Жанр: Любовные романы
Озеро нашей любви
...режней жизни, — согласился Кейн. —
Но я бы ни за что не упустил такую возможность, что представляется вам
сейчас, Алекс. Вы только представьте себе, что могли бы провести сегодняшний
вечер со мной. И Невилу Моргану пришлось бы засчитать его вам за полный
рабочий день.
Самое смешное было в том, что Кейн опять оказался абсолютно прав. И тут
совершенно не имело значения, чем бы они с Кейном при этом занимались. Кейн
продолжал искушающе улыбаться ей, ожидая ответа. И он последовал.
— Вы победили на этот раз, — сказала Алекс, убирая в ящик стола
злополучное письмо Джефри Уинтергрина.
— Ну так пошли, — приказал Кейн. Он с сомнением оглядел ее темно-
зеленый костюм и с надеждой спросил: — Вы случаем не прихватили с собой
приличной одежды — джинсы, кроссовки?
— Кое-что привезла. Но зачем вы спрашиваете об этом? Что вы задумали?
— Я собираюсь взять вас с собой на берег озера и показать вам, как
живут бродяги.
Алекс едва не чертыхнулась. Видно, и это ей придется вынести.
Она покорно ехала за ним по направлению к Дому для гостей. Однако пару раз
застряла на красный свет и когда наконец подрулила к парковке, то заметила
Кейна. Он уже выбрался из своего
феррари
и теперь ожидал ее приезда,
облокотившись на корпус машины, скрестив руки на груди.
— Я боялся, что вы опять заблудились.
— Была такая вероятность, — ответила Алекс.
— Но потом успокоился, поняв одну простую вещь — человек, столь
преданный делу, никогда не позволит себе вести политику упущенных
возможностей, вне зависимости от того, насколько трудным может оказаться
выполнение задания.
Алекс одарила его свирепым взглядом и отправилась наверх, к себе в номер.
Она захватила с собой единственную пару джинсов. Причем взяла исключительно
на тот случай, когда ей придется выходить из номера за какой-либо мелочью,
для чего совершенно не требовалось полностью одеваться. Например, ранним
утром за газетой и т. д. Однако в Доме для гостей было все, что
требовалось постояльцу, и не возникало совершенно никакой нужды в том, чтобы
покидать его и выбираться на улицу. Поэтому Алекс даже не вынула их из
чемодана — ей пришлось выложить почти все содержимое, чтобы до них
добраться.
Джинсы сидели на ней как влитые. Она с огорченным вздохом заметила, что чуть
пополнела с того момента, когда в последний раз надевала их. Но выбора не
было, поэтому она выдохнула воздух, втянула живот и все-таки застегнула
молнию. Поверх накинула сшитую у портного блузку, завязала концы на талии.
На ноги надела теннисные туфли и повязала на шею яркий шарф. Перекинула
через плечо сумочку и поспешила вниз.
Кейн, вероятно, заканчивал с мисс Кейт обсуждение меню завтрака. Мисс Кейт
бросила взгляд на Алекс и, улыбаясь, забормотала:
— Да-да, сэр, я все отлично поняла, — и поспешила на кухню.
Кейн обернулся и стал смотреть, как Алекс спускается по лестнице вниз. Его
правая бровь поползла вверх. Алекс занервничала.
— Вы заказали завтрак, стало быть, сами и понесете его, — заявила
Алекс. — Мы сможем вдвоем прожить целую неделю на том запасе еды, что
мисс Кейт положит в корзину. Если бы я не знала ее лучше, то могла бы
подумать, что мисс Кейт специально консультировалась по этому поводу с моим
отцом. А почему вы так на меня смотрите?..
Кейн медленно обошел ее со всех сторон.
— У вас случайно не найдется расчески? Я свою куда-то задевал, — и
Кейн жестом указал на ее сумочку.
— Я никому не даю своих личных вещей...
— Отлично!
Алекс стали одолевать подозрения, но было уже поздно. Его проворные пальцы
уже выдергивали первые шпильки из прически, которой она так гордилась. Боже!
Ее любимый французский узел! В мгновение ока пышная масса ее шелковистых
темных волос рассыпалась по плечам. Алекс тяжело вздохнула и обреченно
полезла в сумочку за расческой.
