Жанр: Любовные романы
Обещанный рай
... крикам, доносившимся
изнутри.
- Посмотрим, что ты запоешь, когда у тебя закончится вода и пища! - крикнул
он на прощание. - А когда я вернусь,
может быть, вернусь, ты сделаешь все, что я тебе прикажу, если, конечно, не
сдохнешь к тому времени.
И Гленна услышала сквозь собственные рыдания его тяжелые удаляющиеся шаги.
Возможно, Гленне не было бы так страшно, если бы она знала, что Дюк на самом
деле не собирался уморить ее голодом.
Сначала пусть подпишет дарственные на "Красную Подвязку" и прииски, затем он как
следует насладится ее телом, а уж
потом можно будет позволить ей и умереть. Только мертвые умеют молчать, это
давно известно. А научил его этому правилу
Джадд, который всегда умел убирать ненужных свидетелей: и Пэдди О'Нейла, и Эрика
Картера, и ту мексиканскую девку,
Кончиту, которая могла рассказать, что ночь, когда убили старого Пэдди, Эрик
Картер провел в ее постели. Правда, все это
не спасло от гибели и самого Джадда.
"Впрочем, пусть Гленна думает, что я приговорил ее к смерти, - усмехнулся про
себя Дюк. - Такие мысли делают
человека сговорчивым. Проголодается как следует, подрожит за свою шкуру, а потом
с радостью поделится со мной всем,
что у нее есть, - и деньгами, и телом".
Дюк полагал, что все знакомые Гленны уверены в том, что она два дня тому
назад уехала с утренним поездом, и не знал,
как сильно он при этом ошибается. И, конечно, ему было невдомек, что Кейн не
только вышел на свободу, но уже сидит в
поезде, идущем в Денвер.
В то утро, когда Гленна собиралась уезжать, ее багаж, как было договорено,
забрали из пустого номера и отправили на
вокзал. Однако горничная, пришедшая немного позже, чтобы прибраться, обнаружила
нечто странное и немедленно
доложила об этом портье. Тот примчался в номер Гленны и увидел, что горничная не
зря подняла шум. На стуле висело
аккуратно расправленное дорожное платье и нижняя юбка, на столе лежала
приготовленная шляпка, а возле кровати стояли
туфли. Да, это была странная, загадочная находка. Не могла же леди покинуть
гостиницу необутой и неодетой, правда? Но
если платье здесь, то где же сама леди? Или она оказалась настолько богатой, что
решила оставить свою одежду в номере
просто так, на память?
К полудню слухи о странном происшествии в "Паласе" дошли до шерифа Бартоу, и
он немедленно отправился - нет, не
в гостиницу, а на вокзал. В кассе он очень быстро выяснил, что Гленна не брала
билет и не выезжала из Денвера, и лишь
после этого навестил "Палас". Бартоу уже знал, что с Гленной случилась беда, и
оставалось лишь выяснить, не отыщется ли в
гостинице хотя бы какая-нибудь зацепка, которая позволит пролить свет на эту
историю.
Шериф довольно долго разговаривал с портье, но так и не узнал ничего
существенного. Затем он навестил Сэл, выяснил,
что Гленна исчезла, даже не попрощавшись с подругой. Бартоу откровенно поделился
с ней всем, что было ему известно, и
Сэл ответила, что готова поставить свой последний доллар на то, что за всем этим
делом стоит Дюк. Немного подумав, они
решили отправить телеграмму в Филадельфию, и спустя двенадцать часов Кейн был
уже в пути.
Прошел день, за ним второй, и с каждым часом страх все сильнее сжимал сердце
Гленны своими холодными щупальцами.
Неужели ей в самом деле придется умереть вот здесь, в этой убогой хижине, на
этом грязном, пыльном полу?
- Должен быть какой-то выход. Думай, Гленна, думай! - подбадривала она себя
вслух, расхаживая взад и вперед по
тесной комнатке. От звука собственного голоса Гленне становилось не так страшно.
"Да, если так пойдет и дальше, то, пожалуй, я и голосу Дюка буду рада", -
тоскливо подумала Гленна.
Хижину Гленна уже осмотрела не раз, обломала все ногти, пытаясь подцепить то
одну, то другую доску, и наконец
убедилась в том, что Дюк не оставил ей ни единой лазейки. Все было крепко
заколочено - и дверь и окна.
