Жанр: Любовные романы
На пороге любви
...опях, обсуждая все детали
общего дела. Только дела, ничего больше. Он до нее даже не дотрагивался.
— Мы виделись очень часто, — призналась Джессика и объяснила почему.
— Так, и что же ты теперь испытываешь к Эвану?
— Я рада, что он добился успеха. Но между нами ничего нет, он даже не притворяется влюбленным.
— В таком случае почему ты ничего не сказала Дамиану? Вам надо
объясниться.
— Когда? — кисло возразила Джессика, думавшая об этом тысячу раз. —
Времени совсем не оставалось, мы были страшно заняты делом Эрла Кресса.
Вчера вечером я попыталась завести с ним разговор, но Дамиан моих попыток не
поддержал. Думаю, на сей раз твоя знаменитая интуиция не сработала.
— Мы уже это проходили, — разочарованно буркнула Кэти.
— Эван, конечно, встречается со мной лишь для видимости. Может, и этот
самый снимок он сам организовал. На него похоже.
— А ты не боишься, что он в тебя влюбится?
— Нет. Его сердце так разбито, что не скоро заработает в полную силу.
Кэти, помолчав, заметила:
— Он мечтает о семейной жизни. Не забывай об этом, Джесс. Как бы ни был
он сейчас разочарован, может случиться, что он... сильно привяжется к тебе.
Это будет катастрофа.
Поначалу Джессика и сама этого не на шутку опасалась, но, к счастью,
отношения их оставались чисто платоническими.
— Ты обо мне слишком высокого мнения.
Кэти проигнорировала и это замечание.
— Когда ты с ним снова увидишься?
— Завтра вечером. Приглашена в усадьбу на пикник, посвященный сбору
средств для кампании его отца.
Сама мысль об этом мероприятии ее страшила, и, если бы не возможность
увидеть Дамиана, она отказалась бы от пикника под любым предлогом.
— Счастливо повеселиться.
— Благодарю, — ответила Джессика, понимая, что на веселье ей
рассчитывать не приходится.
Повесив трубку, Джессика приняла душ. Она долго стояла под сильной струей
воды, подставив лицо. После душа она почувствовала себя значительно лучше.
Пора действовать.
На следующий день Эван заехал за ней довольно рано. На нем был белый свитер
с синей тесьмой вокруг V-образного ворота. Выглядел он элегантно, вернее —
изысканно-небрежно. Его глаза одобрительно блеснули при виде Джессики в
цветастом летнем платье с коротким белым жакетиком.
— Надо же! Соседская пигалица превратилась в настоящую красавицу!
— Ты дьявольски сладкоречив, но меня на комплименты не возьмешь, —
отшутилась она. Он был в прекрасном настроении — и имел на это полное право
после своего оглушительного успеха.
Спортивный автомобиль Эвана стоял прямо у входа в ее дом. Он открыл дверцу и
помог ей сесть. Всю дорогу они болтали без умолку. Усадьба Драйденов
расцвела американскими флагами и плакатами, был приглашен оркестр, имелась
даже небольшая трибуна, перед которой выстроились ряды складных стульев.
Джессика твердо решила изыскать возможность объясниться с Дамианом — ей
нужна была полная ясность. Не может же он вечно ее избегать!
Родители ее тоже были здесь, раздавали гостям крошечные американские флажки.
Каждый был чем-нибудь занят, и Джессика включилась в общие хлопоты, не
переставая выискивать глазами Дамиана.
Она как раз раскладывала картофельный салат, когда наконец увидела Дамиана:
он разговаривал с какой-то пожилой женщиной и случайно взглянул в сторону
Джессики. На долю секунды их глаза встретились, но он тут же отвел взгляд.
Джессика проглотила слезы, которые обожгли ей горло.
Как только Джессика управилась с салатом, к ней подошел Уолтер Драйден. Это
был высокий мужчина крепкого вида и, судя по всему, столь же крепкого нрава.
Он обнял ее, поблагодарив за помощь.
— Ты выросла и стала красивой женщиной, Джессика. — Его глубокий голос
словно вторил недавнему комплименту Эвана.
— Спасибо. Кажется, у меня еще не было возможности сказать вам, как я
рада, что вы решили баллотироваться в сенат.
— Нужно было начать кампанию гораздо раньше. Теперь придется
наверстывать упущенное, а это значит, что пару месяцев я буду по горло
занят.
