Жанр: Любовные романы
Глаза цвета моря
...по лестнице, ведущей на сцену.
"Он никогда еще не выглядел таким элегантным, красивым и.., недоступным",
— подумала Хелена. Прижав к себе ребенка и притворившись, будто ей
понадобились подгузники, она прошла мимо рядов кресел и нырнула в толпу.
В дальних рядах слышимость была неплохая, к тому же парк хорошо
просматривался. Если Барретт приедет и попытается что-нибудь учудить, она
будет готова. Хелена еще раз обвела взглядом зрителей и повернулась к
Джексону.
Он смотрел прямо на нее. И улыбался той понимающей улыбкой, которая снилась
ей по ночам. Хелена любила этот сон. С завтрашнего дня у нее останутся лишь
чувства, сны и воспоминания. Но сегодня у нее есть Джексон и его голос,
способный утешать, отдавать приказы или.., очаровывать. — Спасибо за
то, что пришли сюда, — произнес он своим удивительным голосом. —
Приехав в этот город три недели назад, я не был знаком ни с кем из местных
жителей. Я знал лишь, что этот город напоминает мне о человеке, который
много лет назад спас мою жизнь. Оливер Дэвис умел видеть в людях не обычные
человеческие пороки, а лучшие качества. И среди собравшихся здесь гостей
есть те, кому Оливер дал возможность проявить себя. Как и я, они пришли сюда
потому, что он изменил их судьбу.
Хелене не хотелось отводить взгляд от Джексона, но сейчас это было
необходимо. И действительно, повернувшись ко входу в парк, она заметила
подъехавшую машину. Из машины вышла красивая темноволосая женщина, держащая
на руках темноволосого мальчика лет трех. Мужчина, их спутник, не смотрел ни
на женщину, ни на ребенка. Его взгляд был направлен в толпу. Смазливое лицо
искажено недовольной гримасой.
Хелена торопливо повернулась к Джексону и обнаружила, что он смотрит на нее
с недоумением.
Она заставила себя улыбнуться. — Возможно, Оливер полагал, что цель
его жизни умрет вместе с ним, но сегодня мы все собрались здесь, чтобы
продолжить его дело, — говорил Джексон. — Я пришел сюда для
того, чтобы почтить его память, а также для того, чтобы оказать помощь
некоторым из вас. Вы все наверняка знаете Хелену. Она необыкновенная
женщина.
Его голос стал более низким и глубоким. Он снова улыбнулся, и зрители
повернулись в ее сторону. — Я искал здесь троих хороших людей, чтобы
продолжить дело, начатое Оливером. Я попросил Хелену помочь мне. Сегодня я с
радостью объявлю имена тех, кому будут вручены пожертвования от
Благотворительного фонда имени Оливера Дэвиса.
Зрители начали перешептываться, затем раздались дружные аплодисменты. Хелене
показалось, будто она слышит ругань Барретта, но возможно, у нее просто
разыгралось воображение. Ему требовалось время, чтобы протолкаться из самых
дальних рядов к сцене. Но он упрямо продвигался вперед.
Хелена знала причину его прихода. Он привез с собой жену и сына, чтобы
испортить Джексону праздник, чтобы унизить его и напомнить о боли, которую
тот испытал. Честно говоря, Барретту даже не нужно ничего предпринимать.
Достаточно показать жену и ребенка. Он хочет напомнить Джексону о том, что
украл нечто принадлежащее ему, и собирается сделать это на виду у всех,
чтобы умалить славу Джексона и Оливера.
Если сегодня его план не осуществится, Барретт попытается в другой раз.
Хелена не сомневалась в этом. Но сегодня она не позволит ему победить. Ни за
что.
Стоя среди аплодирующей толпы, она засунула два пальца в рот и пронзительно
свистнула. А когда Джексон с удивлением взглянул в ее сторону, радостно ему
улыбнулась.
