Жанр: Любовные романы
Интервью с любимым
Начинающая журналистка Тейлор приходит к знаменитому актеру Заку Принсу,
чтобы взять у него интервью и раскрыть все его тайны. Но, оказывается, тайны
есть не только у Зака...
— Я почему-то ожидал увидеть мужчину, — непроизвольно вырвалось у
Зака, когда он открыл дверь своего номера.
О том, что Зак должен провести неделю с репортером по имени Тайлер Вуд, ему
сказал старший брат Ник в день своей свадьбы с красавицей Джинкс.
Самоуверенный до надменности Ник договорился об эксклюзивном интервью, даже
не спросив, хочет ли этого Зак!
И не счел нужным предупредить Зака, что Тайлер Вуд — молодая красивая
женщина!
Ее глаза сразу поразили Зака. Они были такого насыщенного коричневого цвета,
что показались ему бездонными озерами расплавленного шоколада.
— Не знаю, почему, — заявила она. — Разве я
похожа
на мужчину?
На Тайлер Вуд были зеленые армейские брюки и черная футболка, а короткие
темные волосы уложены в модную прическу, состоящую из торчащих во все
стороны закрепленных муссом остроконечных прядей. Все равно у Зака не было
никакого сомнения в том, что перед ним женщина. Лицо как у девчонки-
сорванца, с маленьким вздернутым носиком и полными губками бантиком. Широко
расставленные глаза. Чарующий взгляд. Да и вся ее невысокая фигурка —
примерно метр шестьдесят сантиметров — была, несомненно, женской. Брюки
низко сидели на красиво очерченных бедрах, полная грудь... да, точно, без
бюстгальтера... под тонкой тканью футболки...
— На мужчину вы ничуть не похожи, — сухо ответил Зак, не зная, на
кого сердит больше — на брата или на эту красавицу. — А что вы
американка, Ник упомянуть тоже забыл.
Землячку будет намного тяжелее держать на расстоянии, чем какого-нибудь
английского писаку, которого Зак ожидал увидеть!
Тайлер Вуд пожала плечами.
— Очевидно, ваш брат немногословен. Он, похоже; человек дела.
— И что же американский репортер делает в Англии? В Штатах
предостаточно газет и журналов, так зачем же пересекать Атлантику?
Тайлер Вуд помолчала, не отводя глаз от Зака.
— Американский репортер делает в Англии то же, что и американский
актер... работает. Как вы полагаете, мне уже можно войти?
В ее голосе прозвучала насмешка. Конечно, Зак не мог все утро держать Тайлер
в коридоре отеля, но его смущало, что репортер оказался эффектной молодой
американкой, которая будет ходить за ним по пятам!
Когда Зак согласился дать интервью, то рассчитывал, что вместе с репортером
будет развлекаться в Лондоне целую неделю. А потом они расстанутся,
довольные друг другом.
Теперь же оказалось, что Тайлер Вуд — женщина, и о развлечениях нужно
забыть... Зак глубоко вздохнул.
— Что ж, входите, — не очень любезно пригласил он.
Когда Тайлер проходила мимо него, он почувствовал едва уловимый аромат ее
духов и отметил, что она не достает ему до подбородка.
Она повернулась, взглянула на него из-под своих неправдоподобно длинных
темных ресниц и лукаво улыбнулась.
Зак почувствовал раздражение... потому что, хотя всегда и был в хороших
отношениях с прессой, эти отношения строились на его условиях. И, конечно,
никогда прежде его не влекло к репортеру. Как, черт возьми, он сможет целую
неделю держать такую красивую женщину на расстоянии?
Она наклонила голову набок, внимательно глядя на него.
— Должна сказать, что считала вас приветливым и обаятельным.
Таким Зак и хотел выглядеть — в газетах. Но быть таким с Тайлер Вуд ему
трудно с самого начала, а будет все труднее и труднее....
Он сделал неуклюжую попытку оправдаться:
— Сейчас девять утра, а лег я в четыре. Как же я могу быть приветливым
и обаятельным?
— Простите, мистер Принс. Я не хотела обидеть вас.
