Жанр: Любовные романы
Очищение огнем
...тила Кей.
Мысль о том, чтобы где-то обосноваться, по-прежнему вызывала в ней нервную
дрожь. Поспешно сменив тему, она вновь оглядела разрытый участок.
— Что именно вы думаете найти?
Майк немедленно разразился оживленной лекцией. Отдав девочку Элси, он лично
проводил Кей к парусине, натянутой в центре раскопа, где были рядами
разложены сотни керамических осколков. Одна из студенток заносила их в
каталог: старательно ставила номер на каждом экспонате и записывала в книгу.
Несколько молодых людей, работавших без рубашек под палящим солнцем,
осторожно сметали песок с кусочков керамики маленькими кисточками из
верблюжьего волоса.
— Конечно, сейчас все это выглядит как чья-то кухня после
землетрясения, но мы провели углеродистый анализ этих фрагментов, определили
их возраст в несколько тысяч лет и отнесли к остаткам культуры анасази. И,
что важнее всего, — эти рисунки на некоторых из них идентичны тем,
которые мы видели на ацтекской керамике, что может означать многое...
Он неожиданно замолчал и виновато взглянул на Кей.
— Простите, я вечно забываюсь, когда начинаю говорить на эту тему.
— Мне не скучно, — заверила Кей. — Продолжайте.
— Ну что ж, анасази — предшественники индейцев пуэбло, до последнего
времени населявших этот район. В их мифологии говорится, что они жили в
подземном мире; ужасном сыром темном месте, пока, наконец, не нашли пути к
свету через пуп земли. Даже теперь можно найти в тайных святилищах пуэбло
маленькую дыру в земле, так называемую
сипапу
, символизирующую место,
откуда вышли анасази. И это примерно все, что мы знаем об их происхождении.
Антропологи долго бились над этой загадкой. Поэтому эти узоры и представляют
такой интерес. Они означают, что анасази — потомки ацтеков, возможно,
изгнанников, ушедших из Мексики на Север. Но, по крайней мере, можно
заключить, что анасези торговали с ацтеками.
Майк Коген оказался одним из тех просветителей, которые обладали
способностью пробуждать интерес к предмету своих исследователей, заражая
слушателей собственным энтузиазмом.
Элси повезло с мужем, подумала Кей, подходя вслед за Майком к одной из
неглубоких ям и наблюдая за усердно трудившимися студентами, осторожно
счищавшими песчинку за песчинкой, чтобы не повредить хрупкие, еще не
вытащенные из земли черепки.
Они пробыли на раскопках не более десяти минут, но Кейси уже начала хныкать.
— Хочет посмотреть, как кино снимают, — пояснила Элси, подошедшая
к Майку и Кей после того, как усадила дочку в машину.
— О Господи, — яростно прошипел Майк, впервые за все время потеряв
самообладание. — Как бы мне хотелось, чтобы эти чертовы голливудские
типы закончили поскорее и вернулась туда, откуда явились. Представляешь, эти
громилы сегодня утром опять ворвались к нам. Еле справились с ними! Чуть не
под ноги ложились, лишь бы не дать им растоптать здесь все, что мы пытаемся
сохранить!
Элси обернулась к Кей.
— Очевидно Сильвия Тиер — одна из тех темпераментных особ, которые
никогда не являются на работу вовремя и вечно куда-нибудь исчезают. Они
наняли парней следить за дамочкой, но та всегда ухитряется ускользнуть.
— Почему они считали, что она явится сюда? — спросила Кей.
Майк понизил голос, очевидно, не желая, чтобы студенты слышали его:
— Вся эта киношная банда в первый же день приперлась сюда
полюбоваться... в качестве туристов, как понимаете, — и она положила
глаз на Мэтта — одного из моей команды.
Майк постарался как можно незаметнее показать Кей на одного из полуголых
юношей, тоже работавшего кистью. Насколько она успела заметить, Мэтт был
исключительно красив — темные волосы, светло-голубые глаза, загорелый
мускулистый торс.
— Естественно, он был совершенно сражен столь неожиданным вниманием секс-
бомбы. Она пригласила Мэтта к себе в отель и, очевидно, провела с ним ночь,
а на следующее утро перестала узнавать. Парень так обозлился, что и слышать
о ней не желает. Но теперь ее телохранители, тюремщики, как там их... лезут
сюда каждый раз, когда дамочка сбегает в самоволку, — думают, что если
она явится не за Мэттом, значит, собирается подцепить кого-то еще. Эта баба
просто помешана на сексе, чистая нимфоманка.