Этот свист частенько выручал ее, когда она была драчливой девчонкой-
сорванцом. Теперь он послужил сигналом. Краем глаза Хелена заметила, как ее
братья вклинились в толпу.
Она печально улыбнулась Хэнку, когда он проходил мимо нее. — Не
волнуйся, детка, — сказал он. — Мы Джексона в обиду не дадим.
Никто нам праздник не испортит. Билл горит желанием кое-что приобрести у
Барретта. Так что мы займем его на несколько минут. — Ты у меня самый
лучший, — откликнулась Хелена и, встав на цыпочки, поцеловала брата в
щеку. Затем снова повернулась к Джексону.., и обнаружила, что он смотрит на
Хэнка. Ему явно хотелось понять, что происходит. Через мгновение он перевел
взгляд в ту сторону, куда направлялись братья.
Хелена начала проталкиваться к сцене, надеясь, что он снова посмотрит на
нее.
Так он и сделал: мгновенно, словно почувствовав ее приближение, Джексон
повернулся к ней и взглянул на нее с любопытством. — Все-таки решила
присоединиться ко мне, милая? — спросил он, когда Хелена подошла
вплотную к сцене.
Эти слова чуть не разбили ей сердце. Она мечтала присоединиться к нему
навсегда, но в это мгновение, зная, что Барретт уже обезврежен, хотела всего
лишь быть рядом с Джексоном.
Хелена с Бетти на руках поднялась по лестнице и подошла к Джексону. Он сжал
ее ладонь своими длинными пальцами, заставив ее сердце забиться быстрее.
— Я рад, что ты здесь, — прошептал он, отвернувшись от
микрофона.
Хелена тоже радовалась. Она чувствовала, что ее место — рядом с
Джексоном. И хотела насладиться этим ощущением в оставшиеся несколько минут.
Джексон улыбнулся с довольным видом и вновь повернулся к зрителям. — Я
искал здесь троих хороших людей, чтобы помочь им, — повторил он. Я
попросил совета у Хелены, но то, что она показала мне, те люди, с которыми
она меня познакомила, заставили меня понять, что невозможно выбрать троих
лучших или троих самых нуждающихся. Здесь, в Бухте Слоана, я обнаружил целую
общину людей, заботящихся друг о друге. И поэтому, для начала, назову имена
учащихся, которые в этом году получат стипендии. Джексон зачитал длинный
список, начинающийся с имен Шарон Леггит и Джона Несбита. — Джексон,
— прошептала Хелена. — Ты хоть сам понимаешь, какой ты
замечательный?
Она почувствовала, как Джексон вздрогнул. Откашлявшись, он объявил, что
стипендии будут выдаваться ежегодно, что, кроме того, он учреждает фонд
поддержки местных благотворителей, таких как Хью и Мэри Бренниган, и третий
фонд, предназначенный для ремесленников и предпринимателей. В этом году
получателем будет Эрик Райан.
Джексон взглянул на нее своими серыми горящими глазами. Хелена понимала, что
он сейчас сделал. Он выбрал для нее мужа, потому что сам собирается уезжать.
У нее сдавило горло.
Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку на виду у бешено
аплодирующей толпы. — Идем, — произнес Джексон низким,
хрипловатым голосом. — Но твой праздник... — Самая важная часть
уже закончена, — сказал он и снова повернулся к микрофону. —
Светлая память тебе, Оливер. Спасибо, — обратился он к фотографии,
висящей высоко над сценой. — Мы никогда тебя не забудем. —
Счастливого пути, Джексон, — крикнул кто-то. — Спасибо, мистер
Кастл, — раздался еще чей-то голос. — Мы не забудем его.., и вас
тоже. — Мы не забудем, — прошептала Хелена. — Обещаю.
