Жанр: Любовные романы
Самый любимый
...ыло лишь... Я и не предполагала..
— Не предполагала, что твое кокетство заведет тебя так далеко, —
закончил он сердито.
— Да нет! Я...
— Лара, я видел, как ты завлекаешь и дразнишь мужчин. — Его губы
дрогнули. — Если бы Бэзил довел дело до конца, у меня не было бы
оснований особенно винить его.
— Все это было не так, — заговорила она возбужденно, возмущенная
поступком Джордана Синклера. Какое он имел право рассказывать ее отцу про
Бэзила?! — Я и не думала, что он имеет в виду постель...
— Не будь наивной, Лара. — Он допил виски и еще больше
нахмурился. — Вот уже много лет я не могу чувствовать себя спокойно из-
за твоих постоянных заигрываний с мужчинами. Я думал, что у тебя достаточно
здравого смысла, чтобы не попадать в подобные ситуации. В общем, этот
человек не показался тебе достаточно привлекательным? — спросил он
вдруг с насмешкой.
— Кто, Бэзил? Ну конечно же нет, — сказала она презрительно.
— А Найджел?
Она покраснела.
— Ну вот, теперь ты заговорил, как Джордан, — откликнулась она,
напрасно пытаясь вспомнить, когда в последний раз отец так строго
разговаривал с ней и было ли такое вообще! Насколько она помнила, он всегда
был любящим и во всем потакающим своей дочери родителем. Она не могла
припомнить случая, чтобы он так сердился на нее — даже по поводу Рекса
Мейнарда.
— Ну что ж, я очень благодарен Джордану за его помощь. Если бы не он...
— Ты хочешь сказать — за его вмешательство, — вставила она
язвительно. — Я вполне могла бы и сама уладить ситуацию с Бэзилом.
Джордану вообще не следовало рассказывать тебе об этом.
Мистер Шофилд плотно сжал губы.
— Насколько я понимаю, Джордан принял самое активное участие в
улаживании
!
— Я могла бы справиться и без его помощи...
— Тебе не нужно было ставить себя перед необходимостью с чем-то
справляться! — Мистер Шофилд опять сердито повысил голос. — А из-
за чего вы поспорили сегодня вечером с Найджелом?
Лара отвернулась от него.
— Мы с ним не спорили — во всяком случае, не совсем так. Просто я не
хочу с ним больше встречаться, вот и все.
— И это после того, как ты несколько месяцев подряд водишь его за
нос! — Он презрительно хмыкнул. — Но ведь это жестоко, Лара. Может
быть, я этого раньше не замечал, — мистер Шофилд покачал
головой, — или, может быть, ты не всегда была такой раньше — и я
искренне на это надеюсь, — но теперь ты превратилась в какого-то
избалованного ребенка. Мужчины — это ведь не игрушки, с которыми можно
играть или выбрасывать их, как только они наскучат. Я сомневаюсь, что тебе
удастся поиграть таким образом с Джорданом, уж он-то... Что-что? — Он
остановился, услышав, как Лара чуть слышно что-то пробормотала. — Что
ты сказала? — настойчиво переспросил мистер Шофилд.
— Я сказала, что я передумала и никуда не пойду с ним завтра
вечером, — неохотно повторила Лара, сверкая горящими от возмущения
глазами. — Я не собираюсь идти куда-то с таким...
— Нет, ты пойдешь! — загремел он — ее добрый, снисходительный
отец, который никогда не выходил из себя. — Получается, что я вырастил
какую-то взбалмошную мадам. — Он сердито посмотрел на нее. — Если
ты обещала пойти куда-то с этим человеком, ты обязана выполнить свое
обещание!
Тяжело дыша, отец и дочь сверлили друг друга взглядом. А ведь до этого они
вообще никогда не спорили, и отец никогда не осыпал ее упреками, как в этот
раз. И все это из-за Джордана Синклера, будь он неладен.
Лара сделала глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, и приблизилась к отцу.
— Папочка, ну не будь ты таким сердитым, — сказала она тоном
обиженного ребенка. — Может, я и была немного непослушной, но...
