Жанр: Любовные романы
Греческая серенада
...стал присматриваться.
- А потом? Тебе стало лучше?
- Когда ты вышвырнула меня из квартиры, я поехал к себе в офис. Снимки
были там, — ответил он. Да, он стал их рассматривать, потому что хотел
видеть ее, пусть даже на снимках, где она с другим. Этого Сандор, конечно,
не сказал.
- И ты взял лупу и стал их изучать? — с сарказмом спросила Элли.
- Ну, в общем, да.
- Достаточно внимательно, чтобы заметить различия между нами?
- Да, — глухо произнес он.
- А я думала, ты их сразу сжег. И порадовался, что не успел связаться
со мной.
- Они были сохранены у меня на компьютере.
- Ну, в таком случае удалил.
- Я рад, что не сделал этого, — ответил Сандор, улыбнувшись. Если
бы можно было запросто стереть и чувства, которые вызвали эти фото, он бы
так и поступил.
- Почему?
- Потому что теперь я знаю правду.
- Но ты не мог поверить в нее до того, как позвонил Хоук.
- Не мог.
- Но тебе стало легче?
- Да.
- А вот этого я не понимаю. Почему ты спокоен, когда у тебя нет никаких
доказательств того, что, пока твои легавые бегали за моей сестрой, я не
развлекалась с кем-нибудь другим? Может, после секса с тобой я решила
поэкспериментировать, а? Откуда такая уверенность, что у меня за это время
никого не было?
Сандор понимал, что Элли говорит это просто так, чтобы задеть его. Давно еще
никто над ним не смеялся. Он совершенно разучился реагировать на насмешки и
теперь не мог пропустить мимо ушей ее слова, и ему хотелось крикнуть на
девушку, как воспитателю на заигравшегося ребенка.
- Ты решила выйти за меня, поэтому ты не могла так поступить.
- Ну, а может, я просто захотела сравнить тебя с другими...
- Ты бы не стала, — как можно спокойнее произнес он, сжимая руль
так, что костяшки пальцев побелели.
- Только сегодня утром ты говорил другое, — продолжала издеваться
она.
- Я имел глупость поверить своим глазам, — произнес он сквозь
зубы. Да, он, наверно, ошибся, думая, что она поймет и простит.
- Ладно, неважно... — тихо сказала Элли, отвернувшись к окну,
словно увеличивая расстояние между ними.
- Нет, это важно. Я виноват перед тобой.
- Неужели... — как-то отрешенно, бесцветным голосом произнесла
она.
- Да. В том, что не поверил тебе. В том, что обвинял тебя в неверности.
- Я не твоя жена, и ты не можешь применять ко мне само понятие
неверности. Даже если я спала с десятком мужчин, а ты не можешь быть уверен
в том, что это не так, я никому не изменяла.
- Но ведь ты не спала с другими, перестань так говорить.
- Почему?
- Ты испытываешь мое терпение.
- Ну и что?
- Мне не хочется снова ссориться с тобой.
- А если мне хочется?
- Хорошо, только давай потом, — его голос звучал так ласково,
уговаривая ее успокоиться. Элли не ожидала, что он вообще умеет так
говорить. — Тебе нужно прийти в себя, понимаешь? Когда ты окрепнешь,
пожалуйста, нападай сколько хочешь. Я прошу тебя, Элли, не надо сейчас.
Элли завороженно смотрела на него, словно не веря, что эти слова произносит
Сандор. А она-то считала его неспособным на искренние чувства. Значит, он
смог отодвинуть в сторону свою гордость, чтобы проявить заботу о ней. Мир
медленно переворачивался...
- Наверно, это сейчас не имеет значения, но у меня правда никого не
было последнее время. Только ты, — наконец проговорила она.
- Я знаю.
- Но сейчас это уже ничего не значит. Я не выйду за тебя, Сандор.
