Жанр: Любовные романы
На пороге любви
...о дотронулся до нее. Обернувшись, она увидела Эвана в паре с дочерью
знаменитости.
— Ба, да это Джессика с Дамианом! — воскликнул Эван с улыбкой и без
намека на ревность.
Не много же им потребовалось времени, чтобы привлечь внимание Эвана.
Джессика втайне застонала, подумав, что таков и был план Дамиана.
— Ты ведь не знакома с Ромильдой? спросил Эван и, не дожидаясь ответа,
представил их друг другу.
Джессика сразу поняла, что блондинка уже подпала под чары Эвана, как и
большинство женщин, за которыми он ухаживал. Поистине, его магнетизм
фатален. Джессике стало почти жаль ничего не подозревающую девушку: несмотря
на свою несчастную любовь, Эван сохранил репутацию плейбоя.
Обе пары отошли в сторонку, чтобы выпить и передохнуть. Они потягивали пунш
и болтали о пустяках, когда Дамиан вдруг пригласил Ромильду на танец.
Девушка взволнованно посмотрела на Эвана, ей явно не хотелось его покидать.
Джессика про себя усмехнулась, разгадав уловку Дамиана. Готов на все, лишь
бы свести ее с Эваном!
Дамиан с Ромильдой присоединились к танцующим.
— Замечательный вечер, — сказала Джессика. — Мне так весело!
— Рад это слышать, — рассеянно ответил Эван, следя за отошедшей парой.
— Ты позволишь? — спросил он, предлагая ей руку.
Они еще не дошли до площадки, как Джессике стало ясно, что Эван старается не
потерять из виду Ромильду. Он был очень учтив с Джессикой, но внимание его
было поглощено другой. Впрочем, она тоже думала не о нем. Танец им обоим
показался слишком длинным.
Когда он все же закончился, Джессика была рада, что Дамиан с Ромильдой
оказались на другом конце площадки: ей требовалось время, чтобы привести в
порядок свои чувства. К Эвану как раз подошла пожилая чета, изъявившая
желание поговорить с ним наедине. Бросив в сторону Джессики извиняющийся
взгляд, он исчез.
Она пошла прогуляться и оказалась у забора, разделяющего их усадьбы.
Навесной мост соединял берега обширного пруда. Остановившись посередине,
девушка стала бросать камешки в воду, следя за кругами, расходившимися по
воде.
Поглощенная этим занятием, она не заметила, как к ней подошел Дамиан, и
вздрогнула, услышав его голос.
— Так я и думал, что найду тебя именно здесь, — сказал он.
— Мое излюбленное местечко, — призналась Джессика. — Отсюда я вела за
вами слежку.
— Местечко подходящее.
— Именно. Укромное и безопасное. Если что, можно рвануть к себе.
Нарушив спокойствие вод, под мостом проплыла утка, и Джессика пожалела, что
не прихватила хлебных крошек. В детстве она усердно опекала здешних уток.
Дамиан, помолчав какое-то время, спросил: — Ты обескуражена, не так ли?
— Чем это?
— Не чем, а кем. Эваном, конечно. Я надеялся, что он ее забыл. Полгода
уже, как они расстались. Даже больше.
О Боже, подумала Джессика. Дамиан, кажется, считает, что я пришла сюда
погрезить о его несчастном брате. Как же он недогадлив!
— Кто она?
— Зовут ее Мэри Джо Саммерхил, встретились на пляже. Раньше мы о ней
слыхом не слыхали, но не в этом дело.
— А почему расстались?
— Никто толком не знает почему. Главное, Эван так и не оправился,
здорово его пришибло. А он у нас парень бравый, и прежде все ему было
нипочем. Вон как этой утке в пруду — встряхнулся и поплыл дальше. Встречался
с сотней девушек, я даже стал подумывать, что он и неспособен на большое
чувство, и вот нате вам — еще как способен!
— Что же все-таки произошло между ними? Ты так и не узнал?
— Нет. После разрыва он с горя накинулся было на работу, я видел, что
ему не потянуть, и освободил его от основной нагрузки. Может, зря. Эван
делается все несчастнее.
— А ты не пробовал с ним поговорить?
— Сколько раз пробовал, но это ни к чему не привело. Он приходит в
бешенство от моего вмешательства. Похоже, эта история мучит его куда
сильнее, чем он готов признать.