— Возможно, это помогало тебе, когда ты была подростком, Лара, —
сказал он с холодной усмешкой, — но теперь это уж точно не действует.
Ты говорила Джордану, что ты встретишься с ним завтра — ведь он, несмотря на
всю твою избалованность, хочет видеть тебя. Ты должна пойти на это свидание.
— Мне казалось, что он тебе не нравится, — пробормотала она,
насупившись.
— Этого я не говорил, я лишь сказал, что он может быть опасен, — и
я не сомневаюсь в этом. Но тебя, похоже, привлекают опасности. Во всяком
случае, Джордан — это тот мужчина, который может тебя защитить.
— Вот только кто будет защищать меня от него!
Его губы дрогнули.
— Не думаю, что тебе захочется защищаться от него. Он настоящий
мужчина, Лара, и он лучше всех этих кривляк и идиотов, с которыми ты
постоянно встречаешься. И, кроме того, он попросил моего разрешения, прежде
чем пригласить тебя на свидание, а ведь этого не сделал ни один из твоих
ухажеров!
— Но ведь мы живем в двадцатом веке...
— И это означает, что можно забыть о всяком уважении к старшему
поколению, не так ли? — спросил мистер Шофилд язвительно. — Марион
бы никогда... Боже, почему я так часто вспоминаю ее в последнее
время? — Он посмотрел на фотографию своей покойной жены на каминной
полке. — Я любил ее и всегда чувствовал, что она осталась со мной, но в
последнее время... — он озадаченно покачал головой, — она то и дело
вдруг приходит на память. — Мистер Шофилд беспокойно вздохнул. —
Ей бы не понравились твои дикие приятели и еще более — разнузданные
вечеринки, Лара, — сказал он более мягким и спокойным голосом. —
Мне очень жаль, что я накричал на тебя, дорогая, — добавил он
тихо, — но меня совершенно вывел из себя этот случай с Бэзилом. Что
если бы он не смирился с твоим отказом? Я знаю, дорогая, ты любишь совершать
необъяснимые поступки, но ведь ты же не такая, как эта распущенная публика,
с которой ты общаешься. Однажды кто-нибудь из этих пижонов не захочет
считаться с твоим желанием...
— А что если этим пижоном окажется Джордан Синклер?
Мистер Шофилд уверенно покачал головой:
— Джордан не пижон, и он всегда держит себя под контролем. Если женщина
ответит ему отказом, он примет это.
Лара облизала губы.
— А если я не захочу отвечать ему отказом?
Мистер Шофилд спокойно выдержал ее взгляд.
— Тогда это будет твоим собственным выбором, Лара; я не ханжа, и ты, я
не сомневаюсь, — тоже. Если тебе встретится мужчина, с которым ты
захочешь вступить в близкие отношения, я не буду возражать. Но я не хочу,
чтобы ты спала по очереди с кем попало, как это принято делать в компании
Бэзила. Я уверен в тебе и знаю, что такие отношения с мужчиной будут для
тебя чем-то большим, чем мелкая интрижка.
Хотя Лара чувствовала сильную усталость, она долго не ложилась спать в ту
ночь. Они с отцом снова были друзьями, но сейчас она думала не об этом. Ее
тревожило то, что она вроде бы должна сердиться на Джордана за вызванную им
сегодняшнюю размолвку с отцом — и сердилась на него за это, — однако
по-прежнему хотела встретиться с ним завтрашним вечером. И хотела вовсе не
потому, что на этом настаивал отец. Дело в том, что так распорядился сам
Джордан, который со снисходительной самонадеянностью ожидал покорности и
легко подавлял любые ее протесты, пользуясь решающим влиянием на нее своей
физической привлекательности.
