Жанр: Любовные романы
Шелк и сталь
...я скоро выхожу замуж.
- Замуж? - Люсьен перевел взгляд на Кэтрин. - И кто же этот счастливчик?
Лучшей кандидатуры, чем Нат Уитли, я
не представляю.
Уинни удивленно раскрыла рот, затем вскочила на ноги и радостно
разулыбалась:
- Значит, ты не против?
- Конечно, нет. Лучшего мужа тебе не найти. И я знаю, что он очень любит
тебя.
Уинни крепко обняла племянника:
- Спасибо, Люсьен. Я тоже очень люблю его и страшно беспокоилась, не зная,
как ты отнесешься к этому браку. -
Глаза тетушки наполнились слезами. - Нат хотел поговорить с тобой, и я
переживала, что ты не одобришь наш союз. Мой
отец отказал ему, когда в молодости Нат попросил у него моей руки, и для меня
была невыносимой мысль, что ты еще раз
унизишь его.
- Я с радостью приму Ната в нашу семью. Надеюсь, ты передашь ему это.
- О да, конечно. - Уинни достала кружевной платочек из кармана юбки и
вытерла слезы. - Я не помню, чтобы
когда-либо была так счастлива.
- Вы заслуживаете счастья, тетя Уинни, - улыбнулась Кэтрин и быстро
взглянула на мужа. Интересно, о чем он
думает и есть ли хоть малейший шанс, что когда-нибудь он полюбит ее так же, как
Нат Уитли Уинни Де Уитт. Вряд ли такое
возможно. Кэтрин продолжала улыбаться, хотя сердце ее сжималось от невыносимой
боли.
Люсьен пришпорил своего черного жеребца, пустив его галопом по полям.
Сегодня он испытывал какое-то особенное
и непонятное волнение, связанное с Кэтрин.
За прошедшие несколько дней, после того как тетя вернулась в Лондон, в
отношениях между ними произошли явные
изменения. Кэтрин выглядела безразличной, была замкнута, редко играла с
маленьким Майклом. Чувствуя отчужденность
жены и не зная причины этого, Люсьен старался избегать ее и даже ночью не
приходил к ней в спальню. Страдая физически
от вынужденного воздержания, Люсьен все же заставлял себя не прикасаться к
Кэтрин, надеясь, что со временем к ней
вернется обычное хорошее настроение. Однако ничего такого не происходило, и по
ночам, лежа один в большой постели,
Люсьен долго не мог заснуть, вспоминая Кэтрин и ее волнующие плоть прелести.
Его терзала мысль, что он хотел от жены не только наслаждения ее телом, но
чего-то большего. Он ловил себя на том,
что напряженно прислушивается к ее голосу и волнующему смеху, когда она
находится внизу в холле. В течение дня Люсьен
часто подходил к окну, чтобы мельком увидеть ее в саду.
Два дня назад он купил ей маленький томик сонетов Шекспира в кожаном
переплете, надеясь, что поэзия поможет ей
выйти из состояния меланхолии.
- Это для меня? - с некоторым подозрением спросила Кэтрин, сомневаясь, что
Люсьен способен сделать ей такой
подарок.
Он смущенно кашлянул.
- Я думал... я надеялся, что тебе понравится. Прежде ты проявляла интерес
к поэзии.
Люсьен готов был поклясться, что на секунду глаза ее увлажнились.
- Благодарю вас, милорд. Я всегда ценила такие веши. Кэтрин взяла книгу и
прижала ее к груди, как будто это была
необычайная драгоценность, потом улыбнулась с такой нежностью, что у Люсьена
защемило в груди.
Люсьен направил жеребца в открытое поле и погнал его с еще большей
скоростью к каменной преграде, маячившей
впереди. Клинок легко перемахнул через небольшую стену, после чего Люсьен
направил его к высокой живой изгороди у
ручья. Жеребец так же свободно преодолел и это препятствие. Люсьен, одобрительно
похлопав Клинка по шее, развернул его
в сторону дома.
Жеребец приближался к более высокому каменному препятствию, через которое
другие лошади наверняка отказались
бы прыгать. Но Люсьен знал - Клинок не оплошает. Перед самой преградой лошадь
приготовилась к прыжку, и Люсьен
приподнялся в тот самый момент, когда они зависли над барьером. Они были уже
почти по ту сторону препятствия, когда
Люсьен услышал зловещий треск. Седло выскользнуло из-под него, и он потерял
опору.
