Жанр: Любовные романы
Крепость из песка
...от финансирования?
— Его дочь наконец поумнела, увидела, что за негодяй ее муж, и теперь
подает на развод.
Как и богатая наследница, жена Барона. Но Барон сказал, что это он
разводится, хотя Тейра могла бы поспорить, что дело обстоит иначе. Разве что
Барон нашел приманку побогаче. А это вряд ли, раз он позвонил Тейре.
Как бы то ни было, сейчас не время раздумывать о Бароне. Сейчас ее гораздо
больше интересует энергия, которую излучает Анджело.
— Ты этому рад?
— Да, черт возьми. И я этому поспособствовал.
По спине Тейры пробежал холодок.
— О чем ты?
— У него появились связи на стороне.
— Для такого человека это немудрено.
— И я этим обстоятельством воспользовался.
— Как? — Кажется, Тейра уже поняла, о чем идет речь. — Ты сделал так,
что его жена узнала о других женщинах?
Ей стало нехорошо. Безжалостность Анджело простиралась дальше, чем она
думала.
— Да.
— Это жестоко.
— Ты так думаешь? — Глаза Анджело потемнели, отчасти и от гнева. — А ты
не хотела бы знать, кто такой Барон Рэндалл, прежде чем связалась с ним?
— Да, конечно, но здесь же другое дело. Жена уже с ним связана.
— И Барон продолжал бы выжимать ее как губку, если бы она не узнала
правду. У них даже могли появиться дети, прежде чем у этой женщины открылись
бы глаза.
— Нельзя оправдывать твой поступок такими аргументами. Ты ей сказал об
изменах Барона, исходя не из ее интересов, а из своих.
— Я ей ничего не говорил. — Анджело поднялся и склонился над столом
Тейры. — Я устроил так, что она узнала о происходящем через друзей, узнала о
том, что рядом всегда есть кто-то, кто готов поддерживать ее по мере того,
как будут вскрываться новые факты его гнусного поведения. Если бы так
произошло с моей матерью, она бы избежала того унижения и сейчас была бы
жива.
Тейре хотелось согласиться. Но... Наверняка существовали признаки, по
которым мать Анджело могла бы понять, что ее любовник — нехороший человек.
Точно так же произошло и с Бароном. Тейра тоже закрывала глаза на многое
ради любви.
— Когда Барон выставил меня на публичный позор, рядом со мной тоже были
друзья. Но от этого мне не стало легче.
— Ты многого не знала. В противном случае дела могли принять еще худший
оборот.
— Возможно. Зато я убедилась в том, что друзья могут быть хуже чужих
людей и даже врагов.
— Ты всерьез считаешь, что жена должна была оставаться в неведении
относительно неверности мужа?
— Нет, я не то хотела сказать. — Конечно, ее слова можно
интерпретировать именно так. — Просто мне неприятно, что этот шаг был частью
твоей мести. Я представляла себе, что ты отберешь у него предприятие, но не
станешь впутываться в его личную жизнь.
— Ни один человек так не заслуживает позора, как эта сволочь. Я никогда
не забуду, как моя мама, плача, признавалась в своем глубоком унижении, в
своей вине. Его жестокость убила ее. Нет ничего более личного, чем это.
И все произошедшее оставило Анджело лицом к липу с миром, где правят бизнес
и возмездие, а любви нет места. Понятно, почему он так жесток, но впредь он
не должен действовать такими методами. Смягчится ли он хоть немного, если
полюбит ее?
— Но ведь Рэндалл не заставлял ее уходить из жизни, — напомнила Тейра.
— Нет, но подтолкнул мою мать к самоубийству.
— Возможно, это не в меньшей степени связано с ее горем из-за смерти
твоего отца. Анджело, у нее был выбор.
Тейра чувствовала стыд за свои слова, но нельзя, чтобы Анджело прожил
остаток жизни в ненависти к тому человеку.
В сердце, где царствует месть, нет места для любви, а ей нужна его любовь.
— Почему ты его оправдываешь? — спросил Анджело, как-то странно глядя
на нее.
— Я не оправдываю. — Она положила руку на его ладонь. — Я хочу, чтобы
ты был разумен.
— В каком смысле?
— Ненависть погубит тебя, а я не хочу, чтобы ты погиб.
Она умоляла его взглядом и надеялась, что он прочтет в ее глазах
предостережение и прислушается к нему.
