Жанр: Любовные романы
Выгодная сделка
...есчастная, уже,
урча, вилась вьюном у ног Арта. Клэр быстро наклонилась и подхватила кошку
на руки, чтобы дать себе время подумать, но так и не смогла сосредоточиться.
— Не понимаю, о чем ты, — выдавила она после долгой паузы.
— Ты все время держишься начеку, готовая к обороне, — с
обескураживающей прямотой заявил Арт. — Я знаю, что ты прошла через ад,
но ведь дело не только в этом, так?
— Может быть. — Клэр гордо взглянула ему прямо в глаза. — Но
это мое дело, так же как твой неудавшийся брак касается только тебя.
Арт сменил позу, но лицо его по-прежнему осталось непроницаемым.
— Что ж, поделом мне, — тихо произнес он. — Хотя я не
припомню, чтобы называл свой брак неудачным.
— Ты сказал, что был женат. А теперь у тебя нет жены. Так что еще можно
было предположить? — холодно парировала Клэр.
— Она умерла вместе с моим маленьким сыном.
— Ох, Арт! — Девушка готова была провалиться сквозь землю. Она
лихорадочно искала, что бы такое сказать, чтобы исправить свою
ошибку. — Извини, пожалуйста.
Он равнодушно пожал плечами, но этот жест не вязался с болью, отразившейся
на его лице.
— Так уж вышло. Видимо, этот брак не был заключен на небесах, —
натянуто произнес Арт, и сразу стало ясно, какого труда ему стоит скрывать
свои чувства. — Но это уже другая история.
— Мне не следовало... Мне так неловко, правда, — запинаясь,
пробормотала Клэр.
Кровь, прихлынувшая к ее лицу, снова отлила, и оно стало белее мела.
— Ничего, — спокойно ответил Арт, но она продолжала испуганно
смотреть на него. Тогда он забрал у нее Дебби, спустил кошку на пол, а потом
взял обе руки девушки в свои. — Это случилось три года назад. Как-
нибудь я все тебе расскажу. Но не сегодня. Хорошо?
Клэр медленно кивнула, с трудом удерживаясь от слез. Его сын. Маленький
ребенок... Как можно пережить такое?
— Перестань, тебе незачем посыпать голову пеплом, — негромко
прибавил Арт.
Но девушка не могла справиться с охватившими ее чувствами. Никогда еще она
не была так сбита с толку.
Он испустил легкий вдох и взял ее за подбородок, собираясь поцеловать на
прощание. Но стоило ему прикоснуться к ее губам, как все изменилось. Она
была такой теплой и чувственной, что Арта охватил жар. Его пальцы сами собой
вплелись в волосы Клэр, а руки с силой прижали ее к груди.
Пламя, охватившее их, было полной неожиданностью для обоих, однако вызвало к
жизни ощущения, которые повлекли за собой целую бурю эмоций. Арт жадным
поцелуем впился в губы Клэр, а они покорно раскрылись ему навстречу. Девушка
испытывала странные ощущения: мощное мужское тело, его запах, прикосновения,
казалось, зажгли в ней пожар, а Арт прижимал ее к себе все крепче и
крепче... Она внезапно осознала, что отдается его поцелую с такой бездумной
страстью, на какую никогда не была способна. Его бедра словно слились с ее
телом, руки скользили по спине... Она тихо застонала, и желание затопило ее
горячей мутной волной.
Его язык исследовал все потайные уголки ее рта, и в ней неумолимо
поднималось какое-то темное, незнакомое, первобытное чувство. Никогда в
жизни Клэр еще не ощущала себя настолько живой, и это одновременно
возбуждало и пугало ее. Все это не шло ни в какое сравнение с тем, что
испытывала она с Брентом. Казалось, она лишилась воли, и ее тело само по
себе стремится слиться с мужским.
Клэр вся дрожала, сердце ее колотилось в груди так часто и громко, что ей
казалось, Арт тоже слышит это.
Он опомнился первым и резко отстранился. Его руки, гладившие ее спину,
безжизненно повисли вдоль тела. Клэр недоуменно открыла глаза, все еще
охваченная волной незнакомых ощущений, в которых мир взрывался и рассыпался
на мириады разноцветных частиц. Арт встретил ее взгляд, и на его лице,
только что искаженном желанием, появилось бесстрастное выражение.
