Жанр: Любовные романы
Замуж за негодяем
...с талии спускаются на бедра. Джаспер медленно
склонился к ее рту. Дрожь в теле девушки сменилась теплом. Ее губы покорно
приоткрылись, и Хейли, почувствовав его упругий язык, чуть не задохнулась от
неожиданности. Жар накатывал волнами и пронизывал всю ее насквозь.
Джаспер крепко обнял Хейли, прижав к своей груди. Поцелуй становился все
более страстным, дыхание — тяжелым и знойным. Словно дурманящий аромат
разлился вокруг них...
И вдруг все оборвалось.
— Этот пункт мы отработали, — самодовольно произнес
Джаспер. — Я убедился, что такая чувственная женщина, как ты,
заслуживает часть наследства моего отца.
— Как ты смеешь! — оттолкнула его от себя Хейли.
— Я недавно перебирал документы отца и наткнулся на кое-какие чеки. Ты
знаешь, даже выпучил от удивления глаза... Сдается мне, что твой Ледерман
знал, как ты была близка с моим отцом, и искренне рассчитывал на большую
долю в наследстве. То есть если бы ты — по его представлениям — получила это
наследство, тогда он бы прибрал его к рукам. Ты же знаешь, как это
получается при разводах? А если бы ему посчастливилось стать вдовцом, то...
Да что я тебе объясняю?
— Полнейшая нелепость, — отозвалась на его подозрения
Хейли. — Может, ты и способен на такое, но не Майлз.
— Я разговаривал с Максом, садовником моего отца. Так вот он убежден,
что старик недолюбливал Ледермана, а адвокат отца заверил меня, что именно
из-за этого за несколько дней до смерти отец изменил условия
завещания, — слегка подтасовал факты Джаспер.
— По твоей логике, Джералд хотел, чтобы я вышла за тебя, а не за
Майлза?
— А чем еще можно объяснить это идиотское требование?
— Но Джералд знал, что мы терпеть не можем друг друга...
— У старика было своеобразное чувство юмора. И ему были хорошо известны
мои взгляды на брак вообще. Должно быть, таким способом он надеялся
остепенить меня. Но, к счастью, в его плане слишком много слабых мест.
— Тем более странно, что ты так привязан к этому имению.
— Я привык получать то, что хочу.
Крикглейдс
— мой, — обозлился
Джаспер.
— Не понимаю. Я всегда думала, что ты ненавидишь отцовский дом. Ты
приезжал не более двух раз в году.
— Слишком много гадких напоминаний.
— Тогда зачем он тебе? Хочешь сделать деньги на его продаже?
— Разумеется! Зачем еще мне нужен этот сувенир из прошлого?
ГЛАВА ПЯТАЯ
Джаспер вел машину, искоса поглядывая на Хейли.
Он хорошо знал, что посеял большие сомнения в сердце девушки относительно
беспорочности планов ее бывшего избранника. И сейчас он внимательно следил
за тем, как Хейли старается скрыть от него свою озабоченность.
Но и сам Джаспер был неспокоен. Его взволновала ее невероятная нежность. Он
не ожидал такого наслаждения от одного-единственного поцелуя. Его так и
тянуло прикоснуться к запретным губам еще раз.
Прошли годы с тех пор, как он мужественно подавил в себе влечение к
непорочному телу Хейли. Ее детское желание долго не отпускало его, и он
выбрал расставание с ней и разгул взамен того, что предложила ему она в ночь
своего шестнадцатилетия...
— Я бы хотел поехать с тобой к Хендерсонам на этой неделе.
Хейли непонимающим взглядом посмотрела на Джаспера.
— К тем супругам, землей которых я интересуюсь, — пояснил Джаспер.
— Вместе? Не уверена...
— Хейли, я лишь рассказал тебе то, что знал. Я не хочу, чтобы ты
переживала из-за этого разрыва. Майлз с самого начала не был честен с тобой.
— Ты можешь упражняться в подозрениях сколько угодно, однако мы ничего
не знаем наверняка. Мы даже не даем человеку оправдаться. Но для тебя ведь
правда — не главное. Ты заинтересован в достижении своих целей и за ценой не
постоишь.
— Если понимать под целью то наслаждение, которое подарил мне твой
поцелуй.