Анджело послал ей одну из своих резких улыбок, которые она успела полюбить.
— Не беспокойся, дело почти закончено, и волнует меня теперь одно:
когда я смогу любить мою прекрасную жену.
— Хотела бы я тебе верить.
— А это правда. Верь мне, что я думаю о тебе больше, чем о чем-либо
другом.
Такое признание дорогого стоило, и Тейра наградила Анджело надлежащим
образом: она встала и поцеловала его со всей силой страстной любви, пылавшей
в ее сердце.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Тейра?
Они с Анджело, оба раздетые, уютно устроились в громадном кресле в дальнем
углу кабинета.
Анджело недавно доставил Тейре радость, пылко ответив на ее поцелуй, а затем
запер дверь и показал ей, как она возбуждает его.
Тейра погладила его по груди.
— Умм?
— Почему ваш разрыв с Рэндаллом приобрел такую огласку?
Сладкая истома, наступившая после часа любви, испарилась. Этот вопрос Тейра
не обсуждала ни с кем, даже с матерью, — слишком тяжело.
Анджело успокаивающе погладил ее по спине.
— Вначале никакой огласки не было. Барон сообщил мне, что собирается
жениться, но хочет, чтобы наши отношения продолжались.
— Ты отказалась.
— Да. До этого момента газетчики к нам не совались. Наша квартира была
на окраине, светской жизни мы не вели. Я считала, что папарацци меня там не
побеспокоят.
— А потом что-то случилось?
— Да. У меня было две подруги, или я считала их подругами. Модели.
После того как было объявлено о женитьбе Барона, они продали в газеты
историю моей связи с Бароном, всячески ее приукрасив. И затем Барону даже
пришлось установить сигнализацию.
Анджело вдруг замер. Его ярость стала почти осязаемой.
— Когда тебя преподнесли как его подстилку, уже никто не стал бы
слушать опровержений.
— Правильно. — Тейра вздохнула, вспомнив о предательстве подруг и о
том, как охотно Барон согласился лишить ее доброго имени. — Я тогда была
наивной и ранимой.
— Потому что любила его?
— Потому что он и моя так называемая подруга опустошили мою жизнь, а за
что?
— Деньги?
— Конечно, но ничего хорошего эти деньги им не принесли. Обе модели
работают в пятом составе и едва ли вращаются в высоких кругах. Барон
разводится с женой. Так что они не получили дивидендов, на которые
рассчитывали.
— Что? — Анджело крепко сжал ее, не отваживаясь задать следующий
вопрос. — Откуда ты узнала о разводе Барона?
— Он позвонил мне.
— Он тебе звонил? — Теперь ярость Анджело вышла из всех берегов. —
Черт, почему ты мне не сказала!
Тейра не понимала, отчего он реагирует так злобно.
— Я не думала, что это важно.
— Еще бы не важно!
— Анджело, у Барона даже возникла мысль о возобновлении наших
отношений, но меня это не интересовало.
— И ты отказала ему?
— Неужели ты думаешь, что в ином случае я вышла бы за тебя замуж?
— Что он еще говорил?
— Предупредил меня, что тебе нельзя доверять.
Вопреки ожиданиям Тейры, Анджело буквально посерел.
— Не бесись ты так. К его мнениям я склонна прислушиваться меньше
всего.
— Что ты ему ответила?
— Сказала, чтобы он оставил меня в покое, и бросила трубку.
— Если он будет звонить еще, я хочу об этом знать.
Тейра пристально посмотрела на Анджело.
— Анджело, не надо давить на меня, как все мужчины. Я взрослая женщина,
и никто не будет мной командовать. Даже ты.
— Ночью ты разговаривала не так.
— Это другое дело, и ты сам прекрасно понимаешь, в чем разница.
— О нет. Там была игра, здесь все очень серьезно. Я не хочу, чтобы у
тебя было что-нибудь общее с Бароном Рэндаллом.
— Ты меня принимаешь за мазохистку?
— Значит, ты считаешь, что он до сих пор способен принести тебе вред?
Разговор определенно принимал довольно странный оборот.
— Нет. Мне на него наплевать, тем более что он мне повредить не может.
— Ты сказала...
— Не цепляйся к словам и не уходи от темы. Я не твоя комнатная собачка,
чтобы отдавать мне приказы.
