Жанр: Любовные романы
Безумное обещание
...тью и выбраться из-под тела. Она встала
на колени возле лежащего на боку мужчины и настороженно коснулась его руки.
Собравшись с духом, Сара ткнула его посильнее. Бельмо перекатился на спину,
широко раскинув руки. В его единственном зрачке медленно угасала жизнь.
Прошло несколько минут, прежде чем Сара поняла: он мертв.
Грандиозность происшедшего потрясла Сару до глубины души. Она убила
человека! Разумеется, она защищалась, да и смерть такого мерзавца, как
Бельмо, вряд ли можно считать большой потерей для общества. Но он оказался
первым существом, которого Сара лишила жизни.
Она села на землю, обняла колени руками и заплакала.
И вдруг страшная мысль поразила ее: она совсем забыла о приятеле Бельмо.
Сара вскочила и тревожно огляделась, но вокруг было тихо. Она не заметила
ничего необычного и не почувствовала ничьего присутствия. Ее взгляд упал на
ружье Бельмо, которое тот оставил в кустах. Шон научил Сару обращаться с
пистолетом, чтобы она могла в случае опасности выстрелить в воздух и позвать
его на помощь, если он будет в этот момент далеко. Однако свою любимую
Кэти
Шон никогда не позволял ей брать в руки, поэтому опыта стрельбы из
ружья у Сары не было. Правда, она не раз наблюдала за Шоном, когда тот
стрелял, и решила, что справится.
Сара повертела ружье Бельмо в руках, желая убедиться, что оно заряжено.
Затем осторожно зажала приклад под мышкой, направила ствол в небо и нажала
на спусковой крючок. Отдача была очень сильной, и Саре показалось, будто у
нее сломана ключица, но, пошевелив рукой, она убедилась, что это не так.
Сара отошла подальше от трупа и стала ждать. Совсем скоро со стороны пещеры
раздался встревоженный голос Шона:
— Сара! Где ты, крошка?
— Я здесь, Шон! — закричала она, поднявшись и размахивая руками.
— О Господи! — вымолвил Шон, добежав до нее и наткнувшись на
бездыханное тело в траве. Он перевел взгляд на Сару. — Он напал на
тебя. — Это был не вопрос, а утверждение. — Мне очень жаль, детка,
что тебе пришлось пережить такое. — Шон обнял ее, и Сара разрыдалась в
его объятиях. — Все в порядке, дорогая. Не надо плакать. Бельмо не
стоит твоих слез. Такому мерзавцу не место под солнцем!
— Но ведь я убила человека!
— Да, и слава Богу, что у тебя хватило смелости сделать это. Ты не
представляешь, что он мог сотворить с тобой.
— А его дружок? Вдруг он где-то поблизости?
— Француз? Я сильно в этом сомневаюсь, — покачал головой
Шон. — Бельмо хоть и бандит, но храбрости ему не занимать. А Француз
труслив как заяц. И потом вряд ли Бельмо поделился с ним своими намерениями.
Скорее всего он попросту улизнул от приятеля. Француз не вернется ему на
выручку хотя бы потому, что теперь в его руках весь их товар. — Шон
подтолкнул Сару к дому, нежно поцеловав в щеку. — Иди, детка. Тебе
лучше вернуться, а я его похороню. Уверяю тебя, ни одна живая душа не станет
горевать по нему.
Шагнув через порог дома, Шон нашел Сару спокойной и невозмутимой. Она
справилась с собой, осознавая, что со временем, когда ощущение крови на руке
сотрется из памяти, ее не будет мучить совесть.
— Скоро нам предстоит двинуться в обратный путь, Сара, — сказал
Шон. — Мы заготовили столько шкурок, что мулы с трудом увезут такой
груз. Нам придется идти пешком. Как ты относишься к пешей прогулке, детка?
Мы дойдем до Миссури, а там попытаемся нанять плоскодонку до Сент-Луиса.
— Мне кажется, после того, что случилось сегодня, я смогу вынести
все, — с тяжелым вздохом ответила Сара.
Глава 15
Приготовления к дальнему пути заняли у них трое суток. Они высушили и
обработали последнюю партию шкурок. Шон упаковывал их с явным удовольствием
в предвкушении хорошего барыша.
— Пожалуй, это самая удачная из моих зимовок. И все благодаря тебе,
Сара Мади, — улыбнулся он. — Когда мы доберемся до Сент-Луиса, ты
станешь состоятельной женщиной. Тебя должно это радовать.