Однако Кейн, невзирая на ее протесты, отобрал расческу и сам стал
причесывать ее, пока последняя прядь не легла на свое место. Затем развязал
шарф, красовавшийся у нее на шее, и при помощи его соорудил у нее на затылке
конский хвостик.
— Вот так, — удовлетворенно сказал Кейн. — Взгляните, мисс
Кейт, ведь правда же, теперь она смотрится куда лучше?
Мисс Кейт водрузила тяжелую корзину с провизией на стол и согласно закивала.
— Гораздо красивее, на мой взгляд.
— И милее, — добавил Кейн. Затем бросил расческу обратно в
сумочку. — Это вам тоже не понадобится. Только мешать будет, а
оставлять в машине жалко. Поэтому ее вполне можно оставить и в номере. Так
что снимайте, — с этими словами он приподнял ремешок сумочки над ее
плечом. — А это еще что? — удивленно спросил Кейн, вытаскивая из
бокового отделения красочный буклетик.
— Взяла с собой почитать на досуге, когда вы будете бродить по берегу,
а мне придется сидеть и дожидаться, пока вы не нагуляетесь. По крайней мере
будет чем занять время.
Кейн перевернул пару страниц.
— Алекс! Но ведь это даже и не журнал, который можно почитать! Это же
просто каталог... Костюмы, юбки, жакеты...
— Какая потрясающая наблюдательность!
— Вы читаете каталоги ради развлечения?
— Не совсем так. У меня никогда не хватало времени на то, чтобы ходить
по магазинам. Поэтому я всегда беру с собой в командировки подобные издания,
чтобы можно было выписать по почте приглянувшуюся мне вещь. Это очень удобно
— к моему возвращению из поездки вещь уже меня дожидается.
— Выбросьте к черту ваш каталог, — решительно рявкнул Кейн. —
Если мне взбредет на ум отправиться бродить по берегу озера, оставив вас в
одиночестве, вы будете смотреть на воду и думать. Очень полезно.
Алекс яростно сверкнула глазами. Обстановку разрядила мисс Кейт, которая
тихо предложила:
— Мисс Джакоби, я отнесу ваши вещи в номер, вы можете не беспокоиться.
Кейн одарил мисс Кейт царственной улыбкой.
— Просто отличная мысль! Алекс, отдайте ей все ваши шпильки.
Успокойся, все это не имеет никакого значения, твердила про себя Алекс. Вряд
ли на пустынном берегу кто-либо мог увидеть ее, но если Кейн получил
удовлетворение оттого, что он причесал ее на свой вкус и запретил ей взять с
собой сумочку, то пусть его. Это может быть даже полезно. В конце концов,
искусство дипломатии всегда требовало подчеркивать несущественное, чтобы
глубже сокрыть главное.
Алекс протянула мисс Кейт полную пригоршню шпилек, сумку и каталог.
— Я чувствую себя так, словно меня раздели, — буркнула Алекс,
когда они шли к ярко-красному
феррари
.
Кейн пристально оглядел ее с ног до головы.
— Если так вы представляете себя обнаженной, то я уверен, что спите вы
в глухой ночной рубашке, застегнутой на все пуговицы.
— Я не собираюсь обсуждать этот вопрос, Кейн.
— А может, и в глухой пижаме, завязанной на все тесемочки. Вы бы
здорово смотрелись в розовой пижамке...
— Я только хочу сказать, что не привыкла ходить без сумочки. Впрочем, я
не думаю, что вы меня поймете.
Кейн только ухмыльнулся. А у Алекс мелькнула мысль о том, что он опять
добился своего — она совсем потеряла самообладание.
Ладно, проехали
. Алекс машинально потянулась было за солнцезащитными
очками, но рука ее схватила только воздух.
— Я знала, что не следовало вам уступать. Вот и осталась без очков.
Кейн молча перегнулся и достал пару темных очков, валявшихся у заднего
стекла. Алекс задумчиво оглядела странной формы розовые линзы и водрузила
очки на нос.
— Что бы это значило?
— Разве вы не изучали географию в школе? Да посмотрите же — каждая
линза имеет форму озера Верхнее.
— И в самом деле... Вы специально купили их, чтобы позабавить туристов?
— Да нет, просто они каким-то образом оказались в машине. Не могу даже
представить, откуда они взялись.