Может, ты и удостоверился в том, что я не обманываю тебя. Но зато я поняла,
что не могу доверять тебе. И это уже нельзя изменить.
- Ты сердишься из-за сделки?
- Именно.
- Но ты скоро забудешь... — начал он, но Элли оборвала его:
- Нет!
Сандор припарковал машину возле больницы. Он подумал, что сейчас не время
говорить об этом. Все изменится, он сможет переубедить ее. Ведь Элли уже
согласилась выйти за него. Надо только немного постараться, и она вспомнит
все то, что они испытали вместе. И забудет о случившемся между ними, как
плохой сон.
- Поговорим об этом позже, — успокаивающе произнес Сандор.
- Нет.
Сандор не стал спорить. Вместо этого он вышел из машины и открыл дверцу
Элли. Она все еще была очень бледной, ее веки — тяжелыми и
красноватыми, а в глазах застыли слезы. Сандор наклонился и поцеловал ее в
щеку.
- Все обойдется, милая. Отец у тебя сильный, он поправится.
- Конечно... — ответила она, смахивая слезы с ресниц.
Он взял ее за локоть, и они направились к дверям больницы. Сандор отметил
про себя, что Элли не протестовала и не отдергивала руку. Уже хорошо. Тем не
менее это говорило еще об одном. Элли, как и ее отец, была сильной, а раз
сейчас она позволяла Сандору проявлять заботу о ней, значит, ей совсем
плохо. Она ранена. Он обнял ее за талию и прижал к себе. Они вошли в
приемную.
Элли немного замешкалась перед дверью в палату. Столько чувств смешивалось в
ней, готовых разорвать сердце. Страх. Она очень боялась, что отец может
умереть, он ведь единственный, кто был рядом с ней. Злость. Ослепляющая
ярость, которую Элли едва сдерживала. Желание мстить. Глухая боль. Она не
могла не то что простить, а даже осознать до конца, что они оба — и
отец, и Сандор — предали ее.
Отец был в сознании. Когда Элли вошла, его взгляд остановился на ней. В
светлых глазах старика была абсолютная пустота, которая напугала Элли еще
больше. Он молчал. Он даже не улыбнулся, увидев ее. Она остановилась на
небольшом расстоянии от кровати, не решаясь подойти ближе. Она надеялась,
что отец или Сандор скажут хоть слово. Элли совсем не знала, что ей делать и
как себя вести.
И тут Джордж Вентворт сделал то, чего не делал уже очень давно. Он протянул
руки к Элли и позвал:
- Элли, доченька, подойди ко мне.
И она подбежала к отцу. Они обнялись, и Элли снова заплакала. Ей было так
странно в объятиях отца, в последние годы он даже близко к ней не подходил.
Ее тело сотрясалось от рыданий, душивших ее. Она говорила, захлебываясь
слезами:
- П-прости меня, папа... Я... я не хотела... чтобы так... вышло. Я
совсем... не хотела-а...
- Я знаю, Элли, хорошая моя, знаю. Ты не виновата. Я здесь из-за своих
ошибок.
Элли подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза. Она почти ничего не видела
от слез.
- Но я сказала тебе...
- Ты сказала правду, доченька, — ответил он, печально улыбаясь.
— Ты открыла мне глаза. Я наделал кучу ошибок и был жесток с тобой. И
это хорошо, что ты мне все сказала. Я многое понял. Осознал наконец, что у
меня есть дочь, которой я нужен. Как же далеко я был от тебя все эти годы!
Спасибо тебе, родная моя. Знаешь, ты дала мне надежду. Может быть, вместе мы
найдем твою сестру.
- Но как же ты раньше не чувствовал, что нужен мне? Я так хотела, чтобы
ты был рядом, а ты словно не видел меня.
Тень прошла по его лицу, оно исказилось страданием. Он опять заговорил, сбиваясь с одного на другое:
- Почти двадцать лет я совершенно не обращал на тебя внимания. Я вообще
ничего не чувствовал. После смерти твоей мамы я закрылся от окружающего
мира. Я продолжал работать, ведь для этого нужно только думать, не ощущать.