Клинок благополучно приземлился, а Люсьен, задев плечом каменную ограду,
рухнул на землю, больно ударившись
головой. В глазах потемнело, и он потерял сознание.
Как долго пролежал он в таком состоянии, Люсьен не знал. Очнувшись и с
трудом поднявшись на ноги, Люсьен потряс
головой, пытаясь прийти в себя, затем прислонился к серому камню. Голова ужасно
болела, на плече образовался синяк,
саднили сбитые в кровь пальцы. Белая рубашка распахнулась на груди, куртка и
штаны были выпачканы грязью.
Послышалось тихое ржание, и Люсьен вспомнил о Клинке, который стоял неподалеку,
а у его ног валялось седло.
Преодолев головокружение, Люсьен встал и подошел к Клинку. Он погладил его
по бокам и шее, а затем осмотрел, нет
ли каких-либо повреждений. Ничего не обнаружив, Люсьен посмотрел на седло и
увидел разорванную подпругу. Он
опустился на колено и стал внимательно осматривать ремни.
На первый взгляд показалось, что просто лопнула кожа, хотя седло не было
старым и маркиз всегда заботился о
снаряжении. Еще раз осмотрев разорванные края, Люсьен заметил следы от проколов.
При хорошей скачке, особенно такой,
как сегодня, на ремень ложилась большая нагрузка, и он, естественно, не
выдержал.
Выходит, сегодняшнее падение не было случайным. Уже в третий раз за
последнее время он подвергался смертельной
опасности. Проклятие! Едва сдерживая гнев, Люсьен взял Клинка под уздцы и
направился к дому.
Слуги в замке о чем-то все время тревожно перешептывались. Спустившись в
холл и подойдя к кухне, Кэтрин увидела
небольшую группу людей, собравшуюся у двери. Затем дверь внезапно распахнулась,
и навстречу стремительно выбежала
Фанни, едва не столкнувшись с Кэтрин.
- Миледи! Прошу прощения! Я не заметила вас.
- В чем дело, Фанни? Что здесь происходит?
Служанка украдкой оглянулась, затем потянула Кэтрин в холл и, заведя за
угол, где их никто не мог услышать,
торопливо произнесла:
- Речь идет о его светлости. У седла лопнула подпруга, и он упал с лошади.
Маркиз сказал конюхам, чтобы они не
беспокоили вас, но мы все подумали, что вы должны знать об этом.
Сердце Кэтрин тревожно забилось.
- Где он? Как тяжело ранен?
- Джоуи говорит, что его светлость чувствует себя нормально, только
немного ушибся. А где он, я не могу с
уверенностью сказать. Возможно, в конюшне.
Кэтрин подхватила юбки и бросилась к двери. Добежав до конюшни, она
увидела Бенни, обтиравшего пот с
лоснящейся кожи Клинка, но Люсьена поблизости не было видно.
- Ты не знаешь, где его светлость, Бенни? Я слышала, с ним произошел
несчастный случай во время скачки.
- Он пошел в дом, миледи. Его светлость в полном порядке, не считая шишки
на голове. В общем - ничего
серьезного.
Ничего серьезного. Кэтрин повернулась и направилась было к двери, когда
вдруг заметила седло Люсьена. Она
подошла поближе и увидела лопнувшую подпругу.
Кэтрин обратила внимание на странную форму обтрепанных концов. Подпруга не
была разрезана, но, вероятно, в ней
были сделаны маленькие дырочки. Если внимательно не приглядываться, то кажется,
что разрыв произошел сам собой.
По спине Кэтрин пробежал холодок, и, приподняв юбки, она побежала в дом.
Взлетев вверх по лестнице, она рывком
открыла дверь в апартаменты Люсьена.
Он стоял в штанах и сапогах, но без рубашки перед небольшим овальным
зеркалом, висевшим над умывальником.
Люсьен зачерпнул из чаши горсть воды и плеснул себе в лицо. Сверкающие капли
покатились по шее на покрытую черными
вьющимися волосами грудь. При каждом движении мышцы на его животе то
напрягались, то расслаблялись.