— Вы именно тот человек, который нужен нашему штату, — искренне сказала
Джессика.
— Твое доверие для меня очень много значит. — Они бок о бок расхаживали
по площадке. — К тому же я заготовил для тебя похожую фразу: ты именно тот
человек, который нужен моему сыну.
— Простите?
— Я об Эване.
Джессика не знала, что сказать. Ей хотелось немедленно во всеуслышание
объявить, что она любит Дамиана, но у нее мгновенно пересохло в горле, а
язык, казалось, прилип к нёбу.
— Ты нужна ему, — повторил Уолтер Драйден.
— Он почти в порядке, мистер Драйден. Не нужно за него переживать.
Уолтер Драйден обнадежено кивнул в ответ.
— Мы с Лоис считаем, что это твоя заслуга.
Ее охватила паника.
— Уверена, что это не так.
— Так. Тебе пора научиться принимать комплименты, юная леди. Это
пригодится в жизни тебе — и Эвану соответственно. — Он; помолчал с
глубокомысленным видом. — Я полагаю, мой сын со временем тоже станет
политиком. У него к этому явные способности, пока он немножко зелен, но это
не беда, через несколько годков созреет. Я хотел было силой затащить его в
политику, но Лоис меня отговорила: зачем толкать парня туда, куда его пока
что не тянет.
Джессике очень хотелось надеяться, что у него хватит благоразумия не толкать
своего сына к девушке, к которой его не тянет.
— Однако мы удалились от темы нашего разговора, — заметил Уолтер,
покачав головой. Так вот, я ведь хотел поблагодарить тебя, дорогая моя, за
то, что ты помогла Эвану.
— Но я ему вовсе не помогала!
— Не скромничай. Мой сын так изменился в последнее время. А ведь это я
посоветовал Дамиану взять тебя в нашу контору, и он сразу за эту мысль
ухватился. Мы попали в самую точку.
— Мне за многое нужно благодарить Дамиана, — произнесла Джессика, но
так, тихо, что он вряд ли услышал.
— А, вот вы где! — воскликнул Эван, появляясь позади них. — Ну и нравы!
Отец крадет у собственного сына девушку!
Уолтер хмыкнул.
— Только на время, сынок. Не буду вам мешать, развлекайтесь. Вы оба
здорово потрудились. Сделайте передышку и улизните в местечко повеселее.
— Но ваша речь! — запротестовала Джессика.
— На кой ляд вам моя речь? Мои речи ты можешь слушать хоть каждый день.
Пока!
Эван взял ее за руку, и они, обойдя площадку с трибуной, направились к тому
месту, где росли плакучие ивы. Джессика обнаружила, что настроение Эвана
изменилось. Сейчас он казался озабоченным. Она ждала, когда он объяснит, что
случилось.
— Не возражаешь против серьезного разговора? — спросил он через
мгновение.
— Не возражаю. — Сердце ее облегченно дрогнуло. Добрая порция
откровенности им обоим не повредит. Она остановилась и прислонилась к стволу
дерева. Деревья слегка прикрывали их от любопытных глаз, и девушка была рада
уединению.
— Странный же у нас роман, Джессика. Сплошная показуха.
— Вот именно. — Она подумала о своей матери, о ее матримониальных
планах. Уолтер Драйден тоже твердо настроен на свадьбу. Надежды
родственников зашли слишком далеко.
— Я всю неделю хотел с тобой поговорить, но мы работали в таком бешеном
темпе...
— Да уж, неделька была не из легких, — согласилась Джессика.
— Светская хроника считает нас любовной парочкой.
— Светская хроника интересуется в основном тобой. Ты же принадлежишь к
одной из самых известных семей Бостона.
Эван хмыкнул.
— Что правда, то правда. — Он взял ее руку и задержал в своих ладонях.
— Мне бы хотелось покончить с дешевой шумихой вокруг нас. Я готов связать
свою жизнь с одной-единственной женщиной.
Сердце у Джессики оборвалось. Если он сейчас предложит ей выйти за него
замуж, она просто не выдержит и разрыдается. Все вступили против нее в
сговор, даже ее собственные родители.
— Я... Ты мне всегда нравился, Эван, но должна предупредить тебя...
будет нечестно, если я...