Я стал машиной. Прости, доченька. Если бы я только мог все вернуть, но ведь
это невозможно... И я никак не могу это восполнить. Но ты у меня молодец,
выдержала, ты выросла, привыкла обходиться без меня. Что же мне теперь
остается, Элли?... Когда твою сестру похитили, я тоже ничего не
почувствовал. Конечно, началось расследование — и полиция, и частные
детективы. А потом мне сказали, что все нити оборвались и у них нет
информации. В полиции дело закрыли, я отказался от услуг детективов. Для
меня все было как в тумане. Будто не со мной. А сейчас я словно проснулся.
Боже мой, сколько же я упустил! И ради чего?...
Его голос затих, и Джордж вдруг заплакал. Он отвернулся от Элли и продолжил
сдавленным голосом:
- Мне нет прощения. Я был плохим отцом, если вообще имею право так себя
называть. Я не только бросил потерянную дочь на произвол судьбы, я не
заботился даже о той дочери, которая была рядом.
Внезапно монитор, к которому были подключены приборы, начал издавать
сигналы. Вбежала медсестра, за ней — врач. Элли попыталась встать,
чтобы не мешать им, но отец не отпускал ее.
- Ничего страшного, это сердце. Оно учится чувствовать заново, —
сказал он, с усилием улыбаясь.
- Ну пожалуйста, папа, пусть тебя осмотрят. Я не хочу снова тебя
потерять, — зашептала Элли.
- А ты не уйдешь? — со слезами в голосе спросил он. В его взгляде
была мольба, то, чего Элли никогда не видела.
- Не уйду, обещаю. Я только выйду в коридор.
- Я очень люблю тебя, Элинор. Я знаю, что так и не смог проявить свою
любовь, и ты, наверно, не веришь мне. Но я люблю тебя больше, чем кого бы то
ни было. Больше жизни.
Элли очень хотела верить ему. Она не знала, сможет ли, но хотела забыть все,
что было, и просто поверить. Но никакие слезные мольбы и признания не могли
стереть прошлое. Все-таки двадцать четыре года — немалый срок. Страх
быть обманутой вновь проснулся в ней, а за ним — чувство вины за
недоверие тому, кто был ей самым близким человеком. Элли почему-то не
сомневалась, что, стоит отцу только немного прийти в себя, он станет
прежним. И забудет о ней, отдалится.
- Я тоже тебя люблю, папа. И всегда любила, хоть ты и не замечал этого.
Он отпустил Элли, и Сандор вывел ее в коридор. Он прижал ее к себе, как бы
защищая от всего, что так внезапно навалилось на хрупкие плечи Элли. Вдруг
Элли ощутила, как еще чьи-то руки обнимают ее.
- Ну как?
- Она сильная, мама, — ответил Сандор. Элли подняла голову.
- Гера? Вы здесь?
- Да, я здесь, девочка моя, — мягко произнесла она. Ее лучистые
глаза были полны сочувствия. — Пойдем, тебе нужно присесть.
- Но я обещала папе, что буду в коридоре.
- Это близко, всего-то шагов десять. Пойдем, Элли. Как только отец
захочет тебя видеть, тебе сразу же сообщат. Уж Сандор об этом позаботится,
правда? А тебе нужно немного отдохнуть.
Вдвоем они уговорили Элли пройти в приемную и там, усадив девушку на диван,
сели по обе стороны от нее. Кроме них, в комнате никого не было. Элли была
рада, что они одни, она не хотела, чтобы кто-нибудь видел ее в таком
состоянии. Сандор обнял ее за плечи, и она склонилась к нему, чувствуя себя
невыносимо слабой. Его сила вселяла уверенность. Гера держала Элли за руку и
поглаживала ее.
