Жанр: Любовные романы
Идеальная жена
... заметил Райан, пожав
плечами. — Наверное, они рассчитывали, что ты скорее клюнешь, если
девушка будет выглядеть милой и невинной.
— Может быть, хотя я не думаю, что дело обстоит именно так. Девочка
была тиха и молчалива. Беттина пыталась втянуть ее в разговор, но она сидела
тихо как мышь.
— Все такая же простушка, похоже.
— Ну, вообще-то разговор вела Беттина. Она сказала, что Гордон
вычеркнул ее из завещания под влиянием настроения, в приступе гнева.
— Вот как она хочет повернуть! — фыркнул Райан.
— Я тоже не поверил ее словам. Поэтому, когда они ушли, я позвонил
своему адвокату и попросил его проверить кое-что, холодно улыбнулся
Джеймс. — Беттина была вычеркнута из завещания намеренно, это ясно.
Похоже, Гордон застал ее в постели с мужчиной.
Райан допил коньяк, поставил стакан и сложил руки на груди.
— Надеюсь, ты позвонил Беттине и сказал ей об этом?
— Я ей ничего не сказал, Райан. Сначала мне хотелось поговорить с
тобой. Видишь ли, мой адвокат обнаружил нечто совершенно непредвиденное.
Видимо, Гордон намеревался сделать еще одно изменение в завещании.
— Какое изменение?
— За две недели до смерти он наведался к своему адвокату. Он говорил,
что его не покидают мысли о девочке.
— Дочери Беттины? Джеймс кивнул.
— Он сказал, что Беттина спихнула ее в закрытую школу типа пансиона,
как только они поженились, чтобы девочка не болталась под ногами, и что он
чувствует себя виноватым, потому что пальцем о палец не ударил, чтобы
помешать этому. Он говорил, что никогда не уделял ей достаточного внимания и
не выполнял свой долг отчима.
Райан вздохнул. Картина начинала проясняться.
— Послушай, дедушка, если ты намереваешься продолжить платить за
обучение...
Джеймс хихикнул.
— Ей двадцать три года, Райан. Она окончила школу четыре года назад. И
я понимаю, почему Гордон беспокоился о ней. Она совсем не похожа на молодых
женщин, которых мы привыкли видеть. В ней нет излишней пикантности, нет и
утонченности. Я полагаю, это результат пребывания в закрытой школе — одном
из тех старомодных мест, где девушек воспитывают как настоящих леди. Вряд ли
в наши дни сохранилось много таких заведений. Если верить Беттине, ее дочь
играет на пианино, вышивает, даже знает, как по всем правилам приготовить и
подать чай. Райан расхохотался.
— Надо познакомить ее с Фрэнком. — Фрэнк здесь ни при чем, —
отрезал старик. — Ты слушаешь, что я говорю?
— Конечно, сэр. И она представляется мне очаровательной.
Вообще-то она представлялась ему простушкой или даже чуть глуповатой и
скучной, как хозяйственное мыло, но... деду об этом незачем говорить.
— Сначала меня удивило, почему Беттина выбрала именно эту школу, где
культивировались такие вещи, но затем я понял: она надеялась, что таким
образом ее дочь будет дружить с теми, с кем следует общаться. Возможно,
познакомится с братом какой-нибудь богатой одноклассницы и выйдет за него
замуж.
— Но не познакомилась? — Райан ухмыльнулся, увидев, что Джеймс
отрицательно качает головой. — Я понимаю. Она уже не в переходном
возрасте, она просто домашняя. Бедная Беттина. Ее план сыграл с ней шутку
бумеранга.
— Я бы не сказал, что девушка домашняя, — задумчиво произнес
Джеймс. — Что верно, то верно — она бесхитростная. Вполне порядочная и
скромная.
— Ну тогда, — сказал Райан, пытаясь замаскировать свое
нетерпение, — я уверен, рано или поздно она найдет хорошего мужа.
— Я в этом не сомневаюсь, — твердо сказал Джеймс и улыбнулся.
— Послушай, дедушка, по-моему, мы уклонились от темы. Мы обсуждали... а-а, да. Мы говорили о...
