Жанр: Любовные романы
Хрусталь и золото
...и, его поцелуями. Когда он сделал движение, чтобы
отстраниться, она еле слышно застонала, не желая его отпускать.
Но Микаэль почувствовал, что продолжать не следует. К тому же он не совсем
понимал, что с ним происходит, поэтому оторвал губы от ее рта.
Он ведь хотел поцеловать ее, как только увидел, но старался подавить свое
желание. А сейчас понял, что сдерживаться больше не сможет. Когда она села
около него на кровать, он не отказал себе в удовольствии, полагая, что
одного поцелуя будет достаточно. И ошибся — одного поцелуя оказалось мало.
Она такая милая, неиспорченная... Действительно, как прозрачный чистый
хрусталь... И она ответила на его поцелуй. Это его воспламенило. Но ее
неопытность поразила Микаэля. Когда тупая боль желания переросла в
первобытную страсть, он невероятным усилием воли заставил себя отодвинуться
от Эбби. А как ему хотелось сорвать с нее и халатик, и шелковую ночную
рубашку, взять в ладонь ее грудь, губами зажать розовый сосок и заставить ее
тело трепетать и жаждать принять его. Он чувствовал, что она готова к этому,
не будет сопротивляться, если он накроет ее своим телом, покажет ей, что
такое сладостные мгновения любви. И услышит ее крик упоения...
Но мужчина обязан знать, когда надо остановиться. К тому же он — принц, а
это означает, что у него есть определенные обязательства. И он пообещал не
соблазнять ее. Усилием воли Микаэль обуздал себя. Но как же тяжело это ему
далось!
Микаэль все еще не мог прийти в себя, а Эбби вновь его удивила.
— О, господи, — задыхаясь, выговорила она, глядя на него широко
раскрытыми глазами. — Я и не знала...
Указательным пальцем он приподнял ее лицо за подбородок и с улыбкой спросил:
— Чего вы не знали?
— Я... не знала, что будет
так, — Она
прикрыла глаза и вздрогнула. — Меня никогда
так не
целовали.
Он непонимающе смотрел на нее. Здесь что-то не стыкуется. Эбби слишком
неопытна, но как это может быть, раз у нее есть ребенок? Каким образом
спросить ее об этом и сделать это так деликатно, чтобы не отпугнуть и не
настроить против себя? Он погладил ее по щеке. Она опустила лицо ему в
ладонь и чмокнула в запястье, туда, где бился пульс. Микаэля окатила волна
нежности.
— Эбби, а кто раньше вас целовал? — мягко спросил он.
Унее вырвался гортанный смешок.
— Ой, один мальчишка в школе. А потом еще дядин приятель, которого он
прочил мне в мужья. — От этого воспоминания ее передернуло. — Ух,
это было гадко! — Она подняла на Микаэля глаза, и лицо у нее
засветилось. — А сейчас... это было божественно. Словно тебя поднимает
и уносит волна. — Она вздохнула, и это был вздох радости и
грусти. — Мне понравилось. Очень понравилось.
Микаэль снова — на этот раз легонько — коснулся ее мягких, сладких губ.
— Мне тоже понравилось, — сказал он, чувствуя удивительную
нежность к этой трогательной девушке. Он давно не ощущал ничего
подобного. — Эбби... Если бы я не знал, что это не так, то решил бы,
что вы совершенно неопытны в вопросах любви.
Она с сияющей улыбкой смотрела на него.
— Но это так.
Он бросил взгляд в ту сторону, где спал ребенок.
— А как же отец Брианны? Разве он вас не целовал?
Она охнула, изменилась в лице и поспешно отвернулась.
— Я... я не могу об этом говорить.
Микаэль пожал плечами. Здесь таится загадка, а разгадка причинит Эбби боль.
Он не хочет своими вопросами усугублять ее положение, но если она попала в
серьезную беду, то он хотел бы знать, чем ей помочь.
— Как пожелаете, — сказал Микаэль. — Но когда сможете об этом
поговорить, я готов вас выслушать.
Она посмотрела на него, и по ее взгляду он понял: она вернулась с небес на
землю и ставит между ними преграду.
— Эбби... — начал было он и протянул к ней руку.
Но она отвела его руку и соскользнула с кровати.