— Это был не мой, а твой поцелуй, Джаспер. И надеюсь, это не войдет у
тебя в привычку.
— Ты наслушалась проповедей моего благочестивого братца, —
ухмыльнулся Джаспер.
— Его идеи мне намного ближе твоих.
— Но его идеи нежизнеспособны. Это скорее идеалы.
— А тебе не приходилось задумываться, что твоя поразительная
жизнеспособность ущемляет интересы других людей?
— Ты сейчас говоришь о каких-то конкретных людях?
— Ну, хотя бы о Мириам Мурбэнк и ее сыне. Представляешь, как трудно ей
пришлось?
— Ты еще не поняла, что от некоторых тем следовало бы
воздержаться? — прикрикнул на Хейли Джаспер. — Или хочешь
добираться до офиса пешком?
— Да уж лучше идти пешком, чем ехать в одном салоне с таким
бессердечным индюком как ты!
Джаспер резко притормозил машину и скомандовал:
— Вылезай.
— Да отсюда не меньше часа до моего салона! — возмутилась Хейли.
— Тогда, может быть, извинишься? — предложил ей решение Джаспер.
— Моя обувь не годится для пеших прогулок.
— Вон из моей машины.
— Нет! — крикнула Хейли.
Еще несколько секунд она стойко держалась, но вдруг расплакалась.
Джаспер поморщился, избегая смотреть на нее.
— Черт тебя возьми! — прошипел он.
Ему вспомнились те многочисленные случаи из его отрочества, когда он
частенько доводил свою сводную сестричку до слез своими жестокими
мальчишескими шутками. Джаспер отчетливо ощутил сострадание к этой
повзрослевшей девчонке, чего никогда не испытывал прежде. Он обхватил ее
рукой за шею и прижал к себе.
— Ну... прости меня. Я и представить не мог, что ты так обидишься.
— Ты вечно меня обижаешь, — всхлипнула Хейли.
— Разве? — искренне удивился Джаспер.
— А то как же? Мы столько времени не виделись, и что ты сделал,
появившись в моем салоне? Сразу стал угрожать тем, что отнимешь его у меня,
этот шантаж с замужеством, разорванная помолвка... Из-за тебя я даже спать
не могла всю эту неделю. А теперь еще этот поцелуй, — еще горше
расплакалась девушка.
— А что оскорбительного было в поцелуе?
— Да ты специально сделал так, чтобы я почувствовала себя... слабой.
— Ты не слабая, Хейли. Просто ты женщина, которая постоянно забывает о
том, что она женщина.
— А ведь ты мне даже не нравишься.
— Это и не обязательно.
— Не понимаю, почему Джералд так хотел этой свадьбы. Просто безумие.
Какая-то жестокая, лишенная всякого смысла игра.
— Это единственный способ вернуть мне права на мое наследство, Хейли.
— Это будет самый длинный месяц в моей жизни, — вытерла слезы
Хейли.
— Согласен, глупышка.
Хейли была преисполнена намерения отказаться сопровождать Джаспера в его
поездке на Южное нагорье, которую он запланировал на следующее воскресенье.
Но это не мешало ей с восторгом разглядывать то кольцо, которое с некоторых
пор красовалось на ее изящном безымянном пальце.
Кольцо выглядело безупречно и подходило ей идеально. Каждый жест
окольцованной рукой рассыпал мириады ослепительных искр и разжигал
завистливые взгляды в ее окружении.
И по прекрасному виду этого кольца никто и предположить не мог, что причиной
его появления на красивой руке Хейли стали самые неприглядные мотивы.
Сейчас девушка и помыслить боялась, что когда-то в далеком, но оттого не
менее реальном прошлом она искренне надеялась однажды стать женой этого
восхитительного юноши. И все последующие вести о его беспечности и
развратности ранили ее до глубины души. Но она никогда не думала, что любит
его.
Зато Хейли была уверена, что любит Майлза. Она верила в его надежность,
обязательность, верность. Ей нравилось бывать с ним, их интересы во многом
совпадали, их цели были общими. Она могла говорить с Майлзом о будущих
детях, котятах и щенках. Он находил это забавным, но никогда не дразнил и не
высмеивал ее.
