Жанр: Любовные романы
Непокорная девственница
...ла главного об этих отношениях, не знала, как должна вести
себя женщина. Когда она жила в школе, то по ночам об этом болтали девочки,
вернувшиеся после выходных, проведенных дома. Все их рассказы сводились к
сексу.
И он сделал это? — в ужасе спрашивали девочки. — И ты ему
позволила?
Почему женщина позволяет мужчине делать что-то?... И почему она должна
позволить?
Этот поцелуй посеял в душе неясные, смущавшие мысли. Когда Джейк поцеловал
ее, она ощутила его губы, жар его тела, прикоснувшегося к ней, и стала
смутно понимать, почему девочки, рассказывавшие свои истории, смущенно
смеялись.
Секс обладает невероятной силой и притягательностью.
Жаль, что впервые узнаешь эти вещи, когда тебе уже двадцать один. Хорошо
хоть, что до свадьбы. В замужестве этому учиться поздно, особенно если ее
муж будет таким, как сказано в завещании.
Джейк найдет ей богатого мужа, который будет управлять и ее деньгами, и ее
жизнью. Несомненно, он окажется старше. И захочет, чтобы она делала в
постели определенные вещи.
Нет, нельзя вслепую выходить замуж. До вчерашнего дня она ничего не знала о
мужчинах. Абсолютно. Да и теперь мало что знает.
Спасибо Джейку. Благодаря ему, ей теперь известно, что у мужчин есть
характер, они могут владеть собой или быть непокорными. Они могут
соглашаться и протестовать, у них есть кодекс чести.
О сексе Катарина не знает ничего. Прошлой ночью, лежа с Джейком в постели,
она испугалась себя. Нет. Она ужаснулась. А он испугал ее утром, когда
поцеловал. Это все секс. Секс — могучая сила.
Как она загорелась, когда представила себе, что он занимается с ней любовью!
Какой у него был требовательный поцелуй! Девушка поняла, что он может
управлять ею. Но ей понравилось.
Она судорожно вздохнула.
Ей и сейчас нравится вспоминать об этом поцелуе. Она с удовольствием
вспоминала его тело, его крепкие руки, вспоминала, как билось собственное
сердце, как он запрокинул ее голову.
И когда она собралась вздохнуть и отдаться во власть чувств, Джейк ослабил
объятия. И она ослабела физически, душевно, эмоционально.
Интересно, поцелуй всегда так действует на женщину? Если так, кто знает, что
произойдет, когда мужчина станет заниматься с ней любовью? Может, она
превратится в покорную рабыню? Есть ли способ с этим справиться, оказать
сопротивление? Можно ли прогнать наваждение?
Она не собирается ждать, пока ее выдадут замуж, чтобы найти ответ на этот
вопрос. Она хочет знать это сейчас, до того как пойдет под венец.
Джейк должен научить ее этому. Она хочет все узнать от него.
Она очень смутно представляет, как все должно быть. Джейк спрашивал ее,
говорили ли им на уроках о сексе. Сестра Анжелика упомянула однажды о
супружеских обязанностях, но сразу же осеклась.
Одна из девочек рассказала кое-что шепотом в спальне, но Катарина не
поверила, что это физически возможно.
Джейк может научить ее. Не всему, разумеется, но многому. Нельзя выходить
замуж, ничего не зная и не умея.
Катарина опять бросила на него взгляд.
Джейк красив. И он молод. Заниматься любовью с таким мужчиной, как он,
совсем не то, что секс с некрасивым стариком.
Катарина содрогнулась.
Нет. Джейк не может найти ей такого мужа.
Полет заканчивался. Катарина откинулась на спинку кресла и стала думать, как
ей все это пережить.
Рио был огромным и даже в дождливый день — ярким.
Нью- Йорк оказался серым, холодным, напоминающим гробницу.
Хаотическое движение, толпы людей на улицах. Высокие здания примыкают друг к
другу.