Джексон не знал, об Оливере она говорила или о нем. Он слишком хорошо изучил
Хелену и потому знал, что она не позволит угаснуть памяти об Оливере. Но
глупо надеяться, будто она запомнит мужчину по имени Джексон. Он слишком
сильно привязался к ней и слишком хорошо знал себя, чтобы понимать: будет
лучше, если Хелена не станет цепляться за прошлое. Он глубоко вздохнул.
— Спасибо за то, что собрались здесь, — обратился он к зрителям.
Сегодня я вылетаю в Бостон, но надеюсь, вам всем понравится угощение,
аттракционы и выставка, посвященная истории Бухты Слоана. Пожалуйста,
развлекайтесь и не забывайте об Оливере.
И под гром аплодисментов он взял Хелену за руку и начал спускаться со сцены.
Внизу она увидела Лилу и передала ей Бетти. — Сюда, — подсказал
Джексон, махнув рукой в глубь парка.
Когда они выбрались из толпы и остались совершенно одни, он повернулся к
Хелене и взял в ладони ее лицо. — Все было бы хорошо, — нежно
сказал он. — Я видел Барретта и Денизу. Но.., спасибо тебе, — он
прикоснулся губами к ее щеке, — за заботу.
Хелена удивленно распахнула глаза. И закусила губу. — Я надеялась, что
ты их даже не заметишь. Если бы я все сделала правильно, тебе не пришлось бы
волноваться. Прости.
Джексон улыбнулся. — Ничего страшного. Зато я не узнал бы, что ты
умеешь свистеть. Ты не устаешь удивлять меня, милая. Не надо извиняться.
Радуйся. Я так хочу, чтобы ты радовалась.
Она медленно кивнула, глядя на него своими огромными, необыкновенными сине-
зелеными глазами, блестящими от слез. Джексон решил, что не стоит тянуть с
расставанием. — Я попросил Лилу, чтобы она отвезла тебя и Бетти домой.
— Потому что если бы он повез их сам, то захотел бы зайти к ней и
попрощаться как следует. И одним прощанием дело бы не ограничилось.
Это нельзя было допустить по многим причинам. Хелена только что родила. Ее
тело еще не готово к близости с мужчиной, да и в любом случае Джексону не
хотелось заканчивать все таким образом — заняться с ней любовью, а
потом уехать. Он не хотел быть похожим на прочих мужчин, которые
пользовались ею, ничего не давая взамен. Но ему нечего ей предложить.
— Твои вещи уже собраны? — Голос Хелены был очень тихим и почти
неузнаваемым. — И машина ждет, — подтвердил Джексон, надеясь,
что сумеет сохранить естественный тон и не скажет ничего такого, о чем бы
потом пожалел.
А затем он взглянул на нее и сделал именно то, что делать не следовало. Он
погладил ее шелковистые волосы. Разве мог он удержаться от этого
прикосновения, когда она казалась такой несчастной? — Ты удивительная
женщина, золотце, — сказал Джексон. Но, вопреки его ожиданиям, она не
улыбнулась в ответ. Наверное, и другие мужчины говорили ей то же самое.
"И еще скажут", — напомнил он себе. — Прежде чем ты уедешь, я
хочу признаться, произнесла Хелена срывающимся голосом. — Я никогда не
забуду того, что ты сделал для нас. Ты изменил к лучшему судьбы многих
людей, Джексон.
Но сейчас его волновала только ее судьба. — Зато ты изменила меня.
Теперь я снова доверяю беременным женщинам, попробовал Джексон пошутить,
хотя на самом деле это была чистая правда.
И наконец ему все-таки удалось улыбнуться, хотя улыбка оказалась печальной.
— Я рада, — ответила Хелена. — Может, когда в следующий
раз какая-нибудь беременная женщина придет устраиваться к тебе на работу, ты
не станешь возражать.
Или вспоминать о прошлом. — Прощай, милая, — сказал Джексон,
склонившись к ее губам. — И никому не позволяй вертеть тобой. —
Не буду, — пылко прошептала она, вставая на цыпочки и целуя его в
ответ. — Не забывай это лето.