— Нехорошо так, Майк, — вмешалась Элси. — Она милая
талантливая женщина, и жаль, что у нее такие серьезные проблемы. Это
настоящая трагедия. Знаешь, Кей, по городу ходят сплетни, будто она прошлой
ночью зашла в бар, познакомилась с кем-то и затащила его в мужской туалет.
Туда вломились еще двое, и, не позвони бармен ее охранникам, бедняжку всем
скопом просто бы изнасиловали.
— Ну, по-моему, людям нравится распространять слухи о
кинозвездах, — заметила Кей, — но я не стала бы все принимать на
веру.
Она не хотела хвастаться там, что когда-то дружила с Сильвией, но все-таки
чувствовала себя обязанной защитить ее.
— Мне рассказывала парикмахерша, — объяснила Элси, — а она
замужем за владельцем бара.
— С меня хватит! — взорвался Майк, — ты не должна и близко
подпускать Кейси к этой шлюхе!
— Ну что с тобой, Майк, — упрекнула Элси. — Она так добра. В
последний раз взяла Кейси к себе в трейлер, усадила перед зеркалом с
подсветкой, велела парикмахеру и гримеру сделать из нее куколку...
— Нет! Ни в коем случае! Не желаю, чтобы моя дочь находилась рядом с
этой тварью, да еще к тому же размалеванная, как она! Если Кейси хочет
уехать, отвези ее домой. Но я больше не позволю ей крутиться возле этой
женщины!
Майк взвинтил себя до такой степени, что Элси согласилась лучше не
протестовать и чмокнула мужа в щеку в знак примирения, пытаясь сгладить
неловкость.
— Увидимся дома, — сказал он, пытаясь вернуться к прежнему
дружелюбному тону. — И с вами тоже, Кей. Рад, что навестили меня.
На обратном пути Элси, не останавливаясь, проехала мимо съемочной площадки.
У обочины шоссе выстроилась длинная очередь грузовиков, среди высоких
кактусов виднелись осветительные вышки, кран для камеры и суетившиеся люди.
Но на таком расстоянии было трудно разглядеть, какую сцену снимают и есть ли
среди них Сильвия.
Кейси снова захныкала, когда они проезжали мимо, но Элси и слушать ничего не
хотела.
На следующее утро Кей сказала подруге, что хочет посмотреть город. Она
провела около часа на Плазе, красивой, окаймленной деревьями площади, бывшей
центром города еще со времен испанских завоевателей, купила кофе у лоточника
и села на одну из скамеек около губернаторского дворца, здания из кирпича-
сырца, построенного испанскими колонистами за десять лет до того как первые
американские поселенцы высадились в Плимутроке.
— Почему не здесь? — неожиданно подумала Кей. В Санта Фе,
казалось, сам воздух целительный и успокаивающе действует на измученную
душу. Лучшего места, чтобы осесть и покончить с беспорядочными скитаниями,
ей не найти!
Но Кей намеревалась сегодня не только гулять и осматривать
достопримечательности: допив кофе, она отправилась в контору проката
автомобилей, взяла машину и поехала на съемочную площадку.
Почти полночи она размышляла о Сильвии и, внезапно проснувшись, словно от
кошмара, Кей невольно начала вспоминать перешедшей в ссору спор, когда она
советовала Сильвии каким-то образом унять свои сексуальные аппетиты. И
теперь, оглядываясь назад, Кей пожалела, что не была настойчивее и
убедительнее. Дружба погибла не столько из-за неприязни Сильвии, сколько
нерешительности самой Кей — в то время она не была достаточно уверена в
себе, чтобы сломить сопротивление подруги, дать поддержку, в которой она
нуждалась... и, по-видимому, нуждается и теперь.
Кей наслышалась достаточно, чтобы понять — Сильвия окончательно сошла с
рельсов, и дело может кончиться трагедией.
Увидев, что на площадке нет ни одного охранника, Кей нырнула в толпу рабочих
и осветителей, деловито передвигающих оборудование, и наугад спросила у
коренастого мужчины в футболке с картинкой в виде головы ревущего льва:
— Не можете сказать, где найти Сильвию Тиер?