Еды было немного, но и ее Гленна старалась растягивать, как только могла, - и
овечий сыр, и сухари, и вяленое мясо.
Пила она тоже осторожно, позволяя сделать себе лишь несколько глотков за целый
день. Но даже при такой экономии
запасов должно было хватить в лучшем случае на неделю.
"А что потом? - спрашивала себя Гленна. - Буду умирать от голода и жажды?
Впрочем, мне все равно не жить. Если
даже Дюк вернется и я выполню все его требования, он обязательно убьет меня".
В щелях между досками, которыми были забиты окна, неожиданно потемнело, и
вскоре по деревянной крыше хижины
застучали первые капли дождя. Гленна зажгла лампу, отметив про себя, как быстро
убывает в ней керосин. Судя по всему, ей
предстоит умирать не только в муках, но и в темноте.
Гленна уселась за стол, рассеянно следя за тем, как на его поверхности
собирается лужица дождевой воды. Она
становилась все шире и наконец пролилась тонким ручейком на пыльный пол. Гленна
машинально подняла голову, и у нее
захватило дыхание. Там, в крыше, оказалась дыра величиной с кулак.
Гленна нашла метлу на длинной деревянной ручке и забралась на колченогий
стол. Теперь ручка метлы доставала до
крыши, и Гленна принялась долбить ею по доскам, окружающим отверстие. Отдохнув,
она снова принималась за дело.
Так она трудилась весь день до позднего вечера, спеша пробить себе путь к
свободе до того, как вернется Дюк, чтобы
убить ее.
Утреннее солнце заглянуло сквозь крышу. Прикинув на глаз, Гленна решила, что
теперь отверстие уже достаточно
большое, чтобы она смогла пролезть сквозь него, и тут перед ней встала новая
проблема: в чем бежать? И халат, и ночная
рубашка были разодраны в клочья. И далеко ли она уйдет босиком, без туфель?
Гленна решила поискать, не осталось ли в хижине каких-нибудь вещей Дюка.
Она еще раз внимательно осмотрела каждый угол, но в хижине не было ни комода,
ни платяного шкафа, ни сундука -
голые стены.
Гленне помог случай. Забредя в дальний угол, она споткнулась, а нагнувшись,
обнаружила в полу квадратную крышку.
Приподняв ее, Гленна вытащила из углубления небольшой сундучок, а раскрыв его,
радостно закричала, обнаружив внутри
именно то, что было ей необходимо.
Дрожащими от нетерпения руками она принялась вытаскивать из сундучка и
раскладывать на полу свои сокровища -
пару старых мужских брюк, несколько грязных, запачканных краской рубашек, рваную
куртку и - о, чудо! - тяжелые, но
почти целые башмаки. Здесь же нашлась и жуткого вида шляпа. Одеться удалось.
Но не все оказалось так легко и просто. Задрав в очередной раз голову и
смерив расстояние от пола до крыши, Гленна
поняла, что до краев отверстия ей не дотянуться даже со стола. Гленна подставила
стул, но и этого оказалось мало.
Гленна спустилась вниз и задумалась. Отец учил ее, что из всякой ситуации
есть выход, нужно лишь уметь увидеть его. И
она увидела - ведро с водой, которое оставил ей Дюк. Если его перевернуть, то
как раз можно будет дотянуться до края
отверстия. Правда, нужно будет вылить последнюю воду, и если ее попытка окажется
неудачной, то тогда...
Но Гленна не стала раздумывать об этом "тогда". Она решительно выплеснула
воду, перевернула ведро и водрузила его
на стул. Затем мысленно помолилась и принялась карабкаться наверх, холодея от
страха.
Балансируя, словно акробат на проволоке, она глубоко вдохнула и рванулась
вперед и вверх. Сумев зацепиться кончиками
пальцев за края отверстия, она медленно, с трудом подтянулась. Вскоре Гленна
впервые за много дней увидела свет и
вдохнула всей грудью свежий воздух. Это придало ей сил, и она уже без особого
труда выбралась на крышу.
"Слава богу, что на мне штаны крепкие", - подумала она и застряла.
