Жанр: Любовные романы
Вынужденный брак
...мешались в диком реве, вырвавшемся у Паоло из глотки. Как
она смеет говорить, что это к лучшему?
Его ребенок мертв! Как трагедия может быть к лучшему?
Может быть, для нее. Ей хотелось отделаться от него как можно скорее, вернуться к своей
уютной жизни и идеальной карьере. Выкидыш случился как нельзя кстати...
И он воображал, что она его любит! Убедил себя, что сам ее любит. Он был, должно быть,
не в себе.
А она не могла дождаться возможности уехать.
Ничего себе любовь.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Она обманывала себя. Элен сунула оставшееся белье в машину и с нехарактерным для нее
безразличием на глазок засыпала туда же порошка. Покидая виллу, она думала, что оставляет
позади и Паоло, и все, между ними произошедшее. Но даже ее квартира была полна
воспоминаний.
Его присутствие ощущалось повсюду - начиная от гостиной, где он с таким вниманием
изучал безделушки на камине незадолго до их неистовых занятий любовью, и заканчивая
спальней, где и теперь на простынях остался его запах.
Все вокруг хранило память о нем, а теперешняя ее пустая жизнь по контрасту казалась
еще безрадостней. Показывала, что она потеряла.
Хуже всего то, что Элен знала: принятое решение верно. Прошло две недели со дня ее
возвращения из Милана, а от него никаких известий. Она не ожидала, что он последует за ней,
но его нежелание давать о себе знать подтверждало правильность ее действий.
Однако это не давало ей утешения. Одно дело желать Паоло счастья, другое - знать, что
он так легко отпустил ее. Хотя на что она рассчитывала? Чуть ли не сама подготовила его
свидание с прежней любовницей.
Откинув с лица выбившиеся из прически волосы, Элен принялась надавливать на кнопки
стиральной машины с несколько большим пылом, чем требовалось. Что толку представлять,
как прошла встреча Паоло и Сапфир! Что толку мучить себя, представляя их вместе! Придется
пережить.
В ее мысли ворвался шум снаружи: голоса на лестнице, звук закрывшейся соседской
двери - и снова тишина. Она вздохнула. Сколько можно вздрагивать от шагов, замирать при
каждом телефонном звонке? Сколько времени понадобится для возвращения к нормальной
жизни?
Снова хлопнула входная дверь, и кто-то постучал к ней. Направляясь к двери, Элен
попыталась задавить искру надежды, убеждая себя, что, должно быть, это Эжен возвращается
из магазина, где прихватил для нее сыр или рогалики. Но искра полыхнула пожаром, когда,
взглянув в глазок, она увидела своего посетителя.
Паоло.
Нахлынувшие противоположные эмоции объединились в своем намерении задушить
Элен. Она прижала руки к груди. Сердце яростно колотилось о ребра.
Он тут. И, как и в первый раз, его темные глаза дико сверкают, лицо перекошено.
Неужели и цель та же? Собирается лично нанести последний удар по их браку? Видимо, не
сумев за две недели связаться с ней, решил действовать напрямую.
Элен распахнула дверь и напомнила себе о необходимости дышать.
На секунду ей показалось, что в его глазах мелькнула нежность, но он моргнул,
прищурился, и если что и было, то пропало бесследно.
- Тебе придется объясниться, - сказал он, врываясь в квартиру.
Ей ничего не оставалось, как последовать за ним. Кожу покалывало там, где она
соприкоснулась с его одеждой, ноздри щекотал знакомый запах. Сны и воспоминания
последних дней - не лучшая подготовка к противостоянию с реальным человеком.
- Почему ты уехала? - упер он руки в бока. Он не теряет время на любезности. Даже не
потрудившись сесть, выпалил вопрос ей в лицо. Вот, значит, как будет. Она заправила за ухо
выбившиеся волосы и скрестила руки на груди.
- Я не могла остаться.
- Ты хочешь сказать, что тебе не терпелось улизнуть.
- Не совсем так...
- Нет? Но ты уже вышла на работу, а?
Элен опустила глаза, отвернулась. Доктор дал добро, и она два дня как ходила в контору.
Не то чтобы ей так отчаянно хотелось приступить к работе, как намекает Паоло, - просто
такой вариант казался предпочтительнее, чем бродить по квартире, жалея себя.
- Дорвалась до своей обожаемой работы. - Каждое слово как изощренное ругательство.
- А что мне следовало делать? - огрызнулась она. - Сидеть и ждать твоих указаний?
Спасибо, за свою жизнь я получила их достаточно.
- Предполагалось, что ты отдохнешь на вилле, а не сбежишь.
