным, - сказала Белла. - Жаль, что я этого
тогда не знала.
- Ты была маленькой девочкой. Спустя два года умер и твой папа. Тебя
вырастил дед - он тебя обожал. Вот почему
он хотел обеспечить тебя после своей смерти. Твой отец не мог ему наследовать, и
ты тоже. Полагаю, что он видел выход в
том, чтобы ты вышла замуж за одного из его внучатых племянников.
- Но это принесло столько несчастья и показало их с худшей стороны.
- А Роберт?
- Я не хочу о нем говорить.
- Почему? Он ведь твоя истинная любовь?
- Тем больше причин, чтобы он уехал. На мне позорное пятно.
- Не говори глупостей. Это не твоя вина.
- Общество другого мнения, а важно лишь то, что принято в обществе. Я
никогда не смогу выйти замуж.
- Разумеется, сможешь.
- Нет. - Белла встала. - Я пойду посижу с дедушкой.
- Хорошо. Но предупреждаю: ничего ему не говори из того, что узнала от
меня. Это может его убить.
- Ничего не скажу. Главное - я знаю правду.
Белла шла по коридору, намереваясь поговорить с Генриеттой, но в гостиной
никого не было, кроме Элизабет, а уж с
ней-то Белле совсем не хотелось разговаривать. Проходя мимо открытой двери в
библиотеку, она увидела Шарлотту, сидящую
за письменным столом деда. Она выдвинула один из ящиков и рылась в содержимом.
- Что вы делаете? Вы не имеете права здесь находиться, - резко произнесла
Белла.
- Имею, - воинственно заявила та. - Если старик разорвал майорат, то
должны быть подтверждающие документы.
Где-то же он их держит. И завещание заодно.
- Думаю, что и то, и другое находятся у его поверенного, - холодно
ответила Белла. - И он еще не умер. И даже не
умирает, а, наоборот, поправляется, так что вы можете вернуться в Лондон и
оставить нас в покое.
Белла удивилась собственному самообладанию. Словно правда об отце и
осознание того, что у нее нет законного права
ни на что, смыло все сомнения и принесло ясное понимание мотивов поведения
людей.
Шарлотта встала и пошла в гостиную, где, несомненно, поделилась с Элизабет
своим разочарованием. А Белла, открыв
ключом дверь в западную часть дома, медленно поднялась в старую классную и
застыла перед портретами двоих мальчиков
- подлинного наследника и самозванца, - настолько похожих, что никто не мог
отрицать их родства. Ее отец... Он - дитя
любви, а кто его мать? Фанни? Какая Фанни? Дедушка назвал ее, Беллу, Фанни. И
просил прощения.
- Белла.
Она обернулась - перед ней стоял Роберт.
- Что ты здесь делаешь?
- Ищу тебя. Последнее время я постоянно этим занимаюсь. Ты меня избегаешь?
Она повернулась к картинам, чтобы не смотреть на него и не расплакаться:
- Я стараюсь всех избегать. Тогда я никого не обижу.
- Ты меня не обижаешь. За исключением того, что приравняла меня к
остальным. Я-то считал себя другим. Ты ко мне
обратилась, когда тебе понадобилась помощь. Помнишь?
- Это было ошибкой. Мне следовало остаться здесь с дедушкой. Кстати,
сплетники ошибаются - он на самом деле
мой дед.
- Я никогда в этом не сомневался. Да мне все равно. - Он хотел ее обнять,
но она выглядела такой неприступной, что
он не осмелился. - Белла, пожалуйста, послушай...
- Нет. Я ничего не хочу слышать. Разве ты не понимаешь? - Она повернулась
к нему. На ее бледном, почти
прозрачном лице было написано страдание. - Оставь меня, Роберт. Возвращайся в
Лондон.
Он отступил назад, словно его ударили. Затем взял себя в руки.
- Когда я целовал тебя, ты меня не отталкивала. Ты сказала, что любишь
меня.