Зак с подозрением посмотрел на нее, понимая, каким должен казаться ей. Вчера
он был на свадебном приеме в честь Ника и Джинкс и, вероятно, выпил слишком
много. Он и выполз-то из кровати всего за пять минут до прихода Тайлер,
успел натянуть черные брюки и белую шелковую рубашку, в которых был на
приеме, провел пятерней по взъерошенным длинным волосам. А вот побриться он
не успел.
— К сожалению, — заметил он, — мой возраст уже дает себя
знать. Раньше я был бодрым и готовым к работе после любой вечеринки. Но это
не надо записывать, — быстро добавил он, увидев, что она достает
блокнот и карандаш из глубокого кармана брюк.
Ее глаза потемнели от разочарования, и она убрала блокнот.
— И сколько же вам лет?
— Тридцать шесть. А вам?
— Двадцать шесть, — без колебания ответила Тайлер.
— В вашем возрасте можно веселиться всю ночь, а утром работать как ни в
чем не бывало. Она засмеялась.
— Я никогда этого не могла! Зак пожал плечами.
— Тогда, возможно, мои дела не так уж плохи.
— Возможно, — согласилась она. — Мистер Принс...
— Зак, — поправил он. — Мистер Принс — это мой старший брат
Ник.
— Я хотела спросить, мистер... — Она запнулась под его недовольным
взглядом. — Зак, может быть, вы считаете, что ваш брат и я вынудили вас
дать это интервью?
— Считаю, что вынудили? — отозвался он эхом. — Знаете,
мисс...
— Тайлер.
— Тайлер. — Он кивнул. — Я
уверен, что
вы с Ником вынудили меня. Кстати, что это за интервью? Для какой
газеты? — уточнил он, поскольку она смотрела на него безучастно. —
Я убежден, что газету, в которой была напечатана та ваша статья о Джинкс, не
заинтересует мое интервью.
Ему показалось или действительно ее огромные глаза стали холодными? Хотя он
не был бы удивлен, если бы она чувствовала смущение из-за работы в одном из
самых грязных бульварных листков!
Но Тайлер одарила его еще одной из своих ослепительных улыбок.
— Вы правы, мистер Пр... Зак. Но у
Светских новостей
есть воскресное
приложение.
— И вы напечатаете интервью в этом приложении?
Она повернулась и посмотрела в окно на лондонский пейзаж.
— Великолепный вид, вы не находите?
— Великолепный, — сухо согласился Зак. — Тайлер, у меня такое
чувство, что вы... — Он замолк, услышав стук в дверь.
— Это мой фотограф, — успокоила Зака Тайлер Вуд, так как он
нахмурился, глядя на дверь.
— Нет, — твердо сказал Зак.
— О, я уверена, что это он, — сказала она, поглядев на тяжелые
часы, украшающие ее гибкое запястье. — Я попросила Перри подойти сюда к
девяти пятнадцати.
— Я не спорю с вашим предположением о том, кто сейчас находится за
дверью, — четко сказал Зак. — А заявляю, что не согласен с тем,
что фотограф целую неделю будет кружиться вокруг меня и каждую секунду
совать камеру мне в лицо.
— Но мне нужны фотографии...
— И они у вас будут. Потом. Когда
я захочу.
Казалось, Тайлер хотела поспорить, но, взглянув ему в лицо, поняла, что
такой спор был бы пустой тратой времени.
— Хорошо, — согласилась она. — Я выйду и скажу об этом Перри,
а затем мы сможем продолжить...
— Я ложусь в кровать, Тайлер, — перебил ее Зак, — и если вы
хотите продолжить там, то я не возражаю.
Он смотрел на нее с вызовом. Уж очень ему не хотелось, чтобы эта женщина
была его тенью в течение целой недели.
Если бы он так не любил и не уважал своего старшего брата, то просто сказал
бы Тайлер, что она может убираться к черту!
Может быть, еще не поздно это сделать...
Тайлер, прищурившись, посмотрела на него.
— Мне кажется, вам нравится играть со мной, Зак, — наконец сказала
она.
— При других обстоятельствах, конечно, поиграл бы с
удовольствием, — усмехнулся он. — Но сегодня? Сейчас? Когда
фотограф стоит за дверью? Нет уж, я хочу вернуться в кровать. Без
вас, — добавил он твердо.