Несколько секунд Кэтрин стояла, восхищаясь красотой его тела. Ей
захотелось прикоснуться к нему. Люсьен не
приходил в ее спальню уже почти две недели, и она соскучилась по его ласкам, но
даже не осознавала, насколько сильно, пока
не увидела его сейчас наполовину обнаженным.
Люсьен вытер лицо полотенцем и, заметив Кэтрин, повернулся к ней.
- Очевидно, ты слышала, что я упал с лошади. Уверяю тебя, ничего
серьезного. Если ты пришла для того, чтобы
пичкать меня своими лекарствами, то должен тебя разочаровать, - недовольным
тоном заметил он.
- Ты уверен... уверен, что с тобой все в порядке? Может быть, я все-таки
осмотрю тебя? - предложила Кэтрин.
Увидев, как она беспокоится, Люсьен смягчился:
- Я действительно чувствую себя нормально. Слегка ударился плечом и
головой, но сейчас мне гораздо лучше.
Кэтрин бросилась к нему, вспомнив о седле:
- Я обнаружила лопнувшую подпругу на твоем седле.
Люсьен немного напрягся и положил полотенце рядом с кувшином и чашей.
- Новости у нас распространяются очень быстро.
- Ты ведь мог сильно покалечиться, - с тревогой в голосе произнесла
Кэтрин.
- Не исключено. Подобные вещи случаются, - ответил Люсьен, сделав
непроницаемое лицо.
- Я видела твое седло, Люсьен. Думаю, что подпруга порвалась не случайно.
И мне кажется, что ты тоже об этом
догадываешься.
- Кэтрин...
Она в испуге ухватилась за его руку. Люсьен уже третий раз подвергался изза
нее смертельной опасности.
- Прости. Я не знала, что такое возможно. Я не думала, что этот негодяй
может зайти так далеко, - произнесла она с
дрожью в голосе. Слезы затуманили взор, и высокая фигура Люсьена расплылась
перед глазами. - Мне не следовало
выходить за тебя замуж и подвергать опасности.
Люсьен обнял ее:
- Успокойся, дорогая. Все будет хорошо. Мы не знаем точно, кто стоит за
этими попытками покончить со мной, но в
любом случае ты не виновата.
- Нет, все это происходит из-за меня, - отрицательно покачала головой
Кэтрин и прижалась к груди мужа.
Он погладил ее по плечу и спросил:
- Ты можешь объяснить почему?
- Все дело в завещании моего отца, - со страдальческим выражением лица
ответила Кэтрин. - В нем есть пункт, на
который я раньше не обращала особого внимания. Там говорится, что если мой муж
умрет, прежде чем я достигну
совершеннолетия, то я снова должна возвратиться под опеку моего дяди. Даже если
я останусь здесь, в замке, он будет
распоряжаться моими деньгами, пока я снова не выйду замуж или пока мне не
исполнится двадцать четыре года. Он пытается
убить тебя, Люсьен. Боже милостивый, что нам теперь делать?
- Я тоже заподозрил Дунстана, хотя не мог понять, зачем ему это нужно, А
что касается моих дальнейших действий, я
пока еще не решил. - Люсьен нежно улыбнулся. - Однако обещаю, я не позволю ему
убить меня.
Кэтрин прерывисто вздохнула и немного успокоилась. В данный момент Люсьен
в безопасности, и им известны
намерения ее дяди. Теперь они найдут способ остановить его.
- Ты в порядке? - спросил Люсьен, заглянув Кэтрин в лицо.
Она кивнула и слабо улыбнулась.
- Мы еще поговорим об этом чуть позже. А пока, почему бы тебе не отдохнуть
немного перед ужином?
Люсьен разжал свои объятия и слегка отстранился. Но Кэтрин вовсе и не
думала уходить. Ей хотелось быть сейчас
рядом с мужем, касаться его, целовать и чувствовать, что он в безопасности.
Она подошла к Люсьену, протянула руку и коснулась его груди:
- Я лучше останусь здесь. Я знаю, ты не из тех мужчин, которым постоянно
нужна женщина, но сейчас я нуждаюсь в
тебе, Люсьен.
Встав на цыпочки, Кэтрин обвила руками его шею и крепко поцеловала. Когда
губы Люсьена удивленно приоткрылись,
она проникла языком в его рот.
- Кэтрин... - простонал Люсьен и до боли стиснул ее в своих объятиях.