- Я... - Она запнулась. - Я была смущена и не сознавала, что говорю. Я
устала от всех этих споров и пререканий и
именно поэтому попросила тебя увезти меня в Лондон. Я не понимала, что там это
продолжится и что будет еще хуже. Мне не
следовало идти против воли дедушки...
- Ты хочешь сказать, что приняла бы предложение Эдуарда?
- Нет. Говорю тебе: я не хочу выходить замуж ни за кого из вас. И, как
только дедушке станет лучше, я так ему и
скажу.
- Но когда я тебя целовал...
- Это ничего не значило ни для меня, ни для тебя. Забудь об этом.
Он протянул руку, чтобы обнять ее за плечи, и был потрясен, когда она
нагнулась под его рукой и устремилась к двери.
- Белла! - крикнул он, но она убежала вниз по лестнице и по коридорам,
расположение которых было известно
только ей.
Глава десятая
Роберт весь вечер пил в трактире "Корона" в Даунем-Маркете, вполуха
прислушиваясь к разговорам местных крестьян,
которые ругали вероломных господ, нанявших сыщика полицейского суда для того,
чтобы он внедрился в среду браконьеров.
Судя по тому, что браконьеры оказались за решеткой, сыщик со своей задачей
справился.
Но в основном мысли Роберта были заняты Беллой. Почему она приравняла его
к остальным кузенам? Ему наплевать
на наследство. Он любит ее - разве этого недостаточно?
К полуночи он столько выпил, что был готов проклинать всех женщин. Когда
же трактирщик осведомился, не нужна ли
ему комната на ночь, Роберт согласился.
Утром, спустившись к завтраку, Роберт застал хозяина в хлопотах.
- Мы ждем членов магистрата и попечителей, сэр. У них здесь встреча, -
сообщил он Роберту. - Они собираются
каждый понедельник.
Пока Роберт расплачивался, прибыли те, кого ждали.
- Люди идут маршем из Садери. Они в боевом настроении, - сказал один из
них.
Роберту совсем не хотелось попасть в гущу мятежа. Он должен вернуться в
Уэстмер, заставить Беллу выслушать его и
убедить в том, что ее происхождение ему безразлично. Он любит ее. Уезжая, он
услышал, как член магистрата приказал комуто
ехать к капитану Ли в Апуэлл и мобилизовать кавалерию. Роберт опасался, что
бунт захлестнет всю округу, включая
Уэстмер, и граф, самый влиятельный землевладелец этих мест, не уцелеет от ярости
мятежников. А в Уэстмере Белла и
мама... Роберт вскочил в седло и помчался в Уэстмер.
Белла встала утром с тяжелым сердцем. Есть ей не хотелось, да и видеть
кого-либо - тоже. Нанятая сиделка сообщила
ей, что дедушка провел спокойную ночь и все еще спал. Роберт, как уехал с
вечера, так и не вернулся. Это Белле сказал
Сильвестр, приставленный к нему вместо Адама Гоутобеда. Остальные приехавшие
привыкли вставать поздно и еще не
поднимались. Белла была этому рада - тем меньше она услышит их перебранок.
Она печально улыбнулась. Вот она снова дома и вольна поступать по своему
усмотрению, не думая о лондонском
этикете. Она может ездить одна верхом и ходить гулять - никто не удивится и не
остановит ее. Накинув плащ поверх
простого батистового платья и надев прочные ботинки, она отправилась пройтись по
парку.
Почему Роберт отсутствовал всю ночь? Снова уехал на политическое сборище?
Если Джеймс прав, то ехать ему
пришлось недалеко - беспорядки были почти на пороге дома. Правда, странно, что
он уехал, не сказав об этом матери.
Белла обнаружила, что идет вдоль кромки леса. Она вспомнила о живущей
здесь старой даме и свернула с тропинки.