Джейк жил на Пятой авеню возле Центрального парка.
Катарине о многом хотелось спросить Джейка, но она не сделала этого. Он и
так считает ее сельской мышкой, ребенком. Зачем давать ему лишний повод для
насмешек?
Его апартаменты находились в высоком здании с видом на парк. Привратник
поздоровался с ним и вежливо приветствовал девушку. То же сделал и лифтер.
Обшитый деревянными панелями и устланный ковром лифт поднял их на верхний
этаж.
Квартира была двухъярусная, из окон открывалась захватывающая картина. Джейк
провел ее через огромный холл в спальню, соединенную с ванной комнатой. Она
с удовольствием отметила, что окна выходят в парк. Деревья далеко внизу
стояли мрачные и голые, но это ее не расстроило. Они удивительно
гармонировали с серым городским небом.
Катарина даже не могла себе раньше представить, что бывает такая роскошь. В
доме ее родителей были красивые вещи, но таких, как у Джейка, она не видела.
Тут ей пришло в голову, что она даже не знает, насколько он богат. Дорого же
все это стоит! А что унаследует она сама? Но сейчас не время об этом
спрашивать.
- Полагаю, ты сама разберешь вещи и примешь ванну, -сказал Джейк.
— Анны сейчас нет. Но она в курсе, что мы должны приехать. Я звонил ей
сегодня утром. Она наверняка приготовила что-нибудь поесть.
Кто такая Анна? Жена? Любовница? А он целовал ее, Катарину. Вот еще новые
сведения о мужчинах. Об этом она по крайней мере слышала раньше. Бразильские
мужчины не отличаются верностью.
Возможно, американцы тоже.
- Она не возражает, что я здесь остановлюсь?
- А почему она должна?
Действительно, почему? Джейк — мужчина. Хозяин. А если ее беспокоит,
что он принадлежит другой женщине, то это глупо. Но жена может нарушить ее
планы.
- Извините, -вежливо сказала Катарина. — Я просто не знаю ваших
обычаев.
- Моих обычаев?
- Ваших культурных обычаев. Касательно брака.
Он недоумевающе поглядел па нее.
- Ты решила, что Анна — моя жена?
- Она ваша любовница?
Он медленно подошел к ней, не отрывая взгляда. Девушка хотела отстраниться,
но решила не показывать слабость. Это было бы ошибкой.
- Сегодня утром я поцеловал тебя.
Ее сердце заколотилось.
- Разве? -Она пожала плечами. — Вообще-то да, но я с трудом
припоминаю...
Он взял ее за плечи, притянул к себе и поцеловал опять. Еще один урок,
сказала себе она, прежде чем мысли куда-то исчезли.
У него были такие горячие губы. Нежные. Она почувствовала, как кончик его
языка разжимает ее сомкнутые губы, проникает между ними, и тихо застонала.
Поцелуй стал еще глубже. Она еще раз простонала и услышала ответный стон
Джейка. Он взял ее лицо в свои руки, запрокинул ее голову и с силой прижался
к ее губам.
- Теперь вспомнила?
- Да, -ответила она, ненавидя свой дрожащий голос. Надо считать Джейка
просто учителем, но он об этом знать не должен.
Он опять закрыл ей рот поцелуем. Обхватил руками так крепко, что она ощутила
жар его тела и его возбуждение. Это служит одной цели, говорил он себе.
Женщина должна понять, что с ним нельзя играть, если она не хочет сгореть.
Но и для него этот огонь тоже опасен.
Боже, какой у нее вкус. Как изумительно держать ее в объятиях. Он с силой
прижимал Катарину к себе, чувствуя ее мягкую грудь, бедра... Но этого было
не достаточно.
Ему хотелось большего.
Ему хотелось расстегнуть ее платье. Оголить грудь. Взять в руки. Ласкать.
