Жанр: Любовные романы
Сон
...и
убийство Билла?
Обычно по ночам берег был безлюден, но время от времени по нему проходил
патрульный полицейский. Дженни, для
которой эти прогулки стали необходимы как воздух, твердила себе, что ничем не
рискует, но при виде приближавшихся
мужчин ее бросило в дрожь. Они покачивались, ругались, отпускали непристойные
шуточки, пьяно пялились на женщину, и
Дженни внезапно горько пожалела, что не осталась дома.
Она отошла подальше от воды, пытаясь обойти гуляк стороной и от души надеясь,
что ее оставят в покое. Однако один из
пьяных отделился от остальных и шагнул ей навстречу. Дженни поняла, что он
перекрыл тропу; оставалось двигаться к
дальнему концу пляжа, к портовым сооружениям и покачивавшимся у причала рыбачьим
лодкам - туда, где горели огни и
была возможность встретить полицейского. Она повернулась и пошла к причалу,
прибавляя шаг.
Мужчина также прибавил шагу; Дженни сделала то же самое, пока в конце концов
не пустилась бежать. О Боже, ее сердце
билось быстрее, чем ступали ноги, в боку болело, в груди жгло... Она задыхалась,
хватая воздух широко открытым ртом.
Обернувшись через плечо, Дженни увидела, что мужчина совсем рядом, и сдавленный
крик вырвался из ее груди.
Ускользая от пришедшего в неистовство преследователя, она бросилась к воде.
Ужас гнал ее, сердце было готово
вырваться из груди. Причал был неподалеку, но тут подоспели остальные двое и
окружили ее, отрезав единственный путь к
бегству. Она отчаянно оглядывалась по сторонам, ища взглядом кого-нибудь, кто
мог бы помочь. Волны разбивались о берег
с таким шумом, что кричать было бесполезно.
- Помогите! Кто-нибудь, помогите! - Дженни издала крик ужаса и увернулась от
одного из них, пытаясь бежать, но в
нее вцепился белобрысый и опрокинул на песок.
- Попалась! - прорычал он, наваливаясь на Дженни и осыпая ее грязными
ругательствами. Женщина едва не
задохнулась под тяжестью его смрадного тела. От белобрысого, как и от его
дружков, стоявших рядом, разило дешевым
виски.
- Отстань от меня! - Она изо всех сил пыталась сбросить его или ударить
коленом в пах, как учили делать женские
журналы в случае нападения. Но негодяй был под два метра ростом и весом больше
центнера. Дженни же не весила и
пятидесяти пяти килограммов, а подол ночной рубашки и халата спутал ноги так
крепко, что она с трудом могла двигаться.
- Пусти меня! - Песок набился ей в рот, засыпал глаза. - Пус-ти-ме-ня...
- Эй, друг, отвали чуток! Дай глянуть, кого мы поймали. - Смуглый мужчина с
немытыми черными волосами и
круглыми черными глазами стащил с Дженни своего собутыльника, но схватил ее за
запястья, в то время как третий
прижимал к земле ее брыкающиеся ноги. Дженни поняла тщетность своих усилий
освободиться и сморщилась от боли в
левой лодыжке, подвернутой во время падения на твердый песок.
- Пожалуйста, - дрожащим голосом взмолилась она, презирая себя за страх, но
не имея сил справиться с ним, -
пожалуйста, отпустите меня...
- Что скажешь, Рамон? Отпустим леди? - ухмыляясь, спросил тот, кто держал ее
за руки. Прямые черные волосы
сальными прядями свесились ему на лоб.
Но вместо второго латиноамериканца отозвался белобрысый:
- Черта с два! - Он потянул кончик пояса, распахнул полы халата и одним
движением разорвал на Дженни ночную
рубашку. От воротника до самой талии.
Когда влажный воздух коснулся ее обнаженного тела, Дженни пронзительно
вскрикнула. И кричала, кричала, кричала...
Полный воспоминаний о симпатичной блондинке, с которой только что сидел за
одним столиком, Джек Бреннен шел
вдоль пирса и вдруг услышал крик. Ошибиться было невозможно: на помощь звала
какая-то женщина. Над волнами
раздавались истошные вопли, перемежавшиеся испуганными мольбами и отчаянными
рыданиями.