Вот и крошечный домик, из трубы которого вьется струйка дыма. Растворилась
дверь, и на пороге появилась женщина.
- Значит, вы вернулись, - сказала она. - Да.
- Вы сделали выбор? - Нет.
- Это неправда.
Белла чувствовала, что врать бесполезно, так как старая женщина знала все,
хотя непонятно откуда.
- Правда, - сказала Белла. - Я не приняла ни одного предложения. Дедушка
поступит так, как пожелает.
- Он в любом случае поступит по-своему. Уильям Хантли всегда так делал.
- Откуда вам это про него известно?
- О, я уж знаю. - Старуха постучала себя по носу длинным костлявым
пальцем. - Мне почти все про него известно.
- Тогда расскажите и мне.
- Нет, пусть сам рассказывает.
- Он не может - у него удар. Его почти невозможно понять, но он все время
говорит о какой-то Фанни.
- Фанни. - Женщина шепотом повторила это имя.
- Да, и просит прощения. Может, я могла бы ее найти...
- Нет, моя дорогая, - старуха не дала Белле договорить. - Прошлое лучше
забыть, а не ворошить.
- Но вам известно, кто она?
- Да, - отрезала старуха и быстро перевела разговор на другое. -
Расскажите мне о молодом человеке. О том,
которого вы якобы не выбрали.
- Я люблю его. - И...
- Я не могу выйти за него.
- Почему?
Белла молчала. Как сказать незнакомому человеку, что она запятнана позором
и что тот, кто женится на ней, навсегда
будет окружен сплетнями, особенно если дед сдержит слово и сделает его своим
наследником?
- У меня есть на то свои причины.
- Глупости. - Голос женщины прозвучал сердито. - Он вас любит?
- Не знаю. Наверное, немножко любит, но...
- Тогда какие могут быть причины? Счастье похоже на бабочку, дитя. Вам
надо поймать ее, пока она сидит на месте, а
иначе она улетит. Если он считает ваши причины непреодолимыми, то он вас не
стоит.
- Но он уехал. Он уехал прошлой ночью и еще не вернулся. Я не знаю, где
он.
- Он вернется.
- Вы уверены?
- Уверена. Разве я не говорила вам, что у меня дар предвидения? - Женщина
улыбнулась, и лицо ее помолодело. -
Идите, милочка, и не теряйте время на болтовню со старой каргой. Скажите ему о
своих чувствах. Как же еще он о них
узнает?
Белла порывисто нагнулась, поцеловала старую даму в щеку и пошла к дому.
- Идите и потом расскажите, что из этого получилось, - услышала она вслед.
Если бы девушка обернулась, то
увидела бы, как старуха водит рукой по щеке, куда ее поцеловала Белла.
Все родственники, за исключением Джеймса и Роберта, сидели за столом в
гостиной, где обычно завтракали, и
галдели, оспаривая права на наследство. Они походили на хищников, ожидающих
смерти старика. Белла была не в состоянии
находиться с ними в одной комнате. Извинившись, она вышла в сад.
Был прекрасный, теплый день. Она села на скамью, наблюдая, как ласточки
устремляются вниз, чтобы поймать мошек.
Она предпримет попытку поймать бабочку и постарается, чтобы та не проскользнула
у нее между пальцев.
Услыхав цокот копыт, она вскочила на ноги, побежала по дорожке и обогнула
дом. Но это был не Роберт, а Джеймс. Он
управлял своей ветхой двуколкой, в которой сидела миссис Кларк, прижимая к себе
девочек.
- Где Роберт? - крикнул он.
- Я не знаю.
- Проклятье! Простите, Белла, но я так рассчитывал, что застану его здесь.
- Он протянул руку и помог миссис
Кларк выйти из коляски, затем спустил на землю девочек. - В Даунем-Маркете
потасовки с самого утра. Сотни мужчин и
женщин неистовствуют, грабят и угрожают жителям ружьями и вилами. Если
беспорядки распространятся дальше, то
докатятся до Истмера. Я боюсь за детей. Если бы вы смогли их приютить, пока не
минует опасность, я был бы весьма
признателен.