— Это меня радует, Шон, — серьезно ответила она. — А куда ты
отправишься из Сент-Луиса?
— В Новый Орлеан, конечно. Как всегда. А ты?
— Ума не приложу. Наверное, тоже в Новый Орлеан.
Если ты согласишься взять меня с собой.
— С радостью соглашусь. — Он ласково провел кончиками пальцев по
ее щеке. — Но ты выглядишь встревоженной. Почему, детка?
— Из-за Жиля Брока. Как ты думаешь, он все еще там?
— Я сильно в этом сомневаюсь, дорогая. Наверняка он уже очень далеко
оттуда. Такой тип, как Брок, не станет долго засиживаться в одном месте.
Если судить по тому, что ты мне про него рассказала. Не бойся... — Его лицо
вдруг потемнело, а взгляд стал холодным, как стальной клинок. — Даже
если он там, я сумею защитить тебя. Так что выкинь из головы мысли о нем.
Кроме шкурок, Шон взял в дорогу только самые необходимые для долгого
путешествия вещи. Остальной скарб он закопал неподалеку от пещеры.
— Даже если сюда забредет в мое отсутствие какой-нибудь мерзавец,
украсть ему будет нечего.
Капканы я всегда оставляю, потому что они слишком тяжелые, чтобы возить их с
собой туда и обратно. Но я должен быть уверен в том, что с ними ничего не
случится.
Когда они закончили приготовления, была уже глубокая ночь. Они наскоро
поужинали, и Шон тут же закурил свою обычную, последнюю перед сном трубку.
— Нужно пораньше лечь, детка. Завтра на рассвете отправляемся. Нам
предстоит долгий путь.
Сара испытывала противоречивые чувства накануне отъезда. Несмотря на все
трудности, с которыми ей пришлось столкнуться на зимовке, жить вдвоем с
Шоном в этой глуши ей понравилось. А главное, ей удалось выстоять, она
выжила в этих нечеловеческих условиях и даже научилась с оружием в руках
бороться за свою жизнь. Она перестала тяготиться тем, что убила человека. В
этих краях быстро привыкаешь к тому, что человеческая жизнь гроша ломаного
не стоит. Саре было немного жаль покидать пещеру, которая стала ее первым
собственным домом, где она познала трудности быта, боль и радость. Она без
восторга относилась к перспективе возвращения в цивилизованный мир, где
царили злоба, жадность и порок.
В эту ночь Сара была страстной и требовательной к Шону. Они любили друг
друга с таким пылом, что оба пришли в полное изнеможение.
— Интересно, дорогая, будешь ли ты любить меня так же страстно, когда
мы вернемся из этой глуши к людям? — хмыкнул в темноте Шон.
Сара промолчала, потому что не знала, что ответить.
Она просто свернулась калачиком у него под боком и заснула.
Когда Шон растормошил ее, было еще темно.
— Вставай, спящая красавица! Мулы нагружены и готовы в путь. Я уже
целый час на ногах, пока ты сладко спишь, и давно все приготовил.
Они покинули пещеру с первыми лучами восходящего солнца. Сара оглянулась на
пещеру всего один раз ей было грустно и в то же время радостно. Шон никогда
не заговаривал об этом, но она часто задумывалась, суждено ли ей вернуться
сюда с ним следующей зимой. Скорее всего нет. Вероятно, ей удастся найти в
Новом Орлеане занятие, более подходящее для женщины.
Правда, кое в чем зимовка, несомненно, пошла ей на пользу. Тяжелый труд и
лишения закалили ее, сделали более выносливой. Шон сразу взял быстрый темп,
но о том, чтобы хотя бы часть пути проделать верхом, не могло быть и речи.
Мулы были нагружены под завязку, а расстаться с частью бесценных шкурок Шон
не согласился бы ни при каких обстоятельствах. Он заранее велел ей сшить
несколько пар мокасин в дорогу, и Сара вскоре по достоинству оценила его
предусмотрительность. После недели пути первая пара обуви превратилась в
лохмотья.
В основном тропа шла по равнине, которую пересекали полноводные ручьи,
стремительно несущие в реку талые воды с западных предгорий. Перейти их
вброд, а главное, перевести мулов удавалось иногда с большим трудом.