- Трудный выдался день, да?
- Да уж, — слабо усмехнулась Элли.
- Сандор мне рассказал.
Элли перевела удивленный взгляд с матери на сына.
- Все рассказал?
- Да, все. Мой сын поступил очень глупо и некрасиво. Но, мне кажется,
его можно простить. Он, как и ты, ничего не знал о твоей сестре.
- Интересно, а рассказал ли он вам о сделке?
- Да, — со вздохом ответила Гера. — Ни он, ни твой отец
совершенно не понимают женщин, правда?
- Правда.
- А ничего, что я тут сижу? При вашем разговоре? — вмешался
Сандор.
- Ничего. Тебе повезло. Только не вмешивайся, сын.
Элли выдавила из себя смешок.
- Я не отвечала на звонки, поэтому Сандор приехал за мной.
- Это я тоже знаю. Он позвонил мне по дороге к тебе домой.
У Элли на глаза навернулись слезы.
- А что, если б отец умер, а я не знала?
- Ну что ты такое говоришь, не надо даже думать так. Все наладится.
Элли кивнула, глотая слезы. Какие все-таки они горькие, когда в них столько
боли. В комнату заглянул врач и обратился к Элли:
- Мисс Вентворт?
- Да? — испуганно отозвалась она.
- Мы ввели успокоительное вашему отцу. Сейчас ему нужен отдых.
- А что с ним было, доктор?
- Вы когда-нибудь слышали фразу
Сердце не выдержало
?
- Да, — Элли неуверенно кивнула.
- Вот это с ним и было. Вообще, это редкость. Но у вашего отца шок от
осознания того, что его вторая дочь жива, наложился на что-то еще, и все
вместе произвело очень сильный эффект. Слишком много для одного человека. Он
непременно поправится, но для этого его нужно на некоторое время оградить от
переживаний и стрессов.
- Вряд ли возможно без стресса, он ведь глава крупной компании...
- Значит, ему придется на время заняться чем-нибудь другим.
- Но как?... — повернулась она к Сандору. По его взгляду Элли
поняла: он догадался, что она имела в виду.
- Я позабочусь об этом. А Хоук разыщет твою сестру. Все будет хорошо,
вот увидишь.
- Хотелось бы верить, но мне так страшно...
- Тебе нужно заново научиться доверять, — сказала Гера, ободряюще
накрыв ее ладонь своей. — Сандор поможет. Он, конечно, невежа в
отношении женщин, но в остальном вполне сообразительный. И, я думаю, у него
получится освободить твоего отца от лишней нагрузки на работе.
- Ну вот и хорошо, — сказал врач. — А вы, мисс Вентворт,
можете ехать домой. В ближайшие несколько часов ваш отец будет спать.
- Я обещала ему не уезжать.
- Хорошо, оставайся, — ответила Гера. — Я останусь с тобой.
А ты, сынок, поезжай домой и отдохни. Завтра тебе многое предстоит сделать.
Сандор попытался возразить, но упрямства Гере было не занимать. В конце
концов ему пришлось сдаться. Гера и Элли договорились с доктором, что займут
на какое-то время палату рядом с той, где лежал Джордж. Элли уснула, как
только ее голова коснулась подушки.
На следующее утро, выспавшаяся и бодрая, она уже была у постели отца. Он
открыл глаза и обвел взглядом комнату, пока не остановился на ней.
- Ты здесь, доченька...
- Ну а где же мне еще быть?
- Я бы не стал винить тебя, если бы ты уехала и не вернулась.
- Элли бы ни за что так не поступила, — раздался голос Геры,
появившейся в дверях.
- О, миссис Кристофидес, не знал, что вы тоже здесь.
- Я нужна вашей дочери, потому и приехала.
