Жанр: Любовные романы
Идеальная ловушка
...ам. Деловая активность сейчас идет на
спад не по дням, а по часам. Все в предвкушении Рождества!
Голос Джастина стал недовольным, словно он не понимал стремления людей
праздновать, веселиться и отдыхать в тот момент, когда можно работать не
покладая рук. Эва проигнорировала его тон. Все ее мысли сконцентрировались
на том, что осталось всего четыре дня до того момента, как ей придется
сыграть главную женскую роль в придуманном Джастином спектакле.
Оскар
ей
точно не светит! В голове Эвы словно включился таймер, отсчитывающий дни,
часы, минуты и секунды.
Этот
таймер
преследовал ее, даже когда Эва оказалась дома. А еще он
приснился ей — неправдоподобно огромный, чем-то напоминающий первые образцы
допотопных генераторов, виденные когда-то в музее. Эва совсем не выспалась и
чувствовала себя настоящей развалиной. Она приняла душ, выпила чашечку
крепчайшего кофе и позвонила Бренде.
— Алло! — закричала Бренда.
Эва страдальчески поморщилась и поспешно отодвинула трубку от уха.
— Бренда, привет. Ты собираешься на работу?
— Эва, ты где?! — завопила Бренда так, словно пыталась докричаться до
нее без применения современных средств связи.
— Дома, где же мне еще быть? Бренда, ты должна меня выручить! Я оставила машину в аэропорту...
— Но, Эва, я не могу сейчас пилить в аэропорт!
— Дослушай, пожалуйста! Так вот, машину забрал Стив и отогнал в сервис.
А я забыла вчера его забрать. — Эва солгала: ничего она не забыла.
Просто из-за того, что пришлось менять билеты, она прилетела гораздо позже,
чем планировала, и автосервис уже закрылся. — И вот теперь я без колес.
Не захватишь меня на работу?
— Конечно, о чем разговор! Могла бы сразу сказать, без этих пространных
объяснений.
— Ага, конечно, а потом ты все равно бы их потребовала!
— Это точно, — со смешком согласилась Бренда. — Ладно,
собирайся, я уже выезжаю, буду через пять минут.
Через три минуты Бренда уже сигналила возле дома Эвы.
— Привет, Бренда! — Эва плюхнулась на переднее сиденье, и Бренда
газанула так, словно они опаздывали на пожар.
— Как прошла поездка? — поинтересовалась она, ведя машину, как
пилот
Формулы-1
.
— Не спрашивай, — автоматически брякнула Эва, судорожно вцепляясь
в приборный щиток одной рукой и в свою сумку — другой: второй жест был
инстинктивным и в этой гонке совершенно бесполезным.
— А что такое?
Эва тут же опомнилась. Самое главное — не дать Бренде повода для каких-то
подозрений, иначе подругу вновь
понесет
и она забудет не только про
обещание исправиться, но и вообще обо всем на свете!
— В Нью-Йорке жуткий ветер, я продрогла до костей. Отопление в номере
хуже некуда, а ведь ты знаешь, какой я зяблик... Ужасно устала... Бренда,
ради бога, смотри на дорогу! — взмолилась Эва.
— Я и смотрю на дорогу. — Бренда невозмутимо пожала плечами и
заложила крутой вираж. — Мы, кстати, тоже не бездельничали. Вообще,
после того как босс вчера прислал этот факс, а потом перебросил часть
информации по электронной почте, я чувствую себя так, словно нахожусь на
пороховой бочке и какой-то доброжелатель уже поджег фитиль! — Судя по
жизнерадостному голосу Бренды, дела были не так плохи, как она живописала.
— Бренда, ты как всегда преувеличиваешь, — машинально сказала Эва,
переключаясь на собственные мысли. Факс? Электронная почта? Когда босс успел
сделать то, что она всегда считала частью своей работы?!
— Вот уж нет. Я даже подумать боюсь, чем босс заинтересуется в
следующий раз: деревообрабатывающей промышленностью, производством продуктов
питания, переработкой нефти или решит прикупить сталелитейный заводик...
— Сталелитейный заводик — это замечательно, — по прежнему витая в
облаках, пробормотала Эва.