Проводить пальцами по соскам и видеть при этом ее лицо. Слышать, как она
выкрикивает его имя, когда он снимает платье с ее плеч, стягивает с нее
трусики, находит горячее, сладкое, влажное лоно, которое истекает нежностью
— для него, только для него.
Взять ее невинность. Ее чистую безупречную невинность. Невинность, которая
предназначена другому мужчине.
Джейк оторвался от ее губ. Катарина покачнулась.
- Джейк, — прошептала она, но он отпустил ее и, сжав кулаки,
засунул руки в карманы, чтобы не дотронуться до нее опять.
- Ну что теперь? — спокойно произнес он. — Я освежил твои
воспоминания?
Она открыла глаза. Джейк поразился, какие у нее необыкновенно длинные и
густые ресницы. Потом девушка провела кончиком бледно-розового языка по
верхней губе, и его охватило желание.
- Твоя память восстановилась? — опять спросил он.
- Да, — машинально кивнула она.
- Отлично.
Она опять облизнула губы. Джейк торопливо сделал шаг назад.
- Я бы не стал тебя целовать, если бы имел жену или любовницу.
- А почему нет? В Бразилии...
- И в моей стране тоже. Иногда. Может быть, я старомоден, но так не
поступаю. Когда я найду себе жену, то не стану ее обманывать. Ни ее, ни кого-
либо еще. Сейчас я свободен.
- А меня ты обманываешь?
Черт! Как он ухитрился сам себе вырыть яму?
- Я говорю о моем поцелуе. Я бы не стал этого делать, если бы у меня
кто-то был.
А как же Саманта? Он совершенно забыл о ней.
- Значит, ты поцеловал меня, потому что ни с кем не связан?
- Да. Нет. — Джейк смутился. — Я поцеловал тебя, только и
всего. Поцелуй — это просто поцелуй.
- А девочки говорили, что поцелуй много значит. И в книгах я читала...
- В каких книгах?
- Не имеет значения. — Ее щеки порозовели. — Девочки,
которых отпускали на выходные, привозили с собой из дома книги.
-
Любовник леди Чаттерлей
? — Джейк прищурился.
- И в этих книгах...
- Что было в этих книгах?
- Любовные романы. В некоторых были описаны такие особые поцелуи...
- А-а. Любовные романы. — Он с облегчением вздохнул. Что
особенного может быть написано в любовных романах?
- Вы считаете, что мужчина может поцеловать женщину просто так?
- Нет, конечно. Мужчина всегда должен хотеть, чтобы женщина
почувствовала...
- Что она должна почувствовать?
Глядя в кофейные глаза Катарины, глядя, как она облизывает языком верхнюю
губу, Джейк ощущал, что идет по тонкому ломающемуся льду.
Один шаг вперед. Одно прикосновение. Еще один поцелуй...
Он набрал побольше воздуха и сделал шаг назад. Прочь от нее, прочь от
пугающего льда под ногами.
- Распакуй вещи, -проворчал он, — и смени это ужасное коричневое
платье на что-нибудь еще. Я позову тебя, когда еда будет готова. — Он
вышел из комнаты и, уже закрывая дверь, вспомнил, с чего началась эта сцена.
— Ты спрашивала про Анну?
- Да, и что?
- Она -моя домработница. Она замужем, ей лет пятьдесят.
- О!
- Да. Но все это тебя не касается.
- Я просто подумала...
- Я знаю, что ты подумала. -Джейк закрыл дверь.
Вряд ли его невинная подопечная, полудевочка-полуженщина, искушала его. Это
исключено. Это просто безумная мысль. Она не может. Или может?
Джейк выругался, одним движением сорвал галстук и направился к себе в
спальню в другой конец квартиры, чтобы принять ледяной душ.
Глава седьмая
Джейк разогрел в микроволновке оставленный Анной ужин — цыпленка с
рисом и грибами.
- Ужин готов, — позвал он девушку. Никакого ответа.
