Жанр: Любовные романы
Поцелуй врага
...сь? Кто был этот человек и что такого он сказал Ниллу, что тот
рискнул оставить Брайана, пусть даже на короткий срок?
Но больше всего ее волновало другое. Что сделает Джейми, когда обнаружит,
что Шеймус и другие воины исчезли?
Дневной свет почти угас. Опустился густой туман, подобно широкому покрывалу
окутав все вокруг плотной ледяной пеленой. Джейми стоял во дворе замка.
Угрюмое выражение его лица вполне соответствовало унылости ненастного дня.
Шеймус вместе с остальными воинами Ламонта исчез с самого утра. И стражники,
которых он отправил на их поиски, только что вернулись ни с чем.
— Мне очень жаль, мой лэрд, — сказал Уилл. — Мы не нашли
никаких следов.
Джейми сердито выругался.
— Почему их оставили без присмотра?
— За ними присматривали. Мои люди не заметили ничего необычного. С утра
они отправились рубить лес.
— И их не хватились до самого обеда?
— Обычно они раньше и не возвращались. Простите, мой лэрд, нам
следовало внимательнее следить за ними. Но старик давно перестал недовольно
ворчать. Он вроде бы примирился с изменившимися обстоятельствами.
Джейми покачал головой:
— Это не твоя вина.
Если кого и следовало винить, то только себя самого. Джейми подозревал, что
молчаливая покорность Шеймуса слишком уж подозрительна, чтобы быть правдой.
— Я взял с этого человека слово и был уверен, что он предан Катрине.
— Куда они могли отправиться? — спросил Уилл.
Джейми пришло на ум несколько мест, но ни одно из них не казалось
подходящим.
— Учитывая беспорядки, вспыхнувшие после смерти Макгрегора, я в первую
очередь назвал бы Ломондские холмы.
Но что могло заставить воинов Ламонта так бессмысленно подвергать опасности
свои жизни? Стали бы они так рисковать ради Макгрегоров? Возможно, но здесь
могло быть и другое объяснение. Джейми напрягся. Они пошли бы на любой риск
ради Ламонта.
Уилл нахмурился.
— Но почему сейчас?
Джейми сжал губы.
— Я не знаю, но намерен это выяснить. — Он резко повернулся и,
полный решимости, направился в замок.
Джейми молился, чтобы его подозрения не подтвердились. Ему не хотелось
думать, что Катрина как-то связана с этим. Но она что-то скрывала от него, в
этом он был уверен. Он старался подавить свой гнев, не желая выносить
поспешное суждение.
До ужина оставалось еще некоторое время, и он начал поиски жены с их
комнаты. Сегодня она со своими служанками возвратилась из Аскога раньше, чем
обычно. Джейми припомнил, что старая нянька выглядела сильно расстроенной.
Но поскольку Катрина пребывала в хорошем настроении, он не придал этому
значения.
Джейми без стука отворил дверь и застыл на месте, обнаружив, что его жена только что покинула ванну.
От звука распахнувшейся двери она вздрогнула, обернулась, и Джейми мог бы
поклясться, что заметил настороженность в бездонной синеве ее глаз. Словно
она подозревала причину его визита. Могла она догадываться о том, что
привело его сюда?
В комнате было душно и жарко, сильно пахло лавандой. Катрина сидела на
скамейке перед камином, кутаясь в пеньюар. Служанка расчесывала длинные
мокрые пряди ее роскошных черных волос, густых и блестящих, как соболиный
мех. Старая няня стояла рядом, словно охраняя ее, решительная и
непреклонная, как стражник.
Внутреннее чутье заставило Джейми насторожиться.
— Оставьте нас. Я хочу поговорить с вашей госпожой.
Мор выступила вперед, заслоняя Катрину от его взгляда.
— Мы еще не закончили...
— Сию же минуту, — сказал он тоном, не допускающим возражений.
Мор осталась на месте, но молоденькая служанка выронила роговой гребень, и
он с громким стуком ударился о деревянный пол.
Катрина встала и, обойдя Мор, вышла вперед. Ее соблазнительная фигура
отчетливо вырисовывалась под влажным шелком ночной сорочки. Джейми бросило в
жар. Ее женское очарование имело над ним неоспоримую, могучую власть.