Изумленный взгляд Бренды сменился всепонимающей ироничной улыбкой.
— И при этом наверняка нас всех поголовно поставят к доменной
печи, — тем же тоном продолжила Бренда.
— Ага, — автоматически поддакнула Эва, не слыша ни слова.
— В таком случае, из тебя получится знатный сталевар, дорогая. —
Бренда не выдержала и засмеялась.
— А? — Эва встрепенулась и смущенно посмотрела на смеющуюся
подругу. — Издеваешься, да?
— Никогда! — торжественно поклялась Бренда. Она помялась,
раздумывая, как лучше преподнести Эве новость. — Знаешь, Эва, я тут кое-
что узнала, и поэтому уже жду нового штормового предупреждения! —
понизив голос, как делала всякий раз, сообщая Эве суперважную информацию,
сказала Бренда.
— О чем ты? — насторожилась Эва.
— Маккой отменил свадьбу!
— Откуда ты знаешь?
— Птичка на хвосте принесла! Наверное, он совсем замордовал бедняжку
своими требованиями, вот она и не выдержала прессинга. И бросила его. Это
все и объясняет!
— Но почему именно Маккоя ты считаешь виноватым?! А если это Оливия
замордовала его своими капризами, требованиями, безбожной растратой средств,
наконец?! — бросилась Эва на защиту Джастина, как делала это сотни
раз. — И вообще, Бренда, хватит перемалывать чужие сплетни!
— Сплетни?! — возмутилась Бренда. — Я ни с кем не сплетничаю. Я
просто поделилась с тобой конфиденциальной информацией. Это просто
предупреждение! Тигр показал нам свою улыбку, но расслабляться еще рано! Но
ты... ты даже не удивилась! Эва, ты все знаешь, да? Что ты знаешь, Эва?!
— То же, что и ты: отмена свадьбы, и все такое... Но я не хочу, не хочу
об этом говорить! И не буду. Это не наше дело!
— Фактически, конечно, нет, — отозвалась Бренда, еще не теряя
надежды как-то воздействовать на Эву, которая явно что-то
недоговаривала. — Только все равно это нас затрагивает. За пять лет,
что я работаю в компании, еще не было такого тяжелого периода! И... О! Я
совсем забыла тебе сказать: в пятницу босс обещал уволить Линн Льюис. Ну
помнишь ту крашеную блондинку, которая периодически забывает надевать юбку?
Два дня она неустанно пересказывала эту душераздирающую историю — каждый раз
с новыми
кровавыми
подробностями! — сетуя на то, что теперь у нее
стресс и она не может ни есть, ни спать... В самом деле, она неважно
выглядит: поблекла, поникла... Хотя, может, просто не накрасилась в своей
обычной манере. Ты знаешь, как я к ней относилась, но тут даже мне ее стало
жалко... Бедняжка! Уж она-то чем боссу не потрафила, просто ума не приложу?!
— Думаю, что смогу приоткрыть завесу этой тайны. — Эва невольно
улыбнулась. — Бедняжка Линн, глупо подхихикивая, на всю приемную
осведомилась, правда ли, что Маккоя невеста оставила с носом. Босс как раз
стоял на пороге и прекрасно все слышал.
— Боже мой... — почти с ужасом прошептала Бренда, вцепившись в
руль. У нее был такой вид, словно это она учудила такое и именно ее ждет
заслуженное наказание. — И она осталась жива?
— И даже невредима, — подтвердила Эва и бросила на Бренду нарочито
мрачный взгляд а-ля граф Дракула.
Подруги прыснули со смеху.
— Ладно, Бренда, давай сменим тему. Расскажи лучше, как у тебя
продвигается подготовка к празднованию Рождества.
Эту тему Бренда могла обсуждать не часами и даже не днями — месяцами!
Начинала она, как правило, где-то в сентябре, строя планы на Рождество, и
заканчивала в мае — июне, после того как каждая подробность будет тщательно
просмакована. А поскольку на каждое Рождество в доме Конелли собирались все
многочисленные родственники как со стороны Бренды, так и со стороны Джорджа,
всевозможных воспоминаний было великое множество. Событие, на которое
собирается примерно две сотни гостей — плюс-минус пара десятков
родственников! — можно без преувеличения считать самым грандиозным и
значимым в году. И оно, соответственно, требовало приложения немыслимых сил
и вложения огромных средств. Но праздничная суета и сумасшедший дом, в
который на время рождественских каникул превращалось жилище семьи Конелли,
кроме хлопот доставляли Бренде массу удовольствия.