Ощущая влечение к Джордану, она твердо решила сделать так, чтобы оно не было
односторонним, в чем, безусловно, должна была помочь ее обольстительная
внешность во время предстоящего вечернего свидания. Днем она побывала у
парикмахера, где длинные волосы были собраны и уложены в аккуратный пучок на
макушке. Стиль новой прически подчеркивал чистоту линий лица, тонкие брови,
ясные серые глаза, четко очерченные скулы, короткий прямой нос и пухлые
губы, покрытые темной помадой цвета меди. Новое, закрепленное на одном плече
платье ярко-белого цвета спускалось мягкими, шелковистыми складками чуть
ниже колен, а заниженная линия талии не столько скрывала, сколько
обрисовывала упругие, соблазнительные бедра; длинные, стройные ноги были
обуты в изящные белые вечерние туфли.
И выглядела, и чувствовала она себя прекрасно. Хотя без двадцати минут
восемь, когда приехал Джордан, Лара была уже готова, она нарочно продолжала
еще некоторое время оставаться в своей комнате — своего рода месть за
прежнее намерение Джордана заставить ее ждать годами.
— Твой отец уже уехал — у него назначена деловая встреча за
обедом, — сказал, вставая ей навстречу, Джордан — высокий и подтянутый
в своем темном вечернем костюме. — Я тоже собрался было уезжать, —
сказал он резко. — Ты заметила, что уже пробило восемь?
Лара подняла брови и взглянула на маленькие золотые часики на тонком
запястье.
— Ну так что ж. — Ее губы чуть искривились, а глаза сохранили
серьезное, без тени улыбки, выражение.
— Выходит, наступил час расплаты? — спросил он неторопливо.
— Расплаты за что? — поинтересовалась она.
— За те десять минут, на которые я опоздал не по своей вине. — Его
губы искривились. — Мне пришлось заниматься одним срочным делом, и в
результате я смог приехать домой, чтобы переодеться, лишь в семь часов...
— Так ты, значит, из-за этого опоздал? Он сердито вздохнул.
— Ну конечно же. А ты, я полагаю, расценила это как сомнение в твоей
привлекательности?
Лара вспыхнула от этой жестокой насмешки.
— Ты очень хорошо; знаешь, что меня рассердило вовсе не твое опоздание!
Во всяком случае... не только это, — поправилась она, встретив его
насмешливый взгляд. — Наверное, было очень трудно снять трубку и
предупредить, что ты задерживаешься? — проговорила она с притворной
мягкостью.
— В этом случае — да, очень трудно. — Он плотно сжал губы.
Она сердито посмотрела на него.
— Вообще-то меня разозлило не опоздание, а то, что ты совершенно
бесцеремонно вмешиваешься в мои дела. Какое ты имел право рассказывать отцу
про Бэзила?
— А, так значит, он отчитал свою маленькую дочку, не так ли?
От его новой насмешки Лара еще больше покраснела.
— Занимайся лучше своим чертовым бизнесом...
— Вижу, что отчитал, — произнес Джордан задумчиво. — Но ведь,
кто-то же должен был остановить тебя.. Ты быстро приближалась к
самоуничтожению в этой компании, где в ходу наркотики и где царят легкие
нравы.
— Ты, кажется, был в той же самой компании! — с детской
запальчивостью напомнила она.
— Мне все-таки уже тридцать лет, — сказал Джордан. — У меня
намного больше опыта, и в жизни я прошел через такое, что тебе и не снилось.
Наркотики меня не интересуют, а женщины у меня и так есть всегда, когда я
захочу. — Он пожал плечами.
— Да, я это заметила! — усмехнулась Лара.
Его темно-синие глаза пристально смотрели на нее.
— Рано или поздно тебя, с твоим бесшабашным ко всему отношением,
потянет попробовать наркотики и секс.
— И ты, значит, собираешься спасти меня от всего этого? —
язвительно спросила она. — Я полагала, что мы собираемся пообедать в
ресторане, а не венчаться в церкви!
Глаза Джордана приобрели холодное, сердитое выражение.
— Человеку, который будет иметь глупость жениться на тебе, потребуется
еще более сильный, чем у тебя характер.
— То есть как у тебя?
— Да, — сказал он резко.
Лара возмущенно выдохнула воздух.
— Если моему отцу кажется, что ты какой-то особенный, это вовсе не
означает, что я тоже так считаю, — заметила она с раздражением.
К ее досаде, несмотря на все обидные слова в его адрес, Джордан вдруг
рассмеялся.
