Жанр: Любовные романы
Магия звезд
...астонала от отчаяния. У входа их
поджидала целая толпа репортеров. Дрю посмотрел на нее и ободряюще улыбнулся.
- Не волнуйся, разговаривать с ними буду я. Он открыл дверцу и помог ей спуститься
на мостовую, после чего все собравшиеся ринулись к ним.
- Мистер Солье! - кричали газетчики.
Дрю и Лайле пришлось протискиваться через плотную толпу.
- Мисс Дю Шамп, как вы себя чувствуете?! Лайла проигнорировала вопрос репортера.
- Мистер Солье, ходят слухи, что вы собираетесь выставить свою кандидатуру на
выборах нового мэра. Когда вы сделаете официальное заявление по этому поводу?
Дрю обаятельно улыбнулся.
- В данный момент я слишком занят и не собираюсь делать никаких заявлений. Но вы
будете первыми, кто их услышит.
- Вы будете новым кандидатом от Клуба демократов?
- На этот вопрос я не могу ответить... Вполне возможно, что они не захотят, чтобы их
новым мэром был судебный адвокат. Мы ведь люди порядочные и пунктуальные, а
нынешняя городская администрация не отличается этими качествами.
Газетчики засмеялись. У дверей Дрю остановился и, одарив их чарующей улыбкой,
эффектно взмахнул рукой, после чего провел Лайлу в здание суда.
- Неудивительно, что ты хочешь стать политиком... Ведь у тебя это здорово получается,
- сказала Лайла, когда они подходили к залу, где должна была решиться ее судьба.
- Считаю, что это комплимент. Спасибо тебе, ответил Дрю, крепко взяв ее за Локоть.
Зайдя внутрь, они сразу поспешили к столу, за которым им предстояло провести
ближайшие несколько дней. Чрезвычайно взволнованная Лайла села на свою скамью.
Дрю достал записи и стал их внимательно просматривать, шелестя страницами.
- Всем встать. Сегодня председательствует почетный судья Франсуа Димитриус, -
объявил судебный пристав.
Когда все встали, Лайла обратила внимание на то, что в зале нет ни одного свободного
места. Дверь открылась, и в зал вошел строгого вида мужчина в развевающейся черной
мантии. Он занял место председательствующего, после чего пристав объявил, что все
могут садиться.
Судья смерил стальным взглядом двух адвокатов, присяжных и подсудимую, и в
животе у Лайлы похолодело. Ей захотелось убежать отсюда, страх полностью парализовал
тело.
- Вы готовы? - спросил Димитриус.
Дрю взял подзащитную под руку, и они встали рядом с окружным прокурором,
обвинителем Финни.
- Готов к тому, чтобы правосудие свершилось, ваша честь, - ответил обвинитель.
- К защите готов, - небрежно бросил Дрю, и Лайлу опять затрясло от страха.
- Что ж, тогда обвинение может начинать, - сказал судья, откидываясь на спинку
кресла.
Дрю и Лайла заняли свои места, а окружной прокурор неторопливо направился к
присяжным. В сером костюме Пол Финни казался идеальным прокурором. Одаривая
присутствующих своей ослепительной улыбкой, он сделал эффектную паузу.
Дрю незаметно ободряюще пожал руку Лайлы, после чего вернулся к своим записям.
Молодая женщина видела, как обвинитель раскланялся перед присяжными и начал
свою речь.
- Утро доброе, господа присяжные заседатели... Администрация штата и наше
государство благодарят вас за службу... особенно в таком деле, получившем столь
большой общественный резонанс. Признать женщину в убийстве первой степени и для
меня, и для любого из вас - задача не из приятных. Все вы знаете, что наказанием за
убийство первой степени является смертная казнь через повешение, и просто немыслимо,
чтобы такая молодая и красивая женщина умерла подобной жуткой смертью.
Финни покачал головой. На его губах появилась печальная улыбка, призванная
показать присяжным его истинные чувства.
- Но государство, интересы которого я представляю, намерено доказать всем, что
Лайла Дю Шамп планировала убить Жана Кювье, которого считала своим законным
мужем, а затем вернуть себе пароходство, когда-то принадлежавшее ее отцу. Обвиняемая
никогда не любила Жана Кювье и вышла за него замуж лишь по настоянию отца. А когда
компания Жана поглотила бизнес ее отца, она почувствовала себя обманутой.