Как будто он сможет забыть.
Джексон обнял ее, поднял на руки и впился губами в ее губы. Он крепко
прижимал ее к себе, словно хотел навсегда сохранить в памяти ощущение ее
тела. Он целовал ее снова и снова, пока его страсть не разгорелась почти до
предела. — Не забуду, — пообещал Джексон. — Хорошо
заботься о себе и о малышке. Пожалуйста.
А затем он поставил ее на землю, отбросил волосы с ее лица, в последний раз
взглянул на самую прекрасную женщину, созданную Богом.
И ушел. Чтобы не совершить ошибку и не остаться.
Или не попросить у Хелены то, что она давать не собиралась.
Или не попытаться убедить себя, будто он уже не тот человек, каким был
раньше.
Джексон мчался по дороге, возвращаясь к своему бизнесу, к своей жизни и к
своему привычному миру.
Глава 12 — Ну что ж, Бетти, разве мы с тобой не хотели быть
самостоятельными? спросила Хелена у своей дочери на следующий день после
прощания с Джексоном.
Это была ложь. Утром Хелена проснулась с мыслью о том, что сейчас делает
Джексон, кто заботится о нем, скоро ли в его объятиях окажется другая
женщина и какой она будет.
Эти мысли причиняли острую боль. — Со временем это пройдет, —
шепнула Хелена, проезжая по любимому городу, который неожиданно показался ей
пустым и безжизненным, хотя главная улица была такой же оживленной, как
обычно.
Хелена надеялась вскоре забыть Джексона. Но пока все напоминало о нем.
Местные жители, в чьи судьбы он вмешался, улицы, по которым он ходил, даже
ее дочка. Особенно дочка, родившаяся живой и здоровой благодаря ему. —
Я благодарна, — прошептала Хелена. И это чувство навсегда останется с
ней. Но она вынуждена была признать, что влюбилась в Джексона, хотя
совершенно не стремилась к этому. Джексон не для того ее нанял. Хелена
обещала, что он не дождется от нее ни единого страстного взгляда.
И нарушила свое обещание. — Очень плохо, — сказала она себе и
Бетти. — Это нечестно по отношению к Джексону. Мы.., нам придется его
разлюбить. Такое случается.
Но и это ложь. Мало кому из женщин удается встретить такого мужчину, как
Джексон. Он отличается от всех, кого знала Хелена. Если она что-то делала
для него, он оказывал ей ответную услугу. Он ничего не требовал от нее
помимо ее служебных обязанностей. И не давал заведомо невыполнимых обещаний.
Так что нечестно изображать страдалицу и демонстрировать всем и каждому свою
несчастную любовь. Тем более что и ему будет больно узнать, что она
мучается, тоскует и не спит ночами, мечтая о нем.
Джексон заслуживает лучшего. Ради его же блага надо вести себя так, будто
ничего не случилось.
Поэтому Хелена отправилась в город, где встретила Альму с корзиной фруктов в
руках. — Понятия не имею, что сегодня за день такой. Все какие-то
неживые, обратилась к ней подруга. — Вот, возьми. Фрукты и овощи очень
полезны для кормящих матерей.
Хелена удивленно моргнула. — Альма!.. — воскликнула она. Они с
Альмой дружили с самого детства. Много пережили вместе. Время от времени
Альма угощала ее яблоком в конце дня. Но никогда не одаривала такой горой
фруктов. Тем более что день только начинается. Покупатели валом валят. Еще
куча времени впереди, чтобы продать товар.
Она попыталась выяснить у Альмы, что происходит.
Подруга скрестила руки на груди. — Хотя бы раз не спорь, Хелена.
Пожалуйста.
Хелена моргнула снова. Что-то здесь нечисто. Обычно от Альмы вежливого слова
не дождешься. И вид у нее какой-то таинственный. И это у женщины, которая
привыкла выражать свое мнение криком на всю улицу из-за прилавка с фруктами.