— Какое пресное словечко: нравился! — вдруг прервал он ее и нахмурился.
Ей не хотелось уязвлять его чувство собственного достоинства, и так уже
достаточно уязвленное.
— Я знаю, но...
— Подумать только, что мы даже ни разу не целовались! — Он улыбнулся,
глаза зажглись мальчишеским озорством. — Это нужно исправить, милая
Джессика. — Он взял ее лицо в ладони и, прежде чем она смогла
воспротивиться, приблизил к ней губы.
Поцелуй был мягким, нетребовательным и нежным. Джессика не почувствовала
ровным счетом ничего, кроме все более непреодолимого желания плакать. Что
она могла чувствовать к Эвану, когда ей так нравится Дамиан?! Да,
нравится
— словечко пресное. Она любит Дамиана!
Эван поднял голову и заглянул ей в лицо. Глаза его вдруг стали темными и
непроницаемыми. Мгновение он разглядывал ее.
— Я не стану давить на тебя, Джессика. Мы подождем. — Откинув завиток
волос с ее щеки, он поцеловал ее, губы тепло и влажно коснулись ее лица.
И вот тогда Джессика увидела Дамиана. Он стоял в последних рядах толпы,
собравшейся послушать речь Уолтера Драйдена. Его взгляд был устремлен на
Эвана и Джессику. Обнаружив, что она его заметила, он повернулся и быстро
зашагал прочь, казалось, он вот-вот перейдет на бег.
В безумном порыве Джессика собралась догнать его, но Эван по-хозяйски
положил ей руку на плечи и повел назад, в сторону трибуны.
Все пропало.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Ну? — без единого слова приветствия вопросила Кэти, когда Джессика
открыла подруге дверь в воскресенье вечером. Кэти скинула рюкзак с плеча и
небрежно отбросила его в сторону. — Как прошел пикник?
— С политической точки зрения — весьма успешно. Мистер Драйден собрал
очень много средств для своей избирательной кампании. — Она сознательно
уклонялась от ответа: ее отношения и с Эваном и с Дамианом зашли в такой
тупик, что она даже думать о них боялась.
Кэти знала ее достаточно хорошо, чтобы обо всем догадаться.
— Садись, — скомандовала она, указывая на глубокое кресло, любимое
место Джессики.
Заслышав в голосе подруги диктаторские нотки, Джессика поняла, что та
явилась с очередным гениальным планом, и послушно уселась просто потому, что
у нее не было ни сил, ни желания спорить. Устроившись в кресле, она молчала,
а Кэти мерила перед ней ковер шагами. Джессика почти слышала, с каким
скрипом работают неутомимые мозги подруги.
— Я много думала над твоим делом, — начала Кэти.
— Вижу, — промолвила Джессика, в страхе ожидая, что за этим последует.
— Надо, чтобы ты захромала. — Кэти изрекла это таким тоном, словно
предлагала единственный шанс на спасение.
Джессика расхохоталась.
— Шутишь?
— Я не шучу. Надо, чтобы ты покалечилась. Понарошку, конечно. Хромать
будешь только перед Дамианом, а перед Эваном можешь ходить нормально.
Джессика потрясла головой, не веря своим ушам. По гениальности эта идея
ничуть не уступала предыдущей затее.
— Ради чего я должна изображать из себя идиотку?
— Хромать придется на одну и ту же ногу, — продолжала Кэти, игнорируя
вопрос Джессики и озабоченно поглядывая на нее. — Смотри не перепутай. Не
мешало бы пометить ее, поставить на носок туфли какой-нибудь знак.
Джессика вскинула вверх руки.
— Кэти, ты что, рехнулась? Ничего более дурацкого я не слышала, даже от
тебя!
— Так кажется только на первый взгляд, досадливо ответила Кэти. — Я
актриса и знаю толк в подобных вещах.
— Ты актриса, но жизнь — не театр.
— Жизнь куда проще театра. Именно потому ты должна меня слушаться.
— Нельзя ли попросить тебя поделиться со мной логикой твоих
рассуждений?
— Можно, конечно. — Кэти бойким шагом подошла к дивану и, развалившись
на нем, продолжила: — Поставим на сострадание. Необходимо, чтобы Дамиан
увидел тебя изувеченной: вывихнутая коленка, растянутое сухожилие — что-
нибудь вроде этого. Если сила его любви хотя бы вполовину такова, как я
предполагаю, он кинется тебе на помощь, а как только он к тебе прикоснется —
сразу выдаст все свои чувства. — Она внезапно замолчала. — Однако
предупреждаю. Ты должна быть готова.
