Жанр: Любовные романы
Украденные мгновения
...бя и осмотреться. Сегодня он был во всем
черном: рукава черной рубашки высоко
закатаны так, что видны рельефные мускулы, черные волосы слегка спутаны, как
будто он то и дело ерошил их руками. Загар
делал его похожим на героя-любовника из латиноамериканских фильмов, и причем
такого, который даст сто очков вперед
Антонио Бандерасу!
- Интересно, - нарушила молчание Харли. - Говорят, на досуге ты до сих пор
занимаешься спортом. Наверняка
выступал за сборную школы в соревнованиях по легкой атлетике?
Дункан поднял глаза и улыбнулся ей. Улыбка оказала на нее немедленное
магическое действие.
- Издеваешься? Я вечно отказывался от всяких секций - лишь бы довести отца до
белого каления. Кстати, сработало.
Тем не менее, думаю, вчера ночью я преодолел барьер - миля за четыре минуты.
Харли шагнула к нему.
- Господи, Дункан, с тобой действительно все в порядке?
- Все нормально, правда. Ну а как ты?
- Со мной тоже все в порядке. Я им, кажется, даже понравилась.
Он окинул ее внимательным взглядом и одобрительно кивнул.
- Ну что ж, их можно понять. Но почему бы тебе на время не лечь на дно?
- Нет.
Дункан вздохнул.
- Теперь все ясно. Ты послана мне как испытание Божье.
Харли хотела было спросить, что за испытание он имеет в виду, но вовремя
сообразила, что ее тело и так тянется к нему,
как росток к солнцу, и вряд ли стоит шутить по этому поводу.
Она уселась в зеленое кресло для посетителей прямо перед его столом, закинула
ногу на ногу, втайне сожалея о том, что
решила надеть это красное платье. До прихода сюда она ощущала себя в нем
превосходно, уверенная, что выглядит
сексуально, но сейчас именно это и делало ее уязвимой.
Дункан выдвинул ящик стола.
- По крайней мере, возьми и носи это с собой. - Он ей протянул небольшой
сотовый телефон. - Тогда, если все-таки
что-нибудь случится, ты сможешь обратиться за подмогой.
- Ладно, - сказала Харли, опустив телефон в сумочку. - Ну и что же в
действительности случилось прошлой ночью?
- Ее щеки внезапно покраснели. - Я имею в виду этих французов.
-Да ничего особенного, - пожал плечами Дункан. - Поболтали об этих
бриллиантах. Они проявляют к этим
стекляшкам большой интерес.
- Ага. Видимо, поболтали по душам, так что Дезмон захромал, а у Луи появился
синяк на подбородке.
- Ну, - неловко вымолвил Дункан, - они приставили мне пистолет...
- Пистолет?
- Да все кончилось хорошо! Они спросили, где бриллианты, а я ответил, что у
меня их нет, они почему-то не поняли, ну
мне и пришлось перейти на их родной язык.
- То есть? - мрачно поинтересовалась Харли. Он вновь улыбнулся. Черт побери,
она опять почувствовала на себе
действие его обаятельной улыбки.
- Так вышло, что, пошатавшись по свету, я приобрел кое-какие навыки уличной
драки. Я сам удивился, но помогло.
Впрочем, если бы все было при дневном свете, я бы ни за что не стал их увечить.
Всего-то надо было спокойно присесть.
- Ну да, конечно!
- Нет, правда. Если хочешь избавиться от хулиганов, нет ничего лучше.
Естественно, кое-кто вроде моего отца,
оказавшись в неприятной ситуации - он-то, конечно, никогда в ней не бывал, - так
вот, кое-кто сразу распускает руки, а я
предпочитаю не играть мускулами, а пораскинуть мозгами. Просто сесть - чуть ли
не самый лучший способ защиты на
улице. Во-первых, нападающий уж такого точно не ждет и потому растеряется, вовторых,
на тротуар обычно никто не
садится, так что на вас немедленно многие обратят внимание, а этого бандит
совсем не хочет, и все жуткие угрозы сразу
станут трудно выполнимы. Да, и еще, не забудь громким голосом привлечь внимание
окружающих. Только, ради Бога, не
надо орать: "На помощь! Полиция!" - и прочие глупости. Это верный способ
распугать всех, кроме самого бандита. Лучше
что-нибудь безобидное. Помню, однажды, угодив в серьезную переделку, я затянул
какую-то песню. Ты знаешь, сработало
чудесным образом. Учти это на тот случай, если Дезмон с Луи снова к тебе
пристанут.