— Что-то мы с тобой забылись, — глухо произнес он. — Это,
наверное, из-за вина, да и час уже поздний. Мне, пожалуй, пора.
Клэр тупо смотрела на него, не в силах говорить. Наверное, следовало
обратить все это в шутку, но она словно онемела.
— Я позвоню тебе насчет вечера у Джеффа и Линн на следующей неделе,
хорошо? — немного помолчав, спросил он.
— Хорошо, — еле слышно отозвалась она.
Арт коротко кивнул, вышел, даже не попрощавшись, и зашагал к машине.
Клэр поспешно захлопнула дверь и, закрыв глаза, прислонилась к ней с бешено
бьющимся сердцем. Она все еще не могла постичь того, что только что
произошло.
Дура, трижды дура! Эти слова громом отдавались в ее мозгу. Ты вела себя, как
круглая дура, и даже хуже. Сначала ты с пафосом произносила прекрасные слова
о том, что вы должны оставаться друзьями и держаться на расстоянии вытянутой
руки, а потом набросилась на Арта!
Клэр открыла глаза и встретила изумрудный взгляд Дебби, которая уже снова
лежала в корзинке рядом со своими отпрысками.
Видишь, что творит страсть? — казалось, говорил взгляд кошки. Сейчас
возлюбленный здесь, с тобой, а завтра исчезнет без следа.
Клэр поплелась в кухню. Вскипятив воду, она дрожащими пальцами налила себе
кружку крепкого кофе. Никогда еще ей не приходилось испытывать такого
унижения, даже в тот жуткий момент, когда Брент признался в том, что
использовал ее.
Но Арт с первого же дня знакомства был с ней предельно откровенен. Он ясно
дал понять, что меньше всего на свете ему нужны романтические отношения, а
тем более — какие-то обязательства. И что же она сделала? Чуть не пригласила
его в постель! Ведь это он сумел остановиться и уйти, а не она...
Клэр залпом выпила кофе, налила себе еще чашку и свернулась калачиком на
толстом ковре рядом с корзинкой, поглаживая урчащую от удовольствия Дебби и
наблюдая за умилительными мордочками дремлющих котят.
Через некоторое время ей стало немного легче. В конце концов, мы всего-
навсего поцеловались, сказала себе девушка. Да, конечно, Арт хотел меня, и
мы оба едва не потеряли рассудок, но все-таки ограничились поцелуем. Да, я
ощущала его тело так, словно оно было нагим, но ведь на самом деле мы были
одеты...
И все же вкус его губ, запах одеколона, прикосновения запечатлелись в памяти
Клэр так отчетливо, что, казалось, она больше никогда не станет прежней.
Наверное, мне стоит принять ванну и выспаться, чтобы прийти в себя, решила
девушка.
Она поднялась наверх и включила горячую воду, щедро плеснув в ванну безумно
дорогой пены, которую хранила для особых случаев. Потом девушка поспешно
разделась, забросив черное платье и белье в угол спальни, и, пробежав
нагишом в ванную, погрузилась в теплую воду на добрые полчаса.
Клэр долго ворочалась в постели, а когда, вконец измученная, погрузилась в
сон, то и дело просыпалась. Яркие бессвязные сны, в которых она гналась за
кем-то по длинным запутанным коридорам, терзали ее до тех пор, пока за окном
не забрезжили первые розоватые лучи зари.
Она прошлепала босиком вниз, выпила стакан воды и вернулась в постель. И
только тогда провалилась в глубокий сон.
Глава 5
Клэр пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы говорить сдержанно и
спокойно, когда Арт позвонил ей на следующий день.
После одиннадцати ей все же удалось выползти из кровати. Она тщательно
привела себя в порядок, облачилась в джинсы и толстый свитер, стянула волосы
в хвост и отправилась за воскресными газетами.
Вернувшись домой и разведя огонь в камине, девушка устроилась на диване с
газетой и чашкой кофе, а потом приготовила себе легкий ланч из омлета с
сыром и холодного мяса. Дебби пристроилась рядом на диване и время от
времени угощалась из рук хозяйки домашней ветчиной и цыпленком. Незадолго до
этого Клэр купила котятам пушистую заводную мышку, и теперь Пуфф и его
сестрички затеяли с ней веселую возню. Это было зрелище, способное на целый
день заменить телевизор.