А между тем в покинутой ею хижине происходили бурные события, вызванные ее
бегством. Оттолкнувшись от ведра
ногами, Гленна скинула его на пол. Ведро перевернуло горящую лампу, и по всей
комнате сразу же стало расползаться
жаркое керосиновое пламя. Оно охватило оставшуюся на полу не пригодившуюся
Гленне одежду, перекинулось на стол и
поползло по стенам. Сухое, старое дерево вспыхнуло словно солома, и в считанные
секунды вся хижина изнутри уже была
охвачена пламенем. Гленна почувствовала жар, проникающий сквозь подошвы ее
башмаков, скосила глаза вниз и увидела
под собой яркие сполохи огня. Она закричала от ужаса, изо всех сил рванулась
вверх, но так и не смогла протиснуть бедра в
узкое отверстие. Тогда Гленна принялась бешено рвать его края, сажая занозы и
рассекая в кровь пальцы. Наконец ей
удалось отодрать несколько щепок, и она оказалась на свободе, холодея при мысли
о том, что стало бы с ней, сорвись она
туда, вниз, в это бушующее пламя.
Гленна осторожно съехала по скату крыши и взглянула вниз, на землю, до
которой было не меньше трех метров. Конечно,
при таком прыжке легко можно сломать себе руку или ногу, но разве это имеет
значение, когда на карту поставлена жизнь?
Гленна поджала ноги, отпустила руки, и земля стремительно понеслась ей
навстречу.
23
Звонко залязгали стальные буфера вагонов, лоснящийся черный локомотив
выпустил огромную струю пара, и состав
замер у вокзала, на котором красовалась большая вывеска: "Денвер". На перрон
сошла небольшая группа уставших
пассажиров, и в их числе истосковавшийся за дорогу Кейн Морган. Он бросил беглый
взгляд по сторонам и машинально
отметил, что за время его отсутствия город совсем не изменился. Впрочем, если в
Денвере и случились какие-нибудь
перемены, Кейну было сейчас не до них. Ему и без этого хватало забот, гораздо
более важных и не терпящих отлагательства.
Глаза Кейна были красными от недосыпа, а на щеках темнела щетина - путешествие
из Филадельфии оказалось долгим и
утомительным. И всю дорогу, не давая уснуть, ему отстукивали колеса - Глен-на,
Глен-на, Глен-на...
"Где ты, любовь моя? - беззвучно плакало сердце Кейна. - Жива ли ты, цела ли
ты? Ах, зачем только Джеймс сделал
эту глупость - отпустил тебя одну?"
Впрочем, Кейн не слишком сильно винил брата, поскольку хорошо знал характер
Гленны - горячий, независимый и до
ужаса упрямый. Кейн пришел в бешенство, получив телеграмму от шерифа Бартоу.
Джеймс тоже был потрясен, узнав об
исчезновении Гленны, и все рвался поехать вместе с Кейном, остро чувствуя свою
вину, но в последнюю минуту дела
задержали его в Филадельфии. Сам же Кейн оказался в вагоне поезда спустя всего
два часа после того, как прочитал депешу
от Бартоу. Всю дорогу он молился только об одном: чтобы не опоздать.
- Я здесь, Морган!
Кейн повернулся на голос и увидел шерифа Бартоу, который спешил ему
навстречу, приветственно размахивая шляпой. В
том, что шериф пришел встречать Кейна, не было ничего удивительного - во время
долгой стоянки в Додж-Сити тот успел
отправить телеграмму, извещая о своем прибытии. И с тех пор прошло целых семь
дней и ночей, показавшихся Кейну сущим
адом.
- Есть какие-нибудь новости? - спросил Кейн вместо приветствия.
- К сожалению, ничего, Морган, - покачал головой Бартоу, пожимая руку Кейна.
- Вы ужасно выглядите. Что, совсем
не спали?
Кейн машинально одернул мятый сюртук, провел рукой по небритому подбородку и
ответил:
- Кошмарное было путешествие. Кроме того, целых десять дней без ванны.
Представляю, как сейчас от меня пахнет.
Сажей, потом и тюрьмой.
- Пойдемте, - сказал Бартоу, забирая один из чемоданов Кейна. - Сэл
приготовила для вас комнату в "Красной
Подвязке". Она теперь работает там управляющей, так они с Гленной порешили.