Как вы услышите далее, Жан Кювье был далеко небезгрешен, но он принял Лайду, взял
ее в жены и пообещал ее отцу, когда совершал с ним ту невыгодную сделку, что будет о
ней заботиться.
Финни подошел к Лайле и указал на нее пальцем.
- Государственное обвинение намерено доказать, что обвиняемая Лайла Дю Шамп,
преднамеренно подсыпала в чай мужу смесь цианистого калия с лауданумом, чтобы
устранить последнее, как ей казалось, препятствие к возвращению отцовской компании.
Кроме того, таким образом она избавлялась от старого мужа, которого глубоко
ненавидела. Ведь даже одно его прикосновение было для нее отвратительно.
Финни снова вернулся к присяжным.
- Эта женщина посчитала, что убийство сойдет ей с рук. И кто поверит, что
обучавшаяся в католическом монастыре красавица на самом деле хладнокровная убийца?!
Но я смогу это доказать.
Лайла поникла. Стыд и унижение нестерпимо жгли ее душу, ведь этот адвокат
выставлял ее такой злой и расчетливой.
- Государство намерено вызвать сюда одного из слуг покойного, дабы тот официально
засвидетельствовал, что она и мистер Кювье часто крупно скандалили, поскольку мисс
Дю Шамп не выполняла своих супружеских обязанностей и умоляла мужа вернуть ей
компанию отца и отпустить ее.
Дрю вновь ободряюще пожал руку Лайле.
- И последнее, мы докажем, сколь потрясена была мисс Дю Шамп, когда узнала, что
после смерти мужа не сможет вернуть себе пароходство. Ибо брак мистера Кювье с мисс
Дю Шамп оказался незаконным. У Жана Кювье имелись настоящая жена и двое детей,
которые проживали здесь, в Новом Орлеане.
Финни эффектно прошелся перед присяжными, после чего продолжил:
- Я знаю, что вы, господа присяжные, учитываете и уделяете особое внимание
свидетельствам государственной стороны и, в конце концов, согласитесь, что общество
должно избавляться от женщин, готовых ради денег убивать собственных мужей. Вы
согласитесь, что гнусным и хладнокровным отравительницам не место среди нас. Никто
не может стоять выше закона, даже мисс Дю Шамп.
Лайла почувствовала внезапную ненависть к этому человеку. Он извратил факты,
представив ее виновной без каких-либо веских доказательств.
Финни занял свое место, после чего к присяжным вышел Дрю Солье.
- Здравствуйте.
Он внимательно посмотрел в лицо каждому.
- Не уверен, что знаю ту Лайлу Дю Шамп, которую вам описал государственный
обвинитель, хотя он в весьма вежливых тонах отозвался о Жане Кювье. Думаю, вы все
слышали или читали в газетах об этом типе. Может, он правильно обошелся с Лайлой, но
только не с точки зрения правосудия. Когда Кювье женился на этой женщине, у него
имелась не одна, а две жены, проживавшие здесь, в нашем родном штате Луизиана.
Дрю сделал эффектную паузу, сцепив за спиной руки.
- Двоеженство противозаконно и аморально, но все эти предполагаемые жены жили в
двух часах ходьбы друг от друга... И мистер Кювье, похоже, мало волновался по поводу их
чувств и переживаний. Да ему вообще было на них наплевать, потому что он чувствовал
себя выше всяких человеческих норм.
Дрю уверенно прошелся перед присяжными, и Лайла поразилась его самообладанию.
- У Жана была первая законная жена, Мариан Кювье, и двое детей от нее, но этого ему
было мало. Потом он женился на молодой женщине по имени Николь, что проживала на
плантации, немного вверх по реке отсюда.
Дрю покачал головой, горько усмехнувшись.
- А затем ему подворачивается смертельно больной Энтони Дю Шамп, владелец
пароходства, которое Кювье мечтает прибрать к рукам, и отец молодой красавицы
дочери. Энтони Дю Шамп знал, что дни его сочтены, и хитрый многоженец уговорил
больного человека продать пароходство в обмен на обещание позаботиться о будущем
мисс Дю Шамп.