Джейми окинул жену взглядом, задержавшись на груди, где низкий вырез сорочки
открывал взору глубокую ложбинку между нежными округлостями пышных
прелестей. Соски ее, твердые и напряженные, отчетливо виднелись сквозь
полупрозрачный шелк.
Он делал все, что в его силах, чтобы заслужить ее доверие. Чтобы показать,
что он — это не только имя. И похоже, он был дураком, когда полагал, что
Ламонт сможет хоть когда-нибудь доверять Кемпбеллу.
Но она его жена, черт побери!
Ее приветливая улыбка не затрагивала глаз. В его груди нарастало горькое
разочарование.
— Ты замерз, — сказала Катрина, подходя к нему. — Иди сядь
перед камином. — Она взглянула на Мор и перепуганную служанку, не
смевшую оторвать глаз от пола. — Теперь я управлюсь сама, —
спокойно уверила она их.
Служанка мгновенно выскользнула за дверь, но Мор медлила, пристально глядя
на нее, словно собираясь возразить. Увидев мольбу во взгляде Катрины, старая
няня недовольно фыркнула и оставила их одних, с шумом захлопнув за собой
дверь.
— Этой старухе, видно, требуется напомнить, где ее место. Слишком уж
она стала забываться, — проворчал Джейми. Его никогда столько не
упрекали и не бранили.
— Ее место рядом со мной, — вступилась Катрина. — Ты должен
понять... когда моя мать умерла, ее заменила Мор. Она не желает ничего
дурного. Просто она думает, что должна защищать меня.
— От кого?
Катрина твердо встретила его взгляд.
— От тебя.
Джейми сурово сжал губы. Грудь разрывалась от безответной любви.
— Я никогда не причиню тебе зла.
— Я знаю, но когда ты рассержен...
— А у меня есть причина сердиться?
— Это ты мне скажи. Ты в ярости врываешься сюда, приказываешь всем
выйти...
— Разве мужчина не может побыть наедине со своей женой?
Катрина вопросительно изогнула тонкую соболиную бровь.
— Но ведь дело не только в этом? — Она подошла к нему,
соблазнительно покачивая бедрами.
Она была такой чертовски теплой и ласковой. Ее нежный женский аромат с
примесью лаванды окутал его невидимым облаком, удерживая в чувственном
плену. Джейми нестерпимо хотелось прижать ее к себе и завладеть ее ртом, не
думая ни о чем, кроме них двоих.
— Воины твоего отца исчезли, — сказал он.
Что-то промелькнуло в ее взгляде.
— Исчезли? Что ты хочешь этим сказать? — Она казалась удивленной.
Но не звучал ли ее голос чуть-чуть взволнованно?
— Я хочу сказать, что они не вернулись из леса, где валили деревья.
Катрина теребила пальцами гладкий шелк своего ночного наряда.
— Возможно, они просто укрылись где-нибудь от непогоды.
Джейми покачал головой.
— Они исчезли. Мои люди обыскали все вокруг.
Жилка возле ее горла запульсировала быстрее.
— И что ты выяснил? — спросила она с безразличием, которого явно
не ощущала. Напротив, она была так взволнована, что Джейми почти осязаемо
чувствовал ее тревогу.
— Они хорошо замели следы, но мои люди полагают, что они переправились
через пролив на большую землю. Они присягнули мне в верности и нарушили свою
клятву. Я хочу знать почему.
— Я не могу это объяснить.
Джейми внимательно вгляделся в ее лицо. Она походила на ангела. Ее
непорочная красота, казалось, насмехалась над ним. Он взял ее руку и крепко
сжал.
— Так ты не знаешь?
— Конечно, нет. — Она попыталась выдернуть руку, но он держал
крепко.
Голос ее звучал так твердо, что Джейми вынужден был поверить, что это
правда. С облегчением вздохнув, он отпустил ее руку.
— Я рад. Не хотелось бы думать, что у тебя есть от меня секреты. —
Он пристально посмотрел на нее. — Ты что-то скрываешь от меня, Катрина?
Она на мгновение отвела глаза. Проклятие! Снова в ее взгляде промелькнула
тревога.
— Что я могу от тебя скрывать?
Это нельзя было считать ответом.
— Почему ты меня допрашиваешь? — спросила она. — Я тебе
сказала, что понятия не имела о планах Шеймуса.
Джейми понял, как ему следует поступить. Ему страшно не хотелось причинять
ей новую боль, но она имела право знать. Если она не услышит это от него, то
может узнать от кого-нибудь другого. Он взял жену за руку и подвел к креслу:
— Присядь.