Но Алекс вспомнила те странные звуки, словно визг кроватных пружин, что
явственно расслышала в телефонную трубку, когда впервые дозвонилась до
Кейна. Это воспоминание заставило ее умолкнуть. Она откинулась на мягкую
спинку сиденья машины и попробовала следить за дорогой. Но скоро потеряла
всякое представление о том, где они находятся... К этому времени Кейн
неожиданно свернул с шоссе на узкий проселок, проложенный между холмов.
Алекс, подозрительно оглядываясь по сторонам, выпрямилась на сиденье.
— Это совсем не похоже на берег озера, — выпалила она, когда на
машину упали тени от высоких густых елей, в изобилии росших вокруг.
— И в самом деле. Но берег вон там, — указал Кейн. — Стоит
мне заглушить двигатель, как вы тут же услышите плеск прибрежных волн.
Кейн остановил машину в тени деревьев.
— Вылезайте, я вам все тут покажу.
Они вскарабкались на гребень холма и увидели озеро. Оно смотрелось иначе,
чем Алекс видела его из окна своего номера. Здесь вода была изумрудного
цвета и стоял почти полный штиль. Лишь редкие волны лениво плескались о
берег.
— Такой темный, — произнесла Алекс, чертя линии носком
туфли. — Я про песок, местами он почти черный.
— Это потому, что в нем много железа, — объяснил Кейн,
присаживаясь на огромное бревно, которое выдавалось вперед над водой. Затем
он скинул свои туфли. — Расслабьтесь, Алекс. Снимите вы обувь, пляж
здесь чистый.
— Надеюсь, что вы правы. — Алекс быстро сняла туфли. — Что же
дальше?
Кейн протянул ей руку и помог подняться на ноги. Подобрал с песка ее туфли,
связал их шнурками и повесил Алекс на шею.
— Мы пойдем по берегу, — ответил Кейн и повел Алекс вниз к
воде. — Будем идти и смотреть по сторонам.
Песок был почти горячим, но вода, когда случайно накатывала, обжигала ноги
уже холодом. В первый раз, когда такое случилось, Алекс с визгом отскочила
назад.
— И жалеть, что я не захватила купальник, так, Кейн?
— Температура воды позволяет здесь купаться чуть больше недели за весь
год, — ответил Кейн. — А в остальное время мы ходим в
оздоровительные клубы. Ну, за малым исключением подлинных
моржей
, членов
клуба Белых Медведей. Под Новый год они прорубают во льду озера полынью и
ради собственного удовольствия плещутся в ней. Они уверяют, что это придает
остроту их довольно скучной жизни.
Алекс зябко поежилась.
— Мне кажется, что есть и более приятные способы времяпрепровождения.
— Например, можно провести долгие часы, корпя над очередным завещанием?
Послушайте, Алекс, а вам не надоела вся эта возня с недвижимостью, с делами
по опеке? Вы только подумайте — половину своей жизни вы так или иначе
проводите в общении с покойными клиентами...
— По крайней мере они не слишком докучают.
— Я говорю серьезно, Алекс.
Он и в самом деле выглядит очень серьезным, подумала она. Потом нерешительно
кивнула.
— Да, такое иногда со мной случается. Однако не только моя жизнь
разложена по полочкам, а посему не стоит делать из этого всемирную трагедию.
Но порой и у меня возникает желание перемен.
— А как это сделать, вы не задумывались?
— Ох, право, и не знаю, что вам сказать... — засмеялась Алекс,
пытаясь увернуться от ответа на столь прямой вопрос. — Как вы думаете,
смогу ли я работать в вашей команде, специализируясь на проведении деловых
переговоров?..
Кейн мотнул головой.
— Только не в моей команде.
На мгновение Алекс растерялась и готова была обидеться. Ведь он однажды
высоко оценил ее работу... И только затем она поняла, что он имеет в виду.
Ведь в данный момент он не возглавлял никакой команды в
Пенс Уитфилд
.
— Кейн, не воспринимайте мои слова как хитрый ход, — сказала
Алекс. — Я вовсе не пытаюсь заставить вас признаться, что вы жаждете
вернуться в фирму. Я спрашиваю серьезно: как по-вашему, есть ли у меня
способности для работы в вашей области?
Кейн широко улыбнулся.
— О, еще один кандидат на мое место?! Стыдитесь, Алекс. — Затем он
внезапно посерьезнел и перестал балагурить. — Вы только взгляните сюда,
это же настоящий агат.