Красноречие Солье завораживало присутствующих. В зале воцарилась напряженная
тишина.
- Теперь Дю Шамп мог спокойно умереть, оставив дочь Лайлу в надежных руках.
Голос Дрю стал вкрадчивым.
- Итак, был заключен брак, и каждая из сторон получила свои выгоды. Увы, браки по
расчету у нас заключаются ежедневно. Женщинам нужны мужья, которые могут о них
позаботиться, финансово обеспечить и дать надежный кров их детям. Мужчинам
необходимы жены, которые бы о них заботились и выполняли домашнюю работу. Энтони
Дю Шамп подыскал своей дочери мужа, который, по его мнению, мог ей все это дать.
Лайла уставилась на Дрю, удивляясь его проницательности. А тот продолжал:
- Но отнюдь не все оказалось так великолепно в этом мнимом раю. Жан, естественно,
любил женщин помоложе, и ему хотелось получить от Лайлы все, что может дать ее
молодое тело. Но близость с ним претила. Вот и давала она ему настойку опия, дабы
подавить его мужские желания.
Дрю улыбнулся, глядя на присяжных.
- С чего бы этой женщине, - он указал на Лайлу, - убивать своего кормильца?!
Лайла поразилась его уверенности, его выдержке. Прежде ей еще не приходилось
видеть адвоката Солье в деле, и теперь она видела воочию, что он, действительно,
первоклассный защитник. Если кто и мог ее сейчас спасти, так это только Дрю.
- У Жана было много врагов. Вдобавок к двум женам, не считая Дю Шамп, он еще
имел и любовницу.
По залу пробежал ропот.
- Имелись у него враги и в конкурирующих пароходствах, равно как и подчиненные,
ненавидевшие своего начальника...
Конечно, государственное обвинение должно доказать, что именно мисс Дю Шамп
убила Жана Кювье. Но, честно говоря, я не думаю, что оно сможет это сделать. Лайла Дю
Шамп нуждается в сострадании. Она думала, что является законной супругой Жана, брак
с которым освятила церковь, что Жан обеспечит ее финансово и поддержит в трудную
минуту. И вот, когда она испытала настоящий удар, узнав, что она всего лишь одна из трех
так называемых жен, ее арестовывают, обвиняя в убийстве, при этом не имея на то
абсолютно никаких веских доказательств.
Расхаживая перед скамьей присяжных, Солье продолжал.
- Защита предоставит вам свидетельство врача-патологоанатома, который утверждает,
что трудно убить кого-либо при помощи лауданума. Цианистый калий оставляет в
организме легко различимый след, так зачем было моей подзащитной использовать яд,
который сразу же будет обнаружен?
Дрю остановился.
- Вы заслушаете показания обеих сторон, но в итоге, если вы и впрямь собираетесь
признать Лайлу Дю Шамп виновной, вы, прежде всего, не должны иметь на сей счет ни
малейших сомнений. Не думаю, что это возможно. Эта женщина - жертва Жана Кювье, а
не его убийца, как утверждает государственный обвинитель.
Дрю вернулся к Лайле, по пути незаметно ей подмигнув. В зале стояла гробовая
тишина. Конечно же, подзащитной стало легче, но лишь самую малость.
Наблюдая за Дрю, Лайла поняла, что как никогда прежде доверяет этому человеку. В
его способностях защитника она более не сомневалась, потому что прочла в его глазах
страстное желание победить на этом процессе.
Сердце ее наполнилось любовью, которую она не могла уже более отрицать. Когда она
увидела, сколь решительно он ее защищает, пытаясь доказать всему свету ее
невиновность, Лайла поняла, насколько ей небезразличен Дрю Солье и сколь сильно она
его любит. Она знала, что он сделает все возможное, чтобы спасти ее.
- Обвинение, можете вызывать своего первого свидетеля, - объявил судья, прерывая
мечтания Лайлы.
- Обвинение вызывает Мариан Фурнье, - заявил Пол Финни.
Мариан, неторопливо шелестя юбками, прошла к кафедре, за которой выступали
свидетели.