Здесь водилось много дичи, и Шон без труда добывал пропитание. Через
несколько дней пути он подстрелил антилопу, а позже наткнулся на мирно
пасущееся стадо бизонов и подкараулил взрослого детеныша, отбившегося от
остальных. Так что в свежем мясе недостатка у них не было.
Пару раз путникам приходилось обходить стороной поселения индейцев.
— Скорее всего нас бы приняли радушно, но испытывать судьбу все же не
стоит, — говорил Шон. — Даже если индейцы настроены дружелюбно,
коротким визитом от них не отделаешься. Нам пришлось бы погостить у них
несколько дней, а такая задержка нам ни к чему. Индейцы обижаются, когда их
гостеприимством пользуются недолго.
Наконец они достигли берега Миссури. Река оказалась широкой, с медленным
спокойным течением. Она еще не опустилась после весеннего разлива, вода была
грязной, мутно-рыжеватой от глины. Шон взял курс на восток, держась как
можно ближе к берегу и высматривая подходящее судно, чтобы нанять его до Сент-
Луиса.
Однако по пути им попадались только утлые лодки и индейские пироги, которые
не смогли бы увезти двух пассажиров и их навьюченных мулов.
— В основном это скупщики пушнины, — объяснил Шон. —
Торопятся в Сент-Луис с товаром. Как правило, они передвигаются вверх и вниз
по реке на собственных лодках. С одной стороны, это быстро и удобно, а с
другой — опасно. Ведь им приходится часто оставлять лодки без присмотра,
чтобы добраться до равнинных индейских племен и купить у них шкурки. А в
этих местах полно воров и мошенников.
Через два дня они увидели на реке плоскодонку. Шон вдруг остановился,
вскинул руки вверх и закричал. Человек на борту отозвался и указал на
песчаную косу вниз по течению, куда, вероятно, собирался пристать.
При помощи длинных багров команда плоскодонки стала маневрировать, направляя
судно к берегу. Шон подгонял мулов к указанному месту ивовым прутом. Когда
они достигли берега, плоскодонка уже пристала, ее нос на одну треть ушел в
глинистый песок.
— Шон! — закричал высокий плотный человек, по-видимому, владелец
судна. — Сколько лет, сколько зим!
— Как насчет того, чтобы отвезти нас в Сент-Луис, Торни? —
отозвался Шон. — Я хорошо заплачу, когда продам шкурки.
Торни задумчиво почесал подбородок, оглядывая тюки с грузом.
— Я бы рад услужить тебе, Шон, но не получится. Сам видишь, сколько у
меня всего на борту.
— У меня есть свежее мясо, которым я не прочь поделиться. Убил молодого
буйвола. Много еще осталось.
— Здорово! Это сильно меняет дело. Мои ребята озверели без мяса.
Сваливай свои пожитки на борт. Для мулов и женщины тоже найдется местечко.
Шон стал разгружать мулов и передавать тюки со шкурками матросам. Команда
состояла из четырех человек не считая Торни. Мулы упирались и не хотели
лезть в лодку. Сара тянула их под уздцы, Шон подталкивал сзади, хлестая
хворостиной. В конце концов воля человека сломала упрямство животных, мулов
подняли на борт, стреножили и привязали.
— Знаешь, Шон, я не очень-то люблю возить животных, — задумчиво
оглядел мулов Торни. — Если они запаникуют, то могут потопить лодку.
— В Сент-Луисе мне без них не обойтись, Торни. Ты знаешь, я не могу их
оставить, — ответил Шон. — Они успокоятся, как только попривыкнут
немного. Я прослежу, чтобы они не доставили тебе хлопот.
— А, ладно, черт с ними! Привяжи их покрепче, — он бросил косой
взгляд на Сару. — Я вижу, ты взял себе скво, Шон?
Не успел тот раскрыть рот, как Сара шагнула вперед и, гордо выпрямившись,
ответила:
— Я не скво. Меня зовут Сара Мали.
Шон сконфуженно улыбнулся и развел руками.
— Вот как! Белая женщина! Только очень смуглая и одета по-индейски.
Откуда она у тебя, приятель? — хохотнул владелец плоскодонки и добавил,
обращаясь к команде:
— Эй вы, водяные крысы! Пошевеливайтесь, пора отчаливать!
Все мужчины, включая капитана и Шона, взяли в руки багры и стали упираться
ими в береговой песок. Лодка медленно, дюйм за дюймом сползала в воду. Через
несколько минут ее подхватило течением и закрутило в водовороте.