- Кто сказал, что я сбежала? - Элен не сбегала. Скорее, это был грамотный отход. Она
убралась из его жизни, не дожидаясь, пока ее вышвырнут вон.
- Ты всю жизнь сбегаешь. От своего отца, от меня - из этой самой квартиры. И теперь
тоже. Сбежала с виллы, как воровка.
- А кто бы не уехал в сложившихся обстоятельствах?
- Любой нормальный человек! Ты только что потеряла ребенка - припоминаешь? Но ты
так рвалась работать, что такая мелочь, как выкидыш, тебя не остановила.
- Да как ты смеешь? Как я могу забыть? Это я там была. Я чувствовала боль. Из меня
выдирали моего ребенка...
На последнем слове ее голос прервался. Отвернувшись, она старалась сдержать слезы. Его
руки легли ей на плечи.
- Извини, - он повернул ее к себе. - Я пришел не для того, чтобы тебя расстраивать.
- Тогда никогда не говори, что мне безразлична потеря моего ребенка. Ты даже не
представляешь, как сильно я желала его, как хотела, чтобы все прошло хорошо. - Ее губы
задрожали. - Не прошло. Я потеряла моего малыша.
Паоло заключил Элен в объятия, и комок у нее в горле прорвался рыданием.
- Нашего малыша, - сказал он. - Мы потеряли нашего малыша.
И крепко держал ее, пока Элен плакала, по-настоящему плакала. Последние две недели
она не позволяла себе расслабиться, осознать потерю, дать волю слезам. И вот теперь их не
остановить.
- Прости, - сказал он, гладя ее по голове. - Я должен был быть там с тобой.
Всхлипнув, она подняла голову, вытерла мокрую дорожку на щеке.
- Теперь все равно. Ты ничем не смог бы помочь.
- Но я не должен был покидать тебя, - настаивал он. - Это должно было быть ужасно.
Мама сказала, что ты очень мучилась.
Элен вернулась мыслями к той страшной ночи. Да, была боль, много боли, но не она
вспоминалась сейчас.
- Самые худшие мучения, - сказала она тихо, - были из-за того, что я ничего не могла
сделать. Знать, что для нашего малыша надежды нет - никакой.
Паоло снова притянул ее к себе. Прижавшись щекой к его широкой груди, она впитывала
его запах. Ей так его не хватало, а он целых две недели не ехал. Если бы Паоло действительно
хотел быть с ней и утешить в горе, то времени у него было предостаточно и раньше.
Она освободилась от его рук, стараясь показать, что справится, что силы ей хватит.
Чтобы, когда он уедет, вернется к Сапфир, правда не открылась. Он никогда не узнает о ее
любви.
- Извини, - сказала она, читая в его глазах понятную ей боль, боль, так похожую на ее
собственную. Боль свежей утраты. - Я даже не знаю, почему такое могло случиться.
- Перед отъездом я занимался с тобой сексом, - сказал Паоло. - Не мог я повредить
тебе?
Его лицо так болезненно исказилось, что на мгновение ей захотелось взять его в ладони и
поцелуями стереть эту муку. Он не винит ее! Элен никак не ожидала такого. Чуть
улыбнувшись, она покачала головой.
- Ни в коем случае. Врачи говорят, что такие вещи случаются. Они уверили меня, что ни
с кем из нас это не связано.
- Но должна же быть причина.
Она вздохнула, потерла ладони одна о другую, только чтобы что-то делать.
- Я думала об этом. Может, малыш понимал, что происходит между нами. Может, он не
хотел появляться у людей, которые не рады его появлению.
- Я желал этого ребенка!
Она подняла руку, останавливая его.
- Не думаешь ли ты, что я не желала? Но согласись, сопутствующие обстоятельства не
радовали никого из нас. Мы оба не были счастливы, сведенные вместе насильно. Мы оба
хотели этого ребенка, но возможно.., возможно, ребенок не захотел нас. - Элен впилась
зубами в нижнюю губу, пытаясь заглушить одной болью другую.
- Это сумасшествие.
- Знаю, но у тебя имеется лучшее предположение? Кто пожелал бы родиться в семье,
построенной на обмане?
Он поднялся, заметался по комнате. Она следила за ним краем глаза, понимая его
терзания. Словно в ту ночь, когда Паоло впервые появился на пороге ее квартиры, он утратил
свою врожденную уверенность в себе, своем месте в жизни.
Она сочувствовала ему и страдала вместе с ним.
Внезапно он остановился, сунул руку в карман пиджака.
- Твои вещи упакуют и пришлют, но кое-что мне хотелось отдать тебе сейчас.