— Будь я проклят, если знаю, лапушка, — ответил тот, мрачно
усмехаясь. — В данный момент ответ на этот вопрос стоит шестьдесят с
половиной косых!
Он плотоядно ухмыльнулся, и Кей поспешно отошла. Всматриваясь в суетившихся
людей, она заметила симпатичного молодого человека с доской-хлопушкой,
знаком некоторой власти — он, казалось, выступал в роли полисмена-
регулировщика: бросал отрывистые приказания, о чем-то совещался с то и дело
подходившими к нему мужчинам, указывая рукой в различных направлениях.
Кей подошла и встала рядом, дожидаясь, пока он закончит разговор с пожилым
человеком, державшим черный портфель, похожий на докторский саквояж.
— Откуда я знаю, когда, Джордж? Только сейчас я слышал, как главный
говорил о том, что окончательно прикрывает всю лавочку. Подожди лучше ее в
трейлере, хорошо?
Собеседник что-то буркнул и отошел. Кей обратилась к молодому человеку.
— Привет! Я подруга Сильвии Тиер...
Тот лихорадочно вцепился в ее руку, не дав договорить.
— Правда?! Вы знаете, где она?
— Нет. Я собиралась вас об этом спросить. И, кроме того, —
добавила она, многозначительно взглянув на него, — мне больно.
Он ошеломленно поднял глаза, словно внезапно осознав, какая красавица стоит
перед ним, и мгновенно разжал пальцы:
— О Господи, простите, пожалуйста. Просто мы все немного сдвинулись.
Крошка Сильвия, как обычно, на несколько часов опаздывает, и, похоже, у
студийных
шишек
лопнуло терпение...
Молодой человек резко оборвал фразу:
— Говорите, вы ее подруга? И не имеете представления, где она может
быть?
Кей покачала головой:
— Собственно, я много лет ее не видела. Давным-давно мы дружили, и
когда я услышала, что Сильвия снимается здесь, решила навестить ее.
— Вам следовало бы выбрать другой день, поудачнее. Сильвия снова
проделала свой знаменитый трюк с исчезновением, и на этот раз, возможно,
всему конец. Студия не может себе позволить зря тратить деньги каждый раз,
когда ей вздумается погулять!
Молодой человек посмотрел на часы.
— Если она не покажется к полудню и не поклянется собственной кровью,
что впредь будет вести себя прилично, съемки прекращаются.
— Но что будет с фильмом? — встревожилась Кей.
— Капут. Слишком много отснято, чтобы начинать снова, с другой
актрисой. Положат картину на полку, спишут расходы... и карьере вашей
маленькой подружки на этом придет конец.
Значит, Кей была права, предполагая худшее. Расстроенная вконец, она
отвернулась, гадая, как отыскать Сильвию и попытаться ей помочь. Но молодой
человек не отставал:
— Эй, прошу прощения, если сделал вам больно, — снова извинился
он.
— Все в порядке, не волнуйтесь.
Кей направилась к машине. Вышагивая рядом, он спросил, как ее зовут, и
представился сам. Дэйв Лодер оказался первым ассистентом режиссера. Кей
чувствовала, что он вот-вот попытается назначить ей свидание, но слишком
беспокоилась за Сильвию, чтобы говорить о чем-то еще. Из разговора с Лодером
Кей получила детальное представление о поведении Сильвии и о последствиях
этого поведения. Причинами ее опозданий всегда служили встречи с незнакомыми
мужчинами накануне вечером. Неприятные истории начались не на съемках этого
фильма — Сильвия давно заработала репутацию ненадежной актрисы. До сих пор
студия смотрела на это сквозь пальцы, потому что выходки Сильвии случались
гораздо реже, да и затраты были не так велики, самое главное, что фильмы с
ее участием приносили доход, но последние два были не такими удачными, так
что теперь ее свободу решили ограничить.
— Хуже всего, — признался Лодер, — что
Сенчери-Лайон
,
студия, финансирующая эту постановку, сейчас продается, поэтому они
прилагают все усилия, чтобы собраться и показать, насколько четко работает
руководство. Выходки Сильвии довели их до точки, особенно потому, что
большой босс, который заинтересован в приобретении студии, должен сегодня
приехать, посмотреть, как проходят съемки, — ну, словом, ему хотят пыль
в глаза пустить. Но если он посчитает сегодняшнюю сцену примером того, как
работает студия, вся сделка, скорее всего, взлетит на воздух, а это около
миллиарда долларов.