— О моей смерти. Мы обсуждали именно это и еще то, что ты можешь
сделать, чтобы смягчить ее приближение. Я готов вернуться к этой теме, если
ты... — (В дверь библиотеки постучали.) — Да? — с некоторым
раздражением сказал старик, когда дверь открылась. — Ну что там еще,
Бримли? Неужели нельзя потерпеть и оставить меня в покое хотя бы на минуту?
— К вам гости, сэр, — повысив тон, сообщила экономка с оттенком
неодобрения.
— А что, уже девять? — со вздохом спросил Джеймс. —
Неудивительно, что ты стал так нетерпелив, мой мальчик. Я совсем забыл о
времени. Мне казалось, что до прихода Беттины и ее дочери еще целый час.
Райан с изумлением уставился на деда.
— Что ты имеешь в виду?
— Я попросил их прийти к вечеру, после ужина.
— Зачем?
— Разумеется, для того, чтобы ты смог с ней познакомиться.
Райан запустил пятерню в свои волосы и отбросил их назад.
— Сэр, сказал он почти нежным голосом. — Боюсь, вы что-то путаете.
Я уже знаком с Беттиной, мы встречались с ней раньше, помните?
Джеймс с силой шлепнул ладонями по ручкам кресла.
— Не надо меня опекать, мой друг, я еще не дожил до старческого
маразма. Речь идет не о Беттине. Девон — вот с кем я хочу тебя познакомить.
— Девон?
— Только, ради Бога, не надо принимать такой озадаченный вид. Да,
Девон. Дочь Беттины. Падчерица твоего брата.
— Но зачем? Послушай, если ты хочешь что-то сделать для нее... дать
денег, еще что-то...
— Что я хочу, Райан? Это имеет отношение к твоему обещанию выполнить
мою просьбу. Я попрошу кое-что сделать для меня.
— Я выполню, но какое это имеет отношение к... как, ты сказал, ее
зовут?
— Девон, — напомнил старик. — И это имеет непосредственное
отношение к ней. Видишь ли, я подумал, что есть возможность решить все
проблемы сразу.
— Какие проблемы?
— Те проблемы, о которых мы говорим с тобой уже битый час, —
раздраженно сказал Джеймс. — Ты что же, не слушал? Речь шла о моем
настоятельном желании, чтобы ты женился на подходящей женщине.
— А-а-а, это, — протянул Райан, пренебрежительно махнув рукой.
— Да, именно это. А теперь всплыло еще одно обстоятельство: желание
твоего брата, чтобы его падчерица была пристроена.
— Дедушка, — покорным голосом проговорил Райан. — Я не вижу
ничего общего между этими двумя обстоятельствами.
Хитрая улыбка пробежала по лицу Джеймса.
— Между этими обстоятельствами есть нечто общее. Тебе нужна жена, а
девушку надо пристроить, — захихикал старик. — Все очень просто,
Райан. Я нашел тебе идеальную жену. Я хочу, чтобы ты женился на Девон.
Казалось, его слова эхом раздались в библиотеке. Сзади, в камине, громко
выстрелило сырое полено — жар вытеснил последнюю влагу из его сердцевины.
Как будто из моих легких вышел последний пузырек воздуха, подумал Райан.
— Не может быть, чтобы ты говорил это серьезно, — сказал он вслух.
— Никогда в жизни я еще не говорил так серьезно. И я напоминаю тебе,
что ты дал мне слово. Ты возьмешь в жены Девон Франклин.
Франклин? — ошеломленно подумал Райан. Сердце его с силой ударилось о
ребра. Франклин?
— Дедушка, — произнес он сдавленным голосом, но дед в это время
повернулся в кресле, уставившись на дверь. Глаза его сияли от удовольствия.
— Девон, дорогая! Входи, пожалуйста! Я хочу, чтобы ты познакомилась с
моим внуком.
Еще до того, как Райан обернулся, до того, как он ее увидел, он уже понял,
кто это. Конечно! Там, в дверях, — та самая экстравагантная блондинка с
несносным характером, которая ударила его шесть часов назад в супермаркете
Монтанос.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Райан не раз слышал, будто в минуты опасности время как бы останавливается.
Прежде он, однако, такого никогда не испытывал. Он любил опасность, это была
одна из его черт, помогавших преуспевать в бизнесе. Когда все вокруг
становилось ненадежным и рискованным, многие терялись, у Райана же,
наоборот, от решимости сердце начинало биться учащенно. В такие минуты ему
казалось, что время ускоряет свой бег. События, слова, жесты накладывались
одно на другое с молниеносной быстротой, так что потом приходилось
специально садиться и раскладывать все по полкам.