— Полным ходом! — оживившись, заверила Бренда. — Кладовка
ломится от подарков, подвал забит провизией, а Джордж обещал обеспечить нас
поварами. Сама понимаешь, мне ни за что не справиться! К тому же на это
Рождество должны приехать его родственники из Италии. Так что мне кажется,
что этот праздник я просто не переживу! Хотя, — Бренда
улыбнулась, — я думаю, что все будет отлично!
— Как всегда! — усмехнулась Эва. — Кстати, Джордж не намекал,
какой подарок он тебе приготовил? — поддела Эва подругу, точно зная,
что муж Бренды перед Рождеством всегда роняет невинную фразу, которая
доводит миссис Конелли до умопомешательства в попытках угадать, что именно
будет рождественским сюрпризом.
— О, Джордж! — выдохнула Бренда, и ее улыбка стала еще
шире. — Конечно, намекал, и тебе об этом прекрасно известно. Мой
благоверный заявил, что в это Рождество я получу что-то действительно
стоящее. И уж конечно это не значит, что этим чем-то окажется какая-нибудь
безделушка или шоколадный набор, как в прошлое Рождество, — хотя тебе
ведь известно, что я ужасная сладкоежка! Нет, на этот раз я сердцем
чувствую, что это будет нечто изысканное, возможно даже эксцентричное, и
безумно дорогое... — Бренда попыталась зажмуриться от удовольствия, но
Эва поспешила напомнить ей, что она все еще за рулем.
— Я веду себя как маленькая девочка, правда? — усмехнулась
Бренда. — Но мне хочется, чтобы Рождество наступило как можно быстрее!
Да, Рождество было совсем близко, оно наполняло воздух неслышным звоном
чарующих колокольчиков и ощущением приближающегося волшебства. Хотелось
верить, что именно в это Рождество свершится чудо и все загаданные желания
исполнятся...
— Эва, я тут подумала, что мы сто лет нигде не были. Нам давным-давно
пора развеяться. Давай сходим куда-нибудь в пятницу? — предложила
Бренда.
— Не могу, я ужинаю с родителями.
— А в субботу?
— Нет, в субботу я тоже не могу. Прости, Бренда, как-нибудь в другой
раз.
— Ничего. — Бренда лукаво улыбнулась и невинно добавила: —
Передавай Генри привет.
Генри? Бренда вообразила, что Эва встала-таки на путь истинный и пойдет на
свидание с Генри? Эва открыла было рот, чтобы запротестовать, но тут же
захлопнула его. Пусть лучше Бренда думает так, чем строит предположения и
донимает ее вопросами.
— Обязательно, — пробормотала Эва.
12
Эва вошла в офис с некоторой опаской, сама не зная, чего именно боится: то
ли себя и своих реакций, то ли своего выдумщика-босса. Однако ее страхи как
будто не подтвердились. Джастин вел себя, как обычно: ни одного лишнего
слова, намека и даже взгляда. Словно не было этого дикого соглашения. Только
появившийся внутри таймер по-прежнему упрямо отсчитывал убегающие минуты...
Эва поймала себя на том, что пребывает словно в двух параллельных мирах
одновременно: одна половина пытается выполнить необходимую работу, а другая
— только и может, что непрестанно думать об этом. Мысли заполняли голову
Эвы, как вода — прохудившуюся лодку. И чем упорнее она их гнала, тем
настырнее они лезли обратно.
Из-за этих мыслей она стала непростительно рассеянная, что заметили все без
исключения, кроме Джастина, который не сделал ей ни одного замечания, даже
когда Эва умудрилась несколько раз перепутать контракты, а один раз — облить
его кофе. За три дня она потеряла столько ручек, степлеров и других
канцелярских принадлежностей, сколько не теряла за все время работы. Бренда
снова начала ворчать, что Эва совсем себя загнала, Эва вяло отбивалась. Не
могла же она сказать Бренде, что дело совсем не в физических нагрузках!