— Он ее забудет, — ободрила его Джессика. — Просто нужно время.
— Я тоже так думал, — пожал плечами Дамиан. — Но теперь, когда прошло
более полугода, сомневаюсь. — Он помолчал, глядя вниз, на воду. — Ты нужна
ему, Джессика. Только ты сможешь найти путь к его сердцу.
— Я?!
— Когда папа сказал, что ты не прочь поработать в нашей конторе, я
подумал, что нам тебя посылает небо. — Она начала было возражать, но Дамиан
не дал ей вставить ни слова. — Конечно, тебе потребуется терпение, но...
Джессика, разочарованно вздохнув, прервала его: — Если мне на кого и
потребуется терпение, так это на тебя. Ты, заодно со своей семейкой,
продолжаешь считать меня малышкой, по уши влюбленной в твоего братца.
Глаза Дамиана потемнели.
— Ладно, я не хотел тебя обидеть. Ты и вправду совсем взрослая,
принимай решение сама.
— Благодарю покорно, — ответила она. Повернувшись к нему спиной, она
облокотилась на перила и уставилась в безмятежную гладь пруда. — Помню, как
однажды, мне тогда было лет шесть, я прибежала сюда и чуть глаза не
выплакала от обиды...
— Кто же посмел тебя обидеть?
— Ты, — сказала она, оборачиваясь и тыча пальцем ему в грудь.
— Я? — изумился Дамиан с видом оскорбленной невинности. — И что же я
такого сделал?
— Ваш отец собрался повести вас в Кэннон-Бич на американские горки, а
мой папа уехал в командировку. Наши мамочки отправились за покупками и,
чтобы не таскать меня с собой, хотели подкинуть вам. Я так мечтала
покататься на американских горках, а ты...
— А я не допустил тебя в наше мужское общество, — докончил за нее
Дамиан.
— Понять, конечно, можно. Пятнадцатилетнему молодцу не очень лестно,
когда за ним хвостом плетется девчонка шести годков.
Дамиан хмыкнул.
— Времена меняются, правда?
Мама, кажется, того же мнения.
В самом
деле, времена
меняются. К изумлению девушки, Дамиан вдруг схватил ее за руку и потащил с моста.
— Куда? — запротестовала она.
Он пришел в изумление от ее недогадливости.
— Как — куда? На пляж, конечно. Кататься на американских горках.
Вечеринка в полном разгаре, думаю, нашего отсутствия никто не заметит, а?
Джессика не возражала.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Держа в одной руке липкий ярко-розовый шарик сладкой ваты, а другой прижимая
к себе лилового плюшевого слоненка, Джессика неторопливо шла с Дамианом
вдоль пирса. Позади раздавалось позвякивание карусели вперемешку со звонким
детским смехом. Запах океана и свежего попкорна окутывал их, словно дымок от
костра. Ночь была великолепной. Солнце уже село, на небо высыпали звезды,
одобрительно подмигивающие им сверху.
— Ни разу в жизни не было мне так весело, — сказала Джессика Дамиану,
протягивая ему вату. Он откусил кусочек. Последовав его примеру, Джессика с
наслаждением смаковала сахарную сладость, таявшую во рту.
— Мы еще не успели покататься на горках, — напомнил ей Дамиан.
— Конечно, не успели, ведь ты столько времени потратил, пытаясь
выиграть этого дурацкого слоненка. — Словно в опровержение собственных слов,
она крепко прижала игрушку к себе.
— Ну, ты готова? — спросил Дамиан, глядя на огромную металлическую
махину.
Джессика медлила.
— Я... не уверена, что готова — после всего этого добра, которым мы
набили желудки.
— Доверься мне. — Он подхватил ее под локоть и потащил вперед, не
слушая возражений.
— Превосходно, сначала ты до отвала закармливаешь меня, а потом тащишь
на одну из самых огромных американских горок во всей стране. Не умно,
Дамиан, совсем не умно.
Народу здесь было тьма, и Дамиан, проталкиваясь сквозь толпу, схватил ее за
руку. Перед горками выстроилась очередь — минимум минут на тридцать.
Джессика в уме перебирала десятки аргументов, хотя уже поняла, что
высказывать их бесполезно. Достаточно взглянуть на упрямо сжатые челюсти
Дамиана.