— Пора спать, — сказала она. — Вам надо отдохнуть, чтобы
поскорее поправиться, а мне... — Голос ее прервался, она отвернулась,
закрыла глаза и плотно сжала губы.
Что она натворила? Она, видно, сошла с ума! Эбби опустилась на колени перед
импровизированной кроваткой Брианны, потом встала, выключила лампу и, не
глядя в сторону Микаэля, отошла к креслу.
— Спокойной ночи, — пробормотала она.
— Эбби, вы не сделали ничего дурного. Во всем виноват я. — Она не
ответила, и тогда он снова заговорил: — Но я об этом не сожалею. Вы — самая
милая и неиспорченная девушка из всех, кого я когда-либо целовал.
Лежа в темноте, она думала о его словах.
Милая! Ей совсем не хочется слышать, что она всего лишь милая и
неиспорченная. Принц предпочитает модных, опытных женщин. Таких, как его
кузина Надя. Не стоит ему отвечать — пусть думает, что она уже спит.
— Спокойной ночи, Эбби, — сказал он. — Увидимся утром.
Она промолчала, а слезы тем временем потекли по щекам. И без того ее
положение до невозможности запуталось, а она сделала все, чтобы его
ухудшить, — позволила себе влюбиться в принца. Она — полная дура!
Эбби вытерла слезы и постаралась не шмыгать носом.
А потом...
Потом стала вспоминать голос Микаэля, тепло его рук, его поцелуй. Грегор это
и имел в виду, предупреждая ее не допускать никаких отношений с принцем? Или
что-то еще? Она изнывала от желания дотронуться до Микаэля, погладить его
крепкое тело, почувствовать, как он овладевает ею. Но она знала, что этому
не суждено случиться. Никогда.
Эбби снился сон: Микаэль снова поцеловал ее и она словно воспарила ввысь и
полетела. Волшебство! Она увидела Микаэля, такого красивого, и услышала, как
он говорит:
Останьтесь
. Он тянется к ней и смотрит на нее, околдовывая
взглядом. Просто невозможно ему сопротивляться. Сердце готово выпрыгнуть
наружу. Она поворачивает голову в другую сторону и видит Грегора.
Не
влюбляйся в принца
, — предостерегает он и озабоченно смотрит на нее.
Он прав, и она это знает.
— Не буду, — шепчет во сне она.
— Чего не будете? — прошептал в ответ Микаэль ей на ухо.
— Влюбляться, — пробормотала Эбби. — Ой! — Она открыла
глаза и села. Она уже не спит, а Микаэль действительно рядом — стоит около
кресла.
— Все в порядке, — он положил руку ей на плечо. — Но Брианна
проснулась.
— Да-да. — Эбби заморгала, окончательно просыпаясь. Она спустила
ноги с кресла, встала и подошла к ребенку.
Микаэль смотрел, как она взяла Брианну на руки и, ласково щебеча, стала
качать. Он включил лампу. Неяркий свет создал в комнате интимную атмосферу.
— Ложитесь, — сказала Эбби, глядя на него поверх пушистой головки
Брианны.
Гладкие темные волосы Микаэля падали ему на лоб и бросали тень на глаза. На
нем были только пижамные штаны, и выглядел он уж очень сексуальным. Но лучше
не обращать на это внимания. Во всяком случае, не показывать вида, что он ее
волнует.
— Как вы себя чувствуете?
— Почти нормально. Не думаю, что вам следует обо мне беспокоиться.
— Но приступ начинается внезапно. Вы забыли?
Он кивнул.
— Да, я чувствую небольшую слабость, но это не опасно. Благодаря вам
скоро все пройдет.
Она покраснела, а он улыбнулся — ему нравилось, как легко она краснеет. И
еще ему нравилось, как она выглядела в тонкой ночной рубашке. Светлые
волосы, Подобно золотой накидке, рассыпались у нее по плечам.
— Вы разговаривали во сне, — сказал он. На этот раз она
побледнела.
— Нет!
— Разговаривали. И это было весьма интересно. Потрясенная Эбби прижала
Брианну к груди:
— Во сне человек не сознает того, что говорит. И слова ничего не
значат.
Он лукаво улыбнулся:
— Да?
— Ничего не значат, — повторила она.
— Откуда вы знаете, что это были за слова?