Вежливо ответив на все вопросы Кей, Дэйв Лодер в свою очередь спросил,
сколько Кей побудет в Санта Фе и не согласится ли поужинать с ним.
— Сколько вам лет, Дэйв? — улыбнулась Кей.
— Двадцать шесть.
Немного подумав, она покачала головой.
— Спасибо за приглашение, но...
— Понятно. Но я все равно навсегда останусь вашим преданным
поклонником.
Поклонником?! И тут Кей осенило; она рассмеялась, тихо, хрипловато,
гортанно.
— Вы узнали меня.
Широко улыбнувшись, Дейв кивнул. Несколько месяцев назад, до того, как она
вернулась в Америку,
Томкэт
в честь своей тридцатой годовщины выпустил
сборник с фотографиями
десяти самых лучших кошечек
за все прошлые годы, и
Кей была одной из них. Поскольку она в это время жила за границей, то и не
знала ничего, и только когда участвовала в программе Фила Донахью, тот
показал ей экземпляр журнала.
Подбежал кто-то из съемочной бригады и спросил Лодера, правда ли, что съемки
закрываются. Дейв попрощался с Кей и отправился улаживать очередную
сумятицу. Садясь в машину, Кей по-прежнему мучительно думала, как помочь
Сильвии. Можно ли найти ее? Привезти сюда? А что, если теперь уже поздно?
Она уже хотела завести мотор, когда увидела длинный роскошный серебристый
лимузин, словно скользивший по шоссе. Кей вышла, в надежде, что это,
возможно, Сильвия. Неужели судьба дает им шанс начать все сначала?
Но когда лимузин остановился, оттуда появились двое мужчин в темных очках.
По щегольскому виду, дорогой машине, одежде безупречного покроя и тому, как
по-хозяйски они обозревали площадку, Кей заподозрила, что один из них и есть
потенциальный покупатель студии, появления которого здесь ожидали.
И когда тот, кто был повыше и представительнее, обернулся и направился в
самую гущу толпы, Кей смогла разглядеть его лицо.
Это был Джим Болтон.
ГЛАВА 32
Волна противоречивых чувств нахлынула на Кей. Что делать? Сесть в машину и
уехать или окликнуть его, чтобы посмотреть, вспомнит ли? Неужели прошло семь
лет со дня их встречи? Они знакомы семнадцать, а провели вместе всего три
дня! И по-прежнему ли значат что-то те красивые слова, которыми они
обменялись когда-то? Он покинул ее... и их пути разошлись. Стоит ли
возобновлять старое знакомство... но, может, поэтому судьба и продолжает
сталкивать их?
Кем же он стал? Еще одним жадным до денег ненасытным хищником вроде Митча
Кэрела, вечно охотящегося за очередной жертвой? Что, если они проведут
вместе еще два дня, и он снова исчезнет в погоне за очередной крупной
сделкой?
Кей потянулась к дверце машины. Но судьба, наверное, и впрямь не желала
отпустить ее. В этот момент Джим посмотрел в ее сторону. Взгляды их
скрестились. Выражение его лица мгновенно изменилось, словно он долго,
мучительно искал кого-то и вот теперь, наконец, нашел. Кей сделала шаг
вперед, и Джим направился к ней медленно, осторожно, как путник в пустыне,
опасающийся, что видит мираж. Когда между ними осталось всего несколько
ярдов, оба остановились, явно не желая сближаться. Первым заговорил Джим.
— Куда ты уезжаешь?
— Уезжаю?
Кей, ошеломленная воспоминаниями о прошлом, не сообразила, о чем идет речь.
Ведь именно он ушел тогда. Джим показал на автомобиль:
— Ты собиралась исчезнуть.
Должно быть, понял, что Кей решила избежать встречи с ним.
— О... — в смятении пробормотала Кей —...Я остановилась у друзей в
Санта Фе. Они уже заждались меня.