- Сажусь и пою.
- Верно.
- Ясно. А ты не чувствовал себя идиотом, распевая посреди улицы?
- Я бы чувствовал себя идиотом, если б, скажем, ревнивый муж выпустил мне
кишки. Ну ладно, я попросил тебя прийти
потому, что мы с Эммой раскопали все счета, к которым Бойд Монро имел хоть
какое-то отношение, - сказал Дункан,
откинувшись на спинку стула. - Результат нулевой. Абсолютно ничего.
- А ты уверен, что Бойд непременно замешан в денежных махинациях? - спросила
Харли, разочарованная таким
резким переходом на деловые темы.
- Всякий раз, когда человек нервничает так, как Бойд Монро, то причина либо в
деньгах, либо в трупе, который он
закопал в подвале. Полагаю, что твой менеджер относится к первой категории.
- Спасибо и на том.
Он усмехнулся, и внутри ее точно зазвучала натянутая струна.
- Рад, что ты согласна, но здесь-то собака и зарыта. Если Бойд из-за чего-то
и нервничает, то это деньги; если этих денег
нет на его законных счетах, то он их где-то скрывает. Может, какая-то оффшорная
компания? У тебя есть хоть какое-нибудь
подозрение на то, где у него могут быть тайные счета?
- Ну ты даешь! Ты что же думаешь, он мне докладывает о таких вещах?
- Извини, - широко улыбнулся Дункан, - но мы с Эммой отчаялись. Теперь вся
надежда на тебя.
- Вот те на, - вздохнула Харли. - Ничего, если я буду ходить туда-сюда?
- Валяй.
Харли рывком поднялась с кресла и начала слоняться взад-вперед по кабинету.
Ну и где Бойд мог скрывать левые
доходы? И прежде всего, откуда они могли взяться? И когда наконец она научится
не обращать внимание на черные глаза
Дункана, прожигающие ее насквозь?
- Программа турне ничего не дала, так я понимаю.
- Абсолютно. Никаких тайных отлучек, чтобы обновить счет в Швейцарии или
Австралии.
- Так, значит, все происходило при мне, - пробормотала Харли, разглядывая
ковер и меряя шагами кабинет. - Если он
клал или снимал деньги со счета - если так, - то, значит, во время турне, и я
находилась в том же месте, что и он. - Она
побродила еще минут восемь. - Вот где - Бермуды!
-Что?
- Бермуды! - возбужденно воскликнула Харли, навалившись на стол Дункана. -
Вот уж сколько месяцев я просила
Бойда об отпуске, а он все твердил, что я отдохну в октябре, когда мы отправимся
на Бермуды. Мы всегда отдыхали на
Бермудах. Я хочу в Париж, а он говорит - Бермуды. Я хочу в Диснейленд, а он свое
- Бермуды! Он даже раз или два в год
один ездил туда, когда я навещала маму.
Дункан вскочил, схватил ее за плечи и поцеловал в лоб.
- Ты гений! Эй, Эмма!
Появилась Эмма, и пока Дункан быстро вводил ее в курс дела, Харли немного
успокоилась. Он осчастливил ее дружеским
поцелуем, а она вся дрожит с головы до ног.
- Ладно, - сказала Эмма. - Бермуды - уже кое-что. Но глупо было бы заводить
счет на свое настоящее имя, а
насколько мы успели понять, Бойд Монро - все что угодно, но не дурак.
- Подставное имя. - Дункан обернулся к Харли. - Как ты думаешь, какое он бы
выбрал?
Харли задумалась всего на секунду, а потом хихикнула.
- Ну это просто: Трэвис Гарнетт.
- Рок-звезда? - недоверчиво спросила Эмма.
- Именно.
- Но почему? - поинтересовался Дункан.
- Потому что Бойд всей душой ненавидит Трэвиса Гарнетта. Если оффшорный счет
обнаружат и докажут, что деньги
грязные, у Трэвиса будут неприятности, по крайней мере, на первых порах, а Бонду
того и надо.
- Почему? - повторил Дункан.