— Сп. — .пасибо, — пробормотала Хелена. — У тебя
действительно все в порядке, Альма? — Лучше не бывает. Ты смотри,
хорошо питайся. И загляни в булочную. Я слышала, у них там свежий хлеб из
цельных зерен. В нем куча клетчатки, куча витаминов и минеральных веществ.
Попробуй обязательно. Это именно то, что тебе сейчас нужно.
Подруга окинула Хелену сочувственным взглядом. Возможно, Альма узнала о ее
разбитом сердце и пытается проявить материнскую заботу? Но, с другой
стороны, это не первый такой случай в ее жизни. Но так Альма никогда раньше
себя не вела.
Хелена взяла фрукты, а булочник дал ей хлеба, и она отправилась домой.
Братья и Лила навестили ее дважды за один день. Эллиот Вудфорд тоже один раз
заглянул. Чтобы поприветствовать, сказали они. Да неужели?
Хелена попыталась уснуть. Но ей помешали проголодавшаяся Бетти и тревожные
мысли о Джексоне. Хелена поцеловала девочку и положила ее в кроватку. Но
стоило только закрыть глаза, как перед ней снова возник Джексон.
Хелена пыталась дотронуться до него, но ее рука все время хватала пустоту.
Проснулась она в одиночестве. — Черт побери, Остин! —
воскликнула она вся в слезах. — Ты не должна была влюбляться. Ты
знала, что он особенный, не такой, как все, что именно он разобьет тебе
сердце.
Она все это знала, но ничего не могла поделать. После мучительных часов
бессонницы Хелена задремала, чтобы через час проснуться от детского крика.
— Все хорошо, лапочка, — заворковала она, пытаясь убедить себя и
Бетти, что в одиночку им будет лучше.
Утром в дверь позвонили. На пороге стоял строитель Зик Делман. —
Привет, Хелена, — сказал он с улыбкой. — Помнишь суп, который ты
варила для моей жены, когда она болела прошлой зимой?
Хелена попыталась отвлечься от своих переживаний. — Кажется, да. По-
моему, это был суп с ячневой крупой и овощами. Линде нужен рецепт? —
Что? Ах да, конечно, нужен, но дело не в этом. Ей очень понравилось. Очень.
Это был добрый поступок, тем более что она чувствовала себя ужасно. А ты
сидела с ней, пока ей не полегчало. Так что мы тоже хотим кое-что для тебя
сделать. Поэтому я и заглянул. Теперь, когда ты родила ребеночка, тебе
понадобится еще одна комната. Можно сделать пристройку. Я тут план набросал.
Только сегодня закончил. — Не поняла. — Пристройку, —
повторил Зик, густо покраснев. -Для тебя и ребенка. Комнату для игр. Ага,
вот именно. Видишь?
Хелена бросила взгляд на чертеж. — Зик, я не думаю... — Ага, и
не надо. Лучше не думай. Бесплатно, конечно. В благодарность за суп. И за
все остальное, что ты для нас сделала. Мы хотим, чтобы ты ни в чем не
нуждалась. Ты посмотри, чтобы тебя все устраивало. Если план нравится, мы
сразу же начнем воздвигать эту красоту. Я уже договорился с городскими
властями. Разрешение дадут.
После ухода Зика Хелена сразу же упала в кресло. — Что происходит?
— спросила она, уставившись в стену.
Стена не ответила, но в этот день Хелену навестили Шарон Леггит и
Бренниганы, желающие убедиться, что у нее все в порядке. Братья и Лила тоже
зашли. Альма принесла фрукты, хлеб и парное молоко.
Ночью Хелена легла на кушетке. Кровать показалась ей слишком большой и
пустынной, хотя вполне ее устраивала на протяжении многих лет. —
Привет, золотце, — обратился к ней Джексон во сне. — У тебя все
хорошо? — Я скучаю по тебе, — всхлипнула Хелена. — Не
надо, — нежно сказал он, вытирая ее слезы. -Не плачь из-за меня,
пожалуйста.