Приведете себя в порядок, а я тем временем
расскажу вам обо всем, что здесь произошло. Да, кстати, я взял на себя смелость
нанять для вас лошадь, Кейн. Надеюсь,
жеребец вам понравится.
Кейн вместе с Бартоу подошли к коновязи, вскочили в седла и молча направились
к "Красной Подвязке". В доме было
тихо - то ли посетители еще не раскачались, то ли просто день выдался такой.
Кейн поднялся на второй этаж, в отведенную
ему комнату, вымылся, побрился, переоделся и спустился вниз, где его терпеливо
ожидал Бартоу. Они присели за столик, и
отставной шериф рассказал Кейну все, что ему было известно, не скрывая ни единой
детали.
- Значит, Гленна выгнала Дюка, и тот, естественно, пришел в ярость, -
задумчиво подытожил Кейн. - Но как же она
не подумала, что это опасно - вступать в противоборство с таким человеком, как
Дюк? Надо было оставить ему "Подвязку",
и дело с концом. Зачем Гленне наследство Джадда Мартина? Нам вполне хватит и
моих денег.
- Думаю, дело здесь не в деньгах, - ответил Бартоу. - Гленна ненавидит Дюка.
Он ведь стрелял в вас и бросил умирать
в лесу.
- И вы полагаете, что он виноват в пропаже Гленны?
- Готов головой своей поклясться, что так оно и есть. Сэл тоже так думает.
Особенно после того, как Дюк стал каждый
вечер появляться в городе. Это началось через день-два после того, как мы
обнаружили, что Гленна не уезжала из Денвера.
Так вот, Дюк с той поры все свое время проводит либо здесь, либо в "Самородке",
где он снимает комнату. А это значит, что
если он и спрятал где-то Гленну, то не навещает ее.
- О боже! - простонал Кейн. - Так вы полагаете, этот подонок убил ее?
- Зачем? - спросил Бартоу. - Дюку нет смысла убивать Гленну.
- Такой мерзавец может убить и без причины.
- Согласен, - кивнул головой Бартоу и опустил глаза. Ему было тяжело смотреть
Ъ лицо Кейну. Ведь с самого первого
появления Дюка в "Красной Подвязке" они с Сэл тщательно прослеживали все
маршруты этого бандита, и ни один из них, к
сожалению, не подарил им надежды на то, чтобы увидеть Гленну если и не
невредимой, то по крайней мере живой.
Хлопнула дверь, и в бар влетела Сэл. Она нашла глазами Кейна, широко
улыбнулась и бросилась ему в объятия.
- Господи, Кейн, до чего же я рада видеть тебя! Ну теперь-то мы наверняка
найдем Гленну.
- Конечно, если только это в человеческих силах, Сэл, - ответил Кейн,
безуспешно пытаясь выдавить на своих губах
улыбку. - Боже мой, я не могу жить без нее. Она успела рассказать тебе о нашем
сыне?
- О Дэнни? Конечно. Звонкое имя, словно льдинка в стакане.
Кейн почувствовал, как слезы застилают ему глаза, и какое-то время молчал,
борясь с ними, а затем сдавленно спросил:
- Дюк уже здесь?
- Нет, еще слишком рано, - покачала головой Сэл. - Если он и придет сегодня,
то не раньше чем часа через два.
- Он знает, что за ним наблюдают? - снова спросил Кейн, но на этот раз
обращаясь к Бартоу.
- Не думаю, - ответил тот. - Этот самовлюбленный павлин вообще, кроме себя,
никого не замечает. Тем более что мы
с Сэл изо всех сил скрываем, что нам известно об исчезновении Гленны. Так что у
Дюка вряд ли зародились подозрения на
этот счет.
- Если он сделал что-нибудь с Гленной, я задушу его. Голыми руками, -
пообещал Кейн.
- Я думаю, что мы найдем ее, - заверил его Бартоу. - А теперь идите-ка и
отдохните пару часиков. Если Дюк
появится, я пошлю за вами Сэл. Думаю, что этот негодяй все равно раньше или
позже приведет нас к тому месту, где он
прячет Гленну.
Несмотря на усталость, Кейн не стал спать. Вместо этого он вытащил из
чемодана коробку с патронами, пару своих
"кольтов" и зарядил их, беря по одному желтые смертоносные цилиндры и тщательно
загоняя их в прорези тугих ребристых
барабанов. Затем он приготовил дорожные мешки, уложив в них деньги, снаряжение,
туалетные принадлежности, смену
белья и куртку, а закончив укладываться, сел на стул, сложил на коленях руки и
принялся терпеливо ждать.
