Жанр: Любовные романы
Корсиканский гамбит
...ца. — Я смотрю, это вас волнует, cara.
— Нет, — резко ответила она. — Меня не заботит, что вы...
— Я сказал ему, — негромко перебил он ее, — что вы более чем
красивая. Я сказал, что вы прекраснейшая девушка, которую я когда-либо
встречал.
От этих слов сладкая волна разлилась по всему ее телу.
— Это правда, — произнес он, встретившись с ней взглядом.
В его словах опять прозвучал еле различимый акцент. Она уже не раз замечала
его и склонялась к мысли, что он проявлялся у Донелли в минуты душевных
волнений.
Или он намеренно, прибегает к нему, желая произвести впечатление На женщин?
Уголки ее губ разочарованно опустились. Да, скорее всего, так. Она уверена,
что, пуская в ход свой милый акцент, и пустозвонство, и эффектную фамилию, а
также сдабривая свою речь всякими cara и beliissima, он наверняка
поразил немало женщин. Ну, с ней-то это не пройдет. Если Макс Донелли и в
самом деле думает, что в состоянии повернуть часы назад — к тому, что
случилось вчерашней ночью в саду, если у него есть надежда на то, что он
очарует ее до такой степени, что она забудет причину, по которой оказалась
здесь...
— Вы слышите, что я сказал, Франческа?
Она слегка пожала плечами, и мягко задрапированный лиф ее шелкового платья красиво открыл ее плечи.
— Слышу, — безразличным тоном ответила она. Его улыбка немного
потускнела.
— Но такой комплимент ничего не значит для женщины, привыкшей получать
их отовсюду?
— Не расстраивайтесь, — посмотрев ему в глаза, медовым голосом
проговорила Франческа. — Зато я уверена, что это верный способ
взволновать всех других женщин, мимо которых вы только что прошли.
Макс откинулся на стуле и рассмеялся:
— Ах, cara, простите меня. Вы хотели услышать, что вы первая из всех.
— Я просила вас не называть меня так. И меня совершенно не волнует,
первая я или пятидесятая.
— Но вы — первая.
Он замолчал, поскольку в это время официант принес шампанское. Макс
отказался предварительно продегустировать его. Он дождался, пока наполнили
их бокалы и расставили перед ними небольшие мисочки с сардинами и crudites,
а потом с улыбкой через стол наклонился к ней.
— По крайней мере первая женщина, которую я выиграл в карты.
Франческа вспыхнула.
— Боюсь, что ничего веселого в этом нет, — резко ответила она.
Он вздохнул.
— Да. Думаю, вы правы. — Некоторое время он молча смотрел на нее,
потом взял свой бокал и обратился к ней: — За что мы пьем?
— Я не пью совсем, спасибо большое.
— Вы не любите шампанское?
— Не в этом дело.
— Если хотите, мы можем заказать вино или аперитив.
Она глубоко вздохнула:
— Я не хочу пить, мистер Донелли.
— Макс. Мы уже договорились об этом, помните? — В его голосе
внезапно прорвались резкие нотки. — Может быть, на сегодня нам следует
отбросить все земные правила? Если вы хотите возместить долг вашего сводного
брата.
— Если? — недоверчиво засмеялась она. — Поверьте, иначе я бы
не сидела здесь.
— Да? — Едва заметная лукавая улыбка мелькнула на его лице. —
Франческа, я же предоставил вам выбор, помните, в машине? Я предложил
отвезти вас в Монако. Но вы решили ехать со мной.
— Потому что я хотела заплатить долг брата. — Она гордо вскинула
подбородок.
— Правильно. А это означает, что вы согласились выпить со мной,
поужинать.
— Но я не рассчитываю получить от всего этого удовольствие.
— Эта фраза не идет вам, cara, — резко произнес он. Прошло
некоторое время, прежде чем он снова взглянул на нее и лениво
улыбнулся. — Во всяком случае, вам должно быть лестно.
— Лестно? Оказаться здесь, с вами? — Она мрачно улыбнулась. —
Мои слова о степени вашего эгоизма — сущая правда. Он настолько велик, что
может заполнить футбольный стадион.