Внезапно Тейра оказалась под ним, и его чувственные губы проговорили:
— Поверь мне, меньше всего я вижу в тебе комнатную собачку...
Уже на следующий день, когда Тейра отдыхала возле бассейна, ей вдруг пришло
в голову, что Анджело ни разу не назвал ей имени своего врага...
— Анджело... Нам необходимо поговорить.
От тона Тейры по спине Анджело пробежал тревожный холодок. Он прервал
телефонный разговор и повернулся к ней. В ее изумительных глазах он увидел
решительность.
— Что такое, stellina?
— Мы никогда не говорили о детях.
— Это так срочно?
Неужели она беременна?
У Анджело потеплело внутри. Давно, очень давно у него не было полной семьи.
— Мы не пользовались противозачаточными средствами в полной мере...
Она только что заметила это?
— Я знаю. Это не такая вещь, на которую я не обратил бы внимания.
— А я и не заметила! — закричала Тейра, отнюдь не испытывая желания
разделить его юмористическое настроение. — А если я беременна?
— Ты этого не хочешь?
Такой вариант никогда не приходил Анджело в голову. А он, пожалуй, сицилиец
в большей мере, нежели думал сам.
— Ты это сделал намеренно?
— Послушай, дорогая моя, в нашу брачную ночь я меньше всего думал о
предохранении. Я вспомнил об этом уже на Сицилии.
— Как ты мог быть так безответственен?
— Я?
— Ты. Другим моим мужчиной был только Барон Рэндалл, и с ним у меня все
закончилось два года назад. В списке моих приоритетов предохранение не стоит
на первом месте.
— Ты — моя жена.
— И что?
— А то, что если ты беременна, то нас ждет праздник.
— Меня беспокоит не беременность.
— Но ты начала разговор с этой темы.
— Меня интересует, сколько раз ты думал об этом до меня, раз не
удосужился подумать сейчас.
— Мой ответ — ни разу. Вопреки тому, что ты, судя по всему, думаешь,
меня мало интересует случайный секс, особенно при том, что я работаю больше
шестидесяти часов в неделю. За последние десять лет я большую часть времени
прожил в воздержании.
— Но ты не похож на монаха.
— Силы мужчины, даже такого, как я, небеспредельны. Свою энергию я
вкладываю в работу.
— Любовью ты занимаешься не как новичок.
— А кто тебе сказал, что я новичок? Кстати, завтра тебя посмотрит наш
семейный врач.
— Спасибо. Анджело, а ты хочешь иметь детей?
— Очень.
Тейра улыбнулась.
— Я тоже.
— Если ты беременна, это благословение.
— Да. А если нет, мы решим, когда обратиться за благословением.
— Я действительно беременна? Вы уверены? — допытывалась Тейра.
— Да, синьора. Ведь в наши дни у нас есть возможность определять
беременность на очень ранней стадии.
Мысли вихрем кружились в голове Тейры, когда она выходила из кабинета врача.
Она станет матерью ребенка Анджело. В ней новая жизнь, зарожденная в браке с
совершенно необыкновенным человеком.
Анджело будет на седьмом небе.
Две недели спустя они вылетели в Нью-Йорк.
Анджело настоял на том, чтобы Тейра как можно больше отдыхала, много спала и
приходила на работу не раньше, чем к десяти часам. Когда она попыталась
заявить, что она беременна, а не инвалид, Анджело ответил, что ему приятно
баловать ее.
Разве ему можно отказать?
Она завтракала на балконе, когда кто-то позвонил в дверь. Тейра поднялась,
чтобы открыть, но Мария, экономка, ее опередила.
Едва войдя в комнату, Тейра замерла, услышав знакомый голос. Ради всего
святого, что здесь делает Барон?
Он вошел в комнату. Смешно, но в устремленных на нее глазах светилась
чувственность.
— Тейра.
— Барон, тебе нечего делать в моем доме. Тебе известно, что я не хочу
тебя видеть.
— Я пришел, чтобы спасти тебя от монстра гораздо худшего, чем тот,
которым ты считала меня.
Барон стоял перед Тейрой, красивый, как и прежде. Но сердце Тейры не
вздрогнуло.
Ей нужно только, чтобы он ушел.
— Это Годзилла?
Барон выпятил челюсть.
— Анджело Гордон.
