Жанр: Любовные романы
Магия звезд
... разомкнула свои губы, ощутив легкий привкус дорогого бренди в его дыхании.
Жажда жизни и желание оставаться в его объятиях толкали ее вперед, по мере того как
теплые губы мужчины ласкали ее уста. Она чувствовала, как ее тело отдается в его власть.
Лайла жаждала мужчину, к которому испытывала влечение, который целовал ее так, как
будто в целом свете для него существовала лишь одна она - единственная; мужчину,
который будет заботиться о ней и который будет переживать за нее всю отмеренную ей
жизнь. И хотя Дрю, наверное, не любит ее, она своей любовью заполнит и эту пустоту,
ибо в руках его пережила она тысячу счастливых мгновений, чувствуя себя любимой и
желанной.
Прежде она еще никогда не дарила свое сердце мужчине, а сегодня ночью собиралась
отдать Дрю свое тело, желая физически выразить то, чего не могла сказать в словах.
Она вцепилась руками в широкие плечи Дрю по мере того, как его ласки будили в ней
безумное желание. Его поцелуй поработил ее, сделав на всю ночь жаждавшей любви
пленницей.
Пальцы Дрю попытались развязать пояс на ее халате, и тогда она, нехотя оторвавшись
от его губ, спешно выполнила это за него. Сбросив халат, Лайла на шаг отступила от Дрю,
уперлась ногами в медную кровать. Одарив его пламенным взглядом, она стянула сорочку
через голову и бросила ее на пол. Набравшись мужества, она сняла с себя все и осталась
перед Дрю обнаженной.
- Ты так прекрасна, - прошептал он, - куда лучше, чем в моих мечтах.
Он мечтал о ней? Дрожь пробежала по ее телу, когда его обжигающий взгляд
заскользил по ее нагому телу.
Лайла неторопливо легла на кровать и забралась под одеяло. Теперь она лежала на
боку, подперев голову рукой, и внимательно смотрела на Дрю.
- Ну, ложись в постель, Дрю, - томно прошептала она.
Он быстро снял свой халат и нижнее белье. Теперь мужчина стоял перед ней
обнаженный, и она видела, насколько он силен, мужествен и красив как бог. Он быстро
забрался к ней под одеяло, и Лайла потянулась к нему. Дрю прижал ее спиной к
простыням, впился в ее рот губами, и Лайлу опять окатило волной чувственного жара.
Язык Дрю скользил по ее телу, а Лайла гладила его волосы, наслаждаясь новыми
ощущениями.
Сегодня ночью он был ей так нужен, ведь ее "завтра" могло оказаться столь кратким...
Грудь с грудью, Дрю скользил по ее телу, пока не поймал ртом сосок на ее груди. Он
любовно посасывал этот нежный бутон, лаская и сжимая, и от этого сладкая боль внутри
нее только усиливалась. Тело Лайлы судорожно изогнулось от нетерпения. Ей так
хотелось сейчас почувствовать Дрю глубоко внутри себя! И, тем не менее, он все еще
крепко держал ее за запястья, не позволяя ей ласкать себя.
- Дрю, - в волнении простонала она. - Я... я хочу тебя трогать.
- Еще рано, - ответил он, нежно покусывая ее живот. Он раздвинул ей ноги... В окно
струился звездный свет, и Лайле показалось, будто жар, которым пылало ее лицо, сейчас
озаряет темную комнату.
Затаив дыхание, она следила за тем, как его язык скользит все ниже и ниже. Ей и в
голову раньше не могло прийти, что мужчина может...
- Дрю, - воскликнула она, когда его губы сомкнулись на самом средоточии ее
женственности.
Он приподнял ей ноги и развел их пошире. Тело женщины содрогнулось от
сильнейших ощущений, и крик радости сорвался с ее губ.
Никогда прежде она не испытывала столь грешного удовольствия и столь невероятного
восторга. Она застонала, цепляясь за простыни, в то время как его ласки омывали
крохотный бугорок удовольствия.
Мужчина ласкал ее пальцами, увлекая за собой на край света, заставляя ее взлетать к
вершинам истинной чувственности, пока она, наконец, не опустилась обратно на землю,
полностью удовлетворенная.