— Мужчинам так кажется, когда они узнают, что некто спас их
единственную дочь от подлого соблазнителя, а они в тот же самый день
выигрывают у этого некто в гольф. Первый поступок говорит сам за себя, а что
касается второго — тут уж с их стороны непременно появляется чувство вины,
словно они в самом деле уязвили ваше самолюбие. Вот почему они стараются
смягчить удар — в данном случае твой отец решил, что будет замечательно,
если я поведу тебя в ресторан или еще куда-нибудь.
— Так ты нарочно проиграл! — Лара изумилась, поняв, наконец,
все. — Ты специально позволил отцу выиграть у тебя в гольф!
— Может быть, это тебя утешит? — усмехнулся он. — Я проиграл
абсолютно выигрышную партию ради возможности пригласить тебя пообедать в
ресторане. Ну, а рассказанная твоему отцу история про Бэзила окончательно
решила в мою пользу исход дела.
— Да ты просто хитрый...
— ...лицемерный, самонадеянный, — продолжил он уверенно, словно
ему много раз приходилось выслушивать эти обвинения. — И все же я
добился кое-каких результатов, не правда ли? — Его светлые брови
поднялись.
Еще несколько мгновений Лара продолжала молча и ошеломленно смотреть на
человека, с которым ей предстояло провести сегодняшний вечер, а затем вдруг
расхохоталась — она была восхищена способностью Джордана управлять
поступками людей по своему усмотрению. Ей показалось довольно увлекательным
находиться рядом с таким мужчиной.
Вначале ее реакция, казалось, удивила Джордана, но в следующий момент он сам
охотно присоединился к ней, неотразимо улыбаясь.
— Ну ладно, — сказал он, наконец, с удовлетворением, —
поехали обедать. Мне кажется, мы интересно проведем сегодня вечер!
Быть рядом с Джорданом оказалось не просто интересно — это было захватывающе
интересно и волнующе. В ресторане Джордан уделял ей все внимание, давая
почувствовать, что в зале с множеством других красивых женщин для него
существовала лишь она одна.
— А что случилось с Дженни? — Лара посмотрела на него из-под
полуопущенных темных ресниц, когда после обеда они еще продолжали сидеть за
столиком.
— Дженни? — спросил Джордан, нахмурившись.
— Ну та блондинка, с которой ты был на вечеринке у Бэзила, —
напомнила она раздраженно, недоумевая, действительно ли он так быстро
забывает имена своих прежних женщин каждый раз, когда заводит новое
знакомство.
— Ах да, Дженни, — кивнул он, вспоминая. — Я просто развлекал
ее по просьбе друга.
— Вот это мило!
От этой язвительной насмешки взгляд Джордана тотчас же похолодел.
— Делал все, чтобы она не скучала, — пояснил он, — пока ее муж был в деловой поездке.
— Еще лучше!
— Возможно, кто-то и будет в восторге от твоей многоопытной
искушенности в этих делах, — заметил Джордан, — но только не я!
— Прошу прощения! — Лара густо покраснела.
Джордан сердито вздохнула
— Ты все понимаешь по-своему. Бен Райт — это мой старый друг, а Дженни
— его жена. Замужние женщины ни в малейшей степени не интересуют
меня, — добавил он серьезно.
В его последней фразе она невольно почувствовала напряжение и поняла, что
Джордан как-то по-особенному относится к этому вопросу.
— А ты был когда-нибудь женат? — спросила Лара с любопытством.
Он задумчиво посмотрел на нее.
— А почему это тебя интересует?
— Ну просто... интересно. — Он пожала плечами.
Его губы чуть искривились.
— Нет, я никогда не был женат...
— ...и жениться не собираюсь, — насмешливо продолжила она. —
Так и хочется добавить, — пояснила Лара, видя его удивленно поднятые
брови.
— Ну что же, может быть, ты и права, — сказал Джордан
задумчиво. — Женитьба меня мало привлекает.