— Мой муж — не монстр. Убирайся из этого дома. Немедленно. Мария! Этот
человек уходит.
Пожалуйста, проводите его.
— Тейра, ты обязана меня выслушать. Ради твоего же блага.
Тейра молча вышла на балкон и закрыла за собой дверь...
Придя на работу, она не стала говорить Анджело об этом визите.
Анджело, такой красивый в своем черном костюме и белоснежной рубашке, вошел
в ее кабинет и предложил пообедать вместе.
Она улыбнулась ему, думая при этом о том, какая часть ее чувств к нему
отражается в ее глазах.
— С удовольствием.
— Замечательно.
Они отправились в один из своих любимых рыбных ресторанчиков, и едва Тейра
успела отдать должное креветкам под соусом, как на их столик упала тень.
— Тейра.
Она подняла голову и с трудом сдержала рычание.
— Что тебе здесь нужно?
— Тебе необходимо знать правду о твоем муже.
— Уходи отсюда. Барон.
Анджело поднялся из-за стола и угрожающе навис над противником.
— Рэндалл, оставь в покое мою жену.
Барон отступил на шаг, но не более того.
— А иначе что? Ты разоришь меня? — Он рассмеялся. — Я уже разорен и ни
секунды не сомневаюсь, чья в этом заслуга.
— Это твоя заслуга. Все, что с тобой сейчас происходит, спровоцировано
только тобой.
О чем они толкуют? Барон разорен? И обвиняет в этом Анджело?
— Что происходит? — резко спросила она.
— Ей известно, ради чего ты ее домогался? — спросил Барон, кивнув в
сторону Тейры.
— Наши отношения тебя не касаются, — прошипел Анджело так угрожающе,
что Тейра вздрогнула.
Барон фыркнул.
— Тактика мелких уверток. Только мы оба знаем, что ты не терпишь
обмана, так что ничего у тебя не выйдет. Скажи ей правду.
— Какую правду? — Тяжкое подозрение черным облаком выросло в Тейре. —
Так это Барон соблазнил и обманул твою мать?!
Анджело глянул на нее сверху вниз.
— Да. Так что у меня больше причин ненавидеть этого ублюдка, чем у
тебя.
Тейра молча смотрела на мужа.
— Но у Тейры есть основания презирать тебя за то, что ты использовал ее
точно так же, — усмехнулся Барон.
Анджело ее использовал? Каким образом?
— У тебя поехала крыша. У Тейры нет фирмы, которой я бы добивался так
упорно и жестоко, что довел женщину до смерти.
Эти слова должны были успокоить Тейру, но напряжение было чересчур велико.
— Я не убивал твою мать! — зарычал Барон. — Она была больна и продала
тебя, чтобы было кому согревать ее одинокую постель.
Анджело ударил Барона, и тот полетел на пол.
— Не смей так говорить о ней! Ты не стоишь ее мизинца, а единственная
ее болезнь состояла в том, что она не разглядела, какая ты мразь.
Барон с трудом поднялся, опираясь на стол.
— А ты, такой хороший, лучше поступил с Тейрой? Ты воспользовался ею,
чтобы получить то, чего хотел, разве не так?
Анджело, не обращая внимания на обвинение, протянул руку Тейре.
— Идем, Тейра.
Она покачала головой. Она уже дважды отказалась выслушивать Барона, но на
этот раз не станет прятать голову в песок. Ее муж в свое время не назвал ей
имя своего врага, и теперь она поняла, почему. Но она хочет знать все. В
частности, почему Барон так уверен, что Анджело ее использовал.
— Что у меня было такого, чего хотел Анджело?
— Возможность отомстить мне.
— Я это уже сделал, — издевательски парировал Анджело. — Тейра, а
теперь пора идти.
— Ты же хотел получить все! — поспешно выкрикнул Барон, чтобы она не
успела последовать приказу мужа. — Ты хотел забрать все, что было ценно для
меня.
— Меня ты не ценил. Ты меня в грош не ставил.
— Тейра! — снова раздался голос Анджело.
Словно прозвучала команда.
Но Тейра привыкла поступать по-своему.
— Ты можешь идти, если хочешь, но я никуда не уйду, пока не получу
ответы на некоторые вопросы. И в эту минуту я не доверю тебе права отвечать
на них.
Торжествующий взгляд Барона едва не заставил ее передумать.