- Я хочу тебя, Люсьен. Ты нужен мне.
Следующий поцелуй вызвал у Люсьена нестерпимое желание. Он впился губами в
горячие влажные губы Кэтрин и
начал поспешно стягивать с нее одежду.
Его возбуждение передалось Кэтрин. Дыхание ее участилось, и она ощутила
трепет и жар во всем теле. Боже, как же
сильно она хотела его. Ее рука спустилась вниз и, нащупав его восставшую мужскую
твердость, начала расстегивать
пуговицы на штанах.
Горячий, упругий жезл выскочил наружу, и Кэтрин нежно погладила его
трепещущей рукой. Люсьен снова застонал.
Он продолжал целовать ее, но ей хотелось большего. Кэтрин стала осыпать
поцелуями шею, плечи, грудь Люсьена, спускаясь
все ниже по его телу к плоскому животу. Она провела языком вокруг пупка, вызвав
у Люсьена трепет неистовой страсти.
Шепча ее имя, он запустил пальцы в ее волосы и начал вытаскивать заколки.
Волосы тяжелой волной упали ей на
спину.
Кэтрин обхватила рукой восставшую плоть Люсьена и опустилась на колени,
продолжая целовать его все ниже и ниже.
Она услышала, как Люсьен судорожно втянул воздух, испытывая явное удовольствие,
и ей захотелось попробовать на вкус ту
часть его тела, которую он так умело использовал для того, чтобы доставить ей
наслаждение.
Люсьен весь напрягся и, задыхаясь, прохрипел:
- Кэтрин... ради Бога.
Но она не отпускала его, впервые ощутив свою власть над мужчиной и
чувствуя, как он весь напрягается. Кэтрин
продолжала целовать его плоть, пока из груди Люсьена не вырвалось хриплое
рычание.
Он подхватил Кэтрин на руки и понес на большую пуховую постель. Быстро
скинув остатки одежды, он лег рядом с
Кэтрин и, приподняв ее, усадил верхом. Потом он пригнул ее голову и впился в
губы жарким поцелуем.
- Скажи, чего ты хочешь, - тихо прошептал он, поглаживая ее груди и
затвердевшие соски.
Кэтрин старалась ответить ему своим телом, непрерывно двигаясь и ощущая
нарастающий жар.
- Скажи же, - повторил Люсьен, глядя на нее своими жгучими черными
глазами. - Скажи, чего ты хочешь.
Кэтрин коснулась его губ дрожащими пальцами.
- Я хочу... хочу тебя, Люсьен.
Он вошел в нее до конца, Кэтрин издала стон наслаждения.
- Тогда делай так, как тебе нравится, любовь моя. Возьми то, чего ты
хочешь.
Его слова возбудили ее еще больше. Она снова почувствовала свою власть над
ним и начала активно двигаться, сидя на
нем верхом.
Кэтрин ощущала напряжение Люсьена и понимала, что он старается
сдерживаться, чтобы доставить ей удовольствие.
Горячее чувство охватило ее, и внутри стало влажно. Страсть нарастала, поглощая
ее, пронизывая каждую частичку тела. Она
двигалась, словно в какой-то сумасшедшей скачке, откинув голову назад и
испытывая невероятное блаженство. Ее
напряженные мышцы все сильнее сжимались вокруг него.
Люсьен ласкал ее груди, а затем, обхватив бедра, начал двигаться вместе с
ней, глубоко погружаясь внутрь. В какой-то
момент Кэтрин ощутила взрыв наслаждения, и из ее горла вырвался непроизвольный
крик. Продолжая удерживать ее, Люсьен
сделал еще несколько толчков в самой глубине, и она снова вскрикнула. Еще один
толчок - и он излил в нее свое семя,
содрогнувшись всем телом. Они замерли, медленно приходя в себя.
Когда Кэтрин наконец слегка пошевелилась, Люсьен осторожно освободил ее и
уложил рядом с собой на постель,
нежно обняв. Она закрыла глаза, наслаждаясь теплом его тела и чувствуя, как они
стали ближе друг другу. В постели между
ними не было разногласий и непонимания - каждый стремился доставить другому
наибольшее удовольствие. В сочетании с
любовью такое сильное физическое влечение могло бы только способствовать
укреплению брака.