— Не знаю. Но... — Она бросила на него сердитый взгляд. —
Тогда скажите, что же такое вы услышали?
Он заколебался. Зачем он начал этот разговор? Но отступать поздно.
— Вы сказали, что не хотите влюбляться. И сказали это очень
категорично.
Прищурившись, он внимательно следил за ней. Щеки у Эбби сделались пунцовыми.
— Ну и что здесь плохого? — не сдавалась она, ритмичными
движениями гладя Брианну по спинке.
— Ничего плохого в этом нет. Просто занятно.
Эбби глубоко вздохнула.
— Вы обладаете такой глубокой психологической проницательностью, что в
состоянии читать мое подсознание? — с сарказмом в голосе
поинтересовалась она. — Скажу вам больше — я решительно не собираюсь
влюбляться. Я должна ясно мыслить и выбирать для себя то, что важно в данный
момент. Мне нужно вырастить ребенка, и я не могу себе позволить заблудиться
в любовных отношениях, как в дремучем лесу.
Микаэль приподнял темную бровь — его позабавило умозаключение Эбби.
— По-вашему, влюбиться означает потеряться в лесу?
— Именно так. Я не хочу набить себе шишки, ударившись о дерево в
поисках дороги.
Микаэль громко рассмеялся.
— Эбби — вы уникум.
В. его глазах она увидела столько любви, что поспешно отвернулась. Он
посерьезнел.
— Скажите мне, Эбби:, вы любили отца Брианны?
— Нет.
Ее мгновенный ответ вызвал у него улыбку и... радость.
— Тогда в кого вы так решительно не хотите сейчас влюбляться? —
поддразнил ее он, уверенный в ответе.
Она помолчала и на минуту прикрыла глаза, собираясь с мыслями, затем
посмотрела на него.
— В вас, конечно. Я решительно настроена против этого.
— Понятно. — Ему никак не удавалось привыкнуть к ее прямоте и
искренности. Она ему нравится. Очень нравится. По-настоящему.
— Не стоит из-за меня волноваться, — сказала она. — Я скоро
уеду, а влюбиться за два-три дня нельзя.
— Почему нельзя?
— Я так считаю, — ответила она, облизнув губы, словно они у нее
пересохли.
— А как же любовь с первого взгляда?
— Это выдумка. На самом деле это просто слепое увлечение.
Он с улыбкой шагнул к ней. Сердце у Эбби начало свой бешеный бег. В такой
интимной обстановке все может произойти... Надо быстро соображать, как
разрядить напряжение.
— Что плохого в небольшом увлечении? — вкрадчиво спросил Микаэль.
Она отступила назад.
— Вот как! Стойте там, где стоите. Вы же обещали, что не попытаетесь
меня соблазнить, так что держите слово.
— С какой стати?
— С той стати, что вы — Монтеневада. — Она вскинула голову. —
Для вас должно быть дорого имя вашей семьи. И потому что у вас есть
характер.
Он остановился, внимательно глядя на нее. Давно никто не высказывал ему
такую точку зрения. Но что-то похожее ему говорила мать, когда он был
мальчиком. Он сдвинул брови. Эбби одержала верх — фамилия Монтеневада
обязывает соблюдать кодекс чести.
— Вы считаете, что у меня есть характер?
— Надеюсь. — Она сверкнула глазами. — А если вы его еще не
приобрели, то неплохо начать совершенствоваться, потому что со временем вам
предстоит управлять страной.
Он поморщился и тихо произнес:
— А вот здесь вы ошибаетесь — страной управляют мои братья. Я всего
лишь дублер на случай, если у них не будет сыновей.
Глава восьмая
Если уж Брианна проснулась, то заставить ее снова заснуть почти невозможно.
Она смотрела на мир большими ясными глазами, а когда на нее не обращали
внимания, то начинала капризничать.
— Вот что, — сказала Эбби. — Подержите ее. — И вручила
малышку принцу.
— Это еще зачем? — насторожился он.
— Это одно из одолжений, которые мы оказываем друг другу, — строго
заявила она. — Будьте же мужчиной.
— Не думаю, что этому младенцу нужны мужчины, — ответил он,
осторожно держа девочку на руках.
Эбби подавила улыбку.
— Я вернусь через минуту. Мне необходимо подогреть бутылочку с детским
питанием.