— Куда же мне деть слоненка? — спросила она, все теснее прижимая
игрушку к себе по мере продвижения очереди.
— Держать покрепче.
— Если я буду держать слоненка — кто будет держать меня?
— Я, — спокойно заверил он. — Не переживай так.
— Признаюсь тебе, Дамиан Драйден, что я чуть не умерла со страха, когда
в последний раз каталась на этой штуковине. К тому же неведомо, когда эти
горки проходили техническую проверку.
— В четверг.
— Ты этого знать не можешь!
Он рассмеялся, похоже, наслаждаясь ее беспокойством.
— Разумеется, не могу! Послушай, эти горки двадцать лет работают без
единой аварии. Хотя нет, одна была...
— Дамиан!
— Я пошутил.
— Не нужно дразнить меня, — разозлилась Джессика. Она прижала ладонь к
животу и громко вздохнула. — У меня и так колики начались с испуга.
— Не бойся, тебя не укачает.
— Откуда ты знаешь!
— Опыт. Ожидание — это самое худшее, а сама поездка — сплошное
удовольствие. Только все слишком быстро заканчивается. Мгновение — и ты уже
приехал!
Несмотря на все свои страхи, Джессика начала предвкушать обещанное
удовольствие. Наконец серебристые машинки резко затормозили прямо перед
ними.
— Только обещай, что не станешь на спуске вскидывать руки, исполняя
этот идиотский ритуал, — попросила Джессика, когда перекладина легла на свое
место, надежно закрепив их на сиденье.
— На черта мне их вскидывать, — сказал Дамиан, — я же обещал держать
тебя.
Джессика слегка порозовела, но ничего не ответила. Вниз она смотреть не
решалась. Она всегда избегала высоты, значит, придется крепко зажмуриться.
Плюшевый слоненок устроился в кольце ее рук, а сама она — в кольце рук
Дамиана.
Машинки медленно взбирались вверх, одолевая крутой подъем с натужным
пыхтением и скрежетом, словно жалуясь на непомерную тяжесть. Цепочка машинок
добралась до самого верха и начала стремительный спуск. Восторженный визг
вырвался из ее горла, когда они камнем полетели вниз. Руки Дамиана сильнее
сжались на ее плечах. Она впилась в его руки ногтями, наверное, ему было
больно, но он даже не пикнул. В тот самый миг, когда они, казалось, должны
были преодолеть звуковой барьер, снова начался крутой подъем, немного
замедливший скорость, зато, едва добравшись до верха, они вихрем пустились в
такой сумасшедший, петляющий спуск, что в желудке у нее все перевернулось.
Она так крепко зажмурила глаза, что от боли свело лицо.
Внезапно они остановились, Джессика качнулась вперед, выпрямилась и наконец
вздохнула немного разочарованно, осознав, что путешествие завершилось.
— Ну, как? — спросил Дамиан, помогая ей выбраться из тесной кабинки. —
Понравилось?
Ноги у нее слегка дрожали, когда она ступила на землю.
— Я еще не разобралась в своих ощущениях, — ответила Джессика. Пожалуй,
ей и вправду понравилось. Удивительно!
Дамиан рассмеялся.
— Признавайся честно, без уверток. Было здорово, верно?
— Да, — неохотно буркнула Джессика.
Дамиан вновь рассмеялся и обнял ее за талию. Его движение казалось таким
естественным, тем более что колени ее еще не пришли в норму. И хотя
прикосновение его было чисто машинальным, оно произвело на Джессику странное
впечатление: ей нравилось прижиматься к Дамиану, нравилось чувствовать рядом
его тело. Во время танца с ним она испытывала то же самое.
— Куда теперь? Домой? — спросил Дамиан, когда они приблизились к ярко
освещенному выходу из Кэннон-Бич.
Девушка кивнула, но на самом деле ей вовсе не хотелось, чтобы этот вечер
закончился. Они так весело провели время! Может, хоть теперь Дамиан поймет,
что ей нужен
он, а не его брат.
Может быть, теперь он увидит в ней женщину, а не настырную соседскую
девчонку.
К тому же не исключено, что явный интерес Эвана к Ромильде вырастет в нечто
большее, и Драйдены перестанут видеть в Джессике решение своих проблем. Она
искренне надеялась, что так оно и случится. Мужчины обожают перемены, дочка
знаменитости — возможно, как раз то, что нужно Эвану.