С этими словами Кейн нагнулся и поднял из прибрежной гальки гладкий камушек
и обмыл его в воде. Потом передал Алекс, положив камешек прямо ей в ладонь.
— Тут их превеликое множество, — сказал Кейн, — они невелики
по размерам и не слишком ценятся на рынке, однако они красивы.
За несколько секунд Кейн нашел еще несколько камушков. Алекс постаралась
запомнить, как они выглядят, и тоже принялась выискивать их в прибрежной
гальке. Но ей никак не удавалось найти хоть один. Затем ее внимание привлек
блестящий белый гладкий окатыш, и она остановилась, чтобы поднять его.
— Это всего лишь стекло, — послышался голос Кейна. — Оно
побелело из-за долгого пребывания на солнце, а острые края обточили волны.
— И все равно оно красивое, — упрямо заявила Алекс и спрятала
стеклышко в карман, присоединив его к агатам, которые собрал Кейн.
Потом они долго неспешно брели по берегу озера. Через какое-то время карманы
Алекс топорщились и оттягивались вниз от собранных агатов. Так они добрались
до больших темных валунов, лежавших в беспорядке на берегу озера. Дорогу
дальше перекрыла осыпь камней, самый малый из которых размером превосходил
голову Алекс. Алекс расстроилась, потому что береговая полоса, видневшаяся
из-за осыпи, была очень красива и манила пройти еще дальше. Поэтому она с
грустным вздохом заметила:
— Спасибо вам за прогулку, Кейн. Это было здорово.
— Вы что, уже хотите домой? Что вас остановило? — спросил Кейн. С
ловкостью горного козла он взобрался на один из крутых валунов и протянул
руку Алекс. — Стоит перебраться через эту горку, и мы увидим залежи
плавника.
— Что? Карабкаться по этой круче? Кейн, вы шутите?
— Нисколько. И потом, эти булыжники торчат здесь уже тысячи лет, так
что нет никакой опасности, что под вашим весом они покатятся вниз и увлекут
за собой в озеро.
— Я предпочитаю остаться здесь.
Кейн пожал плечами.
— Тогда устраивайтесь поудобнее. А я пойду.
Алекс уселась на горячий песок и пару минут наблюдала, как Кейн карабкался
вверх по валунам. Неожиданно она подумала, что это, должно быть, не так уж и
трудно. К тому же больше все равно делать нечего...
Действительно, взбираться наверх оказалось совсем не трудно, правда очень
утомительно. Нагретая солнцем поверхность камней жгла ступни, и
единственное, что Алекс могла сделать, — только быстрее переставлять
ноги, ускоряя тем самым темп подъема.
Измотавшись вконец, она присела перевести дух и остудить обожженные босые
ступни. Глянув вниз, она засмотрелась на ленивые волны, которые неспешно
катились по поверхности озера, разбиваясь о прибрежные скалы. И от каждой
такой разбившейся волны неспешно расходились круги. Кругов было так много,
что поверхность озера смахивала на стеганое одеяло.
— Вы все-таки решили рискнуть, Алекс? Отлично, — раздался голос
Кейна. Он опустился на валун рядом с ней. — Здесь тепло и приятно, не
так ли? Сланцы прекрасно аккумулируют тепло солнечных лучей...
Кейн откинулся, уставившись взглядом куда-то вдаль. Алекс также откинулась,
последовав его примеру. Какая бы исполинская сила миллионы лет назад ни
принесла сюда тяжелые валуны, сейчас они пришлись как нельзя кстати, отдавая
набранное за день тепло ее уставшему телу. Алекс блаженно развалилась на
горячем камне. Потихоньку принялась зевать, тщетно пытаясь делать это тайком
от Кейна, который с любопытством поглядывал на нее.
— Мне вовсе не скучно, — стала оправдываться Алекс. — Я
только...
Кейн понимающе кивнул.
— Да-да, это все влияние озера. Не смущайтесь, шум прибоя снимает все
стрессы.
Потом они долго сидели в полном молчании, внимая природе. Тишину нарушали
лишь крики чаек, убаюкивающий монотонный плеск волн и детские крики,
доносившиеся с береговой полосы. Они будто остались одни в раю, пришла Алекс
в голову нелепая мысль.
— Я всегда считал, что Эдем должен был располагаться где-нибудь на
берегу, а вовсе не в саду, — раздался голос Кейна.