Он вскинул голову и тут же заметил троих пьяных. Грязные ругательства
разносились по берегу, и Джек сразу понял, что
у этой троицы на уме. Черт побери, какие ублюдки посмели поднять руку на
беззащитную женщину?
Он отругал себя еще прежде, чем бросился бежать. Надо же, до корабля было
рукой подать! Сидел бы он сейчас у себя,
возвратившись из бара "Морской бриз" - местного притона, который он посещал
чаще, чем следовало... Если бы он ушел
оттуда на несколько минут раньше, если бы не приударил за очаровательной
блондинкой, то не увидел бы троих пьяных и не
услышал бы воплей их беспомощной жертвы. Но эта Вивиан была такой глазастой, что
он просто ошалел. И если бы не
предстоявший завтра чертовски трудный день, он ни за что не отстал бы от нее,
лег с ней в постель и слышал бы сейчас
совсем другие стоны...
А теперь отступать было некуда.
На чем свет стоит костеря свое невезение, Джек прибавил шагу, спрыгнул с
причала на берег и бросился бежать по
песчаному пляжу. Он был в неплохой форме: прыжки в воду, виндсерфинг, плавание и
постоянное пребывание на свежем
воздухе сделали его загорелое тело мускулистым и жилистым.
Чтобы добраться до подонков, много времени не понадобилось. Он схватил парня,
расстегивавшего молнию черных
кожаных штанов, развернул к себе лицом, с размаху заехал в зубы и оставил
корчиться на песке. Затем, не теряя времени,
поймал за спортивную куртку второго, крутанул на месте, ударил под ложечку,
заставив согнуться пополам, схватил за
шиворот и штаны и швырнул в воду.
Когда третий, бородатый гигант в полосатой майке, отпустил запястья женщины и
грузно поднялся на ноги, Джек с
отвращением увидел, что драка предстоит нешуточная. Краем глаза он успел
заметить белоснежную кожу и торчащую
наружу пышную грудь, но тут же забыл об этом: мясистый белобрысый великан
представлял собой серьезную угрозу.
- Ну ты, сукин сын! - взревел пьяный, бросаясь вперед. - Сейчас я отучу тебя
совать нос не в свое дело!
Казалось, белобрысый моментально протрезвел: он в мгновение ока нырнул под
руку Джека и нанес ему неожиданно
мощный удар в челюсть. У Бреннена поплыли радужные круги перед глазами. Он
отпрянул, потряс головой, пытаясь прийти
в себя, уклонился от второго удара и ответил серией быстрых джебов левой по носу
противника. Верзила стал делать ошибку
за ошибкой, и вскоре сильный кросс с правой поверг его на землю, превратив в
груду мяса, обтянутую тканью в красную
полоску.
В нескольких метрах от места схватки с трудом поднималась на ноги женщина.
Джек увидел ее красивое лицо с тонкими
правильными чертами. Испуганные, широко раскрытые карие глаза не отрывались от
него, пока женщина запахивала халат,
пряча под ним разорванную ночную рубашку и белоснежную грудь.
Джек думал, что она убежит, но казалось, женщина не желала покидать своего
спасителя. При виде такой смелости,
разительно не вязавшейся с хрупкой фигурой, Джек едва не улыбнулся, и помешала
этому только саднящая боль в челюсти.
Тем временем очухавшийся малый в кожаных штанах припустил вдоль берега, а
второй выбрался из прибоя. С него
ручьями текла вода; черные волосы залепили лицо.
- Ну, гад, ты у меня еще получишь! - Однако было ясно, что он сыт по горло.
Мерзавец тут же испарился, не повернув
головы в сторону своего здоровенного белобрысого дружка, валявшегося на мокром
песке.
Джек шагнул к женщине:
- С вами все в порядке? - Когда женщина зашаталась, он поддержал ее и
почувствовал, что та дрожит всем телом.