Какое-то время она лежала неподвижно, потрясенная силой этого опыта, в то время
как Дрю с улыбкой взирал на нее.
Он обнял ее. Чувство надежности и защищенности вновь наполнило Лайлу, заставив
позабыть обо всем.
- Тебе хорошо было? - спросил Дрю.
- Нет слов... - только и смогла ответить она.
Это превосходило все, что ей доводилось испытывать прежде. Но с другой стороны,
разве мог кто-нибудь сравниться с Дрю! Он лучше всех.
А ведь сегодня ночью она собиралась его соблазнить, и вместо этого он полонил ее
своей изысканной чувственностью.
Теперь наступила ее очередь одаривать его. Так пусть же молит о пощаде. Она быстро,
страстно поцеловала его так, что у Дрю перехватило дыхание. Затем она стала нежно
касаться губами его шеи, груди.
Она и подумать раньше не могла, что между женщиной и мужчиной возможно
подобное. Ей никогда не нравился половой акт как таковой, до тех пор, пока она не
разделила свою страсть с Дрю. Ей и во сне не могло раньше присниться, что когда-нибудь
она станет звать к себе в постель мужчину, да еще и влюбится в него.
Страсть и любовь казались романтическими сказками, случавшимися с другими, но не
с ней. А с Дрю ей хотелось больше, чем сказки, ей хотелось счастливого будущего.
Как только они слились воедино, сладость наполнила душу Лайлы, и ей захотелось,
чтобы союз их был не только физическим. Ей хотелось, чтобы, когда она просыпается,
каждое утро Дрю лежал бы рядом с ней. О, как бы тогда она была благодарна Богу за
каждый новый день!
Дыхание ее участилось, и она почувствовала приближение оргазма, нервы напряглись,
и в следующее мгновение женщина издала громкий крик, прижав Дрю к себе.
С последним отчаянным рывком Дрю соединился с возлюбленной, и тело его
содрогнулось. Он рухнул на нее почти без сил, затем лег с боку, обняв ее нежно руками.
Полностью удовлетворенная, Лайла чувствовала себя так спокойно в его объятиях! Ибо
только здесь она ощущала себя в полной безопасности. Смерть Жана, суд и возможная
казнь казались теперь дурным сном, а не суровой реальностью, окунуться в которую ей
предстояло с наступлением нового дня.
Успокоившись, она прижала Дрю к себе, чтобы прогнать все страхи. Ей хотелось
подарить ему всю свою жизнь, а не единственную ночь.
Дрю тоже никак не мог уснуть. Ее тихое, ровное дыхание говорило о том, что Лайла
крепко спит. Ему почему-то стало не по себе. Ее красота заставила его забыть об
осторожности, и он вновь решил найти удовлетворение в ее постели.
И с чего это ему вдруг вздумалось защищать женщину, пристрастившуюся к опиумной
настойке и подозреваемую в убийстве? Но он это сделал. И вот теперь он лежит с ней и
ему хорошо.
Как хорошо, что она у него есть! Он раскрыл перед ней душу, а она никуда после этого
не убежала, не высмеяла, она внимательно его слушала и не осуждала. Никто не вел себя
так с ним прежде.
И если это просто похоть, почему же он не чувствует полного удовлетворения? Вместе
они воплотили в жизнь его самые сокровенные сексуальные мечты, но ему почему-то
хотелось большего. Простую похоть насытить куда проще.
Дрю никак не мог избавиться от мысли, что вновь просмотрел нечто важное. Нечто,
что он просто обязан был распознать, но не смог.
Конечно, пройдет время, и в конце судебного процесса он оставит Лайлу в своем
прошлом, чтобы двигаться к будущему.
А пока она спала без всякого лауданума, и он не мог не улыбнуться. С тех пор, как она
бросила наркотик, Лайла стала крепче и духом и телом.
Память невольно возвращалась к тому, как она его выслушивала. Когда он признался
Лайле, что совершил дурной поступок, он был просто уверен, что она осудит его за
слепоту и глупость. Ему казалось, что он вполне заслуживает проклятий. Но ее
понимание просто его удивило.
Рассвет прояснил очертания предметов комнаты, и Дрю понял, что скоро проснутся
слуги. Он еще раз посмотрел на Лайлу, ему так не хотелось сейчас покидать ее, так не
хотелось идти в свою комнату.