— Мы вкладываем такие огромные деньги, что мне даже страшно становится.
Сдается мне, что скоро мы пойдем по миру! — без вступлений заявила
Бренда в пятницу после ланча, появившись в приемной Маккоя и передавая Эве
последние финансовые расчеты, сделанные на основании бизнес-плана. — Ты
меня прости, Эва, но у босса не все в порядке с головой, это точно. Не могу
не признать, что до сих пор ему дико везло, но везение не может продолжаться
вечно, — брюзжала Бренда.
— Это тщательно подготовленная и продуманная до мелочей массированная
атака, — возразила Эва, напустив на себя самый осведомленный
вид. — Мистер Маккой не игрок, Бренда, никогда им не был, и тебе об
этом прекрасно известно. Он очень ответственный и всегда скрупулезно
продумывает каждый ход.
— Я просто немного волнуюсь, — стала оправдываться Бренда. —
Маккой никогда не действовал так стремительно. И так жестко. Если все
закончится благополучно, его империя увеличится в три раза.
— Не если, а когда, — с легкой улыбкой поправила ее Эва.
— Разве можно было ожидать от тебя иного ответа? — проворчала
Бренда. — Ты вся в служении ему, как жрица в храме языческого божества.
Так нельзя, Эва!
— Бренда, а ты никогда не думала о том, сколько мистер Маккой делает
для нас всех?
— Что? — Бренда удивленно воззрилась на Эву.
— Никто не желает разобраться в этом, потому что гораздо проще
выказывать собственное недовольство! Бренда, ты же очень умная, забудь на
мгновение о своих комплексах и подумай о работе нашего офиса.
— У нас самый образцово-показательный офис из всех образцовых и
показательных!
— Вот именно. А сколько нужно сделать для того, чтобы так четко и слаженно организовать работу?
— Ну, больших способностей тут не требуется. Он просто запугал всех до
невозможности.
— Но ведь он никого не держит, верно? Никто не прикован к батарее
наручниками! — начиная сердиться из-за столь предвзятого отношения,
сказала Эва. — Любой может расторгнуть контракт и отправиться на все
четыре стороны.
— А зарплата? — слегка обескураженно спросила Бренда. — Где
еще такую найдешь?
— Только ли в ней дело? Вот прослушай небольшую статистику. Финансовые
трудности Брайана Малькома были решены внезапной и очень щедрой премией. Муж
Салли Крафт попал в больницу, но по неизвестной причине его лечил не рядовой
врач, а какое-то медицинское светило...
— Да, но у него же какое-то редкое заболевание, — попыталась
возразить Бренда, но Эва прервала ее нетерпеливым жестом.
— Люк получил повышение после того, как его жена потеряла работу и они
были в стесненных обстоятельствах. Дети Мел пристроены в очень хороший
детский сад, который ей явно не по карману... И теперь что касается тебя
самой, Бренда!
— Меня?
— Именно! Ты не могла приступить к работе после родов, как планировала,
и босс организовал тебе работу на дому с сохранением заработной платы. У вас
были нелегкие времена: Джордж открывал ресторан, денег не хватало. Он хотел
заложить дом, а ты боялась, что все пойдет с молотка, и чувствовала себя
беспомощной и бесполезной. И вдруг все изменилось! У тебя снова была работа,
стабильный доход, и вы выкрутились. Все эти случаи объединяет одно: помощь
приходила просто так, как по мановению волшебной палочки, все происходило
будто само собой... Никто не бил челом, прося о поддержке. Он совсем не
страшен, Бренда, и уж подавно не так, как его малюют. Он создал свою империю
по крупицам, держит ее в ежовых рукавицах, но при этом дорожит каждым
сотрудником. У Маккоя репутация тирана и деспота, и этого оказалось
достаточно, чтобы поддерживать избранный имидж. Нас так проще держать в
узде, выявляя при этом наши лучшие качества.
— Господи боже... — пробормотала Бренда. — Ты права. Но я
никогда не думала об этом именно в таком ключе!
— Не ты одна.
— Думаю, будет лучше... — закончить Бренда не успела.