Джим сделал еще несколько шагов. Он выглядел немного старше, чем во время
последней встречи, под глазами прибавилось морщин, виски чуть побелели, но
все это делало его еще привлекательнее. Одетый в серебристо-серые брюки,
черный блейзер с белой сорочкой и серебристым галстуком, он разительно
отличался от бывшего моряка в кожаной куртке, угощавшего ее когда-то
гамбургером. Теперь он излучал ауру абсолютной власти, гораздо большей, чем
обыкновенная уверенность в себе командира патрульного судна. Джеймс Болтон
привык сражаться и брать верх в любом поединке. Однако с ней он говорил
умоляющим тоном подчиненного, а не старшего офицера.
— Не уезжай, Кей. Пожалуйста. Мне придется провести здесь немного
времени, и я скоро освобожусь. Пообедаешь со мной?
Почему он так внезапно ушел тогда, после Чикаго? Кей очень хотелось узнать.
— Я подожду, — согласилась она. Что такое полчаса? Увидев его, она
вдруг поняла, кого ждала все эти годы.
Джим отпустил лимузин и адвоката, с которым приехал сюда, и сел за руль
взятого напрокат автомобиля. По дороге оба старались избегать минного поля
старых, похороненных в душе эмоций, могущих взорваться упреками и
сожалением, и просто говорили о том, как жили последние годы. В основном
рассказывала о себе Кей, которой приходилось отвечать на его вопросы. Она
объяснила, что после отъезда из Балтимора помогала собирать материал для
книги, почему и оказалась сегодня на съемочной площадке.
— А ты что здесь делаешь? — спросила она потом.
— Я думал, ты знаешь. Представилась возможность купить студию, а, как
тебе известно, я ничего не покупаю, не ознакомившись как следует с бизнесом.
— Я имела в виду, каким образом переключился с авиакомпаний на
киностудии? Огромная разница!
— Я так и не купил ту авиакомпанию, — вздохнул Джим. — Меня
перехитрили и опередили. Правда, я считал, тебе это известно.
— С чего это? Я никогда не читала о твоих похождениях в новостях
бизнеса.
Джим ничего не ответил, по всей видимости, не желая говорить на эту тему.
Внимательно оглядев его, Кей заметила недоуменно поднятые брови. Она не
поняла, о чем он думает, и уже хотела каким-нибудь образом добиться ответа,
но тут они свернули с дороги и остановились перед
Бишоп Лодж
, роскошной
гостиницей, расположенной у подножья гор Сангре де Кристо. Красивое здание с
огромным участком земли, окруженное прекрасными фруктовыми деревьями, сто
лет назад было резиденцией католического епископа, главы миссий Санта Фе.
Высокое положение Джима сразу стало очевидно по почтительному обращению
персонала гостиницы, от паренька, отогнавшего машину на стоянку, до
метрдотеля, который немедленно подвел их к столику у окна, выходившего на
горы. Наблюдая за этой демонстрацией могущества и богатства, Кей вспомнила
рассказанную Митчем историю о нечестных делишках отца Джима, попавшего за
это в тюрьму. Может, это стремление стереть клеймо преступлений отца
непрерывно подстегивало Джима копить все больше денег так, чтобы никто
никогда не смог его сломить и унизить? Или это просто в крови?
Когда они уселись, пробуя белое вино и ожидая обеда, Кей все-таки вернулась к мучившему ее вопросу.
— Ты собрался объяснить, почему переключился с авиакомпаний на
фильмы, — напомнила она.
— Неужели мы не можем поговорить о чем-то более интересном?
— А разве есть вещи, интересующие тебя больше, чем способы добывания
денег?
Она явно хотела уязвить его. Джим искоса глянул на Кей, но тут же пожал
плечами.
— Ладно, если хочешь узнать, слушай. После провала сделки с
Мид-Коаст
группа инвесторов, собранная мной, осталась с шестьюдесятью миллионами
баксов, которые они по-прежнему хотели куда-то вложить. Авиакомпаний в то
время больше не продавалось, по крайней мере по такой цене, поэтому они
попросили меня поискать другие возможности... Я не нашел ничего лучше
радиостанций: посылать слова по воздуху — почти то же, что перевозить
пассажиров самолетами. Купил сразу пять на Среднем Западе. Дела у них шли
неважно, но мы все перевернули кверху дном. Станции начали приносить
прибыль, тогда я приобрел еще несколько, и, работая в области радиосвязи, я
стал заниматься еще и кабельным телевидением. В те дни это было рискованным
предприятием, но потом оказалось самым высокодоходным. Проблема в нехватке
фильмов, поскольку передачи ведутся круглосуточно. Поэтому я веду
переговоры. Если куплю такую известную студию, как
Сенчери-Лайон
, частью
сделки будет приобретение всех их старых фильмов, около двух тысяч. Для меня
это самое ценное.
