Жанр: Любовные романы

Викинг

сторінка №23

аву принадлежащих моей дочери.
— Итак, у Гарма в Торольфа есть право драться из-за приданого
Рики, — сказал Торн. — Я же не хочу ничего, кроме жизни Роло, его
головы. Я потерял из-за него ребенка, едва не потерял жену и считаю, что
имею право отомстить ему и его сестре. Я не позволю, чтобы Роло и Бретта и
дальше безнаказанно сеяли зло.
— Но убить — это значит преступить закон божий, — прошептала
Фиона, подавленная решимостью Торна.
— Месть — это тоже закон викингов, — сурово ответил Торн. —
Как ты можешь заступаться за этих людей после того, что они с тобой сделали?
— Я христианка. Торн. Убийство другого человека — смертный грех.
— Но тебе-то самой не придется никого убивать, — непонимающе
посмотрел на нее Торн. — Я не христианин. Я сделаю это с превеликой
радостью.
— Торн прав, Фиона, — поддержал брата Торольф. — Ни Роло, ни
Бретта не заслуживают снисхождения. Смерть, и только смерть!
— Значит, решено, — подытожил Гарм. — Торольф возвращается
домой и готовит своих людей, Арен собирает воинов Торна. Сам же Торн пока
займется моими воинами. Через четыре недели мы все сходимся в лесу возле
поместья Роло. Я пойду первым и предложу Роло добровольно вернуть приданое
Рики. Если он согласится, наступит очередь Торна предъявлять свой счет ему и
его сестре. А если Роло не согласится вернуть приданое, — подумав,
продолжил Гарм, — тогда мы навалимся на него все вместе. Согласны?
Но прежде чем кто-то из мужчин успел сказать хоть слово, Фиона вскочила со
своего места и воскликнула:
— Рика, Тира и я... Мы хотим присоединиться к вам!
— Нет! — в один голос закричали Торн и Торольф.
— Это слишком опасно для женщин, — несколько тише добавил Гарм.
Рика поднялась рядом с Фионой, расправила плечи и вытянулась во весь свой
немалый рост.
— Во все века женщины викингов сражались рядом со своими
мужчинами, — сказала она. — Мы не менее сильны и жестоки, чем наши
мужья.
— Тира и Фиона — чужеземки, — возразил Торн. — У них нет ни
таких сил, ни такой ярости.
— Точно, — подтвердил Арен. — По мне, пусть лучше Тира
останется с Гардой. И, кстати, раз уж мы заговорили о таких вещах, я хочу
просить тебя, Торн, чтобы ты дал свободу Тире. Я собираюсь жениться на ней.
Сыграем свадьбу в один день с Торольфом и Рикой. Между прочим, Тира уже
носит под сердцем ребенка.
Тира покраснела и потупилась.
— Ты хочешь жениться на Тире только потому, что она беременна? —
спросил Арена Торн.
— Нет! — бурно запротестовал тот. — Я люблю Тиру. Мы будем
вместе с нею до самой смерти. Мы бы поехали с вами на Мэн уже мужем и женой.
— Тира, ты хочешь взять в мужья Арена? — спросил Торн.
— Да, всей душой хочу, — ответила Тира.
— Да будет так, — кивнул Торн и громко объявил: — Отныне Тира не
рабыня, а свободная женщина!
— Это прекрасно, но мы только что говорили о другом, — настаивала
Фиона. — Скажите, вы возьмете нас с собой? Я и Тира достаточно крепкие
женщины.
Мы все равно придем на поле боя, захотите вы этого или нет.
— Придем, — в унисон подхватили Рика и Тира. Мужчины испытующе
посмотрели на них.
— Хорошо, — ответил Гарм за всех. — Вы можете идти с нами, но
мы запрещаем вам принимать участие в бою.
Рика, Тира и Фиона дружно кивнули в знак согласия.
Четыре недели пролетели с пугающей скоростью. Торн целыми днями занимался с
людьми Гарма, готовя их к сражению. Викинги упражнялись с восторгом — что
может быть слаще для настоящего мужчины, чем поработать хорошенько мечом и
топориком? Наконец пришло время отправляться в путь. Снег уже почти
полностью сошел, на оттаявших пригорках проглянула первая зелень. Здесь, на
побережье, весна наступала чуть раньше, чем в глубине страны, куда ее долго
еще не пускали высокие горы.
А здесь земля успела не только оттаять, но и подсохнуть, сделав пригодными
для передвижения грунтовые дороги.
Женщин одели в легкие кольчуги, шлемы, дали им короткие мечи. Правда, Рика
поменяла свой меч на обычный, более тяжелый и длинный. В ночь перед
выступлением Фиона и Торн долго не могли уснуть и шептались друг с другом за
своей тонкой перегородкой.
— Не забудь, — напомнил Торн Фионе, — вы, женщины, должны
держаться позади воинов все время и в любой ситуации. Я уже терял тебя
однажды, хватит с меня и того раза.
— Но ведь Рика говорила, что у викингов женщины всегда сражаются рядом
с мужчинами, а не за их спинами.