- Катарина!
Он услышал, как открылась дверь.
- Я не голодна.
- Отлично. Мне больше достанется.
Он вернулся в кухню, обжигая пальцы, вытащил блюда и поставил их на стойку.
Джейк был зол на Катарину. Почему она решила, что он женат или у него есть
любовница?
У нее неверное отношение к мужчинам. Откуда? Что она может о них знать?
Голодный желудок напомнил о себе, и Джейк набросился на еду.
- Вы не умеете сидеть за столом.
От неожиданности он выронил вилку.
- Я решил, ты не будешь ужинать.
- Я передумала. А здесь неплохо... пахнет.
Она подошла к нему.
- Что это?
- Цыпленок.
- Выглядит аппетитней того, что нам давали в школе.
- Что ты на себя надела?
- Это спортивный костюм. -Девушка гордо подняла подбородок. —
Может, он не соответствует здешним стандартам, но мне нравится.
Джейк долго пристально разглядывал ее. Она приняла душ, распушенные вьющиеся
волосы обрамляли ее личико, подчеркивая его изящный овал. Смешной костюм,
болтавшийся на ней, не мог скрыть великолепную фигуру: очертания груди,
округлившиеся бедра, длинные ноги.
Она казалась такой нежной и беззащитной. И невероятно сексуальной.
Джейк достал приборы и салфетки.
- Прошу. — Он предложил Катарине сесть.
- Вы предлагаете есть за стойкой?
- Да.
- Есть разница между завтраком за стойкой и ужином за столом. Для
стойки сойдут и бумажные салфетки, а для стола...
- Какого черта! -бросил он сквозь зубы.
- Вы не должны так...
- Должен. А если ты не перестанешь меня поучать, то услышишь кое-что
покрепче.
Катарина удивленно подняла брови, но не проронила не слова, расставляя
фарфор и раскладывая салфетки. Ей нужно, чтобы опекун был в хорошем
настроении. Зачем его дразнить?
Вчера она провела свою первую ночь в отеле. Сегодня ей предстоит провести
первую ночь в апартаментах мужчины.
И она должна рассказать ему о своем плане. Ей нужно найти способ вернуть
себе контроль над своей жизнью.
Вернуть? Да она никогда не распоряжалась своей жизнью. Школа, сестры-
монахини, матушка Элизабет, дядюшка и его поверенный, затем Энрике
Рамирез... Они распоряжались ее существованием.
А теперь ее жизнь и судьба должны перейти в руки незнакомого мужчины.
Без боя она не сдастся. Надежда зародилась, когда Катарина принимала душ.
Она вымыла голову пахшим ванилью шампунем, обнаруженным в гостевой спальне.
Девушка открыла все бутылочки и тюбики в ванной комнате, понюхала содержимое
и обнаружила лосьон с ароматом розы. Растираясь им, она поняла, как ей
обрести долгожданную свободу.
Джейк говорил о культурных различиях между их странами... Потом обнял и
поцеловал. Поцелуи ее здорово завели, но и его тоже. Она почувствовала
его... возбуждение.
Катарина судорожно сглотнула.
Секс — могущественная вещь. И потому ее план сработает. Нужно только
правильно представить его Джейку.
Наблюдая за ним, она вспомнила, что путь к сердцу мужчины лежит через его
желудок.
- Очень аппетитно, -радостно сказала она. — (Джейк ничего не
ответил.) — А нет ли сухариков?
- Сухариков? -Он удивился.
- Или горячей сдобы? Анна ничего не оставляла?
- Нет.
- Жаль. Если вы подождете часок, я могу приготовить. -(Он недоверчиво
поглядел на нее.) — Я отлично готовлю.
- Не стоит. Поищи в шкафу хлеб.
Она взяла серебряную корзиночку, постелила туда салфетку и аккуратно
разложила маленькие кусочки хлеба.
- Ну, как?
- Отлично. Могу я теперь есть?