Джаспер же насмехался над Хейли постоянно с их первой встречи в далеком
детстве...
Хейли услышала рев мотора приближающегося автомобиля Джаспера, который через
несколько мгновений остановился под окнами ее, маленькой квартирки. Она
осторожно отдернула занавеску и украдкой посмотрела, как он выходит из
машины. Его черные волосы отливали на солнце. Он был одет буднично, в
светлую рубашку и темно-синие джинсы.
Хейли бросилась к двери и открыла ее прежде, чем он успел постучаться.
— Счастлив узнать, с каким нетерпением дожидается меня моя
очаровательная невеста, — сказал Джаспер и прошел прямо в
комнату. — Я разговаривал с Раймондом о нашей церемонии. Он сказал, что
у него будет еще одно бракосочетание в тот же день. Но, сдается мне, он
просто не желает присутствовать на нашей вечеринке.
— И, наверное, правильно делает, — произнесла Хейли. — Мы
своим поступком оскверняем священное таинство брачных уз. Он не должен
потакать этому. Семьи создаются на всю жизнь...
— Если бы только твоя мать разделяла твою точку зрения.
Хейли гневно отвернулась от него.
— Прости, — тихо произнес он. — Не удержался. Кстати, ты
пригласила ее на наше бракосочетание?
— Она приглашена на мою свадьбу с Майлзом.
— Ты еще сожалеешь о том, что порвала с этим слизняком?
— Какое это имеет значение? Ты тоже используешь меня. Иногда ты
заставляешь меня поверить, что я могу доверять тебе. Но делаешь ты это в
корыстных интересах. И тот поцелуй тоже часть твоей жестокой игры. Я
презираю тебя и намерена игнорировать все, что ты будешь внушать мне. И этим
дорогим кольцом ты меня не купишь, Джаспер.
— Ты думаешь, что я хотел тебя подкупить, подарив это кольцо?
— Конечно.
— Это не так. Просто я видел то кольцо, которое выбрал для тебя
Ледерман. Оно оскорбило меня своей дешевизной. Я решил подарить тебе такое,
какого ты заслуживаешь. С настоящими бриллиантами.
— Да лучше уж носить фальшивые украшения от мужчины, который любит, чем
настоящие, подаренные таким алчным человеком, как ты.
— Майлз любил те блага, которые надеялся получить в результате женитьбы
на тебе. Он бессовестно вводил тебя в заблуждение. Что касается меня, то
тебе сложно заблуждаться относительно моих чувств. Они все те же, какими
были многие годы назад.
Джаспер свернул на извилистую гравийную дорогу, по обе стороны окаймленную
стройными тополями, чья серебристая листва трепетала от легких дуновений
ветра.
Они приблизились к усадьбе, выстроенной в колониальном стиле из песчаника.
Повсюду разносились ароматы цветущего сада, среди которых бесспорно
главенствовало головокружительное благоухание розовых кустов.
— Чудесно! — воскликнула Хейли, покинув машину. —
Восхитительно! Зачем им понадобилось продавать такое великолепное поместье?
Седовласая женщина за семьдесят открыла парадную дверь коттеджа, в проеме
которой девушка увидела старика в инвалидном кресле. Приблизившись, Хейли
поняла, что правая сторона его тела полностью обездвижена.
Джаспер взял невесту за руку и тихо сказал:
— Не забывай, что ты безумно влюблена в своего суженого.
— Спасибо, я помню.
Миссис Хендерсон выступила им навстречу и протянула Хейли руку со словами:
— Должно быть, вы возлюбленная Джаспера, про которую он нам
рассказывал. Меня зовут Перл, а это мой муж Джим.
— Мне очень приятно познакомится с вами обоими, — откликнулась
Хейли и, подойдя к старику, приветливо улыбнулась и пожала его левую руку.
Джим Хендерсон неразборчиво пробормотал что-то в ответ.
Хейли вопросительно посмотрела на Перл Хендерсон, и та пояснила:
— Думаю, Джим предлагает вам выпить с нами по чашечке чая, прежде чем
Джаспер поведет вас знакомиться с поместьем.
— Замечательная идея, — кивнула Хейли, проходя вслед за хозяйкой и
хозяином в элегантную гостиную.