— Конечно. — Она решительно направилась к двери. — Возможно,
мы сможем сегодня встретиться снова? Без фотографа.
— Возможно, — согласился Зак. — Только, хм, обязательно
позвоните перед вашим приходом, — насмешливо добавил он. — Не
хотелось бы ранить ваши чувства тем, что вы найдете меня здесь с кем-нибудь.
Тайлер Вуд помолчала, уже взявшись за ручку двери.
— На самом деле мои чувства не столь ранимы, Зак. Но было приятной
неожиданностью найти вас здесь утром одного.
Он с трудом удержался, чтобы не рассмеяться, а она помедлила еще немного.
— Скажите, когда вы работали с Джоном Деваро в прошлом году...
— О, только не говорите мне, что вы поклонница Джона Деваро! —
простонал Зак. — Да, он в жизни так же красив, как и на экране. Да, он
очень забавный парень. Да...
— Я только хотела спросить, что вы чувствовали, когда его имя в титрах
оказалось перед вашим, — сухо перебила Тайлер.
Зак был озадачен неожиданностью нападения... если это, конечно, было
нападением.
— Мы с ним обсудили это и решили, что имена актеров должны быть даны в
алфавитном порядке.
— О, — кивнула она. — Тогда до свидания!
Улыбнувшись, Тайлер ушла.
Возможно, в Тайлер Вуд было нечто большее, чем шоколадные глаза и
ошеломляющая улыбка? Возможно, Зак недооценил ее — американку, пытавшуюся
найти свое место в чужой для нее стране, да еще в области, где в основном
работали мужчины?
И как ему дальше вести себя с ней?
Поскольку она раздражала его, не прилагая к этому никаких усилий, он мог бы
оставаться неприветливым и недружелюбным. Но был и другой вариант. Он мог бы
признаться себе, что находит ее привлекательной, очаровать ее и завлечь в
свою кровать.
Что и говорить, выбор невелик.
— Высокомерный ублюдок! — выругался Перри, когда они шли к выходу.
Тайлер не могла винить его за то, что он так разозлился на Зака. Тайлер и
Перри работали вместе уже полгода, и ничего подобного раньше не случалось.
— Не беспокойся, — заверила она Перри, когда они вышли на залитую
солнцем улицу. — Я уверена, что ты, как обычно, справишься сам, без его
разрешения.
— Еще бы, — самодовольно признал Перри. — Хотя я предпочел бы
сидеть с вами, а не ползать в кустах.
Тайлер давно поняла, что Перри хочет превратить их дружеские отношения в
нечто большее. Он, несомненно, был красивым парнем. Его довольно длинные
темные волосы и теплые синие глаза вызывали у нее симпатию. Но она
относилась к нему как к брату — к его великому огорчению.
Она была слишком честной, чтобы связать себя с другим человеком, не
рассказав о себе всего. Но никто не должен знать, кто она на самом деле.
Тайлер Вуд работала младшим репортером и хотела, чтобы ничего другого о ней
не было известно.
— Ты должна быть осторожна с Заком Принсом. Я слышал, он не может не
попытаться затащить женщину в постель через пять минут после знакомства!
Тайлер состроила гримаску.
— Судя по его утреннему настроению, не думаю, что это ему всегда
удается!
Почти весь день Зак бездельничал. До обеда он хорошо выспался, а остаток дня
провел в удобном просторном кресле, одетый в любимые рваные джинсы и
свободную черную футболку. Поэтому вечером он был в хорошем настроении,
когда присоединился к Тайлер в баре отеля.
— Видите ли, Зак, я хорошо знаю, чем рассердила вашего брата так
сильно, что он устроил нашу первую встречу рано утром... из-за чего вы были
не в духе. Но вы-то в чем перед ним виноваты?
— Вы очень проницательны, Тайлер. Ник... — Зак пожал
плечами, — кто его знает? Может, он считает это хорошей шуткой?
— Ха-ха. — Тайлер состроила гримаску.
Зак усмехнулся.
И Тайлер поняла, за что этот мужчина получил три
Оскара
. Его улыбка была
гипнотизирующей. Да и внешность его не могла оставить женщину равнодушной.
