Жанр: Любовные романы
Опасные страсти
...а взгляд его страстных пронизывающих
глаз, в которых светилось участие. В
салоне, где гости собирались к ужину, он был сама галантность, делал вид, что не
замечает легкого румянца у нее на щеках,
держался истинным джентльменом, хотя взгляд выдавал его мысли, в которых не было
и следа благопристойности.
Что скажет Адриан, если она отдаст ему письмо, которое Карл отправил ей и
матери? Поверит ли он, поможет ли? Бог
свидетель, Элисса совсем не умеет ловить шпионов, зато Адриану, казалось, по
плечу все, за что бы он ни взялся.
Если бы только она могла открыться Адриану, объяснить свое поведение, убедить
в том, что Стейглер совсем не нравится
ей, что она вовсе не безнравственная женщина, как он, вне всяких сомнений,
полагает.
Но пока Элисса пыталась себя уговорить, ее начинали тревожить те же
непрошеные мысли, что уже являлись прежде.
Что, если Адриан попытается помешать ей? Именно по этой причине она не
решалась поговорить с ним раньше.
Опасения неизменно заставляли ее отказаться от этого шага. Адриан - полковник
армии его величества, богатый и
влиятельный человек. Он мог отослать Элиссу обратно в Англию, велев прекратить
поиски, словно они и не начинались.
Даже если он предложит помочь ей, это может оказаться ему не под силу.
Надвигается война, Наполеон все ближе, и
маленькому британскому подразделению грозит опасность. Полк в любой момент может
получить приказ покинуть страну. А
что, если Адриану придется уехать, прежде чем он успеет разоблачить Ястреба?
Рисковать не стоило. По крайней мере сейчас, пока у Элиссы нет доказательств,
что человек, которого она ищет, -
Стейглер.
Элисса пригубила вино и посмотрела на полковника из-под ресниц. Даже на
расстоянии она чувствовала окружавшую его
ауру силы и мощи. Адриан посмотрел в лицо Элиссе, и его зеленые дерзкие глаза
пронзили ее испытующим взором. Она
подумала, не захочет ли Адриан вызвать ее сегодня вечером. При этой мысли она
затрепетала. Понимая, что это чистое
безумие, Элисса все же не смогла сдержать биение сердца и слегка участившееся
дыхание.
Справа от нее сидел Петтигрю, он повернулся к Элиссе и улыбнулся:
- Рад встретить вас, моя дорогая. Кажется, мы не виделись целую вечность.
Впрочем, это неудивительно. У вас слишком
много ухажеров, чтобы вспоминать о таком старом брюзге, как я.
- Вряд ли вас можно назвать стариком, сэр Уильям, - улыбнулась она послу. -
Но вы правы. Мы давно не виделись.
Однако я уверена, что еще не поздно исправить это упущение. Мы могли бы после
ужина сыграть партию в шахматы. -
Элисса и вправду скучала по нему. А чуть раньше она подумала, что было бы
неплохо завести с Петтигрю беседу о
Стейглере. Вдруг он хотя бы косвенно поможет ей?
- Осмелюсь заметить, это замечательная мысль. Шахматы - то, что нужно, -
просиял Петтигрю.
До конца ужина они вели любезную беседу, склонив друг к другу головы. Элисса
старалась не обращать внимания на
ухмылку Адриана, но гораздо труднее было не замечать явного интереса, который
проявляла к нему леди Эллен, особенно
когда полковник поворачивался, посылая ей свою неотразимую улыбку.
Ощутив болезненный укол ревности, Элисса отвела взгляд. Удивляться нечему -
она понимала, что полковник красив и
нравится многим женщинам. Но до нынешнего вечера он не обращал на них ни
малейшего внимания.
К счастью, ужин приближался к концу. Мужчины удалились в зеленый зал выпить
бренди и покурить. У Элиссы
появилась возможность взять себя в руки и обрести спокойствие.
Час спустя она присоединилась к сэру Уильяму в библиотеке, где уже были
приготовлены доска и фигуры, и они
углубились в долгое шахматное сражение, устроившись у камина. Адриан не
показывался; Элисса старалась убедить себя в
том, что рада этому.