Лайла была потрясена, узнав, что первая законная жена Жана вышла замуж за его
делового партнера.
- Неужели она вышла замуж за Луи? - прошептала Лайла на ухо Дрю.
- Да, я знал, что Луи ее любит, но не знал, что они официально поженились, -
прошептал ей в ответ Дрю.
- Тебе не кажется это подозрительным? - спросила Лайла.
- Можешь мне верить, нет? - прошептал он, нахмурившись, когда Мариан начала
клясться перед судом на Библии.
Пол Финни подошел к свидетельнице.
- Миссис Фурнье, вы когда-то были замужем за Жаном Кювье?
- Да, - ответила та.
- И вы считаете, что ваш брак был счастливым?
- Во всяком случае, не в последние годы нашей совместной жизни.
- А почему, если не секрет? Мариан помрачнела.
- Жан крайне редко бывал дома. Он почти не виделся ни со мной, ни с детьми... Но под
конец я даже стала радоваться, что его нет.
- Вы никогда не подозревали, что у вашего мужа может быть другая женщина? -
спросил обвинитель.
Выражение ее лица изменилось.
- Да, я боялась, что у него есть другая женщина, но не пыталась развестись с ним из-за
этого... Все из-за детей... вы понимаете...
Финни согласно кивнул.
- Расскажите нам, что случилось утром, когда вы узнали о смерти Жана.
Мариан поведала, как ее попросили приехать в гостиницу, и там она увидела
полицейских и еще двух молодых женщин, и обе они утверждали, что состоят в браке с
Жаном Кювье.
Лайла внимательно слушала показания свидетельницы, но то ужасное утро казалось
теперь таким далеким.
- Вы знали этих женщин?
- Нет, - ответила Мариан.
- Хотя вы и являлись законной супругой мистера Кювье, если не ошибаюсь, вы
позволили им присутствовать при оглашении завещания Жана?
- Да, сэр, я это сделала.
- Но почему?
- Они считали себя законными супругами, а я не знала, упомянул он их в завещании
или нет. Поэтому я подумала, что будет лучше, если они все-таки будут присутствовать, -
она посмотрела на Лайлу печальным взглядом.
- И как на этой встрече вела себя подзащитная?
- Она и другая женщина, Николь, стояли раздельно.
- Обвиняемая на этой встрече говорила что-нибудь о своих чувствах к мистеру Кювье?
Мариан нахмурилась.
- Да, в процессе разговора Николь заявила, что любит Жана, но Лайла сказала, что его
ненавидела, что, в общем-то, нас удивило.
Обвинитель подошел к присяжным и внимательно на них посмотрел.
- Что мистер Кювье завещал мисс Дю Шамп? Мариан опустила голову.
- Завещание было составлено до ее свадьбы с моим мужем. Она не получила ничего.
Обвинитель выдержал паузу.
- Как бы вы охарактеризовали поведение мисс Дю Шамп после того, как она узнала,
что ничего не получит?
Мариан вновь с грустью посмотрела на Лайлу.
- Она заплакала и выбежала на улицу. Обвинитель подошел к свидетельнице, чтобы
присяжные перевели взгляд на нее.
- Миссис Фурнье, вы считаете, что вашего бывшего мужа убила Лайла Дю Шамп?
Дрю встал.
- Протестую! Обвинитель спрашивает у неопытной свидетельницы ее мнение.
- Протест принимается, - ответил судья. Обвинитель улыбнулся.
- Предоставляю свидетельницу в распоряжение защиты.
Финни занял свое место, а Дрю подошел к кафедре, за которой стояла Мариан.
- Здравствуйте, миссис Фурнье. Вы любили Жана?
Мариан помрачнела и, тяжело вздохнув, ответила:
- Когда-то, давным-давно.
- А ко времени убийства? - спросил Дрю.
- Нет, к этому времени наш брак уже окончательно был разрушен, хотя мы и спали
вместе, когда он изредка приезжал домой, - призналась она.
- А вам никогда не приходила в голову мысль убить мистера Кювье?
- Конечно, нет.
- Как вы считаете, мисс Дю Шамп знала о вашем существовании и существовании
Николь?