Миновало время чая. Клэр упорно отказывалась даже смотреть в сторону
телефона, но, когда в восемь часов вечера он затрещал, ее сердце
заколотилось где-то в горле и она поняла, что весь день ждала звонка.
Разумеется, это мог быть и не Арт. Он, правда, сказал, что позвонит, но не
уточнил когда.
— Привет, Клэр. — Его низкий глубокий голос звучал спокойно и
дружелюбно.
— Привет, Арт. — Клэр с трудом подавила желание истерически
захихикать — настолько невозмутимо прозвучал ее голос, хотя она всю ночь с
ума сходила из-за этого мужчины. Крепче стиснув в руке трубку, она сдержанно
произнесла:
— Еще раз спасибо за чудный вечер. Я была рада познакомиться с твоими
друзьями.
— Я тоже рад, что это произошло. Ох, как мы любезны! Впрочем, это
лучше, чем выяснять отношения, урезонила себя Клэр, — Через полчаса я
встречаюсь с друзьями в
Гербе всадника
, — непринужденно продолжал
Арт. — Может, у тебя найдется время к нам присоединиться? Я мог бы за
тобой заехать.
Клэр отодвинула трубку от уха и несколько секунд тупо смотрела на нее. Итак,
вчерашний вечер для него ничего не значит! Она весь день нервничала, не в
силах даже заняться картиной, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей об Арте,
а ему хоть бы что! Девушка уже не знала, плакать или смеяться, но все же
сумела взять себя в руки и вполне спокойно произнести:
— Это было бы здорово, но я сейчас занята. Может, как-нибудь в другой
раз?
— Конечно. Я всю неделю буду работать на вызовах, так что вряд ли сумею
тебе позвонить. А как насчет вечеринки у Джеффа в субботу? Я заскочу за
тобой около восьми, хорошо?
— Да, конечно, — бодро отозвалась Клэр. — Я буду готова к
этому времени. До свидания, Арт.
Последовала короткая пауза, потом он сказал:
— До свидания, Клэр.
Опустив трубку на рычаг, девушка тяжело вздохнула. Бесчувственный истукан!
Он, безусловно, переживал гибель жены и сына, но в том, что касается ее,
Клэр, был совершенно равнодушен. Его вчерашний поцелуй стал самым волнующим
событием в ее жизни, а ему на это совершенно наплевать... во всяком случае,
эмоционально. Физически-то он, конечно, завелся, с долей горького
удовлетворения размышляла Клэр. Впрочем, остановился первым... Она
раздраженно покачала головой.
Все, хватит! Больше я не потрачу ни минуты на переживания из-за Арта
Рэндалла. Он сам установил правила игры, и теперь я буду следить за тем,
чтобы они строго соблюдались. Я ни за что больше не поставлю себя в дурацкое
положение! Пусть сопровождает меня на вечеринки, пусть будет другом, но
любовником — нет уж, увольте!
В течение последующих трех недель стало ясно, что Арт и сам не собирается
отступать от роли платонического влюбленного.
Когда они сходили на вечеринку к Джеффу и Линн, где Клэр отлично
повеселилась, он привез свою спутницу домой, бегло обследовал коттедж и тут
же уехал, дружески чмокнув ее в щеку на прощание.
На следующий день Клэр присоединилась к нему в
Гербе всадника
, на этот раз
приняв приглашение, однако настояла на том, что приедет на своей машине
прямо в трактир.
При посторонних Арт безупречно разыгрывал роль галантного кавалера, однако,
когда они вышли из старомодного кабачка на стоянку, всего лишь коснулся
губами ее лба и помахал рукой на прощание.
Так же он повел себя и после праздничного обеда за день до Рождества, на
который их пригласила Люси, помощница Арта. Вместе с Джимми, его девушкой и
низеньким дородным мужем хозяйки их было шестеро за столом.
Каждый раз, когда их с Артом куда-то приглашали, Клэр с удовольствием
развлекалась, но потом, оказавшись дома наедине с Дебби и котятами, полночи
беспокойно шагала из угла в угол, сама не понимая почему.
Может, всему виной напряжение, ведь мне постоянно приходится притворяться?
Этот вопрос Клэр задала себе утром накануне Рождества, проснувшись поздно и
обнаружив, что ей совсем не хочется покидать теплую постель.