— Миссис Конелли, — раздался в приемной холодный голос Джастина
Маккоя, который пересек комнату и остановился на пороге своего кабинета,
устремив на подруг холодный взгляд серых глаз, — чем вы здесь заняты?
— Я... О! Я принесла расчеты... вот!
— Спасибо, и можете возвращаться на свое рабочее место. Эва, зайди ко
мне! — Джастин скрылся в своем кабинете.
Бренда прижала ладонь к левой стороне груди, демонстрируя
сердечный
приступ
, и шумно выдохнула. Эва схватила принесенные расчеты и подмигнула
застигнутой врасплох Бренде, а та демонстративно закатила глаза, как бы
говоря: теоретические выкладки хороши, но кому охота лично проверять
лояльность и добросердечность босса?!
— Бренда, радость моя, кажется, тебе пора. Иначе босс нас с тобой обеих
живьем съест, — усмехнулась Эва.
— И она только что митинговала в защиту этого людоеда! — бурчала
Бренда, направляясь к двери.
Войдя в кабинет босса, Эва положила расчеты Бренды на край стола и застыла в
ожидании указаний. Джастин рылся в ящиках стола.
— Присядь, — сказал он, не отрываясь от своего занятия.
Эва села, наблюдая за Джастином и начиная испытывать легкое беспокойство.
Когда он выпрямился, Эва держала наготове блокнот и карандаш, вообразив, что
он хочет продиктовать ей письмо. Инициатива в разумных пределах никогда не
бывает лишней.
— Стенографировать не нужно. Я просто хотел поговорить, — сказал
Джастин.
— Я вас слушаю, — заверила Эва, устремляя на него преданный взгляд
и чувствуя, как легкое беспокойство стремительно перерастает в сильное
волнение.
— Как идут дела? — поинтересовался Джастин, чуть подаваясь вперед
и глядя на Эву в упор.
В ее голове тут же все перемешалось. Дела? Какие дела? Чьи дела? Конечно,
дела компании! Она постаралась выбросить странную мысль, что его интерес
простирается совсем в иную область.
— Думаю, отчет, подготовленный миссис Конелли, поможет... — бодро
начала Эва.
— Я спрашиваю не о компании. Как у тебя дела, Эва? — прервал ее
Джастин, определив круг своего интереса, и у Эвы прервалось дыхание.
— Все отлично, — проговорила она, боясь схватиться за
подпрыгнувшее сердце тем же жестом, что и Бренда несколько минут назад. Не
помогала даже здоровая злость на собственную чувствительность. — Что-то
случилось?
— Нет. — Джастин окинул взглядом поверхность стола, а потом вновь
взглянул на Эву.
Когда их взгляды скрестились, в его глазах она увидела решимость и
жесткость. Наверное, в этот момент ей следовало испугаться, но она не
смогла. Эва замерла, а все мысли мгновенно куда-то подевались. То есть все и
совсем. Она провалилась в какое-то измерение — кажется, уже третье по
счету! — где не было ничего, кроме обволакивающего взгляда Джастина,
внезапно лишившего ее рассудка.
Что-то произошло. Непонятное, пугающее и волнующее одновременно. Эва вдруг
поняла смысл недавней фразы Бренды: сидеть на бочке с порохом в тот момент,
когда догорает бикфордов шнур. Эва точно знала, что взрыв близок, он
неизбежен, как восход солнца. Но она ничего не могла предпринять для своего
спасения.
— Мистер Маккой? — сами произнесли ее губы.
Джастин едва заметно отпрянул и моргнул.
— Да-да... Прости, так на чем я остановился?
Она бы тоже хотела это знать! Эва вдруг поняла, что ее пальцы до боли
стискивают край столешницы, и быстро разжала их.
— Кажется, вы хотели о чем-то со мной поговорить.
— Да, точно. О нашем плане. Ты уже сделала необходимые приготовления?
Это быстро привело Эву в чувство.
— О вашем плане, — с каменным лицом поправила она. — Вы
имеете в виду поход к визажисту? — поинтересовалась Эва, чувствуя себя
так, словно на нее вылили ведро ледяной воды.