Слуги проснутся, а ему и Лайле надо будет вставать и одеваться: суд ждет. Он коснулся
пальцами ее плеча, ее шелковой кожи. Ему хотелось разбудить ее сейчас поцелуями, ему
хотелось гораздо большего, но он прекрасно понимал, что у них сейчас нет времени.
С большой неохотой он встал с кровати и отыскал свое нижнее белье. Накинув халат,
он в последний раз посмотрел на Лайлу. Она все еще спала, рассыпав по подушке свои
черные волосы.
Юношеские фантазии не шли ни в какое сравнение с реальностью проведенной ими
вместе ночи. Однако от суровой правды никуда не спрятаться, и сегодня или завтра ему
придется убедить присяжных, опросив всего лишь двух оставшихся свидетелей, в том, что
Лайла Дю Шамп не могла убить Жана. Видит Бог, в школе юристов его не готовили к
совершению подобных чудес.
Глава СЕМНАДЦАТАЯ
Лайла сидела за адвокатским столом в ожидании начала суда и чувствовала себя куда
более живой, чем все последние месяцы. Было полным безумием, что она, всего лишь
несколько дней тому назад так страшившаяся смерти, вдруг влюбилась. И в это утро
любовь наполняла ее радостью и помогала выстоять еще один день на этом процессе.
Сегодня утром, за завтраком, они так весело подтрунивали друг над другом... О, если
бы каждое утро в ее жизни начиналось так великолепно! Впервые за многие годы она
чувствовала себя просто счастливой.
В зал с непроницаемыми лицами вошли присяжные и заняли свои места.
- Всем встать, председательствует судья Франсуа Димитриус, - объявил пристав.
Открылась дверь, и в зал едва ли не вбежал судья, с вечной маской -серьезности на
лице. Он сел за скамью и бросил взгляд на обвинителя.
- Доброе утро, ну что ж, начнем... Пол Финни встал.
- Обвинение вызывает капитана Фрэнка Оливера.
У Лайлы дыхание перехватило, когда она услышала имя своего крестного отца, и ей
показалось, что она сейчас лишится чувств.
- А ты говорила, что его нет в Штатах и что он не успеет вернуться к началу процесса.
Выражение лица у Солье стало злым, а глаза подозрительно сощурились.
- Вообще-то он не должен был вернуться, - сказала Лайла, понимая, что попала
впросак, и Дрю, судя по всему, возненавидит ее после того, как Фрэнк выступит со
своими показаниями.
- Что ж он нам такого поведает? - прошептал Дрю.
В ответ она лишь покачала головой, не в состоянии произнести ни слова.
Она смотрела, как капитан дает присягу на Библии, и при воспоминании о последней с
ним встрече, ее бросило в дрожь.
- Расскажите нам, в каких отношениях вы находитесь с обвиняемой? - спросил
обвинитель у лучшего друга ее отца.
- Я ее крестный. Ее отец Энтони Дю Шамп был моим близким другом, - промолвил
тот, отводя глаза от Лайлы.
- А вы не пытались недавно передать подзащитной послание?
Что?! Он пытался передать ей какую-то записку?!
- Да, я послал ей записку, в которой просил, чтобы мы встретились на площади
Джексона, ответил капитан.
- Когда вы написали эту записку?
- Вчера. Несколько месяцев меня не было на родине. Я вернулся недавно.
- Ну и как, встретилась ли подзащитная с вами на этой площади?
- Нет, сэр, там со мною встретились вы. Финни ухмыльнулся и стал прохаживаться
перед скамьей присяжных.
- Вы узнаете эту записку? Фрэнк посмотрел на бумажку.
- Да, сэр, это записка, посланная мной мисс Дю Шамп.
Финни подошел к Дрю.
- Публично передаю записку защите для ознакомления.
Дрю пробежался глазами по этому посланию. По мере того как он читал, тело его все
более напрягалось. Наконец он вернул записку обвинителю. В сторону Лайлы он даже не
посмотрел, и, судя по всему, его челюсть вот-вот должна была отвиснуть от столь
нежданного сюрприза.
- Если защита не против, я прилагаю эту записку к делу в качестве вещественного
доказательства номер один, ваша честь.