— К чему?
— К тому, что он может тебя отлупить от огорчения. У мужчин огорчение —
чувство куда более сложное, чем у нас. Тревожась за любимую женщину, мужчина
вполне способен броситься на нее с кулаками — за то, что не убереглась. Не
исключено, что он отколошматит и Эвана, чтобы глядел за тобой получше. Так и
знай.
— За Эвана не ручаюсь, а меня он отколошматит совершенно точно, —
смеялась Джессика. — Дамиан — человек порядочный и терпеть не может обмана.
— Откуда же ему знать, что это обман?
— Кэти, — перестав смеяться, вздохнула Джессика, — ты представить себе
не можешь, как я ценю твои старания, но калекой притворяться не стану. Да и
какой прок? Актриса из меня никудышная, Дамиан сразу разгадает мою уловку.
Не забывай, что он очень опытный юрист.
Кэти насупилась, в раздумье покусывая нижнюю губу.
— Ладно, — согласилась она наконец. Хромоту отставим. Тогда
единственное, что тебе остается, — откровенность. Выложи ему все как на
духу. Иногда это здорово срабатывает.
— Вот насчет откровенности ты права, — одобрила Джессика. — Я терпеть
не могу шарады и больше всего терзаюсь от ложности своего положения. Мне,
конечно, очень хочется помочь Эвану, но не такой ценой.
— Тогда отрепетируем разговор. — Кэти сдвинулась на край дивана. — Что
ты собираешься сказать Дамиану?
— Я... еще не придумала. — Плечи ее поникли. — Знаешь, чего я больше
всего боюсь? Что Дамиан учтиво улыбнется в ответ на мои признания и скажет,
что очень польщен.
— И в голосе его прозвучит небывалая грусть, — добавила Кэти, не
удержавшись от эффектной фразы.
— Именно. А затем вздохнет и прибавит, что, к сожалению, не разделяет
моих чувств.
— Отрубит по-мужски, — согласилась Кэти. — Солжет не моргнув глазом и
откажется от своего счастья ради брата. А ты не верь ему, вот и все. А вот
мне поверь, Джесс: этот парень любит тебя.
Джессика всем сердцем хотела, чтобы это было правдой. Она взглянула на
подругу, с благодарностью подумав о ее преданности, и вскинула вверх большие
пальцы. Кэти, ухмыляясь, ответила ей тем же.
Эван уже работал в своем кабинете, когда Джессика появилась в понедельник
утром в офисе.
— Доброе утро, — весело приветствовал он. — Наконец-то!
— Сварить тебе кофе? — спросила она, но, глянув на кофеварку,
обнаружила, что Эван уже успел сделать это.
Небрежной походкой он вышел из кабинета с чашкой в руке и присел на край ее
стола, раскачивая одной ногой как маятником. Он улыбнулся ей сверху и
подмигнул.
— Ну как, отдохнула? Готова покорять мир?
Джессика одарила его ответной улыбкой. Понедельник начинался, пожалуй,
слишком улыбчиво.
— Не совсем. Мир я собираюсь покорять со среды или четверга.
— Нет, с этим делом тебе придется поспешить, — небрежно сказал он,
вынимая из внутреннего кармана пиджака два билета и протягивая ей. Джессика
взглянула на них и ахнула от восторга.
— Два билета на сегодняшнюю игру
Ред Сокс
!
— Ты, кажется, любишь бейсбол.
— Обожаю
Ред Сокс
.
— Именно так и сказала мне твоя мама. Берегись, милая Джессика, я
намерен затащить тебя на седьмое небо, смотри не падай!
Девушка вскинула на него глаза. Она давно уже упала с седьмого неба, и ей не
нравилось то место, куда она приземлилась. Сегодня утром она проснулась с
твердым намерением покончить со своей любовной неразберихой — и что же? Все
ее планы рухнули в одно мгновение. А в довершение зол Эван шушукается с ее
матерью, раздобывая сведения.
— Эван, нам нужно поговорить, — сказала она, не поднимая глаз. Всю
дорогу до офиса она репетировала свою речь.