Так оно и есть, решила она, снова свернувшись калачиком под одеялом, чтобы
поваляться еще несколько минут. Правда, актриса из меня никудышная, да и
играла на сцене я в последний раз, когда мне было лет пять, не больше...
Тогда Клэр должна была изображать Марию в рождественской мистерии, но при
виде моря улыбающихся лиц в зрительном зале начальной школы застыла как
вкопанная и оставила беднягу Иосифа в одиночку добираться до Вифлеема.
Однако сейчас дело было не только в том, что она боялась испортить
представление. Все дело было в нем, в Арте Рэндалле.
Если бы он был не таким красавцем и прекрасным собеседником или просто
самовлюбленным самцом, она бы легко справилась со своей ролью. Но при каждом
прикосновении Арта Клэр сжималась, а в качестве его девушки ей приходилось
часто испытывать эти ощущения. Мгновенно вспоминая, как ей было хорошо в его
объятиях, она снова ощущала вкус жарких губ...
Девушка резко села на постели и сердито отбросила с лица волосы. Накануне
вечером у Люси они с Артом сидели на небольшой двухместной софе, и его бедро
было плотно прижато к ее бедру, а рука небрежно лежала на ее спине. Эта
близость становилась уже просто невыносимой, и Клэр твердо решила, что после
Рождества скажет ему, что сделка отменяется.
Она обхватила руками колени, и ее ярко-синие глаза сузились. Может, и есть
на свете женщины, способные держаться с этим мужчиной на дружеской ноге, что
весьма сомнительно, но она явно не из их числа. Когда он рядом, ее обуревает
море эмоций, и она просто сама себя не узнает — становится то неловкой,
смущенной школьницей, то возбужденной, откровенно похотливой самкой. Эти
ощущения были так противоречивы! С Брентом не происходило ничего подобного.
С ним ей было комфортно. Он не затрагивал в ее душе глубинных струн, как это
делал Арт...
Клэр на мгновение оторвалась от размышлений, и ее сердце судорожно сжалось.
Казалось, разум внушает ей нечто такое, о чем сердце не желает знать.
Нахмурившись, девушка отогнала непрошеные мысли.
Различие между этими двумя мужчинами заключалось в том, что Брент был ее
женихом, тогда как Арт... Она и сама толком не знала, кто он ей. Любовник?
Нет, он сам этого не захотел. Приятель? Да, конечно. Друг? Да нет, что бы
там Арт ни говорил, она не могла видеть в нем друга, ведь друзья не лишают
человека сна и не доводят до помешательства.
— Ну, хватит, Клэр Адаме! — вслух произнесла девушка и тут же
покачала головой: вот оно, еще одно свидетельство помешательства — я уже
разговариваю сама с собой. Да, после Рождества следует покончить с этим
дурацким фарсом. Арт очень умный человек и наверняка сам понимает, что игра
слишком затянулась. Однако я ничего не буду говорить ему до конца
праздников. В конце концов, я его должница и не имею права портить ему
Рождество.
Весь день Клэр работала. Она закончила картину, которой так восхищался Арт,
и решила написать серию зимних пейзажей, которые можно будет продать либо в
коллекции, либо по одному.
В коттедже было тепло и уютно, в камине играл огонь, отбрасывая на стены красно-
золотые блики, у ее ног резвились котята, а когда она выходила в сарай за
углем и дровами, в воздухе пахло снегом.
Однако выглянув из окна около четырех часов дня, когда уже стали сгущаться
сумерки, Клэр увидела, что небо нахмурилось и словно опустилось под тяжестью
туч. Похоже, сбывались прогнозы о том, что на Рождество будет снегопад.
Как только в свинцовом воздухе появились первые снежинки, на улице раздался
шум двигателя, и на дорожке перед домом появился
лендровер
Арта. Клэр
удивилась — они договорились, что он заберет ее и кошек на следующий день в
десять часов утра. Может, он приехал сообщить, что праздник отменяется?
Она решительно отмела разочарование, которое ощутила при этой мысли, и
направилась к двери встречать гостя.
— Привет.
В черных джинсах и короткой, до талии, черной кожаной куртке Арт казался
особенно мужественным, и ей едва удалось выдавить из себя ответное
приветствие. Впрочем, она быстро взяла себя в руки:
— Я, кажется, догадалась. Какая-нибудь лошадь или собака решила, что
завтра ты им нужен больше, чем мне? — Ей даже удалось ослепительно
улыбнуться.