- Д-да... Нет. Я... я не знаю... - Дженни инстинктивно прижалась к нему,
крепко придерживая полы халата. - По
правде говоря... совсем не в порядке. - Страх еще сжимал ее горло, по щекам
внезапно заструились слезы. Она вся тряслась
- и от испуга, и от такого лютого озноба, как будто вместо крови по ее жилам
бежала ледяная вода. - Эти люди... они... они
пытались... - Дженни сделала шаг вперед, но подвернула лодыжку и непременно
упала бы, если бы незнакомец не
подхватил ее на руки, не дав коснуться земли.
- Что они пытались сделать, мне ясно! - отрывисто проговорил Джек. - Не ясно
только одно: какого черта вы делали
здесь одна? Ради Христа, леди, ведь сейчас три часа ночи!
- Я... знаю. Я часто прихожу сюда. Но... это долгая история. - Дрожащей рукой
она убрала волосы со лба и стерла со
щек песок, перемешанный со слезами. - Мне немного лучше. Вы можете отпустить
меня.
- Непохоже, что вы можете идти. - Казалось, он был почти двухметрового роста.
Мощные бицепсы оттопыривали
рукава тесной черной рубашки с короткими рукавами, в нагрудном кармане которой
лежала пачка сигарет. В темноте он
выглядел почти так же угрожающе, как и те трое.
- Я... я смогу. Вы уже достаточно сделали для меня. Не знаю, как и
благодарить вас.
Но он не торопился опускать ее на землю.
- Думаю, вы живете где-то неподалеку?
- Да. Мой дом там, наверху. - Дрожащим пальцем она указала направление, и
Джек послушно понес ее туда,
предварительно оглянувшись через плечо. Проследив за направлением его взгляда,
Дженни увидела, что бородач попрежнему
лежит без сознания, а двое других удирают во все лопатки.
- Наверное, вы захотите вызвать полицию, - сказал он. Тон у незнакомца был
недовольный, и Дженни поняла, что эта
мысль не вызывает у него особого восторга. Впрочем, как и у нее.
- Нет. Никакой полиции! У меня и без того хватает неприятностей.
Тут он слегка успокоился и пошел по твердому песку к неблизкому уличному
фонарю.
- Совсем ни к чему поднимать шум. Двое уже удрали, а к тому времени, когда
подоспеет полиция, смоется и этот
бородатый бугай...
- Я знаю... - Полицейские так и не смогли поймать убийцу Билла. Дженни было
известно, что они перегружены
работой, что жалованье у них маленькое и что это не их вина. Однако ей все же
хотелось узнать имя убийцы. Возможно, это
и было причиной мучивших ее кошмаров.
- Может быть, я все-таки пойду сама? - спросила она. - Вы ведь не сможете
донести меня до самых дверей.
У незнакомца приподнялся уголок рта:
- В самом деле?
- Ну, мне и в голову не пришло... Я хотела сказать, что...
- Успокойтесь, леди. Я донесу вас до самого дома. - Он заглянул ей в лицо: -
Как вас зовут?
- Дженни. Дженни Остин. А вас?
- Джек Бреннен.
Больше Дженни не сказала ни слова, но когда они достигли ведущей наверх
тропы, она, боясь упасть, машинально обняла
Джека за шею и не могла не заметить, как сильна эта шея и как крепки литые
плечи. При свете фонаря она разглядела, что у
ее спасителя волнистые черные волосы и темно-синие глаза.
- Куда теперь? - спросил он. Они перешли улицу и приблизились к двухэтажному
зданию с несколькими дюжинами
роскошных квартир.
- Первый подъезд с того края.
Он двинулся вперед с кошачьей грацией, которая казалась несовместимой с его
весом и силой. Когда они добрались до
двери, Джек терпеливо ждал, пока она выудит из кармана ключ, потом взял его из
по-прежнему дрожащей руки и открыл
дверь.
Он не просил разрешения войти, просто шагнул в прихожую, отыскал глазами
диван в гостиной и бережно опустил
женщину на бархатные подушки персикового цвета.
- Те... теперь все хорошо, мистер Бреннен. Не знаю, как вас благодарить.
- Вы уверены? Такие вещи могут вызвать серьезное нервное расстройство. - Как
будто она сама не знает... - Может
быть, позвать кого-нибудь?