Им пришлось пройти через всю стоянку, посыпанную опилками, чтобы добраться
до машины Дамиана. Ночное небо освещалось карнавальными огнями, звуки
постепенно замирали вдали.
— Я провела время замечательно, — сказала она, когда Дамиан завел
мотор.
— Я тоже, — ответил он. — Целую вечность не был в Кэннон-Бич. Целую
вечность... — Он резко замолчал.
Джессика сразу вспомнила, что сослуживцы говорили про Дамиана: слишком много
работает и совсем не отдыхает. Ей стало хорошо от мысли, что Дамиан в ее
обществе расслабился и развлекся. Даже смеялся. Смеялся он на ее памяти
нечасто, и, когда это случалось, ей казалось, что она получила неожиданный и
бесценный подарок.
Дамиан довез Джессику до ее дома. Шел уже двенадцатый час, но ее не покидало
радостное возбуждение. Ей почему-то казалось, что радость уйдет вместе с
Дамианом, а она еще не была готова к этому.
— Хочешь подняться ко мне? — спросила она без особой надежды на его
согласие.
Он взглянул на нее недоверчиво, словно сомневаясь в искренности ее
приглашения.
— Хочу.
— Я поставлю кофе, а ты позлорадствуешь на мой счет.
— На твой счет я готов злорадствовать и без кофе. — Он нашел свободное
место для машины, вылез из нее и, обойдя вокруг, открыл для нее дверцу.
Истинный джентльмен, в который раз подумала она.
Со смехом и шутками они вошли в дом. Привратник придержал им двери, улыбаясь
Джессике, обнимавшей слоненка.
Веселье продолжалось и в лифте, который должен был доставить их на десятый
этаж. Двери плавно закрылись, и Джессика в шутливом изнеможении прислонилась
к зеркалу.
— Ты уверена, что не хочешь закрыть глаза? — спросил он.
— Зачем?
— Этот лифт движется наверх с убийственной скоростью. Кто знает, когда он проходил техпроверку.
— В четверг, — последовал дерзкий ответ.
Дамиан расхохотался.
— А насчет глаз ты прав, — продолжала она, смеясь, — так и быть,
закрою. — Шутя, она крепко зажмурилась, и в следующее мгновение Дамиан ее
поцеловал.
Джессике потребовалось какое-то время, чтобы осознать случившееся. Дамиан на
самом деле ее поцеловал. Поцелуй был простой, легкий, что называется,
братский. Скользнул губами по ее губам, всего-то.
Но Джессике вовсе не хотелось считать неожиданный поцелуй братским — он
заставил ее возмечтать о большем. Она онемела и лишь помаргивала в ответ, не
зная, как реагировать.
— Чего ты так испугалась? — спросил Дамиан.
— Я... — Она чуть было не попросила поцеловать ее еще разок, но вовремя
прикусила язык.
— Дружеский поцелуй, ничего такого.
— Я знаю, — шепнула она, расстроившись от недогадливости Дамиана,
который, видимо, уже пожалел о своем порыве. Она не успела вывести его из
заблуждения — лифт остановился.
Джессика направилась к своей квартире и открыла дверь. Включив свет, она
пробежала в веселенькую желтую кухню и по привычке щелкнула кнопкой
автоответчика. Ее приветствовал голос Кэти Хадсон.
— Джесс, салют, это я. Вечность тебя не слышала, а мне, сама понимаешь,
невтерпеж узнать, как прошел пикничок с любимым дружком. Позвони мне, как
только сможешь.
— Ага, твоей подружке невтерпеж поговорить об Эване, — небрежно заметил
Дамиан, устраиваясь поудобнее за круглым дубовым столом илистая журнал,
который она купила утром.
— Я о нем упоминала пару раз, но, уж разумеется, не как о любимом
дружке, если тебя это интересует.
— Судя по ее словам, это не так.
— Кэти просто шутница, — настаивала Джессика. Она не призналась подруге
в своих чувствах к Дамиану и сейчас жалела об этом: Кэти, как и все
остальные, шла по ложному следу, подозревая ее в неравнодушии к Эвану. — Я
как-то сдуру рассказала ей о своих детских проказах, вот она и воображает
невесть что... Сам слышал. — Джессика взяла кофеварку и насыпала немного
зерен в фильтр. Комната наполнилась густым ароматом. — Это займет всего
минутку, — пообещала она.