Сейчас же, стоя лицом к лицу со скромной, приятной, несколько старомодной
девушкой, которую дед выбрал ему в невесты, Райан впервые почувствовал, что
это такое — когда время останавливается.
Он ощущал каждый удар своего сердца, слышал каждый свой вдох и выдох. Он
видел Беттину — она стояла позади девушки, — видел ее кроваво-красные
губы, двигавшиеся так медленно, что по ним ничего нельзя было понять.
Но самое удивительное — он, будто в замедленном кино, наблюдал, как на лице
Девон одно выражение сменялось другим: сначала узнавание, затем изумление,
словно девушка не могла поверить своим глазам, после этого шок. И, наконец —
ужас.
Кошмарный сон наяву!
Но кто уж действительно был ошеломлен, так это Райан. Девон Франклин,
сидящая у камина с пяльцами на коленях? Девон Франклин, благо-пристойно
беседующая с подругами из кружка по рукоделию?.. Вот она, спохватившись,
спешит домой, готовить ужин для своего благоверного...
Райан чуть не расхохотался от этой идиллической картинки. Легче представить
себе Джека Потрошителя, нанятого нарезать ростбифы для званого обеда.
Нетрудно было догадаться, на чем обманулся Джеймс: девушка-то хамелеон! Она
может меняться в зависимости от обстоятельств. В Монтаносе она изображала
сексуальную искушенность: свободно ниспадающие светлые волосы, глаза
оттенены сурьмой, длинные ноги заманчиво выглядывают из-под длинной
бархатной накидки. Сегодня же она кротка и целомудренна, как монашка перед
принятием обета: шелковистые волосы забраны в свободный узел на затылке, на
лице и намека нет на косметику, а восхитительное тело и длинные ноги
спрятаны под серым шерстяным платьем, которое не только прикрывает колени,
но доходит чуть ли не до щиколоток.
Надо, однако, признаться, что, несмотря на все это, она выглядела
прекраснее, чем в прошлый раз.
Райан сузил глаза. Красота красотой, а реальность реальностью. Она была из
тех женщин, которые раз и навсегда усвоили: все на свете можно получить при
помощи одного только очарования, за красивые глазки. И если надо
показаться старичку, значит, она изобразит Мисс Невинность.
Весь механизм, вся схема ее действий были ясны для него. Девон Франклин
почистила перышки и приобрела внешность, приятную для деда и не идущую
вразрез с его вкусами. Джеймс не только пожилой человек. Он — старомодный
пожилой человек, доживающий свой век; у него много денег и всего один
наследник. Ясней ясного: Беттина и ее дочь увидели золотой шанс и решили его
использовать.
Волна гнева возмутила кровь Райана. Их план — очевидное, жестокое,
бессердечное мошенничество. Обрушить всю эту ложь на слабого, больного
старика! Ни та, ни другая не подумали (если они вообще о чем-нибудь
думали!), что внук Джеймса может их остановить. Девон ждет не очень приятный
сюрприз.
Он двинулся вперед, глядя прямо ей в глаза, с наслаждением предвкушая, как
ужас на ее лице уступит место благоговейному страху.
— Райан! — Восторженный визг Беттины разорвал тишину. Она вихрем
пронеслась мимо Девон и бросилась в объятия Райана, повиснув у него на шее и
дрыгая ногами. — Райан, как здорово! Я так и думала, что ты будешь
здесь сегодня! Как я рада, что снова встретила тебя через столько лет!
Райан осторожно высвободился из объятий Беттины и поставил ее на пол.
— Здравствуй, Беттина! — Он натянуто улыбнулся, глядя на
раскрасневшееся лицо Беттины с искусным макияжем, на подкрашенные хной
локоны, на сочное, аппетитное тело, напоминающее собою перезрелый
плод. — Много времени прошло, говоришь? Я вижу, ты совсем не
изменилась.
— Спасибо за комплимент, — захихикала Беттина. Она запустила руку
в прическу и, не сводя глаз с Джеймса, поправила волосы. —
Здравствуйте, дедушка Кинкейд! Вы прекрасно выглядите.