- Несколько лет назад он нашел Трэвиса в баре в Сан-Антонио. Он хотел сделать
из него второго Гарта Брукса. Трэвис
отказался: он ненавидит стиль "кантри". Кроме того, он хотел иметь менеджера,
который бы занимался только им одним, а
не разрывался между несколькими певцами. Его менеджером стал Джин Фарлоу, и с
тех пор он благополучно заработал на
Трэвисе миллионы. Только упомяни при Бойде имя Трэвиса Гарнетта, и он начинает
швыряться стульями.
- Стоит попробовать, - усмехнулась Эмма.
В течение следующего часа Эмма с Дунканом не отрывались от компьютера,
проверяя один за другим банки на Бермудах.
Харли уселась обратно в зеленое кожаное кресло и наблюдала за ними столь же
неотрывно, как смотрит преданный фанат
"Янки" на свою команду в решающем матче Суперсерии.
- Нашла! - прозвенел голос Эммы.
- Обожаю вламываться! - пробормотал Дункан, пристально вглядываясь в экран.
Он легонько оттолкнул Эмму в
сторону и быстро что-то набрал на клавиатуре. Поджав губы, он тихо присвистнул.
- Люблю попадать в точку.
Принтер начал распечатывать сведения с экрана.
- Что ты обнаружил? - спросила нетерпеливо Харли, вставая и вытягивая шею,
чтобы, перегнувшись через стол,
увидеть, что там на экране.
-Да так, миллионов пятнадцать, - ответил Дункан.
- Да брось ты! - у Харли пересохло во рту.
- Да нет, все так.
- А ошибки быть не может?
- Не может. - Дункан протянул Харли несколько распечатанных листков.
Она с изумлением уставилась на список вкладов. Каждый не меньше двухсот
тысяч, а некоторые переваливали за
миллион.
- Обалдеть можно! - пробормотала она.
- Присвоение средств? - поинтересовалась Эмма, все еще не отрываясь от
информации на экране.
Дункан покачал головой.
- Мы прочесали счета Харли вдоль и поперек. С ними все в порядке. Накопления
Монро взяты откуда-то еще. Смотри,
здесь много переводов. Попробуй проследить их. Ведь откуда-то и от кого-то они
пришли.
- Наркотики? - спросила Эмма, неистово барабаня по клавиатуре.
- Я и сам об этом подумал. Для контрабандного провоза турне Харли - идеальное
прикрытие.
- А я не думаю, - возразила все еще слегка ошеломленная Харли. - Бойд всегда
был настроен против наркотиков. Он
заставлял всех, кто со мной работал, проходить обследование два раза в год.
- Одно другому не мешает. По мне, так очень удобное прикрытие, - повторил
Дункан.
- Да, похоже, - удрученно согласилась Харли. Что, если Бойд втравил ее в
контрабанду наркотиками! Она
содрогнулась.
- Я нашла счет в Швейцарском банке, - в голосе Эммы слышалось возбуждение.
- А вот это уже сюрприз, - проговорил Дункан, заглядывая ей через плечо.
Компьютер загудел.
- Мы вошли в систему защиты, - воскликнула Эмма. - Они засекут нас!
- Выходи! - завопил Дункан. Пальцы Эммы стремительно забегали по клавиатуре,
и компьютер отключился.
Дункан с облегчением вздохнул.
- Еще чуть-чуть - и мы влипли бы. Отлично сработано, Эмма.
- Когда все закончится, ты должен отправить меня подлечиться в какое-нибудь
теплое и тихое местечко, - сообщила
она Дункану.
- Непременно, - ухмыльнулся он в ответ. - Попробуй еще раз попозже, Эм. Если
бы нам удалось докопаться до
источников левых доходов Бойда, мы бы...
Зазвонил телефон. Все трое посмотрели на него. Он вновь зазвонил. Дункан взял
трубку:
- "Колангко интернэшнл", Дункан Ланг слушает. Добрый день, агент Салливан.
Хм-м. Хм-м. Ну да... Понятно. Это
долгая история. Да, вы правы. Ну что же, буду рад встретиться с вами, скажем,
через час? Да, конечно, я знаю, где ваш офис.
Хорошо. До свидания, - он положил трубку.
- Ну? - спросила Эмма. Дункан скривился.
- ФБР. Им интересно, зачем я пытался вскрыть один из счетов Анжело Маурицио в
Швейцарском банке.