Видимо почувствовав, как он серьезен, Катрина подчинилась. Джейми обошел
кресло вокруг и встал перед ней, спиной к камину.
— Я должен кое-что тебе рассказать. Может, это причинит тебе боль, но я
думаю, ты должна это знать.
Джейми увидел, как она напряглась.
— Что?
Привыкший к прямоте, Джейми был не слишком силен в искусстве подбирать
слова. Скорее всего не стоило и пытаться. Он откашлялся.
— Ходят слухи...
Катрина подняла на него взгляд — легкий взмах густых черных как вороново
крыло ресниц на бледном лице.
— Говорят, что кто-то из твоих братьев, возможно, жив.
Катрина замерла. Лицо ее застыло. Она вцепились в резные деревянные ручки
кресла, так что костяшки пальцев побелели. Джейми готов был поклясться, что
волосы у нее на затылке встали дыбом. Она походила на хрупкий бокал, который
вот-вот разобьется.
Катрина не отрывала глаз от мужа, с трепетом ожидая ответа.
— Ты веришь этим слухам? Есть ли в них хоть доля правды?
— Я не знаю.
— Скажи мне точно, что ты слышал.
Она была слишком спокойна. Слишком рассудительна. Джейми ожидал, что она
выскочит из комнаты, сбежит по лестнице во двор и потребует лошадь. Ожидал,
что она зальется слезами. Ожидал бурного взрыва чувств. Он знал, как она
любила своих родных. Как поразила ее их смерть.
Она знала
.
Джейми рассказал, что сообщил ему кузен и как он ездил в Ломонд, чтобы
отыскать их, но ничего не нашел.
Вместо того чтобы расспрашивать его дальше, Катрина смотрела на него
осуждающе, укоризненно прищурив глаза.
— Ты знал все это уже больше недели, и до сих пор не подумал сказать об
этом мне?
— Я не хотел пробуждать в тебе напрасные надежды, не имея никаких
доказательств.
— Ты относишься ко мне как к ребенку.
— Нет, я просто хочу оградить тебя от излишней боли. Ты только сейчас
начала оправляться.
— Не оправляться, — холодно сказала она. — Привыкать. И ты
решил рассказать мне все это сегодня только из-за исчезновения Шеймуса?
Джейми согласно кивнул.
— Понимаю. — Катрина встала и подошла к камину. Повернувшись к
мужу спиной, она смотрела на тлеющие угольки горящего торфа. Был ли это
приступ гнева, или она избегала его взгляда?
Джейми не хотелось подозревать жену, но в глубине души он чувствовал, что ей
известно больше, чем она ему говорит.
Катрина напряглась, когда муж подошел к ней ближе Он взял ее за подбородок и
повернул к себе. Ее кожа, нежная как у младенца, скользила под его пальцами
подобно бархату.
— Ты знала, Катрина? — тихо сказал он. — Ты получила весточку
от кого-нибудь из братьев?
Пульс возле ее горла лихорадочно бился, словно крылышки попавшейся в западню
птички. Джейми мог бы прижать его большим пальцем и остановить одним легким
движением.
Катрина медлила затаив дыхание — колебалась. Он чувствовал, как дрожит ее
подбородок.
— Нет, — наконец сказала она. — Я ничего не знала об этих
слухах.
Он воспринял ее ответ как пощечину. Синие глаза ее были подобны штормовому
морю, кипевшему противоречивыми чувствами. Если жена и обманывала его — а
внутреннее чутье подсказывало ему, что она лгала, — то она, без
сомнения, чувствовала себя виноватой. Слабое утешение для предательства. А
он-то думал, что она его любит. Дурак.
Ее глаза молили о понимании, хотя ложь и сорвалась с губ. Ах, эти полные,
алые, чувственные губы, дарившие ему такое наслаждение. Ее волосы высохли в
тепле комнаты, и небольшие мягкие завитки, образовавшиеся на висках,
обрамляли розовую округлость щек.
Боже, как же она прекрасна! Но впервые он даже не испытал искушения схватить
ее в объятия и предложить утешение. Она предпочла сохранить преданность
своей семье, а не ему. Наверное, ему следовало этого ожидать. Но чего он не
ожидал, так это ноющей, жгучей боли в груди. Если бы ему не было так больно,
он, может, и донял бы ее. Но он очень страдал.