- Конечно. Почему опять начались волнения? Ведь магистраты в марте обещали
увеличить беднякам пособие.
- Они не сдержали слова. Я же говорил, что так и будет, помните? Страдаютто
фермеры, а не магистраты.
- Что вы намерены делать?
- Попытаюсь их уговорить, но, если это не поможет, придется дать им денег.
- Он хрипло рассмеялся. - Я бы не
возражал, но они все пропьют. - Он повернулся к девочкам и поцеловал каждую в
макушку. - Ведите себя хорошо. - А
Белле сказал: - Когда Роберт вернется, пришлите его ко мне, ладно? - И,
забравшись обратно в двуколку, Джеймс уехал.
Белла отослала детей на кухню.
- Повариха даст вам чаю с кексом. - Повернувшись к миссис Кларк, она
произнесла: - Примите мои поздравления
с помолвкой, мэм. Желаю вам счастья.
- Спасибо. - Лицо женщины немного оживилось.
- Отчего стали бунтовать на этот раз? - спросила Белла, провожая миссис
Кларк в гостиную.
- Это все из-за высоких цен на муку и хлеб и низкой заработной платы.
Джеймс не виноват, мисс Хантли. Он не
может платить больше. Если работники разрушат ферму, то вообще останутся без
денег, но они ничего не хотят слышать. Я
боюсь за Джеймса... - (Появилась служанка с чайным подносом и поставила его на
столик.) - Если бы капитан был здесь...
За ним нельзя послать? Он военный человек, и они его послушаются.
Белла передала ей чашку чая.
- Я понятия не имею, где Роберт. - Она не успела договорить, как
послышался топот. Белла подбежала к окну. - Это
Роберт.
- Благодарение Богу. - Миссис Кларк, подхватив юбки, выбежала в вестибюль.
Роберт собирался поговорить с Беллой наедине и был расстроен, увидев
миссис Кларк. Он поклонился и поздоровался
с ней.
- Роберт, в Даунеме беда, - сообщила Белла, появившаяся следом за миссис
Кларк. - Джеймс боится, что
беспорядки достигнут Истмера. Он привез миссис Кларк с девочками сюда.
- Джеймсу нужна ваша помощь, капитан, - сказала миссис Кларк. - Одному ему
не справиться.
Роберт тяжело вздохнул. Неужели его планы должны постоянно срываться?
- Конечно, я поеду к нему.
- О, благодарю вас, сэр. Я уверена, что работники вас послушаются.
Роберт посмотрел на Беллу, пытаясь угадать ее мысли, но во взгляде больших
светло-карих глаз ничего, кроме
волнения за миссис Кларк, не прочел.
- В Уэстмере все спокойно? - спросил он.
- Да, Роберт. Непохоже, что здесь могут возникнуть неприятности.
- Все равно лучше подготовиться. Поставьте заграждения на подходах к
поместью, и пусть кто-нибудь стоит на часах,
чтобы предупредить вас. Попроси Эдуарда организовать все это. Я вернусь как
можно скорее. - Белла проводила его до
двери. Он грустно улыбнулся. - Мы поговорим, когда я вернусь. Не делай
глупостей. Оставайся в доме.
Она вымученно засмеялась.
- Куда мне идти?
Она наблюдала за тем, как Роберт галопом пронесся по аллее, затем
вернулась в дом. Ей придется запастись
терпением.
Дорога в Истмер проходила через Даунем-Маркет, куда уже прибыли мятежники.
К ним присоединились жители.
Местечко представляло собой бурлящий котел: мужчины и женщины размахивали
ружьями, палками и вилами. Повсюду
слышалось: "Хлеб или кровь!"