Лайла увидела, как сжались в ярости кулаки Дрю, и поняла, что ее страхи в отношении
свидетельских показаний Фрэнка оказались вполне обоснованными.
- Теперь, когда записка признана в качестве вещественного доказательства, прошу вас,
капитан Оливер, зачитать ее присяжным.
Лайла заерзала на стуле, опасаясь, что все это наверняка будет использовано против
нее.
"Дорогая Лайла, я только что вернулся из Англии и узнал эту ужасную новость.
Пожалуйста, скажи мне, что, узнав тем роковым вечером о других женах Жана, ты, в
приступе праведного гнева, не поступила столь глупо и опрометчиво. Хочу с тобой
встретиться, чтобы выяснить, что же произошло. Твой капитан Фрэнк Оливер".
Сложив записку, он вернул ее обвинителю. По суду пробежал ропот. Дрю продолжал
упорно не смотреть в сторону своей подзащитной.
О ГОСПОДИ! ПОЧЕМУ ЖЕ ОНА РАНЬШЕ НЕ СКАЗАЛА ДРЮ О ТОМ, ЧТО ЗНАЛА
О ДРУГИХ ЖЕНЩИНАХ ЖАНА ЕЩЕ ДО ЕГО СМЕРТИ?! Почему страх подавил в ней
всякий здравый смысл?
- О каком роковом вечере идет речь в записке? - спросил обвинитель.
Лайла чувствовала, что вот-вот разрыдается.
- Речь идет о двадцать девятом марта. Тогда мы поужинали вместе в отеле "СентЛуис",
-
ответил Фрэнк. - Жан не смог присоединиться к нам в тот вечер.
- А как раз потом, уже ночью, Жан умер, уточнил Финни.
- Но тогда я об этом еще ничего не знал. Мой корабль покинул гавань в шесть часов
утра.
- Какой информацией, касающейся ее брака, вы поделились за ужином с мисс Дю
Шамп?
Фрэнк виновато посмотрел на Лайлу, и она поняла, что он не хочет отвечать на вопрос,
но понимает, что ему придется это сделать.
- Напоминаю, что вы прсягнули, капитан Оливер. Я повторю вопрос... За ужином,
какой информацией, касающейся ее брака, вы поделились с мисс Дю Шамп?
Фрэнк почесал лоб.
- Я рассказал Лайле, что совсем недавно узнал о том, что Мариан Кювье вовсе не
мертва и что Жан, кроме нее и Лайлы, женат еще на одной женщине.
И вновь по залу пробежал ропот. Лайла с трудом сдерживала слезы.
Судья постучал молоточком, призывая присутствующих к порядку.
- Прошу тишины!
Лайла бросила быстрый взгляд на Дрю. Она видела, как потемнели его глаза, теперь в
них не было абсолютно никакого тепла, и она поняла, что сейчас он вне себя от ярости.
Но ведь она не хотела, чтобы все так получилось! Она не верила, что Фрэнк успеет
вернуться к суду.
- А как вы об этом узнали? - спросил обвинитель.
- Я - капитан парохода, перевозящего через океан различные грузы. В предыдущем
плавании у меня появился новый первый помощник. Как-то ночью мы разговорились, и
он упомянул жену Кювье, Мариан.
Фрэнк тяжело вздохнул.
- Он сказал мне, что Мариан Кювье его землячка. Поначалу я подумал, что он не знает
о ее смерти. Но когда я упомянул, что она уже мертва, он сказал, что это просто
невозможно, потому что он видел ее в своем родном городке буквально на этой неделе.
Вернувшись из плавания, я провел собственное расследование. Я посетил дом миссис
Кювье и убедился, что Мариан действительно жива и здорова. Потом, где-то в течение
недели," я следил за Жаном и в итоге оказался на Роузвудской плантации, где, как
оказалось, у него имелась еще одна так называемая жена.
- Когда вы рассказали мисс Дю Шамп о других женах ее мужа, она вам поверила?
- Поначалу нет, но когда я назвал ей дни, по которым он посещает разных жен, то все
совпало, и она мне поверила.
- Как бы вы описали ее реакцию на это известие? - спросил обвинитель.
- Ее неверие сменилось полной эйфорией. Она плакала и смеялась, и все время
повторяла: "Я свободна. Я по-настоящему свободна".