— Не сейчас, Джесс. Извини. Мне придется целый день сидеть в суде на
слушаниях дела Портера. Но не волнуйся, наговоримся вечером, у нас будет
уйма времени. Я заеду за тобой в полседьмого, ладно?
— Ладно, — пробормотала она, выдавив слабую улыбку.
К тому времени, когда Эван заехал за ней, Джессика твердо решила высказать
ему все после матча, подумала она, когда они останутся наедине.
Эван тоже был настроен решительно, видимо собираясь окончательно ее
покорить. У них оказались места прямо напротив основной базы, так что вид
был превосходный. Они наспех перекусили — горячие сэндвичи, соленые орешки —
и даже успели пропустить по кружке пива. Она давно не видела Эвана таким
веселым, он развлекался от всей души. Аплодировал команде, кричал и даже —
когда их любимцы выиграли очередные несколько очков — засунул пальцы в рот и
издал пронзительный свист. За годы своего детского шпионства ей ни разу не
довелось слышать, чтобы он так свистел.
— Мама спустила бы с меня шкуру, — объяснил он, когда она его об этом
спросила. Воспитанному человеку свистеть не полагается, — произнес он так
похоже на Лоис Драйден, что Джессика расхохоталась.
— Неужели ты слушался маму? — поддразнила она.
— Оказалось, что и папа свиста не переносит, — сказал Эван тоном
человека, лишенного счастливого детства.
Джессика слегка удивилась — она предполагала, что Эвану, любимцу семьи,
позволялось все.
Во время седьмой подачи Эван дотянулся до ее руки и сжал пальцы. Она не
оттолкнула его, слишком уж он был мил, на такого не посердишься долго.
Именно об этом его даре — очаровывать — и толковал его отец во время их
последней беседы на пикнике. Эван — прирожденный лидер. Людей всегда тянуло
к нему. Его везде принимали, ценили, обожали, а в трудных ситуациях в нем
видели человека, способного решить все проблемы.
Внезапно Джессика почувствовала, как он напрягся: выпустил ее руку из своей,
оцепенел, пристыл к своему месту. Затем судорожно глотнул воздух, потом,
кажется, вообще перестал дышать.
— Эван?
Он ответил ей вымученной улыбкой. В это мгновение толпа взревела, и
болельщики повскакивали с мест. Джессика понятия не имела, что происходит на
поле. Она смотрела лишь на Эвана и думала только о нем.
— Что случилось? — спросила она, когда шум стих.
— Ничего. — Он снова улыбнулся для отвода глаз, но улыбка вышла кривой.
Случилось что-то серьезное, и она была твердо намерена выяснить, что именно.
— Пойдем, — сказала она и встала, не дожидаясь его. — Мы уходим.
— Джессика, нет, все в порядке. Чего ты всполошилась?
— Не пытайся меня обмануть, я тебя вижу насквозь.
— Давай досмотрим, ничего со мной не случилось, — упирался он.
Не обращая на его слова никакого внимания, она собрала свои вещи и двинулась
к выходу. Ему ничего не оставалось, как потащиться следом.
— Ну и упрямица, непременно ей надо на своем настоять! — брюзжал он,
догоняя ее.
Они вышли со стадиона, их шаги отдавались гулким эхом на каменных ступенях.
Изнутри доносились выкрики и аплодисменты болельщиков. Эван пару раз с
сожалением обернулся назад.
— Ладно, а теперь расскажи мне, что с тобой такое стряслось? —
потребовала Джессика, когда они дошли до стоянки.
— Ничего со мной не стряслось.
— Если ты еще раз скажешь
ничего
, я завизжу. Ну, кого ты увидел? — Но
она уже знала ответ. Только один человек мог вызвать у Эвана такую
болезненную реакцию — женщина, которую он любил и потерял.
— С чего ты взяла, что я кого-то увидел? — разъярился Эван.
— Это была Мэри Джо?
Он остановился так резко, что она проскочила вперед и только через несколько
шагов сообразила, что он отстал.
— Кто тебе рассказал о Мэри Джо? — Голос его звучал хрипло.
— Никто. Надеюсь, что расскажешь ты.
— Извини, Джесс, но...
— Нет, Эван, это ты меня извини, но я все-таки скажу, что думаю: нельзя
так увязать в своем прошлом. Слишком долго ты лелеял свою боль. Пора ее
отпустить. Давно пора! — Джессика сунула руку ему под локоть и потащила к
машине.