Два матроса с помощью тех же багров выровняли ее.
Когда плоскодонка взяла нужный курс и вся команда занялась делом, капитан
снова подошел к Шону и Саре:
— Ты, наверное, не знаешь последних новостей?
— Каких еще новостей?
— Война за независимость закончилась!
— И кто победил? Хотя глупо спрашивать. Конечно же, колонисты.
— Как ты догадался? — изумился Торни.
— Тщедушным англичанам не выжить в этом диком краю. — Шон
оглянулся на Сару и лукаво улыбнулся. — Разве что за некоторым
исключением.
Сент-Луис сильно разросся с тех пор, как Шон был здесь в последний раз. На
улицах толпилось множество людей, в основном охотники и скупщики пушнины,
как с неудовольствием отметил Шон.
Сару поразил этот огромный поселок, выстроенный на отвесном речном берегу на
высоте тридцати футов над уровнем бурных вод Миссисипи.
— Город построил умнейший человек, — объяснил ей Шон. —
Француз по имени Пьер Леклед заложил его в 1764 году. Он сообразил, что,
если поставить дома ниже, каждую весну их будет сносить наводнением. Так что
Сент-Луису паводок не угрожает. У этого города своя история.
Сначала он принадлежал французам, потом испанцам. Официально здесь до сих
пор правят испанцы, но девяносто процентов населения французского
происхождения. Главным образом охотники и торговцы. Даже нынешний мэр и тот
француз.
Река еще не вернулась в обычное русло после паводка, но ил уже осел, поэтому
лодка могла легко подойти к берегу. Больших и маленьких судов здесь было видимо-
невидимо. Шон быстро выгрузил мулов и тюки со шкурками, взвалил поклажу на
животных, которые были рады снова почувствовать под ногами твердую почву, и
врезался со своим караваном в людскую толчею.
Сара держалась за круп последнего мула, стараясь не потеряться в толпе. Она
отвыкла от людей и в первый момент растерялась. Кроме того, ей было неловко
показаться в одежде, сшитой из шкур. Однако она преодолела смущение и страх,
расправила плечи и зашагала бодро и уверенно. Вскоре ей стало ясно, что
ровным счетом никто не обращает на нее внимания. Сара вдруг осознала, что
почти за год пребывания в Новом Свете ей впервые довелось оказаться в
городе. Она высадилась на берег на окраине Нового Орлеана и видела его
только с борта
Северной звезды
.
Неудивительно, что знакомство с Сент-Луисом произвело на нее противоречивое
впечатление: он напоминал Саре грубое, примитивное существо, в груди
которого билось молодое энергичное сердце.
Сара с трудом поспевала за Шоном и с жадным любопытством всматривалась в
дома и прохожих. Она замечала среди толпы индейских женщин, одетых так же,
как и она, которые, покорно опустив головы, шли за своими мужчинами.
Шон вдруг остановился возле длинного одноэтажного кособокого барака, над
дверью которого красовалась криво прибитая вывеска:
Торговая компания
Фортьера. Покупка и продажа пушнины. Одежда для дам
.
— Это заведение моего давнего приятеля и компаньона, детка, —
сообщил Шон. — Поскольку у Жака хранятся мои деньги, ты сможешь
подобрать себе что-нибудь из одежды, прежде чем мы вернемся в Новый Орлеан.
Тебе не придется ждать, пока я улажу свои дела с Жаком. Так что... — Он
широким жестом предложил ей войти.
— Шон, неужели?.. — Ее глаза радостно засверкали. — Скажи, а
можно здесь найти комнату, чтобы принять душ и переодеться?
— Я думаю, вы легко найдете ее в любой гостинице, мисс Мади, —
сдержанно отозвался Шон. — Давайте все же для начала переступим порог
владений месье Фортьера.
Хозяин дома и владелец торгового заведения оказался маленьким суетливым
человечком с сияющими глазами и счастливой улыбкой на лице.
— Шон! Друг мой! — Он бросился в объятия Шона и расцеловал его в
обе щеки, привстав на цыпочки. — Бог мой, как я рад снова видеть тебя!
Фортьер с интересом посмотрел на спутницу друга, и Шон поспешил
удовлетворить его любопытство.
— Это Сара Мади, Жак. А этого маленького француза зовут Жак Фортьер.
— Для меня это большая честь, мадемуазель. — Он взял ее руку в
свою и поднес к губам.