— Хорошо. — Микаэль со вздохом взглянул на ребенка. — Тебе
навязали меня, малышка. Интересно, понравлюсь ли я тебе и смогу ли заменить
твою маму.
Эбби с нескрываемым удовольствием посмотрела на них, но, понимая, что
Микаэль смущен, поспешила уйти. Она вскоре вернулась, взяла на руки Брианну,
собираясь покормить, но, к ее удивлению, девочка отвернулась от бутылочки.
Это было необычно. Эбби устроила малышку у себя на плече и стала расхаживать
по комнате.
Микаэль, полусидя в постели, наблюдал за ними. Вдруг он охнул, и Эбби
остановилась.
— Все в порядке, но, клянусь, она потянулась ко мне.
Что он придумывает? То девочка ему улыбается, а теперь еще тянется к нему...
— Не фантазируйте, — с насмешкой произнесла Эбби.
— Но это действительно так, — настаивал Микаэль. — Она
вытянула свою маленькую ручку в мою сторону.
— Нелепость какая-то.
Он пожал плечами.
— На первый взгляд это произошло непроизвольно, но вы
забываете... — тут в его глазах появился веселый блеск, — что я
оказываю магическое воздействие на женщин любого возраста. Уверяю вас.
О боже! Она едва удержалась от смеха, но отрицать не могла — детские ручки
действительно тянулись к нему.
— Это рефлекторное движение, — объяснила Эбби Микаэлю. — Вы
здесь ни при чем.
— Да? — Он поднял бровь и самодовольно произнес: — Эбби, я ей
нравлюсь.
— Ну, разумеется, нравитесь. — Эбби ласково погладила пушистую
макушку Брианны. — Почему же вам ей не понравиться? На ее крошечном
горизонте вы просто... большая дружелюбная клякса.
— Вы ревнуете, — улыбнулся Микаэль.
— Ревную? С какой стати? — Она остановилась перед ним. —
Хорошо. Если вы так уверены, что Брианне не хватает отцовских рук, возьмите
ее. И бутылочку тоже. Посмотрим, как вы справитесь.
Эбби передала девочку Микаэлю. Брианна охотно пошла к нему на руки и
присосалась к бутылке. Довольный принц всем своим видом показывал:
Ну вот,
а вы не верили!
Эбби тихонько рассмеялась.
На лице Микаэля появилось восторженное выражение.
— Ну и ну, — произнес он. — Почему так приятно ее держать?
— Это жизнь, — пояснила Эбби. — Волшебство начала жизни.
Он согласно кивнул.
— В этом есть что-то первобытное, правда? Казалось бы, поколения
монархов должны были убить во мне это чувство, но, выходит, не убили.
Эбби покачала головой.
— При чем здесь монархи?
— Монархи обычно эгоцентричны.
— Да?
— Они наглые эгоисты, — пробормотал он, гладя Брианну по головке.
— Немного грубо.
— Но справедливо.
— Ну, я не знаю... — Она засмеялась. — Вы ставите меня в
положение защитницы монархии.
— Почему бы нет? Вы всю свою жизнь находились около королевской семьи и
все о нас знаете.
— Едва ли. — Тут Эбби кое-что пришло в голову, и она села на
кровать рядом с ним. — Почему вы сказали такое о ваших братьях?
— Что я сказал?
— Ну... то, что братья не намерены с вами считаться.
— Ерунда, я не склонен себя жалеть. Оба брата прославились на войне,
они — герои, а я — нет, — сказал Микаэль, осторожно убрав от
насытившейся Брианны бутылочку.
— Но вас же там не было. — . Эбби забрала у него ребенка. —
Вы учились в Америке и Англии. Я читала про это. Вас нельзя винить.
— Дело не в вине, а в фактах. Я мало способствовал возвращению законной
власти в нашей стране и поэтому не могу встать в один ряд с героями.
Посмотрите на вашего друга Грегора — он сделал больше, чем я, и к тому же
потерял глаз.
Эбби уложила Брианну и повернулась к принцу. Она не знала точно, что Микаэль
делал во время войны, но интуиция подсказывала ей, что он слишком строго
судит себя.
— И поэтому вы согласились жениться на Стефани Холленбек? —
спросила она. — Чтобы таким образом, внести свой вклад в общее дело?
Он смерил ее долгим взглядом, прежде чем ответить.