За игрой они немного поговорили о войне. Казалось, ее приближение вызывает у
посла едва ли не восторг.
- Создание коалиции может оказаться переломным пунктом истории, - сказал он.
- Очередное наступление
австрийцев нам как нельзя на руку, ведь они контролируют важнейшие дороги через
восточные Альпы и водные пути,
которые имеют жизненное значение для перевозки грузов. Наполеон стремится
захватить их, и мы обязаны любой ценой
помешать ему.
Элисса двинула пешку на две клетки вперед.
- Судя по всему, эрцгерцог более чем готов к войне.
- Старина Чарли... - Петтигрю усмехнулся и в ответ на ход девушки переместил
одну из своих пешек. - Не
сомневаитесь, он сделает все, что в его силах, а уж мы постараемся поддержать
его.
Ферзь Элиссы, выточенный из слоновой кости, скользнул в дальний угол
шахматного поля.
- Генерал Стейглер тоже с нетерпением ждет начала войны, - заметила она.
Посол хмыкнул:
- Стейглер настоящий фанатик. Он готов сражаться, даже не имея ни малейшего
шанса на победу.
Тон, которым были произнесены эти слова, заставил Элиссу вскинуть бровь.
- Я улавливаю в вашем голосе нотку неприязни к генералу, или мне это только
кажется?
Петтигрю оторвался от шахмат и внимательно посмотрел на нее.
- Генерал Стейглер сражается на стороне государства, которое вот-вот станет
нашим союзником. Я не хотел бы
обсуждать свои чувства к нему. Но поскольку вы задали вопрос и поскольку нас
связывает дружба, признаюсь: этот человек
не внушает мне особого расположения. - Сэр Уильям окинул Элиссу помрачневшим
взглядом. - И я бы советовал, леди,
хорошенько задуматься над вашими отношениями с генералом.
Элисса отвела взгляд и, вновь опустив глаза на доску, сделала ход конем.
- Говорят, в минувшей войне Стейглер потерял большую часть своих родовых
земель. - Она узнала об этом накануне
от супруги майора Холдорфа, когда в компании других женщин пила кофе на террасе.
Петтигрю кивнул.
- Пока Стейглер сражался в боях, его отец умудрился промотать то немногое,
что осталось от семейного богатства. К
счастью, генеральский чин дает Стейглеру немало привилегий и жалованье,
достаточное для безбедного существования в
старости. - Он переместил ладью на другой край доски, взял коня Элиссы и
следующим ходом ладьи обезвредил ее ферзя.
Сдвинув кустистые седые брови, посол бросил на девушку пристальный взгляд поверх
резных фигур. - Сегодня вы
невнимательны, Элисса. Обычно вы играете намного лучше. - Он с легким осуждением
изогнул бровь. - Пожалуй, нам
стоило бы сменить предмет разговора.
- Да... да, вы правы. - Элисса заставила себя улыбнуться. - Расскажите мне о
своей супруге, сэр Уильям. Она вам
пишет? Как у нее дела?
Посол принялся пересказывать последние письма жены, и к нему тут же вернулась
обычная непринужденность. Элисса
улыбалась и кивала, едва воспринимая его слова. Значит, слухи не обманывали -
Стейглер действительно потерял
состояние, которым некогда владела его семья. Вряд ли его удовлетворит
генеральская пенсия, а деньги во все времена были
достаточным мотивом для предательства.
Может быть, пылкое стремление Стейглера к войне на самом деле лишь прикрытие
его измены долгу? Густая дымовая
занавеса, под которой прячется жаркое пламя?
Адриан заглянул в дверь библиотеки, присматриваясь к Элиссе и жалея, что не
может подслушать ее беседу с Петтигрю.
Насколько он знал, посол был весьма осторожен в словах, но такая красивая и к
тому же умная женщина, как Элисса, вполне
могла усыпить его бдительность и выведать что-нибудь важное.
Полковник не сомневался: Петтигрю осведомлен об утечках государственных
секретов не хуже его самого. Оставалось
лишь надеяться, что эта весть заставит посла крепко держать язык за зубами.