Роберт не смог проехать сквозь толпу, и ему пришлось сидеть в седле. Он
насчитал до пятнадцати сотен людей,
столпившихся на рынке и на дорогах, прилегающих к нему.
Группа людей выдвинулась навстречу приходскому попечителю, вышедшему из
трактира "Корона":
- Вот наши представители. Они будут говорить с властями от нашего имени, -
раздались крики.
Попечитель повел их в "Корону", откуда они вышли спустя несколько минут,
радостно потрясая кулаками.
Вскарабкавшись на ящики, они сообщили собравшимся, что добились заработной платы
в два шиллинга за день, а цены на
муку - в два шиллинга и шесть пенсов.
Кто-то закричал:
- А как же наши мужики, что сидят в тюрьме?
Мятежники кинулись обратно в трактир, требуя освободить браконьеров. Там
они начали крушить все, что попадалось
под руку.
Роберт пришел в ужас. Он чувствовал себя совершенно беспомощным. Его они
слушать не станут - он для них никто.
Тут он вспомнил, что сегодня вечером Джозеф Мостин должен выступать на собрании
в Питерборо. Вот его мятежники могут
послушаться. Роберт развернул коня и направился по дороге, ведущей из Истмера в
Питерборо.
Для Беллы день тянулся бесконечно. Кузены холодно встретили появление
миссис Кларк и не удостоили ее разговором,
так что бедняжке пришлось удалиться на кухню, сделав вид, что ей необходимо
приглядеть за детьми.
А Белла укрылась в спальне деда, у которого бывали минуты просветления и
он узнавал ее, но чаще называл ее Фанни.
В три часа ему принесли обед, и сиделка принялась кормить его из ложки.
Белла поняла, что ее присутствие при этой
процедуре для него унизительно, и спустилась вниз. Роберт еще не вернулся,
никаких новостей из Истмера не было. Правда,
проходивший мимо поместья мужчина сказал, что Даунем-Маркет превратился в поле
боя. Это сообщил Белле Спунер, когда
она отправилась на конюшню сказать, чтобы ей оседлали Дымку.
- Вам не следует выезжать, мисс. Неизвестно, куда они отправятся потом, -
предостерег он Беллу.
Она отказалась от мысли поехать верхом и вернулась в дом, где, как обычно,
спорили Эдуард и Луи, но на этот раз не о
наследстве, а о народных волнениях. Луи, подстрекаемый Элизабет, призывал всех
вернуться в Лондон, куда мятежники ни за
что не войдут, поскольку это большой город и там заседает правительство.
- А я считаю, что мы должны приготовиться к тому, чтобы защищать дом, как
посоветовал Роберт, - возражал ему
Эдуард.
- Какой в этом прок? Их же будут тысячи. Луи, я требую, чтобы ты увез меня
домой. Я не желаю умирать в этом
мрачном доме, - настаивала Элизабет.
- У меня к нему тоже отвращение, - присоединилась к Элизабет Шарлотта. -
Он разваливается, так что пусть
достанется бунтовщикам. Мне все равно. Поедем в Палгрейв. Если же беспорядки
дойдут и туда, то твоя первейшая
обязанность, Эдуард, предотвратить возможные разрушения там.
- Мама, что ты скажешь? - спросил Эдуард.
- Думаю, Шарлотта права, но мы не можем оставить Беллу одну. Она должна
поехать с нами.
- Нет, я не могу оставить дедушку, Эллен и миссис Кларк. И слуг тоже.
Роберт скоро вернется.
- Роберт! - воскликнула Шарлотта, бросив на Беллу злобный взгляд. - Я не
удивлюсь, если он окажется на стороне
мятежников. В любом случае, если он так стремится наследовать Уэстмер, то пусть
и займется его защитой.
- Белла, пожалуйста, поедем с нами, - попросила Генриетта. - Здесь
оставаться опасно.
- Сегодня уже поздно ехать, - сказал Эдуард. - После ужина совсем
стемнеет. Отправимся завтра утром. Возможно,
к тому времени вернется Роберт и сумеет убедить Беллу уехать.