— Леди нужна подходящая одежда, Жак. Может быть, она выберет что-
нибудь, пока мы обсудим наши дела?
— Разумеется, мой друг. Следуйте за мной, мадемуазель.
Жак повел Сару к двери в конце длинной комнаты с низким потолком, где они
только что беседовали. Сара разглядывала содержимое стеллажей, которые
тянулись вдоль стен. Здесь было самое разное оружие — пистолеты, ножи,
ружья, а также охотничье снаряжение — капканы, одеяла, походные котелки и
шкуры буйвола. От такого разнообразия вещей у Сары голова пошла кругом.
Они оказались в смежной комнате, и у нее дух захватило от обилия платьев.
Целый прилавок отводился под парики, другой был завален модными туфлями.
— Мари, радость моя! — позвал Фортьер.
Из глубины комнаты выплыла крупная пышнотелая женщина.
— Это моя жена Мари. Познакомься с Сарой Мади, дорогая. Ей нужно
подобрать одежду. — Он широко развел руками. — Пусть выбирает все,
что ее душе угодно. — Жак подмигнул Cape. — Я видел мулов Шона.
Судя по поклаже, зимовка оказалась удачной. Так что вы можете позволить себе
все самое лучшее, мадемуазель. Не стесняйтесь.
Когда Фортьер ушел, Сара выразила восхищение ассортиментом товаров,
представленных в лавке.
— Поскольку мы находимся вдали от центров моды, мисс Мади, поступления
новых моделей и фасонов крайне редки. Но у нас есть своя постоянная
клиентура, хотя вас это, возможно, удивит. В новой части города, на горе, в
последнее время строят шикарные дома, и туда приезжают богатые европейцы с
женами. Кроме того, индейские женщины теперь тоже... — миссис Фортьер широко
улыбнулась, — отправляясь с охотниками на зимовку — вы знаете, такое
часто бывает, — хотят одеваться модно. Представляю, как выглядят скво в
шелковых платьях среди заснеженных равнин! В таких условиях наряды быстро
приходят в негодность. Многие из них возвращаются в одежде из кожи и тут же
спешат обновить городской гардероб, чтобы снова стать похожими на настоящих
леди.
Саре понравилось бархатное платье. Миссис Фортьер одобрила ее выбор:
— Оно пойдет к вашим глазам.
— Я хочу показать его Шону! — воскликнула Сара и как была босиком
бросилась в соседнюю комнату, где мужчины о чем-то горячо спорили, судя по
повышенному тону Шона и оживленным жестам француза. — Шон! Смотри!
Шон оглянулся, и Сара медленно повернулась, чтобы он мог увидеть ее со всех
сторон.
Он онемел от неожиданности. Впервые за все это время Сара предстала перед
ним в красивом наряде, и он вынужден был признаться себе, что никогда не
видел женщины прекраснее.
— Ну? — нетерпеливо спросила она. — Что ты думаешь?
— Я думаю, детка, что ты прекрасна, — смущенно кашлянув, вымолвил
Шон.
— Я о платье, — вспыхнула Сара. — Меня интересует, что ты
думаешь о платье.
— Ах, о платье... — Шон подошел к ней и, взяв за плечи, стал медленно
поворачивать перед собой, всем своим видом демонстрируя глубокую
сосредоточенность.
Сара заметила, что Жак Фортьер даже не пытается скрыть понимающую улыбку.
— Шон! — сердито топнула босой ногой Сара.
— Что ж, я думаю, платье тебе идет. Хотя наряд скво тебе больше к лицу.
— Ты невыносим! — Она круто развернулась и пошла прочь. Но в тот
момент, когда Шон уже не мог видеть ее лица, на нем вспыхнула счастливая
улыбка.
Сара заявила миссис Фортьер, что берет это платье, а также бордовую накидку,
синюю шляпку в тон платья, нижнее белье, туфли, тапочки, капот, перчатки и
туалетные принадлежности. Кроме того, она выбрала небольшой саквояж, куда и
сложила покупки.
Когда она вернулась к мужчинам, сгибаясь под тяжестью саквояжа, те по-
прежнему спорили. Оба кричали так, что невозможно было разобрать слов, и
размахивали руками.
— Шон! — позвала она его.
— Ты уже закончила, Сара? — спросил он, обернувшись с улыбкой.
— Надеюсь, мадемуазель нашла в моем скромном магазинчике все, что
нужно? — Жак весело подмигнул ей.