Он еще несколько секунд наблюдал за игроками, прислушиваясь к беззаботному
смеху Элиссы, чувствуя, как
возбуждается, и жалея о том, что не может отправить ей записку с требованием
прийти к нему, чтобы вновь заняться
любовью. К сожалению, у него были другие, более важные дела.
Полчаса спустя, облачившись в простые коричневые бриджи и домотканую рубаху с
длинными рукавами, Адриан вошел
в конюшню на заднем дворе виллы, где его поджидал Джейми. На нем была такая же
скромная одежда - бриджи из черной
нанки и муслиновая сорочка. Две ничем не примечательные гнедые лошади уже были
оседланы и готовы отправиться в путь.
Они ехали на убогий постоялый двор Братиса, расположенный на проселке,
ведущем из Бадена. Там часто бывали люди
из самых низов общества, готовые на любое мерзкое деяние, лишь бы хорошо
платили. Это было вполне подходящее место,
чтобы начинать поиски изменника.
Адриан прошагал по помещению с низким прокопченным потолком и приблизился к
дощатой стойке, покрытой
трещинами и вмятинами. Джейми двигался следом, поглядывая по сторонам,
рассматривая в тусклом свете завсегдатаев,
оценивая угрозу, которую они могли представлять. Майор был строен, но жилист и
силен; такого человека очень хорошо
иметь за спиной, когда приходишь в подобное место.
Они потребовали две кружки пива.
- Вы здесь впервые, - заметил хозяин. - Я вас не видел прежде.
- Я редко бываю в Бадене, - отозвался Адриан, чуть коверкая свой безупречный
немецкий в подражание
простонародному выговору. - Я приехал, чтобы передать сообщение.
Хозяин, чернобородый мужчина с жестким лицом и выпуклой грудью, окинул его
холодным взглядом:
- Какое еще сообщение?
- Такое, что может принести человеку немалые деньги.
- Продолжайте.
- Прошел слух, что кто-то работает на противника, передает сведения
французам. Англичанам плевать, кому за это
платят, они лишь хотят знать, откуда берутся эти донесения. Они предлагают
щедрую награду. Весьма щедрую.
Хозяин покачал головой:
- Очень жаль, но мы об этом ничего не знаем.
- Да... действительно, жаль. - Полковник перегнулся через стойку, наклоняясь
к собеседнику. - На тот случай, если
кому-нибудь удастся что-либо разнюхать, я вернусь через пару дней. - Он вынул из
кармана маленький кожаный кошелек и
бросил его на стойку. Монеты соблазнительно звякнули. - Это вам за то, что
выслушали меня. Если узнаете что-нибудь
полезное, получите еще.
- Я же говорю, здесь никто ничего не знает об этом деле.
- Я вернусь во вторник, - только и ответил Адриан. Он осушил кружку. Джейми
последовал его примеру. Поставив
кружки на стойку, они повернулись и вышли наружу через невысокую дубовую дверь.
На улице воздух был чище, здесь пахло дымом и сосновой хвоей. С наступлением
вечера задул свежий ветер. Полковник
и майор вскочили в седла, и Джейми спросил:
- Думаешь, он сможет чем-нибудь помочь?
Адриан задумчиво потер подбородок.
- Трудно сказать. Вполне возможно, утечка сведений происходит вовсе не в
Бадене. Курьера убили в Вене. Его
информатор может оказаться где угодно.
- Он может прослышать, что мы охотимся за ним.
- Даже если так, это ничего не меняет. Собрав сведения, он должен передать их
французам, и я надеюсь, что рано или
поздно предложенная награда соблазнит кого-нибудь - здесь либо в столице. Через
несколько дней нам придется ехать в
Вену.
-Что?
- Вчера вечером император приглашал Стейглера, чтобы обсудить слух о движении
Наполеона в Баварию. Обстановка
быстро накаляется, и император намерен вернуться во дворец.
Джейми внимательно рассматривал дорогу в желтом свете далеких огней.
- К концу недели Баден опустеет.
- Совершенно верно.
- А как же графиня? Она тоже вернется в Вену?