— Дышу еще... Ты это имела в виду? Беттина снова захихикала.
— Замечательное чувство юмора, — весело заметила она, изящно
поворачиваясь только корпусом и вытягивая руку по направлению к
дочери. — Деточка, поцелуй же своего дедушку!
С мрачным удовлетворением Райан наблюдал, как Девон немного помедлила, чтобы
собраться. Затем, распрямив плечи, пошла в центр комнаты.
Неужели выкрутится?
— Добрый вечер, мистер Кинкейд, — проговорила она. Голос ее был
сейчас гораздо мягче, чем в Монтаносе, но это, вероятно, чтобы вписаться в
роль, которую ей предстояло сыграть. — Спасибо, что пригласили нас на
этот вечер.
— Ты совсем не то говоришь, дорогая. Улыбка Беттины светилась ярче
неоновой рекламы. — Совсем не обязательно быть такой уж церемонной со
своим дедушкой.
Райан успел заметить, что в глазах девушки что-то вспыхнуло.
— Но он же мне не дедушка, мама.
— Что ты говоришь? Не будь глупенькой, Девон. Разумеется, он твой
дедушка.
— Мама...
Голос Девон оставался спокойным, но в нем чувствовались нотки
предупреждения. Райан прищурил глаза. Игра становилась интересной.
— Не приставай к девочке, Беттина. Пусть она называет меня как
хочет, — улыбнулся Джеймс, протягивая руку к Девон. — Подойди
сюда, детка. Я хочу рассмотреть тебя получше.
Райан в задумчивости закусил губу. Что это, план? Противопоставить
экстравагантность Беттины скромности девушки?
Он едва заметно улыбнулся. Здорово! Неглупо придумано, но им его не
провести.
Девон смотрела на протянутую к ней руку Джеймса. Какая разница, куда
смотреть! Только бы не на мужчину, которого она теперь знала по имени —
Райан Кинкейд.
Нет! — подумала она. Это невозможно!
Беттина не умолкала с той самой минуты, как села в кинкейдовский лимузин.
Она все трещала и трещала о том, как сильно дедушка Джеймс любит Девон. Не
переставая, повторяла, что у него никогда не было дочери или внучки. И — о-о-
о! — воскликнула Беттина под конец, видели бы вы, какое впечатление
произвела Девон на дедушку на прошлой неделе, когда их пригласили к мистеру
Кинкейду на ужин! Он просто не сводил с нее глаз. Да, да, да!
Пока они ехали, Девон не только не проронила ни слова, но даже никак не
реагировала, так что Беттине волей-неволей пришлось сменить тему. Может
быть, Райан тоже будет там сегодня вечером, — сказала она и по-детски
вздохнула. Потом спросила Девон, помнит ли та его. В тот вечер, когда Гордон
привозил их к старику Кинкейду на ужин, он тоже сидел за столом.
Девон ответила, что не помнит. Что она отчетливо помнила, так это страстное
желание, чтобы пол под ней раздвинулся и она бы туда провалилась. Как это
было ужасно — слышать презрение в голосе пожилого человека каждый раз, когда
он говорил с Беттиной! И еще ужаснее было наблюдать, как мама перед ним
пресмыкалась.
А затем появился младший брат Гордона. Он пришел позже, ушел раньше всех и
взглянул на нее всего несколько раз, да и то мельком. Райан — так его звали.
Беттина болтала и болтала о нем всю дорогу, пока они ехали туда сегодня: как
он хорошо выглядит, сколько у него денег, о том, что он может так и остаться
холостяком...
— Девон!
Девушка подняла голову. Беттина пристально смотрела на нее, мрачно улыбаясь
неподвижной, мертвой улыбкой. Глаза ее блестели.
— Дедушка Кинкейд ждет тебя! — резко проговорила она.
Девон, сделав судорожное глотательное движение, пошла. Дорогу ей загородил
Райан; она ожидала, что он отодвинется, но тот стоял на месте, будто скала,
с глазами плоскими и холодными, как зеленое бутылочное стекло, так что ей
пришлось протиснуться, задев его плечом и бедром.
— Я... я очень рада снова вас видеть, мистер Кинкейд, —
проговорила она, подавая Джеймсу руку.