Лару, до того как она встретила Джордана, мысль о замужестве привлекала
ничуть не больше. Но сейчас этот человек с его сильным и независимым
характером казался ей намного интереснее всех других знакомых мужчин, и она
была абсолютно уверена в том, что никогда не соскучится в его обществе. И,
наконец, покорить его своей воле представлялось ей в этот момент величайшей
целью ее жизни, хотя она и понимала, что достичь этого ей никогда не
удастся: Джордан всегда будет скрывать многое в себе. Она не спрашивала
Джордана о его прошлом, но по его молчанию в тех случаях, когда она
рассказывала о своих счастливых детских годах, Лара поняла, что его
собственное детство не было столь же благополучным. Ей ужасно хотелось,
чтобы он раскрылся перед ней и доверил ей свои наиболее сокровенные
мысли, — необычное желание для молодой девушки, у которой большую часть
жизни на первом месте всегда были лишь собственные интересы и переживания.
— Я очень интересно провела с тобой время, — сказала она Джордану,
когда они подъехали к ее дому. Пока они сидели в машине, он не пытался
положить руку ей на плечи, не говоря уже о том, чтобы поцеловать на
прощание.
— Хорошо, — прозвучал его короткий ответ.
— А ресторан — просто замечательный.
Его губы искривились в усмешке.
— Я уверен, что ты уже была в нем раньше.
Ему нетрудно было догадаться, что такая модная молодая особа, как Лара
Шофилд, непременно посещала в прошлом этот ресторан — один из наиболее
роскошных в Лондоне.
— Вообще-то была, хотя и не в такой приятной компании.
— Благодарю. — Он церемонно наклонил свою серебристо-белокурую
голову в знак признательности за комплимент.
Однако он снова ничего не сказал о том, понравился ли ему самому этот вечер,
и Лара разочарованно вздохнула. И вообще — собирается ли он поцеловать ее на
прощание? Она была уверена в том, что обычно он позволяет себе гораздо
больше и, чаще всего, говорит своей даме не
спокойной ночи
, а
доброе
утро
. Возможно, его останавливает то обстоятельство, что они с отцом живут
в одном доме.
— Ты не хочешь зайти и выпить чашку кофе? — торопливо предложила
она. — Папиной машины нет — значит, он еще не вернулся от мэра.
— От мэра? — Джордан нахмурился. — Мне казалось, что твой
отец собирается провести вечер с женщиной.
— Ну что ты! — Лара рассмеялась. — Отец не ходит на свидания.
Заменить Марион в нашей с ним жизни может лишь уникальная женщина — такая,
например, какой была сама Марион.
— Понятно, — сказал он с неожиданной резкостью. — В таком случае кофе — это неплохо.
Оказавшись наедине с Джорданом, она почувствовала вдруг, что вся ее мнимая
искушенность исчезла, и когда она открывала дверь своим ключом, ей стоило
немалых усилий сдержать радостную улыбку. К этому времени их экономка давно
уже ушла спать.
— Кофе и бутерброды нам всегда оставляют на кухне, — сказала Лара,
когда Джордан помогал ей снять накидку. — Сейчас, одну минуту.
— Я не голоден. — Он опустил ее накидку на стул в прихожей и
положил руку ей на талию. — А кофе я уже пил в ресторане.
Широко раскрытыми глазами Лара смотрела ему в лицо, думая о тех горестях и
разочарованиях, которые оставили складки возле носа и рта. Джордан,
выглядевший из-за них значительно старше своего возраста, говорил уже о том,
что ему пришлось пережить намного больше трудностей в жизни, чем ей. Она
приложила к его лицу теплую ладонь, пытаясь разгладить эти морщины.
— О, Джордан, — еле слышно прошептала она, поднимая к нему свои
манящие раскрытые губы.
Его твердые губы яростно и властно приникли к ее теплым и нежным губам,
сминая их. Он с силой прижал к себе гибкое, податливое тело, отчетливо
ощущая своими твердыми мышцами ее мягкую грудь и бедра. Затем он стал
целовать ее обнаженное плечо, нежно и страстно покусывая его мягкую белизну.
Перебирая в это же время его густые, жесткие волосы и гладя его затылок, она
вдруг почувствовала непреодолимую дрожь в коленях.