- Он меня не уговорит, - твердо заявила она. - Мое место здесь.
На следующее утро сразу после завтрака Луи пошел на конюшню распорядиться,
чтобы приготовили кареты. Элизабет,
Шарлотта и Генриетта велели своим горничным упаковать вещи, а Эдуард обошел дом
вокруг, проверяя окна и двери и давая
указания Джоллиффу и лакеям. Затем он послал Дэнни выяснить, что происходит в
окрестностях и не опасно ли выезжать за
ворота парка.
Дэнни вернулся с вестями, что все спокойно даже в Даунем-Маркете - там
констебли и кавалерия навели порядок.
- И в Истмере? - спросила Белла, думая о Джеймсе и Роберте.
- Все тихо. Мистер Тренчард сказал, что он будет благодарен, если вы
подержите девочек еще денек для большей
уверенности.
- В таком случае - едем, - распорядился Луи.
- Вы точно решили не ехать с нами? - спросила Беллу Генриетта. - Мне
тревожно за вас. Лучше мне тоже остаться.
- Нет, что вы. В этом нет никакой необходимости. Мы здесь в полной
безопасности, и я должна дождаться Роберта.
- На Роберта лучше не рассчитывать, - заметил Эдуард. - Он вполне может не
вернуться, а поехать прямо в
Лондон.
- Он вернется. - Белла произнесла это с уверенностью, которой вовсе не
испытывала.
Она смотрела, как уезжали кареты. Теперь она снова осталась одна с дедом,
словно последнего месяца, проведенного в
городе, не было.
Она пошла сообщить графу, что все разъехались. Он принял эту новость с
фырканьем. Правой рукой он ухватился за
Беллу и потянул к себе.
- В твоем мизинце больше ума, чем у них всех, вместе взятых.
Белла удивилась, что ему удалось отчетливо произнести целое предложение,
хотя все равно надо было внимательно
вслушиваться в слова.
- Спасибо, дедушка. Но вы несправедливы к Роберту.
- Ага, значит, он - твой выбор? Я-то думал, что ты обманывала меня, лишь
бы провести несколько недель в городе.
- Вы знали? - поразилась она.
- Конечно. Уж больно ты старалась сделать из этого секрет. - Он замолчал.
- А где он сейчас? Уехал с остальными?
- Нет. Я не знаю, где он. - Белла решила ничего не говорить про мятеж,
чтобы не огорчать деда.
- Наверняка уехал искать где-нибудь утешение. Он не может наследовать
Уэстмер, ты ведь знаешь. Я не разрывал
майорат.
- Но почему вы говорили обратное?
- Я этого не говорил. Разумеется, титул и поместье перейдут к Эдуарду, но
тебя это не должно беспокоить. Поместье
- не основная часть моего состояния, которое я унаследовал от деда по
материнской линии, и поэтому могу им
распоряжаться, как пожелаю. Я потратил кое-какие средства на содержание дома и
земель, но остальное было выгодно
вложено. Дом, поместье и вложения составляют кругленькую сумму. - Граф помолчал,
переводя дух, и Белла напоила его
водой из стакана, стоящего на тумбочке. - Я думал, что ты выберешь в мужья
Эдуарда и тогда все достанется ему, а он уж о
тебе позаботится.
- Но вы сами сказали, что выбор за мной.
- Да. И слова своего обратно не возьму. Титул и поместье отойдут Эдуарду -
этого я не могу изменить, но остальное
достанется тому, за кого ты выйдешь замуж. Это ведь Роберт, не так ли?
- Да, - еле слышно произнесла она.
- Так где он?
- Точно не знаю. Думаю, что у Джеймса.
- Тогда не трать зря время, поезжай и отыщи его.
- А потом что?
- Господи, девочка, неужели тебе нужно объяснять, что делать?