Сердце Лайлы пронзила боль. Тот вечер казался таким далеким. О, если бы она могла
повернуть время вспять, она бы просто уехала из города, никому ничего не говоря, и
никогда бы сюда не вернулась.
- И в таком состоянии она пребывала весь вечер?
- Нет. Постепенно ее счастливая эйфория сменилась гневом.
- Если она была так рада освободиться от Жана, с чего бы ей гневаться?
Фрэнк бросил на Лайлу беглый взгляд и покачал головой. Она поняла, что ему тяжело
передавать окружному прокурору содержание их разговора.
- Когда она поняла, что Жан приобрел пароходство ее отца за чисто символическую
сумму и что Жан умышленно ее обманул, она разозлилась. Было очевидно, что она его не
любит. Но, узнав про обман, она его просто возненавидела, - тихо промолвил Фрэнк.
Лайла закрыла лицо руками. Их разговор в тот вечер казался вполне невинным, а вот
теперь, сидя на скамье обвиняемых, она чувствовала, как с каждым словом забивается
очередной гвоздь в крышку ее гроба. А Дрю тем временем сидел, словно окаменев, и
молчал. Молчал уже довольно долго.
- Она ничего не говорила по поводу своих дальнейших планов?
Фрэнк нервно сглотнул.
- Она намеревалась потребовать, чтобы Жан оставил ее дом в Батон-Руж и дал ей
денег, пока она не найдет себе работу. В противном случае она грозилась рассказать
правду другим "женам".
- Иными словами, вы хотите сказать, что обвиняемая собиралась заняться
вымогательством, промолвил, улыбнувшись, обвинитель.
Фрэнк поперхнулся.
- Нет, просто она хотела вернуть хоть что-то из того, что потерял ее отец.
Лайла с трудом подавляла рыдания. Конечно же, она все это говорила, но просто ей
необходимо было хоть как-то обеспечить будущее. А после того, как Жан обошелся с ее
отцом, разве не заслуживала она хоть какой-то финансовой компенсации, чтобы начать
новую жизнь? Вечно бы это не продолжалось.
- Спасибо, капитан Оливер, - обвинитель, улыбнувшись, повернулся к Дрю. - Свидетель
ваш, защита.
Дрю сделал кое-какие заметки во время выступления Фрэнка, но времени на
подготовку у него совсем не оставалось. Обычно, прежде чем подойти к свидетелю, он
бросал на нее ободряющий взгляд. Сегодня Дрю даже не посмотрел в ее сторону.
- Капитан Оливер, рад с вами познакомиться, сэр. - Дрю выдержал паузу. - Говорят, вы
были дружны с отцом мисс Дю Шамп?
- Да.
- Мистер Оливер, я составлял контракт для Жана Кювье на предмет продажи
пароходства Дю Шамп. По вашему мнению, Жан сделал честное предложение мистеру
Дю Шампу?
- Конечно же, нет, - ответил капитан.
- Как по-вашему, почему мистер Дю Шамп все же подписал этот контракт? - спросил
Дрю.
- Протестую! Он предлагает свидетелю делать выводы! - крикнул Финни.
- Ваша честь, я могу доказать, что мистер Дю Шамп не совсем отдавал отчет в своих
поступках, когда подписывал эти бумаги, если мне, конечно, позволят продолжить, -
обратился Солье к председательствующему.
- Только побыстрее, защитник.
- Я повторю вопрос. Почему мистер Дю Шамп подписал такой плохой контракт?
- Энтони Дю Шамп знал, что умирает. Ему поставили смертельный диагноз - рак
крови. И потому, чтобы спокойно умереть, ему был необходим кто-то, кто мог
продолжить его дело и позаботиться о дочери. И еще он боялся, что Лайла навсегда
останется в монастыре и никогда не выйдет замуж.
- А каким образом мистер Кювье узнал о желании мистера Дю Шампа видеть свою
дочь замужем?
- Мы ужинали втроем, как раз накануне того дня, когда вы представили контракт. За
ужином Жан упомянул, что как-то раз видел Лайлу в офисе мистера Дю Шампа. Мистер
Кювье сообщил моему другу, что его жена Мариан умерла, и теперь он очень одинок. Как
только Жан узнал, что предсмертным желанием Энтони является брак дочери, он решил
убедить мистера Дю Шампа в том, что станет наилучшим мужем для Лайлы и всегда
будет о ней заботиться.