— Какая у тебя ладонь холодная, детка, — захихикал Джеймс. —
Как это говорят, Райан? Холодные руки — горячее сердце?
— Что-то в этом роде, — пробормотал Райан. Девон посмотрела на
него. Еле заметная улыбка на красивых губах Райана, холод во взгляде. Она
вся сжалась, ушла в себя. Кому-то надо было сделать первый шаг, и, скорее
всего — ей.
— Добрый вечер, мистер Кинкейд, — произнесла она. Голос ее был
ровный, а сердце билось как сумасшедшее. Какой неприятный сюрприз!
Эффект получился такой, как если бы ведро воды вылили на раскаленную
докрасна печь. С минуту стояла мертвая тишина. Затем Беттина, с широко
раскрытыми глазами, повернулась к Девон и зашипела:
— Что ты сказала?
— Она имеет в виду, что мы уже встречались, — ледяным тоном
ответил за нее Райан. — Это правда, мисс Франклин?
— Несомненно. Сегодня утром, в Монтаносе.
У Беттины вырвался нервный смешок.
— Я что-то не понимаю. Девон, негодница, ты мне ничего не говорила!
— Я и сама не знала. Мы не были официально представлены. — Улыбка
Девон источала мороз. — Я и понятия не имела, что этот... джентльмен —
Райан Кинкейд.
Беттина недоуменно переводила взгляд с Райана на Девон.
— Ты хочешь сказать, что сегодня продала что-то Райану в Монтаносе?
Райан холодно и отрывисто рассмеялся. Метнув в него бешеный взгляд, Девон
произнесла, обращаясь к Беттине:
— Нет, мама, я ничего не продавала мистеру Кинкейду.
Джеймс прокашлялся.
— Райан! Боюсь, я совершенно запутался. Откуда вы с Девон знаете друг
друга?
Райан улыбнулся, одними губами.
— Сегодня я пошел в Монтанос. Мисс Франклин там работает. Это так,
мисс Франклин?
— Я работала там до сегодняшнего обеда, — с вызовом ответила
Девон. — Меня уволили.
— Как не повезло! — Райан изобразил огорчение. Он откинулся назад,
найдя опору в дедушкином письменном столе. — Почему бы не рассказать
нам всем об этом поподробнее?
Девон почувствовала, как краска бросилась ей в лицо. Проклятый Райан
Кинкейд! Неужели недостаточно на сегодня?
— Мисс Франклин! — Голос как шелк. — Мы внимательно слушаем.
В деталях, пожалуйста. Я уверен, ваша потрясающая история заинтересует всех.
Он улыбнулся, сложил руки на груди и чуть заметно качнулся на каблуках.
Почти как в Монтаносе: тот же взгляд, та же самодовольная, высокомерная
улыбка на очень, даже слишком привлекательном лице, эта его поза,
покачивание на каблуках, руки, сложенные на груди, — все подчеркивает,
что он намного лучше всех окружающих, не говоря уж о простых батрачках
наподобие ее. Девон глубоко-глубоко вздохнула.
— Не надо. История не потрясающая, а, скорее, печальная. Только
представить себе, что заурядный, однако самодовольный боров, вот
такой, — она указала пальцем на Райана, — мог...
— Девон!
— Но это правда, мама! — в бешенстве выпалила Девон. — И я не
собираюсь ничего приукрашивать только для того, чтобы ненароком не оскорбить
Кинкейдов!
— Правда никогда не бывает оскорбительной, — спокойно заметил
Джеймс. — Почему бы тебе, девочка, не рассказать нам, как было дело?
Девон повернулась к нему.
— Я расскажу вам, как было дело, — сказала она сквозь зубы. —
Я работала, а ваш внук, который стоит здесь... решил повыпендриваться — вот
что случилось. — Она гордо вскинула голову, скрестила руки на груди и
вперилась взглядом в Райана. — А когда я попыталась защититься от его
оскорблений, меня уволили.
Райан усмехнулся, истончив губы.
— Забавно бывает наблюдать, как несколько маленьких деталей, не
упомянутых в повествовании, могут так радикально изменить весь смысл.
— Единственная деталь, которую я упустила, так это мое полное мнение о
вашей персоне, — парировала Девон, сверкнув глазами. — Но для себя
я это мнение составила. Мне бы не хотелось шокировать вашего дедушку.