Арт ответил такой теплой и обаятельной улыбкой, что Клэр снова пришла в
смятение.
— Вовсе нет. Можно войти?
— Да-да, конечно, — поспешно сказала она. — Я как раз
собиралась варить кофе. Хочешь чашечку?
— Разве может утопающий отказаться от спасительной соломинки?
— Вот, угощайся.
Арт устроился на высоком стуле, и Клэр протянула ему через стойку жестяную
коробку с шоколадным печеньем. Поставив чайник и засыпав в фарфоровые кружки
кофе, она снова повернулась к нему.
— Тяжелый день?
— Скорее, долгий, — поморщился Арт. — Меня вызвали на ферму
Брэндона к огромному четырехлетнему гнедому жеребцу в два часа ночи, и с тех
пор я так и не ложился. Этот конь — настоящий красавец, но, как и все
породистые животные, с большими причудами. Одна из них — стойкая неприязнь к
иглам.
— А тебе надо было?..
— Сделать ему укол. Он умудрился порвать себе плечо, зацепившись за
отставшую панель стойла. Брэндон в это время был на какой-то вечеринке в гольф-
клубе и на лошадь пошел взглянуть только перед сном. К тому времени он уже
прилично нагрузился и в этом одурманенном состоянии решил, что жеребец не
может подождать до утра, поэтому вызвал меня. А потом, когда я все сделал, в
благодарность угостил меня старым выдержанным виски. Мы уселись перед очагом
и стали болтать о том о сем, а поскольку его жена встает рано и готовит
очень обильный завтрак...
— Несколько часов сна были бы полезнее, — укоризненно заметила
Клэр.
— Понимаешь, я терпеть не могу возвращаться в свою холодную постель под
утро, будничным тоном пояснил Арт, небрежно сбрасывая кожаную куртку, и с
аппетитом откусил кусочек печенья.
Ну, еще бы! Наверное, это напоминает ему о покойной жене, которая ждала его
в постели. Клэр внезапно ощутила новый острый укол боли и произнесла
довольно резко:
— Это просто визит вежливости, или ты хотел о чем-то поговорить?
— И то, и другое.
Ну вот, с Артом всегда так! Чего еще она ждала? Клэр дождалась, пока он
доест печенье, и спросила:
— Так в чем же дело?
— Ты слышала прогноз? — Он кивнул в сторону окна, где снег уже
застлал все густой белой пеленой.
— Да, и что?
— Говорят, будет метель, вот я и подумал... -Арт замолчал и сделал
большой глоток кофе. -Я подумал, что проще будет, если ты приедешь ко мне
сегодня и погостишь пару дней. Дорога сюда и в лучшие времена не слишком
хороша, а после снегопада станет просто непроходимой.
— Погостить? — Клэр тупо уставилась на него. — У тебя?
— Нет, у сельского почтальона, — съязвил он. — Естественно, у
меня. У кого же еще?
— Нет, Арт, я не могу. Люди решат...
— Что?! — Его глаза грозно сверкнули. — Что они подумают?
— Ну... что мы с тобой спим, — смущенно пробормотала девушка.
— И что же в этом ужасного? — негромко отозвался он. — Не
забывай, все считают, что у нас близкие отношения.
Ну, все, с меня довольно! — возмутилась Клэр. Это переходит уже все
границы.
— Но ведь это не так, не правда ли? — огрызнулась она. — И,
уж не сочти меня старомодной, я не хочу, чтобы моя репутация... была
запятнана.
— Запятнана? — Арт смотрел на нее, как на ненормальную. — О
чем это ты, Клэр? В наше время на это всем наплевать.
— А мне — нет. — Она, побледнев, продолжала прямо смотреть в его
раздраженное лицо. -Мне не наплевать, Арт.
— Ушам своим не верю! — возмущенно воскликнул он. — Ты еще
скажи, что дурно заниматься сексом до брака! — И, увидев выражение лица
Клэр, ахнул:
— Господи, да ты и впрямь так считаешь!
В попытке скрыть охватившие ее смущение и боль, Клэр гневно бросила:
— А вот это тебя не касается!
— Я не согласен.
— Замечательно!
— Но послушай, Клэр...
И тут девушка поняла, что больше не может молчать: выражение
снисходительности на красивом лице Арта привело ее в бешенство.