— Ты слышала, что я на это ей ответил? Вы с Тирой — не из племени
викингов. Вы маленькие, слабые и не умеете обращаться с оружием.
— Ты хочешь убить его?
— О ком ты говоришь? О Роло?
— Ты знаешь, что о нем.
— Не встревай в это дело, Фиона. Это касается только меня и его.
Фиона хотела возразить, но Торн закрыл ей рот поцелуем.
— Никогда не пробовал ничего вкуснее твоих губ, — прошептал он,
отрываясь на секунду от губ Фионы.
Фиона приподняла голову. Неяркий свет окутал ее волосы прозрачной дымкой.
Горела свеча.
— Хочешь отвлечь меня? — лукаво спросила Фиона.
Он поцеловал ее еще раз.
— Действует?
— Еще нет, — усмехнулась она.
Глаза Торна скользнули по обнаженной груди Фионы — она давно уже привыкла
спать с ним, снимая на ночь с себя все до последней нитки. Сердце Фионы
забилось учащенно под взглядом Торна, губы мгновенно пересохли. Он счастливо
улыбнулся. Медленно опустил голову и провел языком по груди Фионы. Затем
схватил губами сосок и слегка сжал, заставив застонать от наслаждения. Он
повел языком вниз, по животу Фионы и ниже, уткнувшись головой между ее ног,
и Фиона забилась от острого ощущения и закричала бы в голос, если бы Торн не
успел прижать ладонь к ее губам.
— Тише, любимая, — прошептал Торн. — Мы так всех перебудим.
Воины в зале начнут думать о своих женщинах, а об этом нельзя думать перед
схваткой — такие мысли лишают сил.
Фиона провела ладонью по лицу Торна. У нее перехватило дыхание, когда Торн
нежно прикусил губами ее пальцы. Губы его были крепкими, сильными, а на
щеках его Фиона ощутила отросшую за день колючую щетину.
Свободной рукой она зарылась в его волосы — светлые, как солнечный луч,
тонкие, длинные, мягкие, они струились у Фионы между пальцев. В ту же
секунду руки Торна легко раздвинули ее ноги, и пальцы его погрузились в
горячее влажное лоно.
— Как я люблю, когда ты такая, — прошептал Торн. — Раскройся
пошире, я хочу войти в тебя.
От этих слов Фиону окатило новой волной страстного желания. Торн высоко
поднял и развел в стороны ее ноги и глубоко вонзил в нее свое орудие.
Сильными быстрыми толчками он возбудил в Фионе новую волну страсти. Торн
сильно сжал грудь Фионы, а она цеплялась пальцами раскинутых в стороны рук
за медвежий мех, на котором лежала, и они мчались к бурному финалу вместе —
все быстрее, быстрее, быстрее...
Когда все закончилось, Торн приподнялся над Фионой на локтях. Фиона еще
переживала последний упоительный миг, вспоминая и свое наслаждение, и
хриплый крик Торна, когда его тело словно окаменело над ней. Она сладостно
изнемогала и, услышав легкий вздох Торна, догадалась, что он испытывает в
эту минуту те же самые ощущения.
Если бы Бренн знал, как мы близки сейчас с Торном, он порадовался
бы
, — подумала Фиона.
Впрочем, она была уверена в том, что Бренн знает. Ведь он никогда по-
настоящему не умирал для нее, и даже в эту минуту она чувствовала его
незримое присутствие.
— О чем ты думаешь? — спросил Торн, вытягиваясь на постели рядом с
Фионой. — Ты так притихла.
— Я думала о Бренне. Но знаешь ли, о том, что было сказано перед тем,
как ты... отвлек меня, я тоже не забыла. Я боюсь за тебя. Торн. Роло —
яростный и умелый боец, это всем известно, о нем поют скальды. А что, если
он убьет тебя?
— Не убьет, любимая. Правда на моей стороне. Выброси это из головы и
спи.
Но сон, к сожалению, не торопился к Фионе. Всем сердцем она чувствовала
подступающую опасность. Что-то должно было произойти, но что именно — этого
Фиона не видела, не знала. Она просто чувствовала запах смерти, и от этого
мороз пробегал у нее по коже. Прошло немало времени, пока Фионе удалось
успокоиться и заснуть, но и во сне ее мучило предчувствие близкой смерти.
На следующее утро все они вышли в путь в сопровождении воинов Гарма. Небо
затянуло облаками. Воздух был холодным, но, несмотря ни на что, в нем
чувствовалось дыхание весны. Гарда, оставшаяся дома, долго махала им вслед
рукою. Впереди их ждал шестидневный переход от Бергена до Кепинга. Шесть
дней непрерывной ходьбы под ветром, дождем и солнцем. Следом за маленьким
отрядом ехала тележка, запряженная пони, в которой были сложены меховые
одеяла для ночевок под открытым небом, запасы еды и оружие.
Переход в таких условиях не был трудным даже для женщин. На ночь отряд
раскидывал тенты, под которыми, завернувшись в меховые плащи, все и спали до
нового утра. Пища у воинов была простой, но питательной — сушеное и соленое
мясо. Впрочем, когда позволяло время, кто-нибудь из бойцов отправлялся в
ближайший лес, чтобы вернуться оттуда с каким-нибудь добавлением к походному
столу. Путешествие не было тяжелым, но Фиона не раз вздохнула по потерянному
ребенку, проходя знакомой дорогой.