Кровь отлила от лица Харли.
- Маурицио? Глава мафии?
- Он самый.
- Ничего себе, - присвистнула Эмма. - Что у Монро с ним общего?
- Лучше бы мне об этом не знать, - пробормотала Харли.
- Извини, - сказал Дункан, - теперь уже отступать поздно. Через час я
встречаюсь с агентом Аланом Салливаном,
который возглавляет группу ФБР, занимающуюся семейством Маурицио. А пока я хотел
бы поразмыслить над тем, что ему
говорить. Ты не против? - Дункан вопросительно посмотрел на Харли.
- Да, конечно, - в оцепенении произнесла Харли, протягивая ему распечатку по
бермудскому банку. Неужели Бойд
впутал ее в дела мафии?
Тишину кабинета нарушал лишь шелест переворачиваемых Дунканом страниц.
Она изучала Дункана, а Дункан изучал сведения по счетам. Он, безусловно, мог
и поныне считаться плейбоем, но это
было не так. Его сосредоточенность была пугающей; напряжение, с которым он
пролистывал бумаги, почти осязаемым. Вот
уж кого нельзя было называть пустым местом, как это делал Ланг-старший.
- А вот кое-что любопытное, - пробормотал он.
- Что? - воскликнули Харли и Эмма в один голос.
Теперь его напряженный взгляд был устремлен прямо на Харли, но словно бы ее
не видел.
- Как давно Бойд ездит на Бермуды? - поинтересовался он.
- С тех пор, как работает со мной, вот уже девять лет, - ответила она.
- Счет был открыт лет двенадцать назад. Чем бы он ни занимался, Харли, это
началось еще раньше, чем он стал твоим
менеджером.
- Ну хоть что-то.
- Он обычно делал два или три вклада в год, некоторые прямо наличными,
возможно, по окончании каждого твоего
турне. Я хочу, Эмма, чтобы ты прочесала все документы, - он кинул взгляд на свою
помощницу. - Попробуй
зафиксировать каждый вздох Бойда Монро в связи с этим делом.
- Ты получишь все, что можно, - последовал ответ.
- Так все-таки незаконный провоз наркотиков? - упавшим голосом переспросила
Харли.
- Возможно, - ответил Дункан. - Клан Маурицио замешан в контрабанде героина.
Но это может быть и оружие, и
вообще все что угодно. Что бы это ни было, в свои незаконные дела он втянул тебя
и только за одно это сядет до конца своих
дней.
Харли подняла глаза и увидела, что Дункан в ярости. Сейчас он разительно
отличался от того обаятельного беспечного
Дункана, которого она знала.
- Ну, мне надо работать, - пробормотала Эмма, выходя из кабинета и закрывая
за собой дверь.
Теперь, когда Дункан оторвался от бумаг Бойда, он пристально посмотрел на
Харли. Она почувствовала, что пол словно
уплывает из-под ног.
- Извини за столь неудачное начало дня, - сказал он.
- Если что и считать неудачным, так это утренние события, - криво усмехнулась
Харли. - И все же в любом случае я
предпочту встречу с Дезмоном и Луи короткому свиданию с Бондом. К тому же по
утрам он невыносим.
- О чем это ты бормочешь? - мрачно поинтересовался Дункан, обходя стол.
Он остановился на расстоянии фута от нее. Харли вытянула вперед руку, как
будто и впрямь могла заставить его
отступить.
- Ничего страшного, правда. Бойд заглянул ко мне утром в гостиницу и...
- Что он сделал? Откуда, черт возьми, он мог узнать, где ты остановилась?
- Не знаю, - пожав плечами, ответила Харли. - Думаю, ему мог сказать твой
отец.
- Что ему было нужно? - потребовал ответа Дункан.
На лице Харли вместо улыбки снова появилась кривая усмешка.
- Он хотел, чтобы я вернулась с ним в "Ритц".
- Зачем?
- Он сказал, что беспокоится обо мне. Я, естественно, отказалась, мы
перекинулись двумя-тремя словами. Результатом
разговора он остался недоволен, но смирился с ним. Вот, собственно, и вся
история.
Дункан пригладил свои черные как смоль волосы. Она почти физически ощутила
напряжение, исходящее от его сильного
тела.
- Сначала люди Жискара, потом Бойд. Ты отправишься в один из охраняемых
агентством домов и побудешь там, пока
все не кончится.