Мариан на мгновение призадумалась.
- Нет. Я думаю, что все мы испытали шок в то утро, когда узнали о существовании друг
друга.
- Я хотел бы вам задать еще несколько вопросов по поводу оглашения завещания Жана.
- Пожалуйста, - ответила свидетельница.
- Правда ли, что из-за того, что отец моей клиентки продал свое пароходство, равно
как и свой особняк, Жану Кювье, мисс Дю Шамп осталась без всего, что прежде ей
принадлежало?
- Да, это было трагично. Жан Кювье присоединил пароходство Дю Шамп и их
фамильный особняк к своей компании, так что мисс Дю Шамп потеряла со смертью
Жана все.
- И что же, моя клиентка была счастлива узнать об этом?
- О нет. Она была очень расстроена. Она все время повторяла, что теперь у нее нет
дома, и теперь ей даже некуда пойти. На нее было больно смотреть.
Дрю кивнул, одновременно наблюдая за реакцией присяжных.
- На этой встрече, как вы уже сказали, моя клиентка сказала всем, что ненавидела
Жана Кювье, - продолжил Дрю. - А вам не приходилось когда-либо говорить, что вы
ненавидите кого-то, в момент отчаяния, хотя на самом деле вы таких чувств не
испытывали?
Мариан улыбнулась.
- Само собой, что и Жану я несколько раз такое говорила.
- Вы признали, что не любите Жана Кювье. Вы сказали нам, что порою ненавидели
его. А быть может, это вы отравили своего мужа?
- Протестую! - крикнул обвинитель, спешно встав со своего места.
- Протест отклоняется, - спокойно ответил судья, - я разрешаю защитнику задать еще
раз подобный вопрос.
- Это вы отравили Жана? - снова спросил Дрю, заранее зная ответ, но решив посеять
сомнения в сердцах присяжных.
- Нет, я не убивала Жана Кювье, - стоически ответила Мариан.
- Но с вами-то Жан не обошелся так, как с Николь и Лайлой? И разве не вам досталась
вся собственность Жана?
- Да, но я никогда бы не смогла убить отца своих детей.
- Но у вас имелось больше мотивов для убийства, чем у других женщин Жана?
Мариан призадумалась.
- Может быть.
- Благодарю вас. Ваша честь, я закончил свою работу со свидетелем, - промолвил Дрю,
после чего занял свое место.
- Вы свободны, миссис Фурнье, - объявил судья.
Глава ПЯТНАДЦАТАЯ
Утром Дрю проснулся от громкого стука в дверь. И кто бы это мог прийти в столь
ранний час? Он поспешно встал с кровати и посмотрел на часы. О, боже, четыре часа
утра.
Накинув халат, он спустился вниз. Посмотрев в окно, он увидел полицейского в форме,
стоявшего на крыльце.
Вероятно, тот хочет поговорить с ним. Но какого черта? С сердитым видом адвокат
открыл входную дверь.
- Дрю Солье? - поинтересовался полицейский.
- Да, что вам угодно в такую рань?! Что стряслось?
- Вам знаком некий Брайен Сикамор?
Сон как рукой сняло, и по спине Дрю пробежал холодок.
- Конечно, ведь я его адвокат... А что случилось?
- Он мертв.
- Что?!
- Его убила его супруга, Тереза, сегодня ночью, - объяснил полицейский.
Дрю был потрясен, хотя ему показалось, что все это он уже когда-то слышал.
- Как это случилось?
- Не могу вам сказать, сэр. Пойдемте в участок. Вас хотят допросить. Да и миссис
Сикамор хотела вас видеть. Мы ее уже арестовали.
Тереза Сикамор хотела его видеть? Дрю до сих не мог забыть ее подбитый глаз.
Неужели Брайен вновь распустил руки?
- Конечно, конечно, - ответил Дрю. - Проходите в дом, офицер, и подождите, пока я
оденусь.
Солье взбежал вверх по лестнице. Он был абсолютно уверен, что Брайен вновь избил
свою супругу, если она и впрямь его убила. Через пять минут адвокат вышел из дома
вместе с полицейским. До участка было рукой подать.