- Не хотите ли масла?
- Я хочу тишины и покоя.
- Разумеется, -вежливо согласилась Катарина, хотя ей хотелось стукнуть
его по голове чем-нибудь тяжелым. Она села рядом с ним и взяла кусочек
цыпленка. — Ммм. Очень вкусно. А нет ли у вас вина?
Шато де Эсте
Зинфандел
не помешало бы...
- Помолчи.
Подобраться к его сердцу через желудок не удалось, придется найти путь к
мозгам. Они у него есть. Этого отрицать нельзя.
- Джейк, — решилась она, — я понимаю, что вас не радуют
обязанности опекуна. — (Он промолчал.) — А я вовсе не хочу быть
вашей подопечной.
- Наконец у нас нашлось что-то общее.
- Я тут подумала...
- Ничего не получится, — тихо произнес он. — Тебе нужно
выйти замуж. Я должен найти для тебя мужа. У нас слишком мало времени.
Она кивнула.
- Вы говорили о различии наших культур. Я сказала, что бразильские
мужья обманывают своих жен, а вы...
- Я много чего говорил. Потом я поцеловал тебя.
Воцарилась тишина. Их взгляды встретились.
- Да, поцеловал.
- Этого больше не случится.
- Почему? — удивилась она.
- Потому что... — Джейк пристально поглядел в ее недоумевающие
глаза и понял причину своего гнева. — Я поступил неправильно. Я твой
опекун и должен думать о твоем благополучии.
- Но если вы меня поцелуете, мне не станет от этого хуже.
Неужели она так наивна? Или это все уловки? Надо быть с ней осторожнее.
- Твоему будущему мужу это может не понравиться.
- Но я его не знаю.
- Мы решим эту проблему. Завтра я кое-куда позвоню. Я приложу все силы,
чтобы это оказался хороший выбор.
Она кивнула и склонила голову. Волосы упали, закрыв ее лицо. Он еле
удержался, чтобы не погладить мягкие, отливающие золотом пряди.
- Я знаю, что тебе хочется другого, но...
- Этого не избежать.
- И чем скорее ты с этим смиришься...
- Я уже смирилась. Нет способа обойти завещание.
- Я рад услышать... то есть я рад, что ты наконец...
Что с ним такое, почему он запинается? Конечно, он рад, что здравый смысл
возобладал, так почему же это его беспокоит?
- Но есть несколько условий...
Она не в том положении, чтобы выдвигать условия. Но пусть поговорит. Главное
— она согласилась. Интересно, какие условия?
- Ну, выкладывай.
- Что сказано в завещании о моем замужестве? Возможен ли развод?
Она наклонилась к нему так близко, что ее волосы щекотали ему нос. Они пахли
ванилью, а кожа — розой. Ему так хотелось поцеловать ее в шею.
- Не делайте вид, что вы шокированы, Джейк. Ведь здесь известно это
понятие?
- Понятие? Да, конечно. Развод — это национальная игра.
- Вот видите. — Она обрадовалась и весело захлопала в ладоши.
— Уже лучше.
- Разве?
- В Бразилии разводы не одобряются. Они бывают, но в большинстве
случаев инициируются мужьями, а не женами.
- О'кей, чего ты конкретно хочешь?
- Все очень просто. -(С Катариной просто быть не может.) — Вы
находите мне мужа. Приличного, во всех отношениях подходящего мужа-
бразильца. Вы говорили, что можете это сделать, так ведь?
- Да, -согласился он. Сделать это несложно, учитывая ее состояние,
внешность и невинность.
Черт, невинность. Пожалуй, все не так просто. Он же не может выдать Катарину
замуж за кого попало. Ей нужен определенный мужчина, который сможет
разбудить ее... ее...
- ... вы меня слушаете?
Джейк нахмурился.
- Да, продолжай.