На щеках Адриана заходили желваки. Он до сих пор ничего не знал об Элиссе,
кроме того, что она лгунья и, возможно,
шпионка. И все же при одной мысли о ней его охватывало жгучее желание. Как
только он вернется в Вену, она вновь будет
принадлежать ему. Адриану пришла в голову мысль объявить ее своей любовницей, по
крайней мере на тот недолгий срок,
что он пробудет в Австрии. Тогда он мог бы внимательнее наблюдать за ней, а там,
глядишь, Малер разузнает, кто она такая.
- Полагаю, леди фон Ланген отправится в столицу вместе с герцогиней, - сказал
Адриан. - До сих пор она и словом не
обмолвилась о возвращении в Англию, хотя, видит Бог, это было бы самым разумным
поступком с ее стороны.
- Несомненно, так было бы безопаснее всего, - улыбнулся Джейми. - Но мне
трудно поверить, что ты станешь
отговаривать ее, если она захочет задержаться. Думаю, это вполне совпадает с
твоими желаниями.
.- Что ж, это правда, - фыркнул Адриан. Он был рад неведению друга
относительно того, что графиня оказалась
девственницей. Знай он об этом, лукавая улыбка на его лице определенно сменилась
бы неодобрительной гримасой. Джейми
был слишком благороден. Великодушие же самого Адриана имело весьма четкие
пределы, в которых не было места таким
лживым мошенницам, как Элисса.
Полковник старательно заглушал свой внутренний голос, ехидно напоминавший ему
о том, что он готов спать с Элиссой,
кем бы та ни оказалась. Он хочет ее, а значит, так или иначе получит. Ирония
судьбы в том, думал он, чувствуя, как восстает
от желания его плоть, что порой кажется, будто не он, а Элисса настоящий хозяин
положения.
Император покинул Баден через два дня. За его каретой нескончаемой чередой
потянулись экипажи дипломатов,
военачальников и аристократов. Франц I возвращался в свой Шенбруннский дворец,
где вместе с ним должны были
разместиться самые высокопоставленные офицеры и дипломаты. Остальным предстояло
отбыть на свои частные квартиры.
Адриана ждал городской дом, который он делил с Джейми. Их жилище находилось на
Наглерштрассе, протянувшейся вдоль
древнеримского крепостного вала.
Особняк был построен в пятнадцатом веке, два столетия спустя приобрел
классический фасад, а еще позже был украшен
цветным рельефом Девы Марии. Дом отличался элегантным внутренним убранством,
здесь было несколько комнат с
мраморными полами, библиотека, помещения для прислуги. Джейми и Адриан обитали
на втором этаже в обширных
раздельных апартаментах. Полковнику было приятно вернуться в жилище, которое он
привык считать своим домом, и все
же, как ни странно, ему очень не хватало кипучего
уен-Хауса.
Адриан знал, что девуш
скоро ему удастся у
войне посеяли в
продолжалась. В особняке герцога Вебернского, величественном здании в стиле
барокко, что располагался в самом
центре Вены, должен был состояться музыкальный вечер. Вернувшись домой, Адриан
нашел приглашение в пачке ждавших
его посланий.
Полковник приехал в Вену одним из последних, задержавшись в Бадене, чтобы
продолжать поиски виновника утечки
секретов, однако эти несколько дней были потрачены впустую. Расспросы не дали
ничего нового, вторичная поездка на
постоялый двор Братиса оказалась бесплодной. Он оставил указания, как его найти
в Вене, хотя почти не надеялся на
результат. Адриан начинал думать, что сведения передаются не из Бадена.
А может, учитывая его подозрения в отношении Элиссы, ему попросту хотелось
этому верить.
В любом случае, проще всего будет найти ее на музыкальном вечере. Адриан
гадал, вняла ли девушка его
предостережениям насчет Стейглера, но что-то заставляло его усомниться в ее
благоразумии.
Его руки невольно сжались в кулаки.
Глава 12
Элисса стояла в саду. Лишь серебристый свет луны освещал дома и шпили Вены.