Внутреннее убранство дома не уступало по своему великолепию тому, что Хейли
успела подметить снаружи. Старинная меблировка, сохраняемая в превосходном
состоянии из поколения в поколение, сдержанный декор с присутствием милых
сердцу жильцов безделушек...
— Ваш дом прекрасен, — искренне оценила Хейли. — Полагаю, вам
грустно покидать его.
— Мы привыкли с оптимизмом смотреть в лицо любым переменам. Мы прожили
в этом доме счастливую жизнь. Если теперь настало время покинуть его, это
вовсе не означает, что впереди нас не ждет ничего хорошего, — бодро
произнесла Перл, уняв дрожь в голосе в то время, пока Джаспер, подлив
молока, подсыпал сахару в чашку мистера Хендерсона. — У Джима случился
удар. Одной мне трудно управлять таким большим имением... Несколько лет
назад не стало нашего единственного сына, наследство оставить некому. Эта
усадьба принадлежала шести поколениям Хендерсонов. Нам бы очень хотелось,
чтобы будущие хозяева хранили ее традиции.
— Печальная необходимость, — отозвалась Хейли.
Перл мужественно улыбнулась.
— Мы очень обрадовались, узнав, что Джаспер собирается купить наше
поместье. Нас бы расстроило, если бы по усадьбе Хендерсонов проехались на
бульдозерах и отстроили на его месте безликие городские коробки.
Хейли в нерешительности посмотрела на Джаспера.
— Когда Джаспер сказал нам, что подыскивает загородный домик для
семейных уикендов, мы убедили его что этот дом — самое лучшее место для
молодой семьи, — продолжала нахваливать имение Перл Хендерсон.
Хейли отстранилась от разговора и углубилась в чаепитие. Инициативу
перехватил Джаспер:
— Впервые увидев это место, я буквально влюбился в него. Очень рад, что
вы решили продать его именно теперь, когда я созрел для его приобретения.
— Вы не подумываете разводить скот — телят или овец? —
поинтересовалась Перл. — Мы продали наше поголовье несколько месяцев
назад.
— Возможно, со временем, — неопределенно ответил Джаспер. — Я
плохо осведомлен в вопросах фермерства, но ничего не следует исключать. Было
бы желание, а научиться можно всему.
Хейли мысленно усмехнулась. Она не могла представить себе остепенившегося
Джаспера, тем более углубленного в фермерские премудрости. Но при этом
отметила, как мастерски он играет свою роль перед этими милыми стариками.
Перл собрала со стола чайную посуду и обратилась к Джасперу:
— Вы хотите показать Хейли владения? Почему бы вам не прогуляться до
самой реки? Наши ивы достойны быть запечатленными на холстах живописцев.
Сейчас они дают новые побеги. А когда вернетесь, обговорим все детали
продажи. Уже завтра мы могли бы оформить сделку в адвокатской конторе.
— Я бы с удовольствием сходила на реку, — согласилась Хейли, взяв
Джаспера под руку.
Хейли дождалась, пока их никто не услышит, и накинулась на Джаспера:
— Как ты можешь лгать этим несчастным людям?
Было бы желание, а
научиться можно всему
. Бесчувственный негодяй.
— Почему ты решила, что я им лгал? Мне нравятся эти места, я не против
здесь поселиться. Однажды я действительно займусь фермерством.
— Очень сомневаюсь.
— Это чисто экономическое решение. Я намерен диверсифицировать свои
финансовые интересы на другие отрасли, в том числе и на животноводство.
— Ты занимаешься перекупкой недвижимости. Они же говорят о сохранении
традиций прежних владельцев. Ты внушил им, что заинтересован в этом, чтобы
выгодно приобрести их собственность.
— Вряд ли у меня получится переубедить тебя, Хейли, раз уж ты так
уверена в своей правоте. Но я действительно собираюсь купить усадьбу
Хендерсонов, чтобы лично поселиться в ней.
— Мне бы очень хотелось, чтобы это было так. Потому что я возненавижу
себя, если узнаю, что ты использовал мое присутствие и легенду о наших
семейных планах для того, чтобы склонить Хендерсонов на сделку.
— Но твое присутствие уже помогло прийти им к окончательному решению.