Она улыбнулась и, нагнувшись, поцеловала его в щеку.
- Я люблю вас, дедушка. Он поднес ее руку к губам.
- Так похожа на нее, - прошептал он. - Так похожа...
- На Фанни?
- Что тебе о ней известно? - Он был поражен.
- Ничего. Вы несколько раз повторяли ее имя во время болезни. - Белла
помолчала. - Она была моей бабушкой? -
(Он посмотрел ей прямо в глаза и, увидев в них глубокое понимание и доверие, с
улыбкой кивнул.) - Что с ней случилось?
- Я не знаю. Мы расстались. - Он отпустил ее руку. - А теперь иди, чтобы с
то бой не произошло того же. Приведи
сюда этого молодого человека. Я хочу его видеть.
Белла пошла переодеться в амазонку. Дымку необходимо прогулять, а теперь,
когда бунты, кажется, утихли, ехать в
Истмер безопасно.
Был полдень, и Джеймс на скотном дворе кормил свиней, но, увидев Беллу,
быстро подошел к ней.
- Что-то случилось? С девочками? С Розой?
- Все живы и здоровы. Я ищу Роберта. Вы его видели?
- Вы с ума сошли, приехав сюда одна! Разве вы не знаете о бунте?
- Знаю, но мне сказали, что он закончился, а я должна отыскать Роберта.
- Он был здесь, но уехал. Наверное, обратно в Уэстмер. Странно, что вы его
не встретили по пути.
- Я ехала вдоль реки. А мятежники сюда приходили?
- Нет, Роб убедил их оставить меня в покое, хотя это было рискованное
дело. Он уехал сразу после завтрака, чтобы
разузнать, безопасно ли ехать дальше, и вернулся с сообщением, что из Садери в
Даунем направляется еще толпа мятежников
с требованием освободить арестованных. Они вооружены, и среди них есть человек,
который научил их, как отбивать атаку
кавалерии. Езжайте-ка домой. Мне следовало бы поехать вместе с вами, но...
- Джеймс, в этом нет нужды. Я догоню Роберта. - Белла развернула лошадь и
поехала обратно, обдумывая, что
скажет Роберту, когда найдет его.
Она въехала в местечко Литтлпорт, все еще размышляя о разговоре с
Робертом, представляя себе, как он снова ее
поцелует. На этот раз она не вырвется из его объятий и не убежит. А когда он
скажет, что любит ее, она прямо признается в
своей любви. Это были приятные мысли, но вдруг ей пришло в голову, что придется
рассказать ему - правду про деда и
таинственную Фанни. Что он на это скажет? Наверняка поймет. А если нет? Что
сказала старая дама? "Если он считает ваши
причины непреодолимыми, то он вас не стоит". Белла выпрямилась в седле и
вскинула голову. Если так, то он не тот, за кого
она его принимала, и ей будет лучше без него...
Вдруг Белла обнаружила, что ее окружила воинственно настроенная толпа
людей, и натянула поводья. Кто-то схватил
Дымку за уздечку и перепугал несчастную кобылку. Дымка попятилась.
- Что вам надо? - закричала Белла, пытаясь усмирить лошадь. - Мне нечего
вам дать.
- Нечего? - раздался смех. - У такой леди точно кое-что есть, и очень
вкусное.
Даже с высоты лошади Белла почувствовала запах спиртного.
- Оставьте меня. - Она подняла хлыст, собираясь пустить его в ход, но
мужчина со смехом выхватил его из рук
Беллы. Дымка, обычно смирная, стала на дыбы, храпя от страха. Человек, державший
уздечку, был вынужден отпустить ее,
но лошадь перестала подчиняться Белле и заходила по кругу, лягаясь задними
ногами. Белла едва держалась в седле. Кто-то
восхищался ее умением и храбростью, другие смеялись и кричали: "Давай, давай,
девочка!" Все кончилось тем, что Дымка
с
...Закладка в соц.сетях