Элли было приятно это слышать. Никто еще не оставался рядом с ней, когда она
в этом нуждалась. Ее приятно удивило, что Гера осталась на ночь, а Сандор
позвонил в шесть утра, каким-то образом зная, что Элли уже не спит. Ее
окружили теплом, без которого она уже не представляла своей жизни. Сандор
даже предложил приехать, но Элли сказала, что в этом нет необходимости. У
него и так много дел, и к концу дня он наверняка будет измотан.
Джордж обратился к Гере:
- Спасибо вам за то, что поддерживаете мою дочь. Ей было бы трудно без
вашей помощи.
Гера махнула рукой.
- Не надо благодарности. Элли уже была бы моей невесткой, если б вы с
моим сыном не натворили столько всего.
Джордж вздрогнул и затравленно посмотрел на нее.
- Намек понят.
- Да уж вижу, — прищурившись, ответила Гера.
- Папа, давай сейчас не будем об этом, — поспешно сказала Элли,
склоняясь над отцом.
Он взял ее за руку, будто боясь, что она может уйти.
- А мне хочется поговорить именно об этом, если ты не против.
Элли нервно закусила губу.
- Ну, папа, я не хочу, чтобы ты снова расстроился. Как вчера.
Гера пододвинула кресло к его кровати и села.
- Я поговорила с дежурной медсестрой. Завтрак будет минут через
двадцать.
Эта простая фраза разрядила обстановку. Уже начавшиеся сгущаться тени
отошли. Но Джордж упрямо продолжал:
- Элли, дорогая... Мне нужно тебе кое-что сказать...
- Хорошо, только пообещай, что ты не будешь волноваться.
- Обещаю.
- Что ты хотел сказать?
Отец разгладил складки на одеяле, собираясь с мыслями. Это замешательство,
так несвойственное ему, насторожило Элли.
- Я предложил Сандору сделку, видя, что он поглядывает на тебя...
- Что?! — почти выкрикнула Элли. Значит, она нравилась Сандору и
до сделки?
Отец пристально посмотрел на Элли. Он уже не пытался отвести взгляд, как
накануне. Похоже, сейчас он решил быть до конца откровенным.
Наконец- то.
- Я давно понял, что тебя не интересуют дела компании. Поэтому имело
смысл самому задуматься о преемнике. И я нашел человека, который сможет
подарить мне внуков.
- Вряд ли Сандор сможет это сделать без моей помощи, — язвительно
заметила Элли.
- Вот именно, — не замечая ее намека, ответил отец.
- И ты пообещал ему половину акций компании в качестве приданого?
- Да. Но ты должна понять, доченька, я же видел, что ты ему нравишься.
Ты ему нравилась вовсе не из-за компании. Он увлекся тобой еще до того, как
я ему предложил сделку.
В этом Элли сильно сомневалась, но спорить с отцом не стала. Может, Сандор и
правда вел себя так, будто она в самом деле его интересовала. А отец поверил
ему. К тому же Сандор был вполне подходящим кандидатом на роль преемника.
Значит, отец верит ему. Вот только он не учел одну мелочь.
- Я понимаю, ты хотел как лучше. А тебе не приходило в голову спросить,
чего хочется мне?
- Дорогая, ты смотрела на Сандора так же, как твоя мама смотрела на
меня, когда мы впервые встретились.
- Как? — спросила Элли, желая услышать еще хоть что-нибудь про
мать. Честно говоря, ее не так уж интересовало, как она сама смотрела на
Сандора. Или как отцу показалось, что она смотрела.
- Как охотник смотрит на зверя. Твоя мама была дерзкой и
предприимчивой. И тогда, когда она посмотрела на меня, в ее взгляде читались
одновременно и влечение, и осторожность. У тебя ее глаза, Элли. И, когда ты
взглянула на Сандора, увидев его впервые, ты была так похожа на нее...
Знаешь, тогда твоя мама словно видела во мне хищника и собиралась его
приручить. Но не была уверена, что я поддамся.
- Ты что, был эдаким прожигателем жизни? — смеясь, спросила Элли.