Она покачала головой:
- Нет. Правда, со мной все в порядке.
- Где ваш муж?
Вопрос застал ее врасплох. Она мешкала с ответом дольше, чем следовало. Если
бы этот человек решил напасть на нее, то
мог бы сделать это без всяких помех. Что ж, видно, такое ее счастье - попадать
из огня да в полымя...
- Я вдова. - Собственные слова заставили ее вздрогнуть, но она никогда не
умела лгать. Как бы то ни было, этот
человек спас ее. Она перед ним в долгу.
- Послушайте, миссис Остин... Я знаю, что это не мое дело, но на вашем месте
я прогуливался бы по берегу задолго до
наступления темноты. Или по крайней мере брал кого-нибудь с собой в провожатые.
В следующий раз может случиться так,
что некому будет спасать вашу прелестную... шейку.
И только теперь до Дженни дошло, что он видел ее обнаженную грудь. Румянец
вспыхнул на ее щеках, однако она
заставила себя сдержаться. Но Джек Бреннен нисколько не смутился. Возможно, это
зрелище не произвело на него никакого
впечатления.
- Спасибо за добрый совет, мистер Бреннен. Всему виной чудесный вечер. К
несчастью, я страдаю бессонницей, и
единственное, что может мне помочь, это прогулка вдоль берега. Я больше никому
не позволю застать себя врасплох.
Он провел рукой по зачесанным назад волнистым черным волосам, при свете лампы
казавшимся глянцевыми.
- Тогда берите с собой оружие. Двадцать второго или двадцать пятого калибра.
И попросите кого-нибудь научить вас
стрелять.
- Пистолет? Вы думаете, я должна носить с собой пистолет? - Ей представился
Билл, лежащий в луже крови, и во рту
стало горько.
Джек Бреннен только пожал плечами:
- Это лучше, чем изнасилование... или кое-что похуже.
Она с трудом проглотила слюну и отогнала от себя ужасную картину:
- С-спасибо вам, мистер Бреннен. Я учту ваш совет, но боюсь, пистолет - это
не для меня. А сейчас, если вы не
возражаете...
- Только одно слово. Мое судно стоит в торговом порту. Оно называется
"Мародер". Если вы снова увидите этих
ублюдков, зайдите и дайте мне знать. У меня есть приятели в береговой охране,
они помогут. Этот берег и мой тоже. Не
хочу, чтобы к вам приставала всякая шваль.
Дженни робко улыбнулась:
- Я уверена, что это не понадобится, но...
- Ключа не нужно. Просто отодвиньте шпингалет палочкой, кредитной карточкой
или еще чем-нибудь. Эти проклятые
задвижки ломаются каждый год.
- Я уже сказала, что это едва ли понадобится, но благодарна вам за ваше
предложение.
Джек молча кивнул, наклонился и слегка прикоснулся к ее лодыжке.
- Небольшое растяжение. Посидите пару дней дома, и все пройдет. В таких
случаях хорошо помогает холодный
компресс. Хотите, сделаю?
- Нет, спасибо. Я могу сама позаботиться о себе. Еще раз большое спасибо за
все!
- Пустяки, - он широко улыбнулся, - никогда не мешает немного поразмяться
перед сном.
Дженни вспыхнула снова:
- Да... ну... Спокойной ночи, мистер Бреннен.
- Спокойной ночи, миссис Остин. - Той же легкой, пружинящей походкой он
направился к двери, открыл ее и вышел
на крыльцо. - Заприте за мной, - сказал он на прощание.
Дженни смотрела на то место, где он только что стоял. Душу переполнял вихрь
противоречивых чувств. Мало ей
страшных снов, так довелось пережить еще кошмар наяву. С Джеком Бренненом в
придачу.
Ей доводилось читать о таких гориллообразных парнях, которые сначала отрывают
голову, а потом начинают думать, за
что. И все же следовало признаться: она была рада, что сегодня ночью этот
человек применил свои мускулы. Кроме того,
надо было отдать Джеку должное - он был красив.
Отчаянной, бесшабашной красотой.
Он был почти ее возраста - старше всего на каких-нибудь четыре-пять лет.