— Мой брак был временным. Я собирался вернуться к тебе, и Анджело об
этом знал, — торопливо стал объяснять Барон.
Этот человек безумен и притом расчетлив. Он женился, рассчитывая на развод?
Тейра содрогнулась от отвращения.
Но у нее возникло жуткое ощущение, что Барон говорит правду.
— Так вот, твой бесценный муж начал охотиться за тобой с той минуты,
когда его частный детектив доложил ему, что я не упускаю тебя из виду.
Тейре вдруг показалось, что в помещении слишком жарко. У нее закружилась
голова.
— Ты следил за мной? — накинулась она на Барона. — Как подлый шпион? —
Она повернулась к Анджело. — И ты об этом знал?
Анджело плотно сжал губы.
— Он держал тебя под наблюдением буквально со дня вашего разрыва. Его
частному детективу было дано задание уничтожать в зародыше все романтические
отношения, которые могли бы у тебя возникнуть с кем-либо.
Тейра взглянула на Барона, потом опять на Анджело.
— Как ты об этом узнал?
— Хоук.
— Этот твой друг, что был на свадьбе?
— Это его частный детектив, — ответил Барон, опережая Анджело. — Расскажи-
ка ей, как ты подкупил моего частного детектива, чтобы без помех добыть все
сведения о Тейре.
— И ты все это время тоже следил за мной? Негодяй, это же незаконно!
Анджело смотрел на нее, словно не понимая, почему она придает значение
именно этому аспекту. Тейра была в ярости. Она бы сама рассказала, стоило
ему спросить. Удар, который она получила, узнав, что ее муж тайно следил за
ней, казался непереносимым.
— Тейра, ты интересовала Анджело лишь постольку, поскольку могла быть
его инструментом, чтобы погубить меня, — не унимался Барон.
Анджело выругался, чего никогда прежде не делал в присутствии Тейры.
Она отвернулась от Барона, словно выбрасывая из головы всякую память о его
существовании, и посмотрела в лицо мужу.
— Значит, при нашей первой встрече мой деловой отчет был предлогом для
того, чтобы увидеть меня?
Нижняя челюсть Анджело стала каменной.
— Да.
— Я же сказал тебе! — Голос Барона лезвием вонзился в ее сердце.
— Теперь, Барон, слушай меня внимательно, ведь то, что я тебе скажу, я
скажу в первый и в последний раз. Вы оба, и ты и мой муж, утверждаете, что
он знал о твоих грязных попытках следить за мной. Это означает, что либо у
него, либо у Хоука есть достаточно оснований выступить свидетелями, когда
тебе будет предъявлено обвинение в нарушении права на частную жизнь.
Анджело, я правильно говорю?
Тейра не сводила злобного взгляда с лица Барона.
— Да, stellina. Все правильно.
Тейра ответила Анджело взмахом руки, но по-прежнему твердо смотрела на
Барона. А тот побелел, по-видимому впервые осознав, что сам загнал себя в
опасный угол, где оказался в ее власти.
— Я хочу, чтобы ты ушел. Я не хочу больше ни видеть тебя, ни слышать о
тебе. И если ты опять попытаешься связаться со мной, я не только подам на
тебя в суд, но и позабочусь о том, чтобы адвокат твоей жены получил такие
материалы, что ты будешь счастлив уползти с бракоразводного процесса в
носках и тапочках. Я ясно выражаюсь?
— Тейра...
— Я ясно выражаюсь?
— Ты переменилась.
— А ты нет, но речь не об этом, правда?
— Правда, — сказал Анджело голосом, в котором сквозил арктический
мороз. — А речь о том, что если Рэндалл опять окажется около тебя, то
картина, которую ты ему нарисовала, покажется ему Елисейскими полями по
сравнению с тем, что с ним сделаю я.
— Я ухожу, — проскрежетал Барон, — но ты, Тейра, подумай, сможешь ли
остаться с человеком, который способен просто использовать тебя.
Последние слова гранатой разорвались в и без того кровоточившем сердце
Тейры.
— Анджело...
Он мгновенно оказался рядом и обнял ее.
— Я хочу домой.
Тейра знала, что Анджело любит ее, но быть только инструментом мести в руках
человека, которому отдано сердце, — это больше, чем она могла перенести.
Едва возвратившись в квартиру, Тейра принялась собирать вещи — без разбора.