- Нет, я был бизнесменом, как Сандор. Только, в отличие от него, дело
перешло мне по наследству. Но мне было мало, я стремился увеличивать доходы
и побеждать, и в этом мы с ним похожи. Мне было двадцать восемь, когда я
познакомился с твоей мамой. К тому времени я уже удвоил состояние,
доставшееся от отца.
- Пап, скажи... а ты любил ее?
- Да, Элли. Очень любил.
Элли чувствовала, как что-то внутри ее успокаивается, приходит в норму.
Значит, отец не такой уж и черствый, как она думала все эти годы. Он был
способен любить. А любовь не умирает, и его еще можно спасти — он
научится любить заново. Неожиданно для самой себя Элли спросила:
- Как умерла мама?
Она знала, что матери не стало почти сразу после родов. Еще было что-то,
связанное с автокатастрофой, но, что именно произошло, никто не говорил
Элли. Да она и сама не расспрашивала, потому что... потому что с отцом они
почти не общались, а ни с кем другим Элли не хотела об этом разговаривать.
- Твоя мама попала в аварию, она была на восьмом месяце. Начались
преждевременные роды. После родов она впала в кому, да так и не вышла из
нее. Почти неделю в ней поддерживали жизнь. Ее сердце работало, но мозг...
мозг не отвечал. Поэтому после всех попыток ее отключили от аппаратов...
- Бедная... — хрипло произнесла Элли, сдерживая подступившие
слезы.
- Да... она была замечательной. И, думаю, могла бы стать хорошей
матерью. Но видишь, как случилось... А я не воспитывал тебя, как должен был.
Наверно, она там, на небесах, смотрела и качала головой, жалела тебя, а меня
ругала. Я подвел вас всех. И ее, и тебя, и твою пропавшую сестру. В бизнесе
я был готов бороться за каждую мелочь, а в жизни так и не смог одолеть боль
от потери...
- Поражение не смертельно, надо лишь бороться и надеяться, —
раздался голос Геры. Как всегда, ее слова подействовали умиротворяюще.
Джордж поднял голову и встретился с ней взглядом.
- Я не собираюсь умирать прямо сейчас. Мне еще многое предстоит
сделать. И я буду бороться... И надеяться...
Гера понимающе кивнула.
- Правильно. Но это будет непросто.
- Я знаю...
- И если вы снова с прежним рвением приметесь за работу, шанс все
исправить будет упущен. Ваша дочь самодостаточный человек, и уж теперь-то
она вполне может обойтись без чьей-либо поддержки. Так что на этот раз не
откладывайте заботу о ней.
- Да, она, пожалуй, даже слишком самодостаточна.
- А вы бы хотели видеть ее слабой? — Гера подняла брови, как
учительница, которой ученик только что сказал, что дважды два — пять.
- Нет, конечно нет!
- Хорошо, — сказала Гера, ободряюще улыбаясь.
Все это время Элли сидела тихо и рассеянно слушала разговор старших. Она
даже не была против, что в ее присутствии о ней говорили так, будто ее нет в
комнате. Элли погрузилась в свои мысли. Они не имели четких форм —
просто какие-то клочки, обрывки, которые кружились и складывались, а потом
снова разлетались. Сейчас Элли ощущала духовную близость с отцом, но боялась
поверить ему. Он столько раз обманывал ее надежды, что даже после всех его
заверений Элли все еще сомневалась.
И нахлынувшая на нее нежность к отцу не могла пока справиться с прошлыми
обидами и залечить все раны. Быть может, это просто вопрос времени?
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Элли приезжала в больницу к отцу каждое утро, и они вместе завтракали. Затем
она ехала на работу, а Гера оставалась с ним на несколько часов. Вечером
Элли снова навещала отца. Сандор звонил ему каждый день. С Элли они тоже
общались только по телефону. Сандор выбивался из сил — все-таки тяжело
вести дела сразу в двух компаниях такого масштаба.