— Как благородно с вашей стороны! — сказал Райан.
— Слушайте, вы... вы...
— Спокойно, дорогая. Не надо так грубо. Следите за своими выражениями,
иначе вы окончательно разрушите образ Мисс Невинности, зло улыбнулся
он. — Вообще-то, я думаю, вы уже его разрушили. Сейчас, наверное, и не
поправить...
— Девон! — Беттина, вцепившись в спинку стула так, что побелели
костяшки пальцев, глядела на свою дочь. — Скажи мне наконец, о чем он
говорит?
Девон еще раз уничтожающе посмотрела на Райана, затем повернулась к матери.
— Он все врет! — отрубила она. — Я тебе уже сказала, я была
на работе...
— Она спускалась по ступенькам бельэтажа в таком длинном открытом
бархатистом балахончике и выглядела как... как мечта каждого мужчины. Ну, я
и сказал...
— Открытый балахончик? — заморгала Беттина. — Ты — в
бархатном балахончике?
Девон покраснела.
— По пятницам супермаркет Монтанос устраивает показ мод. Каждую
неделю. Одна из манекенщиц заболела, и управляющий вытащил меня из
парфюмерного отдела...
— Вытащил ее, — с сарказмом вклинился Райан, — перекинул
через плечо, содрал с нее всю одежду, вставил ее в шесть дюймов черного
шелка и накрыл все это шестью ярдами бархата. — Райан грустно покачал
головой. — Да, Девон, вам нужно было написать на этого парня жалобу в
Отдел труда.
— ...вытащил меня из парфюмерного отдела, — продолжала Девон
сквозь зубы, — втиснул меня в комнатку к моделям, где они
переодеваются, и следующее, что я помню, — я спускаюсь по ступенькам,
демонстрируя ту самую алую бархатную накидку.
— Алую... — прошептала Беттина. — Она, вероятно, была тебе
очень к лицу... под цвет волос.
— А затем этот... этот человек произнес нечто ужасное, и я услышала.
Все слышали! Ну, и я подошла к нему, чтобы сообщить, что ему надо как
следует промыть свои мозги, с мылом! И... одно за другим, слово за слово,
и...
— Она сказала, мягким голосом заметил Райан, всем корпусом
поворачиваясь к Джеймсу, — что я козел. И дурак. И обезьяна. И пещерный
человек... или неандерталец? — Он пожал плечами. — Я сейчас точно
не помню.
— Я сказала, что он совершенно невоспитанный человек, и я была
права, — отрезала Девон. — А потом... потом эта толпа... Люди
стали смеяться, и... и...
— И я попытался извиниться, — невинно улыбаясь, вставил Райан.
Девон даже шлепнула себя руками по бокам.
— Он пытался поцеловать меня! — проговорила она с отвращением,
скривив губы.
— Это была просто шутка.
— Ничего себе шутка!
— Да, дедушка, видимо, следует признать, что у мисс Франклин плохо с
чувством юмора. — Райан дотронулся рукой до бирюзовой припухлости на
лице. — Потому что именно в этот момент она меня и ударила.
В комнате надолго воцарилась полная тишина. Затем глухо, как отдаленный
вопль сирены, разрыдалась Беттина, сквозь слезы произнося имя дочери:
— Де-е-е-вон!!! Де-е-вон, как ты могла-а-а!
— Ты слышал, дедушка, что я сказал? Твоя благонравная, старомодная,
скромная, благовоспитанная, эта жемчужина — с точки зрения манер и поведения
так врезала мне правой клешней в челюсть, что сам Джордж Форман позавидовал
бы.
В глазах Джеймса промелькнул азартный огонек.
— Интересно, — проговорил он.
— Я так и подумал, сэр, что это вас заинтересует, — кивнул Райан.
— Девон, — произнесла Беттина отрывистым шепотом. — Зачем ты
это сделала?
Боже мой, подумала Девон, как он все переврал!
— Это было совсем не так! Если бы вы его слышали! Если бы вы видели все
это сами!
Девон дикими глазами обводила стоящих перед ней людей. Беттина смотрела на
нее с ужасом. Джеймс — вообще без всякого выражения на лице. Райан, черт бы
его побрал, у
...Закладка в соц.сетях