- Нет, - возразила Харли, которую не покидало чувство, что она на их с
Дунканом беседу смотрит как бы со стороны.
- Я не хочу вновь оказаться в клетке.
- А я не хочу, чтобы ты подвергалась опасности со стороны парней Жискара и
твоего любящего менеджера! Он связан с
Анжело Маурицио, Харли. Ты отправишься в безопасное место, и точка.
- Катись ты к черту! - сопротивлялась Харли. - У тебя нет никакого права
указывать мне что делать.
- Ты мой клиент. И я отвечаю за твою безопасность. Я...
- Единственная вещь, за которую ты отвечаешь, Дункан Ланг, это расследование
махинаций Бойда. Все.
- Черт побери, Харли, - схватил ее за плечи Дункан, - это не фильм про
Джеймса Бонда. Здесь реальная жизнь, и эти
люди по-настоящему опасны.
- Ты никак не можешь понять, - возразила ему Харли, вырываясь, - я прекрасно
справилась с тремя мужчинами
сегодня утром, и я не нуждаюсь в твоей опеке. Я в состоянии позаботиться о себе
сама.
Дункан развернулся, обошел вокруг стола, остановился прямо перед ней и
посмотрел ей в глаза.
- Позволь, в конце концов, приставить к тебе парочку телохранителей.
- Нет!
Дункан издал нечто среднее между стоном и приглушенным воплем ярости.
- Ты самая упрямая, вздорная, капризная женщина, что я встречал за всю свою
жизнь.
- Спасибо.
Со вздохом Дункан взял в ладони ее лицо.
- Неужели не понимаешь, что для меня ты что-то совершенно особенное и
необычайно ценное, и я не хочу, чтобы с
тобой что-нибудь случилось.
Прикоснувшись к ней, он вновь заставил ее задрожать. Одним лишь невинным
прикосновением ему удалось завести все
ее чувства, застав при этом врасплох.
- Спасибо, - прошептала она, зная, что вся светится от счастья. Он должен
испытывать то же самое, то же желание, не
ведающее сострадания и жалости, ту же боль, те же токи, пробегающие между ними и
пронизывающие их изнутри.
Дункан вдруг резко отстранился и отвернулся от нее.
- Во всем виноват я, - пробормотал он. - Я давно должен был раскопать, в чем
замешан Бойд. Тогда бы он был не
опасен. А тебя бы не донимали головорезы Жискара, просто потому что не увидели
бы в моей компании.
- Дункан, - спокойно проговорила Харли, - Дезмон и Луи со мной были очень
вежливы. Они не посмеют причинить
мне зло или даже просто напугать меня.
- Харли, - Дункан резко повернулся к ней. Казалось, что в его темных глазах
бушевал шторм, - пожалуйста, дай мне
какой-нибудь повод, чтобы я начал избегать тебя.
Она судорожно вздохнула.
- Зачем?
Он стоял, сжав кулаки. Его лицо было напряжено.
- Потому что, если я не буду видеть тебя, тогда, возможно, всего лишь
возможно, я не буду думать о тебе каждую
проклятую секунду.
- О! - только и смогла вымолвить Харли. Дункан больше не мог совладать с
собой. Его поцелуй был жадным и нежным
одновременно. О, да! Она обвила его шею руками, возвращая поцелуй. Желание и
радость, переполнявшие ее,
перехлестывали через край.
- Боже, - выдохнул Дункан, отрываясь от ее губ, но не выпуская Харли из
объятий. Она прижималась щекой к его
крепкой груди, вслушиваясь в сумасшедшее биение его сердца, и, зажмурив глаза,
мечтала всегда быть рядом с ним. - Со
мной никогда не случалось такого, - сказал он с еле заметным удивлением в
голосе. - Ты угрожаешь разрушить все то, что
я до сих пор считал в себе незыблемым. Я не знаю, что мне делать.
- Пожалуй, это меня радует, - прошептала Харли. Ее тело каплю за каплей
впитывало в себя его жар и силу. - Все это
время я тоже думала только о тебе. Когда я ехала в автобусе, а потом бродила по
музею, и даже когда разглядывала скверное
изображение Джона Уэйна, все мои мысли были о тебе.
Его смех защекотал ее ухо. Он отодвинулся от Харли, и они смотрели друг на
друга, взявшись за руки.