Длинные темные волосы. Красивые серые глаза. Мужественный, будто высеченный
из камня, контур скул. Широкие плечи...
Тайлер казалось, что он совершенно безучастен к женскому вниманию. Женщины,
находящиеся в баре, не могли отвести от него глаз. И Тайлер с отвращением
отметила, что все они готовы броситься в его объятия.
Стоп, Тайлер, притормози! — прервала она себя. Нечего думать об его
объятиях! На нее его чары не должны действовать! Ей следует искать в его
жизни что-нибудь интересное для газеты.
Конечно, ходили слухи о его романах с замужними женщинами, а также о том,
что своим успехом кинокомпания
Принс-Муви
обязана мафии... но это-то,
очевидно, абсурдно?! Любой успех вызывает слухи, а Тайлер хотела добраться
до правды.
— Все равно я прошу прощения за утреннее недоразумение и предлагаю
двигаться дальше.
— И к чему мы будем двигаться? — поддразнил он.
— К вашей биографии, — поспешила она пояснить, осознав
двусмысленность своего предложения. — Где вы родились, какая у вас
семья, над чем вы работаете, ну и тому подобное.
— Послушайте, Тайлер, мне не хотелось бы учить вас работать, но это уже
всем известно.
Конечно, он прав. Режиссер Ник, актер Зак, сценарист Рик и их младшая сестра
Стейзи были детьми легендарного актера Дамиана Принса, который пленял
зрителей более тридцати лет.
В юности Зак попадал из неприятности в неприятность, затем бросил школу,
стал актером, как его отец, и создал себе репутацию очаровательного
озорника.
— Вы правы, — кивнула Тайлер. — А какие у вас планы на эту
неделю?
— Планы? — переспросил он.
Она читала интервью, которое Зак дал одному из репортеров, освещавших жизнь
знаменитостей, и знала, что Зак обычно легко и охотно отвечал на вопросы.
Но не так было сейчас...
Неужели он подозревает, что это интервью не такое честное, как она пытается
показать?
— Я хотела бы узнать, почему вы сейчас в Англии, ведь вы живете в
Штатах.
Она улыбнулась, не желая дать ему понять, что ее беспокоит его нежелание
говорить с ней.
— Приехал на свадьбу брата, которая состоялась в этот уикенд.
— А почему вы еще здесь? Сомневаюсь, что вы задержались из-за этого
интервью!
— Вы правильно сомневаетесь, — согласился Зак. — Премьера
фильма
Великолепный стрелок
состоится в субботу, и я должен там быть.
Опять сморозила глупость, призналась себе Тайлер. Конечно, она знала о
премьере. Знала. Но забыла.
Потому что слишком хочет докопаться до истины? Вероятно. Ей нужно что-то
исключительное... что-то такое, о чем никто не писал. И она убеждена, что
это интервью с Заком может дать ей то, что она ищет.
— Простите, Зак. Я...
— Тайлер, я предлагаю вам больше не тратить попусту мое время. Сейчас
вы уйдете, изучите весь этот материал, а затем мы продолжим.
Она заслужила это. Но все равно ему не следовало бы говорить так. Куда
делось легендарное очарование Зака Принса!
Но Тайлер чувствовала, что этот мужчина что-то скрывает. И она выяснит, что!
— В этом нет необходимости, мистер Принс. Я знаю о премьере в субботу,
а просто хотела спросить, в настоящее время вы работаете в Англии над чем-
нибудь еще?
Она выдержала его долгий насмешливый взгляд.
В ее глазах он видел упорство и гнев. Но это его не удивило. Он ничем не
облегчил ей жизнь и не обязан это делать.
Да, раньше он шел репортерам навстречу, но почему он должен так же
относиться к Тайлер Вуд? Он и сам не понимал, почему считал ее непохожей на
других. Это раздражало его, и поэтому в нем нарастала враждебность к Тайлер.
— Завтра я встречаюсь с режиссером, чтобы обсудить начало
съемок. — Зак увидел, как загорелись ее глаза. — Нет, вы не можете
присутствовать.
— Мое соглашение с вашим братом предусматривает, что я буду с вами в
течение недели... — Она запнулась, когда он сардонически поднял
бровь. — Не
в этом смысле, мистер Принс.