— Я уже слышала. Стоимость предположительно, более миллиарда долларов.
Трудно представить, что у одного человека может быть столько денег.
— Это не мои деньги, Кей. Они принадлежат банку, который хочет дать мне
кредит. Я плачу им проценты.
Она, словно салютуя, подняла стакан.
— Ну что ж, смотрю, вы неплохо преуспели в жизни, мистер Болтон.
— Почему у меня такое чувство, будто на тебя это не произвело особого
впечатления?
Кей помедлила, прикидывая, стоит ли быть до конца откровенной?
— Когда мы в последний раз встречались, Джим... мне казалось, что ты
стремился к чему-то еще, кроме бесконечного накопления богатства... и тогда
мне это в тебе нравилось. А теперь... хотела бы я знать, так ли сильно ты
изменился?
— А что тебя заставляет думать, будто я мог стать другим?
— У тебя чертовски много денег. Откуда взять время на что-то еще?
Джим, казалось, не знал, что ответить. Он просто потянулся через стол и
накрыл ее руку своей. Его прикосновение ударило, словно электрическим током;
вновь нахлынули чувства, испытанные тогда, давно, в номере чикагского отеля.
Но почему Джим исчез, не сказав ни слова?
Кей осторожно высвободила руку.
— Ты не женат? — выпалила она. Джим покачал головой.
— Наверное, был слишком занят добыванием денег, чтобы искать ту
женщину, которая полюбила бы меня, хотя бы и безответно.
Теперь в его голосе слышалось легкое раздражение. Кей пожалела о своей
горячности.
— Прости, если тебя оскорбили мои слова.
— То, что ты сказала о богатстве? Нет, я не обиделся, Кей. Если мне
немного не по себе, то лишь потому, что трудно слышать, как прощаешь другим
те вещи, за которые критикуешь меня.
— Другим? — удивилась Кей. — О ком ты?
— Митч Кэрел.
— Митч..., — недоуменно пробормотала она, не понимая, при чем тут
Митч.
— Если кто-то и любит деньги больше всего на свете, так это он, —
съязвил Джим.
— Поверь, эту его черту я тоже не нахожу привлекательной.
— Это не помешало тебе завести с ним роман, не так ли? Или выдать ему
сведения, стоившие мне той сделки с авиакомпанией!
Потрясенная обвинением, Кей откинулась на спинку стула, не в силах говорить.
— Я не жалуюсь, — продолжал Джим. — Авиакомпании, как
оказалось, приносят гораздо меньше доходов, чем мои радиостанции и кабельное
телевидение. Так что, возможно, ты и мистер Кэрел оказали мне благодеяние...
— Минутку! — взорвалась Кей. — Какой роман, какая
информация?! Где, черт возьми, ты набрался всего этого?!
— Где же еще, Кей?
— Митч, — снова прошептала она.
— Когда он выхватил
Мид-Коаст
прямо у меня из-под носа, в тот уик-
энд, когда мы встретились, я был совершенно сбит с толку, пойман врасплох.
Но потом мне стало интересно, что заставило его так поспешно оформить
сделку, поэтому позвонил ему и спросил прямо и откровенно. Я-то думал, что
не проговорился о своих планах ни одному человеку.
— Но и я ни о чем не сказала, — возразила Кей. — И была очень
осторожна.
— Значит, не совсем. Кэрел сказал мне, что вы очень близки и что, когда
вы были вместе, ты его предупредила. Кэрел, несомненно, знал что-то, или не
начал бы суетиться еще днем в воскресенье.
Воскресенье. Кей вспомнила, что встретилась с Митчем в воскресенье,
единственный день, когда в клуб допускали женщин. Значит, Митч, попрощавшись
с ней, немедленно принялся за дело.
— Все, что я рассказала ему, это как мы встретились в самолете и ты
спас мне жизнь, и то, когда он спросил, кто тот мужчина, который поднимал
трубку в номере о
...Закладка в соц.сетях