Они достигли места встречи вовремя. Торольф и Арен со своими людьми
поджидали их. Войско объединилось и, когда Фиона решила пересчитать бойцов,
счет дошел почти до пятидесяти.
Да, с такой армией викингов можно было свернуть горы!
Торн подозревал, что Роло тоже не терял зимой времени даром. Подозрения эти
оправдались. Роло не мог не понимать, что в любой момент может нагрянуть
Гарм, требуя возвратить приданое Рики. Понимал Роло и то, как трудно будет
противостоять такому могущественному ярлу, как Гарм. Но еще сильнее
беспокоило его внезапное исчезновение Торна — ведь он ушел из его дома
совершенно неожиданно, не сказав никому ни слова, Роло подумал: не иначе кто-
то из слуг выболтал Торну правду об исчезновении Фионы. Тогда дело может
обернуться совсем худо. Торн не простит такого, а значит, жди вызова на
смертный бой.
Чтобы проверить свои подозрения, Роло приказал воинам нещадно бить слуг и
рабов — всех подряд, рассчитывая на то, что виновный не выдержит криков
несчастных и во всем признается сам. Так и произошло. Это оказалась Миста,
его наложница. Это она рассказала обо всем Торну.
Мисту Роло бил сам, не передоверив этого никому, и остановился лишь после
того, как сломал девушке два ребра и руку.
На следующий же день он начал готовиться к неизбежной, как теперь оказалось,
битве. Он знал, что с приходом весны к нему нагрянут незваные гости.
И вот в один из дней дозор, как обычно, выставленный Роло, донес о том, что
в ближайшем лесу появились викинги. Роло не удивился. Он ждал этого. Он
знал, кто командует этими людьми. Да что там, он знал даже имена женщин,
находившихся в рядах этого войска!