Облака тонкой пеленой прикрывали
фигура Элиссы, облаченной в платье из
ебристым кружевом, ярко выделяя
ала, что следовало выбрать
ывал бы ее в туман
Она не ожидала, что придется красться во тьме, прятаться в кустах и
прижиматься ухом к оконному стеклу в надежде
уловить хотя бы часть разговора между майором Холдорфом и генералом Стейглером,
которые уединились в комнате.
После возвращения в Вену ей лишь изредка удавалось заговорить с генералом. В
ответ Стейглер бросал ей краткие сухие
фразы, сопровождаемые сердитыми хмурыми взглядами, которые внушали Элиссе страх.
Он ощупывал пристальным
плотоядным взором ее груди, словно пожирая их глазами. Господи, вот бы
избавиться от него поскорее! Если бы только она
сумела проникнуть в его комнаты и выяснить, предатель ли он!
Где-то поблизости ухнула сова. Девушка вздрогнула от испуга, чувствуя, как ее
охватывает дрожь. Поверх платья на ней
была только легкая кашемировая шаль, и ей вдруг показалось, что одежда совсем не
согревает. Сердце неистово забилось,
внутри все затрепетало - отчасти от страха, отчасти в надежде, что наконец
произойдет чудо и она обретет ключ к
исполнению своих замыслов.
За спиной хрустнула ветка. Решив, что кто-то следит за ней, Элисса порывисто
обернулась. Ее руки затряслись, ладони
стали влажными. Она напрягала глаза, вглядываясь в темноту, но никого не
заметила. Наверное, ей почудилось. Она стояла в
глубокой тени у торца здания, уверенная, что тень скроет ее от взгляда любого,
кто бы ни вышел в сад.
Генерал рассмеялся. Элисса совершенно отчетливо услышала его смех и вновь
сосредоточилась на беседе мужчин,
сидевших в зале, наблюдая за ними в щель между тяжелыми портьерами из
золотистого бархата. Они покинули вечер до его
окончания, тихо удалившись под звуки "Императора", пятого фортепианного концерта
Бетховена, который исполнялся в
честь его величества. Генерал позвал за собой майора, бросив на него весьма
многозначительный взгляд.
И вот теперь в щель между шторами Элисса видела, как Холдорф улыбается.
- Я лично прослежу, чтобы послание достигло адресата, - говорил он.
Послание? Сердце Элиссы забилось чаще. Она подобралась еще ближе, затаив
дыхание. Не идет ли речь о передаче
секретов французам?
Стейглер взял со стола бокал с вином, сделав широкий жест рукой, придавая
особую выразительность своим словам:
- Я хочу, чтобы все прошло гладко, вы слышите? Это дело чрезвычайной
важности, и я не потерплю ни малейшей
оплошности.
- До сих пор я не давал повода разочароваться во мне, не правда ли, генерал?
Стейглер отставил бокал и улыбнулся:
- Согласен, майор Холдорф. У вас безупречная репутация.
- И я намерен ее сохранить.
Стейглер пригубил вино.
- Когда вы отправляетесь?
- Утром. До первого пункта смены лошадей недалеко, а потом риск уменьшится.
Элисса прижала голову к грубой каменной стене. Казалось, сердце готово
выскочить из груди. Вот оно - первое
серьезное свидетельство того, что Стейглер причастен к передаче сведений. Веской
уликой оно служить не могло, и все же
услышанное укрепило надежду и решимость Элиссы.
- Так-так... опять мой милый ангелочек, - неторопливо произнес голос,
звучавший из тени в нескольких футах от
девушки. - Подумать только... обнаружить вас здесь, в одиночестве. - Адриан
двинулся вперед, с легкостью, неожиданной
при его комплекции; казалось, его тело просто излучает напряжение. Наклонившись,
он заглянул в просвет между шторами,
увидел негромко беседующих Стейглера и Холдорфа, и по его лицу заходили желваки.
- Я вижу, у вас обширный круг
интересов, не так ли, графиня?
- Я всего лишь... - Элисса сглотнула, лихорадочно соображая, что сказать. -
Во дворце слишком жарко, и мне... мне
захотелось ненадолго выйти, подышать свежим воздухом.
Адриан приблизился к ней вплотную, схватил Элиссу за руку и потащил прочь от
дома, увлекая ее в тенистую глубину
сада.