— И гардероб, — нисколько не смущаясь, добавил Джастин и выжидающе
уставился на Эву.
— Сегодня все проблемы будут решены, — произнесла она деловым
тоном. — Что-то еще?
— Нет, это все. Можешь идти домой прямо сейчас.
Эва, направившаяся к дверям, удивленно приостановилась, не уверенная в том,
что правильно его поняла.
— Вы отпускаете меня совсем?
— Да, я же сказал, — нетерпеливо ответил Джастин.
Эва пожала плечами и вышла из кабинета. Боится, что я не успею привести себя
в порядок до субботы. Эва злилась и чувствовала обиду. Самым большим ее
желанием на данный момент стало желание поставить зарвавшегося босса на
место.
Эва прошла в гостиную и с облегчением опустила на софу свои трофеи: огромные
пакеты, на которых красовалась марка известного дизайнера. Эва схватила
первый попавшийся под руку пакет и, нетерпеливо раскрыв его, вытащила на
свет божий потрясающее шелковое платье.
Господи, куда я смогу в нем выйти? — мелькнула мысль.
Шелк таинственно мерцал и переливался в руках Эвы, словно живой. Она
зарылась лицом в прохладную ткань, потом прижала платье к груди и
рассмеялась. Она так долго отрицала очевидные вещи, что порядком устала от
этого. Оглянувшись на себя прежнюю — излишне самонадеянную, упрямую и даже
нетерпимую, — она поняла, сколько волнений доставила своим родителям.
Странно, что именно план Джастина Маккоя, вынудивший ее просить помощи у
родителей, открыл ей глаза. У Эвы словно камень с души упал.
Примерь, дорогая, это как раз то, что тебе нужно
, — будто наяву
услышала она голос матери и принялась лихорадочно снимать с себя офисный
костюм, который совсем недавно привел ее мать в ужас. Когда Эва надела
платье, шелк буквально стек по ее фигуре, обрисовав все выпуклости и
впадинки, делая Эву похожей на прекрасную бронзовую статую. Она не считала
себя дурнушкой, но и такого эффекта не ожидала. Вытащив шпильки, Эва
приподняла волосы, раздумывая, какая именно прическа пойдет к такому
шикарному туалету, и приподнялась на цыпочки, представляя, что на ней туфли
с трехдюймовыми каблуками.
Внезапно в комнате стало темно — видимо, из-за непогоды на линии возникли
неполадки.
— Как романтично, — проворчала Эва, порадовавшись, что не
поленилась по возвращении домой развести огонь в камине.
Эва подошла к окну. Оказалось, что снег повалил еще гуще, а ветер усилился.
Несколько минут Эва завороженно рассматривала снежные завихрения, и звонок
телефона заставил ее вздрогнуть.
Это мама, решила Эва, звонит узнать, как я добралась. Или Стив.
— Алло?
— Эва, это я.
Нет, это не мама и даже не Стив!
— Добрый вечер, мистер Маккой.
— Где ты была? Я звонил несколько раз.
— Я навещала родственников и только что вошла. Даже не успела
прослушать автоответчик. Что-то случилось?
— Нет, ничего не случилось.
— Тогда почему вы звоните?
Эва услышала в трубке вздох. Будь это не Джастин Маккой, а кто-то другой,
она решила бы, что невидимый абонент собирается с духом.
— Эва, все готово?
— Мне кажется, мы сегодня уже говорили об этом.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Да, все готово, — едва не скрипнув зубами, сказала Эва. Хорошее
настроение стало понемногу испаряться.
— Ты все еще злишься.
— Нет. С чего бы?
— Хорошо. — Эве показалось, что Джастин усмехнулся. — А что
там с одеждой?
— С одеждой тоже все нормально, — сухо заверила его Эва и невольно
погладила свое обтянутое шелком бедро.
— Ладно! — Голос Джастина неожиданно изменился, обрел какую-то
зловещую окраску. Эва струсила, решив, что перегнула палку. — Тогда я
сейчас приеду и все сам посмотрю. Чтобы потом не возникло недоразумений.
— Недоразумений? — пискнула Эва, не ожидавшая такого
поворота. — Но...
— Что
но
?
— Но вы
...Закладка в соц.сетях