А там его уже поджидал детектив Данеган.
- Мистер Солье, что-то мы с вами стали последнее время слишком часто встречаться.
Дрю напряженно улыбнулся, хотя ему было не до шуток.
- Так точно, детектив... Так как был убит мой новый клиент?
- Тереза Сикамор пристрелила его, - промолвил Данеган, покачав головой. - Их дети в
момент убийства были наверху.
Дрю понимающе кивнул, пытаясь сдержать свои эмоции.
- А где дети сейчас?
- Их забрала ее мать. Мы арестовали миссис Сикамор. Она призналась в убийстве
своего мужа и утверждает, что это была самооборона.
- Так вы можете мне рассказать поподробнее, что же случилось?
- Сначала вы ответите на мои вопросы, адвокат, а уж потом я отвечу на ваши, - заметил
детектив, поудобнее усаживаясь за свой рабочий стол.
- Миссис Сикамор сообщила мне, что в прошлом месяце вы занимались делом о
разводе этой супружеской пары.
Я представлял исключительно интересы ее мужа, - ответил Дрю, присаживаясь на стул
прямо напротив детектива. Потерев виски, он стал рассказывать детективу все, что ему
известно о разводе Сикаморов. Он также рассказал о том, что видел синяк под глазом
миссис Сикамор.
Через двадцать минут детектив просмотрел свои записи и тяжело вздохнул.
- Думаю, это все, что мне нужно. Он откинулся на спинку стула.
- А случилось то, что мистер Сикамор решил в очередной раз поскандалить со своей
женой. И когда он стал размахивать кулаками перед ее лицом, их сын попытался
вмешаться, после чего папочка послал мальчишку в глубокий нокаут. Тогда миссис
Сикамор прошла в библиотеку, взяла там револьвер, вернулась и застрелила своего мужа.
Дрю окончательно расстроился. Он видел признаки надвигающейся беды, но
предпочел их проигнорировать. А все потому, что слишком надеялся получить от Брайена
Сикамора помощь в будущей битве за кресло ново-орлеанского мэра. И теперь этот стыд
будет вечно преследовать его.
Но в принципе, что он мог предпринять? Ведь Тереза Сикамор не была его клиенткой!
Он работал на Брайена, инстинктивно понимая, что в семье Сикаморов неладно, а у его
клиента имеются садистские наклонности.
Нельзя было допускать, чтобы Тереза и ее дети вновь страдали от жестокого мужа и
отца.
- Могу ли я повидаться с миссис Сикамор? спросил Дрю, - понимая, что это
единственное, что он может сейчас сделать.
- Что ж, можете рассчитывать на десять минут наедине с ней, - пообещал детектив.
Он провел Дрю по коридору в комнату, где и оставил его одного. Через пять минут
вошла растрепанная и избитая Тереза Сикамор. Ее щека покраснела и распухла, голубых
глаз практически не было видно. Она выглядела окончательно сломленной, руки ее были
в наручниках.
- Мистер Солье, - еле слышно прошептала она.
- Миссис Сикамор, - невнятно пробормотал в ответ Дрю, потрясенный зримыми
свидетельствами побоев, которые ей пришлось снести. Столь мощные кулаки, наверняка,
могли искалечить ее сына.
- Как вы себя чувствуете?
- Со мной все в порядке, хотя я очень волнуюсь за своих детей, - прошептала она
разбитыми губами.
- Надеюсь, полиция вызвала вам врача?
- Да, доктор обследовал меня и моего сына. Ее голос дрожал. - Слава богу, он не
сильно покалечен... Но поначалу я подумала... О, мне так трудно об этом говорить...
- Полиция немного рассказала мне о том, что именно произошло. Я хотел бы услышать
вашу версию произошедшего.
На какое-то время Тереза потупила взор, после чего начала свой рассказ.
- Когда что-нибудь делалось не так, как хотелось Брайену, он становился очень злым.
Просто в ярость впадал. Я уже научилась ему не перечить. Просто делала, что он
прикажет. Но и этого ему показалось мало. Он все равно находил повод, чтобы избить
меня.
- Именно по этой причине вы хотели с ним развестись? - спросил Дрю.