На минуту ей показалось, что он имеет в виду кольца. Паоло протянул руку, она
подставила свою, ожидая получить нечто маленькое, и от неожиданности чуть не уронила
полученное пресс-папье на ковер. Провела пальцами по нему, вглядываясь в рубиновые
глубины.
- Почему ты оставила его?
- Я бы просто не смогла иметь его при себе, - честно призналась Элен. Две крупных
слезы скатились по ее щекам, когда она вспомнила обследование, полупрозрачную плоть,
крохотное бьющееся сердце. - Я была слишком измучена, а оно служило бы вечным
напоминанием.
Кивнув, Паоло подошел ближе, разглядывая то, что она держала в ладонях.
- Когда я впервые увидел его на витрине, то вспомнил обследование...
Элен сморгнула влагу с ресниц, заметив странный блеск в глазах Паоло. Он тоже подумал
о сердце их ребенка, увидев простое пресс-папье?
- Зачем ты здесь? - спросила Элен неуверенно. Она не понимала, откуда появилась
надежда. Разве что обвинения, которых она ждала от визита Паоло, так и не прозвучали. - Не
затем же, чтобы привезти мне это.
- Нет. - Он шумно вдохнул и выдохнул. - Не затем.
Она ждала, стиснув хрустальное сердце, словно прося ссудить ей немного его холодной,
жесткой силы.
- Я дал ход бумагам, касающимся нашего развода.
В мире Элен осталось лишь отчетливое тиканье часов.
Возможно ли выглядеть всем довольной, когда видишь разверзшуюся под ногами бездну?
Она ожидала этого, подозревала, что колесо уже запущено. И все равно, слова Паоло стали
дополнительным подтверждением, что он счастлив освободиться от нее теперь, когда ребенка,
соединяющего их, не стало.
Элен опустилась на кушетку, старательно пристраивая хрустальное сердце на кофейный
столик.
- Конечно, чего ж еще ждать. Мы и так затянули с этим делом. - Она попыталась
рассмеяться, но хрип, родившийся в груди, имел весьма отдаленное сходство со смехом. - Кто
бы мог подумать, что наш поспешный брак продлится столько времени? По крайней мере, ты
освободишься наконец.
Его лоб прорезала морщина.
- Если все пойдет по плану, то я недолго останусь свободным.
Холодок пробежал по ее спине, добрался до сердца. Неужели уже?
- Я собираюсь снова жениться.
То, что осталось от ее сердца, упало вниз. Какая разница, сколько раз Элен представляла
себе сцену их последнего объяснения, сейчас она происходит наяву. И никакая
предварительная подготовка не спасает от нахлынувших боли и отчаяния.
- Понятно. - Мысли разбегались. - Как Сапфир?
Его угольно-черные ресницы опустились на целую вечность.
- Так это ты с ней говорила, когда она звонила на виллу? Мы подумали, что похоже, но
точно не знали.
Элен кивнула.
- Извини, она просила оставить записку. Я забыла...
Паоло некоторое время раздумывал над ее словами.
- Ничего страшного. Как выяснилось, с ней все хорошо. Лучше, чем хорошо. По правде,
я никогда не видал ее такой счастливой.
Каждое слово впивалось в душу Элен, как острый шип. Каждое слово подтверждало ее
окончательный приговор. Паоло разводится с ней, женится на Сапфир, а она опять остается
одна.
- Я так рада, - солгала Элен, решив держаться из последних сил. - После того, что
случилось, вы оба заслуживаете счастья. Я чувствую себя ответственной за эту неразбериху. Ты
был прав: если бы не мой побег от отца и отказ выйти за Халеда, ничего бы не случилось.
Хорошо, что отныне вы двое будете вместе.
- Вместе? - Его брови взлетели. - Почему ты так решила?
- Ну как же. Теперь, когда ты свободен...
- Ты думала, я собираюсь жениться на Сапфир?
- Разве нет?
- Она уже замужем, и остается замужем.
- Так ведь за Халедом!
- Знаю, в это трудно поверить. Но она действительно любит его, я нисколько в том не
сомневаюсь.
- А он? Паоло кивнул.
- Я видел Халеда. Сапфир привезла его с собой. Она ничего не говорила о своих планах,
боялась, я откажусь встретиться с ним.
Элен задрожала, крепко обхватив себя руками. Как хорошо, что она уехала с виллы. Ни за
что ей не хотелось бы вновь встретить Халеда. Ее поступок породил ненависть и мстительные
чувства, омрачавшие жизнь многих долгие двенадцать лет. И без того несчастная от потери
младенца, Элен не вынесла бы пребывания с Халедом под одной крышей.