— А что, нам обязательно заниматься этим в коридоре? — спросил он
шутливо и ласково.
Лара вспыхнула, моргая и стараясь прийти в себя.
— Ну конечно же, нет.
Обнимая ее за талию, он довел ее до гостиной, а затем, глядя ей прямо в
глаза, уложил на софу и медленно лег рядом.
— Джордан, ..
— Что? — Он спустил платье, державшееся только на одном плече, и
из-под шелковистой ткани показалась ее обнаженная грудь.
Неизведанное еще ощущение от поцелуев мужчины в грудь заставило Лару
вскрикнуть от удовольствия, а ее соски тотчас же затвердели и выпятились
вперед, словно торопясь узнать волшебное прикосновение теплых губ и нежного
языка. Но Джордан — словно нарочно — пропускал их, целуя каждый дюйм груди
Лары, не замечая ее протяжных стонов наслаждения и одновременно
разочарования. Наконец, когда кончик его языка пробежал сначала вокруг
одного, а затем и другого соска, она вся содрогнулась от сильной
непроизвольной реакции, между тем, как сильные руки Джордана сдвинулись
ниже, лаская ее талию и бедра, а затем отодвинули в сторону платье, чтобы
оно не мешало ему нежно покусывать ее молодую, упругую грудь.
Эти сильные руки чуть задержались на кружевах ее трусиков, в то время как
нежный поцелуй в губы заставил Лару раствориться в море сладострастного
наслаждения, и она не могла уже больше говорить, а лишь вскрикивала и
стонала. Одна его рука нашла вдруг самый центр ее страсти и принялась мягко
и нежно ласкать его, от чего Лара, вся содрогнувшись, выгнулась и приникла к
нему.
Она никогда еще не испытывала столь интимной любовной ласки и никогда не
позволяла мужчине распоряжаться ее телом словно своей собственностью. Однако
дрожь в руках и ногах и постепенно нараставшее наслаждение заставили ее
желать продолжения этих ласк, ведущих к тому высшему блаженству, которое
этот мужчина мог подарить ей. Ни в одной из прочитанных ею специальных книг
не говорилось о вспышке ощущений от прикосновений рук мужчины и о
неудержимом экстазе под действием этих опытных рук.
Она с недоумением посмотрела на Джордана, когда он неожиданно отпрянул от
нее и стал поправлять ее одежду.
— Джордан... — воскликнула она, полная недоумения и разочарования.
— Не здесь, Лара. — Нежными движениями он поправил пряди волос,
выпавшие из аккуратного пучка ее прически. — Твой отец может в любой
момент вернуться, и я думаю, нам не стоит повторять вчерашнюю сцену. —
Его губы дрогнули в усмешке.
Когда Джордан ласкал ее, она совершенно забыла про отца, забыла обо всем на
свете. Ей хотелось лишь одного — чтобы эти ласки завершились, наконец,
ошеломительным финалом. Сейчас она покраснела, понимая, что Джордан гораздо
меньше потерял — а может быть, и вообще не терял — контроль над собой.
— Я думала только о себе, — сказала она с чувством
раскаяния. — Ведь я не прикоснулась к тебе и даже ни разу не
поцеловала.
— Ничего, может быть в другой раз. — Он встал, приводя в порядок
свой пиджак. Его волосы все еще были растрепаны от ее прикосновений.
Лара села, все еще испытывая непреодолимое желание, чуть-чуть не пришедшее
сейчас к своему естественному завершению.
— Так значит, будет другой раз? — Она облизала губы, отчаянно
желая снова увидеть его рядом и ощутить его присутствие в глубине своего
тела.
Ее глаза продолжали гореть от возбуждения, полностью лишенные помады губы
приобрели свой естественный цвет, а на нежной коже на плечах и груди
виднелись небольшие красные пятна, оставленные его грубым подбородком.
Выражение лица Джордана было значительно более сдержанным.
— Что если нам завтра пообедать? — предложил он мягко. — У
меня дома. Лара с трудом перевела дыхание.
— Я... Я не проти
...Закладка в соц.сетях