Алекс изумленно посмотрела на него.
— Я не хотел вас шокировать. Это глупая мысль, — сказал Кейн и
снова уставился на водную гладь, чуть сощурив глаза.
— Нет-нет, что вы! Просто я подумала об этом же...
Кейн недоверчиво повернул к ней голову.
— В самом деле? Вы что, умеете читать мысли? Или нет, может, это я
научился читать ваши?
Кейн был готов поцеловать ее. Алекс это отчетливо видела.
— Я не знаю, о чем вы... Я... — начала она нервно.
Но Кейн уже не слушал ее бормотание. Он подался вперед и приник к ней
губами, целуя нежно, но все более настойчиво.
Алекс трепетала, словно тростинка на ветру. Ей казалось, что весь мир
закружился с огромной скоростью. Ей потребовалось героическое напряжение
всех сил, чтобы прийти в себя. Она едва удержалась, чтобы не отпихнуть
Кейна, остановило ее лишь опасение свалиться вниз с высокой кручи. А Кейн
продолжал целовать ее.
Когда он оторвался от нее и встретился с ней взглядом, Алекс вновь
показалось, что в небе заплясали облака, и она непроизвольно снова
зажмурилась. Никто из них не произнес ни звука. Понемногу Алекс пришла в
себя и села, обхватив руками колени и молча глядя на озеро.
Кейн сел рядом и заговорил, не смотря в ее сторону:
— Если вы ждете, что я стану извиняться, то не рассчитывайте на это в
ближайшее время. Я хотел вас поцеловать уже давно, еще с той дурацкой
рождественской вечеринки.
У Алекс перехватило дыхание. И она по-настоящему поперхнулась и закашлялась.
— Если хотите, — снова нарушил тишину Кейн, — можете подать
на меня в суд или пожаловаться в
Пенс Уитфилд
за сексуальные
домогательства. Однако, поскольку мы более не являемся коллегами, второе
отпадает... Но все равно я не стану извиняться.
Алекс мысленно перепробовала десяток ответов. Но все они были беспомощны и
просто глупы. И в конце концов, ну, мужчина сорвал у нее поцелуй. И что в
этом такого, это же не грубое физическое насилие, думала Алекс. И как же
хорошо он целуется!
Алекс откашлялась, прежде чем заговорить.
— Скажите, Кейн, почему вы каждый раз подчеркиваете, что не вернетесь в
Пенс Уитфилд
?
Прошла целая вечность, прежде чем она услышала его ответ. Ей пришлось
вслушиваться, так тихо прозвучал голос Кейна.
— Потому что я не вернусь туда, Александра.
Кейн произнес это абсолютно серьезно, и похоже, в данный момент искренне
верил в то, что говорил.
— Мне кажется, что вы просто переработали, — начала Алекс. —
Вы ведь целых пять лет работали на
Пенс Уитфилд
? Я права?
— Да, что-то около этого.
— И вы все время занимались одним и тем же — проблемами слияния или
поглощения одних фирм другими?
Кейн снова согласно кивнул.
— Ну тогда нет ничего удивительного в том, что вы переутомились. —
Алекс замолчала, ожидая его ответа. Не дождавшись, предприняла новую
попытку: — А вы не хотите поделиться со мной своими планами на будущее?
У Кейна заплясали озорные чертики в глазах.
— Я так понимаю, что в скором времени вам предстоит сменить
секретаршу...
Алекс положила руку ему на запястье.
— Кейн, если вы говорите, что не собираетесь возвращаться на работу, то
тут делать нечего, вы имеете на это право. И я стараюсь вас понять. Но я
прошу ответного уважения и с вашей стороны. Прошу вас, объясните, в чем
дело.
Кейн посмотрел на ее руку, сравнивая белизну ее кожи с загаром своей руки.
Потом другой рукой накрыл ее пальцы. Алекс снова затрепетала, словно
прикоснулась к электричеству.
— Кейн, мне это надо знать.
— Ответ прост — слишком много долгих дней, слишком много работы, всегда
не хватало времени.
Алекс пыталась придать своему голосу беспристрастность.
— Ну, это обычная вещь сегодня. Такова, к сожалению, плата за успех.
Но Кейн несогласно замотал головой.
— Это слишком высокая цена. Алекс, вы знаете, что и я долгое время
полагал, что деньги представляют собой одну из важнейших вещей в мире, но
потом...