— Вы очень догадливы, Эбби. Меня попросил об этом Дейн. Я чувствовал,
что это мой долг.
Эбби кивнула. Сердце почему-то заныло. Она видела фотографии этой женщины.
Она очень красива, и папарацци ее обожали, хотя на фотографиях у нее всегда
был пустой, надменный взгляд.
— Она богата, — грустно сказала Эбби.
— Невероятно богата! А нам нужны деньги. И не только... Ее отец весьма
влиятелен в международных политических кругах. Его помощь будет просто
бесценна.
— Вы... ее любите?
Зачем она это спросила? Зачем намеренно причиняет себе боль?
Принц не ответил, но ему и не нужно было отвечать — на его лице все
написано.
— Микаэль... — Эбби подошла к нему и посмотрела полными жалости
глазами. — Не делайте этого. Пожалуйста. Не женитесь на ней.
Он заключил в ладони ее лицо.
— Я обещал жениться.
— Откажитесь от своего обещания. Лучше нарушить слово, чем разбить две
жизни.
Он грустно улыбнулся и сказал:
— А как же насчет твердого характера представителя династии
Монтеневада?
Он поймал ее на слове! Эбби тряхнула головой и вздохнула:
— Жизнь так сложна. И легко ничего не дается.
Вместо ответа он опустил голову и коснулся ее губ. Один нежный, ласковый
поцелуй. И все. Но Эбби была уверена, что это любовь. Она в него влюбилась.
Когда Брианна заснула, было около трех часов ночи, и Микаэль сказал Эбби:
— Вы можете поспать.
Эбби опустилась в кресло и зевнула.
— А вы?
— Я достаточно отдохнул за последние два дня. — Он встал и
направился к двери. — Принесу что-нибудь почитать из того, что привез
Грегор. Сон у меня прошел, и я немного разомнусь.
— Хорошо, — пробормотала Эбби. — Не гасите свет, раз
собираетесь читать. Мне свет не мешает.
Она улыбнулась. Какая странная ночь... И восхитительная. Ни за что на свете
она не отказалась бы от этой ночи!
Эбби почти погрузилась в сон, когда вернулся Микаэль. Он остановился около
кресла, нагнулся и поцеловал ее. Она улыбнулась ему. Его ласковые поцелуи
для нее целое открытие. Как бы ей хотелось, чтобы они сулили что-то большее!
— Спокойной ночи, — прошептала она.
Он выпрямился и повернулся к кровати. И тут она услышала шелест бумаги.
Эбби открыла глаза и заметила на полу газету. О, ужас! Она увидела
заголовок:
Пропавший ребенок до сих пор не найден
. Сердце остановилось. Но
Микаэль, кажется, не заметил, что из кипы журналов вывалилась эта газетенка.
Он удобно устроился на кровати и начал просматривать прессу. Вот он раскрыл
один журнал, а остальные отложил в сторону. Эбби лежала, затаив дыхание. Что
делать? Она должна куда-нибудь спрятать эту газету. Но как это сделать перед
носом у Микаэля?
Во рту пересохло, дышать стало трудно. Если бы она могла незаметно
дотянуться до газеты, то запихала бы ее под подушку на кресле. Но Микаэль
заметит это, услышит, как шуршит бумага.
— Что случилось? — вдруг спросил он. Эбби чуть не подскочила.
— А? Ничего. Просто хотела проверить, как спит ребенок. — И быстро
села, собираясь встать с кресла.
— Я сам это сделаю, — сказал Микаэль.
— Нет-нет. Я уже встала. Лежите спокойно и читайте.
Он улыбнулся и погрузился в чтение. Эбби вздохнула с облегчением. Она
наступила голой ступней на оброненную газету и отбросила ее к комоду. Потом
наклонилась над Брианной и, стараясь унять гулкий стук сердца, вернулась к
своему креслу, успев передвинуть злополучную газету подальше к комоду. Еще
одно движение — и газета будет вне поля зрения Микаэля. И тут он поднял
голову и спросил:
— А это не та самая газета, которую я принес вместе с журналами? Я,
наверное, ее уронил.
Эбби застыла и выдавила улыбку.
— Да, кажется. Я положу газету на комод.
— Хорошо.