Потому что до последнего времени они сомневались. Ты оказала мне неоценимую
услугу, детка. И я собираюсь отблагодарить тебя за это, — сказал
Джаспер, склонившись над Хейли.
— Что ты делаешь?
— Хочу поцеловать свою невесту.
— Не прикасайся ко мне.
— Перл смотрит сейчас на нас в окно. Ты обязана доиграть свою роль до
конца.
— Она не может видеть нас, мы далеко ушли.
— Может, и не видит, но логика событий требует того, чтобы жених
поцеловал невесту.
— В этом нет необходимости, Джаспер.
— Напротив, я чувствую острую необходимость поцеловать тебя.
Хейли, отчаявшись помешать ему, обняла Джаспера за плечи, а он, не встретив
никакого сопротивления, крепко обхватил ее талию и с аппетитом припал к
сочным губам. Хейли беспечно отдалась пьянящему поцелую, долгому, пугающе
глубокому и бесконечно чувственному. Страстность Джаспера внушала ей трепет.
Когда волна наслаждения отхлынула, Хейли сказала:
— Я не отвечаю за свой действия. Ты должен сам останавливаться, когда
это надо.
— Я не стану останавливать себя, потому что мне это не нужно, Хейли. Мы
далеко зашли в нашей игре, и поворачивать назад я не собираюсь.
— Ты сам сказал, что это игра, Джаспер. Значит, и поцелуи — всего лишь
сладкий обман.
— Если поцелуи и можно считать обманом, то те чувства, которые они пробуждают, все же истинны.
— Мы должны остановиться до того, как эти чувства станут играть нами.
— Только как это сделать...
Они стояли на берегу тихой реки и смотрели голубую даль.
— Ответь честно, Джаспер. Ты сохранишь это место неизменным?
— А я хорошо буду смотреться в галифе и высоких сапогах?
— Ты умеешь скакать верхом?
— Умею, но не на лошадях, а на мотоцикле.
— Перестань отшучиваться, ответь серьезно.
— Тебя так волнует судьба этого места, что придется поручить его твоим
заботам.
— Не верю ни одному твоему слову.
— Тебе просто нравится спорить со мной, Хейли.
— Возможно, — улыбнулась она. — Сколько я могу помнить, мы
всегда сталкивались в словесных дуэлях.
— Мне это известно. Но какова причина?
— Причина в тебе, Джаспер. В самоуверенном подростке, который считал
ниже своего достоинства разговаривать с девочкой на пять лет моложе.
— О чем я мог разговаривать с плаксой?
— Вот именно об этом высокомерии я и говорю.
— Но что могло быть между нами общего? Тебе четырнадцать, мне
девятнадцать. В юности даже разница в год равна целой жизни. Другое дело
теперь, когда мне тридцать три, а тебе двадцать восемь. В этом случае пять
лет погоды не делают.
Хейли задумчиво вслушивалась в его слова, пропуская между пальцами высокие
стебли трав.
— Ты когда-нибудь задумывалась о том, кто твой отец, Хейли? — неожиданно спросил Джаспер.
Девушка подняла на него печальные глаза. Она с ранних лет задавалась этим
вопросом, пока однажды ее мать не намекнула, что человек, которого можно
назвать ее отцом, отбывает срок за тяжкое преступление. Тогда Хейли
прекратила всяческие расспросы.
— Нет, — холодно ответила она Джасперу.
Джаспер взял Хейли за руку и, глядя ей в глаза, сказал:
— В жизни есть куда более неприятные вещи, чем простое незнание своих
корней.
— Например, вынужденная женитьба на сводной сестре? — спросила
Хейли и попыталась высвободить свою руку.
Джаспер не выпустил ее, а наоборот, крепко стиснул пальцы.
— Пусть я жениться и не планировал, по крайней мере, не теперь, но уверен, что свыкнусь с этим.
— Зачем же свыкаться? Это всего на месяц. Ты сам предостерегал меня от
привыкания к твоему дому...
— Ты права.
— И ты с нетерпением будешь ждать окончания нашей сделки, — с
хитрой улыбкой предположила Хейли.
— Но пока я с нетерпением жду ее начала, — удивил ее неожиданным
признанием Джаспер.
Хейли вспыхнула от смущения.