- Я выйду за мужчину, которого вы выберете. Но он должен быть согласен
на два условия. Первое, -она принялась загибать пальцы, — он должен
подписать юридический отказ от прав на мое наследство. Богатому человеку
буду нужна я, а не мои деньги. Или вы собирались выдать меня за первого
встречного?
Она права. Джейк вздохнул, утвердительно кивнув.
- Хорошо. Нам нужен очень богатый жених. Что еще?
- Он должен согласиться жить в Штатах.
- Я не знаю, согласится ли бразилец...
- Третье...
- Речь шла о двух условиях.
- Третье, — продолжала Катарина. — Он подпишет документ,
что не будет возражать против развода. Я выйду за него замуж, получу свое
наследство, а потом разведусь. — Она улыбнулась. — Все очень
просто, не правда ли?
- Проще некуда. Зачем мужчине соглашаться на эти условия? Что он от
этого получит?
- Вы должны понять, — спокойно начала она. — Я столько лет мечтала о своей свободе.
- Я понимаю, но...
- Нет! — Она положила руку ему на плечо. — Нет, Джейк. Вы
даже не можете себе этого представить. Мои родители умерли, когда я была
ребенком. Дядюшка — мой опекун — поместил меня в монастырскую
школу на следующий день после их похорон и никогда меня оттуда не забирал.
Ни на каникулы, ни на выходные. Это был не только мой дом, моя школа, это
был весь мой мир. Другого я не видела.
- Это было ужасно, но...
- Это не было ужасно. Некоторые сестры были добры ко мне. У меня даже
появились подруги. Но когда им исполнялось восемнадцать, они уезжали. Они
уходили тем путем, которым, как я думала, и я однажды уйду. Я осталась там
еще на три года, три бесконечных года. Единственное, что не позволило мне
сойти с ума, это мечта о том, как я буду жить, когда наконец выйду через эти
проклятые ворота, как и они.
У Джейка сжалось сердце, горло сдавил спазм. Его собственное детство не было
безоблачным. Он искал приключений и находил их. Много раз набивал себе
шишки, прежде чем научился защищать себя. Но у него была любящая мама, Нью-
Йорк был его вотчиной. Когда ему исполнилось восемнадцать, он навсегда
покинул дурное окружение.
Жизнь, которую описала Катарина, немногим отличалась от жизни в тюрьме.
Он взял ее руку в свои ладони.
- Кэт, -мягко проговорил он, — дорогая...
- Разве вы не понимаете? — В ее глазах заблестели слезы. —
Я не могу жить в другой клетке, пусть она даже будет золотой.
- Я обещаю найти хорошего парня. Такого, который сделает тебя
счастливой.
- Меня сделает счастливой только свобода, Джейк. Только свобода. Я даже
подумывала, не отказаться ли мне от наследства.
- Не нужно этого делать. Твои родители хотели, чтобы ты получила эти
деньги.
- Они постарались сделать, как лучше для меня, но... но...
Она начала всхлипывать. Джейк разразился проклятьями и посадил ее к себе на
колени.
- Не надо плакать, — утешал он, — дорогая, не надо плакать.
Пожалуйста. Я что-нибудь придумаю. Я найду выход.
- Вы сможете? — с надеждой спросила девушка.
- Да. У меня есть знакомый в бразильском посольстве. Я позвоню ему
утром, попрошу познакомить тебя, ввести в общество. Таким образом, я смогу
выбрать подходящую партию для тебя.
- Спасибо.
Улыбнувшись сквозь слезы, она хлюпнула носом. Джейк протянул ей салфетку.
Она вытерла слезы и тяжело вздохнула, прижавшись к нему.
Боже, она была такой горячей, такой восхитительной. От нее так чудесно
пахло. Только один поцелуй. Один короткий поцелуй, чтобы подбодрить
бедняжку.
- Кэт, -шепотом позвал Джейк. Он поднял ее подбородок, их лица
оказались на одном уровне. Ее огромные глаза стали еще темнее, губы
раскрылись. — Кэт, — хрипло выдохнул он и поцеловал ее в губы.