Дженни улыбнулась при мысли о том, какую
странную пару они могли бы составить. Она библиотекарь, образованная, слегка
старомодная, кисейная барышня, а он...
типичный моряк.
Стоило Джеку уйти, а Дженни почувствовать себя в безопасности, как она
ощутила прилив горячей благодарности.
Никогда раньше ей не приходилось встречать таких мужчин, и она никогда не
забудет его. В нем что-то было. Что-то
непонятное. Что-то...
Впрочем, какое это теперь имеет значение? Он ушел, и все кончено. Дженни
поднялась с дивана, запрыгала по комнате на
здоровой ноге и заперла дверь. Затем она добралась до шкафа, вытащила оттуда
зеленый зонтик с ручкой в форме крюка и,
опираясь на него как на трость, заковыляла на кухню.
События этой ночи окончательно выбили ее из колеи. Она донельзя устала, но
боль в поврежденной лодыжке не давала
уснуть. Слава Богу, распухшая нога давала ей право не идти на работу. Нужно
будет позвонить в клинику и вызвать врача.
Может, она и сумеет немного отдохнуть.
Если она поспит днем и сможет восстановить силы за ближайший уик-энд -
компенсирует дефицит сна, как сказали бы
врачи, - то к понедельнику почувствует себя лучше. Конечно, по ночам ее будут
преследовать либо кошмары, либо
бессонница, но тут уж ничего не поделаешь.
Интересно, хватит ли у нее смелости совершить еще одну ночную прогулку вдоль
берега?..
Джек прошел по длинному деревянному причалу и поднялся на борт "Мародера", не
в силах дождаться, когда ступит на
тиковую палубу. Сегодня он надел пару черных туфель вместо кроссовок, из которых
почти не вылезал. Чертовски неудобная
обувь, чтобы бегать в ней по песку...
Он добрался до кают-компании, открыл дверь, пригнулся и вошел внутрь, не
переставая думать о драке с тремя
подонками и о том, что чуть было не случилось с Дженни Остин.
При свете она была еще милее, чем показалась ему сначала: домашняя девочка,
скромная студенточка... Светло-русые
волосы, большие карие глаза, хрупкое, но женственное тело. Сексуальная грудь, да
и все остальное что надо.
Джеку понравилась ее квартира. Не просто стекло и металл. Тепло, по-домашнему
уютно и чуть старомодно. Неужто она
и сама такая же? Он скорчил гримасу: держи карман шире! Квартира в доме на
берегу океана стоила недешево. Интересно,
на какие средства она живет? Наверняка на содержании у какого-нибудь женатого
типа. Что ж, так поступают многие
женщины. И все же что-то мешало ему смириться с этой мыслью.
Он думал сразу о многом. Например, о том, почему ей не спится. Пока Джек шел
по палубе, его лицо не покидала улыбка.
Он готов был поставить десять против одного: если бы эта женщина легла с ним в
постель, она спала бы как младенец.
Но этого не случится. Она совсем не в его вкусе, а он, конечно, не в ее.
К чему забивать себе голову всякой чепухой? Ему было над чем поразмыслить и
без Дженни Остин. Например, над тем,
где раздобыть денег, чтобы заплатить за корабль.
Он сел на широкую койку в капитанской каюте, сбросил туфли и через голову
стащил рубашку, в нагрудном кармане
которой все еще торчала пачка "Мальборо". Три месяца назад он бросил курить, и
пачка была для него чем-то вроде
спасательного круга. Он таскал с собой сигареты, зная, что это поможет ему
избежать искушения.
Он начал курить, когда был молод и глуп, но этого не случилось бы, если бы не
запрет отца. А запретный плод, как
известно, сладок. Потом это вошло в привычку. К тридцати трем годам он
достаточно поумнел, чтобы понять, что курение
вредит здоровью. И все же два месяца ему пришлось преодолевать влечение и
подавлять приступы раздражительности.
Он смотрел на пачку и боролся с искушением закурить. Так же следовало
бороться с искушением по имени "малышка
Дженни Остин".