- Да, я знала, что должна обезопасить своих детей. Потому что он привык бить меня
прямо у них на глазах. Я просто знала, что когда-нибудь мой сын Мартин наберется
мужества, чтобы защитить меня, и тогда...
Слезы потекли из ее опухших глаз. Дрю еще раз посмотрел на нее, и кровь застыла в
его жилах. Он чувствовал себя ответственным за все ее несчастья.
- Мне очень жаль, - только и смог сказать он. Она лишь головой покачала.
- Он разбудил меня посреди ночи, потому что там остались какие-то невымытые
тарелки. Я уже приготовилась к тому, что он меня сейчас изобьет. Но его вопли и ругань
разбудили Мартина.
Она прервала свой рассказ и разрыдалась вновь. Ей крайне неудобно было вытирать
слезы руками в наручниках.
- Мой сын... мой сын попытался остановить отца, и Брайен ударил его кулаком. О,
какой это был ужасный удар... Такой хруст... и я подумала, что он убил моего мальчика.
Кровь хлынула у него изо рта,, когда он ударился спиной о стену.
Тереза тяжело вздохнула.
- Но Брайен не дал мне подойти к нему. Он сказал, что мальчишку надо как следует
проучить. Мартину все-таки удалось подняться с пола и убежать к себе в комнату. Когда
Брайен решил, что хватит меня бить, я стала мыть тарелки. Но как только смогла, пошла в
его библиотеку и нашла там револьвер.
Тереза с трудом сдерживала слезы.
- Брайен всегда держал у себя в столе заряженное оружие. Я взяла револьвер и
вернулась на кухню, Брайен ожидал меня там. Слава Богу, что мой сын был уже в своей
комнате, потому что я не смогла бы убить его отца прямо у него на глазах. Но я без труда
нажала на курок, когда Брайен вновь стал на меня орать и говорить, что я недостойна
жить. Тогда я прицелилась и выстрелила в него...
Закрыв лицо руками, она снова разрыдалась.
- У меня не было иного выбора. Ведь он ударил моего сына. Я не могла позволить ему
калечить моих детей.
Дрю был глубоко потрясен: ведь это он посоветовал Брайену взять детей под опеку,
предполагая, что это заставит Терезу вернуться. А теперь его клиент мертв, Тереза
Сикамор жестоко избита, а ее сын ранен. И все потому, что ему, адвокату Дрю Солье,
потребовалась поддержка мистера Сикамора.
Сосредоточившись на своей политической карьере, он не обратил внимания на явные
признаки преступного поведения плантатора. И теперь Дрю испытывал жгучее чувство
стыда.
Он гладил несчастную женщину по плечу, в надежде хоть как-то ее утешить.
- Миссис Сикамор, - промолвил Дрю, - а у вас есть адвокат?
- Нет... Да и нанять мне его не на что. Ведь все свои сбережения я потратила на
бракоразводный процесс. О, как мне нужен был этот развод. Но когда Брайен сообщил
мне, что собирается взять детей под свою опеку, я поняла, что не могу рисковать, иначе
никогда не увижу их вновь, У меня не было иного выбора, кроме как остаться с ним,
чтобы беречь моих малышей от его кулаков.
Она в очередной раз всхлипнула.
О, господи, если бы он действовал своевременно, Тереза сейчас не сидела бы здесь, и
ее не обвиняли б в убийстве. Ему была невыносима сама мысль о том, что теперь она
будет сидеть в тюрьме, а ее дети вырастут без отца и без матери.
- Если вы не против, я буду вашим адвокатом, - предложил Дрю.
Она широко открыла глаза, и посмотрела на него с явным недоверием.
- Но у меня нет денег...
- Я не прошу у вас никаких денег, - промолвил Солье, - я просто хочу вам помочь.
- Но с какой стати? - не понимала Тереза.
- Налицо были все признаки надвигающейся беды, а я их проигнорировал, - признался
Дрю. - Увидев синяк на вашем лице, я должен был сообразить, что в семье у вас неладно.
Я должен был хоть что-то предпринять. Но я ничего не сделал.
Тереза покачала головой.
- Ну и что бы вы сделали? Закон не обес
...Закладка в соц.сетях