— Я имел в виду причину, по которой вы приехали сюда со мной.
Франческа посмотрела на него.
— Вряд ли кому польстит то, что он стал добычей в карточной игре.
Послушайте, я вас сколько раз просила прекратить эти ваши бесконечные cara
и bellissima! Если вы таким образом хотите произвести на меня
впечатление...
— Я пытаюсь произвести впечатление?
В его голосе звучало столько явного удивления, что Франческа покраснела, но
отступать было поздно.
— Наверное.
Макс сложил руки на груди.
— Почему вы сделали такой вывод? Она еще больше покраснела.
— Теперь вы пытаетесь поставить меня в неловкое положение.
— Это самый простой вопрос, Франческа. Неужели сложно ответить?
Наступило короткое молчание.
— Я сужу по тому, что произошло вчерашней ночью, — наконец сказала
она. — Если вы думаете, что я забыла...
— Нет, — произнес он тихо и скользнул взглядом по ней. — Я
так не думаю.
— Я имею в виду, что вы теряете время, если думаете, если надеетесь,
что я клюну на все это.
Он смотрел на нее почти ласково.
— Вы считаете, что я все это устроил, чтобы соблазнить вас? Игра в
покер, спор с вашим сводным братом.
— Мне показалось, что да. И сейчас: это очаровательное маленькое кафе,
и шампанское, и... — Она подняла подбородок.
Его голос прошелестел словно мягкий шелк. Он наклонился еще ближе и
осторожно обхватил запястье Франчески.
— Давайте на секунду представим, что я влез в это безобразие из-за
вас. — На его лице мелькнула улыбка хитрого кота.
— Так неужели все мои усилия пойдут насмарку? — Она поспешно
вырвала руку, но, видимо, он уже успел уловить учащенное биение ее
пульса. — Нет, — сам же ответил Макс на свой вопрос, — нет,
думаю, что не пойдут.
— Можете думать что хотите. С таким эгоистом, как вы, спорить
бесполезно. — Франческа резко вскинула голову. — Я просто хочу,
чтобы между нами не было неясностей. Меня угощали шампанским и до вас. И
называли всякими ласковыми именами.
— Я не сомневаюсь в этом.
От его тона ее бросило в дрожь.
— Вы разочарованы, Макс? — Она одарила его сладчайшей
улыбкой. — Вы что, думали, я жила недотрогой в ожидании вашего
появления?
Она заметила, как у него задвигались желваки.
— А что, если я скажу да? — Он наклонился еще ближе, в его
глазах блеснули огоньки, словно сверкнули два алмаза. — Что тогда,
cara?
С замирающим сердцем она посмотрела на него. Она знала, что он думает о ней,
он довольно ясно дал это понять, и, в сущности, шут с ним и с его мыслями!
Он для нее никто, эта ночь пройдет, и они больше никогда не увидятся.
И все же Франческа невольно задалась вопросом, а что будет, если она скажет
ему правду, если сможет выдержать его холодный взгляд и заявит, что никогда
не была близка с мужчиной и никогда не реагировала на поцелуи так, как
вчерашней ночью. Ее взгляд скользнул по его лицу и замер на губах, девушка
вдруг вспрмнила их вкус, жаркие поцелуи, его горячее тело.
— Франческа?
Его голос прозвучал мягко, девушку словно обдало ласковой струей теплого
воздуха. Подавшись вперед, он легонько коснулся рукой ее щеки. Она
почувствовала это прикосновение. Стоит только чуть-чуть повернуть голову, и
можно дотронуться губами до его кожи, поцеловать его ладонь.
Прекрати, приказала она себе, немедленно прекрати!
Она отстранилась и взяла свой бокал.
— Я бы сказала, вы несколько староваты, чтобы верить в волшебные
сказки, — ответила она, сделав приличный глоток шампанского.
— Вы та женщина, которая всегда предпочитает говорить правду, да,
Франческа? Вашему брату следовало бы поучиться у вас, cara.
— Ну вот, опять. Я сколько раз повторяла.
— Совершенно случайно. — И, словно защищаясь, Макс шутливо поднял
руки. — Просто некоторые слова и некоторые фразы у меня выскакивают
сами.