— Мы все уже обговорили, — сухо напомнила она Джасперу. — Это
будут бумажные отношения. Ни о каких иных не может быть и речи.
— Очень жаль.
— Ты сказал, что не испытываешь интереса ко мне, и мы пожали руки на
этом основании. В противном случае я бы не согласилась.
— Да, мы пожали руки, но можем передумать и пожать их вновь, —
произнес Джаспер. — Мне приятно прикосновение твоих рук.
— Нет, — твердо произнесла Хейли.
— Что — нет?
— Ты не заставишь меня спать с тобой.
— Считаешь, у меня нет шансов?
— Я этого не хочу, — отвернулась Хейли от его пытливого взгляда.
— Ты так тушуешься, когда говоришь об этом. Забавно наблюдать.
— Ты обещал мне...
— ...не спать с другими женщинами. Но я буду счастлив разделить
супружеское ложе со своей женой, когда она этого пожелает.
— Она этого не пожелает! — воскликнула Хейли.
— Неужели никогда? — провокационно уточнил Джаспер.
— Никогда! — подтвердила она.
— В таком случае ты очень изменилась, сладенькая. Я удивлен и озадачен.
В свои шестнадцать ты обожала меня. Это было слишком очевидно, —
беззастенчиво напомнил он ей о прежних ошибках. — Но тогда у меня
хватило выдержки остаться джентльменом. Если бы ты не была в тот день пьяна,
возможно, теперь все было бы иначе...
— Если ты тогда и повел себя как джентльмен, то сейчас поступаешь
подло. Ты низкий, эгоистичный, самовлюбленный болван...
— Физически привлекательный.
— Возможно, для других, но не для меня.
— Что мне до других, Хейли. Но ты меня определенно хочешь. Не стоит этого стыдиться, конфетка.
— Я ухожу, — объявила Хейли и повернулась к дому Хендерсонов.
Джаспер безмолвно преградил ей путь.
— Пусти! — потребовала она, испугавшись решительной мины на его
лице.
Джаспер обхватил ее за бедра и прижал к себе, давая ей почувствовать
напряжение своей плоти.
— Ты должен отпустить меня, — принялась уговаривать его
Хейли. — Что, если Хендерсоны увидят?
— Они подумают, что мы не в состоянии дождаться нашей свадьбы. Это же так естественно, малышка.
Он потянулся к ее губам, но она отшатнулась, отталкиваясь от него всей силой
изящных рук.
— Не упрямься, деточка. Мы оба знаем, что ты влюблена в меня. Что за
бессмысленная борьба?
Когда Джаспер обсудил с Хендерсонами все обстоятельства покупки усадьбы,
Перл уговорила его и Хейли остаться на обед.
Хейли предпочла бы немедленно уехать, но, не желая расстраивать
гостеприимных хозяев, согласилась.
Несколько раз за обедом девушка ловила на себе горячий взгляд Джаспера. Она
заметила, как благосклонно их оценивает старая пара, отчего совершенно
смутилась.
— Помню, когда мы только обручились, то ни на кого не обращали
внимания. Мы глаз друг с друга не сводили, — расчувствовалась Перл
Хендерсон.
— Где вы познакомились? — заинтересовалась романтическими
подробностями Хейли.
— В школе. Джим на два года старше меня. Тогда он уже был
старшеклассником и не упускал возможности дернуть меня за косички на
перемене, подразнить. Я ненавидела его. Он казался мне недоумком, и я почти
забыла о нем, когда он окончил школу. Но однажды Джим пришел к нам в дом,
так как хотел обсудить с моим отцом покупку акций на фондовом рынке. Я в тот
раз старательно демонстрировала ему свое пренебрежение. А через неделю он
явился снова, и еще через неделю. Джим стал бывать у нас постоянно. Мой отец
начал подозревать его в другом интересе, нежели доходность ценных бумаг.
Когда Джим пришел в очередной раз, отец отправил меня в мою комнату... Это
стало для меня настоящим ударом. Когда я оказалась лишена возможности видеть
его, то поняла, что безнадежно влюбилась.
— Боже, как романтично, — умильно произнесла Хейли. — Хотела
бы я... Вернее, кто бы мог представить, что юношеская любовь продлится
...Закладка в соц.сетях