Глава 3
Уик-энд у Дженни прошел и лучше, и хуже, чем она ожидала. Опухоль на лодыжке
быстро спала. Джек Бреннен был
прав: растяжение оказалось небольшим.
Как она и надеялась, днем ей удавалось слегка подремать, но ночью... Ночи
были такими же скверными, как всегда.
Обычные ночи, к которым за два года Дженни успела привыкнуть. Она прекрасно
знала, что бессонница была всего лишь
противоядием. В воскресенье вечером она немного поспала и в понедельник
отправилась на работу вялая и разбитая.
Библиотека располагалась в трехэтажном здании кирпично-красного цвета,
стоявшем на углу улиц Анакапа и Анапаму.
Его украшали высокие стрельчатые окна и черепичная крыша в испанском стиле.
Сидя за поцарапанным дубовым столом в дальнем углу справочного кабинета,
Дженни просматривала список новых
поступлений. Затем ей предстояло обработать гору вновь приобретенных книг и
убрать их с глаз долой.
Список был длинный, и от монотонной работы по сверке названий с накладными
веки у Дженни налились свинцом и
закрылись сами собой, голова свесилась на грудь... Она поняла, что задремала,
лишь тогда, когда ее плеча коснулась рука
сотрудницы Миллисент Уинслоу. Дженни резко подняла голову и откинулась на спинку
стула.
- Извини, - сказала Милли, - я испугалась, что войдет мадам и застанет тебя
спящей.
Дженни отвела с лица выбившуюся прядь волос.
- Спасибо, Милли. - Она любила свою работу и отчаянно нуждалась в ней,
несмотря на множество проблем, но ее
начальница была ярым поборником приличий. Вид спящего помощника библиотекаря
привел бы ее в ужас, и никакие
объяснения не подействовали бы.
- Что, не удалось отдохнуть за уик-энд? - спросила Милли. Этой худенькой
одинокой женщине с узким носиком,
острым подбородком и глубоко посаженными голубыми глазами было двадцать пять
лет. Милли была библиографом и
происходила из старинной богатой семьи. Она окончила колледж Смита. Профессия
библиотекаря была одной из немногих,
которые ее родители считали приемлемыми для девушки из рода Уинслоу.
- Скорее наоборот, - ответила Дженни, - я ужасно провела время.
- Я слышала, ты растянула лодыжку?
Дженни кивнула. Конечно, ей даже пришлось вызвать врача. Она сняла с носа
большие очки в черепаховой оправе,
которыми пользовалась при чтении, и положила их на длинный перечень книг.
- Лодыжка - это пустяки. - Она вкратце рассказала Милли о трех негодяях,
напавших на нее во время прогулки по
пляжу, о Джеке Бреннене и о кошмарах, преследовавших ее весь уик-энд... который
она проспала. - Спасибо, Милли, что
прикрыла меня.
- Не за что... - Женщины дружили, хотя у них было не так уж много общего.
Разве что усидчивость и недостаток
мужского общества. И все же они нравились друг другу. Они делились всем, что
происходило в их небогатой событиями
жизни, и всячески старались поддержать друг друга в минуты нередко охватывавшего
обеих уныния.
- А что из себя представляет этот Бреныен? - спросила Милли. - Он ведь сильно
рисковал, вступаясь за тебя.
Дженни улыбнулась. У нее было достаточно времени, чтобы подумать о Джеке
Бреннене. Весь уик-энд он не шел у нее из
головы.
- У него все в порядке. И это самое меньшее, что можно о нем сказать.
- А как он выглядит?
- Хорошо... Высокий - ростом под два метра, очень смуглый, а мускулов у него
больше, чем у любого парня на нашем
пляже "Венеция".
- Симпатичный? - спросила Милли.
Дженни кивнула.
- С потрясающими синими глазами и ленивой улыбкой. Очень красивый, и красота
у него какая-то дикая, необузданная,
- добавила она, надеясь, что Милли не заметила румянца, залившего ее щеки.
- В общем, вылитый Джеймс Дин, - тоскливо сказала Милли, поднимая к небу
голубые глаза.
- Скорее Марлон Брандо, - поправила Дженни, представляя себе мятежного юношу,
которого Брандо сыграл в фильме
"На набережной".