Все произошло так, словно он уже тысячи раз целовал ее. Не было сомнений и
колебаний.
- Джейк, -прошептала она. — Джейк... — И все, что он себе
обещал, мгновенно забылось.
Остался только ее вкус, ее аромат. Джейк провел языком по ее губам, и она
ответила легким стоном, обняла его за шею, вцепилась пальцами в волосы и
прижала к себе...
Незаметно его рука забралась ей под свитер и... О боже! Она была без
лифчика.
Волшебное прикосновение к ее груди, восхитительной груди. Теплой и
шелковистой. Ее соски... ее соски просто сами просились в рот.
- Кэт, -заплетающимся языком произнес Джейк, сорвал с нее свитер,
нагнул голову и принялся целовать ее кремовую грудь, ласкать языком, губами,
нежно покусывать, пока она не закричала в экстазе, повторяя его имя, и не
задвигала бедрами, все сильнее прижимаясь к нему.
Его возбуждение было велико и даже болезненно. Тело пульсировало от желания.
От страсти к ней, к Катарине.
- Подожди, -попросил Джейк, снял ее с колен и встал, неотрывно глядя ей
в лицо. Их разделяла одежда, но это не мешало. Он ощущал, что ее бедра
готовы обвить его, видел ее ослепленный страстью взгляд, слышал прерывистое
дыхание.
Ничто не имело значения. Только эта женщина. Только эта женщина. Эта, эта,
эта...
Джейк застонал и откинулся назад.
- Джейк, -прошептала Катарина.
Он судорожно дернулся, потряс головой и сел на стул. Он был бледен, только
на скуле горело красное пятно.
- Завтра же, — задыхаясь, произнес он, — в бразильское
посольство. Я позвоню, узнаю фамилии...
- Джейк...
Она глядела на него сверкающими глазами. Ее кожа светилась, напрягшиеся
соски проступали под тканью свитера.
- Извини, — выдавил он. — За все.
- Только не за это, — прошептала она. — Пожалуйста, не
жалей ни о чем.
Джейк попытался ответить, но не смог подобрать верные слова. Вместо этого он встал и пошел к двери.
- Увидимся утром... — начал он, но Катарина прервала его:
- Джейк!
Он остановился. Вздохнул — медленно и тяжко.
- Да?
У нее молотом ухало сердце, тело налилось тяжестью. Как объяснить ему все
остальное, когда тело так ноет? Отчего оно ноет — непонятно.
- Я хотела напомнить о муже... муже, которого ты мне найдешь и который
будет согласен на развод.
Джейк обернулся.
- Кэт, мужчина, имеющий много денег, согласится не трогать твой
капитал, но какой ему смысл заключать временный брак.
- Я красивая, Джейк?
Он скривил губы.
- Катарина...
- Только скажи мне правду. Я красивая?
- Ты и сама это знаешь.
- И... и я нетронутая. Я — девственница.
Она что — думает, он не знает? Только это и удержало его минуту назад,
иначе он взял бы ее.
- И что дальше?
- Ну, — медленно произнесла она, — что мужчина, за которого
я выйду, будет моим официальным мужем день, неделю или месяц, я стану его
женой. И...
- И что?
- И... — Она забыла, что ее план должен быть хитроумным. Не до
хитрости, когда Джейк так глядит на нее. — Я отдам ему единственное,
чего нельзя купить, — внезапно пересохшими губами продолжала девушка.
— Я подарю ему свою девственность, свою невинность, а ты научишь меня,
как это сделать.
Он не знал, что ей на это сказать.
Две недели спустя Джейк все еще мучился в поисках ответа. Он сидел за столом
в своем офисе, машинально постукивая карандашом по столу. Он пытался
заняться делами, но постоянно возвращался
...Закладка в соц.сетях