Появление Дюка в "Красной Подвязке" оказалось шумным. Он громко раскланялся
со знакомыми, с девушками из бара,
среди которых сидела Лил, помогавшая Дюку похитить Гленну.
"Если все пройдет успешно, я вознагражу ее, - подумал Дюк. - Может быть, даже
сделаю постоянной любовницей,
когда "Подвязка" снова станет моей. А пока пусть ничего не ждет и помалкивает".
Впрочем, Лил и сама знала, что главное для нее - держать язык за зубами.
Сегодня исполнилась ровно неделя с того дня, когда Дюк оставил Гленну одну в
заколоченной хижине.
"Пожалуй, уже можно сходить проведать ее, - прикинул Дюк. - Еда и вода у нее
должны были закончиться. Теперь эта
рыжая ведьма уже готова на все, чтобы только спасти свою шкуру. Наверное, сходит
там с ума от одиночества. Только бы в
самом деле не спятила".
Твердо решив сегодня же навестить свою пленницу, Дюк перебрался к стойке и
налег на виски, коротая время,
оставшееся до наступления темноты. Разумеется, у него и в мыслях не было уморить
Гленну голодом. Нет, она была нужна
Дюку живой - во всяком случае, до той минуты, когда будет подписана дарственная
на "Подвязку" и оба прииска.
Три часа кряду Дюк пил, потом играл в покер и снова пил. Между делом он
придумывал, как будет мстить Сэл, когда
окончательно приберет к своим рукам "Красную Подвязку".
Оранжевое круглое солнце садилось за горизонт, и Дюк решил, что пора. Его
жеребец был оседлан заранее, и теперь
оставалось лишь взобраться на него.
Дюк, слегка покачиваясь, пошел к выходу, так и не заметив высокого мужчину,
стоявшего под лестницей. Шериф Бартоу
проводил Дюка взглядом, дал ему выйти за дверь и подал условный сигнал Сэл. Та
помчалась наверх за Кейном. Еще
несколько секунд, и Кейн был внизу.
- Он вышел, - сказал Бартоу и указал глазами на дверь. - Минуту тому назад.
Он был один.
Кейн поправил перекинутые через плечо седельные сумки, тронул висящий на
поясе "кольт" и коротко кивнул:
- Будем надеяться, что на этот раз он приведет нас к Гленне.
- Я пойду с вами, - сказал Бартоу.
- Одного человека труднее заметить, чем двоих, - через плечо ответил тот,
исчезая за дверью.
По счастью, Дюк был еще здесь и лениво возился возле коновязи с видом
человека, которому совершенно некуда
торопиться.
"А вдруг он и в самом деле не связан с исчезновением Гленны?" - невольно
подумал Кейн, следуя в отдалении за
Дюком, медленно пробирающимся по узким улочкам. Вскоре городские кварталы
остались позади, и теперь оба всадника
оказались на едва заметной полевой дороге, уходящей в лес. Кейн дал Дюку
возможность оторваться и поскакал следом
только после того, как тот скрылся из виду.
Дорога вдруг круто свернула в сторону. Кейн остановил своего жеребца. Вокруг
стояла мертвая тишина, а это означало,
что где-то там, впереди, Дюк тоже остановился и, возможно, даже спешился. Но
почему он это сделал? Заметил погоню? Или
просто прибыл на место?
Кейн покачал головой и тронул поводья.
Спустя несколько минут он увидел Дюка. Тот стоял на краю небольшой поляны,
держа под уздцы своего жеребца, и
молча глядел на обгоревшие руины того, что когда-то было хижиной старателей.
"Что он здесь делает? - удивился про себя Кейн, и тут же в голове у него
промелькнула тревожная мысль: - Уж не к
Гленне ли он меня привел? К ее могиле".
Под ногой Кейна хрустнула веточка, и Дюк резко обернулся, инстинктивно
протягивая к поясу руку. Но Кейн оказался
проворней, и, когда Дюк поднял глаза, прямо в них смотрел вороной ствол
взведенного "кольта".
- Где Гленна, Дюк?