— Пожалуй, не стоит тебе утруждаться. Я просто не заметил, что уже так
поздно.
— Ты уверен? — разочарованно переспросила Джессика.
— Уверен. — Он отложил журнал в сторону и поднялся. Остановившись рядом
с ней, он провел ладонью по ее щеке.
— Спасибо за прекрасный день, Джессика.
— Спасибо
тебе,
— прошептала она в ответ.
Комната показалась ей странно пустой с уходом Дамиана. Она надеялась, что он
снова поцелует ее — на прощание. Она по глазам видела, что ему хотелось, но
он устоял, явно желая сохранить между ними дистанцию.
Джессика была слишком взволнованна, ей нужно было перед кем-то излиться. Она набрала номер подруги.
Сонная Кэти ответила лишь на четвертый звонок.
— Я тебя не разбудила, нет? — ехидно спросила Джессика, радуясь
возможности отплатить подруге за все ее ночные телефонные звонки.
— Я спала как убитая. Что стряслось, звонишь так поздно, да еще в таком
взвинченном состоянии? Жаль, что это не наказуемо. Так, сейчас угадаю. Ты
была с Эваном...
— Нет! Мы с Дамианом поехали...
— С Дамианом? Значит, ты переключилась на старшенького? —
Заинтригованная Кэти совершенно проснулась и приготовилась слушать.
— Я знаю, что в своей романтической душе ты лелеяла мысль, что моя
неразделенная давнишняя любовь расцветет пышным цветом теперь, когда Эван
стал моим шефом.
— Точно, лелеяла, — подтвердила Кэти.
— Так вот, Кэти: Эван Драйден бесподобный парень, но он не для меня.
— Почему это?
— Потому что... в общем, не для меня — и все тут. — Даже теперь ей было
трудно говорить о своих чувствах к Дамиану. Она не вполне понимала, какими
словами их описать. — Во-первых, Эван сейчас не в форме, и меня это вполне
устраивает...
— Да что случилось? — недоумевала Кэти. Ведь он же пригласил тебя на
семейную вечеринку.
— Пригласил, потому что ему велел это сделать Дамиан. На пикнике он
вовсю увивался за хорошенькой барышней из Европы, они не отходили друг от
друга ни на шаг.
— Ну и хамство!
Будь Джессика влюблена в Эвана, она бы тоже посчитала его поведение
хамством, но сейчас она была искренне ему благодарна: Эван, не подозревая
того, подарил ей замечательный вечер.
— Вовсе нет, — возразила она.
— Ты не обиделась?
Похоже, Кэти все еще не совсем проснулась.
— Ни капельки. Мы с Дамианом поехали в Кэннон-Бич и катались на
американских горках.
— Шутишь?! Ты же всегда визжала от страха при одном упоминании об
американских горках!
— Раньше визжала, а нынче нет, — горделиво объявила Джессика.
— Потрясающе!
Далее она с чувством живописала волнующие моменты вечера — как Дамиан
выиграл для нее слоненка, как они гуляли по пирсу и вместе ели сладкую вату.
Когда она закончила, наступило молчание.
— Гмм, — глубокомысленно произнесла Кэти. — Это делается
весьма интересным.
Утром в понедельник Джессика появилась в офисе свежая и сияющая. Эван,
очевидно потрудившийся в воскресенье, оставил ей инструкции: в его записке
были перечислены дела, которые нужно было разыскать для него. Джессика этим
занялась, не откладывая.
Чуть позже в библиотеку заглянул Дамиан.
— Вот ты где! — воскликнул он удивленно. — А миссис Стерлинг думала,
что ты не явилась на службу. Я позвонил тебе домой, но нарвался на
автоответчик.
Джессика выпрямилась на стуле и выгнула спину, пытаясь размять затекшие
мышцы. На часах было почти одиннадцать. Она так увлеклась поисками, что не
заметила, как пробежало время.
— Я здесь проторчала все утро, — объяснила она, потирая переносицу.
Буквы уже начали прыгать у нее перед глазами. Большинство дел были скучными,
но попалось и несколько интересных.
Дамиан вышел и вскоре вернулся с чашкой дымящегося кофе.