Но ее это не остановило. Проснулась она вся зареванная.
Хелена вытерла лицо, чтобы не расстраивать ребенка своим видом, но в глубине
души была уверена, что Бетти тоже скучает по Джексону. Он держал ее на руках
сразу же после рождения. И улыбался ей так, словно она была прекраснейшим
существом на земле.
Ночь казалась бесконечной. Хорошо еще, что дочь была рядом. Хелена пела
колыбельные и разговаривала с Бетти каждый раз, когда девочка просыпалась.
Сама же она так и не уснула. Боялась снова увидеть во сне Джексона, а
просыпаться без него слишком тяжело.
Может, завтра станет легче.
На следующий день к ее дому подъехал пикап, нагруженный подгузниками и
детской одеждой. "От Бренниганов, — гласила записка, — лучшему
человеку на свете".
Но Бренниганы уже сделали ей подарок в тот день, когда она родила.
На этот раз братья и Лила навестили ее трижды. Они заметили темные круги у
нее под глазами. Эрик и Джон Несбит тоже зашли. И предложили помочь ей по
хозяйству.
"Что-то здесь не так", — размышляла Хелена, прислонившись к стене
после ухода последнего гостя. Друзья обеспокоены состоянием ее здоровья, а
их подарки, по-видимому, служат выражением их чувств. И все они
действительно ее любят. В этом Хелена не сомневалась. Но она знала этих
людей с самого детства. Они не привыкли так щедро проявлять свою любовь.
Никто и никогда не был так добр к ней. Кроме одного-единственного человека.
Мужчины, по которому она скучала так сильно, что не могла без него ни есть,
ни спать.
Он продолжает помогать ей так же, как помогал всем, и Хелена очень ценила
его участие. — Но знаешь, Бетти, мне не нужны его подарки. Я не хочу,
чтобы он относился ко мне так же, как к остальным.
Следовало поговорить с ним, но Хелена знала, что если обратится к нему
сейчас, то сорвется. И станет молить его о любви.
Она засунула телефон под подушку, с глаз долой. И запретила себе даже думать
о звонке Джексону.
Он чувствовал, что умирает. Как может чувствовать себя умирающим совершенно
здоровый мужчина.
Все потому, что он не мог увидеть Хелену, не мог лично убедиться, что у нее
все в порядке. Он звонил ее братьям и друзьям, выслушивал их сообщения, но
этого было мало.
Поэтому, когда раздался звонок, он пулей бросился к телефону. —
Джексон? — взволнованно произнесла Лила. — Что-то случилось?
— Джексон мгновенно забыл обо всем, кроме телефонной трубки в руке.
— Не знаю. Хелена ведет себя как обычно. Спросишь, как у нее дела, а
она лишь смеется в ответ.
Джексон помнил ее смех. Она снилась ему во сне смеющаяся, улыбающаяся. Ему
вообще много чего снилось.
Он откашлялся. — У тебя очень неуверенный голос, Лила. — Она
выглядит.., усталой. Очень усталой. И вся на нервах, хотя и ни на что не
жалуется. По-моему, она недосыпает, и я уверена, что с ней что-то не так.
Это известие тяжелым грузом легло ему на сердце. Случилось что-то плохое, а
Хелена даже ему не позвонила. Для нее он всего лишь очередной мужчина из
тех, которые появляются и исчезают. А может, так оно и есть. И он
действительно один из многих.
Его душа наполнилась страхом. — Она не спит? — Она сказала, что
все в порядке.
То же самое Хелена говорила в родильной палате. Даже страдая от страшной
боли, она пыталась его успокоить. — К врачу она обращалась? — Я
рассказала ему про ее бледность, но он заявил, что физически она здорова.