Эбби положила газету заголовком вниз и улеглась на кресло, чувствуя себя
лгуньей и воровкой. Утром во что бы то ни стало она должна убрать газету. И
надо успеть сделать это до того, как принц увидит заголовок.
На рассвете Эбби унесла Брианну обратно в комнату прислуги, и к тому
моменту, когда рано утром появился Грегор, о присутствии ребенка нельзя было
и подумать.
Пока Эбби готовила на кухне завтрак, употребив два последних яйца, газета,
лежащая на комоде, не покидала ее мыслей. Но Микаэль постоянно ее отвлекал:
то ему требовалось ее мнение о чем-то, то он привлекал ее внимание к
растениям в саду или хотел вместе с ней повосхищаться тем, как Брианна
пускает пузыри. Наконец Эбби удалось отвлечь его омлетом и выскользнуть из
столовой. Схватив газету, она устремилась в буфетную.
— Эбби, — крикнул ей принц. — Если вы в спальне, то возьмите
газету. Я просмотрю новости.
Она замерла на месте и крикнула в ответ:
— Хорошо!
Что ей делать? Она не может дать ему эту газету. И сказать, что она ее
разорвала и выбросила, тоже не может. Господи, что придумать? Она побежала
на кухню, подхватила кофейник и, бросив газету в раковину, вылила поверх
горячий кофе.
— Микаэль, простите меня. Если сможете, — прошептала Эбби, закрыв
глаза. После этого вошла в столовую и даже улыбнулась. Правда, улыбка
получилась вымученная. — Ваше Высочество, прошу прощения, но я пролила
кофе на газету. Боюсь, что читать ее уже невозможно.
— Вы так ко мне обратились, испугавшись, что я рассержусь? —
удивился он. — Какая ерунда. — Он улыбнулся. — Смотреть на
вас предпочтительнее любого чтения.
Чувство вины было непереносимо, но Эбби попыталась улыбнуться. Она смотрела
на Микаэля и не могла наглядеться. Как же он красив! Косые лучи утреннего
солнца золотят его загорелую кожу. Она представила, как он стоит на палубе
яхты и ветер ерошит ему волосы... У него благородная осанка принца, и еще он
сильный и в нем чувствуется яркая индивидуальность. Мучаясь угрызениями
совести, она едва удержалась от того, чтобы не рассказать ему всю правду.
Может, так и поступить? Постоянная ложь ее убьет.
Размышления прервал звук подъехавшего автомобиля, и они с Микаэлем
повернулись к окну.
— Это Грегор, — сказал Микаэль. — Замечательно. Я хочу, чтобы
он подтвердил, что я поправился и вам больше не надо суетиться вокруг меня.
Я уверен, что со мной все в порядке.
Это было правдой. Эбби поняла, что принц снова здоров, еще до того, как
Грегор закончил осмотр и вынес положительный вердикт. Итак, она свободна.
Пора уходить отсюда.
Но кто не торопился уходить, так это Грегор. Эбби нервничала, а Грегор
жаловался на сломанные ворота в начале подъездной аллеи, потом они с
Микаэлем начали обсуждать различные местные проблемы. К удивлению Эбби,
Микаэль знал о том, что творится в округе. Наконец разговор закончился, и
Грегор, пообещав вернуться вечером, уехал в больницу проведать рабочих,
пострадавших при взрыве в рыбоводческом хозяйстве.
Эбби смотрела на Микаэля и думала о том, что будет скучать по нему. Сейчас
она скажет, что соберет Брианну и вскоре уйдет. Ведь Микаэль хотел именно
этого. И вдруг по его глазам она поняла, что он больше этого не хочет. И с
Брианной не хочет расставаться. Так что ей придется уйти потихоньку, тайком.
Сердце сжалось. Как же она устала от постоянных уверток! Неужели именно это
ей уготовила судьба?
Эбби отправилась на кухню, чтобы вымыть посуду после завтрака, а Микаэль
пошел следом, по пути читая ей статью из журнала. В статье описывались
красоты Приозерного края. Потом принц заявил, что собирается взять их с
Брианной на пикник. Эбби слушала вполуха — у нее собственные планы, в
которые пикник не входит.
Она наконец решила, что отправится с Брианной в городок Дарма. Эти места она
знала хорошо, так как прожила там три или четыре
...Закладка в соц.сетях