- Ну да, еще бы, - произнес он голосом, охрипшим от гнева, которым кипело
каждое его слово. - Именно поэтому вы
прячетесь в темноте. Ну конечно, ведь здесь прохладнее, спокойнее. И уж конечно
это не имеет никакого отношения к тому,
что вам вздумалось подслушать разговор генерала с майором.
- Нет, никакого!
Он затащил ее в кусты и крепко прижал к груди.
- Вы лгунья. - Элисса пыталась освободиться, но его хватка стала лишь крепче.
- Скажите, кто вы?
- Вы сами знаете, кто я. Графиня фон Ланген. Я приехала из Англии навестить
герцогиню Мароу.
- Мне нужна правда! Я хочу знать, кто вы такая.
Она лишь покачала головой.
- Элисса Таубер, графиня фон Ланген.
Рука Адриана скользнула по щеке девушки, но в его прикосновении не было
нежности.
- Прекрасная маленькая лгунья.
Элисса отвернулась, не в силах более смотреть в эти жесткие зеленые глаза.
- Я бы сказала вам, если бы могла, - чуть слышно произнесла она. - Я не
хотела вводить вас в заблуждение. Дайте мне
время. Все, что мне нужно, это немного времени.
Адриан сделал над собой усилие, и его гнев, казалось, несколько утих. Он
отступил на несколько шагов, скрывшись в
темноте. Его свистящее дыхание светлым облачком вырывалось в прохладном вечернем
воздухе. Когда он наконец
заговорил, его слова прозвучали в тишине сада сухо и отрывисто:
- Идите сюда, Элисса.
Девушка задышала чаще. Что-то изменилось; она чувствовала перемену в его
голосе, который стал низким и слегка
дрожал.
- Где вы? - спросила она, хотя отлично видела под деревом блеск золотого
галуна, отражавший лунный свет, который
тонким лучом просачивался сквозь плотную листву.
- Вы знаете, где я. Идите ко мне, Элисса.
Элисса знала и то, что он хочет ее. Она слышала, чувствовала это. Адриан зол,
но все равно желает обладать ею. Элисса
двинулась к нему, хотя была немного испугана. При мысли о его руках и губах ее
пронзило острое жгучее желание.
Элисса остановилась в нескольких шагах от Адриана, который сидел в тени на
приземистой каменной скамье, расстегнув
ворот мундира и несколько пуговиц. Она увидела его мощные мышцы, и ее охватило
неодолимое желание прикоснуться к
ним.
- Я сказал, идите сюда.
Она преодолела разделявшее их расстояние скорее бегом, чем шагом. Низкий
голос Адриана заставил ее трепетать,
словно бабочку.
- Вы принадлежите мне, Элисса. Надеюсь, вы осознаете это?
- Ничего подобного, я...
- Вы осознаете это. Или я ошибаюсь?
Элисса облизнула губы.
- Да. - Она увидела его глаза, изумрудами сверкавшие в лунном свете, и ее
захлестнула жаркая волна страсти.
- Поднимите юбки. Поднимайте их медленно, я хочу полюбоваться вашими ногами.
Элисса на секунду замешкалась. Господи, ну почему ей приходится уступать ему?
Потом у нее возникла мысль о том, что
может с ней сделать Адриан, и тело всколыхнулось от вожделения.
Ее дрожащие руки скользнули вниз по узкой шелковой юбке и медленно приподняли
подол, оголяя ноги до самых
подвязок.
- Выше, - велел Адриан. - Всю неделю я не мог думать ни о чем, кроме вас. Я
хочу увидеть вас в свете луны.
Элисса закусила губу, но это не остановило волны желания, пробегавшие по ее
телу. Она посмотрела в горящие зеленые
глаза Адриана и вдруг почувствовала неожиданный прилив силы и уверенности от
мысли, что смогла внушить ему такую
страсть. Подняв юбку и подол вышитой батистовой сорочки, она задрала их чуть
выше округлых ягодиц и вздохнула,
чувствуя, как пальцы Адриана скользят по ее бедрам, забираются между ними,
лаская ее кожу и заставляя все тело
покрываться мурашками. Потом он положил свои большие ладони ей на талию и усадил
Элиссу на колени, раздвинув ей
ноги.