— У вас соглашение с моим братом, а не со мной. Поэтому вас не будет на
этой встрече.
Она открыла рот, будто желая что-то сказать, но промолчала.
— Скажите мне еще раз, мисс Вуд, для какого журнала это интервью?
— Обычное воскресное приложение к газете, — резко ответила она.
Показалось ему или в ее глазах опять промелькнуло опасение?
— Обычное, — повторил он тихо.
У него снова возникло ощущение, что Тайлер Вуд что-то скрывает, но это плохо
ей удается. Видно, врать она не умеет совсем!
Она с вызовом подняла подбородок.
— Я думала, что я беру интервью у вас, Зак, а не вы у меня!
— Мне просто хочется больше узнать о женщине, которая будет рядом со
мной целую неделю. В конце концов, — добавил он, — многие будут
полагать, что вы — моя последняя пассия.
— Последняя в
очень длинном... — Она поморщилась
от испуга, когда поняла, что сказала. — Я не должна была так говорить.
Просто это...
— Просто это правда? — язвительно заметил он.
— Нет! Я хочу сказать... ну ладно, да, это правда. Но я все равно не должна была так говорить.
— Не должны были, — сухо согласился Зак. — Но это, вероятно,
самое честное из всего, что вы сказали за весь вечер!
— Понятия не имею, о чем вы говорите, мистер Принс. Вы хотите сказать,
что я вас обманываю?
Заку показалось, что ее руки задрожали. Он не мог быть уверен в этом, поскольку она быстро сжала их.
— Не у вас одной есть связи, Тайлер, — добавил он и увидел, что
она побледнела. — Днем я позвонил кое-кому, чтобы разузнать о вас.
— О, да? — живо откликнулась она. — И что же вы узнали?
Зак все больше убеждался, что она что-то скрывает.
— Пока немного. Журналисты не любят рассказывать о коллегах. Однако я
узнал, что вас считают хорошим репортером, только излишне
эмоциональным. — Он помолчал. — Кроме того, несколько недель назад
у вас был бурный спор с вашим редактором, и он пригрозил вас уволить.
Ее глаза стали огромными, но она выдержала его взгляд.
— Да, но ведь он этого не сделал, раз я все еще работаю.
— Очевидно, не сделал. Но интересно, о чем вы спорили?
— Знаете, это не ваше дело. Он пожал плечами.
— Я вот подумал, может ли этот спор иметь отношение к вашему соглашению
с моим братом?
— Конечно, нет. Не лучше ли оставить эту тему и поговорить о вас? Он
подался вперед.
— Я буду спрашивать, пока не узнаю правду о вас, Тайлер, —
предупредил он.
Тайлер резко захлопнула блокнот и спрятала его в один из многочисленных
карманов своих армейских брюк.
— До сих пор я верила всему, что о вас писали и говорили. Что вы
очаровательны, что с вами легко общаться, что вы даже любезны! — Она
фыркнула. — А вы оказались грубым, необщительным и ни капельки
нелюбезным!
Зак протянул руку через стол и легко сжал ее руку, когда она попыталась
встать.
— Об этом вы и намереваетесь написать?
Он специально сделал все, чтобы показаться неприятным. Но он привык, что
нравится людям, и ему стало не по себе.
А ощущение того, какая нежная, мягкая и шелковистая у Тайлер рука, заставило
его подумать, все ли ее тело такое же чувственное и теплое.
— Расслабьтесь, Тайлер, — мягко сказал он. — Мы еще не
закончили.
Она холодно взглянула на него.
— Вы хотите, чтобы я осталась с вами, а вы будете и дальше оскорблять
меня? Он улыбнулся.
— Я израсходовал все оскорбления, но если вы уделите мне еще несколько
минут... Кроме того, мы привлекаем внимание.
Он оглядел бар, где многие, в том числе и мужчины, открыто разглядывали их.
—
Вы привлекаете внимание, — поправила она
напряженным голосом, откидываясь назад и освобождаясь от его руки.
Зак заметил, как она провела пальцами другой руки по тому месту, где он
держал ее. Колец у нее не было. Руки были длинные и худые, с изящными
пальцами. Ему захотелось, чтобы эти пальчики ласково скользили по его
обнаженной груди, по спине...