19



Под защитой шести своих людей Гарм шел к дому Роло. Остальные ждали его под
прикрытием леса, откуда могли слышать все происходящее, но не были при этом
видны. Женщины стояли плечом к плечу с мужчинами — вооруженные, готовые к
бою, они были похожи сейчас на валькирий.
Гарм со своими людьми остановился в нескольких ярдах от дома и закричал:
— Роло! Я хочу говорить с тобой!
Спустя несколько мгновений дверь дома отворилась, и на пороге появился
вооруженный до зубов Роло.
— Говори, что хотел, и уходи! — ответил он. — Твоя дочь дала
мне развод. Нам не о чем долго разговаривать!
— Речь пойдет о приданом Рики, — сказал Гарм. — Оно
принадлежит моей дочери и ее новому мужу. Возврати все, или мы будем
драться!
— А разве Рика тебе ничего не сказала? Она обещала не претендовать на
свое приданое.
— Рика сказала это, чтобы спасти свою жизнь. Она была вынуждена
согласиться с твоими неразумными требованиями. Но закон твердо говорит:
приданое должно быть возвращено. Ты прекрасно знаешь, что, когда жена дает
мужу развод и уходит от него, она имеет право забрать то, что ей
принадлежит.
— А если я не верну? — с вызовом спросил Роло.
— Тогда узнаешь силу моего меча.
— Я готов драться, — ответил Роло. — Я приготовился к битве.
Я знаю, что Торн объединил свои силы с твоими, и знаю, почему он это сделал.
Не понимаю только, при чем тут Торольф. Мы с ним всегда были добрыми
друзьями. Ни для кого не секрет, что он выгнал из своего дома Торна вместе с
его ведьмой. И правильно сделал.
Этого Торольф уже не мог перенести. Лицо его покраснело от гнева, он зарычал
от ярости и шагнул из прикрытия, чтобы присоединиться к Гарму.
— За себя я сам отвечу, Роло, — крикнул он, — Фиона — жена
моего брата, и отныне я всегда буду рад видеть ее под своей крышей. А что
касается Рики, то она дала согласие стать моей женой.
Роло издевательски захохотал:
— Ты собираешься жениться на этой маленькой холодной сучке? Тогда я
понимаю, почему ты здесь. Хочешь заполучить ее приданое. Не получишь! Рика
оставила его мне, и я не собираюсь с ним расставаться!
— Ты сошел с ума, Роло! — предупредил Гарм. — Тебе не
справиться со всеми нами. Готовься к смерти!
Неожиданно за спиной Роло возникла Бретта — высокая, надменная, в сверкающей
на солнце кольчуге.
— Оглянись по сторонам, Гарм! — сказала она. — Мы не такие
глупцы, как тебе кажется. Мы полностью приготовились к бою и намерены
победить.
Пока она говорила, из дверей начали выбегать вооруженные викинги. Блестя
кольчугами, звеня оружием, они выстраивались на лужайке возле дома.
— Боже милосердный, — ахнула Фиона, потрясенная развитием
событий. — Сколько людей сегодня умрет! Это ужасно!