- Вы сводите меня с ума, Элисса. Хотите убедиться в этом? - Адриан обнял ее
за шею, приник к ее губам и впился в
них неистовым жадным поцелуем. Его губы пылали страстью, язык настойчиво
прокладывал себе путь. Элиссу пронзило
неистовое желание. Господи, до встречи с ним она даже не представляла, что это
такое - познать мужчину так, как это
случилось с ней.
Адриан целовал ее все крепче, требовательнее, и девушка негромко застонала.
Она погрузила пальцы в его густые, почти
черные волосы; Адриан откинул голову назад, подставив Элиссе лицо. Потом
пуговицы на спине платья одна за другой
расстегнулись, и груди девушки легли в его ладони. Адриан прильнул к ним губами,
заставляя их набухнуть и напрячься. Он
взял грудь в рот, мягко посасывая.
Она едва замечала, как Адриан все шире раздвигает ее бедра, раскрывая ее
тело, превращая его в беззащитную цель.
Продолжая жадно, страстно целовать Элиссу, он нащупал средоточие ее
женственности и принялся ласкать его. Ее охватило
удивительное наслаждение, жаркой волной растекаясь по телу. Искусные ласки
Адриана распалили Элиссу слепящим
жгучим пламенем, и она закусила губу, чтобы удержаться от крика.
Она едва слышала звук расстегиваемых пуговиц, едва замечала прикосновение
гладкой толстой головки, искавшей вход, и
лишь вздохнула, когда его тугая плоть глубоко ворвалась в ее тело.
- Адриан... О Господи... - Слова замерли у нее на губах, унесенные волной
страсти. Ее пальцы впились в плечи
Адриана, чувствуя, как при каждом движении под его кожей перекатываются бугры
мышц. Он крепко держал ее за талию;
твердая плоть все глубже вонзалась в лоно Элиссы, толчками раздвигая его. От
нестерпимого наслаждения все ее мышцы
напряглись. Движения Адриана подбрасывали ее, словно в седле, доводя ритмом
толчков до высшей степени исступления.
Он достиг пика следом, издав хриплый стон; его мышцы окаменели, на загорелой
коже проступили вены.
Потом Элисса, казалось, целую вечность сидела, прильнув к Адриану, уронив
голову ему на плечо. На сей раз ее не
пугало то, что помялось платье и растрепались волосы, теперь она не сомневалась:
Адриан позаботится о ней, верила, что он
ее не бросит.
- Скажите мне, кто вы такая, - шепнул он. - Если вы в беде, позвольте помочь
вам.
У Элиссы и вправду хватало неприятностей, но самую серьезную угрозу
представляли чувства, которые она испытывала к
нему, сама того не желая.
- Мне нужно время, Адриан. Прошу вас, поверьте мне.
Хриплый звук вырвался из его горла. Адриан поставил ее на ноги и оттолкнул от
себя.
- Мой маленький ангелочек, с чего вы взяли, что я должен вам верить?
Элисса не ответила. Один взгляд в его жесткие зеленые глаза даже в темноте
сада дал ей понять: в душе Адриана нет ни
капли доверия к ней.
Он закрыл дверь с мягким, почти неслышным щелчком и принялся нетерпеливо
расхаживать по кабинету. Ему не
слишком нравилась эта комната, низкий потолок, закопченный камин, толстые
каменные стены. Он бы предпочел что-нибудь
более изысканное, утонченное. И все же, усевшись за дубовый стол в доме, который
служил ему временным пристанищем,
он испытал то же возбуждение, тот же прилив силы и могущества, который охватывал
его всякий раз, когда он приступал к
выполнению задачи, которую взял на себя.
Все его существо наполнилось почти божественной силой, ощущением, что он
держит в руках целый мир.
Он взял чистый лист бумаги и положил на стол точно перед собой. Окунув перо в
чернильницу, начал выводить ясные
четкие голубые буквы:
Ратисбонн. Объединенные силы численностью один
...Закладка в соц.сетях