— Ну конечно, — холодно ответила она. — В зависимости от
ситуации. Для Стефана французский язык, для Чарлза английский. А для женщин
вы изобрели свой милый акцент и вкрапления из какого? Итальянского?
— Да. Итальянского.
— Мм. — Она выпила еще вина. У нее пересохло в горле, а тут все
равно пропадает хорошее вино. — Итальянский. В соответствии с именем.
Откуда вы его раздобыли? С театральных афиш? Макс рассмеялся.
— Имя, как и язык, досталось мне от отца. Мне очень жаль, что оно
раздражает вас.
— Оно меня не раздражает. И никакого значения для меня не имеет. Вы как
угодно можете себя называть. Я говорила вам, что оно меня не трогает.
— Но вы должны быть польщены.
— Вы уже говорили это. Но...
— Франческа, вы обвинили меня в том, что я специально все подстроил,
но, как бы мне ни хотелось согласиться с вами, это было бы неправдой. —
Макс Донелли засмеялся каким-то неестественно-ледяным смехом. — В конце
концов, никто не собирался выставлять Чарлза на посмешище. Он умудрился это
устроить сам.
— Неправда. Если помните, я была там. Вы ловко вовлекли его в карточную
игру.
Макс небрежно пожал плечами:
— Я виноват лишь в том, что выгодно использовал представившуюся
возможность. Вернее, две возможности. — Он обнажил зубы в улыбке.
— Две?
— Да. Первый раз — когда заставил Чарлза сесть за карты. — Он
оглядел ее лицо, продолжая улыбаться. — А второй раз — когда у меня
хватило ума указать на вас в качестве приза.
Краска залила щеки девушки.
— Мне не нравится, как вы говорите об этом. По-вашему получается,
будто... будто...
— Я хочу получить удовольствие в вашем обществе, Франческа.
Она сделала глоток вина.
— Причем как можно дольше, чтобы лучше помнить. Мне кажется, cara, я
просто обречен радоваться тем крохам внимания, на которые вы так скупитесь,
не правда ли?
Он опять дразнил ее. Это ясно по его тону и видно по глазам. У нее
перехватило дыхание. Она может положить конец этим насмешкам. Надо всего
лишь посмотреть ему в глаза и сказать.
— О чем вы думаете, Франческа?
Она взглянула на него. Хоть он и говорил почти безразличным тоном, у нее
появилось ужасное подозрение, что он снова прочел все ее мысли. Она отвела
взгляд. Господи, как гудит голова. Что это с ней?
— Ни о чем, — ответила она, сжав ладони между колен, — совсем
ни о чем.
— Правда? — Он улыбнулся одними уголками губ. — Вы так
побледнели.
Она судорожно сглотнула.
— Да? Может... может, это оттого, что я голодна. Я давно ничего не ела.
Ненормальная. Совсем ненормальная! Что она говорит! Она вправду хочет есть,
но вовсе не собирается трапезничать с этим человеком. Тут она подняла свой
бокал, выпила его и пожала плечами. А что она потеряет, если разделит с ним
ужин? Ничего. Абсолютно ничего.
— Где мы будем ужинать? — улыбаясь, вежливо спросила она.
Макс взял бутылку с шампанским и опять наполнил ее бокал.
— Я пока не думал об этом. — Он взглядом проследил, как она взяла
бокал, затем посмотрел на ее губы. — Как насчет Купола?
— Без предварительного заказа? Вы не сможете... — Она запнулась,
заметив его улыбку. — Прошу прощения, — сухо сказала она. — Я
забыла. Наверняка вам ничего не стоит получить столик где бы то ни было.
— В Куполе слишком шумно. Может, поедем в Гриль? — Он
нахмурился. — Нет. Уверен, вы там уже обедали.
— Да. Дважды. — Она поставила свой бокал и посмотрела ему прямо в
глаза. — Между прочим, мистер Донелли...
На этот раз он взглянул на нее с нежностью и ласково сказал:
— Макс.