Дюк стоял неподвижно и безмолвно. Он был ошеломлен и ничего не мог понять.
Обгоревшие развалины на том месте, где
стояла хижина, в которой была спрятана Гленна. Кейн со своим "кольтом".
- Черт тебя побери, Дюк, перестань испытывать мое терпение, - прохрипел Кейн
сквозь стиснутые зубы. - Отвечай,
где Гленна?
Дюк беззвучно зашевелил губами, пытаясь что-то сказать, и Кейну вдруг
показалось, что тот без конца повторяет одно
только слово: "Мертва".
- Гленна была в этой хижине, Дюк? - требовательно спросил Кейн.
Дюк растерянно посмотрел на пожарище и молча кивнул.
- Нет! - протестующе закричал Кейн. - Не-ет!! Ты лжешь!
- Это правда, - с трудом выговорил Дюк. - Я сам ее сюда привел.
Он был в шоке и даже не задумывался о том, что сам себя обвиняет в похищении
человека и его убийстве, а значит, как
минимум одна виселица ему уже гарантирована.
- Подонок! - проревел Кейн и сбил Дюка с ног мощным ударом левой, разбив ему
в кровь все лицо. - Мерзавец!
- Я не хотел сделать ей ничего плохого, Морган, - невнятно пробормотал Дюк,
пытаясь встать на четвереньки и
сплевывая кровь вместе с выбитыми зубами. - Если бы она сразу сделала то, о чем
я ее просил, мне не пришлось бы
запирать ее здесь.
- Так ты запер ее здесь без питья и еды? - грозно прогремел Кейн.
- Я оставил ей и то, и другое. Говорю же вам, я не хотел ее смерти.
- А чего же ты хотел?
- Получить "Красную Подвязку" и прииски старого Пэдди.
- Ты хотел, чтобы она отдала тебе "Золотую Надежду"? Ну, Дюк, в таком случае
ты еще больший дурак и мерзавец, чем
я предполагал. На "Подвязку" ей было, конечно, наплевать, но прииски - это же
отцовское наследство.
- А запер я ее здесь, чтобы она стала покладистее, посидев в одиночестве, -
суетливо забормотал Дюк. - Думал,
подержу ее с недельку взаперти, а там она сама с радостью отдаст мне все.
- А потом? Потом ты убил бы ее, так же как Джадда Мартина, правда?
- Я не убивал Джадда, - начал сбивчиво оправдываться Дюк. - Он был моим
другом. Зачем мне было его убивать?
- Да, согласен, сам ты не убивал. Просто заплатил Вилли Вильсону, чтобы он
сделал это за тебя. Одного этого хватит,
чтобы ты мог считать себя покойником.
Дюк побледнел. Кейн демонстративно поднял руку с зажатым в ней "кольтом" и
направил ствол прямо в голову Дюка. С
ужасом глядя на палец Кейна, медленно нажимающий курок, Дюк упал на колени и
быстро заговорил:
- Да, я заплатил Вилли за то, чтобы тот отправился вслед за Джаддом в
Филадельфию и убил его там. Я не думал, что
Гленна когда-нибудь вернется в Денвер. Мне хотелось остаться хозяином "Красной
Подвязки". Когда Гленна отказалась
продать мне ее, я решил действовать по-своему. Тогда-то я и подумал о том, что
могу получить не только "Подвязку", но и
прииски. А почему бы нет?
- Но ты не ожидал, что Гленна окажется такой несговорчивой, верно? А когда
понял, что тебе от нее все равно ничего не
добиться, ты поджег хижину и спалил Гленну вместе с ней.
- Нет!! - яростно возразил Дюк. - Я не был здесь все это время. Понятия не
имею, почему случился пожар.
- Гленна всегда была находчивой женщиной, - пробормотал Кейн, не желая
мириться с очевидным. - Надеюсь, что
она и в этот раз сумела выпутаться.
- Все окна были крепко заколочены, - покачал головой Дюк, - и дверь тоже.
Гвозди я взял надежные, корабельные.
Ослепленный гневом, Кейн швырнул на землю свой "кольт" и двинулся на Дюка.
Пристрелить эту гадину было бы
слишком просто. Кейн хотел свернуть ему шею собственными руками. Дюк даже не
попытался бежать, лишь закрылся
руками, словно желая защититься.