Однако без настоящей любви страсть постепенно угасает, и Кэтрин не
представляла, как долго продлится их связь,
основанная только на сексе. Не пройдет ли она, как только у них появится
ребенок? Больно было думать, что, когда она
забеременеет, Люсьен заведет себе любовницу, как это делают другие мужчины.
Глава 20
Стоя перед письменным столом в конторе Натаниела Уитли на Треднидл-стрит,
Люсьен подписал лежащий перед ним
документ и вернул его Нату, который тщательно посыпал чернила тальком, сложил
бумагу и запечатал каплей сургуча.
- Подпись заверена мною и датирована, - сказал Нат. - Я положу этот
документ в сейф вместе с порванной
подпругой и другими вашими документами. Если что-нибудь еще случится с вами, я
передам все это в магистрат. - Сняв
очки в тонкой металлической оправе, Нат посмотрел на маркиза поверх стопки
бумаг. - Ради Бога, Люсьен... будьте
осторожны. Этот человек пытается убить вас. Его уже следовало бы повесить на
ближайшем дереве за то, что он сделал.
Люсьен провел рукой по лицу.
- Я тоже так считаю, однако в настоящий момент у нас мало доказательств
того, что именно Дунстан нанял людей
убить меня. Те, что напали на меня возле таверны "Перо и шпага", давно исчезли,
а показаний конюха едва ли будет
достаточно, чтобы обвинить графа, особенно такого влиятельного, как Дунстан.
Клятвенные показания были вторым документом, который привез Люсьен. Он
добился признания от человека по
имени Оливер Уид - недавно нанятого конюха. Разоблачить его помог Бенни Тейлор.
Уид находился среди работавших на
сеновале, когда сорвался тяжелый подъемник, едва не убивший маркиза. Бенни
вспомнил, что этот же человек был замечен
возле седла Люсьена, но тогда Бенни подумал, что тот просто проверяет
исправность снаряжения.
На допросе Уид признался, что покушался на жизнь маркиза, и назвал имя
человека, нанявшего его, - Эван Слоун,
управляющий Дунстана.
- Эти документы могут пригодиться в случае, если я погибну при
подозрительных обстоятельствах, - сказал
Люсьен. - Если это произойдет, Дугласа Роута можно будет обвинить в убийстве.
- Но тогда вы уже будете мертвы.
- К сожалению, - слегка скривил губы маркиз. - Однако этого не должно бы
случиться, особенно после того, как
Дунстан узнает о существовании документов, изобличающих его.
- А каким образом вы намереваетесь поставить его в известность?
- Завтра я поеду в Милфорд-Парк. Дунстан обязан покинуть поместье к концу
месяца, то есть через несколько дней.
Поскольку, женившись на Кэтрин, теперь я являюсь владельцем Милфорд-Парка, у
меня есть все основания осмотреть
имущество, которое тот оставляет.
- Будьте осторожны, Люсьен. У этого человека нет совести, и он вполне
способен убить вас. Посмотрите, что он
сделал со своей племянницей.
- Я возьму с собой друга на всякий случай.
Нат помолчал, собирая бумаги на своем столе, потом переспросил:
- Друга?
Люсьен улыбнулся:
- Да. Герцога Карлайла. С Джейсоном я, несомненно, буду в безопасности.
Нат облегченно вздохнул:
- Вы правы. Герцог Карлайл - надежный человек. - Он обогнул стол и подошел
к Люсьену. - И все же это очень
опасный визит. Будьте осторожны, милорд.
- Не сомневайся. - Люсьен подошел к двери и открыл ее. - Кстати, прими мои
поздравления. Я очень рад, что ты и
моя тетя соединили свои судьбы.
Нат улыбнулся:
- Я полюбил Уинифред Монтейн еще в юности.
Люсьен одобрительно кивнул, однако последние слова Ната вызвали у него
неосознанное беспокойство. Почему такие
люди, как Нат и Джейсон, говорили о своей любви без малейшего сомнения? Нелепо
для таких взрослых мужчин верить в
подобные фантазии... и все же. Подумав о Джейсоне и Велвет, он вынужден был
признать, что в их отношениях было что-то
особенное, так же как у Ната и Уинни.
Люсьен подумал о Кэтрин. Как чудесно было обладать ею, испытывать
удовольствие от одного только ее присутствия и
чувствовать себя ее покровителем. Любовь ли это?