— Макс. А где обедаете вы? То есть где вы остановились? Участники
конференции живут либо в Отель де Пари, либо в Эрмитаже, а вас я ни там,
ни там ни разу не видела.
— А вы меня искали? — Он вскинул брови.
— Нет, не искала, конечно, но запомнила бы, если б...
Она прикусила губу, заметив, что Макс начал смеяться.
— Продолжайте, — попросил он. Франческа перевела дух.
— Обычно так происходит, когда сталкиваешься с одними и теми же людьми
в лифтах и коридорах изо дня в день. — Она вспыхнула, встретившись с
ним взглядом. — А, неважно, — сказала она, поднимая свой
бокал. — Это не имеет значения.
Макс некоторое время молча смотрел на нее, потом отодвинул свой стул и
встал.
— Прошу прощения, мне надо отойти на пару минут. Я хочу позвонить кое-
кому. — Он ослепительно улыбнулся. — А потом я покажу вам, где я
остановился. Идет?
— Я уже говорила, что это неважно.
— И ужинать мы будем в одном известном только мне тайном месте. Ну как,
звучит?
Франческа улыбнулась:
— Тайном? Тайный ресторан здесь, на Ривьере? Что это значит? Что в
Мишлене он помечен всего лишь одной звездочкой?
Макс, уходя, рассмеялся.
— Я вернусь через минуту, — бросил он, — а вы за это время
можете докончить свое шампанское.
Она проследила за ним взглядом, а потом уставилась на свой бокал. Он опять
был полным. Когда же это произошло? Она подняла его, в голове раздался
тревожный звон, но она отмахнулась от него. Ей же машину не вести, хихикнула
она про себя. За рулем Макс. И поделом ему, если она заснет у него прямо в
машине! Возможно, это и не совсем то, что он имел в виду, говоря о своем
желании приятно провести с ней время, но большего он и не заслужил.
К тому времени, когда они садились в машину, в голове у Франчески уже гудело
не на шутку.
— С вами все в порядке? — озабоченно спросил Макс, помогая ей
сесть в автомобиль.
— Все — отлично, — ответила она.
Но это не соответствовало действительности. На самом деле у нее было такое
ощущение, будто машина куда-то плывет, хотя Макс еще и не заводил мотора.
Она закрыла глаза, когда феррари тронулся. Но это была ошибка, потому что
теперь все в голове стало кружиться. Неужели она выпила слишком много
шампанского? Да нет, всего один бокал. От силы два. Или три...
— Вы любите омары, cara?
Франческа встрепенулась.
— Омары? — непонимающе переспросила она.
— Да, омары, — кивнул Макс. — И мидии. Думаю, вам нравится и
то, и то.
Франческа попросила:
— Не могли бы вы открыть окна? Что-то жарковато тут у вас.
От свежего ночного воздуха ей стало лучше. Она выпрямилась и положила руку
на лоб.
— Голова болит?
Она быстро взглянула на него.
— Как это у вас получается? — раздраженно спросила она.
— Что получается?
— Такое ощущение, что вы угадываете мои мысли, прежде чем я успеваю их
додумать до конца.
Он улыбнулся и переключил скорость.
— Магия, cara.
— Не называйте меня так, — устало попросила она, откидывая голову
на подголовник кресла.
Он негромко засмеялся.
— Прошу прощения. Мне очень жаль.
— Ничего вам не жаль.
— Нет, правда, я не хотел рассердить вас, Франческа.
Вздохнув, она закрыла глаза.
— Неправда.
— Вы хотите сказать, что я лжец? — насмешливо спросил он.
Она склонила голову набок и открыла глаза.
— Точнее — не лжец. Он улыбнулся:
— А кто?
— Вы... вы... — Она вздохнула. — То, что вы делали сегодня
вечером, было неправильно. Втягивание Чарлза в карточную игру...
— Что наговорил вам обо мне ваш брат? Она отвернулась.
— Кое-что рассказал — например, как вы пытались отобрать Спенсер
Инвестмент.
— А что вы скажете, если я сообщу вам, что он солгал?
— Чарлз не стал бы обманывать меня.
— Это ваш ответ?
Гордо выпрямившись, она повернулась к нему.
— А вы ждали другого?