- Ты еще увидишься с ним?
- Едва ли я в его вкусе, Милли. А он уж точно не в моем.
- Ой, не знаю!.. Я думаю, было бы очень приятно показаться на людях с таким
мужчиной. Просто чтобы узнать, на что
это похоже.
- Ну, он не просил меня о встрече.
- Очень жаль, - сказала Милли, и Дженни была вынуждена в душе согласиться с
ней.
Она знала, что это смешно. У них не было ничего общего. И все же она
испытывала странное стремление увидеть его
снова. Возможно, в ней говорило любопытство или желание отплатить ему за
доброту. Впрочем, если быть честной, главную
роль тут играла его поразительная красота. Как бы то ни было, Дженни продолжала
думать о Бреннене. Ей хорошо
запомнились и название корабля - "Мародер", - и место у причала, где он стоял, и
то, что Джек предложил ей свою
помощь.
- Едва ли такого мужчину заинтересует простая библиотекарша, - мрачно заявила
Милли.
- Наверное, ты права. - На этом излияния можно было считать законченными, и
Дженни была благодарна подруге,
когда та ушла от этой щекотливой темы.
- Сегодня понедельник, - напомнила Милли, - кажется, в этот день ты посещаешь
доктора Хэлперн, верно?
- Верно, но сейчас она в отпуске. Надеюсь увидеть ее через неделю, после
того, как схожу в клинику, где меня лечат от
бессонницы. Она хотела посмотреть результаты анализов. - Дженни вздохнула. - Я
начинаю подумывать, что понапрасну
трачу деньги. На первых порах доктор Хэлперн мне очень помогла. Не знаю, что бы
я без нее делала. Но в последнее время...
не знаю... я не чувствую никакого улучшения.
- Наверное, так и должно быть. Два шага вперед, один назад. По-моему,
потрясение, которое ты испытала, слишком
сильно, чтобы справиться с ним в один присест.
- Будем надеяться, что ты права, - отозвалась Дженни, оставив свои сомнения
при себе.
И все же она еще доверяла Фрэнсис Хэлперн, одному из самых известных
психиатров города, женщине, к которой она
обратилась, впервые испытав ночные кошмары.
- Между нами говоря, способность видеть сны - это уже сам по себе психоз, -
поставила ее в известность
привлекательная светловолосая женщина, - то есть умственное расстройство,
характеризующееся такими симптомами, как
галлюцинации или иллюзии, указывающими на ослабление связей с действительностью.
- Вы хотите сказать, что я душевнобольная?
Доктор Хэлперн снисходительно улыбнулась:
- Конечно, нет. Но вам нанесли тяжелейшую душевную травму. - Этой высокой,
хрупкой, всегда модно одетой
женщине было всего тридцать пять лет. - Ваши ночные кошмары - побочное
последствие этой травмы, защитная реакция
мозга. В некоторых случаях это действительно оказывает лечебное воздействие.
- Боюсь, я вас не совсем понимаю. Как эти ужасные сны могут лечить?
- На самом деле все очень просто. Во сне вы абстрагируетесь от реальности.
Какое-то время предаетесь галлюцинациям.
В этот миг вы верите в то, чего на самом деле не было. В вашем случае сны
являются попыткой отринуть то, что, как вам
представляется, произошло с вашим мужем. Стоит вам смириться с мыслью о его
смерти, как сны прекратятся сами собой.
Дженни лечилась у доктора Хэлперн два года и с ее помощью смогла справиться с
потрясением, которое перенесла той
ужасной августовской ночью.
Они снова и снова проигрывали мельчайшие детали того страшного события.
Дженни описывала, как она поздно вечером
вернулась домой с заседания Общества друзей библиотеки, на котором обсуждались
меры по поддержке перегруженной
библиотечной системы. Как поставила машину в гараж, заметила на обычном месте
"вольво" Билла и решила, что муж уже
дома. Как вошла в гостиную и направилась к окну, окликая его по имени, и что
почувствовала, выглянув в окно и увидев тело
Билла со снесенной выстрелом верхней частью черепа, лежащее на тротуаре в
огромной луже крови.
...Закладка в соц.сетях