Конечно, нет. Он не из тех, кто может влюбиться. Однако сомнения не
покидали его всю дорогу до замка Раннинг.
День был холодным и пасмурным. Кроны деревьев с молодыми листочками
качались и шумели под порывами
сильного ветра, в то время как у подъезда замка стояла в ожидании карета
Люсьена, запряженная четверкой черных лошадей,
которые фыркали на морозном воздухе, били копытами и потряхивали гривами,
позвякивая серебряными колокольчиками на
сбруе.
Кэтрин стояла в холле, уже готовая к отъезду, в накидке из лисьего меха и
держала в руке такую же муфту. На полу у ее
ног лежал небольшой дорожный саквояж. В этот момент из кабинета вышли Люсьен и
Джейсон, и она напряглась,
приготовившись к нелегкому разговору.
Глаза Люсьена удивленно расширились, когда он увидел жену.
- Кэтрин! Черт побери, что ты делаешь здесь в такой ранний час?
В самом деле, еще только рассвело, но она знала, что мужчины собирались
отправиться в двухдневное путешествие в
Милфорд-Парк как можно раньше.
Кэтрин заставила себя улыбнуться:
- Жду вас, милорд.
Люсьен остановился перед ней. Заметив саквояж на полу, он нахмурился:
- Я вижу, ты приготовилась к поездке. Надеюсь, ты не собираешься ехать со
мной.
Кэтрин улыбнулась еще шире:
- Именно это я и собираюсь сделать, милорд. Стоявший в нескольких шагах
позади Джейсон согнал со своего лица
улыбку.
- Это невозможно, - мрачно произнес Люсьен. - Ты прекрасно знаешь, зачем
мы едем в Милфорд. Твой дядя будет
взбешен, когда увидит, что его планы действительно рушатся, и я не хочу, чтобы
ты в это время находилась поблизости от
него.
- Мне хочется повидать мою кузину Мьюриэл. Я должна знать, что она в
безопасности.
- Нет, - твердо сказал Люсьен, повернувшись так, чтобы Ривз смог накинуть
ему на плечи пальто. - Только не в
этот раз.
- Другого раза может не быть, - возразила Кэтрин. - Мой дядя покидает
Милфорд, и я должна быть уверена, что с
Мьюриэл все в порядке. Мне следовало бы сделать это гораздо раньше, поскольку я
хорошо знаю, на что способен Дунстан.
- Тебе не надо беспокоиться. Я все разузнаю о твоей кузине. - Люсьен
повернулся и направился к выходу, бросив
через плечо: - Увидимся через четыре дня.
Герцог последовал за ним.
Однако ответ Кэтрин заставил маркиза остановиться.
- Я прекрасно знаю дорогу до Милфорда, милорд. Если вы не возьмете меня с
собой, я поеду туда одна. Я должна
обязательно повидать свою кузину, и вы не остановите меня.
Лицо маркиза исказилось от гнева.
- В таком случае я могу посадить тебя под замок. Если не хочешь сидеть
взаперти в своей комнате все четыре дня,
лучше послушайся меня.
Не обращая внимания на его сердитый вид, Кэтрин мило улыбнулась:
- А как вы узнаете, что я буду делать, если меня не будет с вами? Помните:
"Нельзя обмануть только того, кто никому
не доверяет".
Люсьен отреагировал на эту цитату из Томаса Фуллера еле заметной усмешкой,
оставаясь при этом хмурым на вид.
Кэтрин подошла к нему и коснулась его руки:
- Обещаю, я не буду приближаться к Дунстану. Я только повидаю кузину, и с
вами мне ничего не грозит.
Кэтрин действительно давно хотела навестить Мьюриэл, но это была не
единственная причина, по которой она
намеревалась поехать в Милфорд. Кэтрин не доверяла своему дяде и опасалась за
Люсьена, даже несмотря на присутствие
рядом с ним могучего герцога.
- Пожалуйста, милорд, возьмите меня с собой.
Люсьен проворчал что-то, а потом сказал:
- Мистер Фуллер прав. Если бы я был уверен, что ты никуда не уедешь в мое
отсутствие, то ни за что бы не взял тебя
с собой. К сожалению, учитывая твое упрямство и своеволие, у меня нет иного
выбора.