А Элли была даже рада, что у них с Сандором не было возможности видеться. Он
по-прежнему хотел жениться на ней. Вот только Элли теперь совсем не горела
желанием разделить с ним жизнь. Впрочем, они не разговаривали об этом и
общались как старые друзья, что на данный момент вполне устраивало обоих.
Хоук занимался поиском сестры Элли, но пока безуспешно. Его агенты никак не
могли угнаться за плейбоем по фамилии Менендес, с которым ее
сфотографировали. Расспросы журналистов и папарацци тоже ничего не дали.
Никто не знал, кто эта загадочная женщина.
Отец наконец становился все ближе к Элли. Они подолгу беседовали. Отец
рассказывал ей о ее матери, об остальных родственниках. Каждый раз он сам
начинал говорить на эту тему. Элли уже почти поверила, что перемены в нем
— навсегда, что теперь у нее есть настоящий отец. Отец, который любил
и понимал ее.
Но сомнения все-таки оставались. Сейчас, пока отец не вернулся к работе, он
мог уделять время дочери, а что произойдет, когда он выздоровеет? Не
изменится ли он? Нет уж, пока он не вышел из больницы, Элли решила не верить
ему до конца. В общем, старалась не привыкать к его знакам внимания, чтобы
потом не разочароваться.
Уже в следующую пятницу Джорджа выписали из больницы. Но, прежде чем поехать
домой, он отправился в свой офис на пару часов. Сандор поехал с ним —
проследить, чтобы два часа не растянулись на весь день. Он же и привез отца
Элли домой к ужину. Она с нетерпением и волнением ждала их обоих — ей
предстояло увидеть Сандора, с которым они уже неделю общались исключительно
по телефону.
И когда он переступил порог ее квартиры, такой уставший, держа под руку ее
отца, Элли еле удержалась, чтобы не кинуться ему на шею. Казалось, он даже
похудел за эти дни. Еще бы, такая работа! И тем не менее в Сандоре по-
прежнему чувствовалась удивительная сила, от него исходила особая энергетика
— яркое, даже агрессивное мужское начало.
Элли начала накрывать на стол. Заботливо, будто мать семейства, расставила
тарелки и разложила салфетки. Когда все уселись, она оглядела мужчин,
ожидавших ужина. Отец сказал, улыбнувшись:
- Спасибо тебе, милая моя.
- На здоровье. Как дела на работе?
- Сандор отлично справился, мне там было нечего делать. Все идет
хорошо.
- И все-таки что-то держало тебя там полдня, — усмехнулась Элли,
наливая Сандору свежевыжатый апельсиновый сок.
Сандор ответил вместо Джорджа:
- Твоему отцу, Элли, надо было проверить, все ли я делал правильно.
Джордж замотал головой и, смеясь, заговорщическим голосом объяснил:
- Да нет же, я знал, что на тебя можно положиться. Просто есть вещи,
которые невозможно никому поручить, как бы ты ни доверял человеку.
Сандор сидел рядом с Элли, и она тихонько отодвигалась от него как можно
дальше. О, конечно, ей хотелось прижаться к нему, погрузиться в тепло,
исходящее от него... Но именно этого она не будет делать.
- Как ты? — только и спросила она у Сандора.
- Это вопрос, скорее, к твоему отцу.
- Он так здорово выглядит, я его уже давно таким не видела. А вот ты,
наоборот, выглядишь очень уставшим.
- Неделя получилась какой-то слишком длинной, — ответил Сандор,
скривив губы в подобии улыбки. — Но я выжил.
- Тебе нужен отдых, Сандор.
Он только пожал плечами. Элли нахмурилась.
- Только не говори, что ты после обеда опять едешь в офис!
- Еду, у меня там еще есть дела.
- Дела могут подождать, — настаивала Элли. Сандор у
...Закладка в соц.сетях