— Викинги не знают лучшей кончины, чем смерть на поле боя, —
напомнил ей Торн. — Так у нас заведено от века. Только тот, кто пал в
бою, достоин посмертной награды. Мы пуще всего боимся умереть соломенной
смертью.
— Соломенная смерть? Что это такое?
— Это когда викинг умирает на соломе, в своей постели. Для викинга нет
ничего позорнее такой смерти.
— Господь берет души людей в рай небесный, судя по тому, как они
прожили свою жизнь, — возразила Фиона. — И я не понимаю, почему
так уж непременно нужно умирать в бою. Иногда я в ужас прихожу от того, что
вы делаете.
— Но я же не христианин, Фиона. А теперь помолчи, давай послушаем, о
чем говорят Гарм и Роло.
— Ну что, не пропало у тебя желание воевать? — спросил
Роло. — Посмотри, сколько нас. Мы разобьем твоих воинов в пух и прах.
— Мы будем биться! — торжественно заявил Гарм.
— Жди здесь, — приказал Фионе Торн. — Я пойду поддержать
Гарма и брата.
Он вышел на поляну — прекрасный, вооруженный до зубов воин — и оставил Фиону наедине с ее страхами.
— А, Торн Безжалостный! — с издевкой крикнул Роло, завидев
Торна, — Так-то ты решил отплатить мне за мое гостеприимство?
— Вы с Бреттой обманули меня, — сказал Торн. — Вы продали в
рабство мою жену. Вы солгали, сказав о том, что она ушла с другим человеком.
— Я старался ради твоего же блага, — ответил Роло. — Ведь ты
даже не знаешь, на что способна эта ведьма!
— Фиона — исчадие ада, — подключилась к разговору Бретта. —
Она лишила моего брата мужской силы. Подожди, она и с тобой проделает то же
самое!
Глаза Торна вспыхнули от гнева, а губы сжались в жесткую линию.
— Роло вполне заслужил то, что получил. Ты напрасно надеешься, что я
откажусь от Фионы, Бретта. Я люблю Фиону. Она — единственная женщина,
которая мне мила. Если Роло вздумает уклониться от битвы, я вызову его один
на один. За свою подлость он заплатит смертью.
— Ян это предвидел. Торн Безжалостный, — сказал Роло. — И
готов к схватке. Не спорю, ты хорош в бою, но и я неплох. Я сильнее тебя.
— Быть по тому, — провозгласил Гарм. — Готовь своих людей,
Жирный Роло. Не будем откладывать сражение.
Гарм круто развернулся и пошел к лесу, окруженный своими воинами. Торн и
Торольф помедлили еще секунду и последовали за Гармом.
Бретта и Роло вернулись в дом. Дверь за ними захлопнулась.
— Мы сможем победить их? — спросила Бретта. — Ведь тебя могут
убить.
— Да, знаю. Я не боюсь такой смерти. Это лучше, чем умереть в своей
постели.
— Ты мог бы вернуть приданое Рики.
— Дело не только в этом, ты сама прекрасно понимаешь. Торну не нужно ее
приданое. Ему нужна моя жизнь. Из-за этой ведьмы он готов убить меня.
— Ну, я-то не собираюсь сдаваться на милость судьбы, — сказала
Бретта. — Пока ты занимался свои ми воинами, я приготовила к плаванию
твой драккар и ошвартовала его в ближайшем фьорде. Сейчас на нем ставят
парус. Команда уже на борту и ждет только приказания выйти в море.
— И все это ты проделала без моего ведома? — спросил Роло,
пораженный циничной расчетливостью сестры.
— Это было вовсе не так уж и трудно, — усмехнулась она. —
Видишь ли, я не хочу умирать. На борту, помимо воды и пищи, все наши
драгоценности, все золото и серебро. До Англии я доберусь, а там мне
останется лишь предстать перед наместником конунга Рагнольда в Йорке.
— Решила предать меня, — с горечью сказал Роло. — Ты же не
спрашивал, распоряжаясь моей жизнью?
— Думаешь, такой сильный боец, как я, может проиграть?
— Не знаю. Лучше быть готовой ко всему. К тому же, даже если ты
выиграешь сражение, тебе все равно предстоит встретиться один на один с
Торном.
— А тебе, ты думаешь, удастся ускользнуть от Торна Безжалостного? Не
надейся. Ему нужны обе наши жизни.
— А я не намерена стоять в стороне и ждать, чем все это
закончится, — ответила Бретта. — У меня совсем другие желания,
Роло.
— Разумеется! У тебя всегда наготове оправдание! — зло усмехнулся
Роло. — И, как я понимаю, ты считаешь, что меня убьют?
Бретта покраснела. Сам того не ведая, Роло с первого выстрела попал в
яблочко.
— Если тебя убьют, я постараюсь незаметно улизнуть, — сказала она.
Роло равнодушно пожал плечами:
— Тебе нужно мое благословение? Считай, что ты его получила. Я всегда
старался быть тебе хорошим братом и заботиться о твоем благополучии. Что ж,
если меня и вправду убьют, пробирайся на драккар и улепетывай как можно
скорее. Но только поверь мне, сестрица, Торн все равно найдет тебя, даже
если ты сбежишь на край земли!