А ведь то же самое можно сказать и о Паоло.
Он страдал не менее, потеряв к тому же любимую женщину.
- Но ты видел его? Я бы не смогла, - с трепетом призналась она. - Ненавидеть кого-то
так сильно только из-за того, что он женился на отвергшей тебя женщине... Не думаю, что я
смогла бы увидеться с ним.
- Вначале я думал так же. Но потом обнаружилось, что его мстительность основана не
только на желании отомстить за потерю тебя. Оказалось, он винит меня за внезапную смерть
своих родителей.
- Но это немыслимо. Почему он решил, будто ты имеешь отношение к его родителям?
- Они погибли под лавиной в Альпах. Мне никогда не приходило в голову, что это
произошло в тот самый день, когда вы должны были пожениться.
- О боже! Так они должны были быть в Лондоне на свадьбе? И он считал тебя
ответственным, потому что ты женился на мне вместо него?
- Похоже на то. Я украл тебя, и брачные планы рухнули. Его родители очень огорчились
и отправились в Альпы развеяться. Два их спутника погибли вместе с ними.
- Ужасно. - Неудивительно, что в том состоянии Халед искал виновника своих
несчастий, предмет для ненависти. - Но он приехал в Милан с Сапфир? Что же изменилось,
если он захотел встретиться с тобой?
- Для начала, его изменила сама Сапфир. Без ее влияния Халед никогда не пошел бы на
примирение. Он любит ее. Но это не все. Недавние события в Джеббаи пролили новый свет на
ту трагедию. Вполне вероятно, что сход лавины спровоцировали именно спутники родителей
Халеда.
- Его родителей убили?
- Предполагают, что да. Дочь одного из сопровождающих замешана в попытке
покушения на жизнь самого Халеда. Сперва считали, что это могло быть актом возмездия за
гибель отца, но сейчас склоняются к мысли, что вся семья участвовала в борьбе против
правящей семьи - и на протяжении поколений.
- Значит, Халед теперь знает, что ты невиновен в смерти его родителей.
Паоло кивнул.
- Но и это еще не все. Предполагают, что вначале они собирались привести свой
жестокий план в действие на свадьбе. - Он помолчал. - На твоей с Халедом свадьбе.
Кровь застыла у нее в жилах, когда она подумала о длинном списке гостей, составленном
ее матерью, о битком набитой церкви.
- Нам всем могло не поздоровиться... - Потом она взглянула на Паоло. - И ты спас
наши жизни. Включая жизнь самого Халеда.
- Смешно, а? - сказал Паоло с хриплым смешком. - А он ставил мне в упрек
украденную невесту и погибших родителей. Значит, если бы мы тогда не поженились... Хотя,
что говорить - мы поженились.
Осмыслить услышанное казалось невозможным. Слишком много для одного раза. Элен
встала и подошла к высокому окну, отодвинула штору и уставилась на узкую улочку перед
собой. Дома, спешащие по своим делам люди. Ничего необычного. Но ее мир сместился, его
составные части, как элементы калейдоскопа, отошли друг от друга, чтобы соединиться
совершенно по-новому.
- Я всегда считала, что ты освободил меня от участи, худшей, чем смерть, но никогда не
подозревала, насколько буквально следует это понимать. Ты избавил меня не только от
навязанного брака. Ты действительно спас мне жизнь, когда Сделал меня своей женой. Я
просто не представляю, как смогу отблагодарить тебя.
- Я рассказывал тебе это вовсе не для того, чтобы получить благодарность. Мне
хотелось, чтобы ты знала: Халед больше не угрожает твоему счастью.
Она тихонько коснулась его щеки.
- Никто другой не сделал для меня столько, сколько ты, Паоло. Ты оказался рядом, когда
мне был необходим друг, когда я потеряла семью, оставшись испуганной и одинокой. И
столько лет ты жил под угрозой мести Халеда из-за меня. Я знаю, что мне нечего предложить
взамен, понимаю, что у тебя нет причин поддерживать отношения со мной в дальнейшем, но,
если тебе что-то понадобится, пожалуйста, дай мне знать.
Паоло взял ее руку в свою, прижал к своей щеке.
- Есть одна вещь, которую ты можешь для меня сделать, - сказал он тихо и серьезно,
обжигая Элен взглядом. - Выходи за меня замуж. Стань моей женой. Частью моей жизни.
Она моргнула, но видение не пропало - Паоло оставался на том же месте и ждал.
- Ты шутишь. Мы же были уже женаты. И ты только что всерьез занялся разводом.