— Ты от меня не уйдешь.
Тейра не ответила Анджело даже взглядом.
Длинные загорелые пальцы вырвали из ее руки кофточку.
— Нет. Мы поговорим.
— Нам не о чем разговаривать. — Тейре вспомнились слова Барона. — Я
ухожу.
— Значит, ты оставляешь победу за ним.
Теперь она повернулась к нему, кипя от гнева.
— В этом тошнотворном сценарии победителей нет. И тем более победила не
я. Ты мной воспользовался, Анджело. Ты солгал мне, хотя обещал, что никогда
не будешь этого делать.
— Я тебе не лгал.
— Умолчание — тоже ложь.
— Нет. Только если тебе задают вопрос, а ты не отвечаешь. Ты меня не
спрашивала. Я не сказал тебе ничего, что было бы не правдой.
— Оправдывай себя как угодно, это не изменит сути того, как ты поступил
со мной. Барон прав — ты не лучше его.
— Черта с два. Я не сделал тебе ничего плохого. Я тебя не бросил. Ты
стала моей женой.
— Только затем, чтобы отобрать меня у него.
Анджело промолчал.
— Опять хочешь мне не солгать? Как бы то ни было, я ухожу, и ты меня не
остановишь.
— Тейра, ты ждешь от меня ребенка.
— Я не пожелаю злейшему врагу иметь ребенка, чей отец обладает такими
моральными принципами.
Анджело вздрогнул.
Тейра повернулась на каблуках и пошла прочь из комнаты.
Анджело схватил ее за плечо.
— Ты куда?
— Отпусти меня!
— Нет.
Тейра стряхнула с себя его руку. Он не сказал ни слова, когда она вышла из
квартиры.
Она взяла такси, поехала в гостиницу, заказала номер и поднялась туда.
Она прожила в гостинице три дня, заставляя себя есть ради ребенка,
игнорировала звонки Анджело на мобильный телефон и так надрывала горло
плачем, что с трудом заказывала по телефону еду.
На третий день в дверь номера постучали. У нее подпрыгнуло сердце: вдруг это
Анджело? Какая разница, ей безразлично.
Подойдя к двери, она посмотрела в глазок. Хоук, друг ее мужа. Его частный
детектив.
— Уходите! — охрипшим голосом прокричала она через дверь.
— Исключено, миссис Гордон.
Тейра не могла спорить из-за севших голосовых связок. И открыла дверь —
только по этой причине, сказала она себе.
— Что вам нужно?
— С вами все в порядке? Похоже, вы больны.
Она пожала плечами. Наверное. Болезнь разбитого сердца.
— Анджело выглядит хуже, чем вы.
Она невольно удивилась. Ее муж всегда выглядел безукоризненно.
— Он беспокоится о вас.
Тейра решила не попадаться на эту удочку.
Хоук мрачно наклонил голову.
— Парочка идиотов.
— Я не... — Голос окончательно отказал ей.
— Позвольте мне немного поговорить с вами.
Я знаю, Анджело разыскал вас намеренно. И я, черт возьми, ему помогал! Но вы
нужны ему. Вот вы ушли, а я три дня просидел с ним в этом его мавзолее.
— М-мавзолее?
— Да. Он — в роли убитого горем отца. Я видел его в таком же состоянии,
когда умерла его мать. Вы знаете, что после вашего ухода он не является на
работу?
Тейра не ответила, и Хоук яростно вздохнул.
— То ли он слишком упрям, чтобы признаться, то ли вы слишком злы на
него, чтобы правильно воспринять ситуацию, но вы ему нужны. Вопрос в том,
хватит ли у вас доброты, чтобы дать ему шанс доказать это.
— Я не упрям, — раздался голос возле входной двери, и Тейра беззвучно
ахнула.
Хоук не покривил душой. Анджело выглядел так, словно не ел не три дня, а по
меньшей мере неделю. Щеки ввалились и побледнели, подбородок в трехдневной
щетине. Свитер и брюки выглядели так, как будто он спал не раздеваясь. Но
хуже всего были глаза.
— Ты нужна мне, Тейра. Нужна больше, чем могут выразить слова.
— Я думал, ты не приедешь, — просто сказал Хоук.
— Я не мог оставаться. Я должен был ее увидеть.
Взгляд Анджело был прикован к лицу Тейры.
&md
Закладка в соц.сетях