Всю дорогу до ее дома он угрюмо молчал. Джессика вовсе не была уверена, что
поступает правильно, настаивая на исповеди, которая может разбередить его
рану. Но, с другой стороны, она понимала, как опасно замыкаться в своем
несчастье.
Джессика прошла на кухню, включила свет и сварила кофе. Эван сперва уселся,
но вскоре встал и начал бродить по ее крошечной квартирке.
Через несколько минут Джессика устроилась в своем любимом кресле, наблюдая,
как Эван нервозно разгуливает по комнате. Она не торопила его, не понукала
ни единым жестом, понимая, как трудно ему приступить к рассказу о своем
любовном крахе.
— Мы встретились случайно, — начал он тихим, напряженным голосом. —
Правда, потом я стал в этом сомневаться.
— Ты хочешь сказать, что она подстроила вашу встречу?
Эван широко раскрыл глаза от удивления.
— Нет... что ты! Я хочу сказать, что в жизни случайности не случайны.
— Понятно.
— Встретились на пляже, я был там со своими друзьями. Мы играли в
волейбол, потягивали пивко, в общем, развлекались, отдыхая от монотонных
будней. Вода, солнце, смех — сама знаешь, как приятно расслабиться на свежем
воздухе.
Он перестал ходить и обернулся к ней.
— Друзья мои уже ушли, а я еще долго бродил по берегу — и вот тогда-то
я повстречал Мэри Джо. Она выгуливала собаку, и старик Файто вырвался.
Девушка гонялась за ним по пляжу, а я, геройский парень, поймал ей поводок.
Она остановилась, чтобы поблагодарить меня, так мы и познакомились. Изящная,
хорошенькая, с огромными карими глазами, которые... Ладно, не буду
отвлекаться.
— Она тебе понравилась сразу?
Эван кивнул.
— Было в ней что-то необычное, свежее. Мне сразу захотелось узнать ее
поближе, и я пригласил ее поужинать. И просто остолбенел, когда она
отказалась.
Это и вправду что-то новенькое, подумала про себя Джессика.
— А почему она отказалась?
— По нескольким причинам, и все они не стоили выеденного яйца. Она
бесподобно смеялась, и я обнаружил, что говорю всякую ерунду, лишь бы
слышать ее смех снова и снова. С Мэри Джо мне и самому все время хотелось
смеяться. Никогда я не проводил такого веселого вечера.
— Она все же согласилась с тобой поужинать?
— Не совсем. — Погруженный в воспоминания, Эван долго молчал.
Джессика терпеливо следила за игрой чувств на его лице. Сначала глаза его
загорелись, потом заволоклись такой болью, что она едва удержалась, чтобы не
взять его за руку. Губы тоже говорили о многом. Они дрогнули, когда он
впервые упомянул о Мэри Джо, как будто эта встреча все еще удивляла и
радовала его. Но уже через мгновение уголки рта опустились, на место улыбки
пришла гримаса. Джессике хотелось утешить его, но она боялась его обидеть.
— В общем, — продолжал Эван задумчиво, — весь этот вечер и почти всю
ночь я провел с Мэри Джо. Мы развели на берегу костер и проговорили до утра.
После этого мы начали встречаться постоянно. Она казалась мне такой
необыкновенной, пришедшей из другой жизни. Мэри Джо — младший ребенок в
семье, в которой шестеро детей. Она единственная девчонка. Как-то в
воскресенье я познакомился со всем семейством, мать настояла, чтобы я
остался на ужин. В жизни не видел ничего подобного! По всему дому носятся
дети. У Мэри Джо куча невесток, и почти все беременны. Живут дружно и
весело. Шутки, смех, розыгрыши. Моих родичей тоже занудами не назовешь, но
это совсем другое. Мне было так уютно с ними.
— Я уверена, что ты им тоже понравился.
Он пожал плечами с сомнением.
— Может быть.
— И что же случилось потом? — спросила Джессика. Ей не терпелось узнать
подробности, а Эван вдруг замолчал.
— В первый же день, на пляже, я догадался, что полюблю ее. — Он
заговорил так тихо, что ей приходилось напрягаться, чтобы услышать. — Я не
очень-то понимал, что такое любовь, но, когда она пришла, п
...Закладка в соц.сетях