Джейми убрал руку. Возможно, он надеялся на что-то совершенно невозможное.
Он стиснул зубы и повернулся к двери.
— Подожди! Куда ты идешь?
Он смерил ее долгим, оценивающим взглядом.
— Искать людей твоего клана.
— Что с ними будет?
Джейми услышал страх в ее голосе, но был не в настроении давать ей обещания,
которые, вполне возможно, не сможет сдержать.
— Не знаю.
Будущее ее брата было таким же неопределенным, как и их собственное.
Джейми отсутствовал уже два дня, и от Нилла все еще не было никаких
известий. Катрина почти не спала с момента отъезда мужа. Она снова и снова
проигрывала в голове последнюю сцену в спальне, отчетливо понимая, что
совершила ошибку. Ей отчаянно хотелось довериться мужу, но обещание, данное
брату, гасило порывы души.
Нужно было верить своему сердцу.
Правда уже довольно давно таилась там, но Катрина слишком боялась взглянуть
ей в глаза. Она любила Джейми. Любила его силу, его властную манеру
держаться, его благородство и честность. Любила его беззаботную улыбку,
крайне редко появлявшуюся на его губах и предназначавшуюся только ей. Любила
нежность, с которой он сжимал ее в объятиях... и те бурные мгновения, когда
страсть сводила его с ума. Любила, что он серьезно разговаривал с ней,
побуждая не судить поверхностно, а разбираться в сути событий. Что он
принимал ее такой, какая она есть.
Она думала, что сердце ее умерло, погребенное вместе с обрывком пледа отца в
песке, но оно всего лишь пряталось за пеленой страха. Оказалось, что и сама
она всю жизнь пряталась. Сначала от того, что происходило вокруг, а потом от
собственного сердца. Но Джейми с самого начала всегда говорил ей правду,
какой бы жестокой и неприятной она не была. Его непреклонность, понимание и
несгибаемая стойкость позволили ей набраться смелости и открыть глаза,
помогли исцелить раны прошлого. Как она жалела, что поняла это только
сейчас! Ей нужно было рассказать мужу о своих чувствах. Сказать ему, как она
его любит. Поверил, ли он, что она не знает, где Нилл?
На третий день ранним утром Катрина услышала звук, которого с таким
нетерпением ждала. Раздался сигнал о приближении всадников.
Она выглянула из окна, но ничего не смогла разглядеть, в плотном густом
тумане. Погода ухудшилась, вполне соответствуя охватившему ее чувству
обреченности.
Сердце тревожно билось, и руки дрожали, когда она пыталась обернуть вокруг
талии арисед. В конце концов она просто накинула его на плечи и поспешно
сбежала по лестнице в зал. Она ворвалась туда в тот момент, когда со двора
входили воины.
Впереди шел высокий широкоплечий мужчина в полном боевом снаряжении.
— Джейми, про...
Слова извинения застыли у нее на губах, когда он стянул с головы стальной
шлем.
Кровь застыла у нее в жилах, смертельная бледность покрыла лицо. Это был не
Джейми. Это был; его брат.
Глава 20
Колин Кемпбелл из Окинбрека, человек, виновный в нападении на Аског и в
смерти ее отца и брата нагло стоял посреди зала меньше чем в пяти футах от
нее.
Комок подкатил к горлу, но его быстро смело вспышкой ненависти. Она ясно
помнила, как видела его в последний раз — в своей комнате, во время
нападения. Он ранил Брайана и разрешил своему солдату насиловать ее. Лицо
его было таким же холодным и жестоким, как и в тот страшный день.
Теперь, когда она знала, кто он такой, сходство с Джейми стало даже
заметнее. И хотя ростом Колин был немного меньше, он очень напоминал Джейми
телосложением и держался с тем же королевским достоинством. Но властная
уверенность Джейми, вызывавшая доверие к нему, проявлялась в его брате
высокомерием и самонадеянностью.
Катрина никогда не испытывала такого непреодолимого желания кого-то убить.
Колину Кемпбеллу повезло, что она не имела при себе оружия.
Все указывало на то, что он совсем недавно побывал в битве. Его лицо и руки
были забрызганы грязью и кровью. На лбу виднелась подсохшая рана, еще одна
пересекала правую кисть и запястье. Но его бешеные глаза, пылавшие яростью,
вселяли смертельный ужас. Катрину пробрал холодный озноб.