На поляне развели костры, викинги расположились вокруг них, готовясь к бою,
в последний раз проверяя свое оружие. Вместе с ними сидел и Торн, оглаживая
остро отточенное лезвие верного меча. Рядом с ним с отрешенным видом стояла
Фиона. Глаза ее невидяще уставились в пламя костра. Плечи дрожали. Торн
отложил меч и легонько прижал ее к себе. Фиона, казалось, находилась в
трансе, и Торн спросил ее, нахмурив брови:
Что ты видишь, любимая? Не бойся, скажи все, как есть.
— Смерть. Близкая и страшная, — прошептала в ответ Фиона.
— Чья смерть?
— Не вижу. Лицо закрыто шлемом и щитом. Но я точно знаю, что это не ты.
Отблески пламени отразились в ее бездонных глазах.
— Мы победим? — спросил Торн.
— Да, — медленно ответила Фиона. — Но там что-то еще... Я
плохо вижу. Чувствую опасность. Черную, близкую.
— Ты будешь в тылу, вместе с Рикой и Тирой, — сказал Торн, —
Гарм, Торольф и Арен останутся в живых?
— Так много убитых, — ровным, чужим голосом ответила Фиона. —
Не могу рассмотреть их лица.
— Я постараюсь прикрыть их во время боя, — сказал Торн.
— Битва будет жестокой, — прошептала Фиона. Она внимательно
всмотрелась в танцующее пламя костра. — Я вижу... Да, я вижу... Это
Бретта...
Внезапно Фиона вздрогнула и обмякла.
— Кончилось, — печально сказала она. — Боюсь, я мало что
смогла увидеть. Не много же от меня по мощи.
— Твоя помощь и не нужна, любимая, — успокоил ее Торн. — В
бою я сам сумею постоять за себя. Мало кому удалось спастись от гнева Торна
Безжалостного.
— Непобедимых воинов не бывает.
— Ты же сказала, что я не умру.
— Я сказала, что не чувствую твоей смерти, но я могу и ошибиться. Так
уже бывало. Я люблю тебя, Торн. Я умираю от страха, когда думаю о том, что
могу потерять тебя.
Торн крепче прижал ее к своей груди. Фиону било словно в лихорадке. Он
любил, когда она дрожит — но только от страсти. Он взял Фиону на руки и
понес ее на край поляны, под навес, и там уложил на меховое одеяло. Еще
минута, и навес был опущен до земли. Торн, полностью обнаженный, склонился
над Фионой. В глазах его появился хищный блеск.
— Я не верю тому, что близость с женщиной перед боем лишает воина
силы, — сказал он. — Я почерпну новую мощь, погрузившись в тебя, и
она станет оберегать меня в битве. Разведи свои ноги, жена моя, и прими в
себя своего мужа!
Крепкие руки Торна коснулись ее обнаженного тела. Робкая улыбка появилась на
ее губах. Последнее ее видение ясно говорило одно: она не покинет Торна и
будет рядом с ним в этот день. Хочет он того или нет, она станет его тенью,
станет его глазами и ушами.
Его поцелуи были горячими, неистовыми, но такими нежными, что Фиона вновь
удивилась — как этот нежный великан может быть отважным и бесстрашным
воином. Неужели это именно он насильно увез ее в свою далекую холодную
страну с родного острова? Внезапно ей захотелось любить его так же нежно,
как он любит ее.
— Хочу любить тебя, — сказала Фиона. Торн с улыбкой посмотрел на
Фиону и ответил:
— Делай со мной все, что хочешь, жена.
— Я хочу... — Фиона покраснела. — Я хочу... Она стала осыпать
поцелуями плечи Торна, его грудь, живот, опускаясь все ниже и ниже... Торн
прошептал прерывающимся голосом:
— Гром и молния! Ты хочешь убить меня?
— Хочешь, чтобы я остановилась? — спросила Фиона, на секунду
отрываясь от своего занятия, а затем вновь прикоснулась языком к его
пылающей напряжен ной плоти.
— Только если и впрямь намерена отправить меня раньше времени в
Валгаллу! — простонал Торн.
Фиона взяла член Торна в ладони и сомкнула вокруг него свои губы. Из груди
Торна вырвался низкий стон; викинг схватил Фиону и опрокинул на спину. Она и
глазом моргнуть не успела, как он вошел в нее — мощно, сильно, на всю
глубину.
— Колдунья, — простонал Торн. — Да, я околдован. Покорен
твоей любовью. Я — твои пленник на веки.
— Я всегда считала викингов варварами, — ответила Фиона. — Но
мне и в голову не приходило, что они могут быть и поэтами.
— Великий Один! — вскричал Торн, крепко обнимая Фиону. — Я бы
прочитал тебе какую-нибудь поэму, да только не могу припомнить ни одной.
И они счастливо рассмеялись, чувствуя необыкновенное и такое естественное
для них единение душ и тел.

Час битвы настал слишком быстро.
— Мне пора, — сказал Торн, поднимаясь с нагретого меха. Под низко
опущенным навесом витал запах горячих тел, страсти и... любви. — Битва
зовет настоящих мужчин.
— Я помогу тебе одеться, — сказала Фиона, поднимаясь и одергивая
платье.
Она подала Торну нижнюю рубаху, затем верхнюю, из грубого

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.