- А на этом ужине никакие деньги не упоминались? Я имею в виду предстоявшую
сделку?
- Не знаю, я ушел рано, чтобы дать им возможность обсудить деловые вопросы тет-атет.
- Вы очень удивились, когда мистер Дю Шамп посвятил вас в детали подписанного им
контракта?
- Само собой, ведь Энтони Дю Шамп был человек умнейший. Он ни за что не подписал
бы такого контракта, если бы у него не было на то особых причин.
- Протестую! Свидетель делает выводы, ваша честь!
- Принято. Свидетель, не растекайтесь мыслью по древу.
- Хорошо, сэр.
- В тот вечер, когда вы ужинали с Лайлой, вы сказали ей, почему отец хотел, чтобы она
вышла именно за Жана?
Капитал на мгновение призадумался.
- Нет.
- А почему?
- Я не хотел, чтобы она обижалась на родного отца.
Дрю сделал паузу, обдумывая слова Фрэнка.
- Как обстояли дела в пароходстве Дю Шамп к моменту продажи компании? Получал
ли мистер Энтони прибыль?
Капитан нахмурился.
- Да, его бизнес процветал.
- А правда ли, что мистер Дю Шамп сказал своей дочери, что он полный банкрот?
Да. Она не хотела выходить замуж за Жана Кювье, и Дю Шамп считал, что в этом
случае она согласится, а Жан будет о ней заботиться.
Лайла была потрясена. Ее родной отец солгал ей? Совершенно раздавленная и
опустошенная, она утирала скользившие по щекам слезы. Если бы отец был с ней честен,
этого кошмара не случилось бы.
А она винила Дрю в том, в чем был повинен исключительно отец.
- Когда вы узнали, что брак Жана и Лайлы недействителен, что вы почувствовали?
- Ярость... Ведь она моя крестница. Ее отец просил присматривать за ней. Но я
находился к тому времени посреди Атлантики и никак не мог ее предупредить. К тому
времени, когда я вернулся домой, я не был уверен, что окажу ей услугу, рассказав о других
женах господина Кювье.
- Почему же?
- Ну, куда она пойдет? На что будет жить? По крайней мере, с Кювье у нее была крыша
над головой. И я думал, что они счастливы.
- Так что же заставило вас думать иначе?
- За ужином я обратил внимание на ее несчастный вид. Она сказала, что ей ненавистно
быть женой Кювье, и потому я решил рассказать ей всю правду, умолчав об обмане отца.
Фрэнк посмотрел на Лайлу.
- Я не хотел, чтобы она его ненавидела.
- Вы любите мисс Дю Шамп? - спросил Дрю.
- Конечно, ведь она моя крестница, и теперь, когда ее отец умер, я чувствую себя
ответственным за нее.
- А вы смогли бы убить Жана Кювье за то, что он разрушил ее счастье?
- Конечно же, нет.
- Сообщите суду, где вы были ночью двадцать девятого марта. Есть ли у вас алиби,
капитан?
- Да, сэр. Я находился на борту "Олимпиады", корабля, на котором утром следующего
дня я ушел в море.
Лайла обратила внимание на то, как ссутулился Дрю. Должно быть, он очень устал
сражаться за свою подзащитную.
- Благодарю вас, капитан Оливер, - он перевел взгляд на судью. - Я закончил со
свидетелем, ваша честь, - сообщил Дрю и возвратился к столу адвокатов.
- Вы свободны, капитан, - промолвил судья. Зал взволнованно зашумел, но Лайла уже
мало что слышала. Все ее внимание было обращено на Дрю.
Леденящий страх проник к ней в душу, когда она увидела, как он отводит от нее глаза.
За те месяцы, что они были вместе, он никогда себя так не вел. Никогда. Каменные статуи
выказывают больше чувств, нежели демонстрировал в этот момент Дрю.
- Обвинение, вызывайте своего следующего свидетеля, - скомандовал судья.
- Обвинение закончило на сегодня, ваша честь. Дрю тяжело вздохнул.
Судья посмотрел на него.