Кэтрин облегченно вздохнула и произнесла с довольным видом:
- Спасибо, милорд. Герцог продолжал улыбаться.
- Нечего скалиться, - одернул его Люсьен. - У тебя самого такая же дома.
Джейсон рассмеялся:
- Это верно.
Кэтрин не совсем поняла, что означали эти реплики, но главное - она едет в
Милфорд.
Люсьен помог жене сесть в карету, укрыв ей ноги меховым пледом, затем сам
устроился на сиденье рядом и откинулся
на кожаные подушки. Как только герцог занял место напротив, маркиз дал сигнал
кучеру трогаться.
Переночевав в небольшой гостинице под названием "Голубь", они прибыли в
Милфорд-Парк. Маркиз надеялся застать
графа готовящимся к переезду, однако никаких признаков этого не было заметно.
Поместье выглядело таким же прелестным,
каким Кэтрин оставила его год назад.
Она всегда любила этот красивый старый кирпичный особняк, окруженный
буйной растительностью. В детстве ей
нравилось часами бродить среди деревьев и завтракать с семьей на траве у ручья.
Однако после смерти родителей, когда сюда приехал дядя, безмятежное
спокойствие усадьбы было нарушено. В
течение многих лет его опекунства Кэтрин думала только о том, как покинуть это
место и избавиться от ужасных
воспоминаний, связанных с ним.
Теперь же, когда она явилась сюда в качестве маркизы Личфилд, этот дом
снова казался ей воплощением мечты.
Карета подкатила к подъезду, и лакей открыл дверцу. Люсьен помог Кэтрин
выйти, и все трое поднялись по ступенькам
крыльца. Их провели в Голубую гостиную с высоким потолком, расписанным в виде
облачного неба. Дунстан неохотно
приветствовал прибывших. Его щеки пылали от гнева, нос с тонкими прожилками тоже
был красным.
- Значит... вы явились сюда посмотреть, не переехал ли я, оставив вашу
собственность?
- В том числе, - ответил Люсьен. - Кстати, полагаю, вы знакомы с герцогом
Карлайлом?
Дунстан холодно поклонился:
- Ваша светлость.
- Моя жена хотела повидаться со своей кузиной. Надеюсь, она здесь.
- Я прикажу дворецкому сообщить ей о твоем прибытии, Кэтрин. Ты можешь
подождать ее в Розовой гостиной.
- Хорошо, - ответила Кэтрин и вышла в холл. Она надеялась, пока Люсьен не
переговорит с ее дядей и не изложит
ему улики, свидетельствующие против него, ей не придется оставить мужчин, однако
и в ее отсутствие по крайней мере
ничего страшного не должно случиться. Вскоре появилась Мьюриэл.
Кэтрин улыбнулась ей:
- Кузина Мьюриэл, рада видеть тебя в полном здравии. За год, который минул
с тех пор, как Кэтрин покинула
Милфорд-Парк, девушка еще больше подросла. Она была выше и крупнее Кэтрин, с
длинными рыжими, слегка вьющимися
волосами и темно-карими выразительными глазами. Теперь она уже не выглядела
нескладным подростком. Кэтрин обратила
внимание на ее оформившуюся фигуру и полагала, что Мьюриэл тоже могла оценить
происшедшие изменения в своей
внешности.
- Отец сказал, что ты хотела видеть меня. Ну, и что тебе надо?
Встреча оказалась менее радушной, чем ожидала Кэтрин. По-видимому,
несмотря на изменившуюся внешность,
характер кузины остался прежним.
- Я беспокоилась о тебе. Скоро ты должна покинуть Милфорд, и я хотела
убедиться, что у тебя есть все необходимое
для дальнейшей жизни.
- Отец сказал, что мы никуда не поедем, - сообщила Мьюриэл, с вызовом
глядя на Кэтрин.
- Твой отец ошибается. Теперь Милфорд принадлежит мне и моему мужу, а вы
должны вернуться в Дунстан-Мэнор
или куда-то еще.
Мьюриэл поджала губы:
- Я ненавижу это место. Там старый и запущенный дом, не пригодный даже для
бедняков, тем более для семьи графа.
- Но это проблема твоего отца. Он унаследовал достаточно много денег,
когда умер старый граф, однако умудрился
растратить их, увлекаясь азартными играми и н
...Закладка в соц.сетях