Дюк не был ни слабым, ни мелким, но не мог устоять перед разъяренным Кейном,
кулаки которого перемалывали
противника, словно два механических молота. Кейн не хотел, не мог остановиться.
Он знал, что будет обрушивать кулаки на
ненавистного ему человека, повинного в гибели Гленны, пока не забьет его
насмерть.
- Остановитесь, Кейн! Вы же его убьете! - раздался строгий окрик, и на плечо
Кейна легла сильная, властная рука.
- Бартоу? Какого черта вы здесь делаете? - пробормотал Кейн, пытаясь
вырваться, но хватка отставного шерифа
оказалась мертвой. - Вы что, не понимаете? Гленна мертва, и убил ее вот этот
подонок. Разве я позволю ему после этого
жить на белом свете?
Бартоу молча кивнул. О том, что Гленна погибла, он догадался, когда увидел
обгоревший остов хижины. И теперь он был
очень рад тому, что все-таки решил последовать за Кейном.
- Я знаю, но не позволю вам убить негодяя, - сказал Бартоу. - Его нужно
судить.
- Вы что, забыли? Закон в Денвере давно уже на стороне Дюка. Он успел купить
всех, кого нужно, - шерифа, судью. Я
уверен в том, что этот гад сумеет выкрутиться.
- Я отвезу его в Пуэбло. Шериф в этом городе - мой старинный друг и очень
порядочный человек. Можете быть
уверены, Дюк получит все, что ему причитается.
Кейн с большой неохотой отошел от распростертого на земле Дюка, и шериф
Бартоу облегченно вздохнул. Слава богу,
Кейну не придется отвечать за убийство такой твари, как Дюк.
- А теперь расскажите обо всем по порядку.
- Этот ублюдок запер Гленну здесь, в хижине, и бросил в одиночестве на целую
неделю. Говорит, что о пожаре ничего
не знал до сегодняшнего вечера.
Бартоу подошел к сгоревшей хижине и долго ходил по пепелищу. Затем вернулся с
мрачным лицом и сказал:
- Я нашел там только остатки керосиновой лампы, несколько сплавившихся
оловянных мисок - вот и все, пожалуй.
Пламя, надо полагать, было очень сильным. И еще, я не нашел ни обугленных
останков, ни костей. Это дает надежду на то,
что Гленна успела убежать.
- Этот подлец позаботился о том, чтобы она не могла сбежать, - возразил Кейн,
глядя на Дюка ненавидящим взглядом.
- Заколотил наглухо все окна и дверь. Нет, она мертва, Бартоу. Гленна мертва.
- Возьмите себя в руки, Кейн, - приказал Бартоу, хотя и сам едва владел
собой. - Гленна могла спастись. Возможно,
огонь прожег большую дыру в одной из стен, и она успела выскочить. Вообще при
пожаре могло произойти все, что угодно.
Повисла долгая, мучительная пауза. И Кейн, и Бартоу прекрасно понимали, что
спастись при таком пожаре можно только
чудом. Но часто ли на свете бывают чудеса? Правда, Кейн находился сейчас в таком
состоянии, когда хватаются за любую
соломинку, лишь бы оставить в душе тень надежды на лучшее.
- Судя по всему, пожар случился несколько дней тому назад. Это место не очень
далеко от города. Если Гленна
спаслась, то где, скажите, она сейчас? Почему она до сих пор не объявилась, не
попросила помощи у своих друзей? -
спросил Кейн.
Бартоу давно уже придумал, что ему сказать, когда Кейн спросит об этом.
- Пока не найдено тело, мы должны исходить из того, что Гленна жива, а ее
возвращению в Денвер мешают какие-то
непредвиденные обстоятельства. Быть может, она опасается встречи с Дюком.
Кейн посмотрел на шерифа с безысходной тоской и недоверчиво покачал головой.
С той минуты, когда он увидел
пепелище, рухнули все его надежды. Гленна мертва, и ни к чему обманывать себя,
продолжать заведомо ненужные поиски,
верить в то, чего нет и не будет уже никогда. Так, во всяком случае, говорил
разум, хотя сердце Кейна отказывалось
прислушаться к его голосу.
- Кейн, вы слышали, что я сказал? - пов
...Закладка в соц.сетях