- Я собираюсь объявить перерыв в судебных заседаниях по случаю каникул на
праздник Дня Благодарения. Суд возобновит свою работу в понедельник, первого декабря,
в восемь часов утра.
- Но это же целая неделя, ваша честь, - возмутился явно расстроенный обвинитель. -
Мы могли бы уже к среде закончить.
- Меня не будет в городе, - поставил его в известность судья. Затем прозвучал удар
молотка. - Суд удаляется.
Солье молчал. Затем он встал и начал складывать в папку свои бумаги.
- Лайла, - позвал капитан Фрэнк.
Она обернулась и увидела, что он стоит совсем рядом. Она обняла своего крестного.
- Прости, я просто хотел предупредить тебя, но окружной прокурор перехватил мою
записку. Не понимаю, как она к нему попала, - промолвил он, высвобождаясь из ее
объятий.
Дрю повернулся и смерил капитана холодным взглядом.
- Я тоже не понимаю, вы разговаривали с тем, через кого передавали эту записку? -
спросил он, совсем недружелюбным тоном.
- Да, этот мальчик уже много лет передает мою почту и выполняет всякие мелкие
поручения для моей сестры, когда я в плавании. Мальчик обещал отнести записку в ваш
дом, мистер Солье.
Дрю мрачно нахмурился, а Лайла вновь обратилась к Фрэнку.
- А как твоя сестра?
- Она больна. Подыскиваю ей сейчас новую сиделку. Последняя куда-то сбежала, пока
я был в море.
Лайла улыбнулась и похлопала его по плечу.
- Ты обязательно кого-нибудь найдешь.
- Прости, Лайла, но боюсь, что мои показания причинили тебе вред, - расстроился
Фрэнк.
- Да все нормально, Фрэнк, у тебя ведь не было иного выбора, кроме как отвечать на
вопросы окружного прокурора. Очень жаль, что твоя записка так до меня и не дошла.
- Мне тоже очень жаль, - промолвил он, - и, пожалуйста, не злись на отца. Ведь он
заключил эту сделку с Жаном лишь потому, что любил тебя и думал, что заботится о
твоем будущем.
Острая боль пронзила сердце Лайлы. В глазах у нее потемнело.
- Я пытаюсь это сделать, Фрэнк, но если бы он был до конца честен со мной, я не
оказалась бы в таком положении.
Фрэнк опустил голову.
- Порой и отцы совершают ошибки.
- Лайла, мы должны идти, - настоятельно потребовал Солье.
Она посмотрела на Дрю и поняла, что поездка домой будет как минимум полна
событий.
- Увидимся позже, Фрэнк, - бросила она на прощание, пожав ему руку, после чего
поспешила вслед за уже выходившим из зала Дрю.
В вестибюле их поджидала толпа репортеров.
- Я сейчас не в настроении с ними разговаривать, - процедил Дрю, хватая ее за локоть.
- Пойдем, мы выйдем через черный ход.
Крайне удивившись тому, что он и на сей раз не стал общаться с прессой, Лайла еле
поспевала за ним. Никогда прежде она еще не видела его таким злым.
Они вышли через черный ход. Перейдя через дорогу, Дрю остановил первого
подвернувшегося извозчика.
Как только они оказались внутри экипажа, Дрю сел в угол, не говоря ни слова. Лайла
ожидала взрыва его гнева, но его ярость так и не материализовалась.
Никогда прежде она еще не видела его таким отстраненным, никогда прежде он еще не
был так далек от нее.
- Дрю, знаю, ты сердишься, - промолвила она.
- Не сейчас, - отрезал он.
Солье с трудом подавлял кипевшую внутри ярость. Как мог он вести сейчас с ней
разговор, когда вся его хитроумная защита разлетелась вдребезги? Конечно, показания
Фрэнка не доказывают версию обвинения о том, что Лайла убила мужа, чтобы вернуть
бизнес отца, но Пол Финни теперь располагает всем необходимым для доказательства
того, что убийство было совершено Лайлой в состоянии аффекта. Так что придется
добиваться признания ее виновной в убийстве второй степени. Жизнь он, конечно, ей
сохранит, но большую ее часть Лайла проведет в тюрьме. А это для женщины - АД.
Карета остановилась около дом
...Закладка в соц.сетях