— Да, сэр, благодарю вас. Шон, когда ты освободишься и мы сможем уйти?
— Не раньше чем через несколько часов, детка. С этим французом всегда
так: прежде чем заключишь сделку, необходимо сорвать голос.
— Но я не хотела бы ждать так долго, — расстроилась Сара. —
Мне нужно принять ванну и переодеться.
— А тебе и незачем ждать, детка. Отправляйся в
Фостер-хаус
. Это
лучшая гостиница в городе. Чистые комнаты, хорошая кухня. А хозяйка, Далей
Фостер, просто замечательная женщина. Пойдем, я найму тебе экипаж. — Он
взял ее под руку и повел к выходу. — Сара, тебе придется сделать кое-
что для нас обоих. Я не знаю, сколько времени пробуду здесь. У меня есть еще
дела. Так вот, после того как ты приведешь себя в порядок и переоденешься,
возьми экипаж и поезжай на пристань. Надо найти угольную баржу, которая
согласится отвезти нас в Новый Орлеан. Ты должна обо всем договориться. Днем
ты будешь в полной безопасности. Матросы — народ грубый, но вреда тебе не
причинят. К тому же тебе будет проще найти с ними общий язык, чем мне. Вот
деньги. — Он протянул ей несколько монет.
— Хорошо, Шон. Только позаботься о том, чтобы все веши, которые я купила, прислали в гостиницу.
— Договорились. — Он поцеловал ее в щеку. — Я сам их принесу.
Фостер-хаус
, как и обещал Шон, оказался чистым и уютным заведением После
барака Фортьера комната, в которую ее проводили, показалась Саре дворцовыми
покоями. Здесь были большая медная кровать, мягкие стулья, платяной шкаф и
зеркало. Сара выразила желание принять горячую ванну. Сын миссис Фостер
приволок в ее комнату ванну и несколько ведер воды. Юноша не сводил с Сары
восхищенных глаз, пока занимался этими приготовлениями. Выпроводив его за
дверь, Сара сбросила грязную кожаную одежду и с наслаждением погрузилась в
воду. Она не помнила момента, когда была так счастлива, В полдень Сара
сидела перед зеркалом в бархатном платье и причесывалась новой щеткой. Затем
она высоко подняла волосы на затылке и закрепила шпильками Женщина, которая
глянула на нее из зеркала, казалась незнакомкой, Потемневшая на солнце и
приобретшая бронзовый оттенок кожа подчеркивала глубину фиалковых глаз.
Черты лица чуть заострились, его выражение стало более зрелым Сара надела
шляпку так, чтобы из-под ее полей кокетливо выбивалось несколько прядей,
взяла сумочку и перчатки и спустилась вниз. Ее ждал вкусный обед,
приготовленный на настоящей кухне, а не на костре.
После обеда Сара наняла экипаж и отправилась на пристань. Лодок, плоскодонок
и барж здесь было множество.
Повсюду сновали грязные грубые матросы, таскавшие огромные тюки. В воздухе
стояла ругань. Пристань напоминала большой суетливый муравейник, где каждый
был занят своим делом.
Сара чувствовала на себе любопытные и восхищенные взгляды мужчин, но никто
не осмелился приблизиться к ней или отпустить в ее адрес сальную шуточку.
Вид угольных барж привел ее в подавленное состояние духа. Они показались ей
грязными, неповоротливыми и плохо оснащенными. Сара прошла вдоль всей
пристани и увидела в стороне две баржи, которые выглядели получше, чем
остальные. На одной из них широкоплечий высокий мужчина перекладывал тюки со
шкурками с одного места палубы. на другое.
— Прошу прощения, сэр, не могу ли я... — начала Сара, подойдя к барже.
Мужчина, занятый своим делом, оглянулся на голос.
— Да? Что такое? — пробурчал он недовольно, снимая фуражку и
вытирая со лба пот рукавом куртки.
— Я бы хотела... — Сара онемела, уставившись на человека. Это
невероятно! — Капитан Хоукинс? Джеб?! — изумленно воскликнула она.
Мужчина замер на мгновение, и тут же его бородатое лицо озарила радостная
улыбка.
— Сара Мади?! Бог мой, неужели это ты! — Он протянул к ней руки.
Жиль Брок быстро освоил премудрости своего нового занятия — речного
пиратства. Ему потребо
...Закладка в соц.сетях