- Нет. У нас имелось свидетельство о браке, только и всего. Мы не женились
по-настоящему. Я дал ход этим бумагам, потому что наш брак никогда не существовал. И мне
следовало сделать это четыре месяца назад, но я не мог заставить себя порвать последнюю
нить, связывающую нас, особенно после той ночи, проведенной вместе.
- Ты говорил, у тебя не было времени.
- Я помню. Мне трудно было сказать правду. Но и отпустить тебя так просто я не хотел.
И использовал тот факт, что формально мы женаты, чтобы заставить тебя поехать со мной в
Милан. Хотя было ясно, что ты желаешь от меня избавиться.
- Что значит - было ясно?
- Ты подписала эти бумаги и оставила их на виду там, где я никак не мог их не заметить.
А они могли подождать. Не было никакой спешки.
- Но, Паоло! Когда ты пришел, такой удрученный, я решила, что тебе не терпится
освободиться от меня. Я и так отхватила изрядный кусок твоей жизни.
Паоло поднес ее ладони к губам и поцеловал их.
- Видимо, недостаточный. Но я хочу начать все заново - жениться на тебе
по-настоящему.
- Я ушам не верю. Ты даже не позвонил мне после моего отъезда, и я подумала, что ты
не хочешь меня больше видеть...
- Когда я узнал, что тебя нет, у меня в голове помутилось. Потерять ребенка, потерять
тебя - все сразу. Мама, сестра, даже Сапфир убеждали меня ехать немедленно, но я надеялся,
что смогу забыть тебя. Однако дни шли, и я начинал понимать, что злит меня больше всего - я
утратил тебя, даже не сказав, как много ты для меня значишь. Я полюбил тебя, Элен. Я пытался
подавить любовь, похоронить под злостью и сожалениями, убедить себя, что секс и ребенок -
единственное, что привязывает меня к тебе, но правду отрицать невозможно. У тебя есть
тысяча причин сказать "нет", но я прошу - умоляю - сказать "да". Выходи за меня. Дай шанс
начать сначала. Потому что я не смогу жить без тебя.
Ликование охватило Элен. Услышать признание от человека, которого она любит,
наверное, целую вечность! И он просит ее выйти за него замуж. По-настоящему!
- Да, - сказала Элен, глядя, как в его глазах отразился восторг, наполняющий ее
саму. - Да, я выйду за тебя, Паоло. Да, я тебя люблю.
Она обхватила его руками за шею, и он закружил ее в своих объятиях, а потом прижался
жадным поцелуем, недвусмысленно напоминающим о неделях, проведенных в разлуке.
- Ты любишь меня? Правда?
- Ненормальный! - рассмеялась Элен. - Я люблю тебя с тех пор, как мы поженились.
- Я понятия не имел.
- Погоди. Я сейчас вернусь. - И оставив его в недоумении, Элен убежала в другую
комнату. Через тридцать секунд она вернулась. - Я всегда любила тебя, Паоло, - повторила
она, положив ему в руку кольцо. - И вот доказательство моей любви. Все годы разлуки я
пыталась забыть тебя, но это мне не удалось. Я смогла наладить свою жизнь, но исцелить
сердце не сумела.
Морщинка на его лбу разгладилась, когда он узнал собственное кольцо-печатку.
- Ты хранила его все это время? - Паоло покачал головой. - В этот приезд Сапфир
сказала, что всегда чувствовала: я не принадлежу ей полностью, что-то удерживает меня на
расстоянии.
- Но ты ведь и не мог соединить с ней свою жизнь. Ты был женат.
- Нет, тут нечто большее, и Сапфир уже тогда поняла. А я лишь теперь вижу ее правоту,
потому что кусок бумаги не смог бы остановить меня, запретить отдать ей сердце, если б оно
было свободно. Но оно было занято, поскольку я уже любил тебя.
- Ты хочешь сказать, что тоже любил меня все эти годы?
- Думаю, да. Я не хотел, чтобы ты принадлежала Халеду. Зачем бы я стал жениться на
тебе, если б не любил?
- Но мы никогда.., то есть ты не...
- Должно быть, я безмозглый простофиля, но мне не хотелось пользоваться твоим
положением.
Я опасался, что ты подумаешь, будто мне нужен секс как плата за мой поступок.
- Боже мой! Ты всегда любил меня и понял это только сейчас?
- Виноват, - признал он, прижимая ее к себе.
- Счастье еще, что у нас осталось немного времени, чтобы компенсировать
упущенное, - лукаво улыбнулась Элен.
Его голова склонилась, губы оказались совсем рядом с ее губами.
- Значит, можно приступать?
Триш Мори: "Вынужденный брак"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