Наступила минутная пауза, потом Макс покачал головой.
— Думаю, нет.
— Уж не ради ли этого вы все затеяли? Может, вы хотели заставить меня
изменить мое мнение о брате?
Макс засмеялся:
— Такое мне и в голову не приходило.
— Это хорошо, — мрачно промолвила она. — Потому что... потому
что... — Она села прямо и выглянула в окно. — Где мы?
— В Ницце. — Он повернул руль, и они съехали с дороги на узкую
улицу, которая, похоже, вела к воде. — Вы бывали здесь раньше?
— Нет. Чарлз обещал, но — Она пожала плечами. — Он был так занят.
— Да. Охотно верю. — Доннели остановился у обочины и выключил
мотор. — Пойдемте, Франческа. Позвольте показать вам мой любимый
ресторан.
Она подождала, пока он обойдет машину и откроет ей дверь, потом спустила
ноги на землю. Макс взял ее за руку и помог выйти.
— Я сама справлюсь, — сказала она, оттолкнув его руку.
Но справлялась она с трудом. Ноги горели, словно она натерла их, весь день
лазая по горам. Макс нетерпеливо хмыкнул и обнял ее за талию.
— Я сказала, что могу справиться.
— Конечно, можете, — миролюбиво ответил он. И еще крепче прижал ее
к себе. — Но вы на высоких каблуках. Неужели вам хочется переломать их
о булыжную мостовую, а?
Довод был разумный. С этим не поспоришь. Кроме того, что-то странное
творилось с ногами: было такое ощущение, словно вместо костей и мышц в них
одно лишь шампанское. Она захихикала.
— Что это вас развеселило, cara?
Она чуть было не сказала ему, что ее развеселило сразу все: собственные
дрожащие ноги, и одуревшая голова, и то, что чем ближе к воде, тем
явственней становится его акцент.
Вода. Франческа нахмурилась. Зачем они идут к морю?
— А что, ресторан там?
— Да, лучший в мире.
— Но где? Я не вижу.
— Добрый вечер, Луиджи.
— Buona sera, Don Maximillian.
Она заморгала. На тропинке перед ними возник человек. Он был одет в джинсы и
темную рубашку.
— Tutti sono pronto, signore**.
Макс кивнул:
— Va bene
.
— Вы знаете этого человека? — Франческа уставилась на него.
Он улыбнулся:
— Луиджи работает у меня. Смотрите под ноги — настил мокрый.
Она огляделась. Они шли по пристани, все дальше и дальше удаляясь от улицы.
— Я не понимаю, — медленно произнесла она. — Вы сказали, что
здесь ресторан.
— Signorina
*. — Луиджи, стоя у блестящего катера, протягивал ей руку.
Франческа переводила недоуменный взгляд с одного мужчины на другого.
— Что он хочет?
— Он хочет помочь вам взобраться на борт, cara.
— На борт? — Франческа не сразу обрела дар речи. — Что значит
— взобраться на борт?
Макс вздохнул:
— А то и значит — на борт, Франческа. Она похолодела.
** Все готово, синьор (итал,).
Хорошо (итал.).
* Синьорина (итал.).
— Нет, — решительно заявила она. — Я не хочу.
— Не глупите, Франческа. Вы же сами говорили, что хотите увидеть мой
тайный ресторан и мой отель.
Она посмотрела на него, стараясь что-нибудь понять по его лицу, но оно было
непроницаемым.
— Макс.
Он холодно улыбнулся.
— Ах, леди даже знает мое имя.
— Макс, зачем все это? — Она стала вглядываться в море. Там что;
есть какой-нибудь плавучий отель? Я никогда об этом не слышала, но...
— Нет. — Он приобнял ее одной рукой. — Никакого плавучего
отеля нет.
— Ну, тогда что?
— Давайте взойдем на катер, и я покажу вам. Франческа посмотрела на
него. Сердце тревожно забилось. Глупо. Макс Донелли тяжелый человек, к тому
же физически сильный, но бояться его нечего.
— Зачем? — Она постаралась засмеяться. — Это прелестный
катер, но если вы пытаетесь убедить меня, что здесь есть отель и ресторан...