- Мы едва знакомы, - попытался пошутить он.
- Я так не думаю, - возразила Харли, вглядываясь в его черные глаза. - Мы,
быть может, не очень хорошо знаем
самих себя, но уж точно знаем друг друга.
- Ты опасна, - шепнул Дункан. Он медленно провел пальцем по ее губам.
- Но ты должна помнить, Харли, я очень сложный человек, с такими ты еще не
сталкивалась.
- Знаю.
- Ты не должна забывать, что я не признаю серьезных отношений между мужчиной
и женщиной.
- Я не забываю об этом.
- Ладно, хорошо. Но помни, что мною интересуется полиция, ФБР и французская
мафия.
- Похоже, тебе просто необходим хороший друг.
Его глаза потемнели.
- А если мне нужна любовница?
Дункан почувствовал, что она затрепетала в его объятиях. Он ждал ответа. Она
ведь могла сказать все что угодно.
- А если со мной ты потеряешь голову?
Его пальцы скользнули по щеке Харли и зарылись в ее волосах. Боже, как ей
нравились его прикосновения.
- Я уже сказал, что думаю о тебе постоянно, каждое мгновение, рядом ты или
нет. Ты в самом деле мое безумие. Моя
нынешняя жизнь сплошная неразбериха и сумятица. Но не иметь тебя рядом -
невыносимо.
- Дункан...
В этот момент телефон на столе издал звук, напоминающий сирену.
- Что это за чертовщина? - спросила она Дункана, когда тот торопливо
подтолкнул ее к креслу.
- Эмма посылает мне предупредительный сигнал, - бросил он, встав около стола.
- Идет отец.
Дверь распахнулась, и в кабинет величественно прошествовал Колби Ланг. Он
замер, увидев Харли.
- Добрый день, мисс Миллер.
- Здравствуйте, мистер Ланг. Рада видеть вас, - спокойно ответила Харли,
будто минуту назад она не трепетала в
объятиях его сына.
- Вы, без сомнения, обсуждали ваше дело.
- Конечно. Все продвигается достаточно успешно. Дункан великолепно проводит
расследование. Вы должны им
гордиться.
Дункан повернулся к отцу с совершенно бесстрастным выражением лица. Харли
тоже внимательно смотрела на Лангастаршего.
- Думаю, что... некоторый потенциал у моего сына есть, - ответил Колби Ланг.
- Дункан, когда у тебя будет минута, я
хотел бы тебя на пару слов. - С этим он покинул кабинет, не хлопнув дверью по
обыкновению.
Харли подняла глаза на Дункана.
- Разговор пойдет о бриллиантах? - спросила она.
Он обернулся и посмотрел на нее с унылой усмешкой.
- Боюсь, что да. Похоже, в конце концов мне придется заняться этой проблемой.
С полицией и семьей я как-нибудь
управлюсь, но, когда французская мафия рвется вытрясти из меня бриллианты на
миллион долларов, да еще и на тебя
наезжает, я просто вынужден начать поиски настоящего вора, и как можно быстрее.
Харли кивнула.
- Пора брать судьбу в свои руки.
Черные глаза, прищурившись, взглянули на нее.
- Харли, я не завожу длительных связей.
-Да, да, конечно, - пробормотала она. - Я помню об этом.
- Слушай, - начал он, заводясь и теряя душевное равновесие, - ведь я пытаюсь
быть честным с тобой и хочу
объяснить, что ты можешь распроститься со своим отпуском, свободой, а возможно,
и сердцем, если вдруг по глупости
увлечешься мной. Лучше бы тебе держаться от меня подальше, Харли. Нам надо
остановиться прямо сейчас. Потом нас уже
ничто не остановит...
Харли понимала, что улыбается совершенно глупой улыбкой, но ничего не могла с
собой поделать. Она понимала, что
радоваться особенно нечему. Это его "люби меня - оставь меня" совершенно выбило
ее из колеи. В нем нет отеческого
опекунства Бойда. Не дает он и ощущения безопасности и какой-то надежности. Он
весь - сплошная опасность, и не только
из-за этих французов; он пробудил в ней новые чувства, заставил мечтать об
осуществлении самых потаенных желаний.
Чувственных желаний. Желаний сердца.