Кейн запнулся и замолчал. Алекс уже было решила, что не услышит от него
признания, и захотела помочь ему.
— Но вы не можете отрицать, что иметь деньги весьма приятно. А
Пенс
Уитфилд
известна своими щедрыми гонорарами служащим.
— Алекс, но деньги — это еще не все. На них нельзя купить время.
Алекс едва сдержала растущее раздражение.
— Вы говорите штампами. Если временем нельзя воспользоваться, то оно
вообще не стоит и гроша. Я признаю, что действительно приятно вот так
пройтись по теплому песку вдоль озера. Но если этим заниматься день за днем,
то это надоест так же, как прежнее занятие. Если только вы не начнете тем
временем заниматься чем-то еще...
— ...скажем, делать деньги. Вы не заметили, что мы начинаем ходить по
кругу?
Алекс ничего на это не ответила. После долгой паузы первым заговорил Кейн.
Опять он говорил едва слышно.
— Я виделся с тетей Тесс всего пару раз за весь последний год ее жизни.
А ведь жил всего в каких-то трех часах езды...
Алекс снова положила свою руку на его запястье.
— Вы не можете винить себя за это, Кейн. Это, конечно, очень неприятно,
это больно. Но откуда было вам знать, что вы встретились с ней в последний
раз и другого не будет?
Кейн отпрянул и повернулся к ней лицом.
— Вот о чем я и веду речь. Я отлично знал, что она была больна. Но даже
если бы и не знал, я ведь не слепой и отлично понимал, что в любом случае ей
долго не протянуть. Ей было уже за семьдесят, Алекс. И тем не менее я так и
не выкроил минутки, чтобы навестить ее.
— Но теперь вы ничем не поможете, обвиняя себя, Кейн.
Он мягко отстранил ее и глухо заговорил:
— Все не так. Неужели вы не понимаете, Алекс? Ее смерть заставила меня
иначе взглянуть на всю мою жизнь. Сколько каждому из нас отведено Всевышним
в этом мире? Я мог бы работать как черт двадцать лет, накопить массу добра и
умереть в ночь накануне выхода на пенсию...
— Ну что же, — сухо возразила Алекс, — можно рассмотреть
вопрос и с этой стороны. От смерти никто из нас не застрахован.
— Абсолютно верно. Но я предпочитаю умереть, занимаясь любимым делом.
Это вы понимаете?
— То есть бродить по берегу озера?
— Если это то, что мне по душе, то почему я не могу этим заниматься?
Алекс обреченно вздохнула и откинулась на теплую поверхность камня.
— Предположим, вы умрете не сейчас. Чем же вы собираетесь зарабатывать
на жизнь? Ведь за последние пять лет вы привыкли к довольно высокому уровню
жизни.
— Алекс, у вас только деньги на уме.
Она снова вспыхнула.
— Я не знаю, Кейн Форрестол, в какой семье прошло ваше детство. Но
бьюсь об заклад, что вам и в голову не приходило, откуда берутся новые
бейсбольные перчатки, стоит старым порваться. Вы об этом просто не
задумывались. Поэтому, прежде чем задирать передо мной нос, лучше вспомните,
что не каждому выпала удача вырасти в семье, принадлежавшей к высшему
обществу.
— Моя семья не была такой.
— Ладно, пусть средний класс. Но вам не приходилось дежурить у помойки,
чтобы отыскать кусок хлеба, как это должна была делать я совсем еще
ребенком. Случалось, в доме не было денег неделями. Нечем было платить за
кров и еду, и не было никакой надежды, что деньги появятся. Естественно, я
не хочу повторения кошмарной бедности и стараюсь принять возможные меры
предосторожности. И если приятное сочетается с полезным, то почему бы мне
отказываться от любимого дела?
— Вот в этом мы и отличаемся друг от друга, — вставил Кейн. —
Видите ли, я перестал любить свою работу.
В его голосе было столько тоски, почти безнадежности, что у Алекс защемило
сердце. Он и в самом деле убедил себя в том, что его карьере пришел конец.
Как же, черт побери, убедить его в обратном? Может, ему просто следует
немного отдохнуть, пусть себе бродит по берегу озера. Может, тогда его
настроение переменится? Конечно, переменится.
— Даже самая бо
...Закладка в соц.сетях