— Signore, per favore...
Макс кивнул:
— Si, Luigi, si.
Она посмотрела на мужчин поочередно.
— Что он сказал?
— Он сказал, что надо поторопиться: ужин остынет. Франческа удивленно
уставилась на него.
— Ради всего святого, объясните мне все толком. — Брови ее
приподнялись. — Это что, ваш катер? — Не дождавшись ответа, она
снова оглядела судно, красиво поблескивающее своими глянцевыми боками.
Внезапно ей представился маленький уютный столик, который, наверное, накрыли
на двоих в нижней каюте.
— Если вы считаете, что я соглашусь обедать здесь наедине с вами... Он
засмеялся:
— Поверните немного голову, cara. — Что?
— Голову поверните. — Макс дотронулся рукой до ее щеки и осторожно
повернул голову девушки в нужном направлении. — Что вы видите?
Она нахмурилась:
— Море, конечно.
— А еще?
— Что все это значит, Макс? Я не мастер отгадывать загадки.
— Ну скажите, что вам еще видно, Франческа.
— Огни, — раздраженно ответила она. — Ради Бога...
— Если вы приглядитесь повнимательней, то увидите, что они горят на
судне.
Франческа заморгала. Да, он прав: там, вдали, виднеется судно. Большое
судно. Футов пятьдесят. Нет, сто.
— Если быть точным, сто тридцать семь, — подсказал он удивительно
нежным голосом.
Она уставилась на него в таком замешательстве, что даже не удосужилась
спросить себя, рассуждала она мгновение назад вслух или он снова угадал ее
мысли.
— Оно ваше? Он кивнул:
— Конечно.
— Вы хотите... — она снова заморгала, — вы хотите сказать, что мы будем ужинать там?
Макс тихо засмеялся:
— Ничто так не способствует хорошему аппетиту, как свежий морской
воздух, cara.
Она снова посмотрела в сторону темного моря. Судно, его судно, стояло в каких-
нибудь ста ярдах, но вдруг у нее возникло чувство, словно он приглашает ее
поехать с ним на другой материк.
— Нет, — сказала Франческа. Голос ее прерывался. —
Нет, — снова повторила девушка. И сделала шаг назад. — Я, пожалуй,
не поеду. Спасибо за приглашение, но...
Она вскрикнула, поскольку в этот момент Макс схватил ее на руки и шагнул на
палубу катера.
— Andiamo, Luigi.
— Добро пожаловать на Млечный Путь.
Моряк освободил трос, которым катер был прикреплен к пристани.
— Вы не можете так поступать! — барахтаясь в его руках, кричала
Франческа, но Макс лишь рассмеялся и прижал ее еще крепче.
— Почему не могу, cara? — спросил он, а она с ужасом смотрела, как
удаляется пристань.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Франческе и раньше доводилось бывать на яхтах. Такие посудины считались
неотъемлемым атрибутом представителей высших финансовых кругов, к которым
принадлежал ее сводный брат. Она провела немало времени на борту подобных
яхт, разъезжая на всевозможные уикенды и вечера.
Но это судно поразило ее воображение. Хотя она и была сейчас вне себя от
гнева, все же от нее не ускользнуло, что эта яхта, несомненно, самая большая
и самая элегантная из всех, которые ей приходилось видеть доселе.
Катер подошел вплотную к судну. Луиджи выключил мотор. Франческе наконец
удалось высвободиться из малоприятных объятий Макса. Она стояла, вся дрожа,
обхватив себя руками, потирая те места, которые он так больно сжимал, и
пыталась отогнать страх, сменивший бушевавшую в ней недавно ярость. Макс
склонился перед ней в шутливом поклоне.
Она лихорадочно пыталась найти какие-нибудь резкие слова в ответ на его
реплику, но что можно сказать человеку, который только что похитил тебя?
Макс заметил ее растерянность, конечно, заметил, потому что тихо засмеялся,
прежде чем протянул ей руку.
— Разрешите, я помогу вам взойти на борт.
Она последний раз оглянулась на берег, прекрасно осознавая тщетно
...Закладка в соц.сетях