— Ты не знаешь, как это бывает! — свирепо выкрикнула она. — А
мне пришлось всю жизнь страдать от последствий аморального образа жизни.
— Аморального? — Арт напрягся, и его глаза потемнели. — Я не
говорил об аморальности, так что незачем так распаляться.
— Это уж как посмотреть, — яростно прошипела Клэр. — Моя
бабка каждый месяц меняла любовников, прежде чем вышла замуж за деда. Они
прожили вместе совсем недолго, пока она, забеременев от его лучшего друга,
не сбежала с этим парнем. Тот через пару месяцев бросил ее, и после этого в
доме появлялся любой мужчина в любое время. Когда родился Фрэнсис, она даже
не знала, кто его отец, и, как мне кажется, ей было на это глубоко
наплевать. А мою мать, когда ей было четырнадцать, изнасиловал какой-то
пьяный мерзавец, которого бабка притащила в дом. Мама умерла через девять
месяцев, производя меня на свет.
— Клэр, перестань. — Арт был потрясен, но не столько ее
откровениями, сколько мукой, отразившейся на лице.
— В городе наше имя стало притчей во языках. — Клэр понимала, что
пора остановиться, но теперь никакая сила на земле не могла заставить ее
замолчать. — Я всегда была для земляков внучкой шлюхи Адаме, даже после
того, как Фрэнсис заработал свой первый миллион и мы переехали в дом, о
котором ребенком, живя в грязи и мерзости, он мог только мечтать. Только
повесь на человека ярлык, и милосерднее будет удавить его — вот что я поняла
раз и навсегда.
— Не все люди таковы, Клэр, — осторожно заметил Арт.
— Когда одноклассник, назначив мне свидание, в полной уверенности, что
я такая же, как моя бабка, стал лапать меня на заднем сиденье своей машины,
я решила, что ни одному мужчине не позволю так со мной обращаться, —
свирепо продолжала Клэр. — Он разозлился, когда я отказала ему, и стал
говорить жуткие гадости о моей маме. Никто не верил, что ее изнасиловали, и
все говорили, что она сама на это напросилась, потому что была дочерью
шлюхи.
— Но ведь твой жених был другим, — мягко вставил Арт. Ему хотелось
подойти к Клэр, обнять ее и утешить, но он понимал, что сейчас не время
прикасаться к ней. Кроме того, ему было невыносимо больно оттого, что кто-то
посмел ее обидеть.
— Жених? — В голосе Клар прозвучала такая горечь, что Арт содрогнулся. — О, Брент был
просто душкой. Он не сделал ни одного неверного шага, — ядовито
продолжала она. — Говорил, что уважает меня, мечтает холить и лелеять,
возьмет в жены... Вот только на самом деле ему нужен был пропуск в безбедную
жизнь! Фрэнсис не собирался жениться, пока не встретил Иви, а Брент знал,
что богатый дядюшка считает меня своей дочерью, и рассчитывал, что в один
прекрасный день все достанется мне.
Она сделала паузу, чтобы отдышаться, и добавила:
— При этом он не понимал, почему должен хранить мне верность, и
резвился вовсю, пока не доигрался, — одна женщина забеременела от него.
Это-то он и сообщил мне в день аварии. Именно из-за того, что мы ссорились,
он слишком поздно заметил грузовик, перегородивший дорогу, а когда попытался
увернуться... Остальное тебе известно.
Арт выругался — тихо, но с таким чувством, что это вывело Клэр из состояния,
близкого к истерике, и она замолчала.
— Мне очень жаль, Клэр. — В низком голосе Арта звучало искреннее
сочувствие. — Мне жаль, что ты встретила такого подонка, когда была еще
слишком молода, чтобы распознать его сущность, и он разбил тебе сердце. Но
не позволяй ему сломить тебя навсегда.
— Я и не собираюсь.
Нижняя губа Клэр дрожала, но она дала себе слово, что не заплачет, и
посмотрела Арту прямо в лицо. Ей трудно было поверить, что она выложила ему
то, о чем поклялась никогда никому не рассказывать. Теперь, когда приступ
боли и горечи миновал, она готова отдать что угодно, лишь бы взять свои
слова обратно, ведь Арт ясно дал понять, что она для него будет только
другом, а она открыла ему душу. Боже, какое унижение!
— Послушай, Клэр, мне, наверное, следовало
...Закладка в соц.сетях