Колин оглядел зал и без предисловий, резко спросил:
— Где мой брат?
Холодный, бесстрастный голос проник в ее сознание, пробуждая в памяти
ужасные картины. Но Катрина заставила себя бесстрашно встретить его взгляд.
Она с удовлетворением вспомнила, как ударила его кулаком в лицо, и заметила,
что он тоже это вспомнил.
— Как видите, его здесь нет.
Колин прищурил глаза, услышав ее дерзкий тон.
— Когда он вернется?
— Не знаю.
— Куда он уехал?
Как смеет этот негодяй врываться в ее дом и допрашивать ее словно одну из
своих прислужниц! Она страшно разозлилась.
— Муж не посвятил меня в подробности своих планов.
Колин устремил на нее холодный взгляд.
— Следи за своей речью, дорогуша. В отличие от брата я не стану терпеть
неуважение. Даже от родственницы.
— Вы мне не родственник! — выпалила Катрина. Его насмешливая
улыбка только еще больше разъярила ее. Она совсем утратила
осмотрительность. — Я хозяйка этого замка, и буду очень благодарна,
если вы это вспомните. Считайте, что вам повезло, раз я не приказала
вышвырнуть вас вон после содеянного.
Если он и испытывал чувство вины, то не показал этого. Но все же значительно
сбавил тон.
— Ваш отец укрывал преступников, объявленных вне закона. Он хорошо
представлял себе последствия своих действий. — Колин остановился и
окинул Катрину многозначительным взглядом. — Но я понятия не имел, что
вы значили для моего брата.
Это признание удивило ее.
— Это могло бы что-то изменить?
Он безразлично пожал плечами:
— Не знаю. Что сделано, то сделано. Я не могу изменить прошлое.
И как бы Катрине этого ни хотелось, она тоже ничего не могла изменить. Если
они с Джейми собирались жить вместе, ей нужно было найти способ как-то
сосуществовать с его братом. Хотя она надеялась, что ее не будут вынуждать
слишком долго терпеть его присутствие.
— Зачем вы здесь? Что вам нужно?
Сначала ей показалось, что он не станет ей отвечать, но спустя какое-то
время он объяснил:
— На меня напали вчера вечером, когда мы возвращались в Данун. Если бы
не своевременная помощь гвардейцев моего кузена, нас бы всех перебили.
Катрина невольно почувствовала разочарование. Уж она бы не стала оплакивать
смерть Колина Кемпбелла. Но разочарование быстро сменилось тревогой, когда
она задумалась о времени нападения.
— Какое отношение это имеет к Джейми?
— У меня есть основания подозревать, что он знает людей, которые напали
на нас.
Кровь заледенела у нее в жилах, но Катрина постаралась скрыть, насколько его
слова взволновали ее.
— Почему вы так думаете?
— Потому что мы преследовали этих разбойников до Бьюта.
Похоже, ее опасения подтвердились. Наверняка тут был замешан Нилл.
— И зачем моему мужу знать об этом?
— Он отвечает за порядок на Бьюте. Ему поручили очистить этот остров от
преступников, и если он не в состоянии справиться со своими обязанностями,
я, черт возьми, сделаю это за него!
Господи Боже, только не это!
— Я уверена, что вы ошибаетесь, — спокойно сказала Катрина,
пытаясь подавить поднимающуюся в душе панику. — На Бьюте нет никаких
бродяг и преступников.
— В самом деле?
— Конечно.
— Это странно, потому что я могу поклясться, что узнал в одном из
нападавших вашего брата. Того самого брата, который считается мертвым.
Катрина застыла, изо всех сил стараясь себя не выдать, но каждая клеточка ее
существа хотела кричать.
— Мои братья погибли, — сказала она. — Вам ли этого не знать,
если именно вы их убили.
Губы Колина вытянулись в жесткую ровную линию, а глаза угрожающе сверкнули.
— Боюсь, я недостаточно хорошо сделал это, сестричка. Но я скоро
исправлю свою ошибку.
Слишком обеспокоенная, чтобы и дальше изображать хладнокровие, Катрина
оставила Колина в зале и удалилась в свою комнату. Она подозревала, что
Колин собирается обыскивать холмы и пещеры, и молила Господа, чтобы Джейми
вернулся раньше, чем он это сделает. Если Колин отыщет их первым, у ее
братьев и воинов ее отца не останется ни одного шанса.