— Вот, — произнес он, протягивая ей чашку, — сделай перерыв, пока не
ослепла.
— Эвана еще нет? — Кофе показался ей божественным нектаром.
Дамиан вздохнул.
— Пока нет. Эван является и исчезает по своему хотению, во всяком
случае в последнее время.
— Он оставил мне задание, значит, был здесь вчера. — Она помолчала. —
Как его роман с Ромильдой? — Она искренне надеялась, что эти двое уже
влюбились друг в друга без памяти.
— Рановато говорить об этом, но, кажется, надежда есть. — Дамиан
говорил так, будто тоже возлагал на этот роман большие надежды.
— Мне так хочется, чтобы Эван был счастлив! — воскликнула она, не
совсем понимая, зачем, собственно, об этом знать Дамиану.
— Вот именно. — Дамиан многозначительно улыбнулся, встал и направился к
полированному книжному шкафу. Достал оттуда довольно потрепанный фолиант. —
Позволь дать тебе совет, — добавил он, засовывая книгу под мышку.
— Слушаю.
— Не пропускай обед.
— Ни за что, — пообещала она.
Он ушел, а Джессика улыбнулась и прикрыла глаза. Через секунду она вернулась
к работе, но прошло еще много времени, прежде чем улыбка ее растаяла.
Джессика, как и обещала, вовремя ушла на обед, а когда вернулась,
обнаружила, что ее разыскивает Эван. Он уселся рядом с ней в библиотеке,
просмотрел ее записи, задал несколько четких вопросов, делая замечания
походу ее рассказа. Пару раз даже похвалил ее. Сам он тоже кое-что откопал,
и они добрый час провели в обсуждении дела Эрла Кресса.
Эван ушел, и Джессика осталась одна, чувствуя невероятную бодрость. Дамиан
правильно поступил, доверив брату это важное дело — оно взбодрило Эвана,
придало цель его жизни. Эван вовсе не бездельник. Он энергичен, умен и
сумеет защитить бывшего спортсмена, во всяком случае, готов сделать для
этого все возможное.
Работы оставалось еще на несколько часов, но Джессика решила не уходить,
пока полностью не управится.
— Уже шесть часов, пора на отдых, — произнес у нее за спиной Дамиан
тоном, который ей был уже знаком, — не терпящим никаких возражений. Навряд
ли такой тон нравится судьям.
— Я скоро закончу.
— Считай, что ты уже закончила.
— Дамиан!
— Не спорь со мной, Джессика. Это бесполезно.
Она закрыла книгу и встала, каждым движением своего гибкого тела выражая
протест.
— Ты обедала?
— Что за опекунский тон!
— Значит, опять голодная и рычишь.
— Я сытая — и не рычу!
— Довольно!
Похоже, он собирается ее наказать за несоблюдение субординации? Джессика
воззрилась на него, ожидая, что последует дальше.
— Мы идем ужинать, — объявил он.
— Ужинать! Но, Дамиан, ты уже...
— Пицца, — продолжал он, — для разнообразия. За углом есть маленький
итальянский ресторанчик. Клянусь, что это одно из самых укромных местечек во
всем Бостоне.
— Пицца, — медленно повторила Джессика, и желудок ее заныл в
предвкушении. — Что ж, если ты так настаиваешь — а сдается мне, ты
настаиваешь. — Она потянулась за сумочкой.
Они дошли пешком до ресторанчика, который примостился в уголке первого этажа
старинного здания. Мраморные полы здесь были сильно истерты, да и вся
архитектура указывала на то, что дом построен в начале тридцатых годов.
Джессика сотню раз проходила мимо, не обращая на него никакого внимания.
— А как ты узнал об этом ресторане? — полюбопытствовала она.
— От нашего сторожа. Он здесь постоянно ужинает и рекомендовал мне это
место. Никогда не пробовал более вкусных блюд.
Хозяин приветствовал Дамиана как родного брата, расцеловал его в обе щеки,
при этом быстро лопоча по-итальянски и одобрительно посматривая на Джессику.
— Что он сказал? — спросила она, когда их усадили за столик, покрытый
скатертью в бело-красную клетку. Из глубины крошечной красной вазочки
мерцала свеча, отбрасывая блики на противоположную стену.
— Я не совсем понял. В итальянском я не очень силен.
— В та
...Закладка в соц.сетях