— Мы говорили о вашем споре с редактором, — напомнил он, сердясь
на себя за то, что позволил таким мыслям появиться в своей голове. Она же
репортер!
—
Вы, возможно, и говорили, а я — нет.
— О чем же тогда мы будем говорить? — поддразнил он. — О том
как вы неразлучны с вашим фотографом, красавчиком Перри Морганом? А может
быть, мы пойдем куда-нибудь, Тайлер?
Она начала вставать, но внезапно побледнела и упала в кресло. Ее глаза
закрылись, и дыхание стало поверхностным.
— Что случилось? — Зак опустился перед ней на колени. —
Тайлер! — Он потряс ее за плечо. — Тайлер, скажите же что-нибудь,
черт возьми!
Она нашла силы приоткрыть один глаз.
— Уйдите, — слабо прошептала она.
Он не подчинился, поднял ее, — и оказалось, что она почти ничего не
весит!
Не обращая внимания на любопытные взгляды, Зак нес ее на руках. Она открыла
глаза и попыталась освободиться.
— Что вы делаете? — запротестовала Тайлер.
— Мне кажется, это очевидно! Зак вошел в лифт.
— Да, но... куда вы меня несете?
— К себе в номер, — сообщил он. — И прекратите вырываться.
Пока он не поймет, что с ней, она никуда не уйдет!
В номере Зак уложил Тайлер на диван.
— Не двигайтесь, — приказал он, подошел к мини-бару и стал
выбирать, из какой бутылки налить ей.
Она попыталась встать, но не смогла.
Зак видел, что она закрыла глаза и побледнела еще сильнее. Он не мог решить,
действительно ли
она больна или изощренно притворяется, чтобы продолжить интервью.
Женщины, бывало, устраивали что-нибудь экстравагантное, чтобы попасть в его
номер, хотя с интервью это никогда не было связано!
Но если Тайлер Вуд притворяется, то узнает, каким нелюбезным он может быть!
— Что вы делаете! — Тайлер едва не поперхнулась, когда Зак поднял
ее голову и что-то влил ей в рот. Пламенная жидкость обожгла горло. —
О, нет! — запротестовала она, отчаянно пытаясь отодвинуть его руку, но
он налил ей полный рот жидкости омерзительного вкуса. — Что это
было? — простонала она, когда он опять положил ее на диван.
— Бренди, — с удовлетворением сказал он. — Теперь...
— Теперь мне будет по-настоящему плохо, — перебила она. — Тем
более на пустой желудок.
На очень пустой желудок, потому что за день она не съела ничего, кроме одного-
единственного тоста, проглоченного на завтрак.
Когда она переехала в Лондон, то была огорчена тем, как все здесь дорого.
Работа младшего репортера не приносила больших денег. И чтобы жить на
зарплату — а когда она ушла из своего роскошного дома в Нью-Йорке, то
поклялась своей семье, что проживет самостоятельно, — она должна была
экономить на всем. Даже на еде.
Хлеб, молоко и злаки были дешевыми и к тому же весьма питательными. Изредка
Тайлер ради удовольствия съедала там бургер.
— На пустой желудок? — переспросил Зак. — Но сейчас девять
часов вечера. Почему же вы не пообедали?
Потому что обед был недопустимой роскошью. Как и ужин. Хотя никакая еда не
уменьшила бы того действия бренди, которое проявится с секунды на секунду.
— У меня аллергия. — Она не стала отвечать на его вопросы, пытаясь
встать. — И если в течение десяти секунд вы не отведете меня в ванную,
я испорчу весь ваш дорогой ковер!
— Аллергия? — повторил Зак Принс с угрюмым видом, даже не пытаясь
подойти и помочь ей. — Какая аллергия?
Она свесила голову с дивана, и случилось то, о чем она предупредила.
Еще в колледже на вечеринках она неожиданно для самой себя обнаружила, что
алкоголь в любом виде вызывает у нее такую реакцию. Пришлось совсем
отказаться от спиртного. И надо же было Заку насильно влить ей бренди!
— Какая аллергия?
...Закладка в соц.сетях