Что же она натворила! Если бы она доверилась Джейми, всего этого могло и не
произойти. Справедливо или нет, но Нилл попытался убить одного из самых
могущественных людей в Шотландском нагорье. После всего, что Колин причинил
ее семье, Катрина не могла винить брата. Но ей не давала покоя мысль, что
была и еще какая-то причина для внезапного нападения. Что-то связанное с
чужим человеком, которого видела Мор. Но все это не имело значения. Нилл
будет убит, если Окинбрек найдет его.
К полудню ее молитвы были услышаны. Когда прозвучал сигнал, Катрина
поспешила к окну своей комнаты и увидела, как Джейми въезжает в ворота. Не
желая снова столкнуться с Колином, Катрина с нетерпением ждала, когда Джейми
придет к ней.
Минуты тянулись нестерпимо медленно. Наконец, когда прошло уже около
получаса, Катрина услышала тяжелые шаги. Мгновением позже дверь
распахнулась.
Хотя огонь в камине почти погас, в комнате сразу стало жарко. Казалось, от
Джейми распространялся огненный шквал гнева. Катрина в тревоге взглянула ему
в лицо.
Рот его был плотно сжат в жесткую линию, на лице явственно виднелись следы
долгой, изнурительной скачки. Губы его потрескались от холода, вокруг глаз
углубились морщинки, как будто ему приходилось постоянно щуриться под
ледяным дождем. Он промок до костей и выглядел так, словно много дней провел
под открытым небом, — скорее всего так оно и было на самом деле.
Катрина хотела подойти к нему, но грозное выражение его лица удержало ее.
— Джейми, я...
— Ты знаешь, что произошло. — Голос его звучал жестко и мрачно.
Господи, он никогда не смотрел на нее так холодно. Неужели он не сможет
понять? Она оказалась в сложном положении, разрываясь между преданностью
мужу и своим братьям.
И ты выбрала не его
, — напомнил ей внутренний голос.
Катрина всегда считала, что Джейми выглядит величественно, но никогда он не
казался ей таким неприступным. И никогда не держался с ней так отстра-ненно.
Теперь она поняла, как больно ранила его.
Отказав в доверии, я дала ему
повод думать, что он мне безразличен
. Как же ей теперь объяснить ему?
Джейми ждал от нее ответа.
— Да, твой брат сообщил, почему явился сюда.
Упоминание о брате, похоже, пробудило в нем совесть.
— Я сожалею, что ты оказалась в замке одна, когда прибыл Колин. Должно
быть, тебе пришлось нелегко.
Катрина гордо вздернула подбородок и смело встретила его взгляд.
— Да, нелегко.
— Он сказал, что ты угрожала вышвырнуть его вон.
Катрина покраснела, не зная, как отнесется к этому Джейми. Колин, может, и
был сущим дьяволом, но все же приходился ему родным братом.
— Верно, — призналась она.
— Хотелось бы мне на это взглянуть.
На мгновение ей показалось, что она заметила тень улыбки в глазах мужа, но
затем его взгляд помрачнел.
— Ты представляешь себе, что это значит? Если подтвердится, что люди из
твоего клана замешаны в нападении на моего брата, то их еще и обвинят в
убийстве. Мой брат жаждет крови, их действия всех нас подвергли опасности.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда мы поженились, я поручился за Ламонтов. Теперь я несу
ответственность за их поведение, и мой брат хочет, чтобы я поплатился. Колин
был в ярости, что Аргайлл отдал Аског мне, ведь он считал его своим по
праву.
Лицо Катрины покрыла смертельная бледность. Неосмотрительные действия Нилла
подвергли Аског опасности. Ее мечта о возвращении здешних земель Ламонтам,
подобно песку, ускользала сквозь пальцы. А что будет с Ниллом, Брайаном и со
всеми остальными? Она устремила на мужа умоляющий взгляд.
— Ты должен что-нибудь сделать.
— Уже поздно просить меня о помощи, Катрина.
Сердце замерло у нее в груди, когда она услышала упрек в его голосе.
Поздно
.
— Прости меня, — сказала она. — Поверь, я даже не
представляла себе, что такое может случиться.
Его обвиняющий взгляд пронзил ее насквозь.
— Мой брат сказал прав
...Закладка в соц.сетях