- Надо наслаждаться жизнью каждый миг, - едва слышно изрекла она чью-то
мысль.
Глаза Дункана широко раскрылись. Он соскользнул со стола.
- Харли?
- Поужинай со мной сегодня вечером. В семь. Выбор надежного убежища - за
тобой.
Дункан уставился на нее.
- Апартаменты пентхауза тебя устроят? Я предупрежу, чтобы тебя пропустила моя
охрана... Харли, ты уверена?
- Никаких сомнений, - откликнулась она, поднялась из кресла и решительно
направилась к двери, борясь с желанием
снова поцеловать Дункана. - Я не сомневаюсь, ты - отменный повар, если же нет,
то мы что-нибудь закажем. Удачи тебе с
бриллиантами, Бойдом и агентом Салливаном.
- Харли, - он схватил ее за локти. Она остановила его взглядом.
- Дункан, отпусти сию же минуту. А то прямо здесь узнаешь, насколько я
опасна.
Черные глаза моргнули. Он медленно выпустил ее руки из своих.
- В семь, говоришь? А сколько осталось до семи?
- Чуть больше пяти часов.
- Ладно, я попытаюсь дотерпеть.
Каким-то образом ей удалось выйти из кабинета, дверь за ней плотно закрылась.
Теперь она снова обрела возможность
дышать.
- Ты пыхтишь, как паровоз, - прокомментировала Эмма.
Харли заставила себя сосредоточиться.
- Я?
- Хм-м, - Эмма изумленно оглядела ее с ног до головы. - Ты, должно быть, уже
на финишной прямой.
Харли удивленно уставилась на нее. Эмма Тент - проницательная и удивительно
чуткая женщина.
- Считаешь, я должна сойти с дистанции?
- За это я сверну тебе шею собственными руками.
Харли рассмеялась.
- Почему?
- Да потому что за те два года, что я работаю с ним, я впервые вижу его
счастливым.
Харли обогнула стол Эммы и протянула ей руку:
- Будешь моей подругой?
Эмма с усмешкой пожала ее. - Навеки.
Примерно часа в четыре, просматривая полицейский отчет об осмотре машины, из
которой были похищены
жискаровские бриллианты, Дункан случайно поднял голову и обнаружил на пороге
кабинета Эмму.
- Чего это ты так улыбаешься?
- Улыбаюсь как? - спросила она, входя и кладя ему на стол папку.
- Как-то ангельски, но в то же время с хитринкой, словно хочешь мне сказать:
"Я-знаю-то-чего-ты-не-знаешь".
- Ах, это. Действительно знаю. Вот записи моих опросов свидетелей по делу о
транспортировке бриллиантов.
- Не подозревал, что ты можешь быть такой загадочной, Эм, - посетовал Дункан.
- Вообще-то я придерживаюсь мнения, что в нашей работе все средства хороши. Я
переговорила с большинством из
людей Жискара, занятых в доставке бриллиантов в нашу страну. Но пока ничего, - и
она с достоинством удалилась из его
кабинета.
Раздраженно ворча, Дункан отбросил полицейский отчет, прочитанный уже раз
семь, и открыл папку с опросами.
В течение следующего часа он методично барабанил по столу средним пальцем
правой руки, замедляя темп лишь тогда,
когда перед ним мысленно возникал образ Харли. Правда, надо честно признать,
случалось это в конце каждого
предложения. Время от времени Дункан тихо ругался, но продолжал читать. Он не
будет вспоминать о соблазнительной позе
Харли, расположившейся сегодня напротив него в кресле в коротеньком красном
платье, той позе, которая грозила лишить
его остатков благоразумия. Он не будет думать о манящих губах, отзывающихся на
его поцелуи. И уж конечно, он не будет
думать о предстоящем ужине.
Незаметно для себя он начал бормотать.
"Что подойдет, "Пино-Гри" или "Орвьето", к тем омарам и креветкам под соусом,
которые будут у нас сегодня на ужин?
Наверное, стоит остановиться на салате по-итальянски. Еще вопрос - какой кофе?
Что она предпочитает - черный,
капуччино, или эспрессо, или..."
- О черт! - выругался он вслух и заставил себя перечитать отрывок из беседы
Эммы с Майком Гонсалесом, шофером
лимузина, в котором перевозили бриллианты.
Но на последней строчке
...Закладка в соц.сетях