Скорее всего, Хелена запудрила мозги этому парню точно так же, как
умудрялась проделывать это со всеми остальными мужчинами. Дурачила их своими
улыбками и смехом. Своим жизнерадостным видом. — Я подумала, что тебе
следует это узнать, — продолжила Лила. — Она вовсе не такая
спокойная, какой хочет казаться. Да, кстати, когда я разговаривала с ней
сегодня утром, она что-то пробормотала о тебе, Зике Делмане и какой-то
игровой комнате. Повторила, что у нее все отлично, просто замечательно и она
ни в чем не нуждается. А потом у нее из глаз потекли слезы, хотя она и
пыталась их скрыть.
Джексон глотнул воздуха. И шепотом выругался. — Джексон?.. —
окликнула его Лила. — Рассказывай. — Хелена никогда не плачет.
Никогда. Это она вечно всех утешает, гладит по спине и говорит:
"Полно, полно". Она никогда не позволяла себе раскисать. Даже со мной.
Успокоившись, она начала дико извиняться и еще раз заявила, что у нее все
прекрасно. Я подумала, что ты должен узнать об этом. Может, сумеешь помочь.
Черт, я даже решила, что это из-за тебя. Что ты ей сделал перед тем, как
уехать?
"Ничего", — сказал себе Джексон, повесив трубку и закрыв лицо
ладонями. Он целовался с ней. Простился. Не оказался рядом, чтобы помочь,
хотя за эти дни с ней могло случиться все что угодно. Может, Хелена наконец
поняла, что любит Эрика, а он, как и все его долбаные предшественники,
попользовался ею и сбежал. Может, ее дебильные братья подослали к ней еще
несколько женихов, и это ее расстроило. Джексон понятия не имел о причине ее
слез, но собирался докопаться до истины. Кому-то теперь точно не
поздоровится.
Да и сам он хорош — бросил Хелену одну, хотя прекрасно понимал, что ее
ждет. Известно ведь, как трудно приходится молодым мамам. Разве сам он не
жил с женщиной, которая так и не сумела справиться со своими материнскими
обязанностями? Джексон видел, как мучилась его бывшая жена, когда
новоиспеченный супруг взвалил на нее все заботы о ребенке. И, зная все это,
он уехал от Хелены, не подождав, пока она привыкнет к своей новой роли.
Разве он не знал, что она вечно пытается прыгнуть выше головы? И все равно
уехал, потому что боялся. Боялся своего влечения к ней, боялся нарваться на
отказ.
Чувство глубочайшего разочарования и жгучая душевная боль терзали Джексона.
Он хотел защитить Хелену. Обнять ее. Любить.
Он обязан увидеться с ней снова.
По дороге в аэропорт Джексон понял, что впервые в жизни перестал
контролировать свои чувства. Одна миниатюрная, хрупкая женщина разрушила
защитные стены, которые он воздвигал всю жизнь.
Но ему наплевать.
Хелене снился все тот же сон. Джексон стоял перед ней так близко, что до
него можно было дотронуться.
Не надо было тянуться к нему. Разочарование, когда он исчезал, оказывалось
слишком сильным, но.., ей так хотелось.
Она взмахнула рукой, и ее пальцы скользнули по утренней щетине на его
подбородке.
Хелена подскочила на кровати.
И уставилась в серебристо-серые глаза, оказавшиеся.., настоящими.
По ее лицу потекли слезы. — Джексон? — Ее голос был еле слышным.
Печальным и испуганным. Совсем чужим. — Тише, милая. Я здесь. —
И, что еще удивительнее, Джексон присел на кушетку, прогнувшуюся под его
весом. Он положил руки на плечи Хелены, вызвав в ее теле дрожь возбуждения.
— Как ты вошел? Он хмыкнул. — У твоей сестры есть ключ. Хелена
насупила брови. — Предательница.
Джексон нахмурился в ответ, тя
...Закладка в соц.сетях
